Ауттейк от имени Эдварда.

Я ехал по шоссе в гнетущей тишине.
"Добро пожаловать в Форкс" - гласила табличка при въезде в город.
Вот я и вернулся домой.Меня не было здесь почти два года, а город совсем не изменился. Хотя, что могло случиться в нашем городишке? Ничего. Но в таких маленьких городах, как наш, очень большая проблема: о любом приезде сразу узнают благодаря старому доброму сарафанному радио.
"Не уж-то сынок Доктора Каллена вернулся?" – наверняка подумали все. Казалось, что я не вернусь сюда никогда.
Учеба в Гарварде, интернатура в лучшей клинике Бостона. Кому захотелось бы возвращаться в маленький город, в котором тебя не ждут никакие перспективы? Мне. Но ведь всем этим людям были неизвестны мои мотивы. Им неизвестно, что я не хотел возвращаться в Бостон. Вспомнив Бостон, я снова вспомнил ее…
Мою Кейт.
Мы познакомились в медицинском колледже. Я до сих пор помнил тот день, когда увидел ее впервые. Только Кейт зашла в аудиторию, я понял, что пропал.Длинные светлые волосы, небесного цвета глаза, смущенная улыбка…
Что ты делаешь на земле, ангел?
Она казалась нереальной, моим видением в бреду. Всю неделю я думал о ней. Я бросал на нее пылкие взгляды каждый раз, когда она смотрела на меня. В кафетерии и библиотеке я садился на то место, с которого было удобнее наблюдать за Кейт. Она была очень тихой и одинокой.
Все свободное время проводила в библиотеке. Впервые в жизни я влюбился, и мне хотелось взаимности. Я стал писать ей любовные письма. Узнал, что ее любимые цветы лилии, после чего каждое утро ее ждал свежий букет на окне. Кейт не устояла. Мы стали встречаться. Я помню, что когда с ее губ сорвались слова любви, я был на седьмом небе от счастья. Моя! Она моя! Сначала все было как в сказке. Поцелуи, полные нежности. Ночи любви…
До того момента, пока в нашей жизни не появился Гаррет. Мы встречались уже год и решили снять квартиру.Я был готов связать с Кейт свою жизнь, но, как оказалось, этому не суждено было случиться. В Университете появился новый преподаватель. Гаррет Вайт. С первого дня он мне не понравился. Несмотря на то, что Кейт встречалась со мной, он начал оказывать ей знаки внимания. Я пытался поговорить с ним, чтобы он оставил ее в покое. Но результат был нулевой.
Этот урод лишь посмеялся. Я не сдержался и врезал по его нахальной роже. Из-за этого Кейт закатила скандал. В моей голове не укладывалось, что моя Кейт может защищать этого Гаретта.
Все стало еще хуже. Я начал постоянно ревновать ее. Наша сказка превратилась в кошмар.
Все скандалы заканчивались одинаково. Я, хлопнув дверью, уходил в какой-нибудь бар, а Кейт плакала всю ночь, забившись в уголке. Да! Я был настоящим козлом, но тогда не мог поступить иначе. В один из таких дней я решил, что хочу помириться. Что не могу без Кейт. Я купил ей ее любимые лилии, заказал столик в лучшем ресторане и решил сделать предложение руки и сердца. Но мои планы рухнули в тот миг, когда я увидел в коридоре букет пышных кроваво-красных роз. Мне не понравилось, что Кейт приняла эти цветы, но больше всего меня разозлила карточка.
«С любовью, Гаррет»
Твою мать! Опять этот чертов Гаррет. Мое терпение лопнуло, и терпение Кейт, видимо, тоже.

- Эдвард, как ты не можешь понять! Он для меня ничего не значит, – твердила она.

Я не верил ей или не хотел верить. Моя ревность ослепила меня.

- Ты не тот Эдвард, которого я полюбила! Где мой Эдвард? – кричала Кейт.

Ее слова сильно задели меня. Я понял, что сам разрушил свое счастье. Кейт начал собирать свои вещи и заявила, что уходит навсегда, что устала пытаться до меня достучаться. Я, в свою очередь, пытался ее остановить.

- Кейт, не уходи, что угодно, только не уходи! – умолял я.

- Нет, Эдвард. Я, видимо, не та, кто тебе нужен, но надеюсь, что найдется девушка, которая будет с тобой счастлива.

- Прошу, не уходи, Кейт!

- Прощай, Эдвард, – сказала Кейт и уехала.

Я не мог ее отпустить и поехал за ней.

Я должен был остановить ее!

Погода в тот роковой день была такой же мерзопакостной! Я обдумывал, как вернуть мою любимую. Думал, что сказать. Как неожиданно машина Кейт потеряла управление, врезаясь в ограждение. Я остановился и сразу помчался к машине, но было уже поздно.
Кейт умерла…

Я потерял смысл своей жизни! Как стало позже известно, не сработали тормоза. Она умерла мгновенно, от перелома шейных позвонков. У нее не было шанса. Совсем не помню, что было дальше. Я чувствовал себя так, словно впал в коматозное состояние. Кейт забрала с собой в могилу часть моей души. Позже я стал искать утешение на дне стакана. Я винил себя и только себя в смерти Кейт. Если бы не моя ревность, она была бы жива. Прошло полгода, и я стал приходить в себя. Я перестал любить Кейт, но в моем сердце осталась пустота. Почти каждое воскресенье я приходил к ней на могилу и приносил ее любимые лилии. В прошлое воскресенье я вдруг понял, что должен уехать. Должен опустить мою любимую. Мне снился дождливый Форкс, зеленый хвойный лес, пляж Ла-Пуш, дом моих родителей. Те места, где я родился. Солнце уже село за горизонт, и наступила темнота. Дорога была пуста. Точнее была пуста, пока здесь не появился «железный монстр» - он же пикап «Шевроле». Машина ехала с убийственной для пикапа скоростью. Дождь лил как из ведра. И тут пикап начало заносить…
Визг шин. Перед глазами всплыла картинка из прошлого. Смерть Кейт. Удар! Машина перевернулась. Нет! Это не могло произойти снова. Я остановился и сразу побежал к машине.
Отец всегда говорил, что врач обязан в нужный момент суметь помочь. Говорил, что врач должен быстро анализировать и обладать мгновенной реакцией. Потому что в такой ситуации каждая минута на счету. За рулем сидела девушка. Первое, что я сделал - проверил пульс. Пульс слабый. На голове открытая черепно-мозговая травма. Скорее всего, сотрясение мозга. Возможно, переломаны ребра. Пульс почти перестал прощупываться. Господи, только не еще одна смерть!
Я не имел права бездействовать. Я стал делать массаж сердца и искусственное дыхание. Заполнял ее легкие воздухом, заставлял сердце биться и молил Бога не дать ей умереть.

- Ты еще слишком молода. Я не дам тебе уйти в мир иной.

Живи! Пожалуйста, живи! Мои молитвы были услышаны. Девушка открыла глаза. Она посмотрела на меня своими карими глазами, но опять потеряла сознание. Я аккуратно положил девушку на заднее сидение своего автомобиля. Старенький пикап, в котором она ехала, теперь уж точно больше никогда не поедет. Из ее машины я взял сумку, лежащую на сидении, а из бардачка - документы.

Изабелла Мари Свон.

Изабелла…

Какое красивое имя, да и фамилия достаточно знакомая. Неужели эта Изабелла - дочь шефа полиции Чарли Свона? Я много слышал о ней, но никогда не видел. Предварительно сделав звонок отцу, я рассказал, что со мной случилось. Ехать я старался как можно осторожнее.
Погода была ужасной. Началась буря. Землю сотрясали раскаты грома, деревья раскачивались из стороны в сторону от сильного ветра. А я мог думать только о девушке, которую только что спас - об ангеле, неожиданно ворвавшемся в мою жизнь.

- Держись, совсем скоро мы будем в больнице.

Подъехав к больнице, можно было увидеть, что нас уже ждали санитары. Изабеллу положили на носилки и повезли в реанимационную. Я последовал за ними. Только войдя в здание, я заметил, что промок до нитки. На полу остались грязные следы от моей обуви. Но мне сейчас было глубоко плевать на это.

- Эдвард, – позвал меня мой отец, остановив лишь на мгновение.

- Папа, я хочу быть рядом с ней.

- Я все понимаю, Эдвард, – вздохнул Карлайл и продолжил: – Ты спас ее, сынок. Я горжусь тобой, но там ты ничем не поможешь. Я сделаю все возможное для Беллы.

Беллы…

- Хорошо, но я буду рядом. Может, позвонить кому-то из ее родственников?

- К сожалению, звонить некому. Только если ее матери, но ее сейчас нет в стране.

Совсем одна? Быть такого не может!

- А как же ее отец? Может, у нее есть парень или муж?

Последнее предложение я произнес, почему-то надеясь на отрицательный ответ. Что таить? Она мне и правда понравилась.

- Ты же не знаешь, что год назад у Беллы умер отец. У тебя были другие проблемы. После этой трагедии она замкнулась в себе. И да, она свободна.

Совсем одна? Теперь я точно был уверен, что должен быть рядом. Время шло. Я нервничал.
Белле стало хуже. Едва открылась дверь, я тут же подошел к Карлайлу.

- Как она?

- Она впала в кому. Эдвард, теперь ее черед бороться за жизнь.

- Она выкарабкается, – произнес я уверенно и вошел в палату.

Совсем бледная, она лежала на койке. Прибор, выводящий на монитор данные о пульсе, издавал еле слышный писк.
Я подошел к Белле, взял ее за руку и произнес:

– Ты думаешь, что ты одна? Это не так. Теперь у тебя есть я. Ты обязана бороться.

С этой минуты я понял, что моя жизнь больше не будет прежней.