Глава 13

Спустя несколько часов, когда мы все вылезли из автобуса, чтобы помыться в очередном туристическом центре, я через сообщения уговорила Эммета заплести мне волосы. Во-первых, уже вечность не ощущала себя девочкой. Нахождение в компании парней свело на нет мой уровень переживаний по этому поводу. Да, меня волновало, чтобы от меня не воняло, но на этом все. Последний раз я красилась в первый день тура и тогда же носила что-то кроме спортивных штанов и шортов. Комфорт меня волновал больше, чем красота, несмотря на постоянные шутки Эма, что я похожа на гумно.

Во-вторых, делу не помогало, что я думала, как справиться с горечью после расставания с парнем в Нью-Джерси. Элис всегда мне говорила, что чувствовала себя лучше, выглядя хорошо, а в моем случае я выбирала обычный чистоплотный вид вместо хорошего. Так что душ, платье из чемодана и хорошая коса исправят положение. Эммет ускользнул в задний отсек автобуса вместе со мной после того, как согласился быстро сходить в душ, чтобы мы могли закрыть дверь и приступить к делу.

— У тебя много секущихся кончиков, — заявил Эм в первую же минуту, как я устроилась перед ним на полу, скрестив ноги. Он не очень заботливо разбирал мои волосы пальцами.

— Уверена, я просила заплести меня, а не твое мнение, — рассмеялась я, врезав локтем по плоти на его внутренней стороне бедра.

Придурок дернул меня за волосы и прыснул.

— Надеюсь, ты облысеешь.

Огромные руки вновь прочесали мои локоны, разделяя их, как было угодно братцу.

Эммет научился заплетать мне косички, когда ему было около девяти, а мне четыре года, потому что мама сломала руку и не могла делать этого. То, что началось с простой косы, выросло в безумный интерес, приведший его к умению выплетать французские косы из моих волос. У него это получалось даже лучше, чем у мамы. И его талант был одной из тех вещей, что мы держали в секрете между нами двумя и родителями. Я никогда не смеялась над ним, потому что брат делал это из любви ко мне, и мне не хотелось пятнать это своим юмором.

— Мы будем в Сиэтле на следующей неделе, — пробормотал он, его пальцы двигались в волосах надо лбом.

Я попыталась не напрягаться, но клянусь, это было невозможно.

— Да, я в курсе.

— Ты… собираешься встретиться с Элис? — спросил он, но по его тону было понятно, что ему хотелось задать совершенно иной вопрос.

— Да. Она проведет со мной день, — ответила я, пытаясь увернуться от слов, крутящихся в его голове. Мы с Элис дружили со старшей школы, когда она переехала в Форкс на втором году обучения, и я сильно скучала по ней. Сообщений и периодических звонков по телефону было недостаточно.

Эммет хмыкнул, еще минуту продолжив заниматься волосами. Едва прошло шестьдесят секунд, как он проворчал:

— Ты будешь в порядке? — наконец выдал он.

Похлопав его по ноге, я ответила:

— Да, буду, — борясь с желанием повернуться и взглянуть на одного из двух мужчин в моей жизни, которые сделают все для меня, я на секунду прикусила щеку. — Я не… я не интересуюсь им больше, но мне все равно хочется поджечь его яйца каждую секунду каждого дня. — Это правда. Я больше не любила этого сукиного сына, но все еще надеялась, что жизнь у него не сложилась. Мне хотелось, чтобы он сгорел. Сгнил изнутри. Справедливо же, так?

— Отлично. Я хочу того же, — засмеялся он. — Я бы трахнул его…

— Мерзость! Хватит, просто хватит. Пожалуйста, — я издала тошнотворный звук, пытаясь не представлять наказание Эма.

Он захохотал.

— Я хотел сказать, что трахнул бы его по голове, извращенка, — Эммет щелкнул меня по уху, чтобы я выпрямилась и он мог закончить французскую косичку от одной стороны головы к другой. Он говорил о своем восторге по поводу встречи с нашими родителями на следующей неделе, когда дверь затряслась.

— Эй! Я могу войти? — раздался голос Райли с той стороны.

— Нет! — ответили мы одновременно.

— Почему?

— Эм показывает мне, как засовывает тампон, — прыснула я, получив за это очередной резкий рывок за волосы от рассмеявшегося брата.

Тишина за дверью длилась с минуту, позволив Эммету закончить работу. Для меня всегда казалось чудом, что такие огромные руки могли быть такими нежными. Я видела, как он одинаково отбивал томы (п.п.: вид барабана в ударной установке), тарелки и лица. А через несколько часов вытворял самые замысловатые вещи с моими волосами, имевшими длину до лопаток. Мой брат просто многосторонний сукин сын.

— Так… почему я не могу войти? — пробормотал Райли через дверь.

Я вскочила с грациозностью бревна и обняла брата, быстро поцеловав его в щеку.

— Спасибо, — успела произнести я перед тем, как он облизал указательный палец и сунул мне его в ухо. Я сгримасничала и шлепнула его по руке. Мы открыли дверь, и Райли скользнул внутрь – чисто выбритый, с мокрыми волосами и настороженным взглядом, окидывающим окружающий мир. Я обернулась и села на диван рядом с Эммелиной, касаясь аккуратных прядей, переплетенных вокруг головы.

Заметив меня, Райли сгримасничал.

— Ты похожа на девушку.

— Я и есть девушка.

Голубые глаза прищурились и метнулись к Эммету.

— Ты ее вот такой отпустишь?

— Думаешь, она меня послушает? — фыркнул Эммет, закинув мне на плечи руку. — Все нормально с моей Вонеллой.

Я растаяла от его комплимента. Эм редко хвалил что-то, обычно всегда дразнил меня из-за каждой мелочи. Да, он не сказал прямо, что я хорошо выгляжу, но, по стандартам Эма, лучшего я не получу.

— Она хоть достаточно взрослая, чтобы краситься? — спросил брата Райли.

— Я сижу прямо перед тобой, придурок. И да, я достаточно взрослая для макияжа, — усмехнулась я.

Об остановке автобуса оповестило аккуратное движение, когда тот слегка дернулся. Раздался громкий разговор, затем привычный звук открывающихся дверей и топот выходящих парней – мы приехали в торговый центр. Шлепнув брата по бедру, я попрощалась с ними и вышла. Я едва спрыгнула с автобуса и перекинула сумку через плечо, когда заметила Эдварда и блондина, кажется, его звали Джаспер, стоявших на улице.

— Только мы идем? — спросила я, подходя к ним.

Эдвард взглянул в мою сторону, открыв рот, явно собираясь выдать остроумный комментарий, но ничего не прозвучало. Он оглядел меня: лицо, обнаженную кожу над фиолетовой тканью сарафана, затем пробежался вниз по телу медленно, неторопливо, еще неспешнее. Я чувствовала себя неуверенно, кожу покалывало, отчего я покраснела.

— Только мы, — блондин, которого я редко слышала, имел низкий и протяжный голос.

Я кивнула ему и вернулась к Эдварду, который снова смотрел на мое лицо. Он улыбнулся, но его взгляд был отвлеченным, даже отстраненным. Необычайно тихо мы шли через парковку и торговый центр. Джаспер мне и десятка слов не сказал за три недели, но и Эдвард, на удивление, был молчалив. Купив каждый сам себе билет в кино, я пихнула зеленоглазого друга, когда Джаспер отошел в уборную.

— Я ему не нравлюсь? — спросила я, кивнув в его сторону.

— Джасперу?

Я усмехнулась:

— Ага.

Эдвард покачал головой, упорно глядя в меню на стене.

— Он просто тихий. Не нравься ты ему, то узнала бы об этом.

Я задавалась вопросом, что он имел в виду, но подумала: ”Ну да, узнала бы”. Я такая же. Он продолжал молчать, пока очередь перед нами сокращалась, и это меня пугало. Мне казалось, мы друзья. Во всяком случае, все было нормально до душа, так что перемены в его поведении чертовски смущали.

— А ты в порядке? — я наконец-то нашла свои воображаемые шары, чтобы задать вопрос.

— Да. А что? — он поджал губы.

— Ты очень тихий, — ответила я, борясь с желанием пихнуть его плечом, как обычно делала. — Это странно.

Он пожал плечами и улыбнулся:

— Мои мысли в другом месте, — поделился он. Светлые глаза глянули на линию декольте платья так быстро, что я практически упустила это. Но я не пропустила, как его пальцы пробежались по подолу платья. — Ты выглядишь очень мило.

Я бы предпочла красиво, но мило тоже пойдет. Мило было вежливо и совершенно не странно. Я улыбнулась другу, самому горячему другу в моей жизни.

— Спасибо, — он моргнул, еще раз улыбнувшись отстраненно, что заставило меня волноваться, о чем именно думал парень. — Хочешь разделить попкорн?

Перевод: ButterCup
Редактор: tatyana-gr

Будем рады видеть вас в комментариях и на форуме