Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1699]
Из жизни актеров [1637]
Мини-фанфики [2723]
Кроссовер [701]
Конкурсные работы [8]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4860]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2403]
Все люди [15281]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14631]
Альтернатива [9102]
СЛЭШ и НЦ [9106]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4498]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [2]
Горячие новости
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики

Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав апрель

Обсуждаемое сейчас
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Меж явью и сном
Она любила не тело гениального музыканта, смотрящего на нее с постера, она любила его душу. Душу, сверкавшую бриллиантами в каждой его песне. А все его песни Элис Брендон знала наизусть.

Доступ разрешен
Эра новых технологий. Космос, звездная туманность Ориона. Космический корабль с земли захватывает корабль киборгов.
Недавно получившая звание космического капитана, землянка Френсис Нокс, никогда не ожидала, что ей самой предоставится случай увидеть «тех самых» киборгов, и что один из них окажется таким сексуальным...

Долг и желание / Duty and Desire
Элис, повитуха и травница, больше всего на свете хотела облегчить страдания маленького Питера. Но управляющий поместьем Мейсен имел предубеждение, как против ее незаконнорожденности, так и «колдовской» профессии. Когда врачи Питера признают, что больше ничем не могут помочь мальчику, Джаспер оказывается в ужасном положении и вынужден обратиться за помощью к женщине, чьи способности он презирает.

Ритуал
Москва, 2003 г. Желание студентов истфака МГУ получить зачет «автоматом» приводит к неожиданным трагическим последствиям.

Все о чем мечтал. Бонус. Бразильские рассветы
Жизни не может быть без смерти. Безоблачное счастье всегда ступает рядом с черной полосой. Последствия наших поступков еще долго отзываются в сердце, как рябь на идеальной глади озера. Эдвард и Белла выстояли в битве с Вольтури, но отголосок чьей-то скорби все еще доносится до них печальным эхом событий прошлого.
Небольшое продолжение Рассвета глазами Эдварда.

Двойные стандарты
Эдвард Каллен - красивый подонок. У него есть все: деньги, автомобили и женщины. Белла Свон - его прекрасная помощница, и в течение девяти месяцев он портил ей жизнь. Но однажды ночью все изменится. Добро пожаловать в офис. Пришло время начинать работу.

За минуту до конца времени
Иногда приходится решить, на чью сторону встать. Особенно если дело касается спасения целого мира.
Белла/Эдвард. Мини.
Фантастика, путешествия во времени.

Edward's eclipse
Для истинных фанатов Эдварда. Полное проникновение в глубины сердца, ума и души любимого Эдварда Каллена, попавшего в водоворот событий "Затмения".



А вы знаете?

...что новости, фанфики, акции, лотереи, конкурсы, интересные обзоры и статьи из нашей
группы в контакте, галереи и сайта могут появиться на вашей странице в твиттере в
течении нескольких секунд после их опубликования!
Преследуйте нас на Твиттере!

...что на сайте есть восемь тем оформления на любой вкус?
Достаточно нажать на кнопки смены дизайна в левом верхнем углу сайта и выбрать оформление: стиль сумерек, новолуния, затмения, рассвета, готический и другие.


Рекомендуем прочитать


Наш опрос
На каком дизайне вы сидите?
1. Gotic Style
2. Breaking Dawn-2 Style
3. Summer Style
4. Breaking Dawn Style
5. Twilight Style
6. New Moon Style
7. Eclipse Style
8. Winter Style
Всего ответов: 1920
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » Фанфики по другим произведениям

Портрет победителя. Глава 1. Делли. Тигровые лилии. Часть 1

2021-8-4
47
0
Делия Корриган, известный биолог и генетик, приехала в Двенадцатый дистрикт по работе – ее пригласили на аудит крупной фармакологической фабрики по переработке лекарственных растений. Рабочий день пролетел незаметно, до обратного поезда было еще несколько часов, и можно было позволить себе прогулку по городу. Сколько же лет прошло с тех пор, когда она была здесь в последний раз?

После Победы она много училась – сначала в Одиннадцатом, потом в Пятом; потом работала, защищала ученую степень. Теперь по стране можно было перемещаться свободно, и Делли много путешествовала из одного дистрикта в другой – где-то инспектировала предприятия, где-то читала лекции в учебных заведениях. Но она всегда отказывалась от поездок в Двенадцатый – она слишком хорошо помнила, как ее город превратился в один огромный костер, в котором сгорело все, что было ей дорого: ее родители, ее друзья, ее дом, ее любимый сад… из всей семьи уцелели лишь она да младший брат. Делли с детства побаивалась огня, а после уничтожения Двенадцатого этот страх стал гораздо сильнее ее.

Она не могла. Потребовалось пять, десять, пятнадцать лет, чтобы она решилась вернуться. Хотя бы на один день. Ее муж, с которым они жили душа в душу уже много лет, перед поездкой коснулся ее щеки и ласково сказал:

- Не надо бояться прошлого, ведь без него не было бы будущего.

И она поехала.

Двенадцатый изменился. Она с трудом нашла то место, где когда-то располагался дом ее родителей. На месте сада был разбит городской парк, в котором звенели веселые детские голоса. Она очень любила детей – но не смогла заставить себя войти туда.

Вместо этого ноги сами понесли ее на Луговину. Здесь, под покровом зеленой травы, в которой уже путались первые желтые листья, покоились сгоревшие в том страшном огне жители Двенадцатого. Здесь лежали ее родные... то, что от них осталось. Она молча смотрела на братскую могилу своего дистрикта, и тихие слезы катились по ее щекам. В них не было злости, горечи, обиды или страха. Эти слезы, полные какой-то светлой печали, смывали с души всю ту копоть, которую оставил в ней чудовищный пожар войны. Ее сердце светлело, подобно стеклу, с которого слой за слоем удаляли накопившуюся годами грязь…

И в какую-то минуту она смогла увидеть их, своих родителей. Словно не было войны, словно они снова встретились. Словно они сейчас были рядом. Вот мама ласково обнимает ее, а отец тепло улыбается одними глазами и таким привычным жестом треплет ее по щеке. Только сейчас она поняла, почему у нее так замирало сердце от этой ласки ее мужа – в огне войны она совсем забыла, что так всегда делал ее отец.

В ушах зазвучал его низкий голос:

- Дай-ка я ущипну тебя, моя плюшечка! – так он встречал ее, когда она была совсем малышкой.

А она в ответ шутливо сердилась, топала пухленькой ножкой и отвечала:

- Пит принесет тебе плюшек, вот их и будешь щипать!

Она помнила Пита столько же, сколько помнила себя. Иногда ей казалось, что они были рядом с самого рождения. Они вместе шлепали по лужам и рассматривали в траве затейливых жуков, склонившись друг к другу так, что их светлые, золотистые волосы переплетались, как сияющие солнечные лучики. Они вместе рисовали на асфальте мелом забавных зверушек, и у Пита они всегда выходили живыми, а у нее, Делли – какими-то несуразными и кособокими. Но она никогда не сердилась и не завидовала, а наоборот, гордилась, что ее братишка рисует лучше всех остальных на улице! Да, пока они были совсем малышами, они столько времени проводили вместе, что Делли считала его своим братом и никак не могла смириться с тем, что ночевать он почему-то уходит в другой дом. Когда она чуть подросла, то поняла, что они не родственники, но все равно всем говорила, что он ее брат.

Вообще-то у Делли была на редкость счастливая семья. У нее были не только любящие родители, но даже – большая редкость в Двенадцатом – дедушка и бабушка. Все они жили в одном доме, любили друг друга и души не чаяли в малышке Делли. Любовь родных всегда окружала ее и была твердой и незыблемой, как стена, которая защищала от всех невзгод и неприятностей, от всех ужасов окружающего мира. Что бы ни случалось там, снаружи, дома ее всегда встречали улыбающиеся глаза отца и ласковые руки матери, понимающий взгляд бабушки и добрая улыбка деда. Этот мир – ее семья – наполнял сердце Делли покоем и счастьем, и ей легко было дарить радость всем вокруг. Она всегда улыбалась людям – а как же иначе, если дома все друг друга встречали улыбкой? Она видела в людях только хорошее – еще бы, ее близкие не сплетничали сами и не приветствовали это в других. Она старалась помочь каждому, кто в этом нуждался, потому что в ее семье это было так же естественно, как дышать.

Для полного счастья ей не хватало только одного – она всегда мечтала о брате, просто потому, наверное, что все близкие ей люди были слишком взрослыми, а когда ты растешь и открываешь для себя окружающий мир, так хочется, чтобы кто-то радовался и удивлялся вместе с тобой.

А Делли каждый день радовалась и удивлялась. Тому, как необычно и терпко пахнет земля, еще пропитанная влагой от недавно сошедшего снега. Нежному оттенку первой травы, выбившейся на заднем дворе. Тугим бутонам весенних цветов. Сводящему с ума аромату цветущих яблонь. Клейким листочкам тополя, омытым дождем. Вкусу земляники. Розовой роскоши распустившихся пионов. Золотой тишине осеннего сада. Все что жило, росло, цвело – все это притягивало малышку Делли и радовало и удивляло ее каждый день, каждый час, каждую минуту. Так же, как пугало и отталкивало ее все уродливое, созданное руками человека – Делли с малых лет боялась Шлака, не любила шахты, уголь, почерневшие от пыли улицы и горящие на окраине кучи мусора. Как было бы здорово, если бы рядом был брат, который понял бы и разделил твою радость, и защитил от твоих же страхов! Но брата не было – зато был Пит. Не каждые брат и сестра были так же близки, так же настроены на одну волну и так же понимали друг друга, как они.

Им не нужны были слова – они даже мыслили одинаково.

Мыслили одинаково, но были разными. Пит с ранних лет крутился рядом с отцом у печи. Генри Мелларку никогда не мешало присутствие ни младшего сына, ни его улыбчивой подружки. Он давал детям лепить фигурки из теста и разрешал рисовать остатками глазури на мраморной доске. Пит очень любил рисовать… но гораздо больше он любил огонь. С самого детства огонь просто завораживал его. Казалось, он не боялся ни жара углей, ни раскаленных противней, ни ожогов. А вот Делли огня опасалась. Ни дома, ни тем более у Мелларков она не рисковала подходить к печи слишком близко. У нее никогда не выходило даже нормально замесить сдобное тесто: то оно получалось слишком плотным, то с комками не промешанной муки, то почему-то не поднималось. Она не любила возиться с выпечкой, но зато обожала смотреть, как Генри, а затем с годами и Пит просеивают муку, уверенными движениями сильных рук вымешивают тесто, которое всегда у них оживает, и они ловко разделывают его, ставят в печь формы, а спустя какое-то время уже достают румяный и душистый хлеб с поджаристой золотистой корочкой. Он казался ей живым, а она любила все живое.

Пусть у нее не выходило с хлебом, но зато она любила копаться в земле. Она находила и выкапывала полевые цветы и садила их на заднем дворе. У девочки была легкая рука, и они почти всегда приживались, росли и цвели, вызывая удивление и радость окружающих – в Двенадцатом дистрикте цветы считались абсолютно бесполезной роскошью.

Чиновники и миротворцы, бывшие постоянными клиентами обувного магазина Картрайтов, улыбались, видя, с каким усердием золотоволосая пышечка Делли ухаживает за своими посадками. Добрую приветливую малышку любили и баловали не только родители, но и все знакомые и даже клиенты. Все они дарили девочке цветы. Луковицы, семена, отростки. Кто-то привозил их из поездок в Капитолий или из командировок в другие дистрикты. Другие заказывали охотникам за ограждение, и для малышки в день рождения приносили подарок из леса. Так с годами у девочки появился настоящий сад. Пит всегда помогал ей в любой тяжелой работе – вскопать грядки, натаскать воды или вывезти мусор… ведь девушка не должна таскать тяжести, не так ли, Делли? – но сам он никогда не любил копаться в земле. Прополоть сорняки для него было ужасным наказанием. Почему? Может быть, потому, что руки пекаря всегда должны быть чистыми? Она не знала, да и не задумывалась. Он любил бывать с ней в саду и наблюдать, как Делли хлопочет над своим цветами с первых дней весны и до поздней осени. Пит любовался ими, и в его глазах появлялось особенное выражение, мечтательное и сосредоточенное одновременно.

А потом она видела эти цветы на печенье. На пирогах. На тортах.

Они были разными, но принимали и любили друг друга со своими особенностями и недостатками.

По просьбе родителей Делли Пит честно пытался научить ее печь. Бесполезно – после пары-тройки ожогов страх перед огнем перерос в панический ужас, а мука, вода и дрожжи превращались в ее руках в липкую тяжелую массу, которая никак не хотела оживать. По просьбе Делли Пит пытался помочь ей на грядках. Только вскоре она перестала его просить – он не отличал проклюнувшиеся растения от сорняков и выдирал все подряд, мог нечаянно наступить на редкий цветок и вообще бывал на редкость неуклюжим. Все ягоды выглядели для него одинаковыми, и, скорее всего, он не отличил бы сладкой жимолости от морника.

Они знали все недостатки и странности друг друга, но никогда над ними не смеялись – разве только по-доброму подшучивали.

Не было ничего, чего бы они не знали друг о друге.

Делли рано поняла, что в семье у Пита совсем другие взаимоотношения, нежели в ее собственной. Мать Пита, женщина красивая, властная и своенравная, почему-то испытывала к своему младшему сыну плохо скрываемое раздражение. Может быть, потому, что он был слишком похож на отца в то время, как оба его старших брата были копией матери. Питу часто от нее доставалось. Делли была шокирована тем, что, оказывается, мать может орать на своего ребенка и даже ударить его! В ее семье никогда не происходило ничего подобного. В такие минуты она всегда старалась поддержать Пита и помочь ему во всем найти светлую сторону, а любым поступкам его матери – правдоподобное оправдание.

Пит рано понял, что дети жестоки и вполне могут обозвать милую очаровашку Делли каким-нибудь совершенно ужасным прозвищем.Поэтому он всегда старался повернуть разговор так, чтобы всем было весело, и никому бы в голову не пришло обзываться. С самыми непонятливыми приходилось разбираться другими способами, пока не видела его улыбчивая подружка. Она не любила драк.

Не было ничего, чем они бы не делились друг с другом.

Делли знала все о его друзьях, была в курсе всех его взаимоотношений с девушками, которые довольно рано начали обращать внимание на милого и веселого сына пекаря. Она переживала, когда он готовился к турниру по борьбе, и ругалась, что их с братьями тайное увлечение – все эти игры с ножами – не доведут до добра. Она помогала ему выбрать костюм на танцы и красиво укладывала волосы, когда он шел на свидание. И даже составляла букет из своего сада для очередной его пассии.

Пит знал все о ее любимых книгах и о том, с какими приключениями был добыт очередной цветок в ее коллекции. Он знал, как относятся ее мама и бабушка к учителям и подругам. Как переживает отец, что Делли придется всю жизнь торговать обувью, потому что стать биологом в Двенадцатом дистрикте совершенно невозможно. Он знал, кто из парней приглашал Делли гулять, и всегда провожал ее домой после танцев – Делли была домашней девочкой, и ее семья волновалась, если она ходила по вечерним улицам одна. Он радовался вместе с ней, когда у нее, наконец, появился долгожданный братишка, и они часто вместе гуляли в саду. Пит с удовольствием играл с малышом, и, тайком наблюдая за ними, Делли думала, что когда-нибудь из ее друга получится хороший отец.

Они знали друг о друге все, и у них не было запретных тем.

Было всего одно исключение. Табу. То, о чем они никогда не говорили.

Вернее, о ком.

Эта девочка появилась в их жизни, когда им исполнилось по пять лет. Именно в этом возрасте дети Двенадцатого дистрикта шли в начальную школу. В первый учебный день к дверям школы их привели родители. Пит пришел с отцом, а Делли – с мамой и бабушкой. Потом, в классе, учительница посадила их за разные парты. И даже в разных рядах. Ей было странно видеть Пита так далеко от себя, и она тихонько наблюдала за ним. И видела, что он тоже время от времени проверяет, на месте ли она, все ли с ней в порядке. А потом был урок музыки. И учительница спросила, кто знает «Песню Долины». Худенькая бойкая девочка в красном платье подняла руку, и учительница поставила ее на стульчик перед всем классом, она мотнула головой так, что две темные косички отлетели за спину, улыбнулась и запела…

И Делли впервые почувствовала, что Пита нет рядом с ней. Он смотрел на эту девочку зачарованным взглядом, слушал ее голос, и казалось, что весь окружающий мир прекратил для него существование. Так бывало, только когда он смотрел в огонь. Возвращаясь в тот день после уроков домой, они болтали обо всем на свете, но Пит ни словом не обмолвился о ней. И Делли почему-то ничего не спросила.

С тех пор так было всегда. Делли видела, что такой веселый, общительный Пит робеет и теряется при одном только взгляде на эту молчунью. Он, которому ничего не стоило познакомиться с любой девочкой в школе – не знает, как подойти к ней. Пит, у которого никогда не было никаких секретов от Делли – за все эти годы в разговоре так ни разу и не произнес даже имени Китнисс Эвердин. Как будто такого человека вообще не существовало в природе. Его поведение было настолько непривычным и странным, что Делли сама стала невольно обращать на эту девушку особое внимание.

Китнисс была особенной. Она пела так, что птицы замолкали и слушали ее. Делли, у которой не было ни слуха, ни голоса, слушала ее пение с благоговением. Китнисс бегала быстрее всех девочек в школе, была сильная и ловкая. Для слегка неуклюжей толстушки Делли это был не предел мечтаний – это было вообще запредельно. Трусиха Делли боялась выйти из дома после наступления темноты – а Китнисс охотилась за ограждением, умела стрелять и продавала добычу в Котле, куда и за покупками-то ходили лишь самые смелые и отчаянные. Делли могла долго переживать обидное слово или косой взгляд, Китнисс же совершенно не зависела от мнения подружек и одноклассниц, танцы и прочие увеселения ей были глубоко безразличны, на моду и одежду ей было плевать, даже ее строгая коса всегда была одной и той же. Делли всячески старалась подружиться с Китнисс – но та в упор не видела ее улыбок, не слышала обращенных к ней приветливых фраз. Она была молчалива и задумчива, общалась только с дочкой мэра да еще с красавчиком Гейлом Хоторном, мечтой всех старшеклассниц, с которыми он то и дело целовался за школой. Но Китнисс, похоже, было все равно, с кем он целуется – потому что все свое свободное время он проводил с ней в лесу. Наблюдая за Китнисс, Делли было совершенно ясно, почему Пит с нее глаз не сводит – разве есть еще где-то такие же необычные, смелые, независимые и отважные девушки? Ну, может, где-то и есть, но в Двенадцатом такая одна. Неудивительно, что рядом с Китнисс Эвердин не только Делли, но и все остальные девчонки казались обыкновенными, серыми и заурядными. Примерно так же бывает в саду, когда зацветают тигровые лилии – их крупные огненные цветы настолько притягивают взгляд, что остальные растения вокруг выглядят поблекшими и какими-то полинялыми.

Тигровые лилии были любимыми цветами Пита. А Китнисс Эвердин – его секретом, тайной, которую он хранил даже от Делли.

Этот секрет, это табу стало частью их жизни, но жизнь эта текла своим чередом, и они, Пит и Делли, по-прежнему были вместе, и так же были частью друг друга, пока однажды их мир не рассыпался, словно карточный домик, в который случайно попали мячом.

Жатва.

Этого дня Делли боялась больше, чем огня. Единственный день в году, когда ее семья не могла ее защитить. Ей никогда не приходилось брать тессеры, и, казалось, ее шансы были ничтожно малы, но в этот день такие отговорки не принимались. Имя Примроуз Эвердин, сестренки Китнисс, было записано всего один раз. И, тем не менее, слезы брызнули из глаз, когда Делли услышала, как разукрашенная капитолийка жеманным голосом произнесла в микрофон имя малышки. В Двенадцатом не было человека, который не знал бы Примроуз. Не было человека, который бы ее не любил. Но то, что сделала ее сестра, повергло в шок всех, кто стоял сейчас на площади. У Делли от изумления просохли слезы, и округлились глаза. Выйти добровольцем! Это неслыханно, такого никогда еще не было в Двенадцатом. Да уж, действительно, Китнисс Эвердин – необыкновенная, особенная девушка. Разве обычной девчонке вроде Делли могло прийти в голову такое – пойти добровольцем на Игры даже за горячо любимую сестру? Так никто никогда не поступал. Но Китнисс никогда не волновали чужие поступки, она всегда шла своим путем. Сердце Делли бешено колотилось, когда она смотрела на Китнисс глазами, полными уважения, восхищения и преклонения. Но когда она услышала имя юноши-трибута, сердце замерло, пропуская удар. И, глядя, как он поднимался на сцену, девушке показалось, что оно вообще остановилось, и на его месте в груди осталась лишь холодная пустота.

Пит Мелларк.

Она едва дождалась своей очереди на посещение – после того, как из комнаты вышли родители Пита. Не видя и не слыша ничего вокруг, она заметила лишь, что они сдержанно переругивались, и, всегда мягкий и добродушный, Генри Мелларк жестко отчитывал жену. Неужели и сейчас она сказала сыну какую-то гадость? В такой-то ситуации?


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/203-13978-1#2488513
Категория: Фанфики по другим произведениям | Добавил: vsthem (03.10.2013) | Автор: nusska
Просмотров: 900 | Комментарии: 1


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА






Всего комментариев: 1
0
1 nefelim   (03.10.2013 10:00) [Материал]
спасибо большое!



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]