Это, наверное, были самые ужасные дни в моей жизни. Такой боли я не испытывала никогда. Да фиг с ним, если бы я испытывала душевную боль, ну от любви, к примеру. Ну, вот чёрт, какая душевная боль от любви у тринадцатилетней девочки, которая даже не целовалась с парнем? Вот в том то и дело, никакой душевной боли.

Это было просто ужасно: у меня ломило всё тело, я орала не своим голосом, чтобы меня убили. Я мечтала наглотаться таблеток, мечтала упасть вниз головой из номера отеля, хотя, скорее всего, я бы только сломала себе позвоночник, ведь мы жили на втором этаже. Но ничего для меня было не доступно – я просто лежала на кровати и рыдала, умоляя уборщицу, которая приходила к нам раз в день и не разговаривала на моём языке, вызвать мне врача. Но женщина просто затыкала уши наушниками, включала плеер и делала свою работу.

Иногда меня старшие ребята из соседнего отряда выносили из номера на море, но мне было на это плевать. Я с собой брала помимо каких-то купальных принадлежностей ещё и обезболивающее, которое хоть на пять минут, но помогало мне забыть о боли, из-за которой я не спала те три ужасные недели.

Ребята закидывали меня к себе на плечо и носили по очереди, говоря, что я совсем пушинка. Согласна, в тринадцать лет ненормально весить чуть больше двадцати килограммов. Я похудела на пятнадцать килограммов буквально за неделю: я ничего не ела и пила лишь только сок, который мне покупали. Иногда я использовала стул или табуретку, чтобы передвигаться, но мне это удавалось с трудом. Я не могла двигать ногой, которую раздуло просто до невероятных размеров.

Ребята не верили, что я болею, думали, что просто отлыниваю от всего. Да я бы посмотрела на них, когда они корчились бы от боли и орали: «Мамочка, убей меня!» в пустоту номера, когда все уходили купаться и загорать, а я оставалась наедине со своей болью.

Мне было тринадцать, и тогда я ещё верила людям. Думала, что у меня есть друзья, много друзей, которые меня поддержат в трудную минуту. Верила, что люди могут быть добрыми и искренними. Но те, кто меня окружал, оказались тварями, которые были только рады позлорадствовать, что вот-вот а я умру.

В то время нога адски болела, я не могла её даже разогнуть. Под колено было подложено покрывало, чтобы мне было хоть чуть-чуть полегче, но это ни хрена не помогало. Я практически горстями пила валерьянку и пустырник, чтобы успокоиться.

Хорошо, что эти три недели прошли, хотя для меня они длились почти вечность. Но главное, что сейчас всё хорошо. Со мной на кровати лежит мой любимый муж, а между нами маленький карапуз, который машет ручками и ножками в разные стороны и улыбается своей беззубой улыбкой.

---

Приглашаю всех поделиться мыслями об "Истории" на