В предыдущей главе:

Я подошел к окну и, посмотрев на улицу, увидел знакомую машину. О Боже!
Я быстро сбежал вниз и, открыв дверь, увидел…заплаканное лицо доктора Вольтури.

- Джейн? – спросил я, когда она вошла. – Джейн, что случилось? – чуть не провопил я, когда она ничего мне не ответила.

- Эдвард… Белла, она... Она попала в аварию, когда ехала отсюда, - тихо сказала она, и мое сердце остановилось. О, нет! – Но с ней все в порядке! Слышишь?! Она в коме, но жива! – быстро сказала Джейн, когда посмотрела в мои глаза полные отчаянья. Я облегченно вздохнул. Она жива! Жива!

- Где она? – спросил я, надевая жакет. Я должен был ее увидеть! Должен быть рядом! Поддерживать ее и… - Джейн, ребенок, он… - спросил я, затаив дыхание. Господи, пожалуйста, пусть с моей девочкой все будет хорошо! Я не переживу, если потеряю ее!

- С ребенком все в порядке, - прошептала Джейн, и я опять смог дышать. С моими девочками все в порядке, а это главное.

- Отвези меня к ней, пожалуйста, - вымолил я, и она, кивнув, вышла на улицу.

Мы сели в ее машину и быстро поехали к больнице. Всю дорогу я сидел как на иголках.
А вдруг мы не успеем, и она… Нет! Она сильная, она справится! Я не позволю ей умереть!
Вот на горизонте уже появилась больница. Я облегченно вздохнул и, как только машина немного замедлилась, выпрыгнул из нее и пошел к главному входу.

- Девушка, в какой палате лежит Изабелла Свон? – спросил я у девушки сидящей за столом в ресепшене. Она лишь посмотрела на меня соблазнительно и, вытянув изо рта жвачку, начала «сексуально» накручивать ее на указательный палец. Это было просто отвратительно.

- Зачем она тебе, красавчик? Я намного лучше… - прошептала она, выставляю мне свою силиконовую грудь.

- Слушай меня внимательно, барби недоделанная, если ты сейчас же не скажешь, где моя жена, я обещаю сделать так, что Ад тебе покажется Раем! – грозно сказал я. Вообще, я не любил хамить ни женщинам, ни мужчинам, но когда эта кукла стоит на дороге к моей Белле, я готов был разорвать ее в клочья!

- Палата триста двадцать восемь, третий этаж, - быстро сказала она и испугано на меня посмотрела.

- Спасибо, - буркнул я и поднялся на третий этаж.

Триста двадцать шестая, седьмая, восьмая. Вот она!

Я быстро вошел внутрь и обомлел. Моя Белла лежала на кровати вся в синяках. Из руки торчали иглы с трубками, которые вели к капельнице. На лице надета маска для искусственного дыхания, а монитор возле ее кровати показывал очень слабый пульс и ритм сердца.

Моя бедная девочка…

Я подошел к кровати и уселся на стул стоящий возле нее. Взял за руку. Такая холодная, безжизненная, неродная. Я так привык к ее нежным теплым ладоням, а это будто не ее, такая ледяная… Она потеряла свой свет, свое тепло. А все из-за меня! Из-за того что не удержал ее тогда, когда она ушла! Не заставил остаться со мной в доме! Не был мужчиной…
Было такое желание просто сесть и разрыдаться, но я не смел, не смел показывать слабость! Я должен быть сильным, должен быть сильным ради нее…

- Белла, любимая, прости за все, что я сделал, за все те обиды, за всю ту боль, что принес тебе. Я люблю тебя, больше жизни люблю и не хочу терять. Ты мой мир! Не покидай меня, любимая, иначе я просто умру. Очнись, пожалуйста, я не могу смотреть на то, как ты увядаешь. Мне так жаль, что все получилось имеемо так. Так жаль, что я не смог быть тем, кого ты заслуживаешь, быть образцовым мужем и приносить тебе лишь радость. Знаешь, оглядываясь назад, я понимаю, каким был глупым, что ревновал тебя. Ведь знал, что любишь, знал, что никогда не бросишь, но все равно боялся, боялся потерять. И сейчас боюсь, боюсь больше, чем тогда, когда думал что уйдешь к другому. Тогда ты хоть была бы жива и счастлива, а сейчас? Сейчас ты спишь, и я не знаю, проснешься ты или нет. Это такая мука, не знать что будет завтра, через час, пол часа или же в следующую секунду. Так страшно даже думать о том, что могу тебя потерять о том, что больше никогда не смогу увидеть твоих глаз, услышать смех, почувствовать твое тепло. Это все моя вина. Если бы не моя глупая ревность то ты, моя Белла, сейчас не была бы здесь. Прости меня мой ангел, прости, если сможешь. Я люблю тебя и всегда буду любить, не смотря ни на что. Вернись ко мне, пожалуйста, вернись… - закончил я свой монолог и поцеловал руку моей любимой. Вдруг ее пальчики зашевелились, и я посмотрел на ее лицо.

- Эдвард… - тихо сказала моя Белла и нежно мне улыбнулась...