Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1650]
Из жизни актеров [1617]
Мини-фанфики [2495]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [22]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4708]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2368]
Все люди [14939]
Отдельные персонажи [1454]
Наши переводы [14205]
Альтернатива [8958]
СЛЭШ и НЦ [8751]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4327]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей июля
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (01-15 августа)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Мы приглашаем Вас в нашу команду!
Вам нравится не только читать фанфики, но и слушать их?
И может вы хотели бы попробовать себя в этой интересной работе?
Тогда мы приглашаем Вас попробовать вступить в нашу дружную команду!

The Art Teacher
Он открыл для меня искусство и слова, страсть и жизнь... Но мне нужен был лишь он сам.

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Иначе я тебя не вижу...
Как же трудно иногда смириться с тем, что уже произошло. А что, если это в принципе невозможно? Что остается делать, когда судьба не оставляет тебе выбора? Кто-то скажет: Жить дальше. Но если в жизни нет больше смысла, зачем она?

Параллели
Мы проклинали краденые встречи. Друг друга ранили, бросали и жалели. Теперь я верю в то, что время лечит. Всё хорошо. Мы просто параллели.

Последнее слово за мной
На кон она поставила все. Но что она выиграет?

Задай вопрос специалисту
Авторы! Если по ходу сюжета у вас возникает вопрос, а специалиста, способного дать консультацию, нет среди знакомых, вы всегда можете обратиться в тему, где вам помогут профессионалы!
Профессионалы и специалисты всех профессий, нужна ваша помощь, авторы ждут ответов на вопросы!

Осколки
Вселенная «Новолуния». Альтернативное развитие событий бонуса «Стипендия». Эдвард так и не вернулся, но данные Белле при расставании обещания не сдержал…
Мини-история от Shantanel



А вы знаете?

...что новости, фанфики, акции, лотереи, конкурсы, интересные обзоры и статьи из нашей
группы в контакте, галереи и сайта могут появиться на вашей странице в твиттере в
течении нескольких секунд после их опубликования!
Преследуйте нас на Твиттере!

...что, можете прорекламировать свой фанфик за баллы в слайдере на главной странице фанфикшена или баннером на форуме?
Заявки оставляем в этом разделе.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Снился ли вам Эдвард Каллен?
1. Нет
2. Да
Всего ответов: 451
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Фанфики по другим произведениям

Родовая Магия 3D, или Альтаир Блэк: Cедьмой курс. Глава 24. Крылья беды. Продолжение

2018-9-18
47
0
Pov Блейз Забини.

Да уж, нелёгкая у меня выдалась ночка. Нет, никто силком не заставлял меня бодрствовать – как раз наоборот, моё присутствие было нужным только в тот период, пока Люциус готовил своего рода «плацдарм» для будущего поискового ритуала. Признаться, эти чары привели меня в замешательство. До сих пор я всегда полагала, что Родовая Магия – это нечто, вроде усиленных и ускоренных, но всё-таки знакомых всем заклятий, которыми в принципе владеет любой маг, – ну, возможно, не только это, но по большей части, и плюс – возможность до определённой степени колдовать без палочки. Конечно, я была в курсе того, что существуют всякие узы Защиты Рода, и тому подобное, но мне никогда еще не доводилось видеть связанных с ними ритуалов. Если Малфои и проводили их когда-нибудь, то меня они уж точно не приглашали в этом участвовать. Вот в отношении Драко я бы за это не поручилась – но недаром же он наследник Рода, а теперь уже и его Глава. Ну, вообще-то, если честно, я пару раз что-то такое читала, но вот воочию не видела ещё никогда.
Против ожиданий, ритуал оказался до ужаса скучным. Люциус начал с того, что расчистил посреди комнаты некоторое пространство, убрав даже ковёр и оставив лишь гладкий каменный пол. Затем склонился и несколькими быстрыми, точными движениями нарисовал на серых плитах пентаграмму диаметром около пяти футов – и не мелом, а прямо кончиком волшебной палочки. Магические линии слабо засветились желтовато-оранжевым светом, словно были прочерчены жидким огнём. В центр пентаграммы Малфой-старший поместил небольшую книжку стихов, найденную нами в верхнем ящике прикроватной тумбочки Драко. Я нередко видела брата с нею в руках, когда заходила пожелать ему спокойной ночи, так что можно было не сомневаться, что это его любимая книжка. Об этом же говорил и потрёпанный кожаный переплет, и несколько закладок, вложенных между страницами – аккуратно отрезанные кусочки пергамента правильной формы, сверху нарисованный от руки затейливый узор, а внизу что-то вроде личных заметок, написанных знакомым каллиграфическим почерком Малфоя-младшего. Дрей явно оформлял их с заботой и любовью, чтобы отметить наиболее важные для него места в книге. По углам внутреннего пентакля пентаграммы Люциус, порезав ладонь, капнул по три капли своей крови, и ещё одну – в центр, прямо на переплёт книги. Быстро залечив порез, Малфой-старший закончил чертёж, снова безошибочными и точными движениями начертав на каждом луче пентаграммы на первый взгляд не особенно понятное сочетание рун. Нет, конечно, рунами я занималась с третьего курса, хотя, увы, мне всё равно было далеко до Гермионы в том, чтобы разбираться с ними – моим любимым предметом этот всё же никогда не был, – но даже я могла сказать, что Люциус не использовал никаких устойчивых сочетаний. Наверное, вооружившись словарём и запасшись временем, я смогла бы расшифровать их, однако сейчас у меня не было ни возможности, ни желания заниматься этим. Да и нужды, по правде говоря, тоже: Люциус явно знал, что делает.
Закончив с пентаграммой, Малфой отступил на шаг и негромким, монотонным голосом завёл нечто среднее между речитативом и песнопением, одновременно с этим выводя палочкой в воздухе замысловатый узор. Кончик палочки Люциуса светился, прочерчивая в воздухе светящиеся живым огнем линии – чуть более тонкие и замысловатые, чем на полу, но, несомненно, имеющие ту же самую природу. Раздалось тихое шипение – от капель крови Малфоя начал подниматься белесый пар, но его было слишком много для обычного испарения. Свиваясь между собой, подобно вьющимся лозам, струйки пара словно вторили движениям палочки мага, образуя будто бы светящуюся клетку над центром пентаграммы. Центральная капля, упавшая на переплёт книжки Драко, воздействию этих чар не подверглась – но начала светиться удивительно ярким алым светом, виднеясь даже сквозь белый, сгущающийся туман, в который постепенно превращалась «клетка», сплетенная из пара.
Завершив песнопение, Люциус нахмурился и, покачав головой, вздохнул.
- Странно… – пробормотал он. – Очень странно. Заклятие не действует так, как должно было бы действовать, и в то же время… Оно находит отклик. Если бы Драко пытались скрыть, чары поиска теоретически могли бы и вовсе не сработать – но они работают, хотя при этом не совсем так, как хотелось бы. Они ощущают цель – но не могут точно определить, где она.
- Но ведь именно это они и должны сделать, разве нет? – спросила я, невольно сбитая с толку. Нарцисса, за всю дорогу сюда и за всё время проведения ритуала не проронившая ни звука, с надеждой посмотрела на мужа. Она сидела в ногах кровати сына, сжавшись и прикусив губу – то ли боялась разрешить себе надежду, то ли наоборот, боролась с отчаянием.
- Люциус, но ведь он жив? – тихо спросила она. – Если бы он был… Чары бы не сработали, если бы он погиб, ведь так?
- Да, родная, так, – кивнул Малфой и ободряюще улыбнулся. – Чары работают, а значит, Драко всё ещё жив. Возможно – и даже очень вероятно, – на него всё-таки наложены скрывающие чары, но они не рассчитаны на противодействие столь мощной магии, как кровный ритуал поиска. А значит, заклятие рано или поздно сработает, ему просто потребуется немного больше времени, чем обычно.
- А ты сможешь поддерживать заклятие всё это время? – обеспокоенно спросила Нарцисса. Я моргнула – она была права. Заклятие мощное, оно постепенно истощит магические и физические силы своего создателя, если действие продлится достаточно долго. Люциус уверенно кивнул.
- Не волнуйтесь, я почти не трачу сил на то, чтобы поддерживать чары – родовая кровь питает их сама, а кроме того, аура Драко на этой книге довольно сильна. Не говоря уже о комнате, – сказал он, и я не смогла определить, говорит ли он правду или просто пытается успокоить нас обеих. Несмотря на наши близкие отношения, мне порой и Драко-то не удавалось прочитать, что уж говорить о Люциусе: в отношении сокрытия своих эмоций Малфой-старший мог дать своему сыну сто очков вперёд.
- К тому же не стоит забывать и о силе самого замка, – добавил тем временем Люциус, немного подумав и, видимо, прислушавшись к своим внутренним ощущениям. – Думаю, Хогвартс тоже в определённой степени помогает нам. Этот замок и его магия сами по себе поддерживают и усиливают любые чары, если они не направлены на причинение вреда другому – именно поэтому здесь и устроили школу в своё время…
Я поморщилась, но так, чтобы отец этого не заметил. Что у взрослых за манера – вечно излагать с умным видом всем известные факты! Феномен магической природы замка описывался и подчёркивался в «Истории Хогвартса» чуть ли не в каждой главе – неужели он думает, что кто-то способен этого не заметить? Впрочем, тут же укорила я себя, я к нему несправедлива. Люциус нервничал из-за похищения Драко, наверное, даже сильнее, чем я – и его слова были именно признаком глубоких переживаний. Попыткой обрести уверенность хоть в чём-то – пусть даже и в такой мелочи, как общеизвестные историко-магические факты.
Прошептав ещё какое-то заклятие – очевидно, призванное удерживать пентаграмму и не давать чарам потерять силу, – Люциус устало обошёл начерченную фигуру и сел на кровать сына рядом с женой. Нарцисса, до этого молча смотрящая в стену безучастным взглядом и, казалось, даже не слышавшая его ответа, скорее почувствовала близость мужа, чем на самом деле увидела его. Она чуть развернулась и прижалась к нему плечом в поисках поддержки, и Люциус обнял её за плечи. Я невольно ощутила жар на щеках и опустила взгляд, чувствуя потребность немедленно чем-нибудь заняться, лишь бы не мешать им. Конечно, я не сомневалась в том, что Малфоям сейчас далеко не до любовных приключений, и не думала, что действительно мешаю им – тут было другое. Это с трудом поддавалось объяснению, но… Эти двое никогда не показывали своих чувств на людях так явно. Никто из посторонних не мог стать свидетелем подобных эмоций, – очевидной слабости и растерянности Нарциссы, граничащих с отчаянием, или страшной, сжимающей сердце тревоги Люциуса. Но теперь не нужно было ни легилименции, ни эмпатии, чтобы увидеть это – и это выбивало из колеи, смущало и заставляло чувствовать себя лишней. Словно я действительно прерывала интимный момент… Переступив с ноги на ногу, я неловко потерла ладони и кашлянула.
- Я… Я тут подумала, может быть, эээ… – сбивчиво начала я. – Ну… Насчёт ночлега… Папа, тебе ведь нужно оставаться поблизости от пентаграммы, чтобы она работала? – спросила я Люциуса, не очень уверенная в том, как он отреагирует на такое обращение. В прошлый раз он, кажется, был не против, но тогда я была почти в истерике, и не очень отдавал себе отчёт в своих словах – а теперь произнесла это осознанно…
- Да, дочка, ты права, – кивнул Малфой-старший с мягкой улыбкой, от которой у меня потеплело на сердце… и которая была ему в общем-то свойственна только в кругу семьи. – Впрочем, думаю, что Дамблдор и Северус не будут против, если мы проведём ночь здесь, в комнате Драко. Эта кровать, конечно, не очень-то рассчитана на двоих, но, уверен, мы всё же поместимся.
- Если вы голодны, я могу сходить на кухню и сказать эльфам, чтобы вам принесли сюда ужин, – предложила я. Нарцисса, горько усмехнувшись, покачала головой, и я кивнула. У меня самой мысль о еде тоже вызывала тошноту – неудивительно, что даже отец отнёсся к этой идее без энтузиазма.
- Может, хотя бы чаю? – нашлась я. Нарцисса, подумав, кивнула, и я почти выскочила из комнаты, ощущая некоторое облегчение. Прислонившись спиной к двери, я глубоко вздохнула и быстрым шагом направилась к лестнице вниз, в гостиную.
- Блейз, куда это вы собрались? – окликнул меня голос Снейпа, когда я была уже почти у каменной стены, закрывавшей обычно выход из помещений Слизерина. Я даже вздрогнула от неожиданности, и, обернувшись, с удивлением уставилась на декана, сидящего на одном из диванов возле камина. Ну надо же, а я его и не заметила – точнее, боковым зрением я приметила какую-то фигуру, но, погружённая в свои мысли, приняла его за кого-то из студентов.
- Я хотела… простите, профессор, я просто собиралась сходить на кухню и сказать домовикам приготовить немного чаю для… – я махнула рукой в сторону спален, не сомневаясь, что Северус понял, кого я имею в виду.
- Это похвально, конечно, но, всё-таки, вы не забыли обратить внимание на время? – поинтересовался он, приподнимая одну бровь – среди всех, кого я знала, Снейп был единственным, кроме Люциуса, Драко и Альтаира, кто умел так делать. В следующий момент до меня дошёл смысл его вопроса и я поняла, что невольно краснею – я в самом деле совсем забыла о времени. А который час, интересно? Я бросила взгляд на большие часы, стоящие на каминной полке – и едва не присвистнула (дурная привычка, подхваченная от Гарри). Без пяти полночь! Ну надо же, оказывается, уже поздно…
- Я… – я смутилась, опуская голову. – Простите, сэр, я совсем потеряла счёт времени. Но… Может, в качестве исключения, вы могли бы дать мне временное разрешение? – с надеждой спросила я. В конце концов, я сейчас временно близка к тому, чтобы замещать старосту факультета, так что… Снейп покачал головой.
- Боюсь, что нет, – мягко сказал он. – Видите ли, в связи с похищением Драко директор счел необходимым усилить меры безопасности в школе. Отныне все передвижения по коридорам в одиночку запрещены для студентов младше седьмого курса, а после шести часов вечера – вообще для всех, кроме преподавателей. И даже старостам больше не разрешается находиться вне факультетских помещений после отбоя. О всех этих правилах будет объявлено завтра на завтраке, но – вы же понимаете, – соблюдать их надо начинать уже сейчас.
- Да, сэр, конечно… – пробормотала я. Однако, похоже, от Гарри я подцепила не одну дурную привычку – где-то внутри меня полыхнул крохотной вспышкой огонёк истинно Поттеровской дерзости, и я, тихонько хмыкнув, бросила на декана заговорщический взгляд.
- Ну, в таком случае, может быть, вы меня проводите? – спросила я. М-да, Гарри бы Снейп подобную наглость не спустил, но в ответ на мою реплику лишь усмехнулся.
- Общение с Поттером вам на пользу не идёт, мисс Забини, – сказал он, делая рукой приглашающий жест в сторону выхода из гостиной.
- Вынуждена с вами не согласиться, профессор, – ангельски вежливым голоском ответила я. – Если посмотреть на результат, польза мне от этого очень даже есть.
В ответ Снейп попытался смерить меня убийственным взглядом из тех, какие нередко перепадали Гарри, но в глазах у него прыгали смешинки, которые и свели на нет весь эффект. Обменявшись улыбками, яснее ясного показавшими, что всё это – не более, чем попытка немного разрядить напряжённую обстановку, мы вышли через проём и бок о бок направились по коридору к лестнице.
Некоторое время мы шли молча, и стук каблуков моих туфель по каменным плитам пола, как мне казалось, гулко разносился по замку. Северус, по своему обыкновению, ступал бесшумно. Вообще-то я сомневалась в том, что в усилении мер безопасности был какой-то смысл, кроме, разве что, попытки успокоить встревоженных учеников и их родителей. В конце концов, Драко похитили не из школьного коридора, да и напала на него вполне известная хотя бы преподавателям кандидатка в Упивающиеся… Но всё-таки у остальных, кто не до конца посвящён в подробности исчезновения Малфоя, это должно было создать хотя бы иллюзию безопасности. Гриффиндорцы находили подобные иллюзии чем-то низким, сродни обману – я прекрасно знала это, пообщавшись с Гарри, Роном и Гермионой, хотя, по крайней мере, она-то как раз понимала, что иногда это необходимо, а иногда и Поттер проявлял признаки здравого мышления.
Молчание, воцарившееся между нами, способствовало возвращению моих тревог и переживаний, которые я старательно пыталась задавить в себе всё это время. Страх за Драко и чудовищный стыд перед Гарри – стыд даже не за то, что неправильно его поняла, а за то, что накинулась, даже не позволив объясниться… И с какими глазами я теперь буду извиняться перед ним? Да и захочет ли он выслушать мои объяснения? Ну, правда, наверное, в отношении последнего опасения я всё-таки перегибала палку: в кабинете директора по лицу Поттера было видно, что он хочет подойти ко мне – да он бы, наверное, так и сделал, не влезь Альтаир со своим вопросом и не задержись мальчишки в кабинете. Ну, наверное – и не спеши так я…
Однако погрузиться в пучину самобичевания мне не удалось (хотя и не то чтобы я к этому стремилась). Путь до кухни занимал не так уж много времени, так что как следует расстроиться по дороге туда я еще не успела. Договориться с домовиками о том, чтобы они обратили особое внимание на комнату старосты Слизерина, проблем не составило. Бойкая остроухая эльфиха Ленни мигом накрыла поднос к чаю и аппарировала к чете Малфоев, а мы с профессором неторопливо двинулись в обратный путь. Почему-то после оживлённой кухни, где даже сейчас вовсю кипела работа, молчание показалось мне тягостным. Я попыталась было начать разговор, но Снейп, как я подумала сначала, меня и вовсе не услышал, погрузившись в свои мысли. Я вздохнула и поёжилась, поправляя на плечах мантию, которую накинула перед выходом.
- Знаете, Блейз, – тихо, словно бы про себя проговорил Снейп, когда мы миновали гулкий лестничный зал и свернули в коридор. – Вы очень напоминаете мне порой одну девушку, которую я когда-то знал. Почему-то раньше я не замечал этого, а вот теперь мне это кажется очевидным…
- В самом деле? – вежливо удивилась я. – Ну что ж, это не так уж удивительно, ведь Магический Мир тесен…
- О, нет, она не была вашей родственницей, никоим образом, – хмыкнул Северус, и мне послышалась в его голосе… мечтательность? Я помотала головой. Всё, пора в кровать, если мне уже начинает мерещиться подобный вздор!
- Откуда такая уверенность? – спросила я довольно мрачно.
- Она была магглорождённой, – ответил профессор снова негромко хмыкнув. – И к тому же училась на Гриффиндоре.
- Вы полагаете, что я похожа на Лили Эванс? – немного опешила я. Мне как-то доводилось видеть её колдографию в альбоме у Гарри, и мне казалось, что общего у меня с ней не так уж много – ну, возможно, рост и цвет глаз, но не более того. Волосы у матери Гарри были темнее моих, больше напоминая волосы Джинни, да и чертами лица мы друг на друга вовсе не походили.
- Я не сказал, что вы похожи, – возразил Снейп и остановился, потому что мы уже подошли к стене, закрывающей проход в слизеринские помещения. – Я сказал, что вы напоминаете мне её. У вас есть что-то общее – в вашей жизнерадостности и в том, что вы обе не отступаете, предпочитаете бороться за то, что вам дорого, до самого конца. Не только вы, должен признаться, воскрешаете в моей памяти призраки прошлого. Мисс Грейнджер тоже. Она так же храбра, так же чистосердечна, так же готова всегда броситься на помощь… Но, тем не менее, за неё я тревожусь меньше, и в первую очередь благодаря Альтаиру. Несмотря на его… некую связь с Гриффиндором, что бы там ни говорил его дражайший дядюшка – Альтаир в первую очередь слизеринец. И не допустит безумных ошибок Джеймса Поттера. А вот родной сын этого самого Поттера… Увы, не поручусь за него в этом плане. И мне бы очень не хотелось, Блейз, чтобы вы до конца повторили судьбу Лили. А ведь именно это может случиться, если вы продолжите ваши отношения с нашим… Мальчиком-Который-Выжил. Вы ведь понимаете это?
- Я отдаю себе отчёт в том, кто такой Гарри, – осторожно ответила я, стараясь говорить твёрдо и в то же время подбирать слова, чтобы ответ не показался чересчур резким. – И… Спасибо за заботу, сэр – но, боюсь, для меня уже поздно идти на попятный.
- Блейз, вы понимаете, что всё ещё можете разделить участь Драко – если не хуже? – с нажимом произнес Снейп, чуть повысив голос. Я похолодела. Всё-таки, хоть и знакомый с детства, привычный, но Северус – Упивающийся Смертью… Как и Люциус, конечно, но одно дело – отец, а другое – Снейп…
- Вы что-то знаете о нём, сэр? – спросила я. Зельевар тяжело вздохнул и как-то сник.
- Ничего конкретного, увы, – ответил он, качая головой. – Но в лагере Лорда что-то затевается. Всё держится в строжайшем секрете. Все посвящённые ни на шаг не смеют покинуть пределы Ставки. Но в рядах Упивающихся заметны волнения, а значит, он к чему-то готовится.
- И это «что-то» связано с Джинни, – прищурившись, проговорила я. – Как вы думаете, он что, действительно хочет с её помощью решить проблемы со своим телом? И при чём тут тогда Драко?
- Я могу только догадываться, – покачал головой Северус. – Лорд демонстрировал мне несколько зелий, чтобы удостовериться в их правильности… Среди них было зелье Покорности. Вам известно, что это такое, не так ли?
- Да, – кивнула я, припоминая. – Но всё равно, я ничего не понимаю…
- Большинство ритуалов – как в Тёмной Магии, так и в других, – обычно требуют соблюдения особых условий для их проведения, – не очень понятно отозвался профессор. – Например, может требоваться особое место, являющееся сосредоточием определённого вида Магической Силы. Или определённое время, когда какой-то отдельный вид магии обретает наибольшее могущество. В отношении Тёмной Магии, которой так увлекается Лорд, такое время в первую очередь – полночь или закат. А ещё лучше – полночь или закат в полнолуние.
- А до полнолуния осталось два дня… – проговорила я. – И если Драко нужен ему для ритуала, то похищать его раньше было бы опасно – Малфой слишком сильный маг, и к тому же слизеринец, он мог найти за это время способ если не бежать, то хотя бы сорвать всё представление. Ну а если бы его похитили позже – могли бы не успеть подготовить к ритуалу?
- Возможно, – согласился Снейп. – Но вероятно и то, что роль сыграл поход в Хогсмид. Никто, кроме Дамблдора, не может изготовить портключ, который действовал бы на территории Хогвартса. Хотя думаю, что в случае необходимости мисс Гринграсс нашла бы способ выманить Драко к границе антиаппарационного барьера, туда, где она меньше всего защищена – у кромки озера. Как правильно заметил Поттер, Драко сделал бы всё, что угодно, если бы ему пригрозили смертью Джинни Уизли.
- Но вы же не думали, что дело в шантаже? – прищурилась я. Северус покачал головой.
- И всё ещё не думаю, – сказал он. – Картина похищения, на мой взгляд, достаточно ясна. Я уверен, что Тёмный Лорд в любом случае не стал бы использовать шантаж – но им могла воспользоваться Дафна, чтобы заманить Драко в ловушку.
- Вы правы, – согласилась я. – Но это значит, что у нас совсем мало времени. Люциус сказал, что чары поиска работают медленнее, чем он ожидал. Мы можем как-то ускорить процесс?
- Ну, возможно, нам удастся хотя бы сузить круг поисков с его помощью, – вздохнув, ответил зельевар, а потом тряхнул головой, словно опомнившись. – Ну что ж, уже поздно, а у вас был трудный и насыщенный день. Ступайте к себе, Блейз. И… Подумайте над тем, что я сказал вам. Поверьте, судьба Лили – не единственный возможный вариант.
- Я подумаю, сэр, – осторожно кивнула я, протискиваясь мимо него к открывшемуся проему. – Спасибо, что проводили.
- Доброй ночи, – коротко ответил декан, и, резко развернувшись, быстрыми шагами направился прочь по длинному коридору. Я несколько секунд смотрела ему вслед, а потом, тщательно проверив, что проём за мной закрылся, отправилась к себе. Надо бы передать всё услышанное Люциусу и Нарциссе… Но прогулка и беседа со Снейпом заняли больше времени, чем я думала, и, когда я заглянула в спальню Дрея, там было почти темно, и лишь слабо светящаяся пентаграмма слабо обрисовывала силуэты двух спящих людей на кровати. Вспыхнув, я поспешно выскользнула прочь, закрывая за собой дверь. Скажу им всё утром. Им тоже необходим отдых…

Утро не принесло неожиданностей. Выслушав новости, которые я узнала от Северуса, Люциус помрачнел и что-то мрачно прорычал сквозь зубы – я не разобрала, что именно, но, уверена, удовольствия Лорду эти слова не доставили бы… Реакция отца была вполне понятной – чары поиска действовали слишком медленно. Насколько я поняла, они как бы нащупывали связь крови, существующую между Люциусом и Драко, и словно бы натягивали между ними невидимую нить, которая благодаря им становилась «видна» Малфою-старшему – видна не глазами, а в духовном плане. Как бы там ни было, именно она и должна была в конце концов указать ему, где искать сына. Вообще-то, в нормальных обстоятельствах этот процесс должен был занять не более нескольких минут – возможно, около получаса – но теперь растянулся на много часов и даже, если не повезёт, дней. Однако при всём при этом мы, кажется, больше ничего не могли сделать, чтобы как-то ускорить действие чар. Дабы поддерживать их действие, Люциус должен был оставаться поблизости – а значит, практически оказался пленником комнаты сына. Нарцисса тоже наотрез отказалась выходить – она, как и вчера, молча села в ногах кровати Драко и наблюдала за слегка колышущимися линиями белесого тумана, оплетающими теперь всю пентаграмму.
Вздохнув, я покачала головой и отправилась на завтрак. Не было смысла всем толпиться в комнате Дрея, я только мешала отцу сосредоточиться. К тому же мне нужно было повидаться с Гарри и попросить у него прощения за свой вчерашний срыв. Я, правда, почти не сомневалась в его прощении, однако это не умаляло моего стыда.
В большом зале Поттера, как ни странно, не оказалось, хотя завтрак был в самом разгаре. В глубине души у меня зародилось недоброе предчувствие. Маловероятно, конечно, что за ночь стряслось что-то серьёзное, однако последний год научил меня, что в отношении Гарри на это никогда нельзя рассчитывать. Ему хватало и пары минут, чтобы влипнуть в самые невероятные неприятности, – и чуть ли не на ровном месте! Сидя за своим столом, я вяло ковыряла ложкой в тарелке с овсянкой, которую терпеть не могла, и напряженно поглядывала на дверь. По словам Тэсс и Милли, которые на завтрак пришли раньше всех, из седьмого курса Гриффиндора появлялись только Гермиона, Финниган и Парвати Патил, но первые два уже ушли, а Парвати с надутым видом пила чай. Наконец в дверях мелькнула долговязая фигура, увенчанная огненно-рыжей копной волос, и я практически подскочила на месте, устремляясь навстречу. И только пройдя полпути, я сообразила, что Рон на сей раз один – Гарри с ним не было! Я затормозила – но всего на мгновение. Тревога, до сих пор лишь подспудно напоминавшая о себе, расцвела буйным цветом.
- Рон! – почти выкрикнула я, снова устремляясь навстречу рыжему, и, не дав ему опомниться, буквально силой выпихнула его обратно в холл, где сейчас не было ни души. Уизли удивлённо захлопал глазами и как-то кисло улыбнулся.
- О, ээээ, привет, Блейз, – пробормотал он. – Ты… Ты в порядке, что-то случилось? Выглядишь… ээээ… обеспокоенной?
- Я в порядке, – отмахнулась я. – А где Гарри? Почему он не с тобой?
- О, с ним всё в порядке, я надеюсь, – дал не слишком обнадёживающий ответ Рональд и вымученно улыбнулся. – Просто вчера… Ну, как бы это сказать… В общем, после вашего ухода, когда мы вышли из кабинета Дамблдора… эээ… Гарри, он… ммм… Как сказал Блэк, у него произошёл «накат». Ну, насколько я понял, это может быть как-то связано с его тревогой за Малфоя, и с их связью… В общем, некая «модификация» депрессии, да ещё ваша с ним ссора… всё нашло одно на другое…
- Так, Уизли, избавь меня от своих соображений! – не вытерпела я. – Что с ним?
- Ну… Как раз когда это произошло, появился Джаред Поттер, и он сказал, что позаботится о Гарри, – смутившись, пролепетал рыжий. Я, опешив, уставилась на него во всё глаза.
- Что? Джаред Поттер решил о нём позаботиться? Давно ли он стал таким внимательным?
- Ну, я не знаю, но Дамблдор ему, кажется, доверяет, – пожал плечами Рон. – В общем, Гарри, наверное, в его комнатах, и я не знаю, когда он… эээ… ну, оправится?
- М-да, Уизли, с тобой не соскучишься… – пробормотала я. – Не понимаю, как ты вообще допустил, чтобы этот человек увёл Гарри? Что мы вообще о нём знаем – может, он тайный Упивающийся?
- Ну, Дамблдор ведь ему доверяет, верно? – смущенно повторил Уизли. – И потом, что мне было делать? Костьми поперёк дороги ложиться? Там и Альтаир был, он тоже препятствовать, в общем, не стал! И у Гарри, вообще, и своя голова на плечах, я ему не нянька!
- Представляю, насколько хорошо эта голова работала после этой самой «модификации депрессии»! – раздражённо прошипела я. – Да его надо было прямым ходом в больничное крыло отправлять! И ты ещё себя его другом называешь?
- А что мне было делать? – почти зарычал Рон.
- «Костьми ложиться»! – рявкнула я и, медленно взяв себя в руки, снова перешла на шипение. – Предупреждаю, Уизли, если хоть волос с головы Гарри упадёт, я с тебя лично шкуру спущу – и не надейся, что мне духу не хватит!
- Угу, – недоверчиво хмыкнул парень, но скулы его слегка порозовели. Я фыркнула, на мгновение пожалев, что не могу, как дракон, извергать пламя, и уничтожающим взглядом уставилась на рыжего. Тот смущённо переступил с ноги на ногу и как-то виновато покосился на меня.
- Ну, ладно, в общем, ты… это… ты не сердись, – пробормотал он, – просто ты вчера не была при этом, и не видела профессора… Знаешь, мне не показалось, что он хотел причинить вред Гарри. Он вёл себя… вполне мирно. Как будто действительно заботился о нем, потому я и… – он махнул рукой. – Ну, я хочу сказать… Я действительно ему поверил. И потом, Гарри даже в таком состоянии совсем не так беспомощен, как ты думаешь. В общем… Ну…
- Ладно, не перегрейся от напряжения, – вздохнула я. Злость на рыжего недоумка ещё не до конца улетучилась, но теперь я уже уверенно держала её под контролем. – Сделанного не воротишь. Давай надеяться, что с Гарри всё будет в порядке.
- Если с ним что случится, я сам себе никогда не прощу! – горячо воскликнул Рон, и я поморщилась. Гриффиндорская горячность и пафос Уизли иногда действовали мне на нервы – и это при том, что всё это было абсолютно искренним! Нечто подобное порой проявлялось и в Поттере, но не так явно, к тому же у Поттера эти черты уравновешивались гибким умом и способностью всё-таки прислушиваться к голосу разума. Да и, как ни крути, какая-никакая расчётливость, хотя бы в отношении планов и соотношения сил, у него присутствовала.
- Ладно, – согласилась я. – Но учти, если он до обеда не объявится, я… Нет, я даже мараться не буду, – сказала я, окинув его придирчивым взглядом. – Я сделаю проще: натравлю на тебя Гермиону. Или сразу Альтаира.
- Оу… – Рон ощутимо дёрнулся и судорожно сглотнул. Да уж, зная Гермиону, можно не сомневаться: узнав о безответственном поведении своего коллеги-старосты, она ему покажет «небо в алмазах»… Хотя, если Альтаир ей уже рассказал о произошедшем и сумел как-то убедить в том, что Джаред Поттер безопасен…
- Кстати, о Гермионе, – вдруг встрепенулся Рон, кажется, стремясь уйти от опасной темы. – Она сейчас должна быть в больничном крыле, на осмотре у мадам Помфри. Блэк тебе, наверное, говорил – он ухитрился каким-то образом свести проклятие на нет…
Показалось или в его глазах всё же мелькнуло тепло?
- …но всё равно мадам Помфри потребовала какое-то время заходить к ней для профилактического осмотра. И Гарри, скорей всего, сейчас тоже там, если его нет на завтраке… В гостиной-то его не было, так что, если он уже ушёл от, эээ… своего деда, то, скорей всего, заглянул туда…
- Да? – я с сомнением прикусила губу, но всё-таки была вынуждена признать неплохую логичность его рассуждений. – Ладно, ты тогда иди, завтракай, а я пойду прямо туда, я уже поела. Сам подойдёшь попозже. Надеюсь, ты прав в отношении Гарри…

Гермиона сидела за ширмой на постели, обнажённая до пояса, а мадам Помфри, слегка хмурясь, осторожно касалась палочкой её лопаток.
- Просто удивительно, – бормотала она. – Всё по-прежнему безупречно хорошо, ничего от проклятия не осталось, кроме разве что остаточных следов Тёмной магии… Мисс Грейнджер, вы не знаете – мистер Блэк не собирается идти в целители?
- Нет, – улыбнулась гриффиндорка. – Он думает о профессиональном квиддиче.
- Расточительство, – недовольно пробормотала целительница. – С такими талантами – и подставлять голову под бладжеры…
- Он говорил мне, что его никогда не привлекало целительство, – пожала плечами Гермиона и улыбнулась мне. – Привет, Блейз!
- Привет, миссис Блэк, – ухмыльнулась я, усаживаясь рядом на табурет. – Как дела?
- Всё хорошо, – кивнула староста, послушно наклоняясь вперёд, чтобы мадам Помфри легче было проверить поясничную зону. – Вот, уже который день хожу, хотя ничего не наблюдается…
- И будете ходить ещё по крайней мере с неделю, мисс Грейнджер, – недовольно проворчала Помфри. – Я поражена, признаюсь честно, вашим быстрым выздоровлением! Нет, конечно, я очень рада ему, но для предосторожности проверяться какое-то время всё же не помешает…
- Да, конечно, мадам Помфри, как скажете, – слегка утомлённо кивнула девушка и снова повернулась ко мне: – Есть какие-нибудь новости про Драко?
- Ну, не то чтобы новости, – вздохнула я. – Есть надежда, что Люциусу всё-таки удастся его отыскать, – правда, действие ритуала поиска затягивается, и это займёт больше времени, чем хотелось бы. А профессор Снейп считает, что, если Драко похитили для участия в каком-нибудь… эээ… «эксперименте» Тёмного Лорда, то времени у нас – в лучшем случае до полнолуния. А это уже во вторник.
- И каковы шансы?
- Трудно сказать, – честно призналась я. – Хочется надеяться на удачу.
Слово за слово я постепенно пересказала Гермионе свой ночной разговор с профессором Снейпом – ну, не весь, конечно, незачем ей знать о том, что, по его словам, мы обе, каждая по-своему, напоминаем ему Лили Эванс. Точнее – Лили Поттер… Не так уж, во всяком случае, как мне кажется, я и похожа на мать Гарри, а нарываться на сравнения вовсе не входило в мои намерения. Велика вероятность того, что Гермиона расскажет об этом Поттеру, а наводить Гарри на мысли о родителях я точно не хотела. Ещё начнет проводить аналогии, а там – кто знает, что ещё придёт в его глупую гриффиндорскую голову. Прошлой его попытки расстаться со мной, «чтобы меня защитить», мне более чем хватило… В общем, я рассказала подруге о соображениях Северуса относительно похищения Драко и связи этого с предыдущим похищением Джинни. Та, подумав, согласилась, что всё это, увы, более чем вероятно.
Разговор постепенно сам по себе сошёл на нет. Почувствовав, что от долгого сидения в неудобной позе начинает ныть спина, я встала и прошлась по палате, чтобы немного размяться. Кроме Гермионы сейчас здесь находился только один пациент – какой-то парень из Когтеврана, который на вчерашнем матче неудачно свалился с трибуны и, кажется, заработал несколько переломов. Впрочем, он сейчас, очевидно, спал – его кровать в дальнем углу была отгорожена ширмами с наложенными заглушающими чарами, и оттуда не доносилось ни звука. Мадам Помфри закончила осмотр и ушла в свой кабинет, и Гермиона, не торопясь, начала одеваться. Я вздохнула, подумав, что, пожалуй, не мешает и с Альтаиром перекинуться словечком, и, вздохнув, вернулась к кровати гриффиндорки.
- Ладно, Гермиона, я, наверное, тоже пойду, – сказала я. – Собственно, я надеялась, что застану здесь Гарри – мы вчера немного… э-э… повздорили, и я хотела помириться. Но, раз уж его сейчас нет, наверное, мне нет смысла сидеть здесь в надежде, что он появится. В конце концов, его может опять вызвать директор, или… ну, или ещё там что может случиться, так что вряд ли он теперь сюда заглянет. Если увидишь его, передай, что я… э-э… Ну, скажи просто, что я хотела с ним поговорить. Думаю, ему, с его возможностями, найти меня будет проще. А я пойду узнаю пока, есть ли новости о поисках Драко. Хорошо?
- Хорошо, Пушистая, как скажешь, – покладисто кивнула Гермиона, и я с удивлением заметила озорные огоньки в её глазах. – Гарри, передаю тебе, что Блейз хочет с тобой поговорить.
Я обернулась так быстро, что мне пришлось схватиться за стойку ширмы, чтобы не упасть.
Гарри стоял на пороге, замерев и не отрывая глаз от меня. Лишая сил, нахлынуло облегчение – он казался абсолютно здоровым и полным сил, так что, вполне очевидно, Рон был прав – Джаред Поттер не хотел внуку ничего плохого. На меня волной нахлынуло облегчение – а он всё так же стоял, неуверенно улыбаясь мне.
- Блейз… – сорвалось с его губ, легонько, точно вздох.
А я всё ещё стояла неподвижно, держась одной рукой за стойку ширмы и молча глядя на него. На щеках юноши играл румянец, зелёные глаза сияли, а волосы, кажется, были растрёпаны чуть ли не больше обычного – и все это делало его до невозможности притягательным. Таким, что сердце пропускало удары, а дыхание перехватывало. До смерти хотелось просто броситься к нему, поцеловать, прижаться поближе – и послать подальше к Гриндевальду все проблемы, но… подспудно, где-то глубоко на задворках сознания, чёрной тучей заворочалось чувство вины. Стыд за своё вчерашнее поведение, рождающий неуверенность в том, примет ли он мой порыв – или обида окажется слишком сильной, чтобы обойтись без извинений? А может, он вообще сочтёт, что я не доверяю ему, и… додумывать, что именно будет тогда, было слишком больно.
Тишину, как ни странно, нарушила Гермиона. Громко кашлянув, девушка привлекла к себе всеобщее внимание, но тут же вежливой улыбкой дала понять, что кашель был именно средством «окликнуть» нас, а вовсе не проявлением какого бы то ни было болезненного состояния.
- Блейз, Гарри, знаете, мне кажется, вам необходимо поговорить наедине, – менторским тоном сказала она – и несмотря на весь пафос, речь прозвучала довольно прозаично. – Насколько я знаю, мадам Помфри всё ещё не запечатала отдельную палату, и туда можно попасть, если приложить руку к той стене, – девушка кивком указала на стенку, где была дверь в ту самую палату, где приходил в себя перед Рождеством освобождённый Сириус. Я невольно вспыхнула и нерешительно, с вопросом посмотрела на Гарри. Он несколько раз моргнул, словно размышляя, и, поймав мой взгляд, медленно кивнул.
- Да, думаю, ты права, Гермиона, – сказал парень, не оборачиваясь к ней, и сделал приглашающий жест, не отрывая от меня внимательного взгляда. Странно, но я не могла сейчас прочитать по его лицу, что именно он в данный момент чувствует и готов ли меня простить. Собрав волю в кулак, я легко кивнула Гермионе, послав ей довольно-таки ехидно-весёлую улыбку.
- «Гарри, передаю тебе, что Блейз хочет с тобой поговорить», – проговорила я, не в силах согнать с лица ухмылку. – Миссис Блэк, я вижу, вы вполне достойны этой фамилии.
И быстрым шагом проследовала к стене, краем глаза успевая заметить покрасневшую Гермиону – впрочем, покраснела она не столько смущённо, сколько, судя по выражению лица… хм, благодарно-польщённо. Ну да к нашим с Драко шуточкам на эту тему гриффиндорская староста уже наверняка давно привыкла.
А ещё она, как всегда, оказалась права: стоило приложить руку к каменной кладке, как та легонько завибрировала. Камни замерцали, освобождая знакомую дверь одиночной палаты – и через пару минут она с лёгким щелчком открылась.
Внутри почти ничего не изменилось. Узкая кровать – такая же, как в основной палате, – застеленная чистым белым покрывалом. Единственный стул, тумбочка, высокий столик на колёсиках в ногах кровати. Большое окно с невесомыми, белыми занавесками… довольно безыскусная комнатушка, но почему-то всё равно создающая какое-то уютное, безопасное впечатление (если бы ещё не обилие белого цвета, было бы совсем хорошо).
Дверь за нами закрылась с таким же лёгким щелчком, словно отрезая нас от остального мира, – и я осталась с Гарри наедине. Ладони мигом похолодели и, усилием воли загнав неуверенность и внутреннюю дрожь подальше, я обернулась, ловя глазами такой же отчаянно-решительный, и в то же время почему-то слегка виноватый взгляд.
- Прости меня!
- Прости меня!
Мы выпалили эти слова одновременно – не то чтобы хором, но ни на секунду не опередив один другого. Я ошеломлённо заморгала, недоверчиво глядя на своего – да, всё ещё своего парня. Он просит прощения? Мерлин, да ему-то за что извиняться?
- Гарри, что…
- Нет, Блейз, прошу, не надо, – твёрдо сказал он, делая шаг вперёд и вплотную подходя ко мне. – Я знаю, что именно вчера с тобой произошло, и не хочу, чтобы ты думала, что я хоть на секунду обиделся на тебя за тот срыв. Если кто и виноват в этой размолвке – то это я. Виноват тем, что до сих пор не научился по-человечески выражать свои мысли. Я ведь мог сказать всё просто и понятно, – ну, я имею в виду, с самого начала объяснить, что я думаю, что Дафна сыграла на чувствах Драко к Джинни, что она его шантажировала, – а я… – он покачал головой. – Прости. Сам не знаю, откуда во мне это стремление к театральности. Ты имела полное право сердиться на меня.
- Ну, не до такой же степени, чтобы обвинять тебя Салазар знает в чём, – покачав головой, ответила я, нерешительно кладя раскрытые ладони на плечи юноши. Гарри не отстранился, и я с надеждой посмотрела ему в глаза. – Прости. Я не должна была так сильно выходить из себя. И уж точно должна была хотя бы позволить тебе объясниться. Я… Я была расстроена, я была в ужасе из-за исчезновения Дрея, я… Мне очень стыдно за свое поведение, правда. Ты… Ты ведь простишь меня?
- Нууууу… – На лице Гарри появилась лукавая усмешка, но тут же её сменила искренняя счастливая улыбка. – Думаю, я смогу через это пройти, – сказал он. – А ты простишь мне моё дурацкое косноязычие?
- Хм, ну, мы будем над ним работать, – хихикнула я. Гарри в ответ совершенно бесцеремонно притянул меня к себе за талию и крепко обнял. Я удовлетворённо вздохнула и прильнула к нему, наслаждаясь ощущением защищённости в его руках и с удовольствием вдыхая его запах. Руки сами соскользнули ниже, поглаживая его грудь, а потом перемещаясь к талии и дальше – на спину. Парень на мгновение прижался лицом к моим волосам, глубоко вдыхая, потом я ощутила быстрый поцелуй в лоб, почти на линии волос, – и Гарри слегка отодвинулся, давая понять, что ему ещё есть, что сказать. Однако отстраняться мне решительно не хотелось, так что я прижалась к своему парню ещё теснее и, повернув голову, уткнулась носом ему в шею.
- Дрей просил передать тебе привет, – проговорил Поттер, но мне было так хорошо, что до меня даже не сразу дошло, ЧТО он только что сказал. А когда дошло…
- ЧТО?! – завопила я. Сонно-расслабленное состояние мигом слетело с меня, и я резко вскинула голову, уставившись в любимые зелёные глаза, в которых прыгали смешинки – и даже очки не скрывали их. – Но как? Ваша связь восстановилась?
- Нет, – покачал головой Гарри. – Я просто воспользовался волшебным зеркальцем. Ну, помнишь, из тех, которые мы использовали… когда ты была в Бразилии.
- Оно что у него – с собой? – поразилась я. С одной стороны – с какой стати Драко таскать с собой почти ненужную ему вещь? А с другой… волшебное зеркальце ведь можно использовать и как обычное, и с Малфоя станется носить его при себе именно в таком качестве!
- Ну да, – кивнул Поттер.
- И что? Что он сказал? Он знает, где находится?
- В ставке Волдеморта, вместе с Джинни, – вздохнув, ответил он. – Но где она расположена – они не знают. Но это далеко не худшая новость.
- Неужели может быть что-то хуже?
- О, ещё как…
С возрастающим ужасом я выслушала рассказ Гарри о том, что затеял Волдеморт. Мерлин великий, да как он вообще сохранил хоть каких-то сторонников, с такими-то планами? Ни один чистокровный не мог поддержать ТАКОЕ, ведь дети – величайшая ценность Магического Мира! А впрочем, большинство Упивающихся и самих по себе нельзя считать нормальными людьми… А те, что ещё соображают адекватно, повязаны с Лордом слишком крепко, чтобы иметь выбор…
- М-да, удивительно, что зеркальце сработало, несмотря на все охранные чары, – заметила я. – Если уж они блокируют даже вашу внутреннюю связь…
Рассказ Гарри был закончен уже какое-то время назад, и теперь парень просто держал меня в объятиях, утешая и успокаивая, стараясь унять сотрясающую меня нервную дрожь. При одной мысли о том, в какую мерзость красноглазый уродец втягивает моего брата, у меня невольно то сжимались кулаки, то, наоборот, наворачивались на глаза слёзы. Пожалуй, главная надежда теперь оставалась на то, что логическая раскладка Альтаира окажется верной…
- Я и сам не очень на это надеялся, но решил попробовать, попытка – не пытка, – отозвался Поттер, радуясь возможности сменить тему. – Хотя, наверное, сам бы я не додумался, если б дед при мне не упомянул про Зеркало Рода.
- Дед? – переспросила я, тоже испытывая некоторое облегчение от возможности хоть чуть-чуть отвлечься от жутких размышлений. – Давно ты зовёшь Джареда Поттера «дедом»? Вы вообще с ним чем ночью занимались? – я подозрительно сощурилась, и Гарри совершенно неожиданно вдруг вспыхнул до корней волос.
- Ну… вообще-то ничего такого, просто… гхм, как бы это сказать…
- Гарри, ты меня пугаешь, – нахмурилась я, не зная точно, стоит ли мне хотя бы насторожиться.
- Ну, понимаешь… – парень отвел взгляд, лицо его всё ещё пылало. – Дед сказал, что моё вчерашнее плохое самочувствие – это следствие моей связи с другом – не той, что образовалась, а тесной эмоциональной связи вообще, связанной с Родовой Магией. И сказал, что знает надёжное средство прогнать те дурные чувства, которые мной овладели.
- Ну да, Рон что-то такое говорил, – кивнула я. – И что же этот твой… родственник применил вместо зелий?
- Эмм… ну, вообще-то, я не знаю точно, как называется эта штука… – пробормотал Гарри, старательно отводя глаза. – В общем, это что-то… оченьсильноалкогольное.
- Какое-какое? – переспросила я, с трудом сдерживая смех, – и не всё-таки не выдержала, когда в следующую секунду уже и сама уразумела смысл его слов. – Погоди, так он тебя что, напоил, что ли?
- Ну, вроде как… да, – отозвался Гарри севшим голосом, бросая на меня виноватый взгляд из-под упавшей на лоб чёлки. – Я не нарочно! – тут же принялся оправдываться он. – Я вообще не понимал, что пью, пока не стало поздно!
- Вот как? – Весёлость моя мигом улетучилась, в душе заворочалось возмущение. Значит, сам не знал, что именно выпил? И он так спокойно это говорит?! Я прищурилась и, слегка толкнув парня в грудь, подалась вперёд. Гарри от неожиданности отступил, наткнулся на кровать и начал терять равновесие. От меня потребовалось совсем немножко направить его, чтобы он не ударился головой о стену, возле которой эта самая кровать стояла – и Поттер, свалившись на спину, оказался в полном моём распоряжении. Провокационно улыбнувшись, я забралась на кровать рядом с ним и, упершись рукой ему в грудь, помешала юноше подняться, когда он попытался сделать это.
- Блейз, что ты делаешь? – спросил он, всё ещё хриплым голосом, точно у него пересохло в горле.
- Что делаю? – спросила я, всем сердцем ощущая медленно разгорающуюся злость. – Да я тебя просто сейчас придушу – сама, вот этой самой подушкой, ясно?! – для наглядности я подхватила подушку, лежащую в изголовье кровати, и потрясла ею в воздухе. – Как можно быть таким беспечным?! Ты хоть понимаешь, какому риску подвергался?! Пить что-то, что дал тебе человек, которому ты не можешь доверять! А если бы это был яд? Или зелье Подчинения, или какое-нибудь, не приведи Мерлин, приворотное?! Ты об этом подумал?
- Я… нет, не подумал… – выдавил Гарри, не делая больше попыток встать, равно как и освободиться – хотя удерживала я его всего лишь одной рукой, которой надавливала на грудь парня. Просто смешно, да реши он сесть – смахнул бы меня, как пушинку! – Прости, я действительно повёл себя как беспечный идиот…
- Да хватит уже извиняться, Гарри! – рявкнула я, окончательно потеряв терпение. – Пора уже начать думать! Извинения твои ничего бы уже не исправили, если бы… что-то случилось! Я не хочу потерять заодно и тебя – только не тебя!
У меня перехватило горло, и я ошеломлённо поняла, что ещё пара секунд – и по моему лицу польются слёзы. Нет, ну это уже вообще ни в какие ворота не лезет! Слизеринка я или нет? Я НЕ БУДУ реветь из-за запоздалого опасения, как какая-нибудь тупоголовая пуффендуйка! Помотав головой, я несколько раз моргнула и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Твёрдая, сухая ладонь Гарри накрыла мою руку, а вторая скользнула по щеке, мягко погладив её.
- Блейз… – позвал он. Голос гриффиндорца перестал хрипеть – но звучал, казалось бы, на целый тон ниже, чем раньше. Я не успела толком перевести на него взгляд, как вдруг…
Неожиданный рывок, и мне показалось, что мир вокруг меня завертелся – но всего лишь на мгновение. В следующую секунду я обнаружила, что подушка, которую я держала в руках, куда-то улетучилась, а сама я свалилась на кровать – совсем по другую сторону от Гарри и оказалась почти беспомощной, прижатая сверху его телом. Правду говоря, Поттер не отличался ни особенно высоким ростом, ни слишком мощным телосложением. И всё же годы тренировок по квиддичу сделали своё дело, так что парень был куда сильнее меня физически, даже несмотря на мои собственные тренировки. Всё-таки я – девчонка, как ни крути. Однако сказать, что я испугалась, было бы явным преувеличением. Это же Гарри… не могу представить себе, чтобы он сделал мне что-то плохое. Скорее я просто была ошеломлена и немного растеряна от неожиданности.
- Гарри, что ты делаешь? – спросила я, невольно начиная улыбаться. Странное дело, но видеть, чувствовать, ощущать его вот так – нависающего надо мной, с горящими глазами и провокационно-хулиганской улыбкой, – было… просто потрясающе. Поёрзав, я освободила руки – только для того, чтобы уже самой обнять его и прижаться ещё теснее, если это было возможно.
- Я не знаю, – всё тем же пониженным голосом отозвался он. – Поможешь выяснить?
На мгновение все проблемы, тревоги и беды, окружавшие нас – и прежние, и новые, свалившиеся только за последние сутки – вереницей промелькнули у меня в голове… И будто бы растворились в странном, обволакивающем ощущении теплоты, смешанной с необычным, но приятным напряжением, которое зарождалось у меня где-то внизу живота от пристального, жадного взгляда юноши. Я вдруг поняла, что мне трудно дышать, а губы пересохли. Медленно облизнув их, я кивнула. Его взгляд переместился на мои губы, и в нём появилось уже знакомое выражение – почти такое было у Гарри на лице в тот раз, в «Трёх метлах», когда мы ночевали в одной постели, а утром он проснулся с эрекцией. В зелёных глазах засветился безошибочно узнаваемый огонёк желания – и я поняла, что не менее остро реагирую в ответ. В крови кипел дикий коктейль из пережитой тревоги, страха потерять его и ужаса от его рассказа о планах Волдеморта, – и возбуждения, вызванного его близостью, весом его тела, прижимавшего меня к кровати, а ещё – знакомым, будоражащим ароматом его кожи и его пылающим взглядом… Я с силой провела руками по его спине – и вздрогнула от разочарования. Плотная ткань его толстовки почти совсем блокировала ощущения, не позволяя почувствовать в полной мере разницу между прикосновением к живому телу и… покрытому покрывалом дивану!
Видимо, рассказы о том, что в такие моменты влюблённые могут по-настоящему чувствовать и понимать желания и реакции друг друга, всё же содержали крупицу истины. Иначе как объяснить, что Гарри едва заметно, но с некоторым лукавством в глазах усмехнулся и чуть отстранился, словно поощряя меня к действиям. Принимая условия, я дёрнула раздражающий предмет одежды вверх и буквально стащила с него это дурацкую кофту. Правда, на нём ещё осталась тонкая футболка, но от наших совместных усилий она тоже задралась вверх – и я решительно сдернула с Гарри и её тоже. Не заботясь ни о чём, кинула вещи на пол – и нетерпеливо притянула своего парня обратно, прижимаясь всем телом, и снова обвивая его руками. Вот теперь это было совсем другое дело! Прикосновение к его обнажённой, тёплой и гладкой коже оказалось настолько будоражащим, что я невольно задрожала, прижимаясь ближе. Мерлин Великий, да что же такое со мной происходит – мы ведь ещё даже не целовались, да и не ласкались толком! Со мной никогда не было ничего подобного… Ну, правду говоря, до Гарри я ни с кем из своих парней не заходила дальше поцелуев, но всё равно, даже с ним раньше не ощущала такого возбуждения!
Гарри чуть пошевелился, заключая меня в кольцо своих рук, – и я окончательно сдалась, мысленно помахав рукой вслед всем проблемам и возражениям. «Всё равно мы ничего не можем предпринять сами, тем более – прямо сейчас…» – мелькнула последняя мысль-оправдание, а дальше… Дальше, выражаясь штампами из любовных романов – казалось, что связных мыслей у меня вообще не осталось.
Ну, на самом деле это сравнение было, конечно, глупым. Я вовсе не погрузилась в сладкую истому, где нет ни мыслей, ни разума. Я прекрасно осознавала, что мы делаем, и что вообще происходит сейчас и произойдёт вот-вот. Просто все страхи и волнения как-то отступили, и я не испытывала ни малейшего желания не то что сопротивляться – но и даже возражать. Как раз наоборот! Слишком долго мы уже ждали… Я не ощущала себя упрямящейся жертвой, какими обожают рисовать свою героиню авторы всё тех же пресловутых романов, бывших единственным источником моего «опыта». Однако мне претила мысль играть роль невинной напуганной овечки, отдающейся на волю обстоятельств и как бы нехотя уступающей своему настойчивому возлюбленному – даже если потом мне предстояло увидеть небо в алмазах. Мысленно послав глупые книжонки вместе с их авторами и героями ко всем дементорам, боггартам и прочим тварям, я снова чуть выгнулась навстречу Гарри – насколько позволяло его тело, придавившее меня к матрасу. Здесь и сейчас я была равноправным партнёром, принимая и отдавая на равных с ним.
Опёршись локтями по обе стороны от меня, Гарри ещё раз окинул меня жадным взглядом, в котором мешались возбуждение и восхищение – и, наклонив голову, наконец-то накрыл мои губы своими. Поцелуй был нежным и трепетным… примерно секунды три – после чего его язык проник ко мне в рот, а руки помогли мне чуть приподняться, чтобы парень смог просунуть одну из них мне под спину. Охотно ответив на поцелуй, я принялась водить руками по его спине, с восторгом ощущая, как под гладкой и по-юношески бархатистой кожей движутся мускулы. Вторая рука Гарри скользнула по моему плечу, большой палец погладил скулу, провёл дорожку ниже, по шее – а потом тёплая ладонь накрыла грудь. Я задохнулась от невероятно приятных ощущений. Мы и раньше иногда позволяли себе нечто вроде этого – и даже чуть больше – но ещё никогда при этом он не раздевался сам, и мы не находились вдвоём в уединённом помещении с кроватью. И никогда ещё не были возбуждены так сильно – ну, может быть, за исключением достопамятного утра в хогсмидской гостинице.
Не прерывая поцелуя, Гарри продолжал гладить и слегка массировать мою грудь через тонкую ткань форменной блузки, а когда нам обоим этого стало недостаточно, опустил руку ниже, нашаривая окончание ряда пуговиц. Расстегнув самую нижнюю, он слегка отстранился, прерывая поцелуй, и вопросительно взглянул мне в лицо.
- Ты позволишь? – спросил парень, и голос его, хоть и дрожал от возбуждения, больше не был ни непривычно низким, ни хриплым. Я снова кивнула и с любопытством проследила за его рукой. Пальцы Гарри чуть подрагивали, и действовали сейчас немного неловко, поэтому возня с пуговицами заняла немало времени – ну, по крайней мере, мне так казалось в тот момент. Наконец, расправившись с застёжкой, он потянул половинки в стороны – и я приподнялась, помогая ему снять с меня блузку полностью. Внутри я ощущала волну почти панического страха от осознания того, что кажется, сейчас лишусь девственности – и в то же время меня просто переполняла какая-то отчаянная, бесшабашно-гриффиндорская храбрость, бросая вызов и страху, и стыдливости, и неуверенности в себе, и заставляя чётко осознавать – я люблю Гарри, а значит, пойду на всё.
Освободив меня от блузки, а заодно – видимо, за компанию, – и от лифчика, Гарри небрежно кинул их на пол, заодно к своей футболке и толстовке, а потом тут же вернулся на место. Я охнула. От прикосновения его обнаженной груди к моей по телу, казалось, побежали искры удовольствия, а ощущения стали в несколько раз сильнее. Выгнувшись, чтобы прижаться к нему как можно теснее, я снова обняла парня и, не сдержавшись, издала короткий стон – ну, что-то среднее между стоном и вздохом. Казалось, наше общее возбуждение от этого только увеличилось. Потёршись об меня всем телом, чем вызвал новую порцию искорок наслаждения, пробежавшую по моему телу, Гарри опять накрыл мой рот своим, целуя страстно и отчаянно, как будто не собирался останавливаться никогда. Я не осознавала, что впилась пальцами в его плечи так сильно, что у юноши наверняка останутся синяки… Его сухая, чуть шершавая ладонь вернулась к моей груди, и я снова застонала, не прерывая поцелуя. Без разделяющей нас одежды всё чувствовалось в несколько раз сильнее…
Не знаю, сколько времени мы провели вот так – ласкаясь и целуясь, сплетаясь в объятиях и чуть ли не задыхаясь от нарастающего желания. Я утопала в ощущениях – Гарри гладил и легонько массировал, кажется, всё моё тело, покрывал губы, шею и грудь жаркими поцелуями, от которых я начинала стонать уже в голос, не имея ни сил, ни желания сдерживаться. Мне казалось, что всего этого невероятно, феерически много – и в то же время несправедливо, ужасающе мало. Я цеплялась за него, как утопающий за соломинку, гладила широкие плечи и спину юноши – то легонько, то наоборот, впиваясь до синяков и царапин, почти не контролируя себя.
- Блейз? – выдохнул Гарри, в очередной раз приподнявшись и снова вопросительно глядя мне в глаза. Его ладонь, раскрывшись, легла мне на живот, и парень большим пальцем потеребил поясок моей юбки. Я закусила губу и ещё раз кивнула, чуть двинув бёдрами и только отчаянно надеясь, что это не выглядело очень уж бесстыдно. Хотя… чего уж теперь-то об этом волноваться?
Краснея и помогая друг другу неловкими от страсти руками, мы избавились от оставшейся одежды. Наверное, несмотря на всю мою прежнюю браваду, я бы умерла от стыда, если бы оказалась в подобном положении сходу, пребывая, как говорится, в «трезвом уме». Не сомневаюсь, с Гарри всё обстояло точно так же… Но сейчас, опьянённые проснувшимся желанием и чарующей, ещё такой новой для нас близостью, мы полностью доверились друг другу. Ну хорошо, не могу сказать, что совсем не смущалась – да и у Гарри уши и щёки пылали так, что ни них впору было кипятить воду. Но всё сомнения отошли прочь, когда он снова привлёк меня к себе и опять принялся страстно целовать и нежно поглаживать все места, куда только мог дотянуться.
Мне стало немного страшно, когда он приподнялся надо мной, и его колени оказались между моими. Я поняла, что пути назад уже нет, и что время тянуть и откладывать вышло. Снова и снова я повторяла себе, что доверяю Гарри, что в первый раз неизбежно будет больно, и что как бы он ни старался, этого не избежать. Передавшаяся мне, видно, от него, гриффиндорская храбрость никуда не исчезла, и, наверное, именно она дала мне силы не отступить, не оттолкнуть парня, а, наоборот, притянуть его к себе, и, заглянув ему в глаза, шепнуть «я люблю тебя». А для него… для него эти слова были в тот момент всем – и прощением, и разрешением продолжать, и даже поощрением к действию.
Как бы мне хотелось иметь возможность потом сказать, что наша любовь направила нас по правильному пути, заменив и опыт, и умение – но нет, это было не так. Всё-таки это был мой первый раз – да что там, наш общий первый раз, – а значит, мы просто не знали, как и что нужно делать, чтобы помочь партнеру расслабиться и максимально сгладить неприятные ощущения. После первой, почти ошеломляющей вспышки боли, мне так и не удалось унять её до конца – а Гарри был ещё слишком неопытен, чтобы суметь продержаться достаточно долго и дать мне время привыкнуть и расслабиться. Всего несколько сильных, глубоких движений, каждое из которых, казалось, разрывало меня внутри всё глубже, – и юноша вскрикнул, задрожав, затрепетав всем телом, судорожно стискивая меня в объятьях, зарываясь лицом в мои волосы, рассыпавшиеся по белому покрывалу, и излился в меня, на несколько минут, казалось, совсем оторвавшись от реальности.
Именно в эту минуту я сама наконец расслабилась настолько, что боль наконец-то отступила. Нет, я была далека от финала, но судорожные, совершаемые, видимо, по инерции движения Гарри больше не были столь мучительны для меня. Более того, я ощутила прилив почти осязаемой нежности к своему… – ну да, к своему любовнику, – и странное удовлетворение от того, что смогла доставить ему такое наслаждение. Наконец по его телу прокатилась последняя судорога удовольствия, и юноша обмяк, вдавливая меня в матрас. Странное дело, но это вовсе не было тяжело. Наоборот, вес его тела по-прежнему казался мне приятным, и я нежно обняла парня, перебирая пальчиками его спутанные чёрные волосы, взмокшие от пота. Гарри тяжело дышал и некоторое время не шевелился, словно отключившись. Тихонько хмыкнув, я повернула голову и легонько поцеловала его в висок, тоже влажный от пота.
Наконец через какое-то время он завозился, приходя в чувство, и, опёршись о постель, отстранился от меня, приподнимаясь и окидывая меня пристальным взглядом. Его очки мы сняли ещё вместе с толстовкой, но, к счастью, на таком ничтожном расстоянии Гарри видел и без них – по крайней мере, если и не совсем хорошо, то хотя бы достаточно.
- Как ты? – спросил он чуть срывающимся голосом, и во взгляде парня читалось чуть ли не благоговение.
- Всё хорошо, – отозвалась я, стараясь ободряюще улыбнуться.
- Ты уверена? – он слегка нахмурился. – Ты ведь не…
- Нет, – согласилась я. – Но это ничего, правда. Это был мой первый раз, а в первый раз многие девушки не могут расслабиться достаточно для того, чтобы… ну, ты понял.
И кто из нас теперь страдал косноязычием? Почему-то все известные термины и эвфемизмы, обозначающие «пик любовного экстаза» казались мне сейчас глупыми, неприличными или чересчур напыщенными, чтобы употреблять их. Впрочем, к счастью, этого и не требовалось. Гарри же продолжал хмуриться.
- Но это уже второй раз, когда я оказываюсь полным эгоистом, – проговорил он. – Тебе не кажется, что это как-то… несправедливо?
- Ну… Наверное, – легкомысленно пожала плечами я. – Но правда, Гарри, это не страшно. Самое страшное позади, так что, уверена, теперь всё пойдет легче.
- Ну хорошо, если ты так считаешь… – неуверенно пробормотал парень. – Но, может, я мог бы всё-таки что-нибудь сделать, чтобы… эээ… облегчить твоё положение?
- Положение? – в первый момент я даже не поняла, что он имеет в виду, а потом до меня дошло, что это намёк на не получившее разрядки возбуждение. Я не сдержала слегка нервного смешка.
- Гарри, я же говорила тебе, у девушек с этим немного сложнее, чем у парней, – сказала я. – К тому же у меня внутри всё сейчас немного саднит, так что не думаю, что пытаться вызывать там какие-то приятные ощущения имеет смысл.
- Оу… понятно, – слегка смутился он. – Жаль… То есть…
- Всё хорошо, – с новым смешком повторила я, притягивая своего любовника к себе и потребовала, собрав всё своё нахальство: – Чем спорить, лучше поцелуй меня.
К счастью, об этом его дважды просить не пришлось.
- Блейз… – Гарри оторвался от меня и как-то странно замер, словно боясь пошевелиться. – Я… Я не знаю никаких чар контрацепции. Я ничего такого сейчас не применял… Что, если ты забеременеешь?
В глазах парня плескалась настоящая паника, грозя захлестнуть и меня, но я не позволила себе поддаться ей.
- Во-первых, зачать с первого же раза – это очень маловероятно, – сказала я уверенным голосом, стараясь убедить в этом нас обоих. – Ну а во-вторых, есть зелье, которое помогает избежать беременности, если чарами воспользоваться не удалось. Я смогу его приготовить, мне только нужно будет место, где можно пристроить котёл.
- С этим мы что-нибудь придумаем, – отозвался Гарри, заметно успокоенный, и, в подтверждение, снова поцеловал меня. Однако не прошло и минуты, как нас прервал короткий стук в дверь и голос Ветронога:
- Эй, мистер и миссис Поттер!
При этих словах мы дружно залились маковым цветом. Мои щёки полыхали так, как ни на одном солнцепёке в Бразилии. Мне хотелось одновременно и отвести взгляд в сторону, и не отрывать его от Гарри. Ему же, похоже, хотелось того же, но в отношении меня… Мерлин, если бы я не знала, что стены больничной палаты по определению непроницаемы для всех чар подсматривания, я бы всёрьёз задумалась над тем, не подгадал ли Альтаир намеренно момент и реплику!
- Вас директор вызывает! Нас, то есть… Давайте быстрей, пожалуйста!
- Дамблдор… – проворчал Гарри, неохотно выпуская меня и опрокидываясь на спину. – Повезло, что не пять минут назад…
Кровать была довольно узкой, так что я, потеснившись, чтобы дать ему место, упёрлась спиной в холодную каменную стену и невольно взвизгнула, поёжившись.
- Мы сейчас идём, Ветроног! – крикнул Поттер и, потянувшись всем телом, неохотно поднялся.
Собрав раскиданную по комнате одежду, мы кое-как привели себя в порядок при помощи магии – вот только никакие заклинания не уберут лёгкой припухлости зацелованных губ, равно как и особой, сладкой поволоки во взгляде, который устремлён на любимого человека. А ещё меня несколько позабавила сентиментальная реакция Гарри, когда он увидел кровавое пятно на белом покрывале кровати: уменьшив его до размера носового платка, он свернул его и забрал с собой. Новое покрывало пришлось изготовить из одной из медицинских салфеток, лежавших на тумбочке.
- Ты что, собрался предъявлять кому-то «окровавленную простыню»? Вообще-то, насколько я помню, её вывешивали из окна. Что, хочешь украсить таким образом вашу гриффиндорскую башню? – поддела я его. Гарри только хмыкнул и ухмыльнулся в ответ.
- Может быть, – неопределённо сказал он. – А может быть, я её сохраню и буду в старости показывать внукам и рассказывать им семейную историю. Если доживу.
То, с каким спокойствием он добавил последнюю фразу, заставило меня невольно улыбнуться и, честно признаться, внушило некоторое чувство гордости. Может, наш первый раз не был великолепным. Может, я и не достигла пика удовольствия, а Гарри теперь чувствует себя неловко… Но если это помогло ему поверить в то, что для нас ещё возможно вот такое вот будущее – с внуками и семейной историей, – значит, всё было не напрасно. Наш первый раз не был великолепен. Но для нас – он был идеален, и по-другому быть просто не могло.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/200-37915-1
Категория: Фанфики по другим произведениям | Добавил: Элен159 (05.09.2018) | Автор: Silver Shadow
Просмотров: 27


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 0
Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями