Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1647]
Из жизни актеров [1615]
Мини-фанфики [2463]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [4]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4673]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2368]
Все люди [14874]
Отдельные персонажи [1454]
Наши переводы [14184]
Альтернатива [8953]
СЛЭШ и НЦ [8715]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4231]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей мая
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (01-31 мая)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Без памяти
Эдвард ушел, сказав Белле, что ее память – как сито, посчитав, что вскоре она забудет его, а боль от его ухода окажется не сильнее укола иголки. Разве он знал, что жестокая судьба исполнит его пожелание буквально?

Некоторые девочки...
Она счастлива в браке и ожидает появления на свет своего первого ребенка - все желания Беллы исполнились. Почему же она так испугана? История не обречена на повторение.
Сиквел фанфика "Искусство после пяти" от команды переводчиков ТР

Dramione for Shantanel
Сборник мини-фанфиков по Драмионе!

Восемь чарующих историй любви. Разных, но все-таки романтичных.

А еще смешных, милых и от этого еще более притягательных!

Добро пожаловать в совместную работу Limon_Fresh, Annetka и Nikki6392!

Porno for Pixelated People
Скучная жизнь, скучная работа, скучный парень... Скучный секс! Сможет ли случайный спам в электронном ящике изменить ее жизнь?

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Видеомонтаж. Набор видеомейкеров
Видеомонтаж - это коллектив видеомейкеров, готовых время от время создавать видео-оформления для фанфиков. Вступить в него может любой желающий, владеющий навыками. А в качестве "спасибо" за кропотливый труд администрация сайта ввела Политику поощрений.
Если вы готовы создавать видео для наших пользователей, то вам определенно в нашу команду!
Решайтесь и приходите к нам!

Слушайте вместе с нами. TRAudio
Для тех, кто любит не только читать истории, но и слушать их!

Секс-машина
В 2029 году Белла Свон, инженер био-механик, создала идеальную машину для «Уитлок Робототехникс». Мейсен может быть кем или чем угодно… но кем его хочет видеть Белла?



А вы знаете?

вы можете рассказать о себе и своих произведениях немного больше, создав Личную Страничку на сайте? Правила публикации читайте в специальной ТЕМЕ.

...вы можете стать членом элитной группы сайта с расширенными возможностями и привилегиями, подав заявку на перевод в ЭТОЙ теме? Условия вхождения в группу указаны в шапке темы.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Снился ли вам Эдвард Каллен?
1. Нет
2. Да
Всего ответов: 448
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

Всё началось с прощального поцелуя

2018-6-24
18
0
Всё началось с прощального поцелуя.

Потягивая утренний чай и просматривая воскресные газеты, Люциус наслаждался отдыхом на террасе, когда в дверном проёме появилась его жена, полностью экипированная для шопинга: элегантный костюм-двойка, приличествующий ему жемчужный гарнитур, набитая чем-то сумочка из драконьей кожи и такие же туфли-стилеты.

С губ раздосадованного Малфоя невольно сорвался короткий неудовлетворённый вздох.
Он-то рассчитывал, что Цисси всё ещё спит, и подогревал себя неясными волнующими фантазиями о том, как сейчас пойдёт в спальню и разбудит её качественным, мощным, безудержным… соитием. По его подсчетам, прошло уже по крайней мере три месяца с тех пор как они... Он мысленно поискал подходящий к случаю изящный эвфемизм…

«Имели супружескую связь», — после чего раздражённо оборвал разгулявшуюся фантазию, еле слышно поправив себя:

— Трахались. С тех пор как мы трахались.

Было время, много лет назад (тогда их ещё не погребли под собой родительские обязанности, бизнес, тюремное заключение и война), когда секс на выходных являлся чем-то вроде священного, нерушимого ритуала.

Стоило Люциусу вспомнить те волшебные денёчки, и он явственно почувствовал, как под махровым халатом кое-что возбуждённо встрепенулось. Нарцисса, тем временем, продолжала быстро прохаживаться перед ним туда-сюда и с истинно женским кокетством покачивать бёдрами, изгибая в прелестной улыбке алые губы.

«...Ах, эти её мягкие сладкие губы, способные издавать в моменты удовольствия в высшей степени очаровательные мяукающие звуки... не говоря уже о прочих, не менее приятных способностях...» — он позволил себе удовольствие: мысленно нарисовал картину, в которой жена стоит перед ним на коленях и двигается, оставляя яркие алые следы помады на всём члене...

Тут Малфой закашлялся и попытался настроиться на то, что произносили эти губы в данный момент.

— …обсудить торт и цветы… — говорила ему жена.

«Мерлин, эти свадебные хлопоты когда-нибудь закончатся?»

— …а потом наведаюсь к мадам Малкин, чтобы проконтролировать, как идут дела с пошивом платья для Астории. Просто не верится, что осталось всего лишь три недели! Надеюсь, за это время ты успеешь поговорить с Драко о его нелепой, куцей козлиной бородёнке. Не так ли, милый?

Люциус опустил взгляд на очки для чтения и издал ни к чему не обязывающий, неопределённый звук, подтверждавший всего лишь, что вопрос принят к сведению.

«Полагаю, теперь о минете вопрос уже не стоит», — подумал он с сожалением, хотя и предпринял слабую попытку сострить, ведь жена не баловала его этим чудесным, доставляющим наслаждение процессом большую часть последних десяти лет.

Нарцисса нагнулась и, на мгновение прижавшись губами к его рту, пробормотала:

— Я вернусь к обеду, дорогой.

Из желания позабавиться Малфой несколько секунд размышлял над идеей о том, чтобы, подобно какому-нибудь мужлану, сграбастать жену и на руках доставить до любовного ложа в люксе для новобрачных, в стиле её любимых героев-воителей из нелепых дамских эротических книжонок (о, да, он пролистывал их достаточно часто. Из желания узнать, что же в них такого завлекательного. Проклятье, однажды он даже вздрочнул в душе после прочтения одной особенно выразительной сцены в «Приручении дракона»!) Но к тому моменту, когда эта шальная мысль окончательно оформилась в его голове, Нарцисса выскользнула в двери и исчезла.

Уже не скрываясь, Люциус вздохнул ещё раз, более громко, швырнул на стол очки для чтения, сложил газету и поднялся. Отругав себя за нерасторопность, он с сожалением опустил взгляд на выпуклость, всё ещё оттопыривавшую полу махрового халата.

Пройдя в спальню, Малфой выбрал пару светло-серых брюк от домашнего костюма, обычный трикотажный свитер и направился в ванную.

По пути он привычно кинул взгляд в большое зеркало на туалетном столике жены и внезапно остановился.

Странное, но… приятное ощущение пронзило Люциуса, когда он развернулся всем телом к собственному отражению. Нарцисса, видимо, забыла закрепить макияж заклинанием, и теперь его рот, словно кровавым клеймом, был запятнан алой губной помадой... и будь он проклят, если открывшееся зрелище не выглядело довольно соблазнительно!

В каком-то трансе он приблизился к туалетному столику и, прежде чем успел осознать, что делает, уже сидел на низенькой элегантной банкетке с тонкими витыми ножками и открывал плавно скользнувший навстречу верхний ящик. Как только тюбик алой помады оказался в его руках, он снял с неё колпачок, раскрутил и поднёс обнажённый стержень к губам.

Сосредоточенно наморщив лоб, Малфой применил напоминающее воск вещество по назначению, проведя им из одного угла рта в другой, стараясь придерживаться естественных очертаний и неохотно признавая артистичную ловкость Нарциссы в использовании сего предмета, которую никогда до сих пор не ценил. Со всей тщательностью нарисовав фигуру «губки бантиком», он откинулся на спинку стула и с удовлетворением осмотрел себя.

Люциусу часто говорили, особенно в молодые годы, что он не просто статен, пригож и так далее, но прекрасен, эффектен и даже великолепен… И он был более чем склонен согласиться с подобными определениями. Несмотря на то, что ему перевалило за сорок, он все ещё сохранил резкую, точёную форму скул, чёткую линию заострённого подбородка и гладкое, почти лишённое морщин лицо, чему могли бы позавидовать не только многие волшебники, но и большинство ведьм…

«На самом деле, я мог бы сойти за старшую сестру Нарциссы. Не Дромеду и не Бэллу, конечно (особенно не за Беллу, тьфу-тьфу-тьфу, только не за неё!), но за некую воображаемую блондинистую сестру повыше ростом и покрепче фигурой, чем миниатюрная, изящная Цисси, за этакую амазонку… Да, вполне мог бы… Чуть подкрасить глаза, нанести немного румян… ещё, может быть, надеть серьги… Да. Я почти наверняка сойду за даму, и красивую притом…

Почти наверняка?.. Всего лишь почти?!»

Снова заглянув в выдвинутый ящик, Малфой заметил там знакомую золотистую трубочку, взял её в руки и открутил верхнюю часть. Внимательно присмотревшись к тонкой чёрной щёточке, он внезапно осознал необдуманность идеи о том, чтобы так близко подносить маленький заострённый инструмент к незащищённому глазному яблоку.

Мрачно бурча под нос что-то вроде:

— Примитивные методы… практически маггловские… давно пора придумать заклинание… — он осторожно поднёс смазанную тушью щеточку к глазу и медленно провёл ею вдоль ресниц.

Эта штука казалась смехотворно маленькой в его крепких руках с длинными пальцами, Люциус никак не мог приспособиться: дважды он чуть не ткнул щёточкой в глаз. К тому же накрашенные ресницы слипались в неопрятные пучки и оставляли на веках чёрные полосы.

«Проклятье! Чёрт побери! Почему у Нарциссы всё получалось легко и просто?»

После нескольких минут издевательства над самим собой, Малфой, использовав пальцы, чтобы разделить слепленные ресницы, и немного слюны, чтобы стереть чёрные бороздки туши, остался доволен результатом. Его и так весьма выразительные, отливавшие серебром глаза, сейчас, подчёркнутые частоколом чёрных, как смоль, мохнатых ресниц, определённо перетягивали на себя максимум внимания.

«А теперь румяна».

Там же в ящике он нашёл какую-то большую плоскую спрессованную фигню, поверх которой лежала круглая кисть, выглядевшая гораздо менее неудобно и опасно, чем щёточка для туши, так и норовившая воткнуться прямо в глаз. Вера в себя начала возвращаться, и Малфой, покружив кистью по палитре розового оттенка, провёл ниже линии скул живописный мазок.

Получилось как-то слишком ярко. Люциус не мог с уверенностью вспомнить: видел ли он когда-либо на лице Нарциссы подобные полосы… И тем не менее, сказать, что этот цвет ему не подходил, было нельзя. Теперь он определённо выглядел более женственно. И даже немного помолодел (хотя, может и нескромно говорить так о самом себе).

«Больше сорока и не дашь. Скорей даже от тридцати пяти до сорока».

Поймав себя на том, что изображает надутые, подрагивающие от обиды губки (именно такие строила Нарцисса всякий раз, когда пыталась убедить его в необходимости присутствовать на одном из её глупых вечеров), Малфой решил, что женские уловки в его исполнении смотрятся очень даже впечатляюще.

«А теперь последний штрих…»

Люциус потянулся к одной из бархатных коробочек, стоявших на туалетном столике. Открыв её с тихим щелчком, он достал пару бриллиантовых серёг в форме слезы и прикрепил их к мочкам временным приклеивающим заклинанием. Одним движением плавно откинув волосы назад, он осторожно покачал головой, наблюдая за тем, насколько соблазнительно выглядит мерцание серёжек рядом с волевой линией его подбородка.

«О-о-о, я определенно мог бы запасть на самого себя», — подумал Малфой самодовольно и несколько смутился, обнаружив, что выпуклость под махровым халатом бодро приподняла голову, как бы соглашаясь с ним.

А затем Люциус встал и (один Мерлин знает, о чём он думал в эту секунду) начал наклоняться к зеркалу… всё ближе… и ближе… пока его тёплые, покрытые алым воском губы не слились с холодной и твёрдой стеклянной поверхностью. Вернувшись в прежнее положение, он заметил, что оставил на зеркале идеальный отпечаток собственных губ.
Малфой только и успел подумать, что надо бы не забыть оттереть улику до того, как вернётся Нарцисса, когда за спиной раздался странный тоненький, похожий на мышиное чихание писк.

Серебристые глаза широко распахнулись, когда столкнулись в зеркале с отражением пары сине-зелёных, и Люциус понял, что в дверном проёме стоит его аккуратно причёсанная, отлично выглядящая, хрупкая жена и смотрит на него в полнейшем шоке.

«О, чёрт... Она, видимо, что-то забыла, — первую мысль быстро вытеснила следующая: — Ну, хорошо, по крайней мере, что это не Драко, — и завершила: — Держись спокойно и срочно вспоминай, как обливиэйтить».

Дотянувшись до палочки, Малфой повернулся к жене, бормоча:

— Так быстро вернулась, дорогая? — когда с властной настойчивостью его прервал резкий звенящий голос:

— Заткнись! Просто заткнись! И не вздумай даже слово сказать!

И прежде чем Люциус понял, что происходит, Цисси вихрем промчалась по комнате и прыгнула на него, обвивая руками шею, а ртом с жадностью впиваясь в его губы.

Он с трудом поверил в собственное счастье. Когда первоначальное потрясение, выраженное мыслью:

«Почему маленькая распутница никогда ничего мне об этом не говорила?» — растворилось, Малфой притянул жену к себе ещё крепче, пока стройные ноги не стиснули его талию, подхватил под бёдра, и выпуклость, оттопыривавшая полы махрового халата, пылко вжалась в её извивающееся от желания тело.

Его язык погрузился в рот Цисси, скользя, переплетаясь, играя с её языком. С какой-то давно забытой, почти подростковой импульсивностью они прикусывали друг друга зубами, сталкивались носами и даже не пытались сдержать невольно вырывавшиеся из горла рыкающие и мяукающие звуки.

Подойдя к кровати, Люциус, не особенно церемонясь, разложил на ней жену и хрипло пробормотал:

— Дивистео, — с одобрением любуясь тем, как непривычно помятая одежда Цисси исчезает, являя взору светлую, словно изнутри светящуюся обнаженную кожу и восхитительно розовые вершинки грудей.

Подробно заняться каждым из них не хватило времени, потому что жена, вцепившись в плечи Люциуса, настойчиво подталкивала его вниз, прерывисто дыша соблазнительно приоткрытым ротиком. Тонкие пальцы судорожно вцепились в его волосы, когда Нарцисса выгнулась, потянувшись следом за горячей цепочкой алых восковых поцелуев, которыми Малфой заклеймил её кожу на протяжении всего пути до местечка между разведёнными бёдрами, перед которым благоговейно преклонил колени.

— Вылижи меня, — приказала Цисси задыхающимся шёпотом.

Люциус Малфой почувствовал, как его наполняет чистейший восторг. Обычно в постели жена вела себя довольно застенчиво. Она послушно, даже, скорей, покорно выполняла в постели его прихоти, однако всегда при этом казалась… несколько отстранённой от самого «процесса». Но, видимо, что-то в его нынешнем, приближённом к женскому образе расплавило контрольный предохранитель ханжеских условностей, и Нарцисса стала как раз той необузданно распутной и увлечённой сексом женщиной, какую он надеялся однажды разбудить в ней, но со временем всё меньше верил, что она в принципе способна на что-то подобное. Так что, да, Малфою очень нравилась эта новая, властная версия его жены…

Разведя пальцами её тёплые складки, он какое-то время просто любовался открывшейся красотой.

«Словно роза в каплях росы, — пришло ему в голову поэтичное сравнение (Люциуса всегда пробивало на поэзию, когда дело доходило до женской анатомии), — прелестные розовые лепестки, мерцающие влагой и такие ранимые, трепещущие от моих прикосновений…»

—Я сказала, вылижи меня! — нетерпеливо повторила Нарцисса, приподнявшись на локтях, и впилась в него недовольным взглядом.

— Слушаюсь, госпожа, — выдохнул Малфой и покорно опустил голову, прижавшись ртом к заветному местечку.

Бесстыдные губы слились с её нежным теплом, а юркий язык затрепетал во влажной глубине, и довольный Люциус услышал, как жена вскрикнула от наслаждения. Подняв глаза вверх, он увидел, что Цисси всё ещё опирается на локти и, словно загипнотизированная, пристально наблюдает за ним зачарованным взглядом. Щёки её раскрасил живописный румянец, а зрачки расширились, затопив радужку бархатистыми омутами тьмы.

И вот тогда Малфой с необычайным воодушевлением принялся за работу, целуя, облизывая, лаская и поддразнивая каждую складочку, впадинку и вершинку, извлекая из приоткрытых губ Нарциссы настоящую симфонию стонов, хныканий и коротких, но восхитительно ёмких требований:

— Ещё! Здесь! Стой! Нет, не останавливайся! Да, да, о Мерлин… Да! — которые воспламеняли его сильней, чем что-либо ранее.

Люциус поменял технику, длинными лакающими движениями распластанного языка вылизывая её всю, от влажного сердцевины до чувствительного клитора, вынуждая Цисси неистово извиваться от неутолённой потребности, льнуть к нему всё сильней, пока, наконец, с очередным, особенно глубоким проникновением танцующего языка, Малфой не почувствовал, что мышцы её бёдер напряглись, тело, пронзаемое судорогами, выгнулось дугой, а его губы и подбородок покрыла скользкая сладковато-солоноватая смазка.

— А-а! Ах, да, Люциус! Да-а-а!

Как же она была восхитительна! Задыхающаяся и растрёпанная, в момент наслаждения выкрикнувшая его имя, словно для неё и то и другое было неразрывно связано. На что член Люциуса отреагировал не менее восторженно (пусть и не столь поэтично), чем разум, моментально нарисовавший прелестную картину в которой Цисси предстала весьма наглядно и красочно раскрытой, как… ну… неважно как.

«К чёрту все эти элегантные сравнения! Мне просто необходимо сейчас же трахнуть её узкое, маленькое мокрое влагалище (в какого распутного негодяя я превратился!), иначе меня просто разорвёт!»

Подтянувшись, Малфой встал, грозно навис над женой, и в этот момент их взгляды встретились. Пристально смотревшая в его потемневшие глаза Нарцисса всё ещё задыхалась и, кажется, до сих пор окончательно не пришла в себя.

— Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, Цисси? — хрипло прорычал Люциус и, готовясь войти в неё, обхватил ладонью жёстко стоящий член, провёдя по всей его длине.

Она кивнула, прошептав:

— Да, пожалуйста, Люци. Пожалуйста… пожалуйста, трахни меня...

Малфой не мог вспомнить, слышал ли он когда-либо что-то подобное от неё. Грубые слова, слетевшие так запросто с маленьких, изящно очерченных губ, оказали слишком сокрушительное действие. Без дальнейших церемоний он медленно погрузился в её лоно, глухо замычав от удовольствия, когда тёплые влажные глубины приветливо сжали его набухший член. Цисси ахнула. Люциус заполнил её собой до отказа, и, протяжно застонав, она обвила его талию ногами, вскинула бёдра, чтобы как можно полнее вобрать в себя возбуждённую плоть.

Когда он медленно вышел из неё, а затем снова глубоко толкнулся, губы Нарциссы распахнулись в безмолвном крике, веки, затрепетав, опустились, и Малфой наклонился, чтобы заявить исключительные права на её рот.

Постепенно наращивая темп, он вколачивался всё быстрей и быстрей. Цисси, обычно такая пассивная и уступчивая, извивалась под ним, делая резкие выпады навстречу, добиваясь ещё более глубоких проникновений. Её спина выгнулась, мягкие груди радовали взор, упруго покачиваясь с каждым мощным рывком. Всхлипы и стоны перемежались ругательствами, она задыхалась и умоляла мужа… ну… делать как раз то, чем он в данный момент и занимался.

— Трахай меня, Люциус! А-ах! Да! Пожалуйста-пожалуйста-трахни-меня!

Он был более чем счастлив угождать. Ощущение того, насколько сильно сокращалось её влагалище, когда жена достигла кульминации, оказалось абсолютно невероятным, и Малфоя пронзила острой болью неожиданная мысль:

«Вдруг Нарцисса никогда не кончала по-настоящему на моём члене? Во всяком случае, не так, как сегодня, с этой содрогающейся, трепещущей, безумной силой, заставлявшей её мышцы жадно, неистово сжимать член и ещё глубже втягивать внутрь…»

Всё более интенсивное трение подтолкнуло его к собственному неизбежному итогу: закинув ноги жены себе на плечи, Люциус опустился на колени, навис над ней и, сбиваясь с ритма, начал беспорядочно вколачиваться до тех пор, пока…

— У-у-ф-ф! — с громким стоном не кончил, разрядившись мощной струёй спермы.

Не в силах хотя бы несколько секунд по-джентльменски удержать собственный вес, он навзничь рухнул на Цисси. Мускулы рук словно превратились в кисель, тело буквально звенело, дрожа от какой-то восхитительной слабости, никогда прежде им не испытанной. Вскоре, правда, его джентльменские инстинкты встрепенулись, и Малфой, скатившись с жены, обнял её. Какое-то время они просто пытались перевести дыхание, прижимаясь друг к другу покрытыми тонкой плёнкой пота телами.

В конце концов Люциус почувствовал некоторую досаду, обнаружив, что теперь, когда любовное безумие утихло, им овладела непонятная робость. Он откашлялся и с обычной учтивостью пробормотал:

— Спасибо, дорогая, это было восхитительно, — поспешно добавив: — М-м… Я… У меня вообще-то нет привычки… Хм… Ну, ты поняла, наряжаться в твои вещи…

Вяло улыбнувшись, Нарцисса сонно выдохнула:

— Я не возражаю, Люци. Несмотря на несомненно мужскую сущность из тебя получилась очень даже симпатичная девушка, — тут глаза её озорно сверкнули, она наклонилась и медленно поцеловала его в губы. — Знаешь… У меня есть одна серебристая мантия, которая прекрасно сочетается с этими серьгами…


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/205-37807-1
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: irinka-chudo (21.05.2018) | Автор: переведено irinka-chudo
Просмотров: 323 | Комментарии: 2


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 2
0
1 bitite_zum   (03.06.2018 00:19)
Спасибо!

0
2 irinka-chudo   (03.06.2018 04:37)
всегда пожалуйста!

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями