Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [266]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1623]
Мини-фанфики [2354]
Кроссовер [679]
Конкурсные работы [5]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4574]
Продолжение по Сумеречной саге [1236]
Стихи [2327]
Все люди [14657]
Отдельные персонажи [1474]
Наши переводы [13829]
Альтернатива [8925]
СЛЭШ и НЦ [8393]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [152]
Литературные дуэли [104]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [3952]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей февраля
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 марта

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Сказка для Снежной Королевы
Один мир, одна битва, кто выйдет победителем, когда Тёмные соберут целую армию воинов, которых нельзя убить...

Согрей теплом своей руки
Эдварда Каллена-молодого хирурга, подающего огромные надежды, больше не было, я превратился в собственную жалкую тень, которая неприкаянно бродит по дому, не находя себе места. С каждым днем я опускался все глубже на самое дно, понимая – сам я уже не выберусь, мне нужна была рука помощи, но протянуть ее было некому...

Пока ты спала
Белла просыпается в больнице, не помня ничего о своей жизни. Воспоминания медленно возвращаются к ней, но она чувствует, что не может вспомнить что-то важное. Что-то, без чего она не может жить...

"Сказочная" страна
Сборник мини-истори и драбблов по фандому "Однажды в сказке".
Крюк/Эмма Свон.

АМОРАЛЬ
Он был прочно женат, а у нее были принципы.
Дай хоть последней нежностью выстелить твой уходящий шаг.
ЗАВЕРШЕНО
от автора истории Я Убью Тебя Завтра, Моя Королева.

Дело Эдварда Каллена
На каждую ситуацию и даже преступление можно посмотреть с разных точек зрения.
Просто прохожий, сыщик, убийца, коллега, свидетельница, кто-то ещё?
Да, наверняка, просто он пока не представился.

Дорогами Ада
Эдвард Каллен - избалованный юноша, прожигая жизнь на вечеринках, даже слушать не желал о таких чувствах как верность и любовь.
Белла Свон - девушка его лучшего друга Стива, всей душой верила, что настоящая любовь не вымысел, и она в лице Стива встретила её.
Однажды жизнь вносит коррективы и навсегда изменяет их судьбы. Теперь его сердце сгорает от любви, а ее - стало холодным и расч...

Вечность никогда не наступала до этой минуты
Эдвард теряет все, когда покидает Беллу в стремлении оградить ее от опасности и сохранить в живых. Когда он возвращается и видит, что без него ее дни напоминают лишь подобие жизни, то ставит под сомнение все, во что он когда-либо верил. Будет ли его любовь достаточно сильна, чтобы вернуть все назад?
Предупреждение: AU «Новолуния»



А вы знаете?

...что вы можете заказать в нашей Студии Звукозаписи в СТОЛЕ заказов аудио-трейлер для своей истории, или для истории любимого автора?

вы можете рассказать о себе и своих произведениях немного больше, создав Личную Страничку на сайте? Правила публикации читайте в специальной ТЕМЕ.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Что вы чаще всего делаете на TR?
1. Читаю фанфики
2. Читаю новости
3. Другое
4. Выкладываю свои произведения
5. Зависаю в чате
6. Болтаю во флуде
7. Играю в игры
Всего ответов: 7764
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

Онлайн всего: 323
Гостей: 212
Пользователей: 111
Olgaolga9066, Персик4439, L@dy_Vamp, alen2013, kislovanadia2016, mumuka, BinaTw, Luba0164, LoveJaneVolturi, Кристи♥, Марина1965, Katrina_Adel, Nadya1280, xxx75z, ✨Darina✨, Дашустик, Дженифер, EmmaRECullen, Anisha3804, Zador44, KattErina, Olga833537, Вирджиния, милашка7753, Влада2701, marina13456767, efffi, AlinaMalugina, Мариана, Podobedova, Mi-ka, Диана5509, Lizaveta@, КатюшенькаРобсен, крис23, staci, Валейчик, Valeri5035, Сабина96, natik359, GhostOfSwan, marina-medvedeva-97, Пупс9214, Apelsinka6415, miroslava013, Leto1991, gerbera1844, Twilighter_anetta, ♥ღАврораღ♥, Mashalos, [Полный список]
QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Фанфики по другим произведениям

Игра. Главы 48-50

2017-3-30
47
0
Глава 48. Изменения

Пять недель спустя.

Италия, Флоренция, Фьезоле.


Кхуши

… Я устало откинулась на спинку такого удобного и привычного кресла-качалки, обведя взглядом начинающую грустить листву. День был пасмурным, но я чувствовала всецелое удовлетворение. Я сделала это! Учла незначительные правки, скорее, пожелания Тери, по переводам двух последних описаний образов на английский, и завтра с утра каталог пойдет в печать. Через неделю состоится представление новой коллекции Тери, и мой контракт закончится. Тери внесла правки в контракт, согласно которым у оформителя каталога появились обязанности представлять коллекцию наряду с главным дизайнером и ее ведущими моделями на церемонии представления. Я была очень удивлена и долго не соглашалась, но Тери умела убеждать… Единственное, я согласилась при условии, что везде буду фигурировать в качестве Кхуши Кумари Гупта. Я строила свое имя…

Работа съела эти недели, поглотила меня целиком. Я работала иногда целыми сутками, прерываясь на сон лишь часов на пять. Она стала моим спасением, забвением, удовлетворением, всем. Впрочем, Тери воевала со мной, напирая на то, что вдохновению нужен источник, а моя работа не заключалась всего лишь в переводе ранее созданных описаний, коллекция была большой, и в Лондоне я успела оформить лишь малую ее часть. В конце концов, я сдалась, и в мою жизнь вошла-таки Италия.

В сопровождении веселой парочки - Росины и Дрэго - я на один день выбиралась в Венецию, Рим, Милан. По одному дню на такие великие города – это было катастрофически мало. Все равно как судить об огромной наполненной смыслом книге по паре-тройке изученных, сопровождавших ее, гравюр. Никакие знания, никакая история архитектурных и культурных памятников не могли осесть в голове за такой краткий промежуток времени. Поэтому я следовала зову сердца – впитывала красоту как губка, вбирала ее чувствами, впускала в душу, оставляя на потом осмысление, осознание, понимание. Мои шумные сопровождающие как на буксире водили меня по самым необычным и частенько скрытым от толпы туристов местам, рассказывая на смеси итальянского и английского забавные истории, которые я умудрялась понимать.
Росина – высокая красивая итальянка, моя ровесница – была ведущей моделью Тери, а Дрэго – на голову ниже ее бесшабашный мальтиец - нескромно именовал себя творцом красоты. Впрочем, в чем-то он был прав. Он был личным тренером Росины по дефиле и развитию пластики. Они любили друг друга, были парой, жили в одной комнате на вилле Тери, но не были женаты. Для моего воспитания это было дикостью, но… Но такой короткий срок в другой среде, не в родной благовоспитанной и традиционной, бесконечно любимой, но немного зашоренной, с точки зрения Европы, индийской, на многое открыл мне глаза. В частности, на то, что каждый волен сам выбирать себе жизненные принципы, установки, границы добра и зла. Я оставалась собой, но гармонично смотрела на других людей и их менталитет. Не желала и не могла одевать других людей в свои ценности, свою культуру. Все это воспринималось бы излишне тесной одеждой. Зачем? Даже один человек многогранен, а уж нации… И я, каким-то глубинным знанием, приняла однажды сказанную мужем Тери фразу в один из редких дней, когда он присутствовал дома – моя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого человека. Поэтому я не ставила себе цели одобрять или не одобрять, и даже не пыталась понимать живущих своей жизнью людей, просто принимала другой мир таким, каким он был.

Мысли об этом заполняли редкие минуты отдыха, когда я отрывала усталые глаза от монитора или каталога и рассматривала вечно разное, меняющееся небо, облака, пролетающих птиц, или же, опуская глаза ниже – пышную зелень деревьев и ароматных трав. Моим любимым уединенным местом стал участок сада, с крошечной беседкой на одного – маленький столик и удобное кресло. Вокруг расположились затейливые клумбы с красиво подобранными сочетаниями пряных трав. Ближайшая ко мне каскадная группа вазонов была наполнена лавандой разных оттенков сине-голубого. Долетавший до меня аромат действовал умиротворяюще, возможно, поэтому я так полюбила это место...

- Счастье! – два детский голоска вразнобой кричали мое английское имя и я, непроизвольно улыбнувшись, обернулась к озорницам, бегущим ко мне с привычным стаканом молочного коктейля и ягодным пудингом.

Моника и Симона. Чудесные девчушки, последние пару недель взявшие надо мной шефство. Тери пропадала в Милане, сутками работая в авральном режиме, подгоняя дизайнеров, вносивших завершающие штрихи в коллекцию, и не могла контролировать прием мной пищи. Да, Кхуши Кумари Гупта позабыла о своем завидном аппетите… Я ела только тогда, когда мне напоминали, просто растворившись в работе. И, как ни старались домашние Тери накормить меня, я часто пропускала обед или ужин, совсем не чувствуя голода. Это отразилось на моей внешности – я похудела, пропала детская округлость щек. На лице ярко выделялись скулы. Удивительно, но исчезла и моя способность вспыхивать ярким румянцем по любому поводу. Даже когда я смущалась, мои щеки оставались бледными, словно кто-то ластиком раз и навсегда стер красную краску с моего лица. Впрочем, не совсем– я загорела, проводя много времени в саду, так что моя бледность не бросалась в глаза.

…два урагана налетели на меня, предварительно сгрузив на столик принесенные вкусности. Привычные уже обнимашки с дочками Тери стали нашим ритуалом с тех пор, как девочки приняли меня. Первую неделю они относились ко мне на удивление насторожено, внимательно изучая меня издалека, когда я работала, не торопясь подходить. Потом начались девчачьи «проверки». Они были безобидными и вызывали у меня улыбку. Колючки от какого-то засохшего растения в кровать были самым их «страшным» преступлением. Правда, парочка тех колючек весьма больно впилась мне между лопаток, и я не смогла их самостоятельно достать, пришлось звать Марию. Последняя, недолго думая, и, справедливо подозревая Мони и Мону – как прозвали их члены семьи, – рассказала об этом Тери. Но я не стала сдавать девчонок их матери, уже догадываясь, чем были вызваны эти шалости. Джонатан Гурс. Малышки были дружно влюблены в белокурого и голубоглазого двадцатичетырёхлетнего красавца, приходившего обучать их английскому языку. Тери предложила и мне присутствовать на занятиях для того, чтобы тренировать произношение. Я согласилась. Занятия проходили весело, Джонатан обучал девчонок в форме игры, и, мало-помалу, включил и меня в это сумасбродство. Я обычно выдерживала не более получаса активной беседы, после чего сбегала обратно в работу. Так вот, Джонатан решил, что он влюблен в меня, с первого же дня недвусмысленно проявляя свои чувства – сначала в попытках поцеловать руку при приветствии, потом, когда понял, что я не позволяю к себе прикасаться мужчинам, - ежеутренней роскошной чайной розе, вручаемой, едва я входила в комнату для занятий. Я принимала, улыбалась, и ставила розу в вазе там же, в комнате, откуда ее потом утаскивали девчонки, как они потом признались, засушивая эти цветы. Я улыбнулась воспоминаниям. Однако, когда непонятливый парень все-таки попытался позвать меня на свидание, я показала мангалсутру и объяснила ему значение этого ожерелья. С тех пор он не предпринимал попыток сблизиться, но я явно чувствовала проявляемое в мелочах мужское внимание. Но меня это не волновало, только радовало, что он ничем, ни в одной мелочи, взгляде, жесте не напоминал мне Арнава…

… Арнав…Я скучала. Хотя как одним словом можно описать всю гамму эмоций от отсутствия рядом любимого человека? Я не скучала – я не жила – я существовала. Сон… тот сон. Передо мной не стоял вопрос – было или не было. Слишком реалистично, слишком правдиво. Я верила в то, что сказал мне Арнав, я приняла это и во сне, и в реальности – когда проснулась. Почему же я не вернулась? Причин было несколько, и одной из них было данное Тери слово, наш контракт. Я собиралась его выполнить, хотя, казалось бы, чего проще – взять у мужа деньги и вернуть их Тери, извинившись за срыв договоренностей, на тот момент - устных. Но я не могла так поступить, не могла и не хотела. Вся эта ситуация с Зарой – Эльзой помогла мне открыть глаза на мой волшебный мираж, в который я погрузилась с головой, живя в Лондоне с Арнавом – как с мужем. – Хватит мечтать, Кхуши. – так сказала я себе, проснувшись ночью после этого сна-разговора. Долго думала, глядя в звездное небо, впервые рассматривая наш брак со стороны. Все это время я растворялась в любимом человеке, вплетая свою жизнь в его, теряя себя. И это, возможно, было правильно с точки зрения моих традиций и воспитания. Но не с точки зрения сложившейся ситуации. Брак на шесть месяцев и ненависть Арнава так и остались константой – необъяснимой и неизменной. Я хотела любви – равной, я хотела отношений – честных. Вместо этого я блуждала во тьме, погружаясь в Арнава и принимая то, что он давал мне. А это было неправильно. Я вспоминала, как убивалась после свадьбы, думая о том, что через шесть месяцев моя жизнь закончится. Но сейчас, побывав в Лондоне, приехав в Италию, я ясно осознала, что я не умру после развода, я смогу найти свое место в жизни даже после расставания с Арнавом. Мир огромен, а мужчина – не центр мироздания. А любовь и счастье… А у всех ли есть в жизни любовь и счастье?.. И пусть такие мысли были крамольными для меня самой, но иногда жизнь ставит в такие условия, что приходится менять свои принципы, а, возможно, и свое мировоззрение.

… Арнав. Я тосковала, каждую минуту… но понимала, что иначе, сейчас – нельзя. Он должен принять решение, а я должна учиться жить без него. Сложно думать о совместном будущем, мечтать о нем, если не знаешь, насколько сильна причина, но знаешь упрямство и несгибаемость Арнава. Один раз определив свое отношение к чему-либо, он практически никогда не допускал даже мысли о том, чтобы пересмотреть его. А это значило с наибольшей вероятностью – разводу быть.

Ну что же. Я понимала, насколько сильно полюбила Арнава, насколько глубоко он вошел в мое сердце. Понимала внезапными слезами, капавшими на очередную фотографию цветка. Понимала, обнаружив, что написала его имя посреди очередной оды наряду. Понимала, застыв посреди комнаты, вцепившись пальцами в подвески подаренного браслета. Лежа в кровати, закусив зубами край подушки, сдерживая новый виток боли, отвергая воспоминания, которые просачивались из глубин памяти, обречённо понимала…

Больно будет всегда, да. Сердце кричало, сердце надеялось, не отчаивалось, устраивая мне личный ад в незапоминающихся, опустошающих снах, оставляя горькое послевкусие утром. Но, проснувшись, приняв душ, я в очередной раз брала себя в руки, заставляя себя жить, не существовать.

… Арнав. Скоро мы встретимся. Я знала об этом, он – нет. То, что мешало Тери заключить контракт с «АР-дизайн», оказалось недоразумением, если можно так назвать попытку очернить моего мужа. Деловой партнер, отозвавшийся негативно об Арнаве, оказался другом отца Зары, который искренне считал, что мой муж разорвал все договоренности с его фирмой без каких-либо причин. Мисс Капур не поставила отца в известность о затеянном ею промышленном шпионаже и о своем «кроте» в «АР-дизайн». Долгие переговоры Тери и Амана, которые первое время проходили через меня, представленные Аманом списки фирм, расторгнувших отношения с их фирмой после этого эпизода, убедили Тери в том, что ее партнер был введен в заблуждение. И вчера она дала предварительное согласие на заключение контракта с фирмой Арнава. Правда, я сразу уточнила, что не это являлось моей целью. Для меня было важным восстановить имя моего мужа в глазах моей подруги, мы достаточно пострадали от семьи Капур… Но Тери успокоила меня, сказав, что условия договора, предложенные «АР-дизайн», очень выгодные, и она давно бы согласилась на этот контракт, если бы не ложная информация о ненадежности этой корпорации.

Аман чуть не прыгал от радости, судя по его возгласам в телефонной трубке. Пообещал сообщить Арнаву и уверил, что тот обязательно решит посетить церемонию представления новой коллекции Тери Свон. Аман и Паяль – единственные, с кем я поддерживала связь за все это время. Впрочем, с Паяль я общалась пару раз, поверхностно, переживая за возможность выдать свое местонахождение. Лишний раз мне врать не хотелось, поэтому я заваливала ее вопросами о то, что происходит в Шантиване, а когда она спрашивала меня о Лондоне и Арнаве, я отделывалась общими фразами и торопливо прощалась. От Амана я узнала, что Арнав искал меня. Искал серьезно, через детективов, но, поскольку все это проходило через Амана, а он держал свое слово, данное мне, то никакой точной информации о моем местонахождении Арнав не получил.

Я тряхнула головой, отбрасывая назад распушившиеся пряди волос. Последние три недели, как стало известно о моем участии на церемонии Тери, подруга «отдала» меня на растерзание Дрэго, оказавшемуся мастером на все руки. Росина и Дрэго тоже гостили у Тери. Вообще, насколько я поняла, у нее частенько приезжали «погостить» на месяц-два-три самые разные люди, с которыми сводила ее судьба, и которые становились ее искренними и преданными друзьями. Так вот Дрэго, помимо того, что обучал дефиле Росину и других ведущих моделей Тери, был еще и великолепным стилистом. Он попробовал обучать меня модельной походке вместе с Росиной, но я была настолько не обучена, что он грустно покачал головой и устроил мне индивидуальный «курс выживания». Начал он с осанки, заставляя меня по полчаса стоять возле стены, прижавшись к ней всем телом – пятками, бедрами, спиной, лопатками, головой. На мои робкие возражения, что у меня нет времени, Дрэго отреагировал действием. Пообщавшись с Тери, и, выяснив, что я не лукавлю, он через день установил в тренажерном зале – огромной комнате с зеркалами, подиумом и тренажерами - большой экран. Подсоединил к нему ноутбук и вывел изображение каталога, всех фотографий и моих описаний. Голосовое управление оказалось на редкость функциональным и простым в усвоении. Поэтому тренировки на первом этапе – а проще, обучение осанке, - оказались совмещены с моей работой. Меня удивляла его фанатичная преданность своей работе. Ради лишь одного моего прохода по подиуму вместе с Тери он вознамерился сделать из меня модель, и мое мнение по этому поводу не учитывалось. Однако я не особо и возражала. Вся эта загруженность помогала мне. Помогала не думать, не мечтать, не тосковать… хотя бы днем.

Одним стоянием у стены, к которому я быстро привыкла, дело не ограничилось. Вскоре Дрэго подключил «цаплю» - заставлял поочередно стоять на одной ноге, не забыв при этом поставить меня на каблуки. Это было сложнее, но равновесие я держала неплохо, и заслужила одобрительную похвалу. Но это было только начало. Потом он гонял меня по подиуму, заставляя застывать в самых различных позах, учил фиксировать свое тело в каждой точке шага. Не скажу, что я занималась с огромным желанием, но глупо было отказываться от нового, чему Богиня давала шанс научиться, и я старалась, с полной отдачей выполняя его указания. К концу второй недели я, наконец, поймала ритм походки, и впервые прошла без единого нарекания весь подиум, продемонстрировав мастеру все стойки, пируэты и элегантные развороты. Тело словно зафиксировало все на подсознательном уровне, и мне не приходилось вспоминать или думать, как и куда правильно поставить ногу или руку. Каблук стал абсолютно привычен и удобен, не воспринимаясь инородной деталью на ноге, почти также привычен, как и джутти. Последнюю неделю мы просто доводили походку до автоматизма. Нет, я не стала моделью, но владеть своим телом научилась намного лучше, чем раньше.

Кроме этого, Дрэго обучил меня основам макияжа – дневного и вечернего, ввиду нехватки времени он просто подобрал мне мою палитру оттенков и научил пользоваться минимальным арсеналом декоративной косметики, заставив усвоить одно правило – минимум лучше максимума. Я слушала и слушалась – твердо решив впитывать все новое, решив обдумать нужность того или иного знания позже. Однако, когда он в задумчивости приподнял мою привычно распущенную массу волос, вслух рассуждая о моей прическе, я в панике хотела сбежать от вошедшего во вкус маэстро. Росина, смеясь, усадила меня на стул обратно и объяснила, что Дрэго всего лишь продумывает варианты ежедневных укладок для таких длинных волос.

… Я вскинула руку к крохотным витиеватым косичкам, идущих от висков к затылку. Основная масса волос по-прежнему была распущена, но боковые прядки я всегда выплетала, пряча отросшую челку, в разнообразные косички, сводя их в подобие венца. Я видела практическую пользу в этом – теперь волосы не падали на лицо, когда я склонялась над фотографиями в каталоге, или ноутбуком. Тери с Росиной в один голос хвалили изящество и нежность прически. Дрэго одобрительно кивал, когда я меняла направление и вид косичек, а Джонатан преподносил крохотные цветочки, чтобы я вплетала в прическу, которые я привычно отдавала Моне и Мони.

… В первые дни после моего приезда, когда все уже попривыкли ко мне, и первая суматоха, связанная с очередным приездом нового гостя улеглась, Тери сняла с меня мерки, ничего не объясняя, а спустя пару дней мне привезли несколько комплектов одежды – повседневной в основном. Предвидя мои возражения, Тери сказала, что удержит их стоимость с оплаты моего контракта, но озвучила смешную сумму. Я все же попробовала возмутиться – я уже понимала качество вещей и тканей, из которых они были изготовлены, а эти явно были работой самой Тери – но подруга остановила меня, пояснив, что эти вещи были сняты с производства и относятся к прошлой коллекции. Якобы они загромождали склад и все равно подлежали продаже по смешной цене в аутлетах. Порывшись в интернете, чтобы выяснить, что означает впервые слышимый термин, я убедилась в ее правоте, и в конце концов просто поблагодарила от всей души, приняв одежду. Единственное, к чему пришлось привыкать всерьез – это длина юбок. Нет, Тери не подобрала мне мини, но длина на ладонь ниже колена в повседневности для меня была непривычна. Однако, когда на это не обращают внимания, то привыкаешь быстро. Привыкла и я. Теплые - земляничные, шоколадные и охровые оттенки, густой синий, пастельный мятный. Ни одной вещи черного или белого цвета. После любимых мной раньше ярких розовых, малиновых, лимонных цветов, они казались блеклыми, несмотря на свою насыщенность. Однако удивительным образом эти цвета выводили вперед мою внешность, красоту и индивидуальность – как удовлетворенно заметила Тери, внимательно осмотрев меня в каждом из них. Парочка платьев ей пришлись не по вкусу, и она заменила их на десяток новых, по тем же распродажным ценам. В чем-то я была согласна с Тери, все эти цвета, эта одежда направляла акцент на меня. Глядя на себя в зеркало, я в первую очередь теперь обращала внимание на свое лицо, глаза, фигуру, и только потом – одежду.

… Так, не изменяя себе, внешне я изменялась в мелочах, возможно, видимых со стороны, но для меня остававшимися незаметными. Некому было заметить и изменения, происходившие внутри меня, так как все, кто знал меня до – веселой легкомысленной девчонкой, - находились далеко от меня.

… Я встала, с удовольствием потянулась, вдыхая свежий после ночного ливня воздух. Собрала законченную работу, ноутбук и пошла «сдаваться» Тери.

Англия, Лондон.

Арнав

Громкая трель будильника вырвала меня из сна. Я с недоумением поднял голову с жесткого валика дивана. – Никак не привыкну… - пробормотал сам себе, имея в виду свое спальное место. Распахнул шкаф и прихватил полотенце и свежий костюм, рубашку, белье. Душ наладили давно, и горячая вода, мощными струями массировавшая тело, быстро выгнала сонливость, заодно размяв мышцы. Закончив утренний туалет, я вышел в свой кабинет. 7 утра. Как раз к этому времени обычно курьер привозил завтрак и горячий кофе. Стук в дверь подтвердил неизменность утренней процедуры последней недели. Впустил мальчишку-посыльного, расплатился, традиционно отдав щедрые чаевые. Глоток кофе. Подошел к окну. Серо и сыро. Как же я устал от Лондона… без Кхуши он потерял все свое очарование, оставшись лишь фоном для работы. Видимое вдали колесо обозрения в очередной раз всколыхнуло упорно подавляемую память, но столь же упорно подсовывавшую Её в каждой мелочи. Застыл, прикрыв глаза, вспоминая. Доверчивая ладонь, скользнувшая в мою руку… разметавшиеся во сне волосы… горячее тело, податливо отзывающееся на ласки… сводящие с ума глаза, отражающие… Веришь, Арнав?.. Выругался, пролив кофе дрогнувшей рукой. Зло смахнул коричневые капли с брючины. Одним глотком допил остывший кофе. Позавтракал. Убрал плед и подушку в шкаф.
- Холостяцкая жизнь определенно приелась. – попытался пошутить. Шутка не пошла. Снова всплыли воспоминания. Витающий в доме запах родной еды, кружащаяся с зажатой в руке солнечной хризантемой девушка, обволакивающий уют и правильность замкнутого на двоих мира… Кхуши…

Растер ладонями лицо, снова подошел к окну. Настроение никак не желало подниматься с минусовой отметки, несмотря на практически полностью налаженную работу филиала, что за такой короткий срок было настоящим прорывом. Фирму завалили предложениями, именно поэтому последнюю неделю я оставался ночевать на работе, торопясь максимально дать задел на будущее Вишалу, отобрав наиболее перспективные для сотрудничества фирмы. Я оставлял Вишала на должности руководителя филиала, оценив его способность к обучению и готовность проводить на работе круглые сутки. Чем дальше, тем больше он раскрывался как твердый профессионал, и я в очередной раз мысленно поблагодарил Амана, сумевшего рассмотреть его потенциал за внешней маской исполнительного, но недалекого сотрудника.

… через два дня я планировал возвращаться в Дели. Надо послать Кхуши сообщение. Сколько раз я набирал номер ее телефона… столько же раз и сбрасывал. Сон, тот сон. Я долго размышлял над ним, тщетно пытаясь проанализировать произошедшее. Нечего было анализировать. Сон есть сон. Анализу поддается материальное, а это? Сон. Просто сон. Но сон ли это был? Я чуть более нервно, чем нужно, открыл ящик стола, доставая лекарство. Выдавил таблетку из блистера, запил водой. Хватит размышлять об этом. За прошедшее время я так ни к чему и не пришел разумом, но сердцем – верил. Верил в тот состоявшийся во сне разговор.

… Кхуши. Я до сих пор не смог найти ни одной ниточки, ведущей к ней. Когда Аман упомянул о том, что в Дели у нее нет никого, связанного с Италией, я подумал, что наиболее вероятный подтекст его фразы – Лакхнау. Черт, да какие варианты еще могли быть?! Детективы опросили едва ли не всех, с кем общалась Кхуши, начиная с восмьилетнего возраста, включая соседей, одноклассников и даже пандита в храме, куда они с семьей ходили. Никого. Никто не имел родственников или знакомых в Италии. Я дал задание найти старый дом ее родителей, опросить соседей – сделано, никто и ничего не знает. Кстати, странность – дом ее родителей оказался весьма немаленьким, расположенным в хорошем районе, дорогим. Я задумчиво рассматривал фотографии дома в отчете, пытаясь связать в едино нестыковки. Кхуши же была единственной дочерью. Как она лишилась наследства? Возможно, забрали за долги? В любом случае, странная история, надо прояснить ее. И я дал еще одно задание детективам. За давностью лет концы найти сложно, но большое вознаграждение, обещанное за результат, сподвигло директора детективного агентства дать обещание выяснить все в сжатые сроки. Но основное – насущное никак не решалось. Никаких зацепок... Кхуши растворилась… Наконец, неделю назад я дал отбой агентству, занимавшемуся поисками итальянских связей моей жены. Возможно, она уехала не в Италию? Нехорошие мысли царапали сердце… Шьям? Каждую неделю я звонил сестре, под разнообразными предлогами уточняя местоположение ее мужа. Он был в Дели, не отлучаясь в командировки. Но и это не могло дать стопроцентной гарантии. Кхуши могла быть и в Дели. Могла? Или не могла? Я едва не зарычал от бессилия. Как она посмела уйти? Как?! Как… Оттолкнул стакан с водой, который проскользил по столешнице и упал, разлетевшись градом мелких осколков. Черт! Мысли выматывали душу куда сильнее, чем заброшенная мною на эту неделю пробежка – тело. За работу, Райзада!

… открыл ноутбук, загрузил файл – отчет специалиста, занимавшегося делом Зары, пересланный мне Аманом. Погрузился в изучение. Все шло просто отлично. Еще немного, и Зара будет вынуждена продавать акции из неприкосновенного контрольного пакета. Все остальные акции поменяли своих хозяев, юридически – на множество подставных лиц, фактически – на меня. Еще максимум пара месяцев, и компания официально станет моей. Я удовлетворенно улыбнулся. - Не стоило становиться моим личным врагом, мисс Капур. Не стоило пытаться вредить моей жене, не стоило вредить мне. Я захлопнул ноутбук и взял в руки папку с последним нерассмотренным предложением. После часового анализа представленных документов я раздраженно откинул папку в сторону – никакого интереса это предложение не представляло. Неизвестная фирма, не входившая даже в сотню рейтинговых компаний. Кто занимался отсевом откровенной чепухи? Надо будет внимательнее просмотреть анкету этого сотрудника. Либо халатность, либо «прикормленный». На случайную ошибку при таком явно убыточном предложении я отводил один процент. Глянул на часы – уже почти девять. Набрал телефон Вишала и отдал необходимые распоряжения, в двух словах обрисовав ситуацию. Тот пообещал разобраться. Дребезжание включенного на виброрежим сотового телефона прервало краткий диалог. – Отбой, Вишал.
- Да, Аман. – я предварительно взглянул на экран монитора.

- Шеф! – я изумленно поднял брови. Последний раз столько эмоций в голосе помощника я слышал, когда мы по недосмотру конкурентов ухватили сулящий огромную прибыль контракт со смешными затратами.

- Доброе утро, Аман. Как погода в Дели? – позволил я себе помучить помощника. Сердце в груди выделывало неопределенные кульбиты, и я пытался отвлечься от странного предчувствия.
- Шеф! – вот это уже странно. Аман до сих пор не взял себя в руки?

- Аман! В чем дело? – я пошел кратчайшим путем.

- Простите, мистер Райзада. – очнулся мой заместитель. И тут же без перехода выпалил. – Тери Свон согласилась работать с нами. Она готова подписать все предварительные соглашения на предложенных нами условиях. У нее есть единственная поправка, которую она хотела бы обсудить лично. Она приглашает вас на презентацию своей новой коллекции…

- Аман, стоп. – перебил я торопливо вываливающего на мою неподготовленную с утра голову новости помощника. – Ты ничего не перепутал? Уверен, что с нами связались от Тери Свон?

- Уверен, мистер Райзада. – голос Амана почти пришел в норму. – Она звонила сама, лично.
Мои брови прочно заняли положение посередине лба, взлетев и отказавшись возвращаться на предусмотренное природой место. Так долго не хотела обсуждать даже возможность заключения соглашения и теперь так сразу – лично позвонила, согласившись практически со всеми предложенными условиями? Вместе с тем я был уверен в Амане, поэтому позволил удовлетворению проявиться в своем голосе. - Подробности, Аман. И да, твои предположения, что заставило ее изменить свое первоначальное решение?

- Мистер Райзада, подробности направил защищенной электронной почтой. – Я кивнул, одобряя его предусмотрительность. После шпионажа хакеры были вторым орудием конкурентов, от которого защищаться требовалось всеми доступными методами. – А насчет моих предположений… Я, с вашего позволения, умолчу о них. Единственное, что могу порекомендовать… - Аман замолчал.

- Говори. Аман! – Его таинственность начинала меня злить, несмотря на отличное расположение духа после долгожданной новости.

- Сэр, Вы не смотрели досье на Тери Свон. – Его голос звучал утвердительно. Черт, он прав. Я ушел с головой в работу филиала, отпустив временно ситуацию с дизайнером. – Посмотрите, прошу вас. Думаю, вы сами поймете причину.

- Хорошо. – Меня окончательно утомили эти загадки, и уж коли разгадка кроется в ее досье, проще его посмотреть, чем пытаться вытащить из Амана то, что он не может сказать.

- И да, Аман. Есть новости? – я не уточнил, что речь идет о Кхуши. Этот вопрос я задавал ему каждый день, и каждый день получал одинаковый ответ.

- Нет, сэр. Детективы ничего не выяснили. – Ожидаемый, но не менее болезненный ответ. - Но я очень рекомендую вам прямо сейчас взглянуть на досье мисс Свон.

- Отбой, Аман. – я отключил телефон. Нажав на кнопку вызова секретаря, снова открыл ноутбук. Не глядя на секретаря, бросил, едва она вошла – Кофе.

Файл загружался неимоверно долго. - Он что, перегрузил его картинками? – мысленно ругнулся я на Амана.

Но вот, наконец. Первый лист – краткая биография. Второй лист – фотография. Третий лист… Стоп! Сердце зашлось… Я резко крутнул колесико мышки, махом перелистнув документ на первую страницу. Не то! Рука дрожала, но я все-таки открыл второй лист…

… Глаза впились в изображение женщины, которую я уже видел… Мысли скакали в голове, вторя рвано бившемуся сердцу… Резко оттолкнул ноутбук, отлетевший к противоположному концу стола переговоров. Спрятал лицо в подрагивающие ладони, стараясь скрыть от самого себя рвущиеся наружу чувства… Шепнул тихо, неслышно… так вот ты где, Кхуши…

Глава 49. В ожидании встречи

Кхуши

Судя по громким возгласам, доносившимся из-за двери, Тери снова устроила кому-то разнос. Я поежилась. Вообще, она была добрейшим созданием. Но нервное напряжение, которым она пропиталась перед таким ответственным мероприятием, возрождали в ней АСРа, и она не особо сдерживалась, общаясь с провинившимися сотрудниками. Тихонько стукнув дверь, я толкнула ее, входя в небольшой, с первого взгляда - захламлённый кабинет. Все горизонтальные поверхности были завалены различными образцами одежды, просто отрезами ткани, непонятными рулонами бумаг. Вот она, подготовка к показу. Никакой красоты и эстетики - до. Сплошной хаос. Я улыбнулась, увидев сидевшую на полу, прислонившись к ножке стола Тери, которая одной рукой держала телефон, что-то эмоционально выговаривая насчет незаконченной до сих пор модели, а другой рукой листала скрепленные воедино небольшие отрезы ткани коралловых оттенков. Увидев меня, Тери подняла глаза к потолку, явственно изображая возглас «О Боже!» и кивнула мне головой на небольшой пуфик, на котором стоял стаканчик с карандашами, предлагая присесть. Я привыкла за последнее время к этому цейтноту, поэтому спокойно освободила место и присела, водрузив себе на колени свою ношу.

- Фух! – выдохнула Тери, закончив разговор, и бросая телефон куда-то в недра дивана. – Ну как, все готово?

- Да. – Я устало улыбнулась и протянула Тери каталог. Так как все работы и описания уже обсуждались, она просто взглянула на последнюю страницу с завершающим нарядом.

- Отлично. – Ее голос был задумчивым, и я решила уточнить – Что-то не так?

- Нет-нет. Все хорошо, Счастье. Я просто думаю насчет твоего наряда на церемонии. У тебя есть какие-то пожелания? – Тери неопределенно махнула рукой в воздухе, чуть не зацепив вазон с лавандой, стоявший на полу.

- Пожелания? Нет, Тери, как ты решишь, так и будет. Твоя идея вытащить меня на подиум – ты и мучайся. – попыталась я пошутить, чувствуя себя неуверенно при мысли о проходе перед толпой незнакомых людей. Вспомнилось мое знакомство с Арнавом…

- Боишься? – Тери хорошо расшифровывала эмоции, и она знала про мое первое появление на подиуме, а также про то, что я свалилась прямо в руки «своему будущему мужу».

- Да. – Я была честна, я боялась. К тому же знать, что и Он будет в зале…

- Все у тебя получиться, Счастье. Я видела твое последнее занятие с Дрэго, ты очень неплохо смотришься, и походка уже не вкривь да вкось. – Тери тоже была честна, не стараясь превозносить мои отсутствующие достоинства. Она немного помолчала, изучающе глядя на меня и повторила свой вопрос, вкладывая уже совсем другой смысл. – Боишься?

Иногда Тери пугала меня каким-то глубинным пониманием. Ничего не зная, она, казалось, знала обо всем…

Боюсь? Конечно, боюсь. До дрожи, до обморока боюсь, что все мое с трудом выстроенное спокойствие разлетится вдребезги от одного взгляда Его глаз… Я вскочила, сделала два шага по комнате, подходя к окну. Прошла обратно, снова села. Тери наблюдала за мной, и ее взгляд становился виноватым.

- Счастье… - позвала тихонько, и я отвела взгляд от своих сцепленных в замок, чтобы не дрожали, рук, поднимая его на подругу. – Я пригласила его остановиться у меня. – Мир зазвенел, наращивая напряжение до крайней точки. Мысли хаотично заметались, ища выход, спасение. Губы привычно позвали – Богиня…

- Кхуши. – Тери редко звала меня так. – Ты его жена и гостишь у меня, было бы невежливо просто забронировать ему номер в отеле, как остальным коллегам, ты же понимаешь? – И, как завершающий аккорд, обнаживший до дна мою душу. - Он приедет завтра.

… Я понимала. Тери стала мне подругой, но она ничего определенного не знала про нас с Арнавом. Я не имела права рассказать ей, и она просто думала, что мы поссорились. Хотя… Тери была закрытой книгой в некоторых моментах, и я не была уверена, что она думала именно так.

- Ничего страшного, Тери. – Я с усилием взяла себя в руки. Действительно, ничего. Так даже лучше…

Я поднялась, как сомнамбула, и вышла из комнаты, не прощаясь.

– Ничего страшного. – Убеждала сама себя, поднимаясь в свою комнату. – Просто у меня нет этой недели, на которую я рассчитывала, чтобы суметь взять себя в руки, чтобы настроиться на нашу встречу. Завтра, уже завтра… Сердце то ускорялось, своими ударами, казалось, отсчитывая секунды до неизбежности, то замедлялось, редкими каплями дождя отзываясь в съежившейся пустоте, образовавшейся в моей голове.

Я медленно, не задумываясь, положила ноутбук на кровать, и также – вещью – опустилась на нее сама. В голове молоточками стучали слова – завтра, уже завтра, вырываясь за пределы сознания, не то пугая, не то… радуя? Ожившие бабочки устроили веселые догонялки в животе, заставляя его попеременно сжиматься и расслабляться, будоража все чувства, оживляя потайное, женское… Завтра, уже завтра.

Словно боясь расплескать непонятные чувства, осторожно поднялась с кровати, прошла в ванную. В зеркале отражались горевшие лихорадочным огнем глаза. Тихий стон сорвался с губ… Что со мной? Рука поднялась, поправляя замысловатую косичку на виске, прошлась по лбу, щеке. Спустилась на шею, неосознанно, большим пальцем задержалась на пульсирующей венке, так, как делал он… приоткрытые губы, горячие, пересохшие… Да что со мной?..

Стук в дверь вызволил меня из чувственного приступа. Резко отпрянув от зеркала, выскочила из ванны, попутно крикнув – Войдите!

Дверь распахнулась и Мария внесла лежащий на руках с первого взгляда ворох ткани. Я изумленно подняла брови и прошептала – Танцующий с ветром?

Мария уточнила – Ты про платье?

Я только кивнула, протягивая руки, чтобы принять один из шедевров Тери - Танцующий с ветром. Я знала наизусть все названия всех творений этой коллекции, и никак не ожидала, что Тери выделит мне именно этот наряд для церемонии. Он был превосходен, и я думала, что она захочет закончить им показ. Я видела его на Росине, она выглядела в нем безупречно. Ласково коснулась перламутровой ткани, наслаждаясь гладкостью шелка. Убрала в шкаф это великолепие и повернулась к Марии, которая все еще стояла в дверях.

- Миссис Свон просила тебя зайти к ней перед обедом. – пояснила девушка причину задержки, и добавила заговорщицким шепотом – Она спешно собирает вещи, похоже сроки ужали, и уже сегодня она с девочками и Росиной уезжают в Милан. А Дрэго уже уехал.

Мария прислушалась к каким-то звукам, похожим на звон разбившейся посуды, не заметив моей реакции на свои слова, всплеснула руками и скороговоркой закончила – Мне надо девочек собирать, а то сами они явно не справятся.

Не успела я задать ни одного вопроса, как она взлетела по лестнице на третий этаж. Отголоски ее голоса – Мони! Мона! – донеслись до меня и дверь, ведущая в комнату девочек, звучно захлопнулась.

Ноги ослабли, и я оперлась о дверь. Чудесно. И кто будет встречать Арнава?..

Арнав

Прощальный вечер с сотрудниками филиала. Как же я не хотел присутствовать на этом мероприятии, но – надо. Моральное стимулирование играет не меньшую роль, чем материальное. Сотрудник, который видит, что его работу ценят, который чувствует уважение к себе и своему труду, ощущает свою незаменимость, работает с полной отдачей. Все правильно. Никто не отменял признание и уважение как одну из потребностей человека, пусть и не стоящую на первой ступени.

Поприветствовав и поблагодарив сотрудников за плодотворную работу, я уступил место Вишалу, спустился в зал, направляясь за свой столик. И теперь перебирал в голове воспоминания последних двух дней, краем сознания присутствуя в зале и вслушиваясь в речь руководителя филиала, озвучивавшего имена особо отличившихся сотрудников и вручавшего им премиальные.
Я, не дрогнув, урезал и отменил большинство запланированных на текущую неделю встреч, самые важные – перевел на Вишала, поставив в известность партнеров о своем отъезде. В принципе, острой необходимости в моем присутствии в Лондоне уже не было, все основные шаги предприняты мной в самом начале пребывания в Англии, и филиал полноценно включился в деятельность «АР-дизайн», а устранение шероховатостей – это уже работа Вишала и грамотно подобранной команды.

Всё. Я посмотрел на часы – официальная часть подошла к завершению, начинается выступление известной джазовой группы. Я попрощался с Вишалом, перекинулся парой слов с коллегами, и незаметно покинул зал.

По дороге домой мысленно ставил галочки напротив пунктов плана, составленного в тот день, когда я узнал, где моя Кхуши. Выполнено все, даже отданы распоряжения по содержанию дома. Теперь я мог себе позволить погрузиться в раздумья о своей жене.

Руки сильнее сжали руль. Сегодня я связался с детективным агентством, которое собирает досье на Шьяма – отчет будет готов через неделю, некоторые «свидетели» еще не опрошены… Черт, ну почему я раньше об этом не подумал, владел бы полной информацией, и мог бы принять решение. Решение…

Я на девяносто процентов был уверен, что Кхуши у Тери Свон. Сказать, что я был в шоке, увидев фотографию миссис Свон – ничего не сказать. Я много думал на тему случайности их встречи с Кхуши. Уж слишком это подозрительно, Кхуши и Тери познакомились в совершенно чужом городе, да что там городе – стране! И Тери не хотела сотрудничать. Почему? Возможно, они были знакомы раньше, и именно Кхуши была камнем преткновения. А теперь решила выступить в роли «спасительницы» контракта, узнав от Амана, насколько он важен для «АР-дизайн», надеясь заслужить мою благодарность, сделать меня своего рода должником? Все внутри сопротивлялось таким мыслям, но подведенные под них факты никак не желали складываться в другую картину. Подведенные… странное слово я подобрал для обозначения сложившейся картины. Неужели я действительно просто подгоняю под наиболее удобное видение факты, чтобы отгородиться от Кхуши? Я с трудом выкинул эти мысли из головы. Не будем спешить. Если Тери Свон не пойдет на попятный, если Кхуши действительно у нее, я смогу разобраться в наличии или отсутствии такой комбинации. А пока…

А пока меня покалывала неопределенность. Сон, тот сон. Было или не было? Вернее, не так. Поверила ли Кхуши мне – во сне?

Я пытался построить схему разговора с ней, но неизменно упирался в эти чертовы фотографии. Она считает, что я изменил ей? Или не считает?

… резкое торможение прямо перед воротами дома. Невидящий взгляд, устремленный сквозь пространство. Снова вспоминался тот вечер. За прошедшее время постепенно я вспомнил, что тогда наговорил ей. Это было грубо. Хотя… я сказал правду – и про контракт и про соглашение. Все это у нас было. Но у нас было не только это… Что еще, Кхуши? Как назвать то, что нас соединяло в одно целое?

…Полные боли, страха, паники глаза Кхуши я тоже вспомнил…
Вышел из машины, хлопнув дверью. На автомате зашел в дом, поднялся в спальню. Почему так больно, когда я вспоминаю ее взгляд? Ведь я не был виноват в сложившейся ситуации, но чувство вины не отпускало… Чертова Зара.

Разделся, принял душ, проверил еще раз собранные вещи. Гардероб. Привычно прошелся рукой по так и висевшим на своих местах платьям Кхуши. Легкое нежное и прохладное скольжение шелка, теплое и мягкое прикосновение шерсти, невесомое касание вуали – почти прозрачной ткани… это стало для меня своеобразным ритуалом – прикасаться к ее вещам, словно к ее обрамлению. Очередная волна из смеси раздражения и обиды нахлынула на меня – ничего не взяла с собой, ничего из того, что я ей купил. Вещи были бездушными, ничьими, но в то же время хранили ее – прикосновения, запах, воспоминания.

Я оставил домработнице распоряжение собрать все вещи Кхуши после моего отъезда и выслать в Дели, забрав с собой только украшения, которые она даже не распаковала. Ну что за странная девушка вошла в мою жизнь и сердце? Не похожая ни на кого…

Ужинать не хотелось, и я вышел в холодный вечер, накинув на плечи плед, на котором мы обычно располагались с Кхуши у камина – ужиная, разговаривая ни о чем и обо всем, занимаясь любовью… С того сна я больше ни разу не разжигал огонь в камине. Не возникало желания. Да, собственно, с тех пор, как ушла Кхуши, я бывал только в кабинете, превратив его еще и в столовую – заказывая ужины на дом в полюбившемся индийском ресторане; и в спальне – когда усталость превышала все физические пределы, и я был в состоянии просто упасть на нашу кровать и отключиться.

… Поежился, плотнее запахивая теплую шерстяную ткань, и с наслаждением вдохнул состоящий словно из одного кислорода воздух. Медленным шагом, наслаждаясь тишиной вечернего леса и шелестом уже почти невидимых листьев, пошел по подсвеченной брусчатке к видневшейся вдали темным квадратом беседке. Лес расслаблял, незаметно вытесняя все мысли попытками осознать и определить природу разнообразных звуков, издаваемых им.

Шорох шагов заглушал звуки природы, и я остановился, не дойдя до беседки несколько шагов, вслушиваясь в звучащую тишину. Откинул голову, глядя в беззвездное, покрытое пеленой облаков небо. Прохладный ветерок овевал лицо, старался проникнуть к телу, но сдавался, путаясь в теплых ворсинках, пригреваясь под мягким пледом.

Мысли вернулись, но легкие, прозрачные, словно омытые чистой водой.

- А зачем мне все это? – непонятно для несуществующего слушателя прошептал я - небу.

– Надо ли? Возможно, правильнее будет поступить нерационально – просто поверить?

Ответа быть не могло, да я и не ждал его, впервые за это время позволив себе вспоминать нашу жизнь тут – в Лондоне - с мягкой теплотой, радостью, не омрачая ее сомнениями о прошлом, о будущем. Как жаль, что Кхуши нет сейчас рядом, в моих руках. Будет ли когда-нибудь уют теперь полным – без нее? И как давно я в принципе познал значение этого слова? Как давно он стал потребностью, привычкой?

Выдохнул облачко пара – холодало, влага оседала из вечно стелющегося тумана на землю, пробираясь сыростью к незащищенным ногам. Я снял плед, перекинул его через руку и окинул прощальным взглядом ставший привычным пейзаж. Пора спать. В обед рейс в Рим, а там меня будет ждать уже заказанный автомобиль, который отвезет меня во Фьезоле, пригород Флоренции, к моему новому партнеру. Нет. К моей жене.

Кхуши

Целый день весь дом, фигурально выражаясь, стоял на ушах. Один за другим подъезжали небольшие грузовички, в которые осторожно вкатывались по специальным рельсам стойки с коллекционными изделиями. До показа творения Тери хранились тут, на вилле. Привлечены к сборам были все – и домашние, и слуги, и даже водители прибывших грузовичков. Огромное подвальное помещение, прежде едва ли не впритык заставленное стойками с нарядами, постепенно пустело, выпуская в мир «Цветы души моей».

- Мони! Мона! – истошные крики Марии донеслись до меня в комнате, куда я забежала на минуту, чтобы захватить флеш-карту с описанием каталога. Быстро вытащив накопитель из ноутбука, я решила посмотреть, что опять случилось в этом бедламе, потому что Мария не унималась, строгим голосом отчитывая девчонок. За что – было непонятно – беглая итальянская речь – это вам не si, prego, chio… я не понимала ни слова, не понимала даже, где заканчивается предыдущее и начинается следующее слово.

Поднялась по лестнице и почти приоткрыла дверь, как девчонки пулей вылетели из комнаты и, заметив меня, подхватили за руки и потащили за собой на своеобразном буксире.
- Быстрее, Счастье! – бухтела Мони, а Мона, выпустив мою руку, обежала меня, подталкивая в… хм, чуть ниже поясницы. – Мы взяли у мамы бусики к одному из платьев, и не успели вернуть, его уже увезли. – наконец-то выдали сестры.

- Стоп! – Я, наконец, притормозила, очутившись у кабинета, где, судя по звукам, свирепствовал маленький ураган по имени Тери. – Давайте сюда. – протянула руку, увидев, как у Мони из кармашка платьица свисает жемчужная нить. – Я сама отдам Тери, а вы – марш собираться!
Получив пару синхронных поцелуев в щеки, я улыбнулась стартанувшим вприпрыжку попам девчонок, и решилась войти в кабинет.

- Ууууу… - промычала я невнятно. Тут скорее не ураган, тут торнадо поработал. Неряшливые кучки из обрывков упаковочной бумаги, кусков тканей и прочих отходов фурнитуры гордыми кучками топорщились на полу, столе, диване.

Тери копошилась возле стола, ненароком задевая каждые пару секунд вазон с лавандой, все еще стойко державшийся и не падавший среди этого хаоса. – Может он на магните? – пришла в голову дурацкая мысль, учитывая натуральный деревянный пол и фарфор вазона. Мотнула головой, отгоняя глупые мысли.

- Тери! – я протянула обернувшейся подруге флеш-карту и ожерелье. Та флегматично кивнула, забрав предложенное, и запихнула в сумочку. – Все в порядке? Все собрали?

- Уф. – Тери наконец перестала копаться в документах на столе, выудила нужную бумагу и аккуратно убрала ее в сумку. Только теперь я увидела, что она уже одета в дорожный комбинезон.

- О! Счастье! – казалось, она только что меня заметила. – Дом оставляю на тебя и Марию. Через пару дней вернусь за вами, извинись за меня перед мистером Райзада, хорошо? Но мне срочно-срочно надо ехать в Милан, я не могу не сопровождать коллекцию.

Я кивнула, зная ее отношение к своему труду, она дрожала над ней, как над ребенком, самолично отпаривая каждую вещь для презентации, расправляя складочки, разговаривая с нарядами как с живыми.

- Все будет хорошо, Тери, не переживай. Арнав поймет. – Ну, по крайней мере, я на это надеялась.

Громкие возгласы, раздавшиеся с первого этажа, ускорили подругу. – Все, нам пора! – Чмокнув меня в щеку, Тери унеслась, напомнив мне своих дочек-сорванцов. Еще пять минут невообразимого гвалта, и в доме наступила благословенная тишина.

… Я отпустила Марию еще час назад, поблагодарив за вкусный ужин, и теперь лежала, расслабляясь после ванны. Скорее, пытаясь расслабить хотя бы тело. Внутри я напоминала сама себе взведенную пружину. Завтра наступало катастрофически быстро… За суетой сборов в дорогу коллекции Тери я и не заметила, как пролетел этот день. Зато успела немного свыкнуться с мыслью, что Арнав приедет завтра… нет… уже сегодня – взглянула я на висевшее в моей комнате произведение искусства. Спрессованный песок, обрамленный голубой и синей слюдой, имитировал пляж. Крохотные отпечатки ступней, уменьшаясь с каждым пройденным шагом, даря перспективу, вели к «морю». Стрелки часов, тоненькие, незаметные, венчали маленькие самолетики. Я любила разглядывать эту картину, не сразу научившись определять точное время в отсутствие привычных цифр…

Полночь уже миновала. Значит, уже сегодня… я увижу Арнава. Непрошенная, нежданная улыбка приподнимала уголки губ. Я боялась до нетерпения этой встречи, я желала ее всем существом… Разум уступил место чувствам, которые медленно затапливали тщательно взращиваемые мной все это время поля благоразумия.

- Что-то будет… - прошептала невнятно привычно летающим по кругу самолетикам. Лежала без сна долго, не думая, чувствуя каждой клеточкой тела ход времени – навстречу Ему. Время, когда-то разъединившее нас, сегодня сводило нас вместе убегающими секундами… Веки отяжелели, и я ушла в страну грез – к взволнованным снам, любимым глазам, горячим рукам…

Глава 50. Встреча

Арнав

Похоже, лето в Италии не закончилось. Я с облегчением скинул плащ, который приобрел, когда температура в Лондоне опустилась ниже десяти градусов по Цельсию. Небрежно положил на чемодан, дожидаясь носильщика, который за небольшую плату отправился на поиски автомобиля, заказанного мной через экскурсионное бюро. Бросил рассеянный взгляд на часы, показывавшие текущее время в столицах различных стран. Плюс час к времени Лондона. Дорога до Флоренции займет около трех часов, сейчас – четыре, значит, прибуду уже ближе к восьми.
Поздновато для визита, но миссис Свон уверила меня по телефону, что меня ждут и встретят. Когда я прочитал пересланное Аманом приглашение на презентацию ее новой коллекции, то меня крайне удивило, что она пригласила меня остановиться у нее на вилле во Фьезоле. Я рассчитывал, что она подскажет мне наиболее удобно расположенный по отношению к ее модному дому отель, предполагая, что наша встреча состоится в Милане. Но Тери поступила непредсказуемо. Мои осторожные расспросы о Кхуши были прерваны на первой же незаконченной фразе. Я вспомнил экспрессивную манеру выражаться перспективного дизайнера. «О! Счастье вас встретит». Я даже не сразу понял, что это она о Кхуши. Английское слово, обозначающее счастье, применительно к моей жене звучало забавно. «Прошу прощения, мистер Райзада, я вынуждена на два дня съездить в Милан, буду рада, если не нарушу ваши планы по времени пребывания в Италии». Тогда я, чуть более торопливо, чем необходимо в данной ситуации, заверил ее в отсутствии неудобств и поблагодарил за оказанное мне и моей супруге гостеприимство.

Легкое покашливание вернувшегося носильщика прервало воспоминания. Я подвинул ему чемодан, который он водрузил на специальную тележку, и последовал за уверенно лавировавшим в толпе расторопным пареньком.

… Казалось бы, ровное и мерное урчание двигателя автомобиля, несущегося по ровной трассе, должно было усыпить меня, но внутреннее напряжение, копившееся с самого утра, только нарастало с каждой оставленной позади милей, с каждым мгновением, уничтожавшим разделившее меня на две половинки пространство. Хотелось хоть что-то предпринять, чтобы отвлечься от гнетущего чувства, выплеснуть его. Хотелось быть уверенным в ситуации. Хотелось быть собой – привычным.

- Это просто физическое неудобство, – убеждал я себя. – Накопившаяся усталость, плюс отсутствие движения.

Скинул ботинки и вытянул ноги, благо салон позволял разместиться со всеми удобствами. Достал из бара бутылку минеральной воды. Поморщился, услышав при открывании шипение пузырьков. Терпеть не могу газированную воду. Через силу отпил, убеждая себя, что сейчас все пройдет.
Не получалось... Гул разнообразных эмоций, который я никак не мог разбить на отдельные составляющие, раздирал душу на части, назойливо обращал на себя внимание, вытесняя спокойствие - играючи, небрежно.

Я поймал себя на том, что барабаню пальцами по колену – раздражающая в других привычка, выдающая озабоченность, неуверенность или растерянность собеседника. Чертыхнувшись, сжал руку в кулак. Так создавалось ощущение, что все под контролем. Создавалось ли? Напряжение выбелило пальцы, и я усилием воли расслабил руку. Что-то внутри меня не терпело сопротивления, отметая мои жалкие потуги собраться, овладеть собой. Шепот сердца звучал криком, манящим предвкушением, сладким обещанием, избавлением от выматывающей тоски.
Так, ладно. Я прекратил бесцельное сопротивление. Иногда отступить, не идти напролом, значит – выиграть. Вспомнилась странная фраза – Вселенная не терпит пустоты. Спорное утверждение, но зерно рациональности в нем есть. Всегда верил в то, что безделье развращает сознание, утилизирует за ненадобностью разум. Резко щелкнув замком дипломата, открыл его и достал пакет документов по предварительному соглашению корпорации «АР-дизайн» с домом моды «Тери». Не помешает освежить их в памяти, судя по предыдущему упрямству дизайнера, прийти к консенсусу по всем важным позициям будет сложно.

«Кхуши так упряма… смогу ли убедить ее?» Потер виски, пытаясь физически избавиться от непрошенных мыслей. Не о том думаешь, Арнав!

… Конечно, Аман сообщил о предварительном согласии дизайнера с условиями контракта, но я был уверен, что, когда дойдет до детального обсуждения, Тери будет бороться за каждый пункт, долженствующий принести выгоду. Это бизнес.

«Между нами контракт, соглашение – и больше ничего! – Что-то в таком роде кричал я во время нашей последней встречи Кхуши». Черт! Скрипнул зубами, снова возвращаясь к работе.

… Иначе Тери Свон не смогла бы управлять пусть и не самым известным домом моды, но весьма перспективным и растущим бизнесом.

Работа не подвела. Пусть не сразу, но всё-таки я смог отвлечься от предстоящей встречи с женой. Обнаружив пару не до конца проработанных пунктов в соглашении, я внес необходимые правки как раз тогда, когда водитель сообщил о том, что мы подъезжаем к Фьезоле. Дорога заняла больше времени, чем я рассчитывал, объездной путь из-за ремонта части прямой трассы, продлил мое путешествие примерно на час.

Подняв глаза от светящегося экрана, я помассировал глаза, несколько раз с силой прижав ладони к векам. Голова была тяжелой, а желудок настойчиво просил еды. Перевел взгляд на проносившийся за окном пейзаж, но сгущавшиеся сумерки ограничивали видимость. Убрал бумаги обратно в дипломат, наткнувшись рукой на две коробочки. Подарок жене и презент для Тери. На этот раз я ничего не потеряю, Кхуши...

Напряжение, отступившее на время работы, вернулось, деловито и сосредоточено свивая из внутренностей тугой ком. Я бездумно глядел в окно, отдавшись на откуп этому чувству – осталось недолго, скоро я увижу и верну себе свою сбежавшую жену.

Кхуши

- Прости, Богиня! – повинилась я за прозвучавшее несколькими секундами ранее чертыхание. Я нетерпеливо рылась в бумагах, на которых остались наброски черновых описаний последних пяти моделей Тери. Не могу найти…

Подруга позвонила ранним утром и в панике сообщила, что на флеш-карте не сохранились описания последних изделий. Ноутбук, в котором хранилась вся моя работа, решил именно сегодня выкинуть фортель, упрямо отказываясь пускать меня в свое содержимое, предлагая ввести какой-то пароль.

- Что за?! – пробормотала я трижды перезагруженному ноутбуку, в который раз загадочно мерцавшему синим окошком, равнодушно ожидая от меня положенных действий. – Я не паролировала доступ к этому документу!

С силой захлопнув крышку капризничающей техники, я попыталась расслабиться. Поправила спадающие лямки пижамы, закрутила распущенные волосы в узел. Глотнула любимого молочного коктейля, принесенного Марией, непонятно как узнавшей о случившемся, «в качестве поддержки». Глубоко вдохнула несколько раз.

- Так, Кхуши, не паниковать. Три черновика найдены, я сейчас все вспомню и запишу. – громкий шепот придавал осязаемости словам.

Перечисленные Тери названия моделей были записаны на клочке бумаги, но я не нуждалась в таком напоминании. Наряды, их прообразы и отражения – цветы, всех этих моделей стояли у меня перед глазами.

- Теперь надо всего лишь восстановить описания. Я столько корпела над каждым из них, что без труда вспомню весь текст, – убеждала я себя, расправляя блокнот и покусывая кончик ручки.
Прикрыла на несколько секунд глаза, пробуждая память. Склонилась над листом бумаги, представляя перед глазами не его, а чудесное алое платье с черными росчерками, обрамленными узенькими полосками золотистого кружева; гордо топорщивший лепестки мак, блаженно раскинувшийся под солнечной пылью, мерцавшей в воздухе невесомым ореолом. Слова, теперь уже на двух языках, всплывали из памяти легко, паряще. Рассыпанные бусинки, послушные моим указаниям, занимали свои места, восстанавливая вязь ожерелья.

Казалось бы – память надежно хранила результаты упорной работы, и слова, однажды найденные, подбирались легко и охотно, но все же я просидела над работой до обеда. И только будучи уверенной в завершенности образов, возможно не идентичной ранее составленным описаниям, я быстро набрала текст и отправила его Тери. Еще через полчаса, которые я провела, наматывая круги по комнате, не в силах усидеть на месте, подруга прислала сообщение с поднятым большим пальцем руки. Я облегченно выдохнула, отпуская связанные с работой переживания.

Но свято место пусто не бывает…

Я погладила себя по животу, стараясь успокоить голодные – или нервные? – спазмы. Аппетита не было, уже привычно не было, и я залпом допила оставшиеся несколько глотков коктейля. Подошла к окну, вглядываясь в желтеющую листву, пригибаемую сильными порывами ветра, но упорно держащуюся на ветках, не желая опадать, прощаться, исчезать. Перевела взгляд на небо. Солнце прикрылось серым одеялом сплошной облачности, навевая сонливость. Я обернулась к так и не заправленной кровати. Возможно, удастся поспать? Уснула я поздно, а встала чуть свет… Упорно отводила не менее упорно возвращающийся взгляд к летающим самолетикам. Точнее к одному из них – тому, который венчал секундную стрелку. Сегодня он летал так медленно…

Обхватила себя руками, стараясь унять овладевавшее мной возбуждение, которое вибрировало тонким звоном потревоженной струны все то время, что я работала, а сейчас – лишившись видимого занятия, наращивало свое присутствие, вытесняя иллюзорное спокойствие, умиротворение.

- Арнав Сингх Райзада… - я замолчала, с покалывающей нервные окончания радостью вслушиваясь в отголоски его имени, так давно молчавшего, не звучавшего. – Зазнайка… - закончила шепотом. Несмело улыбнулась, коснувшись подвесок браслета. Сегодня…

Встрепенулась, очнувшись. – Уже сегодня! Богиня, что мне надеть? – женские мысли заполонили голову, загоняя сдавшееся под напором насущного напряжение в глубину сознания. Открыла гардероб, задумчиво изучая немногочисленные старые и новые наряды. Вопрос, из чего выбирать, не стоял. Я хотела показать себя – ему. Новую, другую, непривычную. Я хотела… похвастаться?

– Почему бы и нет? – Пробурчала себе под нос. В конце концов, я гордилась переменами, произошедшими со мной. Я оформляла коллекцию известного дизайнера! Кто бы мог подумать? Кхуши Кумари Гупта, девчонка из Лакхнау… «Ты мне не ровня!» - слова Арнава больше не жалили. Да, возможно, я не была ею тогда, возможно, не стала и сейчас. Вот только теперь, не испугавшись ответственности и согласившись на такой важный контракт, выполнив его, составив устроившие Тери описания не только на родном хинди, но и на английском языке, я могла гордиться собой. Да, промежуточно. Да, это не достижения Арнава. Но разве я соревновалась с ним? Нет, никогда. Скорее, я проверяла свои способности, искала предел своих возможностей. И разве я чувствую, что это мой максимум? За это время я осознала, что трудности на пути к цели вызывали интересное и новое, сродни азарту, чувство. Было очень тяжело составлять описания на английском языке, гармоничные, мелодичные, но при этом не уводящие в никуда, а строго сохранявшие суть передаваемых образов. Это было сложно – я перечитала массу стихов, изучая ритм и благозвучность слов, я записывала на диктофон получавшиеся фразы, внимательно вслушиваясь в их звучание и слаженность. Я… я имела право гордиться собой.
И внешность… я никогда не придавала большого внимания своей красоте, просто ухаживая за собой по глубоко въевшейся привычке. Но рядом не было никого, кто мог бы развить мой вкус, обучить видеть красоту или небрежность, излишнюю броскость цветовых сочетаний. В одежде я раньше видела только цвет. В принципе, шальвар-камизы и не предполагали разнообразия моделей, являясь стандартными и в своей сути однотипными изделиями. Поэтому я просто выбирала сочный и яркий цвет, приятный глазу, не понимая, что некоторые оттенки противопоказаны для моей светлой кожи, светло-карих глаз, темно-каштановых волос. Теперь я могла оценить цветовую гамму одежды, подобранной для меня Тери. Я полюбила насыщенность и густоту, либо же нежность и пастель каждого наряда. И это все не говоря про качество и приятные тактильные ощущения, которые дарила дорогая ткань.

Я встрепенулась, поняв, что погрузилась в воспоминания, скользя рукой по нежным тканям. Чувство уверенности в своих силах молодым ростком пробивало плотный грунт сомнений и привычно-запрещающих рамок – это не женское дело, на это способны только мужчины. Кто сказал? Знакомство с Тери ломало вложенные с детства стереотипы, запиравшие на замок способности.

Я вдруг отчетливо поняла, что хочу соответствовать своему мужу.

- Пока мужу.- Въедливое подсознание решило внести свою лепту в мои мысли.

- Пусть так! – Неожиданно эмоционально отреагировала я в беседе себя с собой, - Тянуться вверх намного лучше, чем, смирившись, покорно ожидать своей участи, а после – доживать отпущенное Богиней время разведенной женой, по сути – никем, пустым местом для подавляющего большинства.

И решительно потянула красное платье, надеть которое так и не решилась до этого из-за верха, открывавшего мои плечи. Я прекрасно знала, что это любимый цвет Арнава, и – да! Осознавала, что это провокационно. Пыталась перебороть нахлынувшее смущение. Я скучала по нему – по всему. Прикрыла глаза, стараясь отогнать чувственные картинки, возникающие помимо моей воли, будоражащие накопившимся желанием истосковавшееся тело.

Предвкушение, смущение, неловкость, нетерпение – сумятица чувств, ярких, неподконтрольных, кружила голову, заставляла действовать, чтобы выплеснуть - хоть немного - напряжение ожидания.

Я схватила приобретенный-таки пеньюар и отправилась в ванную комнату. Приведение себя в порядок сегодня приобретало особенный смысл, и я не собиралась пренебрегать ни одним ритуалом. Для встречи с мужем мне понадобится все мое самообладание, вся возможная уверенность в себе, в том числе и в своей женской привлекательности.

Арнав

Мы подъезжали к Флоренции, судя по сменившейся за окном панораме. Сумерки съедали видимость, но позволяли разглядеть проявлявшиеся словно из ниоткуда освещенные дома, кафе, магазинчики - пригород. Из приглашения следовало, что вилла Тери находится не в самом городе, а в соседнем городке – Фьезоле, до которого, впрочем, было всего несколько километров, если верить информации, выданной интернетом.

Закончив поверхностный анализ текста контракта, я решил посмотреть информацию по Фьезоле. Ничего особо интересного, расстояние до Флоренции пять километров, что автоматически делало его больше пригородом, чем самостоятельным населенным пунктом. Население – чуть больше четырнадцати тысяч. Возраст городка внушал уважение – основан около X века до н. э. этрусками. Остатки культурного наследия не так привлекали туда туристов, как удобное расположение - богатых флорентийцев для обустройства вилл. Углубляться в историю городка я не стал, ограничившись краткой сводкой. В конце концов, я не отдыхать приехал. Заберу жену, если получится – подпишу контракт с домом моды «Тери», и – обратно в Дели. Аман уже начал недвусмысленно намекать на нестабильность рынка и, как следствие, необходимость моего присутствия для принятия ряда серьезных решений в сердце корпорации.

Последние несколько минут дорога вилась серпантином, и я открыл глаза, любопытствуя. Задумчиво прошептал, насладившись панорамой:

– Кхуши наверняка в восторге от красивейшего вида на Флоренцию. Особенно вечернюю, переливающуюся огнями, столь любимыми ею. Серпантин сужался, и вскоре машина плавно затормозила у ворот, за которыми угадывались очертания трехэтажной виллы.

Дождавшись, пока охранник подойдет к машине, я опустил стекло:
- К миссис Тери Свон - мистер Арнав Сингх Райзада.

Охранник наклонил голову, демонстрируя почтение, и произнес:
- Миссис Свон и миссис Райзада предупредили о вашем визите. Вас ждут. Одну минуту. – Он нажал на кнопку пульта и створки ворот медленно, удивительно бесшумно для такого размера, величаво отворились.

- Миссис Райзада? – я удовлетворенно хмыкнул. По крайней мере, Кхуши помнит о том, что она моя жена. Настроение взлетело, но уже спустя несколько мгновений опало. Перед внутренним взором появились ее глаза, наполненные болью – те, которыми она смотрела на меня в нашу последнюю встречу. Черт…

Разговор предстоял не из легких. А я-то уж было размечтался, что все будет так, словно я просто вернулся домой с работы, словно не было между нами стены в виде Зары, в виде Шьяма, в виде предательства, ненависти. И все же… все это было неважно. Сейчас – неважно. Сердце, познавшее боль утраты, тоску по любимой женщине, окрепло, закалилось. Оно упорно отвоевывало свои позиции, отодвигая недоверие, подозрения на задний план, почти стирая их из памяти, требуя – во весь голос – верить, любить.

Внутри сладко заныло, нетерпение причудливым образом сплеталось с неуверенностью, с желанием поскорее увидеть ее глаза, обнять, вдохнуть родной запах, прочувствовать всем существом, что она рядом, со мной, моя…

Я вышел из машины, остановившийся почти у самой двери, окидывая беглым взглядом сад, разбитый вокруг небольшой симпатичной виллы. Водитель достал чемодан, и, пожелав мне приятного вечера, оставил меня одного.

Шаг к двери, еще шаг. Вдохнуть поглубже. Рука поднялась, чтобы нажать на клавишу замысловатого замаскированного под пасть льва звонка, когда дверь распахнулась, выпуская тепло в прохладу вечера. Сердце глухо стукнуло, узнавая, еще до того, как я поднял глаза. Кхуши…

Кхуши

Я ходила по гостиной, расположенной на первом этаже, не в силах усидеть на месте. Отпустив Марию и повара еще три часа назад, я за это время успела приготовить ужин.

- Чтобы занять руки, – Убеждала себя, - впервые за эти долгие недели нарезая овощи для палао, смешивая лаймовый и манговый сок для нимбу пани. Задумалась, что приготовить на десерт. Итальянские десерты превосходны, но я совсем не умела их готовить. Поэтому, проверив наличие необходимых ингредиентов, решилась на кулфи – любимое Паяль мороженое из риса, розовой воды, толченых орехов и ванили. У Джакомбо – повара Тери – весьма уважавшего натуральность продуктов, в специальных колбочках хранились стручки ванили – сушеной, копченой, а в красивых керамических баночках с плотно закрывающимися крышками – самые разнообразные орехи. Меня привлек очищенный миндаль в качестве наполнителя. Ну а розовую воду Джакомбо делал сам, как я поняла из случайно услышанного разговора Марии с садовником. Руки с удовольствием занимались привычным делом, позволяя хоть немного отвлечься от сонма чувств, смешавшихся внутри в единое нераспознаваемое, тянущее внутренности сладкой болью...

Все было готово уже час назад, а Арнава до сих пор не было. Я остановилась между больших, от пола до потолка зеркал, являвшихся частью входной группы. Зеркала отражали бледную девушку с испуганными глазами. Нервно огладила платье, сидевшее идеально, не топорщась, несмотря на то, что было изготовлено из стрейчевой ткани. Попыталась подтянуть верх платья – бесполезно, модель сидела именно так, как должна была сидеть, открывая мои плечи и ключицы. Постаралась решительно вздернуть подбородок, изображая равнодушный взгляд – тоже не получилось, глаза упрямо показывали все, что творилось в сердце. Коснувшись изящной косички, опоясывавшей голову полукольцом, проверив надежность ее крепления. Все в порядке.

Звонок в дверь, будучи ожидаемым, прозвучал неожиданно. Нахлынувший страх перед неизвестностью внезапно оказал противоположное испугу действие. Я откинула волосы назад, чуть прищурила глаза и вернула декольте платье на полагающееся место.

- Вперед, Кхуши Кумари Гупта! – подбодрила себя шепотом, сознательно опуская вторую часть своей фамилии. На негнущихся ногах подошла к двери. Хотела сделать вдох, но почему-то получился выдох, и я распахнула двери, не успев запастись кислородом. Прохладный ветер ворвался в дом, отбрасывая назад пряди волос, но я не чувствовала его, сосредоточив весь мир на напрягшейся фигуре мужчины, одну руку засунувшего в карман таким привычным жестом, а вторую – опустившего на ручку чемодана. Было страшно, ужасно страшно посмотреть ему в глаза, и я оттягивала до последнего, прикрывая их ресницами.

- Кхуши.

Я вскинула глаза непроизвольно, услышав свое имя, и столкнулась взглядом с изучающими меня глазами Арнава. Жадно, с тихим всхлипом втянула воздух, осознав, что так и не дышала эти мгновения. Он смотрел исподлобья, только смотрел в глаза. Блики света, пляшущие в его глазах, не давали понять их выражение, но настойчивость и требовательность взгляда ощущались физически, давя на мое сознание.

- Привет.

Он все еще стоял на пороге, так как я застыла на месте, преграждая ему путь.

- Черт, Кхуши, соберись! Прости, Богиня! – сумятица чувств отразилась и на мыслительной деятельности. Пока я пыталась взять себя в руки, Арнав, видимо, устав ждать, приподнял бровь, одновременно изгибая губы в легкой усмешке, и сделал шаг прямо на меня, сократив расстояние между нами до нескольких сантиметров. Тело среагировало быстрее разума, и я почти синхронно сделала шаг назад. Усмешка стала явственнее, и он сделал еще шаг ко мне. Коридор давно расширился, могло разойтись и несколько человек, но завораживающий танец мужчины и женщины продолжался до тех пор, пока я не уперлась в спинку дивана. Он сделал последний шаг, встав так близко, что при вздохе моя грудь касалась лацканов его пиджака. Его взгляд наливался тяжестью, блуждая по моему лицу, спускаясь к губам.

- Ты не поприветствуешь мужа, Кхуши Кумари Гупта Сингх Райзада? – его напряженный голос в сочетании с моими горящими от его взгляда губами создавали настолько чувственную атмосферу, что я невольно подалась вперед, уничтожая расстояние между нами. Ответное, незаметное движение Арнава, и вот уже его губы коснулись моего виска, спустились по щеке к губам. Нежное, едва ощутимое касание. Вот только ноги внезапно стали ватными. Я всей грудью вдохнула родной, терпкий аромат склонившегося мужа. Рука так по-хозяйски, так небрежно легла на мою талию, притягивая к себе ближе, что этот знакомый жест внезапно подействовал на меня отрезвляюще. Какая-то стервозная часть меня рванулась внутри, высвобождаясь из сплетаемых чар, и я подняла безвольно висевшие до этого руки, упираясь ладонями в грудь Арнава. Чуть оттолкнула и выскользнула из капкана, отходя на шаг и останавливаясь.

- Добрый вечер. Арнав, – голос не подвел, приветствие вышло в меру прохладным и доброжелательным, - как долетели?

Секундное замешательство. Похоже, он не ожидал от меня самообладания, досконально зная мою реакцию на свои прикосновения. Но тут же взял себя в руки и принял предложенные правила игры:

- Спасибо, дорогая, просто замечательно.

Я замялась, выбитая из только восстанавливающегося равновесия небрежно брошенным ласковым словечком. Всего лишь вскользь брошенной фразой, одним словом он ясно дал понять, что я играю на его поле. Между тем Арнав продолжал, лаская меня взглядом, охватывая им всю, целиком, начиная с макушки, заканчивая босоножками на шпильке:

- Чудесно выглядишь.

Хриплый голос, полный неподдельного восхищения, снял с меня часть напряжения, и я улыбнулась в ответ.

- Спасибо. Тери просила извиниться перед тобой за то, что вынуждена была уехать в Милан. Но она не могла отправить коллекцию без сопровождения. Это ее детище.

- Вы так близко общаетесь, что ты знаешь ее настолько хорошо?

Вопрос не застал меня врасплох. Я догадывалась, что Арнав будет меня допрашивать, вытряхивая из памяти даже то, чего я не помню о Тери. Но сейчас я была благодарна ему за эту тему. Дыхание почти нормализовалось, мысли прояснились, и я осознала, что мы все еще стоим в гостиной. А Арнав с дороги и голодный. Поэтому заторопилась:

- Да. Но я расскажу вам об этом позже, если захотите. Пойдемте, покажу вам комнату. А потом будем ужинать. Вы, наверное, проголодались? – Я почти тараторила и не замечала упрямой складки, появившейся у Арнава в уголке губ. Пошла впереди него, указывая дорогу. Открыла дверь своей комнаты – теперь нашей и отошла в сторону, не входя, пропуская его вперед. Арнав вошел, обежал комнату взглядом и выпустил ручку чемодана, звучно опустив его на пол. Обернулся ко мне. Я все еще стояла снаружи, собираясь сказать ему, где ванная и пойти на кухню за приготовленными вкусностями. Не удалось. В два шага он очутился возле меня, смыкая руки на моей талии, отрывая от пола, и как куклу занося в комнату. Поставил, захлопнул двери и повернулся ко мне, оказавшись гораздо ближе, чем я ожидала. Сердце затрепыхалось плененной птицей, когда его руки коснулись обнаженных плеч, скользнули под платье, нежно лаская спину.

- Арнав… - я скорее выдохнула его имя, послав все к черту и прижимаясь к мужу, не в силах отказаться от захлестнувших эмоций, от мужчины, который заставил меня чувствовать остро живой, ярко живой впервые за все это время.

Шепот, раздавшийся возле уха, вызвал новый прилив чувственной волны:

- Ты же не собираешься жить отдельно от меня, Кхуши? Это наша комната? Он чуть отстранил меня от себя, вглядываясь, не нежно – пронзительно, требовательно.

- Да. – снова выдохнула я.

Не успело отзвучать короткое подтверждение, согласие, как его руки крепко прижали меня к груди, а губы грубо впились в мои, жадно, до одури терзая, мучая знакомыми прикосновениями. Ничего не осталось, кроме вспышек удовольствия, болезненного, сумасшедшего. Ничего, кроме узнавания своего, родного. Ничего, кроме резких выдохов, дурманящего неразборчивого шепота…

Голова кружилась, я сходила с ума от бешеного ритма, впуская его язык в себя, постанывая от сладких укусов, прижимаясь к нему все ближе, неосознанно двигаясь навстречу, отвечая безжалостному напору, как и я сходившего с ума от желания мужчины – единственного, любимого...

… платье медленно спускалось по телу, подробно изучаемому его руками будто в первый раз. Откинула голову, наслаждаясь скольжением губ по шее, плечу…
Затуманенное сознание не сразу распознало природу звука, вторгшегося в наше уединение.

Источник
Категория: Фанфики по другим произведениям | Добавил: Кейт (26.02.2017) | Автор: Арип Пира
Просмотров: 171 | Комментарии: 4


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 4
0
4 Alin@   (28.02.2017 21:58)
У нее появилась замечательная подруга, которая приютила, обогрела в нужное время. Девочки такие шкодницы). Благо теперь все постепенно вернется на круги своя.

0
3 Lessa8956   (28.02.2017 17:36)
Все правильно. Какая пища телу, когда пищи для ума за гланды. И да, работа в данной ситуации лучший выход. И теперь они вместе! Вместе! да да да!

0
2 Dunysha   (27.02.2017 12:28)
разлука пошла обоим на пользу.

0
1 NJUSHECHKA   (27.02.2017 00:33)
Спасибо

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]