Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1618]
Мини-фанфики [2313]
Кроссовер [678]
Конкурсные работы [7]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4608]
Продолжение по Сумеречной саге [1222]
Стихи [2315]
Все люди [14603]
Отдельные персонажи [1474]
Наши переводы [13581]
Альтернатива [8914]
СЛЭШ и НЦ [8175]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [150]
Литературные дуэли [105]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [3699]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей ноября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 16-30 ноября

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Мороз узоры рисовал
Вы соскучились по зиме? Ждёте снега и праздников? В сборнике зимних историй «Мороз узоры рисовал» от Миравии отыщутся и морозы, и метель, и удивительные встречи, и знакомые герои. И, конечно, найдётся среди строк историй сказка. О любви.

Сказ о том, как мышонок помог принцу Золушку отыскать
И когда часы пробили полночь, Золушка бросилась вниз по ступенькам, сбегая из дворца. Кучер свистнул коням, и карета умчалась прочь. Поскакал принц догонять, но за поворотом дороги встретил лишь чумазую нищенку да пару гусей, а прекрасной незнакомки и след простыл…
Мини от Валлери и Миравия. Завершен.

Dramione for Shantanel
Сборник мини-фанфиков по Драмионе!

Восемь чарующих историй любви. Разных, но все-таки романтичных.

А еще смешных, милых и от этого еще более притягательных!

Добро пожаловать в совместную работу Limon_Fresh, Annetka и Nikki6392!

АРТ-дуэли
Творческие дуэли - для людей, которые владеют Adobe Photoshop или любым подходящим для создания артов, обложек или комплектов графическим редактором и могут доказать это, сразившись с другим человеком в честной дуэли. АРТ-дуэль - это соревнование между двумя фотошоперами. Принять участие в дуэли может любой желающий.

Призрак смерти
Белла смертельно больна. Мучаясь от боли, она уже мечтает только о том, чтобы все побыстрее закончилось. Но неожиданно узнает мистическую тайну о призраке, обитающем в больнице. На что она будет готова пойти, чтобы продлить жизнь еще хотя бы на один день?
Дарк, мистика, готика, эротика.
Завершен.

"Разрисованное" Рождество
"Татуировок никогда не бывает слишком много." (с)
Эдвард/Белла

Сборник мини от JK5959
Два мини-перевода, альтернатива.
Спустя пару месяцев после ухода Эдварда, Белла находит на кровати письмо. Есть только один человек, способный оставить его, не будучи замеченным.
Переводы закончены.

Уму непостижимо!
Приключения дорогого милого ботаника Медвежонка и его обожаемого Лютика. Перевод от ButterCup & Limon_Fresh



А вы знаете?

... что попросить о повторной активации главы, закреплении шапки или переносе темы фанфика в раздел "Завершенные" можно в ЭТОЙ теме?




... что можете заказать комплект в профиль для себя или своего друга в ЭТОЙ теме?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Каким браузером Вы пользуетесь?
1. Opera
2. Firefox
3. Chrome
4. Explorer
5. Другой
6. Safari
7. AppleWebKit
8. Netscape
Всего ответов: 8403
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

Дневники Дивы. Ауттейк 4

2016-12-11
18
0
2006

Она склонилась над символом, который рисовала, и подправила надпись, настолько сосредоточившись, что пробежала языком по своей верхней губе. От этого у меня пересохло во рту.
Этот язык.

Более двух недель назад он делал такие вещи со мной, что я не мог думать об этом, не становясь болезненно твердым. И теперь он же впустую тратит время на ее верхней губе.
Ее верхняя губа не нуждалась в этом. Не то что я.

Мне тоже была нужна ее верхняя губа. И нижняя. И руки, и лицо, и ноги, и мозг, и слова, и...
Ебать.
Это смешно.

Я двадцатичетырехлетний мужчина. Я не должен так отвлекаться на горячую девчонку. Я никогда не был настолько возбужден, даже в подростковом возрасте. И все же: сейчас я не могу перестать думать о сексе.
Ну, не о сексе вообще. О сексе с ней. И это не просто секс, это... сложнее.

Когда я думал о ней в сравнении с другими девушками, с которыми я спал, она заставляла меня чувствовать совершенно другую вселенную ощущений. С остальными секс всегда был более физическим, чем все остальное.

С Джессикой это было увлекательно, когда было в новинку, но она всегда меня заставляла чувствовать себя так, будто я должен был заслужить право спать с ней. Я был как собака, прыгающая через обруч, чтобы получить заветную кость.
Я и не подозревал, что она скорее бы трахнулась с моим лучшим другом.

После нее у меня была добрая доля одноразовых перепихов, отчасти чтобы успокоить себя тем, что девочки еще хотели меня из-за меня, но и чтобы вытрясти память о Джессике из моего тела. Девушки были в диапазоне от сладких до распутных, и даже при том, что это всегда чувствовалось хорошо, оно никогда не было действительно удовлетворяющим.
До Беллы.

С ней это... в более превосходной степени. Более возбуждающее, более взрывное, более эмоциональное... Более всего остального.
То, что она делала со мной, было настолько мощным, что я не мог даже описать. И это не просто стандартный перечень гормонов и похоти. Это целая куча других вещей. Это проникало через поры нашей кожи, когда мы были вместе. Передавалось между нашими ртами, когда мы целовались. Искрило через наши руки, когда мы прикасались. Сводило меня с ума, когда я был так глубоко внутри нее, как только мог.

От нее у меня перехватывало дух.
Даже сейчас, когда я смотрел на нее, я чувствовал это. Я так сильно хотел прикоснуться к ней, что должен был удерживать мои колени, чтобы остаться на месте. Часть меня не могла поверить, что я когда-то нашел в себе силы уйти от нее, но потом понял, что в первую очередь сделать это меня заставила слабость, а не сила. Глупая, самоненавидящая слабость.

Та часть по-прежнему была внутри меня, нашептывая держаться от нее подальше, но всякий раз, когда она была рядом, она кричала как отчаянное животное, которое хотело ее, независимо от цены, что пришлось бы заплатить.
Она выпрямилась и посмотрела на свою работу, наклонив голову в сторону и улыбнувшись.

Она никогда не была настолько красива, чем когда не обращала внимания на то, какая она чертовски потрясающая.
Она оглянулась через плечо и словила мой взгляд. Я пожал плечами, как бы говоря: «Конечно, я смотрел. А чего ты ожидала?».

Я должен был нарисовать композицию, и до сих пор, в общей сложности, так нихрена и не сделал. Это была не моя вина. Я не мог сосредоточиться. Не мог перестать смотреть на нее. Моя голова раскалывалась, мой член был твердым, и все, о чем я мог думать, так это о том, что я не должен позволять себе так сильно хотеть ее. Но это было вне моего контроля. К тому же, если я не окажусь в ней в самом ближайшем будущем, мои яйца взорвутся и убьют меня.

Может быть.
Две недели. Почему кажется, что прошло гораздо больше времени, с тех пор как я прикасался к ней? Это как какая-то сине-яйцевая временная аномалия: время, проведенное в ее объятиях, мчится со скоростью света. Время вдали от нее тащится так, будто оно прикреплено к цементному блоку.

Если бы у меня был хоть какой-то мужской характер, я бы сделал шаг. Сказал бы ей, как сильно хочу ее, а затем бы напомнил, какое удовольствие я могу ей доставить.
Но я не мужчина. Я – киска в мужском виде. Испуганный до смерти, что она отвергнет меня и раздавит мое хрупкое эго.

Жалкий трус.
И что бесит меня больше всего, так это то, что я серьезно сомневался, что она отвергнет меня. На самом деле уверен, она была так же возбуждена как и я, если не больше. И есть напряженность, которую она так старается скрыть, но я ее вижу.

Каждый раз, когда мы спим вместе, она уменьшается, но никогда не уходит. Затем она возвращается с удвоенной силой, и чем больше мы отрицаем притяжение друг к другу, тем более невыносимой она становится. Будто провод, наматывающийся и растягивающийся, становится настолько тугим, что малейшее дуновение ветра чувствуется как ураган.

И то, как она теперь смотрит на меня? Это тот самый ураган: закручивающаяся, турбулентная похоть, которую она так отчаянно хочет скрыть, но не может. И я подхвачен им. Меня переворачивает с ног на голову и бросает из стороны в сторону так же основательно, как я запутался относительно того, почему я не могу быть с ней.

Мой логический мозг понимал, что то, что мы делаем – это глупо. Он распознал знакомые шаблоны заблуждения и отрицания, по которым мы кружили, но я понятия не имел, как это остановить. НЕ желать ее просто невозможно. Поверьте, я пробовал. Год попыток не делать ничего заставило меня хотеть ее еще больше, и сейчас сумасшедшая глупая власть того, что она делала со мной, полностью вышла из-под контроля и жила собственной жизнью.

И теперь вот это. Это... между нами. Убывающее и приливающее в воздухе, как живой дышащий зверь. Питающийся тем, о чем мы не говорим, и рычащий на то, что мы не делаем – а конкретно, друг с другом.

Она все еще пристально смотрела на меня, и я смотрел в ответ. Это чертовски нелепо, как горячо видеть, насколько неистовым становится ее дыхание, когда она смотрит на меня. Сейчас любая модель Victoria Secret могла бы станцевать голой передо мной, и я бы ее даже не заметил. Все, что я видел – это она.

- М-р Каллен.

Ирина встала передо мной, и я подскочил, будто кто-то посыпал льдом мои яйца.

- Иисус, Ирина!

Она игнорировала мой «сердечный приступ» и уставилась на абсолютно чистый кусок холста.

- У вас все еще в процессе, как я вижу.

- Да, ну, мне нравится делать вещи тщательно или никак вовсе.

Ирина подняла бровь, а затем посмотрела на Беллу.

- Ясно. Однако, «никак вовсе» – не вариант для данного проекта, так что поторопитесь. Вы можете смотреть на мисс Свон в свое свободное время.

Когда она отошла, Белла тихо рассмеялась.

Я нахмурился.

- Заткнись. Это все ты виновата.

- В чем?

- Во всем.

- В том, что ты не выполнил свою работу?

- Да.

- Что Ирина наехала на тебя?

- Да.

- В том, что ты пялишься на меня, будто это и есть твоя работа?

- И это тоже.

- В чем же здесь моя вина?

- Я не говорил, что это твоя вина. Я сказал, что ты в этом виновата. Теперь, пожалуйста, освободи все углы моего взгляда, чтобы я мог разрисовать эту чертову стену.

Я выдохнул и опустил маленький валик в лоток с краской. Как обычно, она не сделала того, что ей говорили. Вместо этого, она подошла ко мне. Я повернулся к ней спиной, как будто это могло помочь, и стал красить холст в цвет, который может быть описан только как фиолетовая головка члена. Или, может быть, этот цвет я интерпретировал так, потому что Белла так близко подошла ко мне, что мой член стал пульсировать.

Она встала рядом со мной и смотрела, как я раскатывал краску вверх и вниз по полотну. Я чувствовал ее глаза повсюду, что было чертовски нелепо, но, клянусь Богом, это правда.
Я выдохнул, окончательно потеряв всякую надежду, в полном смысле этого слова.

- Что ты делаешь?

- Наблюдаю.

- Почему?

- Мне нравится, как двигаются мускулы на твоих руках. Твои предплечья такие... притягательные. Мне нравится, как они изгибаются.

Я опустил валик и сердито посмотрел на нее.

- Уходи.

- Что?

- Уходи к черту отсюда сейчас же, пока я не утащил тебя в светорегуляторную будку и не сделал то, за что мы оба можем быть арестованы.

- Но...

- Пресвятой милосердный Иисус, Белла, просто уйди!

Она рассмеялась. Более того, она не только никуда не ушла, она сделала шаг вперед и положила руку мне на грудь.

- Эдвард, может, я и должна бы, но я чувствую, что ты немного напряжен. - Она потянулась и прошептала мне на ухо: - Ты можешь захотеть перепихнуться. У такого молодого, зрелого мужчины как ты, не должно быть никаких проблем с поиском того, кто пососет твой замечательный член.

Со своим последним словом, она высунула кончик языка, которым я был так одержим чертовым утром, и облизала мою мочку уха.

Ебать. Ее.

- Знаешь что, Свон? - проговорил я, отступая от ее как никогда дьявольской магии женщин вуду. - Ты права. Мне действительно нужно, чтобы кто-то об этом позаботился. Эй, Лорен?! Хочешь отсосать мне?

Ее лицо потемнело, в то время как Лорен на другой стороне комнаты повернулась и нахмурилась, глядя на нас.

- Эээ... что ты только что сказал?

Я проговорил яснее.

- Мой член. Хочешь отсосать его мне? Свон считает, что у меня сексуальное расстройство. Уверен, что ты могла бы мне помочь с этим.

Йорки разразился смехом.

Ирина покачала головой.

- М-р Каллен...

- Я просто спросил, Ирина. Она может сказать нет, верно?
Белла смотрела на меня так, будто хотела оторвать мой член. Ее злость только заставляла меня хотеть ее трахнуть еще больше.

Лорен выглядела озадаченной. Тем не менее, она пожала плечами и сказала:

- Э-э... ладно. Сейчас? Или после занятия?

Белла закатила глаза.

- Он пошутил, Лорен.

- Это так не звучало.

- Заткнись.

Белла схватила меня за руку и потащила в светорегуляторную будку. Йорки отпустил ехидный комментарий, что Белла выглядит так, будто собирается выбить из меня дерьмо. Ирина вздохнула и предупредила нас, что будет лучше для нас не повредить лампы.

Когда мы скрылись из виду, Белла пихнула меня в грудь.

- Какого черта?

- Что?

- Что значит «что»? Лорен, ты, мудачина.

- О, так тебе позволительно дразнить меня, а я не могу так делать?

- Ты попросил ее отсосать тебе! - шепотом прокричала она.

- Ты облизала мою гребаную мочку уха!

- Это не то же самое!

- Я знаю! То, что ты сделала, было ГОРАЗДО хуже!

Мы уставились друг на друга, и, клянусь Богом, огромное чудовище, которое мы пытались игнорировать, толкнул наши головы ближе друг к другу и прошептал: «А сейчас... поцелуйтесь».

Мы этого не сделали, но это потребовало серьезных усилий от нас обоих.

Я шагнул назад и засунул руки в карманы. Я должен или очутиться в ней, или в ванной комнате в самом ближайшем будущем, потому что боль в паху достигла катастрофического уровня, и мне требовалось облегчение.

- Белла, какого хрена мы делаем?

Она потерла глаза.

- Я не знаю, о чем ты говоришь.

- Ой, да ладно. Вот это! Все это... между нами. Мы старались держаться подальше друг от друга. И это не сработало. Так что теперь мы не избегаем друг друга, и это еще хуже. Что мы делаем?

- Мы не делаем ничего такого.

- Правда? - Я прижал ее спиной к стене и наклонился. - В ту ночь, когда мы сдались и занимались любовью снова и снова? А затем на вечеринке у Йорки две недели назад? Это тоже ничего такого? Потому что, уверен, черт возьми, что это чувствовалось как что-то.

- Это был секс, Эдвард.

- Да. Потрясный секс.

Быть так близко к ней – это пытка. Уже становилось хреново, когда она была в метре от меня. А сейчас я мог наклонить голову и поцеловать ее за доли секунды.
Она была так же возбуждена. Ее дыхание было быстрым и неглубоким, и я даже не знал, понимала ли она, что схватившись за пояс моих джинсов, притянула меня ближе.

- Ничего особенного, - проговорила она, успешно проваливая игру в беспечность.

- По моим ощущениям очень даже особенное. - Она была одета в футболку с V-образным вырезом. Ее груди выглядели удивительно. Мне хотелось облизать ее ложбинку.

- Да, ну это не так. Я хотела секса, и ты мне дал его. Конец истории.

Для талантливой актрисы она чертовски дерьмово лгала.

- Угу. Так это все, что тебе было нужно от меня все эти дни?

- Да. - Лгунья. - И даже не делай вид, что если бы я захотела тебя прямо сейчас, ты не скинул бы свои штаны ровно за три секунды.

- Дай мне гребаный перерыв. Вся наша группа снаружи. Я не настолько отчаялся.

- В самом деле? - Она погладила меня через джинсы. - Ты ощущаешься очень отчаянным.

Я оперся рукой о стену рядом с ее головой. Она сжала меня, и мне пришлось закрыть глаза, потому что комната начала вращаться.

- Только скажи слово, Эдвард, и я дам тебе счастливое окончание.

- Ты думаешь, это все, что я хочу от тебя?

- Это все, что ты получишь от меня. И то, только тогда, когда скажешь «пожалуйста».

Я положил свою руку на ее, чтобы остановить поглаживания. Я серьезно не смог бы сейчас справиться с этим, или взорвался бы как теплое шампанское. Нет никаких сомнений, что я находил ее сексуальную стервозность возбуждающей, но не собирался позволить ей сделать все по-своему. Я откинул ее руку и запустил пальцы ей под юбку. Влажность разоблачила ее за секунду.

- Значит, тебе вообще не дискомфортно? - спросил я, кружа пальцами так, как, я знал, ей нравилось. Она схватила мою руку, но сохраняла выражение своего лица впечатляюще бесстрастным. - Потому что, не сомневаюсь, я мог бы сделать так, чтобы ты кончила за две минуты. Только скажи слово. Тебе не нужно умолять, но это, несомненно, было бы приятно.

Она шлепнула по моей руке и отпихнула меня. Ее дыхание было более рваным, чем, я уверен, ей бы хотелось.
Я боролся с самодовольной улыбкой и потерпел неудачу. Она не любила, когда у меня была власть, но если она хотела играть в сексуальные манипуляции, то ей лучше понять, что я не всегда буду играть честно.

- Я больше не нуждаюсь в тебе, чтобы кончить, - сказала она, разглаживая юбку. - У меня есть Базз, помнишь?

- Тогда почему ты постоянно соблазняешь меня? Если все, что ты хочешь от меня, это оргазмы, то тебе проще самой заняться своим самоудовлетворением. У тебя есть Базз, а у меня переутомлена правая рука. Мы должны, блядь, улыбаться до ушей от удовлетворения, не правда ли? Но это не так. И сейчас мы стоим в этой будке, сопротивляясь желанию сорвать друг с друга одежду. Так с чего вдруг все это?

Она кинула на меня сердитый взгляд, и я ответил тем же. Во мне было достаточно мудачества, чтобы возмущаться той властью, что она имела надо мной, и достаточно упрямства, чтобы противостоять тому, чтобы всецело отдаться этому. Потому что она хотела свести все к сексу, но это было не тем, что происходило. В двух словах мы находили друг в друге то, что были не в состоянии найти в себе. Это полная херня, учитывая то, через что мы прошли. Но делая вид, что этого нет, мы не заставим это исчезнуть.

Даже сейчас я видел, что она постоянно контролировала свои эмоции рядом со мной, и я понимал это. Я причинил ей боль. Это естественное самосохранение. Но мне не хотелось, чтобы она обманывала себя, что то, что мы делали – чисто физически, потому что это не так. И она это знала. Просто никогда не признавала.

- Ладно, - проговорила она и пожала плечами. - Значит, пусть так и будет. Ты делаешь свое дело, а я свое. Больше никакого секса.

- Если это то, что ты хочешь.

- Если это то, что ты хочешь.

- Да, хочу.

- Ты уверена?

- Абсолютно.

- Ну, тогда хорошо.

Она повернулась, чтобы уйти, но я схватил ее за руку и притянул обратно к себе. Затем я обхватил рукой ее затылок и поцеловал ее. Не грубо. Просто решительно. Каждый раз, целуя ее, я будто бы забывал, насколько мягкими и восхитительными были ее губы. И сегодня не являлось исключением. На вкус она была чертовски потрясающая.

Она замерла с полсекунды, прежде чем поцеловать меня в ответ, а потом все превратилось в размытое пятно ртов и рук, и «Боже, пожалуйста, позволь мне трахнуть тебя прямо сейчас».

Наше дыхание было настолько громким, что я, как параноик, подумал, что все могли нас слышать. И все же я даже не остановился. Я просто попытался дышать тише. Это было очень непросто.

Когда она стала извиваться и дергать меня за волосы так, что это, как правило, означало «Если ты не засунешь руку в мои трусики сейчас же, я сделаю тебе очень больно», я отстранился и отошел. Это был ублюдочный ход, но мы уже выяснили, что я устал от ее владычества.

- Ну, раз ты так уверена, то все в порядке. Больше никакого секса.

Она в шоке пялилась на меня примерно три секунды, прежде чем ударить в грудь. Я посчитал это сигналом для меня убираться оттуда.

- Дай мне знать, если передумаешь.

Она простонала в отчаяние, а я вышел и вернулся к росписи моего холста.

Когда она появилась, Йорки заметил ее и рассмеялся.

- Ух ты, Свон, судя по выражению твоего лица, Каллен выиграл спор. Ты вся горишь!

- Пошел ты, Эрик.

- В любое время, красавица. Я могу дать тебе некоторое сексуальное исцеление от всей этой горячезадой злости.

Она игнорировала его и ушла.

После этого она не разговаривала со мной целую неделю. Как и с моим членом.
...
...
...

- Эй, Каллен, ты идешь в «Shenanigans» сегодня вечером?

Я оторвался от моей книги. Джеймс смотрел на меня. Он выглядел абсолютно готовым, но сейчас я уже привык к этому.

- Что, блядь, за «Shenanigans»?

- Это новый бар в городе. Предполагается, что там довольно клево. Лорен трахается с владельцем. Кажется, он сказал, что все ее друзья могут пить бесплатно.

Очень заманчиво. Мне отчасти надоела моя собственная компания, и Бог знает: я мог бы пропустить стаканчик. Или пять.

- Да, возможно. - Я взглянул на Беллу. Хайди сидела позади нее и заплетала ей волосы.

Они смеялись о чем-то между собой, но как только она встретилась со мной глазами, ее лицо помрачнело.

- А Свон идет?

- Полагаю, да. Все идут, я думаю. Ты должен пойти. Это будет весело.
- Я подумаю об этом.

И я думал. Размышлял об этом всю оставшуюся часть дня. Я думал о том, чтобы выпить для храбрости и утащить Беллу на танцпол. И танцевать, прижавшись друг к другу.
Затем меня посетило видение, как она делает то же самое с каким-то другим парнем, и я чуть не лишился своего обеда.

Я взвесил свои варианты: 1. Пойти и обрести шанс на самом деле провести время с ней и, возможно, коснуться ее. 2. Пойти и смотреть, как она флиртует там с каждым парнем, только чтобы разозлить меня. 3. Остаться дома и представлять, как она флиртует там с каждым парнем, потому что если я не буду видеть, что она на самом деле делает, мой глупый мозг будет просто автоматически вызывать в воображении наихудший сценарий.

Учитывая, что второй и третий вариант перенести труднее, чем коллапсирующую звезду, я решил выбрать первый, но сказать, что я нервничал, было гребаным преуменьшением. Она была довольно холодна с тех пор, как я выкинул этот трюк в светорегуляторной будке. Я на самом деле не винил ее, но не знал, как донести это до нее. Я надеялся, что сегодня у меня будет такая возможность.

Когда я вернулся домой после занятий, Элис приготовила ужин. Она довольно хорошо готовит, но мой желудок не хотел иметь дело с большим количеством еды, поэтому я покопался в ней как девочка-подросток. Потом я мастурбировал в душе, фантазируя о Белле, потому что, ну, это уже стало моей рутиной в эти дни. Когда я закончил, я провел смущающее количество времени, размышлял, что мне надеть. Очевидно, отсутствие секса превратило меня в девчонку. В конце концов, я натянул те же темные джинсы и рубашку, что носил каждый чертов день. Молодец, Каллен. Она, несомненно, тут же бросится на тебя.

Когда я уже собирался уходить, я пристал к Элис, чтобы она пошла со мной, потому что в случае, если я потреплю неудачу и сгорю, я всегда смогу обмануть себя, что я пришел, чтобы моя сестра хорошо провела время.

К сожалению, моей крошечной сестре понадобился час-полтора, чтобы собраться, поэтому к тому времени, когда мы там появились, вечеринка была в самом разгаре. Громкая музыка пульсировала через пол, и ожидание накрыло меня, когда я представил, как Белла будет потираться об меня.

Рядом со входной дверью Лорен повисла на каком-то старом чуваке. Она направила нас по лестнице в отдельный зал, где уровень шума был менее сокрушающим. Когда мы туда попали, почти вся наша группа взревела в пьяном приветствии. Ну, все, кроме Беллы, конечно, которая холодно посмотрела на меня, а затем вернулась к своему напитку, который, я уверен, был самым розовым коктейлем в мире. Она была с Роуз, что кинула на меня свой обычный дам-по-яйцам взгляд, прежде чем повернуться ко мне спиной.

Да, этой девушке я действительно не нравился.

Я заказал пиво и получил для Элис что-то кремового оттенка, что, как поклялась девушка за стойкой, содержит «нечто удивительное». Потом я притворился, что говорю с Йорки и Джеймсом, в то же время пялясь на членоподнимающий наряд, что одела Белла. Очевидно, она решила помучить меня, потому что ее платье было коротким и плотно прилегающим, а волосы забраны в хвост. Мне хотелось упасть перед ней на колени и прижаться лицом к ее трусикам. Или еще лучше, сорвать ее трусики и прижаться лицом к ней.

Ебать.

Я вздохнул и набрал полный рот пива. Я так устал быть твердым рядом с ней. Это истощало как ад.

- Каллен?

Рука похлопала меня по плечу, и я повернулся, чтобы увидеть, как Йорки качал головой. Джеймс исчез.
-
Что?

- Чувак, я говорил с тобой о цыпочке барменше, которая трахает тебя глазами, с тех пор как ты пришел. Ты на самом деле абсолютно невнимателен, когда рядом Свон, не так ли? Не то чтобы я винил тебя. Она выглядит ужасно горячо сегодня. Если ты ничего не предпримешь, будь уверен, я уж точно это сделаю.

Я бросил на него гневный взгляд.

- Тронь ее, и я сломаю тебе руку.

Он рассмеялся.

- Да. Так я и думал.

Раздался громкий звук, когда открылась дверь, и вошел Райли вместе с каким-то парнем, которого я никогда не видел.

- Вот дерьмо, - пробормотал Йорки, пихнув меня локтем. - Твой извечный соперник прибыл и привел с собой своего горячего брата-солдатика. Дерьмо становится реальней реального.

Я старался сохранять спокойствие, когда Райли был рядом, но это было в значительной степени невозможно. Просто что-то было в нем, что заставляло меня хотеть выбить из него все дерьмо. О да, и это правильно: он хотел встречаться с моей девушкой. Ну, бывшей девушкой. Отчасти бывшей. Дерьмо.

Беллой.
Он хотел встречаться с моей Беллой.
Придурок.

Я вцепился в свое пиво, когда он подошел к группе, где была Белла, и начал обнимать их всех. Он такой любитель обниматься, что это вызывало во мне желание оторвать ему руки. Кому, блядь, нужно обниматься со всеми все время? Это раздражало как ад.

От моего внимания не укрылось, что когда он подобрался к Белле, то обнимал ее дольше других. Я чуть улыбнулся, когда увидел, что она отступила.
Высоси, мальчик-обнимашка. Она не заинтересована.

Это было моей мантрой каждый раз, когда он оказывался рядом с ней. Она не заинтересована.

Это единственное, почему я прошел через все эти дни, не метаясь в бешенстве как ревнивый урод.

Все улыбнулись, когда он представил своего брата, и я сразу же увидел, как оживилось лицо Роуз. Уверен, она нацелилась продегустировать его член в ближайшем будущем. Мысленная картинка сразу представила Беллу и меня. Боже, что бы я не отдал за рот Беллы на мне. Просто на несколько минут. Или часов. И это не обязательно должен быть мой член. Она могла просто поцеловать меня. В мой рот, шею, грудь. Везде, где бы, черт возьми, она хотела. Так долго, пока она прикасалась ко мне и позволяла мне прикасаться к ней.

Она кинула на меня взгляд, и хотя казалось, что она не планировала смотреть мне в глаза, она это сделала. И что бы она там не увидела, это заставило ее застыть на месте. Она вдохнула, и ее рот приоткрылся.
О, да. Она точно знала, о чем я думал.

Она тоже думала об этом? Фантазируя обо всем том, что я мог делать с ней, если бы мы оба не были такими упрямыми засранцами?

Я допил свое пиво.

Это становилось смешно. Мне или нужно сделать что-то или убираться нахрен отсюда. Это постоянное состояние возбуждения вредно для моего здоровья.

Райли сказал ей что-то, и она отвернулась. Я в отчаяние стукнул своей бутылкой об стойку.

- Может, тебе налить еще?

Барменша наклонилась ко мне через стойку, показывая свой товар. И я посмотрел, потому что, ну, это сиськи, а я мужчина, но это были не те сиськи, что я хотел. Те, о которых я мечтал, были намного меньше и гораздо менее искусственные, и самые мягкие на этой планете. Они идеально умещались в моих руках. Реагировали на мой рот. Покачивались, когда она смеялась, и вздымались, когда она кончала. Они были самыми удивительными сиськами на планете, потому что были ее сиськами, и прошло довольно много времени с тех пор, как я имел удовольствие касаться их.

Я намереваюсь исправить это сегодня вечером.

- Нет, все хорошо, - проговорил я надеющемуся девичьему лицу. - Но все равно спасибо.

Она проследовала за моим взглядом к Белле, которая, делая вид, что слушает Райли, наблюдала за мной через плечо. Она была такая красивая, что было больно даже смотреть на нее.

- Счастливая, - сказала барменша.

- Она так не думает.

- Почему?

- Потому что я говнюк.

- А-ха. Возможно, тогда тебе нужно что-то сделать с этим.

- Да, так я себе постоянно и говорю.

- Треп для мальчишек. Действуй как мужчина.

- Ты говоришь так, будто при мысли об аварии и пожаре мои яйца не сжимаются до размера виноградины.

Она рассмеялась.

- Неудача не противоположность успеха, это часть успеха. Неудача станет успехом, когда мы извлечем урок из этого.

Я несколько секунд пялился на нее.

- Ты алкогольраздающий терапевт, что ли? Потому что это было бы самой короткой терапией, что я мог получить, выпивая в баре.

- Ничего подобного. Просто я сейчас как раз прорабатываю мои собственные проблемы.

- Как?

- Читая кое-какую литературу.

Я фыркнул.

- Ну да, будто книга мне поможет.

- А ты пытался?

- Нет, но я также не пробовал лечебные кристаллы и нумерологию. Уверен, они также будут бесполезны.

Она закатила глаза.

- Да, потому что написанное слово и дешевая мистика одно и то же.

- Я просто говорю…

Она повела на меня своими тонкими бровями, а потом что-то настрочила на салфетке.

- Мне кажется, ты просто оправдываешься, чтобы остаться в своем запутанном комфорте. Ты хочешь быть мужчиной или мальчиком?

Она пихнула мне салфетку, и я взял ее. На ней был список книг.

- Они все есть в книжном магазине «Columbus». Прекрати оправдываться и сделай что-то стоящее.

И с этими словами, она направилась в другой конец бара, а я остался там, чувствуя себя так, будто кто-то только что ударил меня по голове неожиданной дозой практической мудрости.

Когда я повернулся назад к Белле, она была зла как черт.

Дерьмо.

Да, ей явно не казалось, что у меня было что-то похожее на сеанс терапии. Это выглядело так, будто я болтал с грудастой блондинкой и взял номер ее телефона.

Черт побери.

Только этого мне и не хватало.

Я усмирил свои нервы и направился к ней. Она делала вид, что игнорирует меня. Райли, по крайней мере, признал мое присутствие.

- Каллен.

- Бирс.

Это примитивно, но настолько цивилизованно, насколько это могло быть между нами двумя.

- Белла, я могу поговорить с тобой?

Я не пропустил едва заметное закатывание глаз Райли. Ебарь.

Это правильно, сынок. Ты мальчик, а я мужчина. Говори с ней обо всем, чем хочешь. Я действую.

К сожалению, Белла видела все по-другому.

- Мне не о чем говорить с тобой.

Райли не мог выглядеть более гордым, как если бы она упала на колени и отсосала ему.

- Ну, тогда, - проговорил я, взяв ее за руку. - Потанцуй со мной, и я обещаю держать рот на замке все время.

Я мягко потянул ее, и хотя она хмурилась, но последовала за мной. Лицо Райли вытянулось. Так-то, кретин. Это о ней и обо мне. Ты просто раздражающее отвлечение.

Когда мы вышли из зала, музыка была такой громкой, что я чувствовал ее в моих костях.
Я вывел Беллу на танцпол и, полностью игнорируя ее мрачное настроение, притянул ее в свои объятия и прижался к ней.

Иисус.

Блаженство.

Она была напряжена, но это не продлилось долго. Я сжал свою руку. Она почти растаяла на моей груди, и когда ее щека прижалась к моему плечу, мне вдруг стало легче дышать, чем за все эти недели.

Это безумие, что я мог так сильно скучать по человеку, хотя видел ее почти каждый день. Я скучал по ней вот такой. Мягкой и прижимающейся ко мне. Я хотел, чтобы она так делала все время, но, думаю, я облажался слишком по-крупному, чтобы это произошло.

Я задумался: что, если барменша была права? Могу ли я сделать некий толчок самоусовершенствования, который помог бы мне вернуть ее? Могу ли я быть открытым, беспечным парнем, которого она заслуживала? Могу ли я быть таким ласковым и объятьелюбивым, как мудак Бирс? Остановить все внутренние шептания, которые говорили мне, что она слишком хороша и никогда со мной не останется?

Это было бы хорошо.

Только вот маловероятно.

- Я думала, что тебе не нравятся блондинки, - резко сказала она мне на ухо.

- Я думал, что тебе не о чем говорить со мной.

- Я была неправа. Ты говнюк.

- Скажи мне что-нибудь, чего бы я не знал.

- Так ты собираешься пойти к ней домой?

Я отстранился.

- Ты серьезно спрашиваешь меня об этом?

- Эдвард, я видела, как она дала тебе свой номер.

- Нет, не видела.

- Я точно видела.

- Нет, ты видела, как она дала мне салфетку с записью на ней.

- Там был не ее номер?

- Нет.

- Что тогда?

- Список книг.

- О, да, потому что она выглядела как настоящий книжный червь.

Я рассмеялся и вытащил салфетку из кармана. Она покосилась на нее.

- Я не могу читать в этом свете.

- Но ты можешь видеть, что это не ее номер телефона, не так ли?

- Предположим.

Я сложил салфетку и обнял ее снова. Она вздохнула.

- Знаешь, насколько ты охеренно сексуальна, когда ревнуешь?

- Я не ревную.

- О, так тебе было бы все равно, если бы блонди отвезла меня домой и сделала мне что-
нибудь грязное?

Она достаточно быстро успела скрыть выражение боли на своем лице, но я заметил.

- Почему меня это должно заботить? Я не предъявляю на тебя права. Ты можешь спать с тем, кем хочешь.

- Это чушь, и ты это знаешь. Будто какая-нибудь другая женщина сравнится с тобой.

На мгновение она потрясенно замолчала, потом сказала:

- Когда ты говоришь такие вещи, это заставляет меня думать, что либо ты действительно отчаянно хочешь перепихнуться, либо пьян.

- Я не пьян. Я не могу сказать это, потому что это правда?

- Это не в твоем стиле.

- Ну, может быть, мой стиль меняется.

- Я поверю в это только когда увижу.

Я прижал ее к себе сильнее.

- Черт, женщина, могу я, пожалуйста, просто отвезти тебя домой и избавить нас обоих от страданий? Я испытываю боль. Реальную, физическую боль.

- Я не собираюсь заниматься с тобой сексом сегодня вечером, Эдвард.

- Ладно. Тогда просто орально?

- Нет, мы не будем этого делать, помнишь?

Я прижался губами к ее уху и прошептал:

- Чушь. «Это» – то, чем мы живем. Думая друг о друге. Фантазируя. Прикасаясь к себе, чтобы снять напряжение. Разве ты не хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе, Белла? Забрал эту ненасытную жажду? Я мог бы заставить ее распадаться на части, снова и снова.

Ее дыхание участилось на моей шее, и, черт возьми, мне нужно было прикоснуться к ней. Она сжала руки на моей талии, и я задержал дыхание, когда ее ладони скользнули на перед моих джинсов. Она слегка задела мою затвердевшую длину, и я положил голову на ее плечо и прошептал:

- Боже, да. Прикоснись ко мне.

Она провела ногтями по джинсовой ткани, и чувствовалось, что она еле сдерживается, чтобы не открыть молнию прямо здесь, на танцполе. Я был так возбужден, что не остановил ее. Я не собирался трахаться там, где вокруг были люди, и где наши друзья, вероятно, наблюдали за нами. Она мне нужна в большей степени, чем почти ничего прямо сейчас. Публичное унижение, будь оно проклято.

- Я не буду заниматься сексом с тобой, Эдвард, - напомнила она мне, и я простонал, потому что все, о чем я мог думать сейчас, это о том, как хорошо быть внутри нее. Я бы попросил, но, видимо, «упрямство и гордость» превзошли «возбуждение». На данный момент, по крайней мере.

Песня закончилась, и она отступила. Мне не нравилось расстояние между нами, как будто оно было материальным существом. Мне хотелось убить его, медленно и мучительно. Она повернулась, чтобы подняться по лестнице, но я обернул руку вокруг ее талии и притянул ее спиной к себе.

- Разреши мне отвезти тебя домой сегодня вечером, - проговорил я, пока она вертела задницей рядом с моей эрекцией. - Никакого секса. Я просто отвезу тебя домой. Элис будет со мной.

- Я здесь с Роуз, - сказала она, тяжело дыша и испуская стоны, когда я прошелся губами по ее шее.

- Я и ее отвезу домой, если она захочет, но уверен, она уйдет домой с братом Бирса.

- Я подумаю об этом.

- Подумай.
Я отпустил ее и последовал за ней по лестнице, потому что, черт возьми, что я еще мог сделать?

Мы провели следующие три часа, делая вид, что не следили друг за другом. Это утомляло. Я просто хотел быть с ней.

Около часа утра Элис нашла меня и сказала, что она хочет уйти. Я сообщил ей, что предложил Белле поехать домой с нами, и она подняла брови, намекая, что точно раскусила мои намерения.

Я нашел Беллу в кабинке с целой кучей людей, где был и Райли. Она выглядела скучающей. Как я и предсказывал: Роуз и брат Бирса уже ушли.

Я наклонился и прошептал:

- Эй, Элис и я линяем. Хочешь уйти? (п.п.: здесь двойной смысл, «want to come» – хочешь уйти, хочешь кончить)

Лишь после того, как я сказал это, я осознал двойной смысл слов и серьезно понадеялся, что она скажет «да».

К моему удивлению, она так и сделала:

- Да, с меня довольно.

Когда она двинулась, чтобы встать, Райли коснулся ее руки.

- Эй, если ты хочешь еще позависать, я мог бы потом отвезти тебя домой. Я все равно скоро собирался уезжать.

Она замерла.

Проклятый Бирс.

Конечно, она рассматривала его. Он – безопасный вариант. Он – мальчик-обнимашка и весь такой поддерживающий и прочее дерьмо, а я непредсказуемый и оказываю на нее давление неправильными способами. Но безопасность также и скучна, а я думаю, в глубине души Белла любила немного опасности.

- Спасибо, Райли, но я поеду с Элис и Эдвардом. Увидимся, ребята, в понедельник, ладно?
Мы попрощались и вышли, Элис и Белла держались за руки. Очевидно, что они выпили, но они хихикали, а не падали.

Когда мы подошли к машине, они обе решили сесть сзади и позволить мне везти их. Я был разочарован, что Белла не села рядом со мной, но, по крайней мере, теперь я мог смотреть на нее в зеркало, не будучи слишком очевидным.

Они хихикали и шептались, и к тому времени как мы подъехали к квартире Беллы, уровень девчачества достиг неизмеримых пропорций.

- Ой, не уходи, - проговорила Элис, вцепившись в нее. - Поедем к нам. Мы посмотрим фильмы, и я сделаю тебе уход за лицом. Мы обе знаем, что Роуз не придет домой сегодня вечером, а я устала проводить время с Мистером Задумчивая Угрюмость.

- Ты знаешь, что я слышу тебя, Элис, да?

- Заткнись. Ты не можешь отрицать, что ты настоящая боль в заднице. Пожалуйста, Белла. Бери зубную щетку и пижаму и выходи. Будет классно. А утром я сделаю тебе блины. Или лучше, Эдвард сделает нам обеим блины. У него гораздо лучше получается, чем у меня.

Через зеркало заднего вида, Белла посмотрела мне в глаза, и я постарался не выглядеть таким отчаянно нуждающимся, как себя чувствовал. Мне хотелось провести время с ней, даже если это будет только платонически. Конечно, я бы предпочел быть с ней в обнаженном виде, но рядом с моей сестрой это может стать очень сложным. И неловким.

- Э-э... ладно, - проговорила Белла и открыла дверь. - Дайте мне пять минут.

Когда она ушла, я повернулся к Элис.

- Что ты делаешь?

Она пожала плечами.

- Я скучаю по ней. Я теперь редко ее вижу из-за тебя. Так что не испорти это, или я сделаю тебе очень больно.

Я чувствовал, что тут что-то гораздо большее, но оставил эту тему.

Через полчаса мы приехали в нашу квартиру и комфортно расположились в наших пижамах. Девочки выбрали фильмы Джона Хьюза. В самом деле? Я имею в виду, некоторые из его вещей забавны, но по большей части просто нереально романтичная фигня. «Шестнадцать свечей»? Не было никаких других чертовых причин, чтобы Джейк влюбился в Энди, за исключением того, что это было удобно для хэппи-энда.

Тем не менее, я сидел и смотрел, потому что Белла была тут же, а быть рядом с ней – лучше любой романтической комедии в мире.

Мы закончили с «Шестнадцатью свечами» и перешли к «Милашке в розовом». Я закатил глаза. Как Эндрю МакКарти умудрился стать кинозвездой, я никогда не пойму. Он был примерно так же сексуален, как порция переваренных спагетти. Тем не менее, девушки тащились от него. Я серьезно этого не понимал.

Примерно на половине фильма, мое постоянное закатывание глаз утомило меня, поэтому я растянулся на диване, а девочки свернулись на подушках на полу. Я только на секунду закрыл глаза, но когда открыл их снова, фильм уже закончился, а Элис исчезла. Я потер глаза и зевнул. Белла спала на полу. Она была такая красивая, что мне не хотелось будить ее, но спать на полу – плохая идея. Я попытался взять ее на руки, но был в полудреме и сделал все под неправильным углом, поэтому, в конечном итоге, просто упал на нее. Она проснулась и стала неистово вырываться.

- Эй, все в порядке, - проговорил я, хватая ее за руки. - Это всего лишь я. Ты еще не проснулась.
Она несколько раз моргнула и сосредоточилась.

- О. Почему ты на мне?

- Я упал.

- Ну конечно.

- Ты думаешь, что я настолько отчаялся, что буду приставать к тебе, пока ты спишь?

- Да.

- Ладно, справедливое замечание. Но правда в том, что я хотел, как подобает мужчине, перенести тебя в спальню, но сила тяжести подвела меня.

Я встал и предложил ей руку.

Она взяла ее, и я поставил ее на ноги.

- Сколько сейчас времени?

- Около пяти. Пойдем. Ты можете спать в моей постели.

Она посмотрела на меня.

- Одна, - уточнил я. - Я буду спать здесь, на диване. Пойдем.

Я повел ее в спальню. Затем откинул покрывало и показал ей жестом, что можно ложиться. Она несколько секунд смотрела на нее.

- Ты не должен отдавать мне свою постель.

- Я знаю. Но я пытаюсь быть джентльменом. Кроме того, если мне не повезло быть с тобой, по крайней мере моей кровати будет весело.

Она улыбнулась.

- Ты приводишь меня в бешенство, ты знаешь это?

- Почему? Я был хорошим.

- Я знаю. Иногда, ты кажешься таким... нормальным. А потом... Я не знаю.

Как ни странно, я понял, что именно она имела в виду. Иногда я чувствовал, что могу безусловно быть с ней и быть мужчиной, которого она заслуживает, но в другое время мне хотелось убежать так далеко, как только я мог, потому что знал, что собираюсь облажаться, снова и снова, и продолжать причинять ей боль в этом процессе.

- Да, ладно... спокойной ночи.

- Пока.

Мы оба просто там стояли, я не уходил, и она не ложилась в постель.
- Знаешь, - проговорила она. - Джентльмен целовал бы даму на прощание. В щеку.

- В щеку?

- Да.

- Ну, что ж, в таком случае... - Я сделал шаг вперед, и она была прямо здесь, в дюйме от меня, и смотрела на меня. Я обхватил ее лицо, затем прижался губами к ее щеке и просто замер там. Вдыхая ее запах. Я оторвался и снова поцеловал ее, ближе ко рту на этот раз.
Мне так сильно хотелось поцеловать ее, что потребность пульсировала в каждой моей артерии, но мне нужно было, чтобы она попросила об этом. Я не мог быть одиноким в таком неистовом желании.

- Эдвард?

- Хмммм?

- Я не буду заниматься сексом с тобой.

- Ладно.

- Но мне очень хочется, чтобы ты поцеловал меня.

Я чуть не упал на колени и не возблагодарил Господа. Вместо этого я наклонил голову и поцеловал ее. Сначала нежно, и мы замерли, так как мощь просто прижавшихся наших губ делала сумасшедшие вещи с нами обоими. Это заставило порыв воздуха проникнуть в наши легкие, а нашу кровь бежать так же быстро. Приблизительно через три секунды я был абсолютно твердым, и все установки на то, что мы не будем заниматься сексом, исчезло как далекое и неважное воспоминание.

Боже, что она делала со мной лишь одним касанием своего языка. От этого крошечного прикосновения я весь горел как в огне. Я хотел ее всецело, подо мной и на мне. Голую и открытую для моих рук и рта, и члена. Я хотел всю ее кожу. Всю целиком. Теплую и сладкую.

Хотел.

Я погладил ее грудь и простонал. Она настолько мягкая. Настолько совершенная. Я оттянул вниз верх ее пижамы, чтобы реально ее почувствовать, и то, как выгнулась ее спина, сказало мне, что она хотела большего, чем просто мою руку. И я прижался к ней ртом. Я так изголодался по ней, что боялся, что был слишком груб, но она потянула меня за волосы, и я предположил, что ей нравилось.

Через несколько секунд верх ее пижамы стал раздражать меня, поэтому я стянул его и бросил на пол. Ее, казалось, мучил тот же вопрос о моей футболке, потому что она дернула ее вверх, будто это ее оскорбляло. Я рванул футболку через голову и отшатнулся назад, когда она набросилась на мою грудь и осыпала поцелуями, от чего моя голова пошла кругом. Когда она облизала мой сосок, я чуть не упал.

Я притянул ее к себе, и ощущение ее обнаженных грудей, прижатых к моей груди, было слишком интенсивным. Мне нужно было куда-то приземлиться.

Я потянул ее с собой на кровать, и далее мы – смешение конечностей и ртов, и потираний. Я знаю, она говорила, что мы не будем заниматься сексом сегодня вечером, но, черт возьми, мы уже добрались до точки, где остановиться было практически невозможно.

- Белла... - прошептал я так отчаянно, что едва мог говорить. - Пожалуйста...

Я попытался стянуть ее пижамные штаны, но она меня остановила. Я поцеловал ее и повторил попытку. Я спустил их до бедер, прежде чем она толкнула меня в грудь и сказала:

- Эдвард, остановись.

Мне потребовалось каждая последняя унция моего самоконтроля, чтобы слезть с нее, но я это сделал. Она выдохнула и встала с кровати.

- Дерьмо. Подожди. Не уходи. Я буду хорошо себя вести. Я обещаю.

Она подошла к двери и закрыла ее.

- Я никуда не уйду, - сказала она и сняла пижамные штаны. - А вот если ты собираешься вести себя хорошо, то я точно уйду. Мне просто не хотелось травмировать Элис, если она вдруг проснется и станет искать меня.

Она защелкнула замок на двери, а затем пошла ко мне обратно только в своих трусиках. Я думаю, что забыл как дышать.

Я любил эту женщину так чертовски сильно, и это просто преступление, что так сильно облажавшись, я не мог сказать ей этого.

Она легла рядом со мной и просунула руку мне в штаны. Когда ее пальцы обернулись вокруг меня, я зажмурился и сосредоточился на том, чтобы не кончить. Это было не просто, особенно когда она гладила меня, долго и медленно, целуя меня в шею так, как она знала, это сводило меня с ума.

- Скажи, что ты хочешь меня, - прошептала она и двинулась вниз по груди.

- Боже, Белла... я хочу тебя. Разве ты не можешь видеть насколько?

И я люблю тебя. Ты заслуживаешь это знать, но не думаю, что ты к этому готова. И я тоже. Пока нет.

Она сдернула мои штаны, и через несколько секунд, я уже отпихнул их и стянул с нее трусики. Я быстро раскатал презерватив, а затем это просто мы – голые и целующиеся, и затем долгие минуты невероятного момента ожидания, когда я оказался между ее ног и задержался там, смакуя секунды, прежде чем мы оба получили сладкое облегчение. Этот момент – такое чудо для меня.

Физиологическая алхимия. Восторженный переход от порочного вожделения до теплого выдоха, когда я проникал в нее, вздыхая, поскольку все неправильные части нас обоих формировались в одно совершенное существо.

Я совершал толчки, медленно и глубоко. Боже, как она чувствовалась. Как она заставляла меня чувствовать. Я стонал и целовал ее. Она издавала звуки в мой рот каждый раз, когда я ее заполнял. Жалобные, нуждающиеся звуки. Я отдавал ей больше. Всего меня. Она выгибалась и вздыхала, и я задерживал свое дыхание, чтобы не кончить раньше времени.

Она говорила, что мы не будем заниматься сексом сегодня, и она была права. Это был не секс. Это настолько далеко от «секса», что неуместно было даже упоминать о них в одном ряду.

Я смотрел в ее лицо, когда приносил ей удовольствие. Это было самое прекрасное, что я когда-либо видел. Она держала глаза закрытыми, потому что так привыкла, но мои были широко открыты. Уже давно. Мне хотелось, чтобы ее были открыты тоже. Ее низкие ожидания были моей виной. Если бы я попросил у нее о большем, она, вероятно, рассмеялась бы мне в лицо.

По крайней мере, она позволила мне иметь это. И как бы она не пыталась увеличить расстояние между нами, она не могла отрицать нашу сексуальную зависимость друг от друга и упорный поиск чувств, которые мы не могли получить от кого-либо еще.

Но даже когда низкие импульсы начали воспламеняться, и мой мозг исчез в дымке толчков и вздохов, она была моей основой. Ее голос. То, как она произносила мое имя. Отчаянно впиваясь ногтями в мои плечи. Все это. Все в ней.

Она дала мне так много, но все еще немного сдерживалась. Я видел, как она пыталась отдаться удовольствию, но подавляла свои эмоции. Я хотел сказать, что ей не надо этого делать, но я бы солгал. Мы оба играли с огнем, но, по крайней мере, она была достаточно умна, чтобы принять меры предосторожности. Это я наступил в керосин и просто умолял наши искры не сжечь меня.

Когда я смотрел, как она кончала, мне хотелось плакать, потому что она была чертовски невероятна. И когда я, в конце концов, отпустил себя, я уткнулся головой в ее шею, потому что боялся, что если она увидит, сколько глупой любви на моем лице, она узнает, насколько глубоко я увяз, и использует это против меня.

Закрыв глаза, мы цеплялись друг за друга, в то время как наши тела содрогались и прижимались, и, когда мы смогли дышать, знакомое давление рук на мою грудь призвало меня встать. Я не готов был отпустить ее, но должен был. Она не готова к долгим объятиям.

Я избавился от презерватива и отнес его в ванную, чтобы выбросить в мусорное ведро. Когда я вернулся, она была уже наполовину одета. Мне хотелось сорвать с нее пижаму и утащить обратно в постель, и целовать, пока мы оба не устанем настолько, чтобы больше не сможем что-то делать, кроме сна, но она уже держалась отстраненно. Это на несколько дней выбьет ее из колеи, и если она будет верна себе, то не захочет со мной разговаривать какое-то время. Или смотреть на меня.

Она закроется.

Я ненавидел то, что она так делала, потому что она вела себя как я, а такого я не пожелал бы никому.

Я натянул штаны и схватил мою футболку. Она закончила одеваться и залезла в постель. Не говоря ни слова, она повернулась ко мне спиной, и, полагаю, на этом все.

Я стоял несколько секунд, обдумывая, что она будет делать, если я залезу к ней в постель, но по напряженным плечам я мог сказать, что это плохая идея.

Вместо этого я выключил свет и закрыл дверь.

- Блядство.

Я распахнул бельевой шкаф и схватил запасное одеяло, затем последовал к дивану и плюхнулся на него.

Вся эта ситуация – хрень собачья.

Я хотел ее, но боялся хотеть слишком сильно.
Я любил ее, но боялся, что она не ответит мне тем же.

Я нуждался в ней, но это пугало меня до смерти. Более того, я думал, что ее пугало тоже. Прежде чем я взял ее девственность, а затем бросил, она была бесстрашна. Теперь уже не настолько.

Я закрыл глаза и попробовал отключить мой мозг. Это не сработало. Я все время видел ее. Нас. Какими мы были раньше и какие мы сейчас. Какими мы могли бы быть, если бы все было иначе.

Эти видения мучили меня несколько долгих часов.

На следующее утро она не смотрела на меня, пока я готовил завтрак. Она смеялась и разговаривала с Элис, но было похоже, будто меня для нее не было в комнате.

Позже я отвез Элис в театр и подбросил Беллу до дома. Она не поцеловала меня на прощание. Даже не обняла. Едва посмотрев на меня, она пробормотала «спасибо» и вышла.

К черту все это дерьмо.
Я больше не мог это терпеть. Думал, что смогу, но это не так.

Мне хотелось, чтобы она смотрела на меня так, как обычно. Не только с желанием, но и с тем неподдающимся описанию выражением, которое заставляло меня чувствовать себя скорее странным, чем нормальным.

Черт, эти дни я был просто счастлив, что она смотрела на меня, периодически. Видела меня. По крайней мере, видела во мне больше, чем меня, которого она так боится.
...
...
...

Я вошел в книжный магазин, нервничая. Я понятия не имел, почему. Это книжный магазин, ради Христа. Что плохого тут может случиться? Огромная стопка книг Джеки Коллинз развалится и задавит меня до смерти?

На самом деле, эта мысль была довольно унизительной. Если уж так случится, то мне действительно не хотелось быть заваленным кучей «набухших органов» и «постоянного сексуального возбуждения». Я не заслужил такой смерти. По крайней мере, пусть это будет Стивен Кинг или кто-нибудь такой же крутой.

В магазине пахло затхлостью, но мне это даже нравилось. Будто познания и вина, и плесень – все сложилось в одно.

Я засунул руки в карманы, пока шел по проходу, выискивая раздел самосовершенствования. Я подавил смех. «Самосовершенствование». Если бы все было так просто. Я скептически относился к тому, что то, что я найду здесь, может реально помочь мне, но подумал, что я в долгу перед Беллой и должен попытаться. Черт, я в долгу перед самим собой. Не то чтобы мне нравилось быть монументально облажавшимся. Но по крайней мере, я признавал, что у меня есть проблемы, даже если я не вооружен чем-то, что мне поможет справиться с этим.

В конечном итоге я обнаружил целых три книжных стеллажа с надписью «Самосовершенствование / Саморазвитие».

Иисус. Количество названий просто ошеломляло. «Будь лучшим», «Исцеление с помощью ангелов», «Очисти свои чакры», «Жизнь, в которой вы родились, чтобы жить», «Исцели свою жизнь», «Лучшие советы для полноценной жизни», «Секрет», «Обрети свою собственную силу», «Проживая могущественную жизнь».

Трахни меня.

Я осмотрелся вокруг, стыдясь даже посмотреть на эти книги. Я чувствовал себя так, будто у меня была гигантская неоновая вывеска над головой, объявляющая, что я неудачник. Затем я понял, что я – идиот, который испортил отношения с невероятной женщиной, и если эти книги могут помочь, я должен быть чертовски благодарным.

Я вытащил потертую салфетку из кармана и просмотрел названия. «Живи одним моментом», «Прошлые ошибки, будущий успех» и «Перепрограммирование стресса». Я обнаружил их за несколько минут, а затем направился к прилавку, чтобы заплатить, на всякий случай держась подальше от «романтических» секций, остерегаясь смертоносных книг в мягкой обложке.

Когда я вышел на улицу, то вздохнул с облегчением. Миссия выполнена.

Теперь, давайте посмотрим, такие ли уж это классные книги, как о них говорили.
...
...
...

Я вдыхал через нос и выдыхал через рот.

- Играй этот обалденный музон, белый парниша...

Мое напряжение нарастало, но я пытался сохранять спокойствие.

- Играй этот обалденный музон как наааааадо!

Вдох, выдох. Я плыву как перышко на ветру.

- Играй этот обалденный муууузоооон, белый парнииииишааа...

Иисус Христос.

- Брось ты это бууууугиии и играй этот обалденный музон, пока не умрешь! Пока не умреееешь!

Я бросился к двери моей спальни и распахнул ее.

- Срань Господня, Элис, ЗАТКНИСЬ, НАХРЕН! Я пытаюсь, блядь, сейчас медитировать!

Элис замерла посреди танцевального па и вытащила из ушей наушники.

- Гм, ненавижу тебя разочаровывать, братец, но ты, похоже, делаешь это неправильно. Как предполагается, ты должен стать спокойнее, а не еще ворчливее.

Хлопнув дверью, я плюхнулся на свою кровать. Эта медитационная херня сложнее, чем казалось.

Я положил руку на глаза и попытался успокоить дыхание. Примерно через десять минут я был спокоен. Умиротворен.

Я скучал по Белле. Мне хотелось позвонить ей, но мы этого не делали. Мы должны были, но не звонили. Она избегала меня всю неделю, как и ожидалось, а я серьезно тосковал по ней.

Я чувствовал, что скоро полезу на стену.

Элис начала петь снова.

Ну что за блядство.

Я натянул кроссовки и убрался оттуда к черту. Я мог бы продолжать мусолить с медитацией, но бег – это следующая лучшая вещь. Я просто сосредоточился на дыхании и на ровном ритме шагов. Очистил свой ум от всего остального. Длинные шаги. Глубокий вдох.

Я никогда не планировал маршрут. Я просто позволял инстинкту вести меня. Полагаю, мои инстинкты были сейчас чем-то заняты, потому что через полчаса я бежал через университетский городок к квартире Беллы. Я понятия не имел, дома ли она, но по мере моего приближения, моя тревога ослабевала.

Странно, как все изменилось. В прошлом просто быть рядом с ней заставляло меня чувствовать себя таким встревоженным, что, я думал, моя кожа взорвется. Теперь, я так себя чувствую, когда слишком долго не вижу ее.
Я так облажался.

Прежде чем я смог бы себя отговорить от этого, я направился туда и постучал в ее дверь. Внутри раздался стон. Я постучал снова. После некоторого приглушенного шума и ругани дверь открылась, и налитые кровью глаза Роуз уставились на меня.

- Каллен? Какого хера ты тут делаешь?

- Э-э... Я просто проходил мимо.

- Ты вломился на гребаном рассвете в воскресенье?

- Сейчас 11.45, Роуз.

Она прищурила глаза.

- Правда?

- Да.

- Дерьмо. Полагаю, я пропустила церковь, да?

- Поздно вечером?

- Рано утром.

- Белла дома?

Она фыркнула.

- Дома, да. Но в отключке. Мы случайно выпили вино прошлым вечером.

- Случайно?

- Да. Мы не должны были. Нам плохо после него.

- Ага.

Интересно, Белла разговаривала с Роуз обо мне. Я сомневался в этом. Если бы она это сделала, я уверен, Роуз выбила бы из меня дерьмо за то, во что я вовлекаю ее снова.
Как только эта мысль пришла мне в голову, Роуз сузила глаза.

Черт возьми.

- Ладно, что ж... Увидимся.

Я повернулся, чтобы уйти.

- Подожди.

- Что?

Она посмотрела на меня так, что могло быть охарактеризовано только как «презрительный взгляд».

- Что, блядь, происходит? Ты никогда раньше просто так не «забегал».

Я пожал плечами.

- Просто был рядом и подумал, что надо зайти сказать «привет».

- Хм, да ну.

- Это правда.

- Роуз? Кто, черт возьми, там у двери?

Белла. Ее голос был все еще сонным. И опьяневшим.

- Никто, милая. Возвращайся ко сну.

- Ладн. Ятаксебплохчувстую.

- Я знаю. Я тоже.

- Слушай, ты. Я видела вас двоих, когда вы флиртовали недавно, и мне не нравится это. Ты действительно причинил ей сильную боль в последний раз, так что если ты намерен исправить это дерьмо и показать себя мужиком, держись от нее подальше, ты меня слышишь? Я не переживу еще один твой облом.

Я не винил ее за желание защитить свою подругу. На самом деле я даже уважал ее за это. Тем не менее, ее вполне оправданное отсутствие веры в меня раздражало.

- Я просто проходил мимо, Роуз. Не делай из мухи слона.

- Ты такой лжец.

- Убедись, что не скажешь Белле, что я забегал.

- Даже не планировала.

- Хорошего дня.

- Укуси меня.

Я бежал домой с обновленным убеждением «исправить мое дерьмо», как красноречиво выразилась Роуз. Если нет никакой другой причины кричать «я тебе задам!», когда я стал полностью здравомыслящим и развился как личность.

...
...
...

- Черт, Белла... подожди.

- Шшш! Просто... сядь. Боже!

Она пихнула меня на стул и рывком открыла мои джинсы. Через несколько секунд она уже поглаживала меня. Не то чтобы ей это надо было делать. Все эти дни я был в боевой готовности, как только она оказывалась в радиусе двух миль.

Мне едва удалось открыть обертку презерватива, как она выхватила его у меня и с нетерпением раскатала. А потом мои глаза закатились в голову, потому что она подняла юбку и опустилась на меня, и Бог мой, это чувствовалось как чертовски хорошее безумие.

Она объезжала меня, эгоистично, принимая то, что она хотела, не понимая, как трудно мне было не взорваться. Но я останавливал себя, потому что ее отчаяние завораживало. Она может и контролировала то, что сейчас происходило, но это я делал ей так, как ей нравилось. Это моя власть над ней. Я понятия не имел, почему она запала на меня, но осознание того, что только я так воздействовал на ее, делало меня в высшей степени самодовольным.

Она увеличила свой темп. Я только поддерживал его, и когда она кончила, это было так чертовски интенсивно, что все, что я мог сделать, это отпустить себя и утонуть в ощущениях.

Все это заняло около десяти минут. Недостаточно долго. Но с другой стороны: никакого количества времени не будет достаточно для меня рядом с ней.

Мы прокрались из гримерной и пересекли темную сцену, спустившись вниз по лестнице. Прежде чем мы добрались до двери, я поцеловал ее. Поцелуй стал ускользать от меня, и я уже собрался утащить ее обратно в гримерную, когда мы услышали как Ирина прокричала, что перерыв закончился. Белла осторожно подобралась к двери и направилась в репетиционный зал. Я подождал две минуты и последовал за ней.

Всю остальную часть репетиции я был наполовину одурелым и наполовину удовлетворенным. Учитывая, что я должен был играть наркомана, это работало как надо.
К сожалению для меня, моим наркотиком была Белла.
...
...
...

Я сидел, скрестив ноги, на полу. Я, кажется, делал это очень часто в последнее время.
Я узнал, что должен медитировать сидя или засыпая. Это расслабляло, конечно, но не очень помогало разобраться.

Сейчас эта книга пыталась научить меня, как рассеивать напряженность. Видимо, мне нужно найти пусковые механизмы моей напряженности и научиться реагировать по-другому.
Звучит просто, верно?

Не верно.
Самая труднейшая чертова вещь, которую я когда-либо делал, и это говорит человек, который имел выносливость высидеть весь спектакль «Джекил & Хайд» с Дэвидом Хассельхоффом на Бродвее. Я знал, что такое трудность.

Задание: «Подумайте о чем-то, что вас огорчило».
Эта часть очень легкая.

Я вспомнил сегодняшний обед. Белла разговаривала с Райли. Не флиртовала и не прикасалась. Просто говорила. И я чувствовал себя мультипликационным персонажем. Ревность вспыхнула огненным шаром в моем животе и опалила мой торс. Затем распространилась до моей шеи и загорелась на моих щеках. Клянусь Богом, если бы люди смотрели достаточно пристально, они бы увидели пар, выходящий из моих ушей.

Мне не нравилось ревновать по пустякам, но это то, что я собой представлял. И именно потому, что я таким был, я этим и занимался. Белла заслуживала лучшего, и я стремился дать это ей.

Я закрыл глаза и вызвал образ Беллы и Райли. Они говорили. Мои ревность вспыхнула. Я постарался преобразовать отрицательные эмоции в нечто позитивное.

В моем воображении Белла улыбнулась мне.
Ладно, это хорошо.

Затем она повернулась к Райли, и он коснулся ее лица.
Я стиснул зубы и попытался оставаться позитивным.

- Измени свою реакцию, - напомнил я себе. - Покончи с практикой негатива и самосаботажа.

Белла поцеловала Райли. Она наклонилась к нему и расстегнула его рубашку.

Блядство блядское.
Я продолжил дышать. Пытался и продолжал – все вместе.

Белла превратилась в Джессику, а Райли стал Майком, и я стоял там, как слабоумный, в то время как они трахались в постели Джессики.

- Ебаное дерьмо!

Я бросил книгу через всю комнату и потер лицо.

Я так отстоен в этом. По большей части.
Мне хотелось поговорить с Беллой. Сказать ей, что я делал и почему. Но затем мой живот скручивало, потому что я подумал, что она может сказать мне, что я могу не трудиться, а это убьет меня нахрен.

Я прислонился к стене и вздохнул.
По-настоящему стоящее никогда не бывает легко делать, правда?

Я закрыл глаза и попробовал еще раз.
Примерно через две минуты я врезал кулаком по стене.
...
...
...

Чем больше я прикасался к ней, тем больше мне нужно было прикасаться к ней. Чем больше она была со мной, тем более сильным становилось мое желание. Она была моей манией. Моей ходячей зависимостью.

Я смотрел на нее весь день. Фантазировал. Она сегодня читала монолог леди Макбет на уроке актерского мастерства и была охеренно великолепна. Ее талант. Ее сердце. Все это заводило меня.

Я сидел и смотрел, как она о чем-то смеялась вместе с Хайди. Я потерял нить разговора, потому что все время отвлекался на ее рот, или пальцы, или глаза, или улыбку. И наблюдая за тем, насколько она была легкой и открытой с нашими друзьями, другой вид ревности выстраивался внутри меня, и он не имел ничего общего с боязнью потерять ее, а с чертовым страхом никогда не иметь ее настоящую.

Эти ее части, веселые, расслабленные, дружественные части – я действительно не заслуживал иметь их. Мы были дружелюбны, но не друзьями. Любовниками, которые боялись любви.

Я хотел все эти ее части, и каждый раз, когда мы заканчивали заниматься сексом, я жаждал их все больше и больше.

Мне хотелось пригласить ее к себе и что-нибудь приготовить для нее. Мне хотелось смотреть с ней фильмы на диване и заниматься с ней любовью в моей постели. Мне хотелось засыпать в ее объятиях и просыпаться рядом с ней по утрам. А больше всего мне хотелось, чтобы она тоже всего этого хотела.

Но у меня никогда не было шанса спросить ее, потому что, как только угасал ее оргазм, так же угасала и она, и прежде, чем я мог найти хоть какой-нибудь реальный повод, чтобы попросить ее остаться, она уходила.

В эти дни она, казалось, тратила много энергии, убегая от меня так быстро, как только могла, но пытаясь делать вид, будто не убегала.

Я больше не хотел, чтобы она убегала от меня. Я хотела, чтобы она бежала ко мне.
...
...
...

Я вскрыл банку с пивом и открыл свою последнюю книгу по самосовершенствованию.
«Не оставайся в прошлом и не беспокойся о будущем. Просто БУДЬ в настоящем».

Легче сказать, чем сделать.
«Как часто мы застреваем или зацикливаемся на мыслях «что если бы» или «если бы только».
Правда.

«Что если бы» я не был таким ненормальным? «Если бы только» мой мозг не был таким отстойным.
«Негативизм, который возникает из этих способов мышления, может стать причиной тревожности или депрессии, и может соблазнить нас заниматься самолечением с помощью лекарств и алкоголя».

И все более частых сексуальных контактов с девушкой моей мечты, из-за которых я теперь лезу на стену.

«Очень часто эти циклы нарушаются только серьезными изменениями в жизни: болезнями или несчастными случаями, утратами или разрывом отношений».
Бинго про последнее.

«Это те события, которые заставляют нас встряхнуться и усомниться в том, как мы живем. Часто, только тогда, когда все разваливается, мы готовы (и вынуждены) делать радикальные изменения».

Я выпил полбанки и громко отрыгнул. Ебать это. Дома только я один. Кого это волнует?

Мне притянуло обратно к фразе «когда все разваливается». Это заставило мой живот съежиться, потому что в данный момент то, что было у меня с Беллой, являлось непрочным в лучшем случае, а такое больше не было достаточным для меня. Я хотел быть с ней во всех отношениях, но только хотел предложить ей то, что мог отдать. Если я снова причиню ей боль, я не знал, как, черт возьми, жить потом с самим собой.

Радикальные изменения, а?
Ладно.

Я смогу это сделать. Пойдем, буддизм. Ты и я.
Удачи.
...
...
...

Мне не хотелось быть на этой глупой вечеринке, но я здесь, потому что она была здесь. Сегодня вечером все тяготило меня. Шум. Смех. Я хотел отвезти ее к себе, чтобы побыть наедине и рядом. Даже без секса. Только мы. Разговаривающие. Смеющиеся. Все равно о чем. Но только мы. Я эгоистично хотел провести с ней каждую оставшуюся секунду, пока она не сядет завтра на самолет, но, кажется, у нее были другие идеи.

Двадцать четыре часа. Вот все, что у меня было, пока она не уедет на лето, и мне не хватит времени, чтобы изменить ее мнение обо мне. Я пытался повернуть наши отношения в нечто большее, чем просто секс, но она либо не обращала внимания на мои тонкие намеки, либо полностью игнорировала их.

В любом случае, я не чувствовал оптимизма, и, думаю, это была часть проблемы.
Была одна старая поговорка о том, чтобы не показывать страха рядом с животными, потому что они могут почувствовать его. Ну, я уверен, Белла могла ощутить мой страх. Только, думаю, она неверно его истолковала.

В данный момент она танцевала с Роуз. Роуз увидела, что я наблюдаю, и показала мне средний палец. Она все еще было огорчена, застукав меня и Беллу голыми на их полу в гостиной. Не думаю, что когда-либо в моей жизни у меня был такой облом. Если бы я не был так смущен, вцепившись в вышитую подушку, прикрывающую мое барахло, я, вероятно, был бы впечатлен.

Белла увидела меня и поманила к себе. Она сделала это, неуловимо подняв свою бровь, что говорило мне о том, что она достаточно пьяна, чтобы желать сделать плохие вещи со мной, но достаточно трезва, чтобы не сделать это слишком очевидным для других. Я поставил свое пиво и направился к ней. Она притянула меня в объятия вместе с Роуз, и если я еще не знал определения неловкость, то теперь я бы его определил навечно.

Когда она отпустила нас, Роуз отступила и выглядела так, будто чувствовала отвращение.

- Я пойду возьму себе выпить. Увидимся позже, ребята.

Я покачал головой и обнял Беллу. Мы двигались под музыку, потираясь друг об друга так незаметно, как только могли, делая вид, что это случайно.

- Я ей действительно не нравлюсь, да? - проговорил я.

- Она не доверяет тебе.

- А ты?

Мне хотелось, чтобы она посмотрела мне в глаза, но она этого не сделала. Это не наш обычный тип взаимодействия в эти дни, и я мог сказать, что честность заставляла ее испытывать дискомфорт.

- Я верю, что ты подаришь мне оргазм.

- И это все?

- В значительной степени.

Я хотел сказать ей, чтобы она доверяла мне больше, чем в этом, но мне еще не хватало смелости. Я думал, что уже стал лучше, отключив мои глупые реакции и параноидальные фантазии, но это все еще может произойти, особенно когда рядом Райли. Мне хотелось быть более уверенным, прежде чем попытаться убедить ее дать мне шанс снова.

Я вздохнул.

- Не хочешь убраться отсюда? У меня есть немного пива дома. Мы могли бы... знаешь...
Она изрекла «Трахнуться?», снова не глядя на меня.

Я покачал головой. Я собирался сказать «провести ночь вместе». Последнее, что мне хотелось сделать сегодня вечером, это бессмысленно трахаться. Мне хотелось большего, чем это. Заняться любовью? Да.

- Пошли, - сказал я и потащил ее через толпу. Может быть, я просто смогу показать ей, не произнося слова, которые она, скорее всего, бросит мне обратно в лицо.

Я вывел ее через заднюю дверь, а затем во двор. Там никого не было, и я потянул ее в укромный уголок и поцеловал. Я сделал поцелуй сладким. Неспешным и полным стольких эмоций, какие только мог передать без слов. Какое-то время она отдавалась ему. Просто позволяя мне целовать ее и поглаживать ее лицо. Но, в конце концов, она отступила назад, тяжело дыша и более чем немного выбитая из колеи.

- Эдвард…

- Приходи ко мне домой сегодня вечером. Останься со мной.

- Я не могу.

- Почему нет?

Она не смотрела на меня.

- Я должна собраться. И сделать кучу вещей до отъезда.

- Я помогу тебе. Я смогу тебя собрать примерно за четыре минуты. Это не будет аккуратно, но будет сделано. Потом всю оставшуюся часть ночи ты – моя.

Я снова поцеловал ее, но она не дала мне убедить ее. Я пугал ее. Оказывал слишком много давления на ее самовозведенные границы.

Ебать. Как, черт возьми, я сделаю это, не нажимая на нее? Ни одна из моих книг не освещала этого.

Я уставился на нее. Она наклонилась к моей руке, в то время как я поглаживал ее лицо, но не смотрела на меня. Что если она просто избегала того, что, как она знала, я хотел? Или действительно она была слишком закрыта, чтобы чувствовать это?

- Белла?!

Я отступил и вздохнул. Роуз. Белла обошла меня и направилась обратно к дому. Я последовал за ней.

По мере нашего приближения, Роуз покачивала головой.

- Для двух людей, которые пытаются сохранить в секрете тот факт, что они трахаются друг с другом, у вас двоих нулевые навыки ниндзя. Вас отчасти даже жаль.

- Что ты хочешь, Роуз? - проговорил я слишком резко. Белла посмотрела на меня. К черту все. Я разочарован. Роуз переварит это.

- Я ухожу домой со Стивом. Просто хотела, чтобы Белла знала. - Она обняла свою подругу. - Я вернусь утром вовремя, чтобы отвезти тебя в аэропорт, ладно?

Я засунул руки в карманы.

- Я могу отвезти ее. Нет никакой необходимости тебе спешить домой.
Роза сердито посмотрела на меня.

- Отвозить кого-то в аэропорт – забота парня или лучшего друга, а так как ты ни один из них, то заткнись нахрен.

Я ответил ей раздраженным взглядом, серьезно будучи не в настроении для этого дерьма сегодня вечером. Я хорошо знал, что находился в странной неопределенности отношений с Беллой, и это сводило меня с ума. Это как находиться в дверном проеме между двумя комнатами и сходить с ума от хлопка каждый раз, когда дверь закрывалась. Я ненавидел это.

- Увидимся завтра, Роуз, - проговорила Белла и прервала наше глазное состязание. Они обнялись снова, и Роуз ушла.
Я не должен был быть настолько встревоженным, но чувствовал это. Я выдохнул и постарался успокоиться, но смутная паника выстраивалась внутри меня, и я понятия не имел, почему. Я чувствовал, что нахожусь на грани приступа тревоги, и это действительно чертовски ужасное чувство.

- Что с тобой сегодня? - спросила Белла, когда я стал расхаживать, чтобы сбросить некоторую энергию.

- Я не знаю.

Я сел на деревянную скамью и потянул себя за волосы. Я не хотел, чтобы она уезжала. Я не хотел обдумывать жизнь без нее почти три месяца. При мысли об этом мое горло сжалось.
Она подошла и убрала мою руку из волос. Потом погладила меня по лбу, и я прислонился щекой к ее животу и закрыл глаза.

Это.
Я хочу этого.

Любви.
Комфорта.
Ее.
Я хочу ее.

- Ты уезжаешь завтра, - сказал я и обхватил ее руками.

- Да.

- Ты будешь скучать по мне?

- По некоторым твоим частям.

Я посмотрел на нее.

- Белла, я говорю серьезно.

- Я тоже. - Она обхватила мое лицо. - Да, я буду скучать по тебе. - Она поцеловала меня. - Так вот почему ты как ненормальный? Летние каникулы?
Я пожал плечами.

- Я не знаю. Просто, когда я думаю о твоем отъезде, меня ужасно тошнит.
Она улыбнулась.

- Знаешь, это самая сладкая вещь, которую ты сказал мне за довольно долгое время.
Я притянул ее к себе на колени и обнял. Просто вдыхая ее аромат и прижимаясь к ее коже.

- Обещай мне, что не будешь ни с кем в течение лета.
Ладно. Я действительно не планировал говорить об этом, но... да. Это отчасти чертовски важно, я полагаю.

Она поцеловала меня в щеку.

- С кем мне там быть?

- Я не знаю. С кем-то. Я знаю, что не имею никакого права просить, но... ебать, Белла... пожалуйста.

Она пробежала пальцами по моим бровям. Она всегда делала это, когда думала, что я хмурюсь слишком часто. Я любил это. Я любил ее.

- Я обещаю, - прошептала она. - А как насчет тебя?

Я с отчаянием посмотрел ей в глаза.

- Я обещаю.

Как будто я мог даже думать о том, чтобы быть с кем-то еще. Эта идея почти заставила меня рассмеяться.

Мы целовались еще какое-то время, и, в конечном счете, мы захотели большего друг от друга, чем это разрешалось в общественном месте, поэтому она позволила мне отвезти ее домой.

В ту ночь я взял свое. Раздевал ее настолько медленно, что она начала умолять меня двигаться быстрее, но я отказался. Мне хотелось, чтобы каждый дюйм ее кожи был изучен моими пальцами и ртом. Мне хотелось запечатлеть каждый изгиб и вздох удовольствия в своей памяти. Меня не будет рядом с ней несколько месяцев, и я хотел продлить эти мгновения.

Я дал ей кончить дважды, прежде чем, наконец, взял ее, и даже тогда я держался так долго, как это было возможно.

Потом я обнимал ее. Я чувствовал, как ее напряжение опять выстраивается, но мне хотелось, чтобы она позволила мне остаться.

Но этого не произошло.

Это нормально. Я понял. Мне просто нужно опять завоевать ее доверие. Может быть, то, что летом мы будем разделены, прекрасная возможность для этого. Она должна увидеть, что секс – это лишь одна из многих причин, по которым она хотела меня. Если мы уберем его из уравнения, то останемся просто мы, и если я смогу справиться со всем своим дерьмом, то докажу ей, что «мы» – это то, чем мы должны быть еще раз.

Прежде чем уйти, я поцеловал ее со всем, что во мне накопилось. Этот поцелуй она будет чувствовать несколько дней. О котором она будет думать и чувствовать слабость в коленях. Который ей говорил: «Я буду скучать по тебе», и «Я благодарен тебе», и если я сделал это правильно: «Я люблю тебя».

Когда я отступил, она выглядела ошеломленной.
И прекрасной.
И немного обнадеженной.

И в первый раз за долгое время она смотрела на меня и действительно меня видела.
Черт, да.
...
...
...


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/111-16244-1
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: ღАлаяღ (20.11.2015)
Просмотров: 720 | Комментарии: 10


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 10
0
10 Мила_я   (22.11.2015 00:57)
Потрясающий по глубине чувств Ауттейк!
А ведь Эдвард умеет любить. И очень сильно и так, что от этого голова кружится и сердце сжимается, и все чувства рвутся наружу. Но он все еще не готов это сказать вслух. А ведь, вероятно, именно это надо услышать Белле чтобы начать доверять ему.
Может быть время проведенное вдали друг от друга во время каникул, подвигнет Эдварда на решительные шаги и он скажет о том, что уже сам едва сдерживает рядом с Беллой.

0
9 natik359   (22.11.2015 00:54)
Вот вроде бы шаг сделан, но ведь он в будущем опять все испортит! wacko

0
8 Саня-Босаня   (21.11.2015 17:35)
Интересно, почему Эдвард решил, что Белла точно также к нему относится и ее мучают те же самые проблемы, что и его? Вообще, в Эдварде превалируют больше женские черты характера, нежели мужские. Извините, наличие яиц между ног и члена, еще не доказательство мужественности. dry

0
7 malush   (20.11.2015 22:37)
Спасибо за горячее и эмоциональное продолжение! wink

0
6 99   (20.11.2015 19:58)
А если бы они попытались на самом деле полностью расстаться, нашли бы других...
спасибо!!!

-1
5 terica   (20.11.2015 18:10)
Цитата Текст статьи
Но я не мужчина. Я – киска в мужском виде. Испуганный до смерти, что она отвергнет меня и раздавит мое хрупкое эго.
И как это может в нем одновременно сосуществовать - абсолютно неуправляемая любовь и трусость...
Цитата Текст статьи
и стал красить холст в цвет, который может быть описан только как фиолетовая головка члена
Такие метафоры - полный восторг, все время думаю - как можно так талантливо переводить...
Цитата Текст статьи
Неудача не противоположность успеха, это часть успеха. Неудача станет успехом, когда мы извлечем урок из этого.
Умная барменша попалась и книги соответствующие ему так бы пригодились...Надо же так постоянно отталкивать друг друга, совершенно не имея на это сил...
Цитата Текст статьи
И когда я, в конце концов, отпустил себя, я уткнулся головой в ее шею, потому что боялся, что если она увидит, сколько глупой любви на моем лице, она узнает, насколько глубоко я увяз, и использует это против меня.

И опять все повторяется снова и снова, а потом оба рассыпаются на мелкие осколки... Эдвард превратил Бэллу в себя, а теперь "наслаждается" этим ее отношением к себе и ему ведь не нравится... Пытается завоевать ее доверие, а получится ли... Большое спасибо за перевод новой главы.

0
4 робокашка   (20.11.2015 16:51)
не знаю, оправдывают ли эти усилия то, что он обос**л раньше dry

0
3 Natavoropa   (20.11.2015 15:52)
Сколько всего и сколько мучений, все так не просто с этой парой.
Спасибо. smile

0
2 Vodka   (20.11.2015 15:29)
Вау! Ауттейк полон событий, эмоций и горячего секса)))
Спасибо!!!

0
1 Филька5   (20.11.2015 14:37)
Большое спасибо ! sad

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]