Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1657]
Из жизни актеров [1623]
Мини-фанфики [2498]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [20]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4731]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2387]
Все люди [15000]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14231]
Альтернатива [8969]
СЛЭШ и НЦ [8798]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4337]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей ноября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (16-30 сентября)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Dramione for Shantanel
Сборник мини-фанфиков по Драмионе!

Восемь чарующих историй любви. Разных, но все-таки романтичных.

А еще смешных, милых и от этого еще более притягательных!

Добро пожаловать в совместную работу Limon_Fresh, Annetka и Nikki6392!

Набор в команды сайта
Сегодня мы предлагаем вашему вниманию две важные новости.
1) Большая часть команд и клубов сайта приглашает вас к себе! В таком обилии предложений вы точно сможете найти именно то, которое придётся по душе именно вам!
2) Мы обращаем ваше внимание, что теперь все команды сайта будут поделены по схожим направленностям деятельности и объединены каждая в свою группу, которая будет иметь ...

Темный путь
В ней сокрыта мощная Сила, о которой она ничего не знает. Он хочет переманить ее на свою сторону. Хочет сделать ее такой же темной, как он сам. Так получится ли у него соблазнить ее тьмой?

Чуть меньше одиннадцати друзей Эдварда Каллена
Друзья познаются в петле, а последнее желание приговоренного свято. Это предстоит выяснить на собственном опыте лорду Чарльзу Свону, у которого есть кое-что очень ценное для одной опасной разбойничьей банды с большой дороги...

Ривер
Что, если любовь пришла внезапно, заставила по-новому взглянуть на прошлое, переоценить настоящее и подумать о будущем. Что, если она окажется настолько сильной, что окрасит глаза ребенка в необыкновенный очень знакомый цвет.

Tempt My Tongue
Кровожадный вампир Эдвард Кален имеет всего одну цель в своем бессмысленном существовании – потерять девственность с человеком. Он не остановится не перед чем, чтобы соблазнить незнакомых девушек, встречающихся на улице. Но может ли он насладиться телом девушки, не убивая ее?

"Сказочная" страна
Сборник мини-истори и драбблов по фандому "Однажды в сказке".
Крюк/Эмма Свон.

Дом мечты
Белла покупает новый дом в Форксе, но многие уверены, что в нём обитают привидения. Правда ли это или результат богатого воображения?



А вы знаете?

А вы знаете, что в ЭТОЙ теме вы можете увидеть рекомендации к прочтению фанфиков от бывалых пользователей сайта?

... что ЗДЕСЬ можете стать Почтовым голубем, помогающим авторам оповещать читателей о новых главах?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Образ какого персонажа книги наиболее полно воспроизвели актеры в фильме "Сумерки"?
1. Эдвард
2. Элис
3. Белла
4. Джейкоб
5. Карлайл
6. Эммет
7. Джаспер
8. Розали
9. Чарли
10. Эсме
11. Виктория
12. Джеймс
13. Анджела
14. Джессика
15. Эрик
Всего ответов: 13493
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Свободное творчество

Вайнона. Глава 3

2018-12-10
4
0
Глава 3. О сложностях бытия истерички

Чёрт, зачем все так сложно?

Не почему и не отчего, а именно – зачем?

Я потерла глаза, окончательно разрушая легкий нюд на выцветшем лице. Словно ластиком стирая натюрморт природной привлекательности, выведенный с такой тщательностью еще утром, кое-где оставляя блеклые разводы нестройных, водо- и жизнестойких, косых очертаний в пепле туши, осыпавшейся на бледные скулы.

Сейчас я выгляжу именно так, правдоподобно, под стать той истории, которую хотелось бы рассказать всему миру. Но довольствуюсь я лишь своей же компанией и придуманными в голове читателями, зрителями, обитателями.

Я не припомню, сколько раз перемывала и перебирала ее в голове, как череду пронумерованных полос, белых и черных, отбрасывающих тени прошлого на каждое мгновение будущего, которое еще не произошло и может не произойти вовсе.

Но это все так же сложно, как перематывать в голове в первый раз, искать ошибки и придумывать оправдания, которые никогда не произнесешь вслух, кроме как перед зеркалом. И все так же мучительно, как отогреваться, ощущая холод, что без стука выходит из тебя с лихорадкой и сухим кашлем, высокой температурой и влюбленным бредом из потрескавшихся губ, что, кажется, в тот момент больше никогда не станут привлекательными, сочными, желанными для поцелуя.

Сложив пальцы лодочкой, я пытаюсь удержать равновесие потеплевшей кормы на кончиках, соединяющихся друг с другом. Смотреть на свое отражение в голубом стекле, отражающем некий женственный и расплывающийся таинственным контуром силуэт, у меня нет смелости. Потому как я обязательно увижу там то, чего видеть мне отчаянно нельзя: себя, будто побитое животное, прячущееся, чтобы переждать этот бесконечный ливень – разговор небес с землей.

Он был сердцеед, ленивый и поверхностно глупый на первый и даже на последний, брошенный в спину взгляд. Я постоянно называла его хламоедом из-за пристрастия вечно таскать в дом всякий сброд, именуемый друзьями и очередными подружками по койке, но в ходу были «сволочь» и ласкательное «идиот», временами сменяющееся «дебилом», рвавшимся из меня непроизвольно.

Для героя моего романа это достойные прозвища, потому что его собственное имя даже теперь я считаю чужим, ломким, будто ненастоящим. Оно неспособно и никогда, во веки вечные не будет способно передать, кто этот мужчина есть на самом деле.

Он просто «он». И его всегда «его», как и то, что рядом с «ним». Кратко говоря, это обычный человек. Однако существование этого обыкновенного человека раз и навсегда поставило мое существование в зависимость то легкую, то тягостную от того незримого, вездесущего присутствия в моей жизни, которую я выстраивала, всюду впихивая воспоминания о нем.

И когда этот «Он» приходил – монстр родом из фильма ужасов, – тогда все выстроенное и выточенное, вышколенное и понастроенное так по-женски друг на дружке, запрятанное за внешним идеальным фасадом разлеталось битыми солнечными лучами, лунного камня стеклом, дужками очков цвета фуксии под моими ногами. По крайней мере, на них я стояла твердо, независимая и свободная от того, видела ли я его лицо, по-мужски загорелое, с резкими греческими чертами и острым носом-клювом, столь родное… Или рельефную спину, широкую, сбитую, заслоняющую – спину, которую хотелось обнять. Прислониться к ней, но только ночью, пока эта сволочь не подозревает, что я действительно хочу сделать это, а не в шутку, как обычно было принято у нас. Правда, любой раненый носит в себе понимание: в каждой шутке есть доля шутки, а все остальное… – то, в чем мы боимся признаться не только близким и понимающим, но и самим себе.

Кто знает, может, в самом начале я бы отнеслась к нему совсем иначе, только нелестное и сдобренное, будто специями, сумбуром мнение его сестры сыграло не абы какую роль, подогрев мое любопытство во всем этом хаосе времен.

Мы жадно втискивали себя, как подарки друг для друга, в яркие коробочки ослепительных идеалов с атласными ленточками обещаний. Наверное, из-за этого я часто вспоминаю о нем. Благодаря ему одному я узнала о том, как далека от константы идеальности.

Вспоминаю. Если бы я думала о Хартсе в той же степени, в какой вспоминаю, в том чутком и чувствительном качестве, в каком вижу его перед собой со всей четкостью, когда в моей комнате чудится его имбирно-пряный запах, то я бы свихнулась еще до окончания университета. Хартс отступал, словно выдыхающие воды прибоя, лишь в украденные мгновения, что я проводила в лагерях, которые разбивала в объятиях чужих мужчин, – отрывисто, недолговечно, всегда возвращаясь к рецидивному прошлому из-за очередного разочарования, облеченного в предательство.

Все, что у меня есть, – это наши воспоминания.

Мишель поздно предостерегла, что ее брат – самый настоящий урод. И к моему счастью, а может, к сожалению – я как-то не определилась с подчеркиванием, – он вышел на сцену именно таким.

Амфитеатр моих эмоций рукоплескал до сбитых в кровь ладоней, потому что я могла прочесть мысли этого человека с полувздоха. Вздыхая, он тянулся к затылку и глупо ухмылялся, но смотрел пристально, безнадежно пытаясь скрыть от меня истину.

А истина была в том, что я всегда попадала в нужную точку – его мыслей, его представлений, его принципов, – и этот ужасный мужчина получал оттого немыслимое удовольствие. Кайф. Экстаз. Зачем объяснять что-то, устанавливать правила, регулировать наши взаимоотношения, в которых не было ничего и наполовину взаимного, раз я безоговорочно умею раскладывать его по полочкам со всеми темными мыслишками и потрохами?..

Подлец подлецом, но Хартс был и остается героем моего романа. Хотя, как всякое слово в устах женщины, несколько обделенной вниманием этого самого героя, моя присваивающая оценка, безусловно, большое преувеличение.

Мой первый мужчина был намного сквернее Оттингера. Поставив их на чаше весов или плечом к плечу, я склонюсь все-таки, что в сравнении с моим первым, этот последний невинен, как безгрешный мальчик. Он принадлежит к такому виду дурака, который не знает, что ничего не знает.

И по итогу, вот что мы имеем – злоба сквозь раздвоенный язык шипит на грани вопля громче других эмоций, как бы я ни старалась видеть в людях что-то доброе.

Украдкой обведя посетителей смятенным взглядом, я вновь кусаю незацелованные губы. Я сбрасываю выполнивший свое предназначение плед и позволяю себе прекратить думать, просто выпить чертов кофе с шериданс, чтобы опьянеть от осенней тихой грусти, от этой золотисто-бронзовой лжи, которая мертво лежит между нами, как третий лишний. Словно между мной и тобой недостает всего, что там непотребного валяется в ледяной пропасти расстояния. Словно для полного счастья нам не хватает всего лишь еще одного вранья.

А ведь я действительно счастливо улыбаюсь, когда мы встречаемся. Встречаемся раз в три года. Без приглашений и условностей, не договариваясь, будто случайно натыкаясь – я на тебя, а ты – на меня. Только из нас двоих я не налетаю на тебя в суматохе, а напоровшись, как на тупое лезвие, все равно истекаю кровью сомнений и очень долгое время после исцеляюсь, зализывая незатянувшееся увещеваниями «я справлюсь» и «все будет хорошо».

Первый увиденный мною пожелтевший лист приклеился к окну с обратной стороны. Я поежилась, вытаскивая и неприлично оставляя на маленьком мозаичном столе телефон. Неприлично, потому что в списке нет ни одного пропущенного звонка, а все сообщения устаревшие – моих больше, чем твоих, – датированные приподнятым настроением одного дебила и от которых я все никак не избавлюсь. Честно говорю, мои пальцы отказываются слушаться, когда речь заходит о переписке, которой бог весть сколько лет.

Голубое стекло витрины, подобно прозрачно-голубым водам, холодит прикосновением, когда я приближаюсь к нему почти впритык, едва касаясь кончиком покрасневшего носа. Я гляжу сквозь него, словно пересекаю океан.

Тихий океан невысказанного, Атлантический океан хладнокровного чувства…

Что-то не припомню, какие еще есть в мире?

Мне все кажется, что океан есть лишь один. И этот океан ни за что не переплыть, даже перевозчику мертвых душ.

Ты догадываешься, о каком просторе я сейчас говорю?

Могу поспорить, ты глупо улыбнешься, глядя в стену за мной, проведя широкой сухой ладонью по затылку, и опять скажешь, что я развожу философию на плохой почве и совсем не умею истерить, поэтому не стоит и пробовать бить посуду, а еще вгонять тебя в панику.

Наверное, для тебя подобных океанов и глубочайших впадин не существует, твои глаза не видят танцующих координат на карте пересечения двух параллельных, одной из которых имя Вайнона Дуайт, а второй – Хартс Оттингер.

_________________________________

A/N: Решила не затягивать с обновлением и рефлексией в знакомстве с Вайноной, поэтому хочу сообщить, что главные исходные мы уже узнали в этой главе и со следующей начнется у нас Цирк Дю Солей biggrin Шутка или нет, как знать!
Также хочу показать вам, уважаемые читатели, как выглядят герои сей истории, под спойлером вы увидите Вайнону и Хартса (ахах, имечко то очень "сердечное", не так ли?), а вот остальных действующих лиц можете найти на форуме в шапке темы.


С нетерпением, любовью и надеждой жду ваших комментариев здесь и на форуме (ссылка указана в источнике)!
с уважением, ваш автор


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/304-38047-3
Категория: Свободное творчество | Добавил: orchids_soul (27.11.2018) | Автор: Виктория Янковская
Просмотров: 344 | Комментарии: 7 | Теги: Любовный роман, вайнона, Глава третья


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 7
0
7 Элен159   (Вчера 21:56)
Я вот читала новую главу и все больше ловила себя на мысли, что никто не виноват, что так случилось. В том, что Вайнона настолько прониклась всеми частичками самой себя к вроде бы хорошему парню. Жаль, что предупреждение об его истинной натуре оказалось запоздалым. Слишком. Ведь самое светлое чувство... Оно крепло в ней с каждым днем, совсем не нарушая каждодневных рутинных дел.
А Хартс... Я не виню его. Потому, что он же ничего не обещал. Для него все это - лишь игра. Не более. И ведь каждой игре когда-нибудь приходит конец. Так сказать, логическое завершение. Но уверена, что он прекрасно осознавал, что творит с Вайноной. В этом я уж точно уверена.

+1
5 terica   (30.11.2018 21:57)
Цитата Текст статьи ()
Но это все так же сложно, как перематывать в голове в первый раз, искать ошибки и придумывать оправдания, которые никогда не произнесешь вслух, кроме как перед зеркалом.

Да, это очень сложно -перелистывать страницы своей прошлой жизни, быть при этом отстраненной и честной с собой...
Очень жаль, что избранник был "хламоедом, сволочью и идиотом", и он был ее собственным выбором и жаль, что она так зависима от Хартса.
Какая - то больная привязанность( боюсь назвать любовью) к совсем априори недостойному и не ценившему...
Большое спасибо за продолжение, и как всегда, очень красиво, эмоционально и
ярко.

0
6 orchids_soul   (30.11.2018 22:02)
Возможно, именно такой тяжести люди должны встретиться нам на пути, чтобы мы начали ценить себя, как и Вайнона. Просто она, глупенькая, еще не поняла этого.
Благодарю за прочтение, Танечка!

+1
3 Cheshka   (28.11.2018 16:24)
Спасибо большое за главу, я на форум побежала=))

0
4 orchids_soul   (29.11.2018 13:42)
Благодарю за оперативность wink

+1
1 робокашка   (28.11.2018 10:04)
рефлексия действительно выплескивается через края в этой загнанной жизни

0
2 orchids_soul   (28.11.2018 13:42)
История такова. Порой лишь в темноте мы можем увидеть как ярко светит свет.
Благодарю за прочтение!

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями







Материалы с подобными тегами: