Глава двадцать шестая

Белла
Я уставилась на доску в глубокой концентрации, как будто чем дольше и упорней я буду на нее смотреть, тем вероятней, что ответы появится сам. Я услышала тихое покашливание и, подняв взгляд, увидела терпеливо ждущего Саймона.
– Прости, – пробормотала я, смущенно улыбаясь.
Он покачал головой.
– Не торопись, – сказал он, самодовольно улыбаясь.

Шансы Саймона на победу были огромны. Да, я Изабелла Свон, тридцати двух лет от роду, скоро буду разбита в шахматы своим девятилетним сыном.
Я взяла пешку и, вздохнув, передвинула ее вперед. Саймон ухмыльнулся и быстро сделал ход, сметая прочь мою невинную пешку своей королевой.
– Шах, – самодовольно сказал он.

Я нахмурилась и склонилась над доской, пытаясь найти другой ход. Одной рукой я инстинктивно поглаживала свой распухший живот.
– Мам?
– Да, детка? – спросила я, не отрываясь от доски.
– Ты когда-нибудь хотела, чтобы один из нас родился девочкой?
Я удивленно взглянула на него.
– Что? – переспросила я, нахмурившись.
– Джейсон, Люк или я, – кивнул он. – Тебе когда-нибудь хотелось, чтобы мы были девочками, а не мальчиками?
Я в шоке уставилась на него.
– Конечно нет, Саймон. С чего ты так решил? – спросила я, находясь в тихом шоке.
Он пожал плечами.
– Я слышал, как папа говорит, что ты хотела девочку, но беременна двумя мальчиками. Это заставило меня задуматься, – признался он.

Я покачала головой.
– Я люблю тебя и твоих братьев так же, как и ты. Я бы никогда за миллион лет не изменила даже волоса на ваших головах. Вы – мои мальчики. Ничто не может заставить меня любить вас сильнее, чем сейчас, – сказала я мягко.
Саймон нежно улыбнулся.
Я случайно передвинула ладью и взглянула на Саймона.
– Спасибо, мам, – сказал он тихо.
Я кивнула.
– Саймон, ты с братьями – самый важные люди в моей жизни. Теперь вас больше трех, но это не значит, что я буду любить кого-то из вас меньше. Я мать, а матери могут дать столько любви, сколько потребуется, – пояснила я.
Саймон улыбнулся.
– Я рад, что ты моя мама. Ты всегда знаешь, что сказать,
Я счастливо улыбнулась ему, а он посмотрел на доску и переместил свою ладью.
– Шах и мат.

Я нахмурилась, глядя на доску. Немного рассмотрев ситуацию, я усмехнулась.
– Некоторые вещи никогда не меняются. Давай ты все здесь уберешь, а я приготовлю что-нибудь на ланч, – сказала я, вставая.
Саймон кивнул, а Джек буквально припал к моему бедру. Он следовал за мной весь день, присматривая.

Оставалась всего неделя до Хэллоуина, и дети весь месяц работали над своими костюмами. Они даже заставили и меня сделать себе костюм, а после многих заверений Эдварда, что это будет весьма красивым жестом, я согласилась надеть костюм тыквы.
– Мамочка, ты будешь тыквенным сюрпризом! – настаивала Клара.
Как я могла отказаться?

Я вошла на кухню и отмахнулась от паутины, которую развесили дети. В этом году они, определенно, переборщили с декорациями.
Я заглянула в кладовую с продуктами и увидела, что дети поместили туда всех поддельных тарантулов. Я как раз доставала макароны-бантики и сыр, когда почувствовала, как что-то прочесало меня по кисти. Я замерла и увидела настоящего тарантула, ползающего по коробкам. Я закричала, отдернула руку и выскочила из кладовой.
– В чем дело? – поторопились узнать все.
Эдвард с беспокойством смотрел на меня, пока я пыталась перевести дыхание.
– Саймон, твой тарантул в кладовой!
Его глаза загорелись, и он зашел внутрь, быстро подбирая своего паука.
– А я везде тебя ищу, Клык. Ты хорошо знаешь, как удирать, – говорил Саймон, аккуратно держа паука.
Я вздрогнула и отстранилась от него.
– Отнеси это в свою комнату и держи там, а если я еще раз увижу его вне клетки, то раздавлю, – пообещала я.

Саймон кивнул и побежал наверх, прижимая Клыка к груди. Сильные руки Эдварда обняли меня, и я прижалась к его груди.
– Думаю, у меня только что был сердечный приступ, – сказала я в его рубашку.
Он мягко засмеялся, и я бросила на него рассерженный взгляд.
– Это несмешно. Я личность нежная и еще более хрупкая из-за того, что нахожусь на шестом месяце беременности, – сердито сказала я.
Эдвард кивнул и поцеловал меня в лоб.
– Ты права, прости. Это не было смешно, – сказал он, закусывая губу, чтобы не засмеяться.
Я глянула на него и отстранилась.
– Ты не это имел в виду, – надулась я, двигаясь обратно к кладовой, чтобы взять макароны, которые изначально собиралась готовить. Я вышла и подошла к плите. Я почувствовала, как руки Эдварда обнимают мой живот, а сам он наклонил голову, чтобы поцеловать меня в неприкрытую шею.
– Прости, что смеялся над твоим испугом, – прошептал он мне в шею. – Ты простишь меня?
Я почувствовала, что у меня подгибаются колени, и тупо кивнула.
– Да, – прошептала я, держась за столешницу, чтобы не упасть. Я чувствовала, как губы Эдварда растягиваются в улыбке, когда он выпрямился.
– Может, мне приготовить обед сегодня?
Я скептически посмотрела на него.
– А ты уверен, что справишься сам? – поддразнила я его.

Он усмехнулся и положил руки на мои бедра, поворачивая меня так, чтобы я оказалась к нему лицом.
– Думаю, что я могу с этим справиться. – Его глаза стали темными и тлеющими, и я почувствовала, что колени вновь слабеют.
– Ладно, я буду сидеть сложа руки и смотреть, – завила я, отходя к кухонному острову и садясь на барный стул.
Эдвард улыбнулся и кивнул.
– Готова смотреть, как я готовлю?
Я кивнула и нетерпеливо закусила губу. Это должно быть интересным.

Эдвард
Приготовить макароны с сыром оказалось гораздо сложнее, чем я ожидал. После того, как я несколько раз сжег воду (что, к моему удивлению, оказалось не так уж и сложно), потом неправильно нарезал брокколи, Белла была в состоянии достаточно долго сдерживать приступ смеха, чтобы показать мне, как это делается.
Мне нравится наблюдать за Беллой на кухне. Здесь она всегда счастлива и беззаботна. Особенно сейчас, когда находится в положении. Она инстинктивно поглаживала живот и советовалась с детьми относительно готовки. Она клялась, что они понимают ее и всегда отвечают.

– Как вы думаете, ребята, может, положить еще брокколи? – спросила она, положив руку на свой живот, и ждала, поглядывая на кастрюлю. Задумавшись, она кивнула. – Вот и я так думаю. – Она двинулась к разделочной доске и начала дорезать брокколи, чтобы добавить ее в кастрюлю. Взглянув на меня, она улыбнулась. – Кристофер у нас шеф-повар, – сказала она, слегка поглаживая свой живот.
– Кристофер? – нахмурился я.
– Прости, – покраснела она и кивнула. – Я не хотела выбирать ему имя без тебя, но как-то раз мы с Кларой готовили, и она назвала его Кристофером, вот имя и прилипло, – объяснила она, краснея.
– Мне нравится это имя, – улыбнулся я.
Белла улыбнулась и слегка погладила живот.
– В любом случае, Кристофер – тот, кто помогает мне готовить. У его брата нет ни капли вкуса, – сказал она, сморщив носик.
– Ты можешь отличить одного от другого? – усмехнулся я.
– О да, – кивнула Белла, – у них обоих очень ощутимые толчки и движения. Хотя иногда кто-то из них пинается, и я не знаю кто, но всегда могу заметить разницу, – сказала она.
Я в изумлении уставился на нее.
– Невероятно, – сказал я с трепетом.
Она залилась краской и убрала волосы от глаз.
– Я тут подумала, что нам бы нужно выбрать имена для мальчиков, – медленно проговорила она.
– Ну, Кристофер мне нравится, - кивнул я.

Белла утвердительно кивнула.
– Папочка? Можно мне позвонить дедушке Карли? – спросила Клара, вбегая в комнату.
– Зачем, дорогая? – нахмурился я.
– Я выбрала для него костюм на Хэллоуин! – взволнованно воскликнула она, усмехаясь.
– Ясное дело, я наберу его для тебя, – усмехнулся я и взял трубку.
– Я сама могу! – сказала она, покачав головой, выхватила телефон и убежала.
Я усмехнулся и повернулся к улыбающейся Белле.
– Кристофер Карлайл Каллен, – улыбаясь, произнесла она.
Я мысленно повторил это несколько раз и кивнул.
– Мне нравится, – ухмыляясь, сказал я.
– Мы должны еще у детей спросить, – кивнула Белла, – и узнать, есть ли у них какие-нибудь идеи для другого, – сказала Белла, поглаживая свой живот.
– Хорошая мысль, – кивнул я.

Белла
Мы находились в гостиной, дети по очереди играли на приставке, а я сидела и счастливо прижималась к боку Эдварда. Его длинные пальцы играли с моими волосами, безмерно успокаивая меня.
– Эй, дети, – сказала я, немного помолчав.
Они поставили игру на паузу и посмотрели на меня.
– Я хочу спросить вас, ребята, что вы думаете об именах, – мягко сказала я.
В тот же миг телевизор был выключен, а они выжидающе уселись вокруг нас с Эдвардом.
– Мы решили назвать одного из мальчиков Кристофер Карлайл Каллен, а как на счет другого? – спросила я.
Все нахмурились.
– Марк? – предложила Джоди.
– А может, Райан? – сказал Люк и улыбнулся мне.
– Тревор?
Я усмехнулась полетевшему в нас потоку имен. Эмма немного помолчала, прежде чем улыбнуться.
– Я придумала, – громко сказала она.
Все затихли и посмотрели на нее.
– Ну, каждый из нас назван в честь кого-то из семьи, так?
Я нахмурилась.

– Второе имя Джейсона – Эммет; Саймона – Мэтью, в честь его дедушки, правильно? Второе имя Люка – Джаспер, в честь дяди. Мое второе имя – Эсми, в честь бабушки, у Джожи – Кристен, в честь второго имени Тани, а Клару назвали в честь танинной матери. Второе имя Кристофера – Карлайл, поэтому, может, второго имеет смысл назвать Энтони Чарльз Каллен, в честь второго имени папы и дедушки Чарли? – спросила она.
Я повторила это несколько раз и улыбнулась.
– Эмма, это блестящая идея. Мне нравится. – Я посмотрела на остальных, и они с энтузиазмом закивали.
– Значит, решено. Кристофер Карлайл Каллен и Энтони Чарльз Каллен, – подытожил Эдвард.
Мы все усмехнулись и закивали.
Дети повернулись к телевизору и снова включили его. Я снова прижалась к боку Эдварда и улыбнулась, довольная.

Конец двадцать шестой главы

От автора:
Для тех, кому интересно: я планировала, чтобы костюмы выбирала Клара. Белла была бы тыквой, Эдвард – львом, Карлайл – вампиром, Эсми – доброй колдуньей. Клара – принцессой-балериной, Люк – турборейнджером, Джоди – девочкой в коротких белых носочках из 50-х, Саймон – ниндзя, Эмма – феей, а Джейсон – суперменом (в стиле красавца Тома Уэллинга).

Поделиться своими мыслями можно здесь

Автор: imma vampire
Перевод: Deruddy
Редактор: Lega