Exclusively.
Эдвард
Я стоял возле холодильника со стаканом воды в руке.
Блядь! Её тело, а то, как она провела моей рукой, прося помочь ей кончить, когда мы были в ванне.
Черт, я хочу ее, я хочу, чтобы она была моей и только моей!
Меня не заботило даже то, что Джаспер может надрать мне задницу за то, что сорвал вишенку его сводной сестры. А я знаю, он может. Но блядь, он может сделать со мной, что захочет, но я буду бороться за нее. Никто не остановит меня от обладания ею каждый день.
Черт! А каждый день – это достаточно?
Я должен сказать ей, прояснить, что она единственная для меня, и я не захочу никого другого, никогда. Моя голова была наполнена изображениями Беллы в белом кружевном платье; беременной нашим ребенком. Ох, блядь! Эти мысли чертовски потрясли меня.
Я медленно пошел назад в комнату, не задумываясь над тем, сколько времени у меня ушло на то, чтобы достать воды и придти в себя от идей нашего будущего. Должно быть, был внизу дольше, чем полагал, потому что Белла уже спала, приоткрыв ротик, а ее дыхание были ровным. Я смотрел на нее, на ее потрясающие изгибы, покрытые белой простыней. Ее волосы все еще были в хвостике. Она великолепна, и вся моя.
Я поставил стакан на прикроватный столик, выключил лампу, и лег под простынь и начал медленно притягивать ее к себе, моя рука нежно обняла ее, аккуратно стараясь не разбудить ее. Она вздохнула, и я надеялся, что от удовольствия.
Я скажу ей, когда она проснется. Скажу, что хочу, чтобы она была моей… как же правильно? Девушкой? Господи, звучит, как в школе. Любовницей? Она может не так подумать. Она мне не только для секса нужна. Дерьмо. Похоже, остается только девушка. Белла Уитлок, нет, она говорила, что у них с Джаспером одна мама, а значит, что у Беллы может быть другая фамилия.
Белла моя девушка, моя возлюбленная. Однажды она будет моей невестой, однажды она будет моей женой.
Я не мог остановить эти проклятые мысли, которые отражались ухмылкой на моем лице, пока я обнимал ее в постели в моем доме, в нашем доме.
Каждую гребаную ночь я смогу так обнимать ее, заниматься с ней любовью, дать ей все что она когда-либо хотела.
Она слишком хороша, чтобы быть правдой. Я сильнее прижал ее к себе, представив удовольствие от утреннего секса с ней. И наконец-то, погрузился в блаженный сон.

Я услышал голос Беллы, вырвавший меня из сна. Я открыл глаза.
- Красивые…потрясающие…такие большие…мягкие…целовать их…Эдвард…пальцы…руки…, я люблю….а-а-а…да…Эдвард любимый…
Она все еще спит?
Я лежал ровно пока она шептала эти слова во сне. Белла мечтает обо мне? Я медленно прижал ее к себе, стараясь не разбудить, но как бы не старался, не смог удержаться и обнять ее и убрать волосы с лица и прошептать:
- Ты такая милая, Белла, - я прижал ее сильнее. Она вздохнула и перестала разговаривать.
Я обнимал Беллу, мысленно планирую наш день.
Я займусь с ней любовью, потом отвезу ее домой, посмотрю, где она живет, затем пойдем, позавтракаем. Может быть, смогу организовать нам пикник из «кафе Бена» и покажу ей мое самое любимое место в Центральном парке. А потом могу отвезти ее в бар. Нет, я отведу ее в какое-нибудь миленькое место, где мы сможет пообедать, а потом вернемся сюда, где мы снова и снова будем заниматься любовью, изучая каждый миллиметр ее прекрасного тела.
Ощущение ее дыхания, тепла, исходящего от ее тела, заключенного в моих объятиях, успокаивало меня. Наконец-то, я провалился в сон.

Я почувствовал движение и открыл глаза.
Белла смотрела на меня, в комнате было еще темно, тоненькие лучики пробивались через жалюзи.
Я смотрел на нее, не в состоянии что-либо сказать.
Почти утро.
Я повернулся к ней, и нежно коснулся ее губ своими.
- Займись со мной любовью, - прошептала она.
О Господи, да.
Я тут же перевернул ее на спину и наши языки встретились. Это была самая горячая вещь, которую я когда-либо слышал от женщины. И я займусь, и я займусь с ней любовью. Все женщины, с которыми я занимался сексом, были ради удовольствия, без эмоций. Белла же была другой, и мне очень хотелось, чтобы она это почувствовала.
Я просунул мои пальцы между ее ножек, чтобы проверить, готова ли она.
Блять, она была более чем готова.
Она быстро вдохнула, когда я позволил своим пальцам по её клитору.
- Тебе все ещё больно? – прошептал я ей на ушко.
- Нет, я хочу тебя. Пожалуйста, Эдвард, - просила она.
Я не мог отказать ей, я никогда ей ни в чём не откажу.
Я медленно скользнул в нее, стон сорвался с моих губ, когда я почувствовал блаженное ощущение от ее мягкости. Я перевернулся на бок, прижимая ее бедра к моим еще сильнее. Мне было необходимо иметь возможность ласкать ее лицо, грудь, тело, пока я медленно входил в её отзывчивое тело.
Я пытался подумать над словами, которые мне необходимо сказать Белле об ее исключительности, но я не мог говорить. Все что я мог так это впитывать ее через кожу, пока мои глаза исследовали плавные изгибы, мои уши запоминали звуки нашего слияния. Моя ладонь накрыла ее ухо, пальцы зарылись в ее волосы, а большим я гладил ее щечку. Одна рука Беллы была возле моей шеи, а другая на моей груди, она нежно начала теребить сосок, когда ее губы нашли мои.
Я продолжал двигаться в ней, пока мы целовались. Я не хотел торопиться. Это было ленивое, эротичное занятие любовью, и мне хотелось, чтобы оно длилось вечно.
Ее мягкие губки пробовали мои.
- Эдвард, - нежно произнесла она. Ее рука оставила мою грудь и зарылась в мои волосы. – Могу я…Я хочу...
- Что ты хочешь? – спросил я, стараясь не потерять тот темп, с которым я входил в нее. Я знал, чтобы она не попросила, я сделаю все, чтобы осуществить это.
- Я… я-хочу-быть-сверху, - в промежутках между поцелуями быстро проговорила она, а затем застенчиво опустила голову.
Ох, блять, да.
Я снова захватил ее губки и медленно вышел из нее. Мой каменный член мгновенно захотел вернуться назад. Я перевернулся на спину, и она неловко оседлала меня.
Блять, ее ноги! Ее славные ножки, первая часть тела, на которую я запал, но сейчас она уже была больше, чем горячая цыпочка из Apotheke, она уже не просто «Ножки». Белла – женщина, с которой я планирую заниматься любовью всю оставшуюся жизнь.
Она приподнялась на коленях и посмотрела на меня сверху вниз. Я взял свой член в руку и начал безбожно тереться кончиком о её клитор. Она практически сразу задрожала, тогда я взял ее за руку для поддержки, пока наблюдал за ней.
Белла кончила на мой член, как только я вошёл в неё.
- Блять! – сказал я, после того как осознал, что только что произошло. Она сжала мою руку, пока я продолжал тереться о её клитор, загипнотизировано наблюдая за ответной реакцией её тела. Она смотрела на меня полуоткрытыми полными похоти глазами.
Она нужна мне. Я направил член к её центру, и оторвался от кровати.
Чёрт! То ощущение, когда оттолкнулся и оказался внутри неё просто феноменально.
Белла медленно опускалась, я готов поклясться, что чувствовал ее сердцебиение.
- Эдвард, - простонала она, осторожно приподнимаясь и опускаясь на мне. Она не скакала на мне, не объезжала как большинство женщин до этого. Нет, Белла занимала со мной любовью. Чувствовать ее осторожные движения вверх-вниз было самым эротичным, из всего, что я мог припомнить.
А потом я тупо посмотрел. Я посмотрел туда, где мы соединялись: ее нежность с моей мучительной твердостью. Я не мог не прикасаться к ней и в итоге наши сплетенные руки оказались на ее груди.
- Ты так хороша, - выпалил я.
Все заканчивалось. Я собирался кончить быстрее, чем семнадцатилетний подросток, потому что Белла была узкая и такая чувствительная, и она выглядела так чертовски сексуально, что я смотрел, как мой член исчезает внутри нее, трогал ее грудь и наблюдал за ее сливочными бедрами и плохо закрепленными волосами, уже спадающими на лицо. Этого было для меня достаточно.
- Укуси меня, - сказал я, подняв руку и положа на губы Беллы. Я зарычал, когда другой нашел ее клитор и начал жестко тереть его. Ее глаза расширились, и она начала сосать мой палец и слегка покусывать
- Кусай сильнее, - хмыкнув, я начал беспорядочно двигаться в ней. Это могло произойти в любой момент, любую…гребанную…секунду. Белла прикусила жестче, продолжая сосать.
- Бляять! – я врезался в нее, чувствуя, как она сживается вокруг меня, высасывая. Я так сильно зажмурил глаза, что начал видеть звездочки, гребанные звездочки и казалось, что я готов потерять сознание. Как то, что начиналось, как медленное чувственное занятие любовью обернулось в самое эротичное, эмоциональное и физически выматывающий трах всей моей жизни.
Белла вытащила мою руку из своего ротика, и тяжело дыша, рухнула мне на грудь. Я крепко обнял ее и перевернулся с ней, нежно укладывая ее и очень медленно оборачивая свои руки вокруг нее. Я положил голову между ее грудей.
Я не мог говорить. Я не знал, как общаться так, как чувствовал. У меня не было слов, чтобы описать то, что я чувствовал.
Любовь.
Любовь – единственное слово, которое кричало мое подсознание.
Я чувствовал ее ручки, успокаивающе зарываются в мои волосы снова и снова, отправляя меня в блаженный сон.