Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1618]
Мини-фанфики [2312]
Кроссовер [678]
Конкурсные работы [7]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4606]
Продолжение по Сумеречной саге [1219]
Стихи [2314]
Все люди [14597]
Отдельные персонажи [1474]
Наши переводы [13562]
Альтернатива [8912]
СЛЭШ и НЦ [8167]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [150]
Литературные дуэли [105]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [3654]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей октября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 ноября

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Что снится дракону
Сны. Такие сладкие... как жаль, что приходится просыпаться.
Игра престолов, Дрого/Дейенерис.
Мини.

Dramione for Shantanel
Сборник мини-фанфиков по Драмионе!

Восемь чарующих историй любви. Разных, но все-таки романтичных.

А еще смешных, милых и от этого еще более притягательных!

Добро пожаловать в совместную работу Limon_Fresh, Annetka и Nikki6392!

Клятва на крови, или Моя счастливая комбинация
Любовь в проклятом мире. Это глупость, безумие... или отчаянное желание избавиться от одиночества, найти смысл жизни? Особенно если больше никого и ничего не осталось, кроме смертного приговора, что висит над твоей головой, как гильотина. А попытка стать любимой, открыть свое сердце для Него, может стать единственным шансом на спасение. Или все только усугубить.

Точка отсчета
Главное для Беллы стабильность и отсутствие перемен. Она боится принимать решения. Боится двигаться вперёд. Боится заглянуть в собственное будущее. Но вся её спокойная жизнь пойдет под откос после одной случайной встречи. После того, как страшный незнакомец предложит ей сыграть его девушку. Хоть и против воли, но Белле придётся стать сильнее и сдвинуться наконец с мёртвой точки.
История ...

Некоторые девочки...
Она счастлива в браке и ожидает появления на свет своего первого ребенка - все желания Беллы исполнились. Почему же она так испугана? История не обречена на повторение.
Сиквел фанфика "Искусство после пяти" от команды переводчиков ТР

Останусь пеплом на губах
Белла Свон - девушка, болеющая раком легких, которая совершенно не цепляется за жизнь. Она уверена, что умрет и никто в обратном убедить её не может, но однажды, в один из вечеров она встречает парня, от которого так и веет любовью к жизни

Рекламное агентство Twilight Russia
Хочется прорекламировать любимую историю, но нет времени заниматься этим? Обращайтесь в Рекламное агентство Twilight Russia!
Здесь вы можете заказать услугу в виде рекламы вашего фанфика на месяц и спать спокойно, зная, что история будет прорекламирована во всех заказанных вами позициях.
Рекламные баннеры тоже можно заказать в Агентстве.

Осколки
Вселенная «Новолуния». Альтернативное развитие событий бонуса «Стипендия». Эдвард так и не вернулся, но данные Белле при расставании обещания не сдержал…
Мини-история от Shantanel



А вы знаете?

А вы знаете, что в ЭТОЙ теме вы можете увидеть рекомендации к прочтению фанфиков от бывалых пользователей сайта?

что в ЭТОЙ теме вольные художники могут получать баллы за свою работу в разделе Фан-арт?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Оцените наш сайт
1. Отлично
2. Хорошо
3. Неплохо
4. Ужасно
5. Плохо
Всего ответов: 9579
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Мини-фанфики

Харам

2016-12-5
21
0
Добрый день или вечер, а может быть, и утро!







Мужчина стоял в кабинете главного редактора газеты «Утренний вестник». Он не мог предположить, зачем понадобился. Ведь сейчас он вел расследование о регулярных пропажах денег в крупной компании. И ему некогда было отвлекаться.
– Джаспер, у меня к тебе есть дело, – начал Карлайл Каллен, теребя в руках черную «Эрих Краузе».
– Не уверен, что потяну две статьи одновременно. Вы же знаете, что лучше качество, а не количество. Попросите лучше Джеймса.
Мужчина указал подчиненному на стул возле своего стола, и Уитлок, недовольно вздохнув, все же принял приглашение; ему совершенно не хотелось тратить драгоценные минуты на треп с Карлайлом. Через полчаса его на другом конце города ждал связной с нужной ему информацией.
– Мистер Каллен, я опаздываю на встречу, – было начал репортер, но понял, что увещевания не действуют.
– Ты был когда-нибудь в Марокко? – Положив ручку, мужчина облокотился на стол, пристально глядя на Джаспера.
– Пару раз. Проездом. Каждый раз не более часа. Это были пересадки. А что? – Уитлок уже начал понимать, куда клонит редактор. Скорее всего, его решили послать путешествовать по барханам с бедуинами.
Он посмотрел на фотографию Карлайла и Эсме, где они стояли возле верблюдов, на их головах были надеты арабские платки; мужчина и женщина выглядели очень счастливыми. Джаспер немного позавидовал паре. Такая любовь, как у Калленов – редкость, оттого такой ценностью обладала.
Уитлок никогда не был семейным, про него можно было сказать: «Фигаро здесь, Фигаро там». У него, конечно, периодически приключались интрижки, но ненадолго. Какой девушке хотелось ждать парня, пока тот носится с заданием редакции на другом конце земного шара? Или же оставляет после близости красотку, покинув теплую кровать, если ему позвонил наводчик? Но Джаспер полностью отдавался своей работе. Они с Джеймсом были настоящими ищейками, рыли землю в поисках сенсаций. Иногда это приводило к стычкам, но мужчины быстро научились делиться и распределять между собой дела.
– Вот и хорошо. Познакомишься получше. Готовься, Джаспер, я отправляю тебя в отпуск на несколько дней. Полетишь в Фес. Номер Ирина забронировала, билеты куплены. Аванс на мелкие расходы я уже велел перечислить.
Карлайл явно лукавил. С чего бы прямо так ему дали выходные? Ведь когда Уитлок недавно просил отгул, чтобы съездить навестить пожилых родителей в Квинс, редактор отругал его за беспечность, а тут такая щедрость.
– Что от меня требуется? – Поняв, что на встречу он не едет, мужчина, перекинув ногу на ногу, расслабился.
– Завтра в Фесе состоится свадьба года. Будет бракосочетание между дочерью мультимиллиардера Абдуллы Халиф Игли – Элисиньей, и подающим надежды молодым миллиардером Рахимом Дия Саид. Это событие меня попросил осветить сам Абдулла. Он поклонник «Большого яблока». Когда Халиф Игли был молод, он учился здесь, в Нью-Йорке, в Колумбийском университете на архитектора. Я с ним познакомился, когда останавливался в его отеле «Роза пустыни». Мы с Эсме тогда путешествовали по Марокко. Оказался отличным мужиком, несмотря на свой статус. И когда он решил выдать дочь замуж, то захотел, чтобы об этом узнали все. Абдулла пригласил нас на событие, но, как знаешь, моя жена сейчас в положении и лететь никуда не может. Оставить ее я тоже не имею права. Поэтому поедешь ты. А нефтяники подождут. Как воровали, так и будут воровать дальше. В конце концов, отдохнешь, развлечешься, – подытожил Каллен, давая понять Джасперу, что выбора у него нет и лететь ему двенадцать часов с пересадкой.
Уитлок вышел от начальника, забрал у Ирины конверт с документами и с тяжелыми мыслями отправился в их с Джеймсом кабинет.
Он обрадовался, что напарника не оказалось на месте, а то было б трудно предугадать его реакцию на такой подарок от Карлайла для его соратника. Хотя правильнее было бы сказать: соперника.
Мужчина плюхнулся в кресло и положил конверт на стол. Он достал мобильный телефон и, найдя номер родителей, нажал на вызов. Пара гудков – и на другом конце миссис Уитлок взяла трубку.
– Сынок, подожди секундочку, – попросила Эмма. – Мне надо вытащить кексы из духовки, а то подгорят.
– Угу. – Джаспер не мог позволить случиться непоправимой ошибке, ведь черничные маффины были визитной карточкой его матери.
– Все, я тут, – радостно оповестила женщина. – Милый, все в порядке?
– Да, мам. Я звоню сказать, что лечу вечером в Марокко. И никак не могу приехать на выходные. Извинись за меня перед Элизой и ее женихом. – Джасперу было неловко в очередной раз подводить семью, ведь именно завтра его сестра должна привести избранника для знакомства с родными.
– Ничего страшного. Это твоя работа. И если она требует твоего участия, значит, так нужно.
От всегда одобряющих речей матери сердце мужчины сжалось. Порой он понимал, что поступил эгоистично, когда выбрал журналистику и умчал за мечтой в Нью-Йорк. Его сестра в этом отношении была более ответственной: она жила в получасе от родителей, работала в пекарне матери и готовилась когда-нибудь принять семейный бизнес на себя. В ней было больше сознательности, как считал Джаспер. Девочки всегда взрослеют быстрее мальчишек, даже если они близнецы.
– Мам, как вернусь, вырвусь хотя бы на пару деньков к вам, – в очередной раз давал мужчина обещание, которое не знал, сможет ли сдержать. – И я надеюсь, Элиза будет счастлива с ним.
– Не беспокойся ты так насчет приезда. А что касается твоей сестры и ее парня, то я верю, что когда-нибудь и ты найдешь свою вторую половинку. Может, это произойдет в Марокко? – предположила миссис Уитлок.
– Да ну тебя, мам, напридумываешь сейчас, – улыбаясь абсурдности этой мысли, старался опровергнуть слова родительницы он.
– А что, сынок, женщины востока – очень пикантные штучки, что касается их отношений с мужьями. Охомутает тебя какая-нибудь кареглазая одалиска и уведет за собой, как мула, так и знай, – не успела она договорить, как Джаспер прервал:
– Все, я закрыл уши и ничего не слышу. Видишь, я их закрыл, – вспоминая свои детские проделки, наигранно паясничал мужчина.
– Эх, дорогой, хорошо провести тебе время в поездке. Будем ждать с отцом сувениров. Люблю тебя, сынок, – последнюю фразу произнесла она спокойно и серьезно.
– И я тебя. Как приземлюсь, напишу смс-ку. Пока, мам, – попрощался Уитлок.
– Пока.
В трубке повисла тишина, но Джаспер знал, что как только закончится разговор, Эмма будет плакать. От этого на душе стало еще поганее.
Он вздохнул, отгоняя тяжелые мысли. Свадьба года – разумеется, хорошо, но за нее «Пулитцера» не дадут, а вот за скандальное разоблачение финансовых махинаций в крупной нефтяной компании – вполне. Но оспаривать приказ Карлайла не хотелось, поэтому надо было отправляться в отпуск.

***


– Ну, ты летишь? – поинтересовался мужской голос.
– Да. Эммет, прошу, как только ты что-то узнаешь, скинь мне на почту, – ответил Джаспер, проведя свободной рукой по волосам.
– Конечно. Не беспокойся ты насчет своих нефтяников. С юридической точки зрения я их проверю по всем фронтам. Кстати, не забудь, что на востоке строгие правила, брат. Нельзя просто так таращиться на их женщин. Могут посадить в тюрьму, – читал нотации МакКарти, пытаясь разрядить атмосферу. Он надеялся, что поездка сможет отвлечь Джаспера от одержимости опасным расследованием.
– Но ты же меня вытащишь, друг? – Уитлок ухмыльнулся. Мысли о том, что он угодит за решетку, просто посмотрев на чадру восточных красавиц, насмешили его. «Дикие люди», – мысленно подытожил он.
– Не смешно. Там я ничем тебе не смогу помочь. Законы шариата не решаются с помощью американских адвокатов. Так что будь аккуратнее. – Мужчина прибавил голосу серьезности, но Джаспер еще сильнее сверкнул белоснежной улыбкой и почесал затылок.
– Отлично, ма, я буду паинькой, – съязвил Уитлок, готовясь распрощаться с другом. – Пока.
– Ты неисправим. Удачи.
В трубке раздались гудки.
Репортер нажал кнопку питания – и экран айфона погас. Он засунул его в нагрудный карман ветровки и стал смотреть вдаль. Впереди виднелось здание аэропорта. Джаспер схватил свою сумку за ручки и приготовился к выходу.
Машина остановилась на парковке перед раздвижными дверьми воздушной гавани, и Уитлок, заплатив, быстро выбрался наружу.
Посадка прошла без осложнений, и вскоре самолет, в котором сидел мужчина, набирал высоту.
Первые шесть часов пути Джаспер проспал, так как всю ночь накануне работал. Он лишь мельком и сонными глазами осмотрел вечерний Лондон.
Следующие шесть часов он читал увесистый путеводитель, что ему подарила приветливая пожилая леди, сидящая радом. Заодно он узнал все о том, как правильно нужно готовить баранину, сколько у нее внуков и какой цвет нити женщина выбрала, чтобы связать шапочку в подарок маленькой Джанете, на ее день рождения.
Джаспер изнывал от жары и излишнего внимания Самиры Махмуд, которая хоть и коряво, но все же изъяснялась по-английски.
Когда самолет наконец совершил посадку в аэропорту Феса, он выдохнул.

***


В огромном по меркам медины отеле царила суматоха. Для Феса семь этажей – высотное здание.
Сегодняшний день звездочеты сочли удачным для свадьбы Элисиньи, дочери Заиды и Абдуллы, которому принадлежала сеть отелей, в том числе и тот, где готовилось торжество.
Девушке уже исполнилось девятнадцать, и она собиралась выйти замуж за почитаемого всеми Рахима Дия Саид, владеющего ювелирными салонами по всему Марокко. Мужчина старше Элисиньи на добрые семь лет, но это было нормой для жителей востока.
Отец невесты считал, что подобный брак лишь укрепит его влияние на рынке, а Рахим так ценил красоту и скромность своей избранницы, что даже не задумывался о возможных перспективах. Можно сказать, он женился по любви. Араб увидел будущую жену на приеме и не смог пройти мимо. Он украдкой любовался ее непривычными для восточной внешности голубыми глазами, а смоляные локоны марокканки красиво оттеняли слегка бледную кожу.
Девушка тоже смогла запечатлеть образ мужчины в своей памяти и теперь, одетая в красивое зеленое платье, порхала по номеру президентского люкса, вспоминая, как Рахим пришел свататься, принеся с собой великолепное колье из красного золота, украшенное рубинами.
– Розалия, он подарит мне много золота, а я для него нарожаю детей! – виляя бедрами в такт музыке, прокричала утонченная брюнетка.
– Ты такая счастливая, сестричка, – перебирая венок из цветов, проговорила девушка.
– Не грусти, дорогая, скоро и тебя позовут замуж. А эта одалиска Фатьма так и останется старой девой. Раз Акил не захотел тебя – грош цена такому мужчине, – сделала логичное, как ей казалось, заключение Элисинья Абдулла Халиф, схватила кусочек рахат-лукума, быстро направила себе в рот и облизала губы. Девушка протянула вперед руки и отметила, как искусно были нарисованы мехенди.
– Все нормально, сегодня твой день. Не будем обо мне.
Розалия поправила зеленую фату на голове сестры и глубоко вздохнула, стараясь выбросить мысли об ожидании ответа. Ей чудилось, что дни стали похожи один на другой после того, как она отправила письмо. Сестра ее по простоте характера полагала, будто Розалия грустит из-за того, что Акил передумал на ней жениться, но причина, которую девушка прятала глубоко у себя в душе и никому не показывала, тем более в такой день, была иная.
В комнату постучали, и сестры пригласили войти визитера. Им оказался поверенный Рахима Дия Саид – уважаемый Джабраил Али Акиф, одетый в белый костюм, голову его покрывала куфия с черным эгалем.
Девушки сразу заметались по комнате; Элисинья спряталась за высокое зеркало, стоящее посередине комнаты, Розалия же накинула на прическу золотистый платок и обернула его вокруг шеи, стараясь скрыть лицо, оставив лишь карие глаза.
– Прошу прощения, уважаемая Абдулла Халиф, я лишь хотел сказать, что пришли документы от вашего гинеколога. Он заверил, что вы еще девственница. Шейх одобрил ваш союз, и юридически ваш катбиктеб с уважаемым Рахимом Дия Саид состоялся. Поздравляю.
Мужчина откланялся. Когда дверь за ним закрылась, девушки покинули свои места и с присущей их возрасту горячностью завизжали от восторга. Затем Розалия стала призывно двигать бедрами, обходя вокруг невесты, выкрикивая:
– Оса! – и хлопая в ладоши.
Девушка смотрела на свое отражение, периодически мелькающее в зеркале. Она заметила, как ей идет белое платье, расшитое золотом, – оно эффектно подчеркивало женственные формы, давая разгул фантазии, при этом удачно скрывало то, что не должна показывать красавица мужчинам.

***


Уитлок ехал в такси по узким улочкам Феса, который можно было назвать городом-памятником восточной культуры, отражавшем в себе грани трех эпох. Он находился на четвертом месте по счету в Марокко и гордился своей самобытностью. А так как город располагался довольно-таки далеко от берега моря, то кроме осмотра культурных достопримечательностей здесь было заняться нечем.
Он отправил сообщение матери, что приземлился и едет в такси.
Машина, не доехав до гостиницы, остановилась. Джаспер с трудом, но все же смог понять, что в медину нельзя проезжать на автомобилях, поэтому дальше необходимо идти пешком или же взять в аренду ослика. Уитлок усмехнулся, представив себя сидящим верхом на этом животном.
Мужчина расплатился с таксистом и, забрав свои вещи, вышел наружу. Вытащив айфон, стал искать путь. Навигатор его телефона показывал, что нужно пройти пару кварталов – и он будет на месте. Но, судя по закоулкам, это будут еще те два квартала.
Джаспер окунулся в толпу, арабов и бегающих детей. Иногда ему встречались женщины в черных одеяниях. Вспоминая слова друга, он старался лишь украдкой рассматривать местных жительниц.
Улочки Феса были очень узкими: более двух человек не могли разминуться друг с другом, идя по ним. Каким-то безумием ему казалось нахождение торговых развалов прямо на пути. Арабы торговались громко, при этом активно жестикулировали. Он не мог пройти и метра, чтобы кто-нибудь не сунул ему в лицо что-либо, предлагая всевозможные чашки, ковры, ткани и много золота. От ярких цветов в глазах уже начинало рябить.
Уитлок с надеждой взглянул на мобильный, но тот упрямо не хотел показывать желаемое. Видимо, от замкнутости пространства сеть плохо ловила. Он плюнул и, засунув телефон обратно в карман, решил положиться только на свою интуицию.

Поблуждав около часа, мужчина наконец вышел к королевскому дворцу с обещанными сувенирами, лежащими в его дорожной сумке, для семьи. Величественное строение поражало красотой. Выполненное в традиционном арабском стиле, оно было украшено разноцветной мозаикой.
Джаспер достал фотоаппарат и сделал пару снимков, восхищаясь великолепием ансамбля. Он развернулся и увидел вдалеке семиэтажное здание с большой вывеской на крыше – «Роза пустыни». И с радостью зашагал вперед.

Оказавшись внутри отеля, репортер подошел к приветливому арабу, одетому в традиционную галабею, который стоял за стойкой ресепшена. Он закинул полы куфии за спину и поздоровался на местном диалекте с путником.
– Вы говорите по-английски? – Джасперу казалось, что в этом городе все настолько пропитано историей и уединенностью, что даже администратор мог не знать его родного языка.
– Конечно, – как-то обиженно буркнул кареглазый мужчина.
– Джаспер Уитлок, репортер газеты «Утренний вестник». Прибыл из Америки с поручением Карлайла Каллена, по просьбе Абдуллы Халиф Игли осветить свадьбу его дочери. Для меня должен быть забронирован номер.
Халиф – это имя было написано на бейдже работника отеля на английском и, как Уитлок понял, на арабском языке рядом, – не стал копаться в компьютере, а снял трубку стационарного телефона и набрал короткий номер. Видимо, он звонил по внутренней связи, – сделал вывод американец.
Араб с кем-то поговорил, а после, когда закончил, обратился к туристу:
– Абдулла Халиф Игли сейчас встретит вас. Можете пока заполнить форму, – подавая бумагу и ручку, пояснил администратор, улыбаясь во все тридцать два зуба, которые будто светились на фоне его смуглой кожи.
– Спасибо, – поблагодарил репортер и начал прописывать данные.
Не успел мужчина заполнить все поля, как за его спиной послышался гомон. Джаспер, отложив ручку, обернулся в сторону шума. Он увидел несколько женщин, идущих по фойе. Они были одеты в красочные наряды – гандуры. На головах незатейливо повязаны платки: у кого-то они были однотонные, с вышивкой; у других разноцветные, с пайетками и стразами. За этой красиво одетой процессией шли пятеро мужчин в черных галабеях, словно охраняя девушек от посторонних.
Уитлок, сделав пару кадров, уже был готов вернуться к записям, когда увидел, как одна из них наступила на подол своего белого платья и грозила вот-вот упасть.
Джаспер среагировал моментально. Он отбросил сумку и, раскрыв объятия, поймал, как и ожидал, падающую незнакомку.
В процессе планирования платок с головы девушки слетел, и американец заметил красиво уложенные волосы.
Брюнетка повернулась и смогла разглядеть своего спасителя. Мужчина же смотрел на нее, будто зачарованный, отмечая каждую черточку ее лица; карие глаза цепко ухватились за Уитлока, красивый носик, пухлые губки приоткрыты – их так и хотелось поцеловать. Наверное, Джаспер сделал бы это, не будь он в стране со своими строгими правилами этикета и веры.
Ее родинка над верхней губой навсегда врезалась в память мужчины, довершая прекрасный образ.
Уитлок, вероятно, так и стоял бы, обнимая ладную фигурку девушки, если б не суровое покашливание за его спиной. Он понял, что держит красавицу чуть дольше необходимого, и ему точно теперь сидеть в тюрьме.
Джаспер помог незнакомке встать на ноги и, отойдя на некоторое расстояние, посмотрел на того, кто так возмущался его наглостью. Это был мужчина, одетый как все сыны ислама, но очень дорого.
Репортер сразу догадался, что это хозяин заведения.
– Ас-саляму алейкум, – тихо произнес Уитлок, стараясь проявить уважение и как-то сгладить острые углы непонимания.
– Уа-але́йкум ас-саля́м, – ответил араб. – Вы, видимо, Джаспер Уитлок? – уже на чистом английском предположил Абдулла.
– Да, это я. Простите, что вы стали свидетелем подобного происшествия. Я никак не хотел оскорбить эту юную леди, но девушка, наступив на подол своего наряда, готова была упасть. Я увидел это и постарался предотвратить катастрофу.
Араб напряженно изучал мимику американца, пытаясь понять, врет тот или нет.
И когда Джаспер уже готов был распрощаться со свободой, в разговор вмешалась она:
– Отец, все было так, как говорит приезжий. Если бы не его реакция, я б разбилась о кафельный пол и вместо праздника лежала бы в номере. Мы должны быть благодарны мистеру Уитлоку, что он помог не омрачить сей день.
Девушка явно знала, как воздействовать на родителя, так как мужчина быстро расслабился и с улыбкой на лице сгреб репортера в охапку.
– Спасибо! Мир вашему дому. Да будет с вами Аллах и продлит он ваши дни, – все еще улыбаясь, проговорил Абдулла в адрес Джаспера.
– Благодарю, – улыбнулся в ответ Уитлок. Он был смущен и не знал, как правильно поступить в этой ситуации.
– Папа, я приведу себя в порядок и пойду помогу Элисинье спуститься вниз.
Мужчина, согласно кивнув, поцеловал девушку в лоб. Он повернул голову, когда та отошла от него, провожая взглядом хрупкую марокканку до дверей лифта. За ней же, любуясь восточной красотой, наблюдал и репортер.
– Моя младшая дочь, Розалия. Да благословит Всевышний ее дни. С Элисиньей вы познакомитесь позже, – вздыхая, произнес араб, все еще смотря вслед девушке. – Джаспер, ваш номер уже готов. Мурад проводит вас. Как будете готовы, можете спускаться вниз. Церемония начнется через полчаса. – Будто очнувшись ото сна, Абдулла вернул лицу деловой настрой.
– Было бы отлично привести себя в порядок. Спасибо. Уважаемый Абдулла Халиф Игли, а как бы мне узнать, что я имею права фотографировать, а что нет? Куда я могу проходить? Не хочется оскорбить вас и ваших гостей действием. – Уитлок решил подстраховаться и узнать рамки своей свободы на этом празднике.
– Для вас сегодня открыты все двери, но женская половина находится под запретом. Просьба держать руки и мысли в благопристойном направлении. А так я полностью доверяю поверенному мистера Каллена. – Мужчина махнул в сторону молодого парня – видимо, это был Мурад, – призывая его подойти.
Молодой араб быстро подбежал, поцеловал руку главного, схватил походную сумку американца и, поклонившись, жестом предложил Джасперу пройти за ним.

***


Девушка зашла в свои апартаменты, которые располагались в том крыле, куда туристам было не пробраться; зона находилась под контролем охранных систем.
Вроде бы Розалия должна была привыкнуть к тому, что живет в золотой клетке, но периодически это ощущение навязчивой тенью следовало за ней. В такие дни она уходила бродить в одиночестве по медине, переодевшись в скромные одеяния. Ей хотелось хоть на мгновение почувствовать себя обычной девушкой, живущей в Фесе, а не активом крупной компании отца.
Когда Розалия забредала в развалины риады, она с легким сердцем снимала платок и, расположившись на притолоке, читала забытые нерасторопными постояльцами в своих номерах европейские журналы, которые дружелюбный Халиф проносил ей контрабандой. И уносилась мыслями в далекие страны.
Ее апартаменты были в теплых тонах: шоколад и беж царили там. Все было просто, но со вкусом обставлено. Девушка не любила пестрые излишки – этого хватало снаружи. Здесь же, в ее маленьком мире, хотелось отдыха от рябивших вокруг ярких изразцов.
Она сняла платок и бросила его на маленькую банкетку, что стояла возле трюмо, и, расстегивая платье, прошла в гардеробную, где ее ждал огромный выбор одежды, купленный на все дни торжества.
Розалия откинула от себя порванное снизу платье и, схватив вешалку с бирюзовым облаком, отправилась к кровати, чтобы закончить переодеваться. Вскоре она уже облачилась в новый наряд.
Девушка подошла к письменному столу и, опершись коленом о стул, открыла лэптоп. Она быстро пробежалась глазами по электронной почте, но желаемого письма не нашла, лишь бесконечные рекламные предложения пестрили заголовками.
Розалия разочарованно вздохнула, закрыла крышку ноутбука и, когда вставала на ноги, зацепила локтем книги по анатомии, что с грохотом упали на пол. Брюнетка заторопилась их поднять и, положив обратно на столешницу, отправилась в сторону двери.
Времени оставалось совсем немного, но она все же остановилась на мгновение возле зеркала.
Девушка легким движением сорвала пару бутонов белой розы и вставила их в прическу. Ей захотелось выделиться из толпы приглашенных женщин. Это желание возникло спонтанно после того, как недавно марокканка встретилась с мужчиной, который спас ее от падения.

***


Джаспер вошел в номер и поразился богатому убранству помещения. Он осмотрел покои, состоящие из двух комнат: большой холл, спальня. К ним прилагалась огромная ванная комната с джакузи и душевой кабиной.
– Мистер Уитлок, вы можете принять душ и переодеться для церемонии. На тумбочке есть стационарный телефон. Когда будете готовы, наберите номер, написанный на табличке рядом с ним, – и я приду проводить вас. Приятного отдыха, мистер Уитлок. – Парень глубоко поклонился и покинул апартаменты.
Как только за работником отеля захлопнулась дверь и раздался звуковой сигнал, американец хлопнул себя по лбу: «Ну и болван же ты, Джаспер! Ехал на свадьбу, а костюм не удосужился захватить. Молодец!»
Он быстро разделся и, взяв с собой несессер, отправился в ванную. Приняв душ, мужчина пересек холл и вошел в спальню. К огромному удивлению, на прикроватной вешалке репортер обнаружил классический черный смокинг. Оглядев его, пришел к выводу, что у кого-то талант определять размер на глаз, так как наряд оказался впору.
Джаспер оделся и, найдя новые лакированные, подобно цвету вороньего пера, ботинки, обулся. Он посмотрел на себя в зеркало и отметил, что выглядит не хуже тех, кто сейчас собираются на званый прием.
Уитлок зачесал влажные волосы назад и оценил свои старания. Он должен был отдать должное Абдулле Халиф Игли: мужчина был настоящим гостеприимным хозяином – позаботился обо всем.
«Интересно, когда он отдал подобные поручения?» Ведь они виделись лишь одно мгновение.
Джаспер нанес на себя парфюм и достал верного помощника в охоте за сенсациями – фотоаппарат «Никон», он же Нико, как его ласково звал репортер.
Уитлок еще раз взглянул на себя в зеркало, и на мгновение ему показалось, что он видит девушку, что спас. Она танцевала, громко смеясь.
Он быстро встряхнул головой, дабы прогнать наваждение. И ему удалось: когда Джаспер открыл глаза, нимфы и след простыл. Но мужчина пожалел, что так поспешно распрощался с видением.
– Ну что, Нико, поработаем в элитных кругах? Не все же тебе отбросы снимать. – Проверив заряд батареи, Уитлок аккуратно повесил аппарат себе на шею, чтобы не помять дорогой костюм.
Мужчина подошел к телефону и набрал нужный номер.
– Да, мистер Уитлок. Все в порядке? Вы готовы? – поинтересовался заботливый парнишка.
– Угу. Вы можете забрать меня, – ответил репортер. И не успел повесить трубку, как в номер постучали, из-за чего он вздрогнул. – Войдите, – разрешил Джаспер.
В дверях поистине шикарного номера появился Мурад. Он поклонился и, видимо, оценив внешний вид американца, улыбнулся.
– Спасибо! – Уитлоку хотелось как-то показать признательность за старания персонала этого гостеприимного отеля, и он поклонился.
– Идите за мной, – попросил араб.
Однако когда они двинулись по коридору, у Джаспера никак не получалось следовать за работником обслуги, так как парень каким-то странным образом пытался плестись полубоком рядом с ним. Казалось, он боялся повернуться к посетителю спиной – еще один элемент восточного гостеприимства.
Уитлок улыбнулся и где-то глубоко в душе смутился. Он не был таким уж важным гостем, как его воспринимали. Если бы не Карлайл и его влияние, то ничего этого не было бы.

Они спустились вниз и, пройдя по длинному коридору, вышли на задний двор отеля, хотя характеризовать райские кущи подобным термином как минимум было некультурно, а как максимум – невежливо.
Мужчина прошел по дорожке, замирая от восторга. Рука машинально потянулась за фотоаппаратом. Наведя фокус, он сделал пару кадров, запечатлев красоту восточных садов.
Джаспер шел дальше по вымощенному плиткой с марокканским рисунком тротуару. На какое строение не ложился взор, везде была мозаика, и от этого ансамбль, во главе со зданием отеля, казался шкатулкой с драгоценностями, которую хотелось открыть и любоваться ее содержимым.
Когда тропинка закончилась и раздвоилась, взгляд его наткнулся на ковер из цветов; их было столько, что пересчитать невозможно.
Отсняв несколько кадров, Уитлок, подобно охотнику, стал выслеживать, что ему еще запечатлеть бы, и его взору предстали два шатра цвета нежной мяты. Ткани на них тихо колыхались. Между шатрами располагались столы с различными яствами и напитками.
Чуть поодаль находилась сцена, на которой стояли инструменты, а перед ней – танцпол. «Вероятно, будет европейская музыка», – сделал вывод репортер.
Гости стали наполнять шатры: мужчины заходили в левый, женщины – в правый. Первым шел, видимо, жених, так как за ним четверо слуг несли невесту, сидящую в америи. Темноволосая статная девушка, одетая в дорогое, красиво украшенное платье, разбрасывала по сторонам золотые монеты.
Уитлок был готов поспорить с кем угодно, что все камни, переливающиеся на драпировках, были драгоценными, а сам наряд стоил уйму MAD.
Джаспер направил камеру и запечатлел этот момент. Он стал подходить ближе, чтобы ухватить крупнее лица гостий, прежде чем они скроются в женском будуаре.
Жених остановился возле порога и, поклонившись невесте и гостям, проследовал к своему шатру; за ним шли мужчины.
Когда американец уже хотел развернуться и пойти в мужскую часть, он увидел ее. Она не шла, а словно парила. Казалось, этому ангелу не было места даже в таких райских кущах. Сейчас на ней было надето бирюзовое платье, немного уступающее по роскоши наряду ее сестры, Элисиньи, но все же позволяло девушке выделяться среди остальных.
Уитлок забыл, зачем и куда шел, и лишь с восхищением смотрел на нее сквозь линзу фотоаппарата.
Красиво уложенные на один бок волосы свисали завитками на плечо, в саму прическу были вставлены живые белые розы. Легкий бирюзовый платок, накинутый поверх всей этой красоты, позволял разглядеть детали.
Девушка увидела фотографа, и личико ее моментально залилось румянцем. Но она не отвела глаз от мужчины и одарила его скромной улыбкой, когда входила в шатер.
После такого подарка сердце Джаспера забилось в бешеном ритме, из-за чего почувствовалось легкое головокружение.
– Мистер Уитлок, – позвал его Мурад, и тот понял, что задержался и необходимо быстрее присоединиться к мужчинам.
Джаспер вошел в шатер и перед взором его предстало богатое убранство: везде были огромных размеров подушки различных цветов и тканей. На многих – вышивка золотом и драгоценными камнями. «Господи, и как же на них задницей садиться-то?» – задумался он, но мысли эти прервал Абдулла Халиф Игли; мужчина позвал его, чтобы представить гостям и объяснить его миссию:
– Познакомьтесь, это поверенный нашего хорошего друга Карлайла Каллена – Джаспер Уитлок. Он прибыл из далекой Америки, чтобы показать нашу роскошь местным толстосумам. Он будет снимать все на камеру, а потом напишет об этом событии в газете. Поэтому, друзья, – обратился араб ко всем гостям, – прошу любить и жаловать его. Но учтите, мистер Уитлок, – наклонившись вперед, деловито произнес Абдулла, сидя на большой подушке и теребя четки, – заходить в женский шатер – харам.
Джаспер честно не знал этого термина, так как в том путеводителе, что подарила ему женщина на борту самолета, не было похожего слова, но он понял: это что-то плохое. И посещать женское общество передумал.
– Мурад, ты предупредил моих дочерей о том, что сегодня у нас гостит американский репортер? – поинтересовался хозяин у своего подчиненного.
– Да, уважаемый Абдулла Халиф Игли.
Слуга откланялся и занял выжидательную позицию в углу шатра, превратившись в немую статую. Уитлок также откланялся и стал осматриваться, выискивая лучший ракурс для съемки. Он глядел на гостей щедрого араба сквозь объектив фотоаппарата, но не мог сосредоточить внимание, так как все мысли улетали в соседний шатер. Хотелось пойти и заглянуть внутрь, чтобы вновь увидеть прекрасную нимфу.



Из динамиков на улице послышалась музыка. Стинг. Его «Десерт Роуз» как никогда передавала настроение Уитлока.
Сделав пару контрольных «выстрелов», Джаспер все же решился совершить харам. Он вышел из шатра и направился в сторону женского будуара, при этом делая вид, что фотографирует.
Мужчина был совсем рядом, когда светло-зеленая ткань колыхнулась – и он смог увидеть ее. Девушка ритмично двигала бедрами в такт мелодии. Помогая себе руками, она то манила невесту, то будто отталкивала.
Розалия подошла к сестре и, поставив босую ножку на подушку, завиляла попкой. Словно кошка, она прогнулась так, что ее волосы коснулись красочного ковра. Двигая бедрами, восточная нимфа схватила зеленый платок, поданный ей девушкой, отошла к центру шатра и стала подбрасывать и ловить ткань; через тонкий шифон было видно ее ладную фигурку.
Хотелось просунуть руку и дотронуться до нее.
Когда Розалия сделала еще один круг, ее взгляд зацепился за угол шатра: она увидела его, иностранца в смокинге, который стоял и смотрел на нее, будто завороженный. Брюнетка стала выписывать круги в сторону гостя. Когда музыка замедлилась, она, упав на колени, начала прогибаться назад и запыхавшимся голосом прошептала:
– Уходи. Харам.
Уитлок, будто очнувшись от гипноза, развернулся и быстро зашагал в сторону мужской половины, надеясь, что кроме Розалии никто его не увидел.
Через какое-то время к ним в шатер пришла невеста в сопровождении матери, неся поднос со сладостями. Угостив всех, они удалились.

Праздник перешел к новому этапу уже за полночь.
Джаспер устало зевнул, но, приободрившись, взял себя в руки.
Жених посмотрел на часы и, взяв бархатную коробочку с украшением, стремительно покинул шатер; за ним последовали его друзья, вооружившиеся рожками и барабанами, дудевшие и бившие в них.
Когда процессия во главе с женихом оказалась рядом с будуаром женщин, Уитлок увидел невесту, сидящую на подушке; ее несли четверо. Рахим Дия Саид поприветствовал будущую жену, появилась вторая подушка, не менее роскошная, с бахромой, на которую сел жених.
Их несли в сторону танцпола, на коей уже скопились гости. Среди них Джаспер увидел и европейцев.
На сцене араб напевал очень ритмичную песню. Все ликовали и кидали в сторону жениха и невесты золото и конфеты, чтобы жизнь их была богатой и сладкой.
Донеся молодых до места проведения банкета, им помогли спуститься и устроиться на диване.
Начиналась официальная часть бракосочетания.
Джаспер, словно дикая лань, прыгал, стараясь ухватить самые выгодные кадры. Но уже к трем часам ночи он выдохся и никак не мог понять, откуда у арабов столько сил танцевать без устали ночь напролет.
Мужчина оперся спиной об арку и наблюдал за праздником со стороны.
Вот прекрасная одалиска, одетая в черный наряд, оголяющий почти все ее тело, с подсвечником на голове, исполняет знаменитый шааби. Все ликовали.
Уитлок еще раз зевнул.
– Уже засыпаешь, – послышался знакомый голос.
Американец вздрогнул и, отстранившись от опоры, взглянул в сторону девушки. Вблизи она была еще прекраснее. Настоящая восточная красавица.
– Как вы можете не спать ночами? – не задумываясь спросил Уитлок, скрываясь в тени ветвистого дерева.
– Опыт и привычка, – ответила Розалия, теребя конец платка. – Тебе нужно выпить кофе. Я принесу.
Мысль о том, что она сейчас уйдет, заставила сердце Джаспера пропустить удар. Он не хотел расставаться с марокканкой даже на минуту. Когда еще они смогут так просто пообщаться?
– Нет, не надо. – Мужчина машинально схватил девушку за запястье, чтобы удержать, но, на удивление, она не отдернула руку, а лишь улыбнулась.
– Хорошо. Потерпи, осталось совсем немного. Еще один выход жениха и невесты, а потом они отправятся в номер. Тебе нравится танец одалиски? – видя восхищение в глазах гостя, спросила брюнетка.
– Да, это так красиво. Страстно и эротично, – улыбаясь, ответил Уитлок.
– Нет никакого разврата, но при этом будоражит воображение. Обычно его исполняют специальные танцовщицы на праздниках... – Она замялась, но, вдохнув, выпалила: – И женщины для своих мужей в моменты близости.
– Какие же счастливые ваши мужчины, – сделал заключение репортер.
– Пойдешь со всеми? – спросила Розалия, поправляя легкий платок.
– Куда? – поинтересовался Уитлок.
– Ну, как же! Смотреть на следы невинности. Близкие гости провожают новобрачных до их номера и ждут, пока все не закончится, чтобы удостовериться в целомудрия невесты. Тогда можно будет продолжить праздник.
Джаспера передернуло от этого предложения. Он отрицательно замотал головой. На секунду представил, что в один прекрасный день вот так и Розалия вынесет на обзор окровавленную простынку, дабы доказать всем верность традициям, – и желудок скрутило в тугой узел.
– Какое варварство, – прошептал он, но девушка услышала.
– Отнюдь, мистер Уитлок, это решает многие проблемы в будущем. Нет никакого недоверия среди родни, а главное, между мужем и женой. Ревность – плохая подруга, – сверкнули карие глаза в лучах софитов.
Сердце Джаспера поскакало галопом. Как ему хотелось любоваться ее личиком, как тогда в шатре, без платка и смирения. Он мечтал, что когда-нибудь Розалия станцует для него, как та одалиска.
– Наши традиции очень различаются, но, знаешь, я бы был счастлив, если б моя жена была лишь моя. С самого начала, – не сводя взгляда с марокканки, поделился он.
– Хм, – улыбнулась девушка, мечтательно глядя вдаль. – А оставайся у нас. Примешь ислам, мы найдем тебе хорошую жену – и ты будешь счастлив. – Розалия посмотрела на него с такой нежностью в глазах, что тот понял, что пропал, потонув в этих омутах.
Джаспер не мог понять: шутка это или же приглашение? А если и так, то возможно ли счастье для них? С этого момента Уитлок понял, что не хочет другую, он хочет ее. И сделает ради их счастья что угодно. Пускай все идет к черту, но он уедет только с ней.
Крики вырвали его из мечтаний о будущем и заставили обратить внимание на сцену, на которой толпа ликовала около новобрачных, сидящих в креслах, что носили под ритм мелодии мужчины. Действо было похоже со стороны на танец. Невеста сидела в золотом головном уборе. Ее хрупкая шейка, казалось, вот-вот хрустнет, но марокканка мужественно держала гордую осанку.
– Ей не тяжело? – поинтересовался репортер, обращаясь к стоящей рядом с ним девушке.
– Тяжело. Он весит почти десять килограммов, но в этом вся суть: она должна как можно дольше этот головной убор на себе выдержать. Чем дольше, тем счастливее будет ее жизнь. Меньше испытаний выпадет на ее плечи, ведь сейчас она вынесла самое тяжелое. А жених во время этого «танца» должен умудриться поцеловать невесту, чтобы доказать любовь и отвагу.
Розалия так воодушевленно рассказывала, что в голове Джаспера родился закономерный вопрос:
– А ты бы хотела быть на ее месте со мной?
Взгляд девушки сразил американца наповал – он сверкнул подобно молнии. Не сказать, что она была зла, но обижена точно.
– Нельзя таким шутить, мистер Уитлок. Это харам.
И только мужчина захотел заверить в своем твердом намерении сделать ее счастливой, как брюнетка поспешно скрылась в кустах. Исчезла, будто ее и не было.
Он еще какое-то время шатался в поисках красавицы. Не найдя ее, решил откланяться и пойти в номер.

***


Проснулся Уитлок в обед. Жаркий сухой воздух просачивался сквозь приоткрытое окно, выходящее на балкон.
Мужчина потянулся, вскочил на ноги и отправился в ванную, чтобы привести себя в порядок.
Прохладная вода принесла облегчение.
Одевшись, Джаспер взял Нико и вышел коридор. Он хотел найти Розалию, чтобы попросить прощения за то, что поставил девушку в неловкое положение. Но где ее искать, он понятия не имел.
Репортер спустился вниз и возле ресепшена увидел Мурада; тот был бодр и резв и о чем-то разговаривал с Халифом. Мужчины рассмеялись, видимо, после какой-то шутки, но когда увидели американца, сразу надели маски строгости и целомудрия.
– Утро доброе, мистер Уитлок, – тихо произнес Мурад, к нему присоединился и Халиф.
– Скорее, уже обед, – улыбнулся Джаспер.
– Вы что-то хотели? – поинтересовался стоящий за стойкой администратора араб.
– Да. Вы не знаете, где сейчас госпожа Розалия Абдулла Халиф? Мне нужно передать ей фото: она интересовалась достопримечательностями моей страны. – Отмазка даже ему казалась неправдоподобной, но, на удивление, сработала.
– Она сейчас со своей семьей на большой террасе. Обедают. А вечером поедут в дом Рахима Дия Саид на угощение.
Уитлок поклонился, выражая благодарность, и, наверное, снес бы клумбу с цветами, если бы не его отличная координация. Обогнув вазон, он помчался в сторону, где слышались разговоры на марокканском арабском.
Мужчина прижался к колонне, чтобы перевести дыхание. Когда оно более-менее выровнялось, американец нырнул под навес.
– О, наш дорогой друг! Хорошо спалось, надеюсь. Не присоединитесь к нам за трапезой? – вставая с места и раскрывая руки для объятия, спросил Абдулла Халиф Игли.
Уитлок понимал, что отказывать нельзя ни в коем случае, да и урчащий желудок был на стороне хозяина отеля.
– Спасибо, это честь для меня. Куда можно сесть? – поинтересовался Джаспер.
– Папа, он мог бы разместиться рядом со мной. Здесь свободно, – пропела девушка где-то сбоку от американца, и тот сразу узнал ее.
– На правах дорогого гостя вы можете сесть рядом с моей дочерью, но соблюдайте приличия, – попросил араб, смотря карим, почти черным взглядом на репортера. Этот зрительный контакт происходил лишь одно мгновение, но все было ясно: малейшая вольность – и он первым же рейсом полетит обратно.
Немного успокоив фантазию, Джаспер приземлился на большую подушку рядом с Розалией.
– Привет, – прошептал он ей, когда потянулся за лепешкой.
Но ответа не последовало. Мужчина понимал, что открытого общения между ними быть не может. Достал из нагрудного кармана ручку, взял салфетку и, стараясь не привлекать внимания, начеркал записку, которую после подсунул под тарелку марокканки.
Девушка, несмело следя за отцом, вытащила клочок бумаги и быстро пробежалась глазами по написанному:
«Милая Розалия, хочу принести извинения за то, что поставил тебя в неловкую ситуацию. Но от своих слов я не отказываюсь. И если Бог позволит, то мы будем вместе. И наплевать мне на этот ваш харам. Навеки твой Джаспер».
Взгляд девушки заметался пуще прежнего. Она положила салфетку на блюдце и как бы случайно толкнула чашку с кофе, а затем с радостью наблюдала, как бумага расползается на кусочки и превращается в месиво.
– Дочка, все в порядке? – поинтересовался хозяин стола.
– Да, папа, просто кофе очень горячий, обожглась. И чашка выпала. Лучше буду пить сок, – дрожащим голосом произнесла Розалия, смотря на отца. Щеки ее полыхали.
Она достала из маленькой сумочки свой белый айфон, открыла приложение «Заметки», быстро написала ответ и незаметно передала гаджет мужчине.
«Джаспер, отец не позволит этому случиться. Даже при всей его любви к американской культуре, подобного не произойдет в стране, где правит шариат, а жить вне брака – харам».
Влюбленный не унимался. Он быстро удалил сообщение и написал коротко: «Посмотрим». Джаспер передал обратно телефон, наблюдая за реакцией девушки.
– Мистер Уитлок, какие у вас планы на сегодняшний день? – поинтересовался Абдулла Халиф Игли, отпивая кофе.
– Я хотел пройтись по медине. Изучить местный колорит, сделать серию фото для полного представления о вашей культуре. Если это, конечно, уместно. – Разумеется, Джаспер желал совершить прогулку не один, но это были слишком смелые мечты.
– Безусловно. Идите, но к семи будьте готовы: поедем к моему зятю. Кстати, хотите, возьмите с собой Мурада. Он с радостью проводит вас и расскажет обо всем, – предложил араб, смотря на подчиненного. Но по взгляду парня стало ясно, что данная идея ему не нравится. У него и без того было много дел.
– Не надо, уважаемый Абдулла Халиф Игли. Я не хочу приносить лишние хлопоты. Но спасибо за беспокойство, – ответил репортер, поднимая стакан с соком.
– Хорошо, как пожелаете. – Он перевел взгляд на парня. – Мурад, дай мистеру Уитлоку куфию и эгаль. Нынче очень жарко, вам будет легче переносить палящее солнце, иначе может стать плохо, – обращался уже к гостю Абдулла.
– Спасибо, – встал со своего места и глубоко поклонился всем сидящим за столом Джаспер. И, не поворачиваясь спиной, начал отступать к коридору.

***


Уитлок шел по улочкам медины, прячась от палящего солнца. Одетая на голову его куфия немного облегчала жар. Репортер сделал пару снимков и, завернув за угол, увидел магазинчик с драгоценностями.
Американец зашел внутрь, и приветливый продавец, араб, сразу же окружил туриста заботой. Мужчина разглядывал различные украшения. И на глаза ему попался напоминавший бутон чайной розы кулон.
– Сколько стоит? – спросил Уитлок, держа подвеску в руке.
– Для вас – пятьсот DAN, – теребя четки, ответил араб.
– Давайте за триста пятьдесят. Тогда возьму, – начал торговаться Джаспер, как его учил путеводитель.
– Нет, четыреста – и по рукам, – парировал не желавший уступать продавец.
– Я не буду брать, – мотая головой, возразил Уитлок. И уже начал протягивать руку с украшением обратно, как араб сдался:
– Хорошо, давайте за вашу цену.
Джаспер обрадовался, что ему удалось сбить стоимость, и купил понравившуюся вещь. Он бережно спрятал бутон в бархатный мешочек и, положив в нагрудный карман темной рубашки, пошагал дальше по улице.
– Мистер Уитлок, – раздался голос Розалии позади мужчины.
Американец резко остановился и оглянулся. Ему не послышалось, это действительно она. Одетая в простую, до пят, рубашку, голова ее была покрыта белым платком. Ничего не указывало, что она дочь богатейшего в Фесе человека.
– Ты здесь? Но как? – спросил он, забыв о приличиях.
Девушка ничего не ответила, лишь мотнула головой, подсказывая следовать за ней.
Поплутав немного по улочкам, они вышли к развалинам в пустыне. Мужчина шел за марокканкой. И когда та скрылась в пустующем здании из красной глины, нырнул за ней в дверной проем.
Помещение оказалось довольно-таки большим, но потрепанным сухими ветрами и солнцем. Ощущалось, что когда-то это был дворец.
Девушка сняла платок с головы и глубоко вздохнула. Волосы ее шоколадным каскадом рассыпались по спине.
Уитлок медленно подошел и, взяв Розалия за плечи, окунулся в аромат жасмина. Девушка слегка дернулась; ее маленькое сердечко, подобно птичке, трепетало в груди. Ей хотелось, чтобы эти объятия стали крепче, но она боялась последствий.
– Джаспер, нас забросают камнями на площади, если узнают, – учащенно дыша, предостерегала марокканка.
– За что? Мы не делаем ничего плохого. Просто стоим здесь, и я обнимаю девушку, которая волнует меня. Закрой глаза, – сказал он, вынимая из кармана украшение.
Розалия сделала так, как просил мужчина. Он расстегнул застежку, аккуратно положил розочку на грудь красавицы и закрыл замочек.
Девушка потрогала кулон и взглянула на подарок. Дыхание ее зашлось в бешеном ритме. Этот кулон – первый презент от мужчины, не являющимся ее отцом. Было волнительно и настолько трогательно, что от эмоций навернулись слезы.
– Розалия, что-то не так? Не понравился? – настороженно спросил Уитлок, держа ее за плечи и смотря в миндалевидные карие глаза.
– Очень нравится. Джаспер, спасибо. Она такая красивая, будто живая.
Марокканка, поддавшись эмоциям, притянула мужчину за шею и чмокнула в щеку. Тот оторопел, но вскоре широко улыбнулся. Он взял девушку за руку и, найдя каменную притолоку, пригласил присесть. Брюнетка с радостью присоединилась к нему.
– Как ты смогла уйти? – после недолгого молчания спросил Джаспер. – Я думал, девушкам нельзя передвигаться одним по улицам.
– Покидать дом без сопровождения можно, главное, предупредить старшего в семье, куда идешь, чтобы, если что, кто-то знал, где тебя искать, – теребя кулон, ответила Розалия.
– И куда ты сейчас сказала, что направилась? – поинтересовался он.
– За книгами. Но я не солгала. Аллах мне свидетель, я лишь до них пока не дошла, – улыбнулась девушка, глаза ее горели огнем азарта.
– Да вы хитрите, госпожа Абдулла Халиф, – широко улыбнулся марокканке Джаспер и слегка толкнул ее плечом.
Они звонко засмеялись.
– Что за книги? – крутя хлястик от крышки фотоаппарата, хотел узнать чуть больше о красавице Уитлок.
– «Арабские истории» – подарок отца мистеру Карлайлу Каллену. Он хотел послать Мурада, но я вызвалась сама принести их от торговца, – радостно и немного гордо ответила брюнетка, смотря репортеру прямо в голубые глаза.
– Но откуда ты узнала, где я буду? Эти улицы – огромный лабиринт Минотавра. – Восхищаясь умением девушки, он не переставал улыбаться своей ослепительной улыбкой.
– Джаспер, это для вас, иностранцев, медина – петляющий клубок, который невозможно распутать. Для меня же каждый дом и закуток хорошо знакомы. Я бегала по Фесу, сколько себя знаю. И это прекрасное место, поверь мне. В него влюбляешься раз и навсегда, и сердце остается во власти дюн.
Пока марокканка рассказывала о своей родине, Уитлок утверждался, что его сердце принадлежит не песку, а ей. Но как убедить уважаемого отца Розалии, он не знал. Напролом идти было абсурдом.
– Милая, если я приму твою веру, у меня будет шанс взять тебя в жены? – принял серьезное выражение лица и поинтересовался репортер, сжимая ладошку девушки.
– Возможно, но я не уверена. Такого я никогда не видела. Джаспер, отец, скорее всего, не согласится. Одно дело – иметь с американцем дела, другое – отдать дочь за него. И потом, вера – важный элемент жизни. Нельзя просто взять и сменить ее. К этому надо быть готовым, для начала хотя бы изучить и узнать, что тебя ждет. Не нужно ради меня идти на такие жертвы, я пойму. – Убирая из руки мужчины свою, марокканка задержала на нем встревоженный взгляд. – Уже прошло много времени, меня спохватятся.
– Позволь проводить тебя. Мы заберем книги для Карлайла и вернемся в гостиницу, – вставая, предложил Уитлок.
– Хорошо, – согласилась она, но добавила, надевая платок: – Только, когда придем, ты зайдешь с главного, а я с заднего входа. Ни к чему, чтобы нас видели вместе.
– Как скажешь. – Джаспер ощущал себя мальчишкой, который лез от своей девушки через забор среди ночи, чтобы не получить от ее отца из дробовика. В тридцать это было слишком даже для его зашкаливающего уровня авантюризма.
Когда они собирались уходить, Розалия заметила мужчину, араба; он наблюдал за ними из-за угла когда-то широкого окна полуразрушенного здания. Сердце девушки зашлось галопом.
– Джаспер, он видел нас. Если расскажет кому-нибудь – мы пропали. – Она заторопилась проследить, куда направился незнакомец.
Уитлок, сорвавшись с места, погнался за мужчиной, но это было бесполезно: он быстро скрылся в улочках марокканского городка и слился с толпой, ведь ничем не отличался от большинства арабов – белая галабея, куфия, эгаль, на лице борода, брюнет.
– Я его потерял, – тяжело дыша, с сожалением проговорил репортер, упираясь руками в колени.
– Мы пропали, – приложив ладошку ко лбу, расхаживала марокканка туда-сюда, будто загнанная в клетку львица.
– Розалия, не думаю, что он побежит докладывать твоему отцу, что видел нас. И потом, откуда ему знать, кто ты? И уж тем более, я? Ведь в этой одежде с трудом узнаешь дочь мультимиллионера. Твое лицо нигде не мелькало открыто, лишь красивые карие глаза, – проведя по ее щеке, констатировал очевидное Джаспер.
Комплимент смутил девушку. Она робко улыбнулась, накрыла его руку своей и нежно поцеловала. Это был смелый поступок для нее. И ей очень нравилось быть отважной.
Уитлок поправил платок марокканки и повел ее за собой, но, выйдя из развалин риады, ему пришлось отпустить горячую ладонь возлюбленной.
Розалия с сожалением, что им нужно расставаться, улыбнулась одними лишь губами; в глазах ее читалась грусть.
Шли они поодаль друг от друга. Когда очутились возле торговца книгами, девушка вошла внутрь одна. Джаспер ждал ее.
А после пришло время расставаться. Но они не хотели уходить с улочки, продолжая смотреть друг другу в глаза.
Нужно было что-то делать. Мужчина развернулся первым. Он не мог позволить случиться беде.
Как только американец скрылся за углом, Розалия приподняла подол своей одежды и заторопилась домой.
Шли они поодаль друг от друга. Когда очутились возле торговца книгами, девушка вошла внутрь одна. Джаспер ждал ее.
А после пришло время расставаться. Но они не хотели уходить с улочки, продолжая смотреть друг другу в глаза.
Нужно было что-то делать. Мужчина развернулся первым. Он не мог позволить случиться беде.
Как только американец скрылся за углом, Розалия приподняла подол и заторопилась домой.

***


Вечер неумолимо приближался.
Девушка сидела возле трюмо в своей комнате, рассматривая подарок Джаспера. Она теребила бутон, висящий у нее на шее. Вспоминая их встречу и как красиво за ней ухаживал мужчина, Розалия впервые ощутила себя желанной, красивой, как та танцующая одалиска. Все драгоценности мира она готова была отдать за эту розочку.
Девушка вскочила со стула и закружилась по мягкому ковру. Голова слегка опьянела – и она со всего размаху рухнула на тахту.
Сердце бешено колотилось. Сегодня она почувствовала себя особенной. Впереди ее ждал еще один прекрасный вечер в компании Джаспера.
На часах было шесть, нужно собираться к ужину.
Брюнетка села и посмотрела на новое платье, висящее на вешалке. Нежно-розовый шелк должен приятно струиться по телу, а сделанные вручную кружева – красиво выделять пышную грудь. Очень хотелось быть красивой для него.
В один день у девушки появился смысл для многого. Омрачал все лишь тот факт, что Уитлок должен уехать завтра вечером – и авантюра закончится. А с другой стороны, было так приятно обмануться и потешить себя надеждой на возможное счастье.

Джаспер оделся в брюки и рубашку цвета топленого молока. Он взял Нико и, осмотрев себя в зеркале, покинул номер.
Уитлок шагал по ступеням. Когда оказался на первом этаже, увидел, как мужчины – среди них был отец его возлюбленной и еще пятеро арабов, – о чем-то воодушевленно разговаривали на повышенных тонах. Со стороны казалось, что люди ругаются, но это их горячий нрав вырывался наружу. Чуть поодаль стояли женщины.
Американец поправил куфию, которую надел в знак уважения к Абдулле Халиф Игли, и пошел в сторону мужской компании, исподлобья стараясь разглядеть ее. И это ему удалось: будто почувствовав на себе взор Уитлока, Розалия повернулась и посмотрела в сторону красавца.
Ей понравилось, что Джаспер надел куфию – так он больше походил на местных жителей.
Репортер, увидев, что на него обратила внимание девушка его мечты, заметил: она была прекрасна в этом бледно-розовом платье – цвет чудесно оттенял ее смуглую кожу.
– Ангел, – прошептал он одними губами.
Когда Джаспер смог разглядеть в складках легкого шелкового платка его кулон, он расцвел в улыбке подобно той розе, что висела на шейке возлюбленной.
– Мистер Уитлок, вы прекрасно выглядите, – проговорил гостеприимный хозяин. – Вам идет куфия.
– Спасибо, – с почтением поблагодарил Джаспер. – Добрый вечер.
На него обратили внимание остальные гости араба, уже знакомые Уитлоку: он видел их вчера, вернее, сегодня ночью на праздновании катбиктеба старшей дочери Абдуллы.
– Добрый вечер! Дай Аллах вам долгих лет жизни, – поклонившись, поприветствовал американец уважаемых людей Феса.
Мужчины в ответ кивнули, давая понять, что приняли его в свою компанию.
Процессия двинулась к выходу. Во главе ее был Абдулла Халиф Игли, все еще что-то обсуждавший с мужчинами; Джаспер плелся позади высших мира сего.
За ними молча шли женщины.

Дом Рахима Дия Саид был роскошным. Конечно, не таким великолепным, как у его тестя, но все же видно, что в него вложили немало средств.
Гости покинули лимузины, остановившиеся возле парадного входа. Очередность не нарушалась и тут: сначала шли мужчины, потом женщины.
Джасперу было не до красоты окружавшего двора. Нико продолжал висеть незадействованным, хотя было что снять.
Американец, подобно шпиону, выслеживал свою цель, стараясь как можно незаметнее смотреть на Розалию. Та, казалось, была вовлечена в ту же игру. Глаза ее жадно ловили взгляды Уитлока. И когда они встречались, девушка улыбалась, стараясь не показывать бушевавших в ней эмоций другим.
Они прошли через двор и очутились возле входа в дом, где всех встречала не меньшая процессия: во главе стоял отец Рахима, рядом – сам Дия Саид, чуть поодаль, за спиной мужа – Элисинья, по глазам которой было видно, что она очень нервничает.
Абдулла поприветствовал новую родню; те ответили взаимностью. Мужчины обнялись и направились внутрь. Пройдя через красивый холл, оказались в саду.
Все расположились в большом уютном шатре, поделенном на две зоны – женскую и мужскую. Вроде бы ужинали вместе, как большая и дружная семья, но все же ощущалось различие в их положении в обществе.
Гости и хозяева расселись на свои места; не хватало лишь Элисиньи.
Вскоре на пороге появилась молодая жена Рахима Дия Саид. Она несла в руках большой золотой поднос с различными вкусностями. Элисинья подошла к отцу мужа, и тот взял лакомство, затем к Рахиму, потом к маме мужа. И, конечно же, к своим родителям. После марокканка раздала угощение остальным гостям. Это был обычай.
Когда поднос опустел, девушка поклонилась, убрала его и села возле матери мужа.
Отец Рахима встал, произнес молитву и предложил всем приступить к трапезе.
Джаспер завязал позади полы куфии и начал поглощать угощение. В голове его зрела идея разговора с Абдуллой. Он наблюдал, как мужчины разговаривают о чем-то, и искал возможность привлечь внимание уважаемого Халиф Игли на себя.
Будто уловив желание гостя, араб сам обратился к иностранцу:
– Как вам у нас?
– Здесь просто волшебно, спасибо. Фес – шкатулка восточных сладостей, все манит и хочется попробовать, – как можно дружелюбнее ответил американец. – Уважаемый Абдулла Халиф Игли, я знаю, вы жили какое-то время в Нью-Йорке, получили там образование. Как вы относитесь к мужчинам нашей страны? – Сердце Уитлока бешено колотилось: сейчас решалась их с Розалией судьба.
– Среди вас есть воистину великие мужи. Я восхищаюсь образованием, которое может дать Америка. Ее экономика, стремление расти и развиваться.
Ответ устроил Джаспера, подарив призрачную надежду на счастье.
– Это здорово. Я знаю, что есть такие случаи, когда араб, приехавший в Штаты, оставался на чужбине и женился на девушке другой веры. Это не является каким-то нарушением, так? – Он упорно шел к цели, подводя Абдуллу к главному вопросу.
– Да, это не запрещено, ведь мужчина – глава. И со временем его семья сможет полностью посвятить себя Аллаху. – Араб поднял руки вверх и произнес краткую молитву.
– А если наоборот? Американец изъявит желание жениться на марокканке – такое возможно? – В ушах Джаспера зазвенело от напряжения.
– Это нежеланный брак для мусульманки, – спокойно ответил Абдулла и положил в рот кусочек пирожного.
– Почему? – не унимался репортер, елозя на большой подушке.
– Мистер Уитлок, мужчина, американец, европеец, повторюсь, глава. Неповиновение жены мужу – грех. И если он запретит ей совершать намаз или еще что-то, она обязана подчиниться. Поэтому шейх никогда не допустит такого брака, – обыденным голосом резал Джаспера без ножа Абдулла.
– А если он примет ислам? – это была последняя попытка вернуть разговор в выгодное для иностранца русло.
– Нет. Он же сделает это в угоду своему удовольствию, дабы обладать женщиной, а не ради Аллаха. И потом, если он так легко предал прежнюю веру, значит, и мусульманство может предать, – рассуждал Халиф Игли.
– А если он был атеистом до этого? – парировал Уитлок.
– Дорогой друг, что может дать человек, у которого в душе нет веры? – с доброй улыбкой спросил араб.
– Наверное, ничего, – с тяжелым сердцем капитулировал Джаспер.
И следа надежды не осталось; ее унес сухой суровый ветер и развеял в песках пустыни. Шансов, что они будут с Розалией, нет совсем, и завтра он улетит один, не сдержав данное девушке обещание. У него это уже входило в привычку, с которой, видимо, было невозможно распрощаться.
Он чувствовал себя лишним на этом празднике.
Как только официальная часть закончилась, Уитлок поспешил покинуть дом Рахима, сославшись на то, что ему нужно выспаться перед долгим полетом.
Мужчина ничего не мог с собой поделать. Смотреть на радостную девушку, зная, что завтра разобьет ее сердце, было невыносимо.

– Куда ушел мистер Уитлок, папа? – как бы невзначай спросила Розалия.
– Ему нужно готовиться к отлету, родная. Он обещал выслать газету с фотографиями, как та выйдет в тираж. Хороший паренек, так ведь?
Девушка не понимала, к чему этот вопрос.
– Да, – стараясь скрыть волнение, ответила брюнетка. – Прости, но я очень устала, болит голова. Можно мне поехать домой? – Виски и правда нещадно пульсировали. Хотелось покинуть шумный праздник и перестать натужно улыбаться, будто все хорошо.
– Конечно. Хочешь, я позвоню госпоже Гульназ Ханым, чтобы она осмотрела тебя? – предложил Абдулла Халиф Игли своей девочке.
– Не стоит беспокоить ее. Мне нужно немного тишины и сна. Спасибо за заботу, папочка. – Розалия быстро поцеловала мужчину в щеку и направилась к выходу.

***


Ранним утром, пока основная масса постояльцев мирно посапывала в своих номерах, девушка, держа тяжелые книги в хрупких ладошках, шла по коридору.
Розалия свернула за угол, осмотрела фойе отеля и осталась довольна тем фактом, что отца и его приближенных там не было. Лишь одинокий страж ресепшена – Халиф, что-то читал, сидя на высоком стуле за стойкой.
– Доброе утро. Да продлит Аллах твои дни, – поприветствовала девушка араба, от чего тот отложил буклет и, встав, обратился в слух.
– Доброе, госпожа Абдулла Халиф. Что я могу для вас сделать? – учтиво поинтересовался парень.
– Халиф, у меня к тебе просьба. Не мог бы ты передать мистеру Уитлоку книги? Это подарок от моего отца уважаемому Карлайлу Каллену. Я их недавно купила, но не успела отдать. Ты сделаешь это для меня? – улыбаясь, спросила марокканка.
– Конечно! Не волнуйтесь. Я отнесу их чуть позже, – ответил работник обслуги, светя белоснежной улыбкой, и забрал книги.
– Спасибо, Халиф. А мне не приходила никакая корреспонденция? – Она мало верила в это, но все же решилась узнать.
– Нет, писем не было. Если придут, то я обязательно принесу их вам, – отчеканил араб.
– Хорошо.
Розалия развернулась и отправилась в свои апартаменты в надежде, что Джаспер найдет ее послание.

Мужчина собрал небольшую походную сумку к отъезду. Он встал возле окна и посмотрел во двор.
Красивая птица вышла из тени дерева и с рокотанием распушила прекрасный, будто расписной, хвост. Павлин, красуясь, сделал круг почета и, оставшись собой довольным, ушел обратно в убежище.
Джаспер улыбнулся.
В дверь его номера постучали. «Кто бы это мог быть»? – напрягся Уитлок и пошел открывать.
На пороге он увидел уже знакомого работника отеля, державшего в руках стопку книг. Джаспер посмотрел на них и узнал: это были «Арабские истории» для Карлайла.
– Госпожа Розалия Абдулла Халиф попросила передать вам, – протягивая книги, сказал Халиф.
– Спасибо. – Репортер отчасти был рад, что девушка не пришла сама, чтобы принести подарок Каллену. Иначе расставание выдалось бы мучительным.
– Ваше такси будет ждать в пять. Не опоздайте, – сказал араб, на что Уитлок учтиво кивнул.
Джаспер закрыл за визитером дверь и, развернувшись, положил книги на маленькую тумбочку возле входа, с которой те с грохотом свалились на пол.
Американец нагнулся и стал собирать издания. Часть из них была на арабском, в других шел перевод на английском.
Когда мужчина собрал книги, он увидел бумажку, на которой было написано красивым подчерком всего две фразы: «Развалины. В полдень». Под ними нарисована розочка.
Сердце Джаспера зашлось от неожиданного приглашения. Он положил книги на кровать и сел рядом. Вновь перечитал послание. Мужчина посмотрел на часы – половина двенадцатого.
Схватив куфию, репортер вышел из номера. Он поспешно по пути покрыл платком голову и надел поверх эгаль. Не сказав никому ни слова, покинул здание гостиницы.

***


Джаспер быстро передвигался по улицам. Он хорошо помнил, куда нужно идти, и скоро оказался возле развалин, за которыми открывался прекрасный вид на пустыню.
Казалось, песок плавился под ногами.
Когда он прошел чуть вперед, увидел сквозь марево караван верблюдов. Они шли медленно за бедуином; пастух вел навьюченное стадо.
Уитлок был рад, что надел куфию: солнце испепеляло все вокруг. Мужчина поспешил скрыться в развалинах, где они прятались с девушкой.
Он зашел внутрь и глубоко вздохнул. Тень принесла облегчение.
В помещении никого не было. Репортер посмотрел на часы: без пяти минут двенадцать. «Еще есть время. Она придет», – мысленно уговаривал он себя.

Розалия зашла в развалины и увидела, что Уитлок стоит к ней спиной. Это был лучший вариант для того, что девушка хотела сделать.
Она быстро вынула айфон из кармана длинного, до пола, халата и сняла его вместе с белым платком. Поправила черную блестящую накидку, положила телефон в нишу для свечи и нажала кнопку плеера. Зазвучала музыка; голос Стинга наполнил мертвые стены когда-то величественной риады.
Джаспер вздрогнул от неожиданности. Когда он обернулся, лишился не только возможности двигаться, но и говорить.
Марокканка, одетая в черный, расшитый наряд для шааби, учащенно дышала. Она двинула бедрами в такт мелодии. Тонкая шифоновая ткань ожила, струясь вдоль длинных, с изящными пальчиками с нежно-розовым маникюром, ног девушки.
Розалия раскачивала бедрами из стороны в сторону, от чего висящие на широком поясе ниточки бисера и камней призывно блестели, привлекая к красивому животу танцовщицы восхищенный взгляд мужчины. Он поднялся выше к груди, на которой было надето черное расшитое бюстье; с него свисали такие же ниточки, как и с пояса юбки.
Брюнетка повернулась и встала спиной к Уитлоку. Потрясывая ягодицами в такт мелодии, она вскинула руки вверх вместе с черной накидкой. Марокканка то поднимала руки, то опускала. Облако шифона парило в воздухе.
Она вновь повернулась и, красиво ступая, направилась к мужчине, перебирая накидку, будто маня его к себе, но он не мог пошевелиться. Джасперу чудилось, что все это ему снится. Уитлок лишь стоял и улыбался; глаза его светились радостью и восхищением.
Розалия подошла к нему и, подняв руки, начала кружиться вокруг американца, периодически согревая горячим карим взглядом лед голубых глаз. Казалось, вот-вот в пустыне разразится буря.
Джаспер держался из последних сил от желания схватить и прижать к себе красавицу. Он хотел поцеловать пухлые губки, ощутить их вкус. Уитлок взывал к внутренним силам, чтобы не дали ему совершить грех, хотя был соблазн послать все и отдаться на откуп страсти прямо здесь, в стенах этой старой риады.
Но мужчина смог побороть влечение. Не ради себя, а ради нее. Он не хотел ломать жизнь девушки, а потом уехать, оставив ее опозоренной.
Когда Розалия, упав на колени, выгнувшись, стала двигаться так, как тогда в шатре, Уитлок до боли вогнал ногти в кожу ладоней, что грозила пойти кровь.
Музыка замедлилась и вскоре вовсе прекратилась. Брюнетка подняла с пола платок и встала. Она посмотрела на американца вопрошающим взглядом, и Джаспер почувствовал, что никогда не забудет этих глаз, губ и рук. С каждым движением она все глубже проникала в сердце репортера.
– Ты прекрасна. Это было великолепно. Твой танец – подарок для мужчины.
Он стоял в нерешительности. Уитлок всем сердцем хотел прижать к себе полуобнаженную нимфу, но пресекал это желания.
Розалия оказалась более смелой, а может, просто молодость была на ее стороне, и со счастливой улыбкой бросилась на шею Джаспера. Ему ничего не оставалось, как ответить на объятия девушки. Он крепко прижал хрупкое тело красавицы к себе и, зарывшись в копну ее волос, стал вдыхать аромат розы и миндаля.
– Джаспер, я счастлива, что понравился мой подарок. Я очень хотела порадовать тебя на прощание. Вспомнила, как ты восхищался танцем одалиски, и идея пришла сама собой, – прошептала брюнетка в грудь мужчины. Она была рада, что он не видит ее смущения.
– Отважная девочка, – промурлыкал Уитлок, – что же ты делаешь? Я улетаю через несколько часов. Вчера я разговаривал с твоим отцом, и он дал понять, что наш союз для него нежелателен. Зачем я вообще поддался искушению и обманул твои надежды? Я не сдержал обещание, Розалия, увы. Я не достоин тебя.
Она сильнее прижалась к нему, подавляя из последних сил предательские слезы. Глаза уже щипали, а душу от его слов выкручивало наизнанку.
– Аллаху так было угодно, – прошептала девушка, но Джаспер услышал ее.
– Ты молода и красива, и я верю, что за тебя будут бороться все именитые холостяки Феса. Милая, я не тот, кто нужен тебе. Что я могу дать? Я работаю репортером, постоянно в погоне за сенсациями. Мое жилье – однокомнатная холостяцкая берлога, где вечно пустой холодильник. Но это не самое страшное, Розалия. В моей душе нет веры. Я атеист. И это перечеркивает то, что я без ума от тебя, мой цветок пустыни. – Он поцеловал возлюбленную в макушку, продолжая крепко держать.
– Джаспер, я с первого дня знала, что все закончится так, но позволила открыть тебе сердце. Мне хотелось узнать, что такое любить, до того, как отец выдаст меня за выгодную партию. – Она глубоко вздохнула.
– Но Элисинья смогла выйти замуж по любви, если я не ошибаюсь, – предположил Уитлок, раскачиваясь из стороны в сторону вместе с Розалией.
– Моя сестра любит не Рахима, а саму мысль о замужестве. Оставшаяся незамужней – харам для семьи и для самой девушки. Нельзя выжить без вступления в брак, Джаспер. Если ваши американки содержат себя сами и строят жизнь по собственному хотению, мы выживаем за счет удачного союза. Если девушку не возьмут замуж, то она остается в доме отца, а когда тот умирает – переходит в семью брата или сестры в их услужение, – с горечью в голосе выпалила брюнетка. Сердце ее бешено стучало. Казалось, грудная клетка вот-вот треснет.
– Полетели со мной, – неожиданно предложил американец, понимая, что побег вряд ли осуществим.
– Нет, меня не выпустят из страны без письменного разрешения отца. Паспорта недостаточно, чтобы покинуть Фес. С трудом, но я признаю, что мы проиграли. Сегодня ты улетишь, и мы, возможно, никогда больше не встретимся. – Розалия оттолкнулась от него и стала собирать вещи.
Девушка надела накидку, покрыла платком голову и положила мобильный в карман. Она напоследок посмотрела в голубые глаза мужчины.
– Я ни о чем не жалею, Джаспер. Не вини себя. Это были самые прекрасные дни в моей жизни. Мне хватит их, чтобы существовать дальше.
Уитлок хотел ринуться к ней, впиться в губы на прощание, но понял, что это все усложнит. И дал ей просто уйти.
Американец вышел из развалин и, понуро опустив голову, побрел по улочкам Феса, чтобы хоть как-то скоротать время.

Джаспер стоял внизу со своей сумкой и все же надеялся, что сможет увидеть ее напоследок, хоть и понимал, что лучше бы девушка не приходила – так меньше будет боли для нее.
Он увидел, как к нему приближается Абдулла Халиф Игли. Заметив, что тот один, облегченно вздохнул.
– Уже в дорогу? – похлопав по плечу гостя, спросил араб.
– Да, машина ждет. Но я не мог уехать, не попрощавшись. Спасибо за такие прекрасные и незабываемые выходные. Ваши праздники воистину достойны, чтобы их увидел весь мир, – улыбнулся репортер.
– Ну, это теперь ваша работа, – протягивая для пожатия руку, заметил Абдулла.
– Конечно. Как выйдет газета, я сразу вышлю ее. Как и обещал.
Джаспер вложил ладонь в горячую пятерню мужчины и крепко пожал.
– Хорошо долететь. Мэа ас саляма, мистер Уитлок, – теребя четки, проговорил марокканец.
– Мэа ас саляма, – отозвался репортер.
Он прошел по дорожке до парадных ворот, последний раз осмотрел «Розу пустыни» и, тяжело вздохнув, сел в автомобиль.

***


Неделю спустя

Джаспер, сидя в кабинете, радовался, что Джеймса не было на месте. Он мог побыть в одиночестве.
Уитлок взял в руки газету и еще раз посмотрел на главную страницу, где красовалась общая фотография самых влиятельных семей Феса под заголовком: «Марокканская сказка, или Как играют свадьбы в Фесе».
Он достал большой желтый пакет для корреспонденции, сложил вдвое газету и засунул в него.
Уитлок быстро перебрал стопку фотографий, и вновь его взгляд застыл на одном кадре: прекрасная кареглазая девушка смеялась над какой-то шуткой. Мужчина вытащил его из пачки и одним движением спрятал в ящик. Положил остальные в пакет и запечатал его.
– Пол, – нажав кнопку селектора, позвал репортер.
– Да, – ответил ему парень.
– Зайди в кабинет. Есть поручение. – Голос Джаспера дрожал. Это была последняя ниточка, связывающая с Марокко и его розой. Когда фотографии отправятся в Фес – все вернется на круги своя.
– Хорошо.
Повисла тишина, которую вскоре нарушил стук в дверь.
– Входи, – разрешил Уитлок, не поднимая взгляда, протянул корреспонденцию, когда услышал, как заскрипели петли. – Отправь этот пакет в Марокко, в Фес, на имя Розалии Абдулла Халиф. Адрес я указал на бумажке.
Темноволосый мужчина, одетый в черные брюки и белую рубашку, вошел в кабинет. Он забрал то, что было в руке у Джаспера и, не проронив ни слова, вернулся в коридор. Пол не хотел злить репортера, ведь после возвращения Уитлока из Марокко общение с ним просто невыносимо: Джаспер срывался на сотрудников. Никто не мог понять причину смены настроения. Потому Лэйхот не стал ничего спрашивать или уточнять и просто покинул помещение.
Уитлок набрал побольше воздуха в легкие и с шумом выдохнул, но это не помогло; тяжесть на сердце осталась. Открыл ящик и достал позаимствованное фото марокканки. Он стал рассматривать изображение. От досады хотелось выть.
– Джаспер, это будет тебе уроком. – Брюнет потер тыльной стороной пальца щеку девушки и улыбнулся. – Розалия, я никогда не смогу забыть твой смех, твою улыбку. А как ты танцевала... Милая моя, надеюсь, ты встретишь хорошего человека своего круга и веры, который сможет сделать тебя счастливой.
Джаспер услышал приближающиеся шаги к кабинету и поспешил убрать фотографию в стол.

***


Девушка увидела плотный желтый пакет в руках отца. По штемпелям и маркам она поняла, что почта пришла из далекой Америки.
Розалия напряглась в ожидании, пока Абдула Халиф Игли вскрывал корреспонденцию; она смотрела за его манипуляциями через плечо. Он перевернул пакет – и содержимое с шумом вывалилось на стол. Среди множества фотографий девушка увидела газету.
Розалия дождалась, пока отец не прочтет прессу, и когда тот отложил корреспонденцию в сторону, сразу схватила ее. На обложке «Утреннего вестника» была фотография. Девушка пролистала к следующей странице и наткнулась на статью, под которой располагалось изображение мужчины и надпись: «Автор: Джаспер Уитлок».
Она отошла подальше от родителя и еще раз взглянула на картинку. Сердце защемило.
«Прости, у меня ничего не получилось. Я мечтала поступить в Колумбийский университет и приехать к тебе. И поступила. Увы, но надеждам не суждено было сбыться. Отец, узнав о моих намерениях покинуть семью и Фес ради учебы в Нью-Йорке, пришел в бешенство и не пустил меня. Аллах, какой же наивной дурочкой я была... – Она закусила губу и с опаской взглянула на отца, рассматривающего фотографии. Розалия вернулась к своему мысленному монологу: – Джаспер, спасибо за самые лучшие три дня в моей жизни. Теперь я точно могу сказать, что испытала настоящую любовь, ощущения от коей пронесу до конца своих дней. Я хочу пожелать найти девушку, с которой вас не будут разделять моря и религия».
Она дернулась от голоса мужчины. Девушка развернулась на зов отца и пошла в его сторону.




Дорогие читатели, буду рада видеть вас на форуме. Удачи во всем!


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/58-34290-1
Категория: Мини-фанфики | Добавил: LANA6 (12.08.2016) | Автор: Lana6
Просмотров: 995 | Комментарии: 15 | Теги: Розали, Джаспер


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 15
+1
14 case   (02.11.2016 12:31)
Реальная история! Грустная, но правдивая. И тут уж ничего нельзя сделать((( спасибо!

0
15 LANA6   (02.11.2016 12:42)
Пожалуйста)))

+1
13 Sharon9698   (05.09.2016 19:26)
Спасибо за историю))) Редко читаю про неканонический пары, но эта мне понравилась, может потому что Розалия не слишком похожа не стервозную гордячку Розали wink

+1
12 Noksowl   (31.08.2016 17:13)
Хочется верить, что сила их любви преодолеет все преграды. И что трудности выпадают только такие, с которыми по силам справиться. Но ситуация у них сложная, можно сказать, практически патовая...

Спасибо за историю

+1
11 SvetlanaSRK   (17.08.2016 12:54)
Хорошая история с грустным концом. Очень понравилось описание автором восточного колорита, это помогло читателю представить экзотику и роскошь убранства, изящность и красоту восточных женщин. Спасибо!

+1
10 Natavoropa   (16.08.2016 09:58)
Необычно и не привычно, Джаспер и Розали, история так похожа на сказку, но оказалось, что не все препятствия можно преодолеть, восток - дело тонкое, жаль, что этим двоим останутся лишь воспоминания. smile
Спасибо.

+1
9 Svetlana♥Z   (16.08.2016 02:18)
Замечательная история, очень правдоподобная, хотя пейринг очень непривычный. Но кажется продолжение всё-таки должно быть. Ведь читатель должен знать, как наказал отец непокорную дочь. Хотя, могут быть и другие альтернативы. Иногда человек, загнанный в угол, может пойти и на более непредсказуемые вещи чем брак с иностранцем другой веры. happy wink

+1
8 Василина   (15.08.2016 15:37)
cry cry cry Да.это правдоподобно.Грустно,но закономерно.С таким концом история приобретает новое звучание,силу и глубину.

+1
7 terica   (14.08.2016 21:00)
Очень понравилась история- так ярко, красочно и красиво написана. Такие трогательные, нежные, волнующие чувства... Я до конца надеялась, что Розалия и Джаспер преодолеют все преграды..., очень жаль, что они оказались непреодолимыми. Но эти три дня будут самыми лучшими воспоминаниями в их жизни.
Надеюсь, что будет продолжение.
Большое спасибо за прекрасную историю.

+1
6 SVmama   (14.08.2016 16:32)
Потрясающая история! Чудная восточная сказка, удивительная история любви двух абсолютно далёких по ментальности и вере людей, от этого стало грустно и больно, что чудес в реальной жизни не бывает, ну здесь я этого точно не вижу, увы...Вроде и время современное, но...Америка и Морокко - как две планеты, далеки друг от друга...Не знаю, как сложится личная жизнь у Джаспера и Розалии дальше, но уж эти три дня точно останутся в памяти на всю жизнь...Огромное спасибо, получила море эмоций от этой восхитительной истории!!!

+1
4 prokofieva   (14.08.2016 12:33)
Спасибо огромное , за чудесную , хотя и печальную историю . Мне не понравилось , что они быстро смирились , с обстоятельствами .

0
5 LANA6   (14.08.2016 13:09)
Возможно, что еще это не конец истории) и она шагнет дальше конкурсного лимита) wink

+1
3 Korsak   (14.08.2016 00:14)
спасибо большое!Такое окончание,как бы не было оно грустно,гораздо более правдоподобно счастливого конца))

+1
2 NATANIA   (13.08.2016 13:16)
Изумительный рассказ.Спасибо.

+1
1 Angel2188   (13.08.2016 10:00)
Трогательно и грустно... Написано замечательно! Огромное спасибо за удовольствие прочесть такое чудесное произведение! smile

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]




Материалы с подобными тегами: