Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1694]
Из жизни актеров [1631]
Мини-фанфики [2622]
Кроссовер [691]
Конкурсные работы [20]
Конкурсные работы (НЦ) [3]
Свободное творчество [4824]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2397]
Все люди [15173]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14472]
Альтернатива [9043]
СЛЭШ и НЦ [9080]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4390]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей мая
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав за май

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Хозяин леса
Ещё двенадцатилетней девочкой Белла смогла пробраться по Большому лесу до таинственного замка. Не менее таинственный охранник замка предупредил, что люди смогут в него войти, когда вернётся хозяин.

Задай вопрос специалисту
Авторы! Если по ходу сюжета у вас возникает вопрос, а специалиста, способного дать консультацию, нет среди знакомых, вы всегда можете обратиться в тему, где вам помогут профессионалы!
Профессионалы и специалисты всех профессий, нужна ваша помощь, авторы ждут ответов на вопросы!

Некоторые девочки...
Она счастлива в браке и ожидает появления на свет своего первого ребенка - все желания Беллы исполнились. Почему же она так испугана? История не обречена на повторение.
Сиквел фанфика "Искусство после пяти" от команды переводчиков ТР

Каллены и незнакомка, или цена жизн
Эта история о девушке, которая находится на краю жизни, и о Калленах, которые мечтают о детях. Романтика. Мини. Закончен.

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Согласно Договору
Есть только один человек на земле, которого ненавидит Эдвард Каллен, и это его босс – Белла Свон. Она холодна. Она безжалостна. Она не способна на человеческие эмоции. В один день начальница вызывает Эдварда на важный разговор. Каково будет удивление и ответ Эдварда на предложение Беллы?

Осадок пыли
Когда принципы важнее жизни… и это не просто слова, ты начинаешь задыхаться от каждой молекулы воздуха, что попадает в легкие. Ты ставишь точку и понимаешь, что это тот самый финал, продолжения у которого не будет никогда и ни при каких обстоятельствах. Душа в агонии разрывает тело на тысячи осколков изнутри. Но ты… делаешь то, что нужно. Ради него.

Набор в команды сайта
Сегодня мы предлагаем вашему вниманию две важные новости.
1) Большая часть команд и клубов сайта приглашает вас к себе! В таком обилии предложений вы точно сможете найти именно то, которое придётся по душе именно вам!
2) Мы обращаем ваше внимание, что теперь все команды сайта будут поделены по схожим направленностям деятельности и объединены каждая в свою группу, которая будет иметь ...



А вы знаете?

...что вы можете заказать в нашей Студии Звукозаписи в СТОЛЕ заказов аудио-трейлер для своей истории, или для истории любимого автора?

... что можете заказать комплект в профиль для себя или своего друга в ЭТОЙ теме?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Какие жанры литературы вам ближе?
1. Любовный роман, мелодрама
2. Фантастика, фэнтези, мистика
3. Детектив, военные, экшен
4. Драма, трагедия
5. Юмор, комедия, стеб
6. Сказки, мифы
7. Документальные труды
Всего ответов: 447
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений


КОНКУРС МИНИ-ФИКОВ "КРУТО ТЫ ПОПАЛ!"



Дорогие друзья!
Пришло время размять пальчики и поучаствовать в новом, весенне-летнем конкурсе фанфикшена!

Тема для обсуждения здесь:

ОРГАНИЗАЦИОННАЯ ТЕМА


Главная » Статьи » Фанфикшн » Все люди

Три месяца, две недели и один день. Глава двадцать первая

2020-7-2
14
0
- Что-то не так? Ребёнок не в порядке? - на дворе второе декабря, и я подозреваю нечто неладное уже несколько минут прямо с тех пор, как Белле сделали ультразвук и невнятно перенаправили нас к врачу, и, едва та заходит в кабинет, спрашиваю об этом прямо и не колеблясь. Если она скажет, что необходимы деньги, чтобы что-то исправить, провести лечение или сделать какую-либо операцию, то они совсем не проблема. Хотя всё это несколько некстати ввиду сегодняшней вечерней игры и в особенности скорого завтрашнего отъезда на выездные встречи, важнее ребёнка ничего не может быть, и я просто должен знать, с чем мы имеем дело. Только так удастся сработать на опережение и решить, как действовать дальше.

- Если вы спрашиваете, не появились ли какие отклонения, то нет, он развивается согласно норме, но я вижу несколько повышенный тонус матки.

- Скажите прямо, это может привести к преждевременным родам? - до специалиста мне, конечно, далеко, но при наличии времени и моральных сил некоторое время назад я начал периодически погружаться в нашу тему, много читая в том числе и про риски, а также о характерных внешних признаках той или иной физиологической проблемы, чтобы, вероятно, суметь понять хоть что-нибудь даже без жалоб, и поэтому теперь я в некотором роде осведомлён, о чём спрашивать в первую очередь, а что не так уж и значительно.

- Да, может, мистер Каллен, - кивает она прежде, чем продолжить, - обычно тонус усиливается за счёт чрезмерной физической активности или из-за поднятия чего-то особенно тяжёлого, и также немаловажное значение имеет стресс, и хотя у вас ситуация осложняется... не совсем типичным протеканием беременности, - как же замечательно, чёрт побери, оказывается, можно зашифровать понятие аборта, - я считаю, что, если устранить эти факторы, всё автоматически придёт в норму. Пока ничего критического, что говорило бы о том, что этого не произойдёт, я не наблюдаю. Думаю, постельного режима в течение недели будет вполне достаточно. Организм молодой и справляется отлично, но давайте дадим ему немного отдохнуть. И ещё я пропишу вам успокоительные препараты. И продолжайте принимать витамины. А там посмотрим. Вы только не переживайте, Изабелла. Это не значит, что вам нельзя вставать. С остановками, но вы сможете передвигаться на небольшие расстояния, и лестница два-три раза в день тоже не навредит. И не забывайте про свежий воздух, но только из дома одной лучше не выходить, - врач уже полностью сконцентрировалась на Белле и обращается преимущественно к ней, как будто меня здесь и нет, потому что она отвернула голову и спряталась за своими волосами, и со стороны это выглядит как расстройство и осознание вины, ведь состояние матери напрямую отражается на ребёнке, а она совершенно о нём не думает, и данная ситуация лишнее тому доказательство, но я больше не настолько глуп и слеп, чтобы поверить в то, что ей вдруг сделалось искренне плохо из-за всего только что сказанного и обозначенной угрозы его благополучию и появлению на свет точно в назначенный срок. - Миссис Каллен? Может быть, вы хотите остаться здесь? Чтобы мы вас госпитализировали? Если так вам будет спокойнее?

- Так это всё-таки необходимо? Вы считаете, что она должна остаться?

- Я считаю, что нет ничего страшного, если рядом с ней будут близкие люди. Но если вы не можете обеспечить уход и покой, то...

- Нет, всё в порядке. Это не проблема, - я ни за что не признаюсь, что как раз-таки на этом пути полно подводных камней и порогов, и не все из них напрямую связаны со мной, а точнее лишь наименьшее их количество, и что сидящая тут будущая мать в значительной степени предоставлена самой себе, потому что вообще тщательно избегает некоторых слов в своём лексиконе и признания себя беременной. Здесь как не знали правду об истинном статусе наших отношений, так и не знают, и лучше бы этому не меняться.

- Хорошо. Но вы можете звонить мне в любое время. Мистер Каллен?

- Да?

- Вы побледнели. Хотите воды?

- Нет.

- Такое иногда бывает. Даже если начнутся схватки, на данном сроке ребёнок уже вполне жизнеспособен, и современный уровень развития медицины и техники вполне позволит его выходить. Вам не о чем беспокоиться.

- Да, конечно, - автоматически отвечаю я, на самом деле глубоко внутри уже не находя себе места и ещё больше теряясь по причине того, что, оглянувшись на стул, где только что сидела Изабелла, обнаруживаю исключительно пустое место и, лишь выйдя в коридор, чудом успеваю заметить, как за ней закрывается дверь туалета. А ведь ей нельзя было уходить, ничего не сказав. Теперь... теперь мне необходимо, чтобы эта женщина всегда была перед глазами и под моим присмотром. Только как я планирую всё это осуществить, не отказавшись при этом ехать на гостевые игры? Кто не откажется мне помочь и согласится побыть с Беллой в течение пяти дней, и при этом не в ущерб себе, и, что не менее важно, к кому я сам вообще смогу обратиться? Пока я перебираю первые пришедшие в голову варианты и сразу же отметаю маму и Элис, Изабелла появляется в коридоре к моему немалому облегчению, которое я, впрочем, всё равно не могу открыто показать, что в какой-то степени вынуждает меня держаться за агрессию, хотя я и знаю, что так лишь, вероятно, приумножаю её неблагополучное состояние, а не стираю все предпосылки в порошок и не делаю собственному ребёнку лучше.

- Ты носила что-нибудь тяжёлое? Продукты, например?

- Нет. Их мне привозит Чарли. Спасибо, что спросил.

- Что это значит?

- Это значит, что хватит орать на меня, - идя чуть впереди, Изабелла внезапно останавливается посреди коридора и поворачивается лицом ко мне, - я не делала ничего, чтобы всё это происходило. Я делаю всё правильно. Я не ем ни острое, ни мучное, ни жареное и не запихиваю в себя сладости в необъятных количествах, и самое тяжёлое, что я ношу, это этот ребёнок, но ты мне не поверишь, поэтому давай ты просто скажешь мне, что ты хочешь, чтобы я сделала, и я это сделаю.

- Ты должна переехать.

- К тебе? Какой смысл? Ты всё равно завтра уезжаешь. И даже в остальное время дом это не то место, где ты проводишь большую часть своего времени. Исключения бывают только тогда, когда ты… прячешься ото всех, - она права… она, чёрт побери, так сильно права, что меня это злит. Но злиться на истину весьма непродуктивно. Я действительно засиживаюсь дома только в тех случаях, когда хочу исчезнуть, и чтобы меня никто не трогал. Наверное, это уже и не дом вовсе, а так, лишь убежище. Весьма дорогое и слишком просторное для одного человека, которому не с кем всё это разделить, чтобы воспринимать и относиться к зданию как-то иначе.

- Нет… Речь не обо мне, - как бы сильно какой-то частью своего внутреннего существа я именно этого и не желал, это, однако, худшая из всевозможных идей на свете. Мне не будет трудно готовить что-то по мере своих способностей и при наличии времени, а сложные блюда заказывать из ресторанов и носить еду вместе с напитками и таблетками прямо в кровать беременной бывшей, потому что ей нельзя вставать, но что мы будем делать в остальное время даже с учётом того, что завтра я уезжаю, но вернусь ещё до истечения оговорённой недели? Сидеть в разных комнатах без взаимодействия, общения и совместного времяпрепровождения, как было бы в подобной нашей ситуации у нормальной женатой пары, находящейся в ожидании пополнения и столкнувшейся с трудностями на этом пути, но не собирающейся позволить им отдалить их друг от друга? Так мы лишь сойдём с ума, и больше ничего. - Ты не будешь жить со мной. Но я могу отвезти тебя к родителям. Если надо, сначала заедем за твоими вещами. А по дороге купим лекарства по списку.

- И что я буду там делать?

- То же, что и в любом другом месте, где есть кровать. Находиться в ней. Рене позаботится о тебе. Я всё ей расскажу.

- Позаботится она, как же… - тихо отвечает Белла, но поскольку делает она это, уже отвернувшись и сделав шаг в сторону мягких кресел, я точно не уверен в том, что расслышал всё правильно, и потому вынужденно переспрашиваю:

- Что ты сказала?

- Ничего, Каллен. Это всё равно неважно. Я ведь и сама всё могу…

- Тебе плохо? - она садится и отворачивается, и больше всего на свете мне хочется опуститься рядом с ней хотя бы на подлокотник, отвести волосы в стороны, посмотреть в её глаза и дотронуться до живота, но я боюсь, что в таком случае сделаю что-то такое, что выходит за рамки этих вещей. Например, скажу то, что не хочу или просто не должен затрагивать ни под каким предлогом. Поэтому и остаюсь на расстоянии.

- Нет. Просто о чём… о чём я вообще буду с ней разговаривать?

- Откуда же я знаю?

- Но ты знаешь, что доверительных отношений между нами нет. У нас больше любовь на расстоянии, но без этих слов. Я никогда их от неё не слышала.

- Решение этих вопросов совсем не моя проблема, Изабелла, - чего она вообще от меня хочет? Чтобы я привёл в качестве примера свою семью и то, что при необходимости мы всегда можем собраться за одним столом и поддержать друг друга, и посоветовал ей как-нибудь попробовать то же самое? Но то, что работает и помогает нам, необязательно сработает в её случае. Мы ведь говорим о том, что чувствуем, а не избегаем этого, как чумы, в отличие от, как теперь выясняется, и Рене, а не только моей бывшей жены. У меня… - у меня полно и своих забот, которыми я благодарен исключительно ей, хочется сказать мне, но сделать это просто не поворачивается язык. Она всё равно моя зона ответственности. Особенно сейчас. Я… Наверное, я… не смогу оставить её в такой ситуации. Даже если на родителей. - Мы не станем это обсуждать. Я больше не часть твоей семьи.

- Но как раз по этой причине ты вообще не ощутишь моего присутствия. Нам уж точно нет нужды лезть друг к другу в душу или просто в личное пространство. Мы будем словно два незнакомца, попавшие в непогоду и нашедшие укрытие посреди поля, - если бы всё действительно было так просто, но…

- Я найду того, кто присмотрит за тобой, пока меня нет. Поехали за твоими вещами.

***


- Можете спать в моей комнате. Свежее постельное бельё в шкафу. Кухня в твоём полном распоряжении. Холодильник я вчера заполнил. Если понадобится что-то ещё, деньги на полке в прихожей.

- Я всё ещё не уверена, что это хорошая идея, Эдвард, - я и сам, признаться, не уверен. Теперь, по прошествии времени, спустя одну ночь и при свете дня то, что Изабелла вот уже почти сутки находится в моём доме, в доме, который когда-то был для нас общим, пусть я и приобрёл его задолго до её появления в моей жизни, кажется мне чем-то странным, сюрреалистичным и парадоксальным, но всё станет даже хуже, чем обстоит сейчас, если я пойду и скажу ей, что, переспав с этим, взял и передумал. Это выставит меня в самом негативном свете, какой только может быть, превратит в подонка и козла, хотя я подозреваю, что это вряд ли сделает ей больно, но точно больно будет мне. Потому что я не хочу таким быть, даже когда вроде бы хочу.

- Но ты же уже приехала сюда и здорово меня выручишь, Розали.

- Я напоминаю, что у меня двое детей. Двое маленьких, зачастую непослушных и порой надоедливых сыновей, которые могут обойтись без своей мамы несколько часов, но не дней.

- И я готов к тому, что они тоже здесь и, возможно, всё мне разнесут, - Розали строго наказала Джейми и Дэвиду сидеть на диване, когда объясняла им, что отлучится поговорить с дядей Эдвардом, и ничего вокруг не трогать, и они не производят никакого шума, но, возможно, это поры до времени, а может, тишина вообще ничего не доказывает, и то, что я пока не слышал грохота упавшего телевизора или чего-то подобного, это вовсе не показатель, что мальчики так и остаются словно прикованными к мебели. - Наверное… наверное, это даже будет отличной практикой. Если не захочешь, можешь не убирать погром. Я потом сам. Просто останься и присмотри за Беллой. Врач разрешил ей ненадолго выходить на улицу, но я всё-таки предпочитаю, чтобы она дышала свежим воздухом около окна и выбиралась из кровати, только если в туалет или на кухню.

- Почему ты просто не отвёз её к родителям?

- Я… я не думаю, что она чувствует их любовь. Ну, или, по крайней мере, любовь Рене. В общем-то это… трудно объяснить, - или же я просто не хочу делать этого. Выкладывать всё как на духу и рассказывать Розали, что я жалею женщину, которую не должен любить, но не могу перестать, и что меня почти затошнило, когда она едва поделилась хоть чем-то, чтобы потом это дошло до Эммета, и при встречах они стали смотреть на меня с ещё даже большей жалостью, чем смотрят сейчас. Хотя им, наверное, многое ясно, как белый день, я всё равно не собираюсь быть уж слишком откровенным, чтобы моё имя то и дело всплывало в чьих-то вечерних разговорах.

- Ты только не злись, я рада помочь, пусть мы с ней и не друзья и вообще едва знакомы, но эта женщина… она делает из тебя какого-то мазохиста.

- Все мы немного такие, когда отдаём хотя бы часть себя другому человеку, - я не воспринимал себя так ни разу за всё время своего брака и вообще не считал, что суть каких бы то ни было отношений, неважно, мимолётных или серьёзных, если они счастливые или просто приносящие обоюдную выгоду заинтересованным в их продолжении сторонам, состоит в том, что привязанность или даже любовь неизбежно сопровождаются болью и тем, как один ущемляет или ограничивает другого, но сейчас и за последнее время я уже многое переосмыслил. Если в этом доме и находится мазохист, то я самая явная и очевидная кандидатура. Даже Белле с её вроде как неуверенностью до меня невероятно далеко. Что может быть большим издевательством над самим собой, чем переход от попытки изобразить непримиримость к смягчающему повороту на сто восемьдесят градусов меньше, чем за пять минут? - Разве ты так не считаешь? Мы словно предоставляем ему разрешение, свободу и право сделать с нами всё, что заблагорассудится, и лишь надеемся, что он не воспользуется этим оружием против нас. Мы с тобой в одной лодке, Розали, даже если это проявляется по-разному, а нам не хочется это признавать, и мы закрываем глаза на некоторые вещи.

- Хочешь сказать, что двум мальчикам, которые, ещё можно сказать, пешком под стол ходят, будет лучше расти без их отца?

- Хочу сказать, что мы с тобой так или иначе терпим. Вот и всё.

- Он пообещал, что его последняя интрижка действительно последняя. Морально мне не прекрасно, если внешне именно такое впечатление я и произвожу, но я верю Эммету.

- Если не сдержит слово, и станет слишком, уходи. Не думай о том, куда, - помня о том, как Белла сделала вывод о сдерживающей, как ничто другое на свете, силе денег, говорю я, хотя и понимаю, что в реальности всё гораздо сложнее, чем на словах. Особенно когда у тебя есть дети, которые ещё слишком малы, чтобы им можно было объяснить, что эти самые хрустящие бумажки на дорогах не валяются, а зарабатываются порой изматывающим и тяжёлым трудом. Но всё-таки все мы заслуживаем простого человеческого счастья, иначе в чём смысл? - Просто сделай это. Жизнь коротка, чтобы о чём-то сожалеть.

- Советуешь мне бросить своего лучшего друга? Это как-то не по-дружески.

- Зато честно и открыто. Без обид, хорошо?

- Ну, раз сегодня мы такие откровенные, то я почти уверена, что твоя Изабелла все эти дни преимущественно в постели и проведёт. И так даже будет лучше. Она ведь всё равно не захочет спускаться к нам, Эдвард. Она в жизни не видела моих детей и ненавидит… всё это. Но я справлюсь с ней. Здесь всё будет хорошо. Я только хочу, чтобы однажды ты также подумал и о себе. Что у тебя всё замечательно.

- Ладно… Пойду скажу ей, что уезжаю.

Я поднимаюсь на второй этаж и, целенаправленно пройдя мимо своей спальни и будущей детской, захожу в гостевую комнату, которая совершенно стерильна по части запахов и недавних следов присутствия других людей, ведь, чтобы в ней кто-то останавливался, надо иметь семью и приглашать к себе кого-то, кто потом, возможно, захочет остаться на ночь, но с этой точки зрения до вчерашнего дня в этом доме давно никого не было. А согласно моему сердцу, вдруг застучавшему в груди сильнее прежнего даже через странную тесноту и непонятную скованность внутри, и сейчас тоже не должно быть, будто это неправильно, то, что когда-то мы засыпали и просыпались вместе, а теперь Изабелла находится через две стены от меня из-за ванной между комнатами, но именно это я в том числе и имел в виду, когда говорил, что со мной она жить не будет, и мы, правда, словно посторонние люди. За эти часы мы действительно виделись лишь несколько раз. Когда вчера я принёс ей готовый обед, перед отъездом на матч оставил на ужин опять-таки заказанную еду, а этим утром сварил вроде бы съедобную и нормальную по консистенции кашу, дополнив её творогом, йогуртом и стаканом молока, и, конечно же, таблетками.

Их вовсе немного, но от одного вида всей этой палитры, состоящей из успокоительных препаратов, витаминов и средств от спазмов, меня уже тошнит. Соответствующие коробки на моей кухне словно бы повсюду, хоть я и сложил упаковки исключительно в одно место, а не бросил всё это на виду, но, даже не видя их, я знаю, где они лежат и как визуально выглядят. А ведь при нормальной протекающей беременности ничего из этого нам было бы не нужно, но теперь в моей голове лишь болезнь… Всё, что я делаю и на что смотрю, целиком и полностью ассоциируется исключительно с ней одной. Все эти нервы, денежные траты, проявления пусть и сдержанной, но всё-таки заботы, Розали, её мальчики… И даже на играх я вряд ли смогу отключить рассудок. Так или иначе он будет крутиться вокруг «а что, если?», и с этим ничего не поделать. Принятию мне ещё учиться и учиться…

- Я принёс тебе чай, бутылку воды и орехи с яблоком. А ещё разложил твои таблетки по времени приёма вплоть до своего возвращения, - я ставлю плетёную корзину на тумбочку и тут же, рядом кладу контейнер с лекарствами, - выпей, пока не остыл. Розали уже здесь, так что через несколько минут я уеду. Дай мне, пожалуйста, свой телефон. Я оставлю тебе её номер, чтобы, если что, ты могла ей позвонить и попросить её подняться, - но Белла продолжает лежать без единого движения на левом боку спиной к окну, и если бы я не видел, как поднимается и опускается её грудная клетка, и не слышал звук дыхания, то, наверное, бы решил… Хотя я не знаю точно, что именно бы подумал, но независимо от этого сажусь на кровать рядом с её телом и, помедлив, всё-таки дотрагиваюсь до её тёплой и нежной на ощупь правой руки около локтевого сгиба, - я помню, мы словно чужие друг другу, как соседи по общежитию, хотя я никогда в них не жил и не совсем это себе представляю, но если у тебя что-то болит, то давай ты скажешь мне об этом. И в дальнейшем тоже будешь говорить. Пусть это не будет одноразовой акцией, - и, пожалуйста, не веди себя так, будто ты в этом одна, хотя должна видеть, что я рядом, крутится в моих мыслях, но я принудительно одёргиваю себя. - Тебя что-нибудь беспокоит? - моя ладонь по-прежнему касается кожи, и посреди всего этого, чуть передвинувшись и сместившись ближе ко мне, Белла поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. Уж не знаю, что она ищет после длившегося не более секунды, но всё равно прочувствованного мною прикосновения к моим пальцам, но даже в несколько сбитом с толку состоянии я думаю, что ей, возможно, не составит никакого труда это обнаружить. Соответствующая вероятность очень и очень велика. Гораздо выше возможности того, что она пожелает признаться в боли, неудобствах или просто ощущениях, непохожих ни на что из жизни до беременности, как бы сильно мне не хотелось познать их хотя бы с её слов. - Может быть, спина, поясница, живот или что-то другое, что я не упомянул?

- Даже если и болит, кем я буду, если признаю это, и разве человек вообще может быть с кем-то откровенным, когда знает, что чуть ли не каждое его слово этого кого-то злит?

- Я стараюсь это контролировать… А ты будешь той, кем и рождена быть.

- Значит, всем нам непременно предназначено главным образом беременеть и рожать?

- Отчасти да, раз это заложено природой, но в то же время нет, - я бы никогда не стал её принуждать, и пусть в каком-то смысле всё так и вышло, наверное, это нормально, когда некоторые пары настолько самодостаточны, что принимают сознательное решение не заводить детей. Но только в том случае, если оно совместное, а не принятое в одиночку. - Я… я говорю о другом. Прежде всего ты женщина… нуждающаяся в заботе и заслуживающая её. И ты можешь сказать мне всё, что угодно, если считаешь это нужным. Я хочу этого, Белла. Чтобы ты говорила со мной… даже если это ненадолго. Чтобы я мог знать, как ты.

- Как считаешь, моё сердце может болеть? Мне должно быть стыдно, что здесь человек, которого я фактически едва знаю? Или у меня нет души, вглубь которой я могла бы заглянуть?

- Я не хочу сейчас говорить об этом. У меня мало времени.

- Ну, тогда иди. Не надо опаздывать из-за меня, - я убираю свою руку прочь и встаю, - мой телефон лежит на подоконнике.

- Всё готово, - я кладу аппарат на тумбочку, бросаю на Беллу крайний взгляд, как выразились бы пилоты, у которых слово «последний» не в ходу, и уже почти выхожу за дверь, когда одна короткая фраза цепляет меня за живое и пробирает до самых костей:

- Не забудь тёплые вещи, Эдвард. Погода там обещает быть холодной, - но я не оглядываюсь и ничего не отвечаю, потому что просто не могу. Даже если она означала именно то, что мне хочется думать, и даже если нет тоже. Всё равно не могу. Нельзя. Меня уже ждут в другом месте.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/37-38260-1
Категория: Все люди | Добавил: vsthem (04.12.2019) | Автор: vsthem
Просмотров: 783 | Комментарии: 4


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Всего комментариев: 4
0
4 робокашка   (24.03.2020 12:38) [Материал]
бедная баба wacko если б не Эдвард, ей и не к кому б было пойти?!! cool а как же любящий папик Чарли? спихнул на Эдвард все заботы, ещё и обижается

0
3 marykmv   (05.12.2019 12:33) [Материал]
Теперь кажется завеса преоткрылась. Если Эсме где-то как-то можно понять, то Рене не вряд ли можно понять и ясно откуда ноги растут эмоциональной закрытости Беллы. Но неужели за все время брака Эдвард не заметил эту тревожную тенденцию?

0
2 ulinka   (04.12.2019 22:20) [Материал]
Спасибо за главу))!!

0
1 оля1977   (04.12.2019 19:51) [Материал]
В какой семье росла Белла или точнее с какой матерью, что она такая закрытая, никому не доверяющая, не любящая в первую очередь саму себя? Ее эгоизм, ее поведение , не говорит о себялюбии. Она какой-то дикий затравленный зверек, кидающийся на всех и кусающий единственного человека, которому она нужна. По крайней мере была нужна.