Бежать через лес оказалось очень трудно. Во-первых, я никогда не отличалась чувством равновесия, что уже было проблемой, а во-вторых, я сильно набрала в весе.

Я беспокоилась из-за ребенка. После того, как я сбежала, я начала вспоминать, как проходила моя беременность. Я не принимала никаких витаминов, у меня не было назначений врача, чтобы удостовериться, что все хорошо – это уже был риск. К тому же, Кейт ввела мне то, что отключило мое сознание… Навредило ли это моему ребенку? Боже, столько вопросов. Я не могу останавливаться на этом, теперь моя единственная задача – выйти из леса и найти доктора.

И еще Эдвард. Я так сильно скучала по нему. Я всего лишь хотела увидеть его, но частичка меня не была уверена, что захочет того же. Он был в гостинице с Таней, а Кейт сказала, что они проводят время вместе. Я не знала, во что и кому можно верить.

Я определенно не хотела возвращаться домой, если Эдвард скажет, что хочет быть с Таней. А что тогда будет с ребенком? Они отберут его у меня? Я не позволю этому произойти. Если Эдвард действительно тогда собирался оставить меня, то я не позволю забрать ему нашего ребенка. Это все, что останется мне от Эдварда.

Знаю, я не должна сомневаться насчет Эдварда. Он никогда бы не причинил боль своему ребенку. Но я не знала, какое влияние на него и его решения оказывает Таня. Попросит ли она его больше не видеться со мной? Только попробуй заставить его и получишь сполна.

Арр! Это бесполезно. Голова шла кругом. Я не знала, во что верить. Все, что я знала, это то, что я должна выйти отсюда и прямо сейчас!
Я прошла немного дальше. Да уж, гулять при свете дня значительно легче. Вчера вечером я просто хотела сбежать, а теперь я так рада видеть, куда иду.

Впереди доносился какой-то звук. Похоже на всплеск воды. Я продолжала идти вперед, пока не подошла к реке. Встав на колени, я зачерпнула немного воды. Ох, как освежает. Теперь я хочу есть, я не подумала об этом, когда убегала. Проклятье.

Я решила идти вдоль реки. Она должна куда-нибудь привести, надеюсь, это будет город, а потом я смогу выяснить, куда идти дальше. Целый день я так шла.

Приближался вечер, а я шла без остановок. Кроссовки, которые я взяла из гардеробной, были мне малы, поэтому ноги болели адски. Они были закрытыми, так что представляю, сколько у меня мозолей. Я наткнулась на дерево, у которого, кажется, было пусто внутри, и так как у меня не оставалось никаких других вариантов, я заползла в него.

Я почувствовала, как что-то поползло по моей руке. Это был паук, я встряхнула рукой и поежилась. Я пыталась заснуть, но это было очень трудно. Я вздрагивала от каждого звука и чувства движения рядом со мной. Насекомые, фу. Пожалуйста, пусть никто из них меня не покусает. Я съежилась, думая об этом. Как сейчас была бы кстати горячая ванна.

Как только солнце встало, я проснулась и выползла из-под дерева и снова продолжила идти. Я не оглядывалась назад, не хочу смотреть, спала я на насекомых или нет.

Целый день я шла. Это было так утомительно. Тут я заметила дым с другой стороны реки. А дым указывает на огонь. Но как мне перейти через реку? Не то, чтобы это было далеко, скорее, холодно. На дворе еще май. Но, возможно, там люди, которые смогут мне помочь.

Я продолжала идти вперед. Я посмотрела далее по течению и заметила, что река сужается. Я пошла туда, возможно, я смогу переплыть ее.

Я должна сделать это, неизвестно, будет ли у меня второй шанс. Я сняла халат, который бы только тянул меня ко дну. Кроссовки я решила держать в руке, ведь я все еще в лесу. И вошла.

Холодно... как холодно…

Я начала грести руками. Было что-то вроде небольшого течения, но я продолжила грести руками, пока мои ноги не нашли точку опоры. Я вышла из воды и задрожала.

Проклятье, я забыла о ветре. Мои зубы стучали от холода, поэтому я пошла в направлении дыма. Направляясь туда, я не заметила ветки и почувствовала сильную боль в ноге. Я упала на руки и колени, схватилась за лодыжку и заплакала. Прекрасно!

Я посмотрела и увидела огонь впереди. Решив позвать на помощь, я закричала:
- Помогите! Помогите мне!

Я выждала минуту, а затем услышала шаги, направляющиеся ко мне. Я услышала, как кто-то сказал:
- Эй? Кто там?
Я выдохнула с облегчением. – Да! Я здесь! – крикнула я в ответ.

Наконец, передо мной появился мужчина. Уже было довольно темно, но я смогла разглядеть, что он похож на индейца. Он оглядел меня и воскликнул:
- Боже мой! Вы в порядке?
Я покачала головой. – Нет, думаю, я сломала лодыжку, мне нужен доктор. Я на пятом месяце беременности.
Он кивнул головой и посмотрел на мою лодыжку. – Я возьму вас на руки и отнесу в свою машину. Хорошо?
Я кивнула, и он аккуратно поднял меня. Он нес меня к старому пикапу. Он положил меня на заднее сидение, а затем пошел и затушил огонь. Он вернулся и сел на водительское место.

Когда мы поехали, он заговорил:
- Я Джейкоб Блэк, но можете называть меня Джейком. Госпиталь далековато отсюда, но у нас есть небольшая больница в резервации. Вообще-то это обычный дом, но мы зовем его больницей. Там есть несколько врачей и медсестер. Как вы здесь оказались?
Я вздохнула. Стоит ли рассказывать этому парню? Я не знала его, не знала, могу ли доверять ему.
Поэтому я сказала:
- Я потерялась. Я не понимала, куда иду, пока не поняла, что хожу кругами.
Он кивнул и посмотрел в зеркало на меня. – Да, здесь легко заблудиться. Вам повезло, что мне надоело сидеть дома и я решил переночевать здесь. Хотя больше я не собираюсь этого делать. Как вас зовут, кстати? – рассмеялся он.
Я была благодарна ему, но все еще не уверена в нем. – Да, мне повезло. Спасибо, Джейк, за помощь. Я… Элис. Элис Уитлок.
Он улыбнулся. – Без проблем, Элис.
Мы сидели в тишине, пока Джейк не подъехал к дому. На окне был красный крест, и я подумала, что это и есть больница. Он вытащил меня из машины и отнес к двери.

Оказавшись внутри, он рассказал медсестрам, что случилось. Они позвали одного ид врачей. Конечно, моя лодыжка оказалась сломанной, и на нее наложили гипс. Она болела, но из-за того, что я была беременна, у них не оказалось обезболивающего, которое бы не навредило ребенку. Поэтому я должна справляться с ней.

Никто из них не спросил, надо ли мне позвонить кому-нибудь. У них не было аппаратов УЗИ, чтобы проверить ребенка. Они сказали, что через несколько дней перевезут меня в городскую больницу и тогда проверят его состояние.

До тех пор, пока я не в состоянии поехать в ту больницу, они перевели меня в другую палату. Когда меня перевозили из пункта первой помощи, я увидела офицера, расспрашивающего одного из докторов. Я присмотрелась к нему – он казался мне знакомым.
Он повернулся и посмотрел на меня, но отвел взгляд. Несколько раз я видела его в участке, он был сотрудником. От него у меня всегда мурашки по спине ползали. Не могу ему сообщить, кто я.
Я наклонила голову, чтобы волосы закрыли мое лицо. В палате медсестра помогла мне перебраться на кровать. Моя лодыжка так сильно болела, к тому же, мои руки и колени тоже были исцарапаны.

Медсестра любезно улыбнулась мне. – Милая, может, вы хотите поесть? – Я кивнула. Она посмотрела на мою карту. – О, доктор забыл здесь указать ваше имя.

Я сглотнула и сказала:
- Элис Уитлок. – Она снова улыбнулась и записала.
Я не знала, что можно, а что нельзя говорить. Надеюсь, после того, как я поем и отдохну, то смогу понять, как мне выбраться отсюда.