Я проснулся от того, что жутко ломило шею. Да и вообще, я чувствовал себя ужасно: в ушах звенело; голова гудела, как после жуткого похмелья; слипшиеся веки никак не хотели открываться. Я поднял ватную руку, потер переносицу и глаза, пытаясь привести себя в сознание. Вокруг было необычайно тихо. Эта тишина давила, разрывая перепонки. Память постепенно напомнила мне, где я должен находиться. Изабелла! Во внезапном приступе тревоги, я резко открыл глаза и сел.
Комната кружилась передо мной, а к горлу подкатывали приступы тошноты. Да что за хрень со мной происходит?! Пытаясь поймать взглядом расплывающиеся предметы, я сфокусировался на мерцающем экране телевизора. Постепенно зрение восстановило картинку происходящего вокруг, и меня прошибло ледяным потом. На широком экране телевизора Изабеллы мелькали до боли знакомые кадры: огромная кровать в доме Ньютона, на которой лежала стройная темноволосая девчонка. Ее одежда была порвана и болталась на ней большими клоками. На ее заведённых вверх руках сидел толстозадый Майк, а Эммет упорно трудился между её широко разведенных ног. Звука у видео не было, но то, что девчонка рыдала, было понятно по нервно вздымающейся грудной клетке. Ее лицо было перепачкано в туши и крови, смешанной со слезами.
Я помнил ее, она доставила мне много проблем. После этой гулянки в доме Ньютона отец отказался оплачивать мои счета. Он прикрыл меня тогда, выходив эту девчонку, но практически перестал со мной общаться. А все из-за того, что та тёлка потеряла матку. Она, оказывается, была беременна и как утверждала - от меня. Как же ее звали? Не помню.
С ней меня познакомила Элис. В ней не было ничего сверхкрасивого, но фигурка у нее была сногсшибательная. Я трахал ее некоторое время, но она, видимо, вообразила, что между нами любовь, и доставала меня еще около месяца, а потом ещё вообще заявила, что беременна... Я не планировал отдавать ее на толпу, просто я тогда жутко разозлился, и к тому же во мне было в тот момент столько наркоты и алкоголя, что я слабо соображал, что делаю. Нет, мне ее жаль, конечно, но, в принципе, она сама виновата. Могла бы тихо сделать аборт и забыть эту неприятность. Так нет же! Приперлась ко мне шантажировать меня своей хреновой беременностью. Ненавижу таких сук, готовых за деньги на всё.
Из оцепенения меня вывел тихий шорох рядом с диваном. Я посмотрел в ту сторону и потерял дар речи: на полу, опершись спиной на диван и поджав колени к груди, сидела моя Изабелла. Ее глаза смотрели на экран, но, казалось, ничего не видели; лицо выражало такую боль, что моё сердце непроизвольно сжалось, а в голову хлынул поток крови, наполненной адреналином.
- Изабелла, милая, – позвал я, спускаясь на пол. Я встал перед ней на колени и попытался обнять ее, но она оттолкнула меня, продолжая смотреть на экран.
- Изабелла, где ты взяла это видео? Это Инесс? Эта тварь меня подставила! Изабелла, я говорил тебе, что она меня подставила. Это все фальсификация! – я почти кричал, пытаясь пробиться к ее сознанию.
Я пытался обнять ее, прикасаясь то к тонким кистям, то к красивым предплечьям, но она только вяло освобождала себя от моих рук, ни на секунду не отрывая взгляда от экрана.
Я огляделся, пытаясь найти пульт. Потянувшись трясущимися руками за желанным устройством, я опрокинул бокал со спиртным, стоящий на полу возле ног Изабеллы. Янтарная жидкость растеклась по белому пушистому ковру, подбираясь прямо к ее ступням, но девушке не было до этого дела. Ее не волновало ничто, кроме ужасающих картинок, мелькающих на этом чёртовом экране. Вскоре долгожданное устройство было в моих руках, и я нажал заветную кнопку, остановив поток обличающих меня кадров.
В комнате повисла гнетущая тишина. Я уставился на желтоватое пятно у ног Изабеллы, пытаясь собраться с мыслями. Инесс решила добить меня, отобрав самое дорогое, что есть - отношения с Изабеллой. Но какого чёрта? Я все еще не мог понять ее мотивов. Может, это ревность? Эта долбанная сучка приревновала меня к Изабелле? Но это не самое главное. Сейчас самым важным стало только одно: я должен убедить Изабеллу, что все то, что она видела - подстава. Месть рехнувшейся секретарши. Подняв глаза на девушку, ничуть не поменявшую свою позу, я тихо заговорил:
- Изабелла, ты должна мне поверить. То, что ты сейчас видела… Это все неправда. Это фальсификация. Я не знаю, каким образом она соорудила эти фильмы, но я обязательно докажу тебе, что это ложь.
Изабелла, перевела на меня уставший пустой взгляд, но продолжала молчать. Это подарило мне надежду на то, что она поверит. Я не мог ее потерять. Только не ее, она стала мне очень дорога. Черт! Да я люблю ее! Никогда не думал, что это чувство существует, а вот сейчас, когда нависла реальная угроза потерять с этой красивой стервозной женщиной всякую связь, я абсолютно четко осознал, что люблю ее. Воодушевленный ее реакцией на мои слова, я продолжил:
- Эта стерва очень изменилась с того момента, как в моей жизни появилась ты. Сейчас я понимаю, что у нее на меня были планы, но она видела, что я привязываюсь к тебе и, к сожалению, раньше меня поняла одну важную вещь… Поняла, что я люблю тебя, Изабелла, – закончил я, вкладывая в слова как можно больше эмоций.
Изабелла опустила взгляд, и на миг на ее лице скользнула горькая усмешка, моментально сменившаяся все той же маской отрешенности, но я не собирался сдаваться.
- Изабелла, ты должна поверить, что там, на этих видео, не я. Я тебя умоляю. Ради Бога, просто поверь мне... Я не смогу жить, если потеряю тебя.
Изабелла подняла на меня глаза, и от этого взгляда меня бросило в жар. В нём жутким коктейлем плескались боль, злость и разочарование.
- Ради Бога? Милый, Бога нет! Если бы он был, по свету не ходила бы такая мразь как ты! Поверить тебе? Я поверила тебе десять лет назад! – в хрипловатом голосе звенела ненависть, усиливая чувство тревоги, расползавшееся у меня в груди.
- О чем ты, Изабелла? – спросил я, недоумённо сдвинув брови.
Внезапно оживившись, она схватила пульт и нажала кнопку пуска. DVD-проигрыватель жалобно запищал, экран засветил голубым, и недавно прерванные кадры вновь замелькали по нему.
- Я об этом, – произнесла она жестким тоном, кивнув на экран. – Я точно знаю, что ТЫ участвовал в этом! Я точно знаю, что ТЫ был инициатором этого! Потому что в главной роли этого омерзительного фильма - Я!
О, Господи! Меня как будто ошпарили кипятком. Я вспомнил имя этой девчонки – Белла. Это имя повторялось в моей голове с невероятной амплитудой. Казалось, мозг взорвется. Это она. Но как? Я всматривался в ее лицо расширенными от ужаса глазами, по-новой изучая каждую чёрточку, пытаясь представить ее на несколько лет моложе. Непроизвольно я закачал головой, не в силах поверить и осознать происходящее. Казалось, теперь Изабелла абсолютно спокойна, только ее колючий взгляд выражал презрение и всепоглощающую ненависть. Она усмехнулась, и было что-то горькое в этой усмешке. Как маленькая Белла могла превратиться в Изабеллу? Как я мог не узнать в ней ту девчонку?
- И знаешь, все, что произошло с тобой, устроила я, и Инесс – девушка, нанятая мной. Но то, что ты сейчас чувствуешь, и на сотую долю не покрывает того, что тогда пережила я, – продолжала колко Изабелла, презрительно меня разглядывая. – Хотя, о чем я?! Можешь ли ты чувствовать? Способна ли такая скотина, как ты, хоть на какие-то чувства?
Меня, как будто, оглушило. Мне было наплевать, что все это сделала со мной она. Теперь это не имело никакого значения, потому что в один чертов день я лишился всего: своего настоящего – шикарной, но опостылевшей жизни с Элис под крылышком у ее папаши, и своего будущего – надежды на счастье с любимой женщиной, с моей Изабеллой. Причем, второе меня волновало гораздо больше, ведь ради этого я был готов на очень многое. И виной всему стало мое прошлое; моя веселая, разгульная и жестокая юность. Я заслужил все, что со мной произошло, я заслужил даже большего. Ненависть в глазах любимой женщины больно вгрызалась в сердце, было больно дышать... Да и не хотелось.
Я потерял единственную надежду на счастье. Я потерял единственного человека с которым мне было хорошо. И все происходило по моей вине! Я готов был уничтожить сам себя за то, что когда-то сделал Изабелле. Я убил ее! Хотя нет, я убил Беллу, а Изабелла -это то, что породила моя черная циничная жизнь. Я влюбился в собственное темное творение, которое сейчас готово растоптать и уничтожить меня, и я был согласен на любую кару от ее рук. Я сломался, сдался на ее милость...
Но ничего не происходило. Она все так же продолжала смотреть пустыми глазами ужасающие кадры на огромном экране, не шевелясь, и, казалось, даже не дыша. Это убивало меня. Я ждал истерик, угроз, активных действий, чего угодно, но только не молчания.
В следующий момент, раздирая тяжелую тишину, раздался звонок в дверь. Изабелла поднялась на ноги.
- Это Сеймон. Ты пойдешь с ним, – бросила она, направляясь к двери.
Сэймон? Да хоть сам черт!
Решение пришло внезапно, и уже в следующую секунду я вскочил на ноги и, схватив тяжелую бронзовую статуэтку, швырнул ее в огромное окно, открывающее вид на панораму красивой площади и прогулочного парка. Вслед за статуэткой я нырнул с разбега в осыпающиеся мелкие осколки стекла. Я летел тихо, беззвучно, и только хлопок, резкая боль и темнота оповестили о том, что все кончено.

Уважаемые читатели. Фик движется к концу. Осталась всего одна глава и эпилог. Меня очень расстраивает, что на форуме отписываются только две постоянные читательницы. Если вы продолжаете читать этот фик, значит он вам чем то интересен. Очень прошу - отпишитесь. А если фик вам абсолютно не нравится, я жду вашей критики на форуме.