Она проснулась от того, что первые солнечные лучи робко коснулись Её закрытых глаз и сразу же, будто испугавшись, что потревожили Её покой, переместились на стены маленькой спальни. Она села на постели, притянув к груди лёгкое шёлковое покрывало, которое за ночь сбилось к спинке кровати. Потёрла глаза, прогоняя остатки сна, и повернулась. Он спал. Лицо выражало безмятежность. Его ресницы подрагивали в такт биения Её сердца. Она потянулась к рукой к Его лицу и коснулась кончиками пальцев щеки. Как обычно, кожей Она ощутила лёгкую щетину. Затем Она дотронулась до его волос, которые ещё не приобрели свой натуральный цвет. Многие прядки были соломенного цвета, от того, что выгорали на солнце. Она улыбнулась своим мыслям. Внезапно Он обеспокоенно заворочался во сне, крепко сжал Её запястье и открыл глаза. Она вздрогнула. Он никогда не делал Ей больно. Он мог уничтожать её морально одними словами, поступками, но не физически. Сейчас Её душа рвалась на части лишь от холода Его ладони и слепой одержимости в светло-синих глазах, которые будто гипнотизировали Её. Она просто не могла ему отказать, если Он просил. Он брал многое, но не давал почти ничего.
Громкий звонок заставил их обоих повернуть голову в сторону тумбочки, на которой лежал Его мобильный телефон. Играла известная мелодия, от вибрации аппарат перемещался по дереву, издавая неприятный звук. Он, резко отбросив её руку, перекатился к другому краю кровати и, судорожно схватив телефон, нажал кнопку принятия вызова.
- Да, любимая. Да. Задержался. Буду дома через десять минут. Узнал. Да, он согласился быть свидетелем…
Он ушёл в ванную и закрыл за собой дверь, но до Неё ещё доносились обрывки фраз. Ей не надо было даже слушать их разговор, Она и так знала, что Он ей говорит. Обсуждает их свадьбу, признаётся ей в любви. Он не стыдился делать этого и при Ней. Она всегда молчала. Она стискивала зубы, чтобы не закричать от невыносимой боли. Она знала, что сама выбрала свой путь, хотя и пыталась затем от него отказаться, но, оказывается, не все ошибки, совершаемые в этой жизни можно исправить.

Она отчётливо помнила тот вечер. Была зима и большие хлопья снега, подгоняемые сильным ветром, опускались ей на плечи, волосы, а некоторые даже проскальзывали под пальто. Она помнила, как дрожащими от холода пальцами сжимала бумажку с адресом и со страхом рассматривала неоновую вывеску, которая висела на входе в дом. Она помнила странный запах, который витал в его комнатах. Обычную женщину, которая ничем не напоминала тех шарлатанок, которые обычно стоят в переходе. Она помнила, как едва взглянув на Неё, женщина грустно усмехнулась.
- Принесла фотографию?
- Дда…
- Знаешь, что это чёрная магия? Грех это великий. И будет он на твоей душе.
Она лишь кивнула головой в знак согласия, не в силах больше произнести ни слова.
- Будь по-твоему, но будет тот, кого ты любишь разрываться между вами. Ты же знаешь, что он её любит?
- Знаю.
- К тебе его тянуть будет, словно магнитом. И будет он с тобой, то нежен и ласков и будет дарить тебе минуты счастья, а то вдруг станет холоден, словно бетонная стена и будет возвращаться к ней, оставляя тебя одну. Согласна ли ты терпеть всё это?

Девушка снова слегка кивнула и сжала руки в кулаки.

Звук закрывающейся двери вывел Её из оцепенения. Он широкими размашистыми шагами прошёл через комнату, на ходу поднимая рубашку и брюки, которые валялись на полу.
- Мне пора.
Он наклонился к ней и слегка чмокнул Её в шею и провёл рукой по Её плечу. Она подобрала ноги под себя, по Её щеке скатилась одинокая слеза, которую она поспешила стереть тыльной стороной ладони. Она всегда будет Ему всё прощать. Он быстро оделся и вышел из квартиры.

***

Ему снилась она в белоснежном платье. Его невеста. Она громко смеялась, кружилась, подняв руки к солнцу, её длинные белокурые волосы, которые ещё недавно были убраны в причёску, разметались на тёплом летнем ветру. Он любовался ею издалека, пока она перешёптывалась с подругами и улыбалась. Он поднял свой взгляд на небо. Сегодня оно было, как никогда ясным, почти безоблачным. Вдруг среди большой толпы гостей, которые толкались на широкой площади, Он заметил хрупкую фигурку. Она шла, то скрываясь за дорогими машинами, то снова появляясь в поле Его зрения. Он пошёл Ей навстречу, но тут же был остановлен мужской половиной родственников и друзей. Они что-то кричали Ему, толкали в спину, но Он словно не слышал их, будто кто-то взял и выключил звук в Его голове. Он видел только Её. Он на секунду повернул голову к свидетелю, чтобы сказать, что Ему надо ненадолго уйти. Когда Он снова повернулся в сторону, где стояла Она, там никого не было. Он ощутил внутри себя ужасный холод. Липкий, неприятный страх сковал Его душу. Он понимал, что теряет что-то необычайно важное. Частичку самого себя.
Его постепенно возвращали в реальность из сна прикосновения Её руки. Её нежная тёплая кожа создавала необычайный контраст с Его ледяной. Маленькая капля пота скатилась по Его лбу. Он резко открыл глаза и сжал Её запястье, сразу же встретившись с обеспокоенным взглядом Её больших серо-голубых глаз, которые имели удивительную способность менять цвет в зависимости от освещения. Он пытался запомнить каждую чёрточку Её лица, каждый изгиб Её тела, крепко держа за руку, словно боясь, что Она опять уйдет, ускользнёт от Него, не понимая, что Она всегда будет рядом, когда Ему понадобится, не понимая, что это Он управляет Её жизнью. Громкий звонок заставил их обоих повернуть голову в сторону тумбочки, на которой лежал Его мобильный телефон. Он наизусть помнил мелодию звонка, которую Он специально поставил на неё. Ему вдруг резко надоело держать Её запястье и Он, даже не думая, отбросил в сторону Её руку. Он взял телефон, нажал кнопку принятия вызова и зашёл в ванну.
- Солнышко. Я соскучилась. А ты? Ты где? Узнал у него? Он согласился?
Он знал, что Она всё равно может расслышать их разговор. Он знал. Ему было приятно слышать её спокойный голос. Она так была не похожа на Неё. Спокойная, рассудительная, идеальная жена. Она не была огнём эмоций, страсти, безудержного веселья с перчинкой пошлости и сарказма, вселенской грусти и боли. Она просто отличалась от Неё. Иногда Ему казалось, что Он любит только её, но потом Он всё равно приходил к Ней. Он разрывался между ними, не понимая, чего же Он на самом деле хочет.
Он невпопад отвечал на её вопросы, говорил ей о своей любви, слабо веря в это. Он был уверен, если бы он по-настоящему любил Её, то не ходил бы в Её квартиру при каждом удобном случае. Он корил себя, Он ненавидел себя, Он ненавидел их обеих. Наконец, ей надоело.
- Да, что с тобой?
- Со мной всё в порядке.
- Нет. Я же чувствую и слышу по голосу. Приезжай.
- Уже еду.
Он вышел из ванны, громко хлопнув при этом дверью. Он широкими размашистыми шагами прошёл через комнату, на ходу поднимая рубашку и брюки, которые валялись на полу. Он ещё помнил запах Её тела, на Его губах, плечах, руках, ещё горели Её поцелуи, но Он уходил, несмотря ни на что.
- Мне пора.
Он буквально ощущал Её боль в воздухе. Он наклонился к Ней, слегка чмокнул Её в шею и провёл рукой по Её плечу, словно пытаясь сказать, что Он ещё вернётся, наивно полагая, что Ей от этого станет хоть немного легче. Он быстро оделся и вышел из квартиры.