Тяжелые капли холодной воды с тихим звяканьем бьются о ржавую раковину, отдаваясь размеренно-звучным стуком в этой белой безжизненной тишине. Прогнившие трубы петляют в грязных углах, под ногами потрескавшаяся плитка. Широкие окна завешены пыльными простынями, сквозь тонкий покров которых сочится матово-душный свет.
Оглядываюсь вокруг – везде белизна. Такая бледная, кафельная, стерильная. Почти больничная. Пропахшая старостью. Отчужденная. Мертвая. Будто застыла во времени. И преисполненная покоем. Таким неестественным, безмятежным и тихим. Словно бы в этом могильно-белом безмолвии похоронена чья-то загадка. И тайна.

Ногою открыл дверь кабинки - протяжный скрип тонкой нитью прошел сквозь мое сознание, и смрадный запах сточной воды тот час же резко ударил мне в ноздри. Это место давно хотят снести. Здесь никто не бывает: вся жизнь этажами ниже. Никто, кроме…
Сажусь на пол, упираясь ногами в стену. Достаю зажигалку, прикуриваю – сладкая серость табачного дыма не спеша ползет вверх, заполняя собой эту липкую тесноту.

Странный он. Определенно странный. И что он забыл здесь? Ведь постоянно ходит. Да, я слежу. Из любопытства? Отчасти. И просто хочу помочь, вижу же: что-то не так. Пару раз прикрывал его на семинарах – в ответ лишь вымученное «Спасибо», хотел узнать, что с ним - «Я просто устал», мечтал подружиться, звал в гости – «Я занят». «А чем?» – «Да не важно». И так вот всегда. Подавленный вид, спит на парах. «Проблемы?» - молчит… «Может, скажешь?» - и сдавленный вздох: «Прости, но… дела». Встает с места, уходит. И снова сюда… Я опять не догнал.
Бред, нет, ведь определенно бред, и чем скорее я докопаюсь до правды, тем будет лучше в первую очередь для него. А сидеть тут, видимо, придется долго.
Сладкий вкус табака расплывается в душном смраде, застилая кафельное пространство своей пепельной пеленой.
Такое состояние правда пугает. Взять хотя бы тот случай, ставший хитом на странице колледжа. Да, грустно… Но таковы у меня друзья. Идеальных людей нет. По крайней мере, я в них не верю. И, наверное, мне было бы глупо рассуждать о совершенстве, хотя бы потому, что я сам шибко далек от идеала.
Беру телефон, захожу на Facebook. 182 комментария, 863 просмотра. И еще куча людей поставила «Like». Бездушные, злые, но что с ними делать? Дрожащей рукой нажимаю «Play».

В пиксельной ряби нарисовалась толпа студентов. Знакомьтесь, наш курс. Вот и лектор – Бэн Мейер. Он же экзаменатор… Все-таки вредный тип.
- Мне некогда было учить, правда некогда, – мой однокурсник, как всегда, в своем репертуаре. Растрепанные волосы лохматыми патлами свисают на лицо, в глазах – рассеянный блеск тревоги. Опять не спал, наверное. Быть может, даже и не одну ночь подряд.
- Понимаю… - довольно ухмыляется Мейер. – Клубы, тусовки, спиртное и секс… В вашем возрасте люди куда более самосознательны и…
- Послушайте же! – резко перебивает он. - Ставьте два, ради Бога, мне надо идти!
- Подружка заждалась? Опаздываем на концерт? Или что? – ехидный взгляд прямо в душу. Едкая интонация безжалостно бьет по нервам. – Вы не отделаетесь так просто. Напрягите свой ум, мистер Холливелл, если таковой у вас вообще есть. Вспоминайте, пытайтесь. Спешить вам некуда. Я подожду.
- Не знаю я ничего, - нервно вздыхает, - мне надо идти, я серьезно… - говорить становится все труднее, в глазах заблестели крупицы слез. Нет-нет, ему вовсе не грустно, просто… очередная неадекватная реакция его измученного организма. Ох, странный же, ведь определенно странный. – Мне надо… - веки смыкаются, ноги не держат, сознание меркнет и – темнота. Он плавно сползает по гладкой стене.
«Экзамен закончен досрочно?» - восторженный гул. Толпа со смартфонами, яркие вспышки мобильных камер. Что тут сказать? Facebook будет доволен.

«Переутомление, нервное напряжение, сильнейшая усталость». И куча других синонимов. Так сказала мне медсестра, пихая ему в лицо флакон с нашатырным спиртом. А я то думал: неудачный эксперимент с алкоголем…
Хотел поговорить с ним – он ушел, едва лишь очнулся. Видать, снова сюда. Как всегда, не догнал…
Что за этим стоит? Что-то странное, темное… Нервно стряхиваю пепел в ржавый унитаз. Сердце бьется все чаще: чую ведь, что скоро узнаю. Волнение, словно ток, холодной дрожью пробивает все тело. Мне даже трудно сидеть на месте. Но выйти нельзя: вдруг зайдет? Ведь спугну…
Сигареты сгорают одна за одной, сыплясь грудой окурков в протухшую воду. Такую мутную, темную, грязную… Страх все сильнее сжимает тело, едким комом засев где-то в горле, сердце глухо стучит в висках, лицо облепил мерзкий пот. Хочется бросить все, плюнуть, уйти. Тяну руку к двери, но нет: слишком страшно. Вдруг наткнусь на него в пустоте коридоров? Может, маньяк, сумасшедший… Ну мало ли что? К нему подойдешь – уже как-то неловко: холод тайны и мистики веет в лицо. И всегда это странное ощущение: будто я лишний, ненужный. Даже обидно.
Но обида только сильнее разжигала желание. Желание наконец докопаться до истины.
Слышу шаги. Сигарета падает из разжатых пальцев. Тело словно застыло – даже дышать слишком трудно. Будто стою на пороге какой-то пропасти. Открою дверь, все узнаю – тот час же свалюсь. Остается сидеть, проклиная себя за глупость. Протяжный скрип. Вновь шаги. А затем тишина. Секунды. Минуты. Невыносимая пытка. Конечности затекают, голова начинает кружиться, во рту едкий табачный привкус. Именно едкий. Ставший горьким, противным. Неизвестность пугает, томит… Не могу. К черту все! Я встаю – телефон с оглушительным грохотом падает на пол. На миг закрываю глаза от испуга: ну все, мне конец! Но по-прежнему жив. Поворачиваю щеколду. Снова скрип. Выхожу…

Он сидит на полу, прислонившись к стене. Веки сомкнуты. Тяжело дышит.
- Крис?… – подошел ближе.
- А? – он устало открывает глаза.
- Ты чего тут сидишь? - замечаю: рукой закрывает плечо. – Да что же с тобой?! – пытаюсь растормошить. Перехожу на крик и силой отдергиваю его руку. Кровь…
- Ты следил за мной, да? - чуть заметный упрек. Мое резкое «Нет».
- Это кто тебя так?! И… что за странности? Что сюда ходишь?
А он все свое:
- Ясно, значит следил.
- Ну и что?
- Ничего, просто я тебя… другом считал.
- Другом?! – внутри все сжалось. – Но ты же всегда странный такой. Я почти не знаю тебя…
- Не меня. Мою тайну… Тебе нужна была лишь она. Всем вам надо узнать, докопаться, разведать. Иначе - не друг. А я ведь в вашу жизнь не лезу… - грустный шепот. И боль. В холоде изумрудных глаз робко проступают слезы. - Уходи… - еле дышит.
- Сиди здесь, я приду. Через пару минут, - отхожу к двери. Почти уже вышел – и вдруг оглядываюсь. - Ты где?…
Тишина. Душная. Мертвая. Безысходная. Лишь звонкий стук водопроводных капель падает в эту молочную пустоту… Опускаю глаза: глянцевый кафель. И пятна крови, в густой красноте которой блестит маленький огонек бело-синего света. Словно кристалл. Как осколок той тайны. Чужой, не моей, унесенной за грань…