- Ты чертов стероидный монстр!!! Да ты хоть понимаешь, что чуть не убил мою сестру!!! Да как тебя вообще на улицу выпустили? – ну вот, знакомый шум. Что, чёрт возьми, происходит? Не могу подняться, словно тело больше меня не слушается. Открыть глаза? Нет, лучше сразу убейте меня. Тошнит, сильно.
- Я вас очень прошу, будьте тише. Вашей сестре сейчас нужен покой. – чья-то прохладная рука коснулась моего лба. Приятно. Холод чуть-чуть ослабил боль, и я смогла, наконец, снова провалиться в сон.

Я была дома. В постоянно солнечной Флориде. Только сегодня шёл дождь. Мама и папа сидели у камина в гостиной, а мы, спрятавшись за перила, тихонечко посмеивались над ними. Они думали, что мы спим, но всё тогда было гораздо интереснее, чем сон…

«Улыбчивый рыжий клоун с ярко-красным носом. Конфеты, подарки.… А я не люблю конфеты, от них болят зубы и потом пить очень хочется. И подарки тоже не люблю…»

«Мама такая красивая, в синем платье. Когда я вырасту, у меня обязательно будет такое же».

«В детской, в углу за шкафом. Мы сидим, прижавшись, к друг-другу, хочется плакать, но слёз почему-то нет. Кричать нет больше сил.… Нет света… Ничего больше нет… Они не вернуться…»

«…..их больше нет….
- Я хочу к маме…»

- Ну, давай, лежи тут дальше! Можешь вообще в себя не приходить. А я пошла домой! И пусть тебя все трогают! – я вздрогнула, как от пощёчины и открыла глаза. – Умница. Теперь давай, по-быстрому, поправляйся, и валим из этой богадельни. – голоса, едва долетали, обрываясь на полуслове и теряя окончание, а вместе с тем и весь смысл.
Я протянула Люси руку…
«Где я?»
«Ты не помнишь? Мы в больнице»
«Что случилось?»
«Один придурок, рядом с тобой, взмахнул рукой и попал тебе по голове. Ты упала и ударилась об асфальт»
Звук открывающейся двери заставил меня обернуться и резко отпрянуть от сестры, отчего голова закружилась, а тошнить начало с удвоенной силой. Гм… в белом, значит это доктор. Приподнявшись на локтях, я посмотрела на него и утратила остатки речи.
- О, я вижу, вы уже пришли в себя, мисс Джекман. Я доктор Карлайл…
- Каллен. - открыто уставившись на него, продолжила я.
- Всё верно. Вижу, ваша сестра уже успела просветить вас. Голова всё ещё кружится? – сочувственным голосом спросил он.
- Немного… - я что сплю, ведь этого просто не может быть. Сильно же, видимо, меня об асфальт.
- Ну, это не страшно. Всего лишь лёгкое сотрясение. – доктор мельком оглядел карту и, уже с озадаченным выражением лица, посмотрел на меня. – Прошу извинить моего сына, порой он бывает очень невнимателен. Он, правда, очень сожалеет о случившемся. Если вам что-нибудь понадобиться дежурная медсестра на посту в конце коридора.- он ещё раз обезоруживающе улыбнулся и вышел из палаты.
- Не, ну ты это видела? Вот это доктор. – Люси протянула руку, и меня поглотил бешеный поток её мыслей, эмоций и впечатлений. С трудом, отстранившись от сестры, я попыталась сконцентрироваться на том, что считала наиболее важным. По крайней мере, сейчас.
- Люсия, послушай меня!!! – сама не замечая, я почти срывалась на крик. Она вздрогнула. – Всё, я готова. Извини, можешь начинать. – и с осторожностью сжала мою ладонь.
«Ты помнишь большой черный кожаный альбом из магазина бабушки? Старый такой. Ты должна помнить! Когда мы приезжали вместе с ней, я очень часто его рассматривала…»
Бабушка всегда любила старинные, антикварные вещи. Происходя из семьи Русских эмигрантов, она, казалось, с детства впитала в себя редкую гордую стать и фанатичную преданность искусству. Ещё вначале 60х, получив ученое звание искусствоведа, она на деньги, оставшиеся после смерти второго мужа, открыла свой первый антикварный салон.
Сейчас у нее уже целая сеть своих магазинов и несколько галерей. Изредка она позволяла себе некоторые вольности, по отношению к нам, и брала нас с собой на работу. Разумеется, если это не отвлекало нас от занятий музыке, танцам, этикету и иностранным языкам.
Ещё в кабинете бабушки я приметила этот альбом. Шикарная, местами треснувшая, кожаная обложка, кое-где истлевшие, по прошествии ста лет посеревшие страницы, и просто удивительные фотографии. Чикаго 1900 год. Я могла часами сидеть над ним, боясь осквернить своим прикосновением это чудо, вглядываясь в эти пожелтевшие от времени прямоугольники, воображая и погружаясь в таинственный мир прошлого.
Фотография была на 4 странице. Заправленная в серебряные уголки она сразу приковала меня к себе. Больница, в центре стоит группа докторов с серьёзными лицами… Он стоит немножко поодаль остальных. Высокий, статный, даже на черно-белой фотографии он выглядит благороднее и бледнее всех остальных. Как ангел, спустившийся с небес к нам на землю. Чтобы помогать людям…
Я всматривалась в его лицо, силясь разглядеть самые мельчайшие детали, но снимок был слишком стар. Но перстень, на правой руке был виден достаточно...
Я взяла маленький пинцет и осторожно, стараясь не поцарапать, отогнула края фотографии. На обороте, аккуратным каллиграфическим почерком подписано:
Чикаго. 1901год.
Доктор Джон Бауэр
Доктор Натаниел Брукс
Доктор Джеймс Смит
Медсестра Элизабет Роузи
Доктор Энтони Фокс
Доктор Карлайл Каллен

Воспоминания вихрем пронеслись в моей голове, разрушая понятия пространства и времени.
«Что ты об этом думаешь?»
- Это бред, и потом…- Я жестом оборвала Люси.
- Давай лучше так, это не то, о чем я хотела бы говорить вслух. – Люси с осуждением посмотрела на меня, но все же придвинулась ближе.
«Да он просто похож на того доктора. Скорее всего, это его дедушка».
«Нет! Это он. Я уверена»
«Ты хочешь сказать, что доктору больше сотни лет? Хорошо же тебя головой приложило. Этого просто не может быть».
«А я тебе говорю, что это он. Я уверена. И потом, ты ведь тоже видела этот перстень?»
«Это может быть их семейный перстень или вообще просто похожий. В любом случае, мы можем спросить у бабушки, она наверняка знает хоть какие-то подробности о том снимке».
Я отстранилась.
- Мы не должны никому говорить об этом. Это не наша тайна…