В тот день я сидела на занятиях и мечтала поскорее оказаться дома. У меня день рождения и родители собирались устроить тихое семейное торжество. Наверное, они ехали из супермаркета, как вдруг…
Я почувствовала головокружение, и учитель французского отпустил меня в медпункт.
Наверное вид у меня был действительно паршивый.
Предчувствие чего-то нехорошего не покидал меня с утра, а интуиция меня ещё ни разу не подводила.
Дойдя до медпункта, я уже собиралась войти, как зазвонил мобильный. Я ответила, и шеф местной полиции сообщил, что мои родители попали в аварию и скончались на месте.
Ноги у меня стали ватными, подкосились и… дальше я ничего не помню.
Так в семнадцать лет, я осталась сиротой.
Очнулась я в больнице, говорят, меня откачивали два дня. Я почти не разговаривала, только лучшую подругу Анжелу «подпускала близко». Она всегда была рядом, буквально переселилась ко мне…
Ночью, мне снились кошмары. Я кричала, а Анжела прибегала из соседней комнаты и меня успокаивала. Не знаю, чтобы я без неё делала.
Её мама, близкая подруга моей, оформила опекунство. Но я отказалась переезжать к ним.
В школу я тогда ходить перестала, просто не могла. Подруга носила мне домашку, помогала с учебой, в общем, за уши тащила меня в жизнь, но не смотря на это, я потихоньку опускала руки.
Покрасилась в чёрный цвет, стала ходить с черными ногтями и одевалась я во всё черное, «вечный траур» ну, и иногда серое. Слушала рок и не выходила на улицу.
Но всё же…
Прошёл почти год, выпускные экзамены мне никто не разрешит сдавать дома…

Настоящее.
Я осмотрела себя с ног до головы: черные свободные брюки, черно-белые кеды, серая майка. Волосы чуть ниже плеч, тоже черные. Бледное лицо, чёрная подводка и тушь, тёмно-коричневая помада.
Как не старалась я, глядя на себя в зеркало, так и не смогла улыбнуться искренне.
«Где та жизнерадостная Белла, которой я была когда–то?» - спросил внутренний голос.
«Вот именно, «была»! Её больше нет, и не будет!» - ответила я себе.
Взяв рюкзак, я спустилась вниз, где меня ждала Анжела:
- Хорошо выглядишь, – искренне улыбнулась она.
- Спасибо, – мрачно усмехнулась я.
- У тебя почти получилось, – она имела ввиду улыбку.
- Ладно, поехали.
Мы вышли во двор, сели в её машину и поехали в школу.
«Успокойся! Никто не будет пялиться. Пару раз улыбнешься, скажешь, что всё хорошо, и они отстанут» -успокаивала я себя по дороге…
- О, Белла! Как я за тебя переживала! – накинулась на меня Джесика, как только мы вышли из машины. - С тобой всё хорошо? – душила она меня в своих объятьях.
За её спиной я закатила глаза, Анжела ободряюще улыбнулась.
- Всё нормально, Джес, спасибо, – высвободилась я из её мертвой хватки.
- Честно? – допытывалась она.
Я кивнула и выдавила из себя гримасу, в народе называемую «улыбкой».
- Вот и славно! – Джесика развернулась на каблуках и заметив кого-то в толпе крикнула, оглушив нас:
- МОЛЛИ! ПОДОЖДИ МЕНЯ! – и умчалась
- Без комментариев! – вскинула я руки вверх, обращаясь к Анжеле. Она лишь, вздохнув, пожала плечами, и мы пошли на урок.
Как же я её люблю, не лезет в душу и при этом всегда находит нужные слова.

День прошёл относительно спокойно. Правда всё время ловила на себе сочувственные взгляды и это порядком надоело.
Пришла домой уставшая. Не столько физически, сколько морально. Анжела отвезла меня домой и уехала к себе.
Я поужинала, сделала домашнюю роботу и села перед телевизором.

Вдруг раздался звонок в дверь, я встала и вышла в прихожую. Распахнув, злосчастную доску я увидела… маму. Я потеряла дар речи, кинулась к ней в объятья и …проснулась. По щекам текли слёзы. (Черт! Я же обещала себе не плакать!).
Резко сев, я попыталась успокоиться: «Их нет, они умерли. Ты ни в чем не виновата и ничего не можешь сделать».
Понемногу востановив дыхание, я встала, умылась холодной водой и поднялась в свою комнату.
Сев за ноутбук, я стала проверять почту. Пришло письмо от Розали, она сообщала, что безумно по мне соскучилась (я по ней тоже) и, что она выходит замуж и никогда в жизни меня не простит, если я откажусь быть подружкой невесты.
«Я приеду к тебе перед каникулами и сразу тебя заберу»
Я была за неё безумно рада и очень мечтала увидеть. Я быстренько написала ей ответ и легла спать…

Учебные дни тянулись невообразимо долго, каждое утро я встречала Анжелу фразой «Надоело жить!». Поначалу она осуждающе на меня смотрела, но потом смирилась. В школе все постепенно привыкли к «новой Белле» и уже не пялились на меня целыми днями. Жить стало спокойнее. Но вот наступили каникулы и одним светлым утром…

Одежда Беллы в доп. материалах