Мы не знаем наших судеб,
Но пусть те, кого мы любим
Небеса хранят.
Только ты не теряй меня…*

Было около одиннадцати часов вечера. В гареме-мэноре было тихо, и все готовились ко сну. Вместе со всеми любимицами готовилась спать и Гермиона, она уже легла на свой диванчик, как внезапно в дверь постучали. Так как ее соседка по комнате Мелисса еще была в душевой, бывшая гриффиндорка накинув на плечи тоненькое покрывало, открыла дверь.

- Не разбудила? – на нее весело смотрела Луна Лавгуд, которая радостно улыбалась. Гермиона улыбнулась в ответ.

- Бог мой, Луна! Как я рада тебя видеть! – в глазах девушки сверкнули слезы, - проходи, конечно! Как это ты оказалась племянницей этой сумасшедшей Малфойши?

Лавгуд негромко засмеялась, но тут же стала серьезной и пристально посмотрела на стенку у двери.

- Гермиона, тише, - блондинка взяла прядь своих светлых волос и провела ими по стене, которая стала красной, - так и думала…

Полумна взяла удивленную Гермиону за руку, и отвела подальше от злополучной стены.

- Моя тетя немного перебарщивает с заклинаниями прослушки мэнора… - девушка вздохнула, - пойдем во внутренний двор… - и, не ожидая ответа подруги, потянула ее за руку за собой.

Девушки вышли на улицу и вздохнули полной грудью.

- Мм,… пахнет как в предвкушении пирога миссис Уизли, - мечтательно протянула Луна, но тут же ее губы вздрогнули и она отвернулась.

- Я понимаю Луна, - негромко сказала Гермиона, - я… мне тоже жаль, что все они погибли… Гарри, Рон… я до конца не верю в это…

Лавгуд пошатнулась и обхватила себя руками.

- Ничего ты не знаешь Гермиона…. Твоего любимого не убили твои же родственники, которым ты должна улыбаться и делать вид, что счастлива.

Гермиона сглотнула и подошла к девушке, положив свою руку ну ее.

- Но... Разве Невилл погиб?

Полумна подняла голову и удивленно посмотрела на нее.

- Невилл? Причем он тут?

Гермиона в непонимании захлопала ресницами и открыла рот.

- Прости, я не понимаю… - наконец выдавила она, Луна хмыкнула.

- Ничего страшного… - она вновь улыбнулась, - в твоей голове просто давно не жили мозгошмыги!

Грейнджер слабо улыбнулась в ответ, поняв, что сейчас с бывшей равенкловки не выбьет правды, ведь та явно пожалела что проговорилась. Вздохнув, Гермиона улыбнулась и решила помочь сгладить ситуацию.

- О да… еще со времен школы! – девушки засмеялись, - Луна, так расскажи как это ты здесь…
Лавгуд кивнула и пошла вдаль по аллее, Гермиона пошла рядом.

- Вначале войны оказалось, что мама моей мамы была никем иным как Друэлла Блэк, а отец троюродный племянник великого Розье – третьего… - спокойно рассказывала Луна. Гермиона резко остановилась.

- Твоя мама родная сестра Нарциссы?

- Да, - грустно улыбнулась Луна, - Кристен Друэлла Лавгуд, урожденная Блэк. Старшая сестра Нарциссы, но меньше чем Беллатрисса… Она умерла при странных обстоятельствах… Но я уверенна, что Гарри тебе о них говорил.

Гермиона машинально кивнула, однако на самом деле находилась в некоем ступоре. Полумна будто не видя состояния подруги, продолжала рассказывать.

- Когда моей маме было три, родилась Нимфадора, а ее отдали на воспитание к дальним родственникам в Аргентину… - Лавгуд посмотрела на небо, - для всех в магической Британии Кристен Блэк умерла в возрасте трех лет, и если честно я пока не поняла, почему им нужно было избавиться от нее…

- Договор всех магов… - задумчиво проговорила Гермиона, подхватывая край покрывала, которое соскальзывало с ее плеча. – Я читала о нем, в истории семьи Уизли. – Увидев, что Луна удивленно смотрит на нее и вероятнее всего впервые слышит, девушка решила объяснить. - Все чистокровные семьи должны иметь не больше трех детей, если больше – они нарушают магический договор и для ребенка есть большой риск стать сквибом, а для его родителей – предателями. Поэтому семью Уизли и считали предателями чистокровных. Ведь для них главное любовь и семья, а не глупые предрассудки, типа Малфоев…

Грейнджер замолчала, Лавгуд слабо улыбнулась.

- Возможно и так, просто не понятно, почему именно моя мама.… Почему не Нарцисса, или Нимфадора… - девушка погрустнела, но вмиг тряхнула длинными локонами, - ну а теперь ты рассказывай, как оказалась в любимицах моего братца?

Гермиона вспомнив о Драко, улыбнулась. Она и не забывала о нем, ведь он был ее билет на жизнь, однако и не только поэтому. Внутри ее что-то менялось при взгляде в серые глаза, которые стали за короткое время такими близкими. Менялось от его прикосновений, его голоса, его запаха который так сводил с ума, его губ. Он манил ее чем-то невесомым, легким и еле заметным, но Гермиона знала, что это и боялась. Внутри ее вместе с этим был страх. Она боялась потерять его, боялась, что он прогонит ее, боялась что ее убьют пока он вернется, но главное она боялась любить его. Любить врага.

Девушка взмахнула головой, освобождая голову от ненужных мыслей, и посмотрела на Луну, которая ждала ее ответа. Белые волосы мягко лежали красивыми локонами на плечах, губы были сжаты в тонкую полоску, а серые глаза внимательно смотрели в карие глаза Грейнджер.

- Знаешь, это было начало кошмара, - наконец сказала Гермиона, Луна ободряюще улыбнулась, - но… все поменялось. Так резко и внезапно…

Девушка села на лавочку рядом с Полумной, и нервно улыбнулась.

- Ты любишь Малфоя? – Гермиона услышала рядом с собой спокойный задумчивый голос Полумны, и затаив дыхание сглотнула. Почему–то ей показалось, будто от ее ответа будет зависеть очень много, однако сейчас не хотелось врать. Как говориться – ночью и мечтается лучше, и тайны распространяются увереннее. Ведь то, что ты ни за что не сказал бы утром, ты с радостью расскажешь ночью. Так случилось и с Гермионой. Еще раз, глубоко вздохнув, она, уверенно подняла голову и сказала.

- Да.

Полумна рассеяно улыбнулась и кивнула.

- Ты хочешь сказать, что то, что ты сказала моей тете правда?

Гермиона растеряно посмотрела на нее. Она не ожидала такой реакции бывшей подруги.

- Стерва! – подскочила Полумна и сжала кулаки, - как ты можешь?! – кричала она на ошарашенную Гермиону, - Рон любил тебя! Ты… ты ничтожество! Грязнокровка тупая! Хотя нет… расчетливая! Ты решила влезть на место Пэнси? Не выйдет! Я лично помешаю этому!

Лавгуд бросила последний, полный ненависти взгляд на застывшую Грейнджер и отошла на пару шагов, подняв волшебную палочку, призывая охрану.

- Она пыталась сбежать! Бросьте ее в подземелья мэнора! – блондинка повернулась, чтобы уйти, Гермиону подхватили под руки двое крепких парней.

- Отпустите меня! – Гермиона отойдя от шока начала вырываться, - Полумна, что ты делаешь?! Ты же знаешь…

Но Лавгуд уже не слушала ее, и спустя секунду скрылась между деревьев. Гермиону же потащили вниз по большим каменным ступенькам, девушка продолжала вырываться.

- Вы с ума сошли! Драко вас убьет! – она попыталась пихнуть локтем большой живот одного из охранников, однако тот даже не заметил этого продолжая тащить девушку. – Ну, хорошо, ладно…

Гермиона зашла в камеру и повернулась к одному из парней, который закрывал за ней решетку.

- Я заплачу! – зашептала она, - сколько скажете! У меня есть много денег!

Парень посмотрел на нее жалостным взглядом.

- Мне жаль, но теперь твоей судьбой занимается леди Лавгуд-Блэк, с ней торгуйся… - сказав так, он полностью закрыв решетку, спрятал палочку и принялся подниматься по лестнице. Гермиона медленно съехала вниз.

Происходящее больше напоминало кошмарный сон. Полумна Лавгуд – странноватая девочка с огромными глазами и привязанностью к Невиллу и фесталам, превратилась в высокомерную Блэк. Что она теперь решит? Как поступит с Гермионой? Она же спокойно может убить ее до приезда Драко.

Одно Гермиона угадала точно – эта кузена еще одна сноба рода Малфоев. Чистокровная.
Грейнджер всхлипнула и плотнее завернулась в покрывало. В камере было сиро и холодно, это девушка заметила сразу. Закрыв глаза, с которых медленно потекла слеза и, прислонившись к каменной стене, девушка прошептала:

- Драко, где же ты.… Возвращайся поскорее… Прошу тебя…

Лорд Малфой, резко открыв глаза, сел. Была половина первого ночи, завтра предстоял очередной бой с орденовцами и «грюмовцами», ведь последние силы Ордена старались передать заклинание своим последователям, которые присоединялись к бунту. Они только вернулись в очередного боя победителями, Драко уставал уже меньше стараясь восстанавливать силы с помощью зелий крестного, которого вызвал к себе на второй день. Вот и сейчас выпив зелье, восстанавливающее силы и снотворное Малфой должен был спать как младенец, но.… В голове стоял ее голос. Она просила, чтобы он вернулся. Ей плохо.

Драко сбросив одеяло встав, подошел к окну. Луна осветила пустой пляж и море. Вода. Драко любил воду, поэтому недолго думая он аппарировал на пляж и вдохнув морской аромат задумался. Как могло случиться, что он влюбился в Гермиону Грейнджер? И влюбился ли? То, что он испытывал какое-то чувство к этой девушке, Малфой знал, но не мог признаться себе в этом. Как могла она настолько привязать его к себе, чтобы он чувствовал как она? Уму непостижимо – он слышал ее, выпив зелье!

Внезапно раздались шаги.

- Лорд, - негромко произнес Блейз, - почему не спишь?

Малфой ухмыльнулся и повернулся к другу.

- Мы возвращаемся. Завтра же.

Забини застыл.

- Но… Драко, у нас же бой, а их тридцать «грюмовцев»…

Блондин пристально посмотрел на Блейза и тот кивнул.

- Окей, не вопрос, возвращаемся.… Кстати там твоя сестра должна приехать…

Малфой повернулся к морю, пропустив слова друга, мимо ушей, размышляя о своем.
«Завтра, Гермиона. Потерпи родная… Я рядом».

* - песня, под которую писалась глава. Валерий Меладзе и Валерия – Не теряй меня.