Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1683]
Из жизни актеров [1630]
Мини-фанфики [2574]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [0]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4840]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2393]
Все люди [15141]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14346]
Альтернатива [9026]
СЛЭШ и НЦ [8976]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4353]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей сентября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав за сентябрь

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Три месяца, две недели и один день
- Миссис Каллен...
- Я спрашиваю не вас, а своего мужа.
- Ну, это ненадолго, - вопреки всем недюжинным усилиям взять себя в руки и максимально не обращать внимания на эту... эту... женщину, не сдержавшись, твёрдо и непоколебимо заявляю я, потому как вся эта ситуация с самого начала здорово меня угнетает.
- Что ты такое говоришь?
- То, что я развожусь с тобой, Изабелла.

Крылья
Кирилл Ярцев - вокалист рок-группы «Ярость». В его жизни, казалось, было всё: признание, слава, деньги, толпы фанаток. Но он чертовски устал, не пишет новых песен. Его мучает прошлое и никак не хочет отпускать.
Саша Бельская работает в концертном агентстве, ведет свой блог с каверзными вопросами. Один рабочий вечер после концерта переворачивает ее привычный мир…

Тень луны
Две жизни. Два пути. Параллельные и чуждые. Одна боль. Боль на двоих.

Темный путь
В ней сокрыта мощная Сила, о которой она ничего не знает. Он хочет переманить ее на свою сторону. Хочет сделать ее такой же темной, как он сам. Так получится ли у него соблазнить ее тьмой?

Видеомонтаж. Набор видеомейкеров
Видеомонтаж - это коллектив видеомейкеров, готовых время от время создавать видео-оформления для фанфиков. Вступить в него может любой желающий, владеющий навыками. А в качестве "спасибо" за кропотливый труд администрация сайта ввела Политику поощрений.
Если вы готовы создавать видео для наших пользователей, то вам определенно в нашу команду!
Решайтесь и приходите к нам!

Слушайте вместе с нами. TRAudio
Для тех, кто любит не только читать истории, но и слушать их!

Когда она меня украла, или Назови свое желание
Эдвард Мейсен, известный актер и миллионер, отправляется на встречу с режиссером Карлайлом Калленом, не зная, что уготовила ему судьба.



А вы знаете?

...вы можете стать членом элитной группы сайта с расширенными возможностями и привилегиями, подав заявку на перевод в ЭТОЙ теме? Условия вхождения в группу указаны в шапке темы.

... что можете заказать комплект в профиль для себя или своего друга в ЭТОЙ теме?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Мой Клуб - это...
1. Робстен
2. team Эдвард
3. Другое
4. team Элис
5. team Джаспер
6. team Джейк
7. team Эммет
8. team Роб
9. team Кристен
10. team Тэйлор
11. team Белла
12. team Роуз
13. антиРобстен
14. team антиРоб
15. антиТэйлор
Всего ответов: 8885
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » Свободное творчество

Шершавая Мозоль

2019-10-19
4
0
Название: Шершавая Мозоль

Категория: Авторские истории. Собственное произведение
Заявка: 193. Говорят хорошо, когда грустишь до слез, уезжая с отдыха - значит тебе было там хорошо и есть что вспомнить. А чем хуже выглядит отдохнувший, тем лучше он отдохнул. Многие уезжая бросают монетки куда попало, от фонтанов до обрывов, через плечо, плюнув против ветра 3 раза, потерев блестящее от усердия трущих медное место черти где. А наш герой/героиня кидал горсть монет чтобы... далее на усмотрение автора вплоть до сбычи или несбычи мечт.
Фандом: Собственное произведение
Бета: +
Жанр: Романтика, экшн
Рейтинг: R
Пейринг: Томас/Александра
Саммари: С неба падают мужики! Аллилуйя! (с)









Если честно, мы не собирались выступать в Н-ске. Мы с бандой приехали отдыхать в этот город-курорт на юге нашей Родины. Мой дядя отдал нам в распоряжение целое крыло своей виллы в горах на неопределенный срок. Нужно было восстановить силы после сумасшедшего приключения в Австралии, где три месяца мы глотали песок и пыль, но эта поездка дала нам невероятный старт в карьере.

Мы - это рок-группа «Рогатый Камень». Шесть человек: я, Шурка или Шершавая Мозоль, автор текстов и музыки, и по совместительству ударные и вокал, Гром - вокал, Кокс – бас-гитара, Соляра – гитара и бас-гитара, Еж – клавишные, Трой - волынка, вистл, акустическая гитара, флейта и иные приблуды. Играем готик-рок с элементами фолк-рока и симфоник-металла. Три года мы развлекали сами себя на даче у моих родителей, выкраивая время у работы, учебы и семей (даа, Еж в свои неполные двадцать пять уже успел обзавестись карапузом), изредка выкладывая самопальные клипы на наш канал на ютьюбе. И в один прекрасный момент нас заметили. И никто-нибудь, а известный режиссер Джордж Миллер, снимающий продолжение «Безумного Макса».

Музыка «Рогатого Камня» неожиданно удачно легла на сюжет фильма. С группой подписали контракт и даже пригласили участвовать в массовке. С нашим обычным боевым раскрасом даже грима почти не понадобилось. Иногда мне кажется, что Миллер больше вдохновился внешним видом исполнителей, чем музыкой, что мы творили.

«Вопль старой вороны», как саундтрек очередной части «Mad Max», несколько месяцев держался в чартах, что в итоге вылилось в номинацию «Best Musical Moment» в одной известной премии.

После этого закрутилось: приглашения на фестивали, интервью, предложения от известных звукозаписывающих компаний и наших, и зарубежных. Мы думали, рассматривали предложения, но сначала решили пару недель отмочить косточки в море, в Австралии океан мы увидели только в иллюминатор Боинга, пустыня нас доконала, хотелось зелени, воздуха и ничегонеделанья. Думаю, стоит упомянуть, что основную работу, кто айтишником, кто банковским работником (тяну руку вверх), кто учителем, нам пришлось оставить. Не каждый день сваливаются на голову такие вот подарки судьбы, чтобы цепляться за серую обыденность.

Но с отдыхом получилось не совсем. Дядя (местный кхм… мафиози, чего уж там) сумел настоять на концерте в своем городе. До этого вживую мы только успели выступить с парой песен на Дикой мяте. В полном боевом гриме, как в клипах. Миллер советовал нам и дальше прятаться за масками на сцене, для интриги и шумихи, а разоблачить лица только на Красной дорожке Премии. Если раньше мы шифровались из-за работы, то теперь для работы.

И вот сегодня, после концерта в Н-ске, собрав аншлаг, что было довольно приятно, я возвращалась в свой номер в отеле. Ребята ушли тусить в город, я же валилась с ног от усталости. Нам сняли пентхаус в отеле неподалеку от стадиона, для удобства и чтобы не колесить на виллу ночью по горам или не напрягать пилота вертолета, и я ехала в лифте, предвкушая теплый душ и мягкую постель.

Лифт остановился. Я с досадой смотрела на открывающиеся двери. Не хватало еще пугать постояльцев своим видом: длинные белые волосы, зачесанные, как у хобгоблина, вверх, платье из мешковины, а по сути мешок с прорезью для головы и рук, дырявый и грязный, чуть выше колен, на ногах сапоги до середины икр, такие же рваные и перевязанные веревками. Все незакрытые рваньем части тела тщательно расписаны черными полинезийскими тату, так плотно, что свободных участков почти нет, в том числе и на лице. Особенно мне нравилось сочетание белых губ с красными флуоресцентными линзами. До ресепшена меня провожал Глеб, дядин сейфгард, вдруг администратор не поклонник «Рогатого Камня», хотя наши афиши красовались в городе на каждом столбе. Мало ли…

В лифт ввалилось тело. Большое тело. Мужское тело. И осталось лежать лицом вниз. Двери лифта хлопали по телу туда-сюда, а я стояла несколько мгновений в ступоре, не зная, что делать. Нажать аварийную кнопку и уйти? Время два часа ночи. Неизвестно, как и когда среагируют. А если человеку плохо, и он умрет тут, пока я стараюсь не привлекать к себе лишнее внимание? Насколько смогла, выглянула через него из лифта. Никого. Позвать на помощь? Что, если он просто пьяный и сейчас сбежится половина отеля с телефонами, а завтра весь интернет будет пестрить роликами, как номинантка на Лучшую песню спасает алкаша? Нет, такая реклама мне не нужна.

Так, в хороших отелях в лифтах должны быть камеры. Я осмотрелась. Вот же она! Помахала перед ней руками, привлекая к себе внимание. Попрыгала. Еще раз помахала и показала фак. Прислушалась. Ничего. Тишина. Гробовая тишина, не считая хлопанья дверями по лежащему человеку. Да блииин! Вечно я во что-что впутаюсь.

Присела и тихонько постучала по плечу мужчины.

- Эй, мужчина, вам плохо? – Тело никак не реагировало.

Принюхалась. Перегаром не несло, даже приятно так пахло парфюмом. Хорошие ботинки, недешевые. Джинсы и кожаная куртка явно не с рынка. Не производит впечатление маргинала. Хотя, откуда взяться какому-нибудь бомжу в престижном отеле? Кроме меня, пожалуй… Очнется, еще испугается…

- Мужик, ты вообще, живой?

Так, как там проверяют пульс? Убрав длинные темные пряди с лица, приложила два пальца к шее. Непонятно… Надо было не прогуливать семинары по ОБЖ в универе…

Опустилась совсем на колени, к лицу, чтобы почувствовать дыхание. Стоп! Есть же зеркало в сумке. Трясущимися руками достала пудреницу, приложила к носу мужчины, благо, что голова лежала боком. Зеркало запотело. Слава Богу!

Осторожно перешагнула мужчину и вышла из лифта. Схватила тело за ноги и потащила наружу. С трудом оттащив его на несколько сантиметров, подумала, а не долбанет ли ему лифт по шее, перебив позвонки? А потом я получу срок за непредумышленное убийство, а этот чел - Премию Дарвина.

Сняла сапоги. Обложила ему шею и голову сапогами с одной и другой стороны, вытащила тело. Ну и тяжелый, гад! Поскользнулась босиком, плюхнулась на пятую точку, получив ботинком по голове. Еле выбралась из-под тела, перевернув его при этом на спину.

Мужик застонал, начал приходить в себя. Нагнулась над ним, похлопала по щекам. Он пробормотал что-то неразборчивое.

- Эй, вам плохо? Что случилось? Скорую вызвать? – Я склонилась над ним, боясь тормошить его сильнее.

Да етить колотить! Нажрался какой-нибудь дури и прет его, а мне тут сиди с наркоманом!

Я встала, вытащила сапоги из дверей, обулась, лифт наконец-то благополучно уехал, и достала телефон. Не хотелось бы, конечно, но придется звонить дяде, только он поможет избежать возможной шумихи с прессой, да и разрулить всю ситуацию, потому что я собиралась звонить в 03, пока этот «байкер» не окочурился.

Нервное «алло» на другом конце провода.

- Дядь Толь, нужна помощь, срочно!

- Шур, что случилось?

- У меня тут в отеле полумертвый чел, и камеры засекли, как я его тащила.

- Труп оставить! Сама в номер! Буду через несколько минут!

За что люблю дядю, не любит лишней болтовни, все четко и по делу…

***

В номер я не пошла. Одна не пошла.

Мужик опять что-то пробубнил и попытался сесть. Я помогла ему облокотиться о стену. Выражение ужаса, с каким он смотрел на меня, не поддается описанию. В другой ситуации я ржала бы как лошадь Пржевальского. Да, белая горячка, или что там бывает от передоза, она такая! Только вместо белочки – я!

- Где я? Что случилось? – Вот тут уже прифигела я, ибо сказано это было на чистом английском. Благо я знала его на отлично.

- Я нашла Вас в лифте. Вы были без сознания. Вам плохо? Что вы помните? Помощь скоро будет.

- Я выпивал в баре с девушкой. Дальше ничего не помню. – Мужчина похлопал себя по карманам. – Меня ограбили…

Упс! Классическая схема клофелинщицы. Хорошо, что живой. Еще и ухмыляется, смешно ему, в таком-то состоянии.

- В каком отеле Вы остановились? «Розмари»?

- Да, а вы кто?

- Я – Шура. Я тоже тут живу. – Бедный, и так башка еле соображает, а еще тут дева в гриме. – Встать можете? Пойдем ждать врача.

С моей помощью мы добрались до моего номера, благо идти было всего два пролета. В лифт я больше не полезла, ну его, не хватало еще застрять с иностранцем.

Странный, разве можно так доверять людям? Уже раз напоили Бог знает чем, а он опять в номера прется. А я разве лучше? Кого тащу к себе? Может, маньяк какой? Маньяк-иностранец. Или просто маньяк, знающий английский. Да пофиг! У меня в сумке газовый баллончик. Да и дядя Толя скоро примчится. Наверное, полицию нужно. Паспорт и все дела… Вот пусть дядя и решает, заварил кашу с концертом, сидела бы себе на вилле, а не в этом отеле.

Я довела мужчину до кровати, помогла лечь. Поверх покрывала, в ботинках. Мдаа… Точно, не наш. У нас даже алкаши ботинки скидывают.

Красивый, блин. Брутальный такой. И смутно знакомый, где-то я его видела.

- Как Вас зовут? Откуда Вы?

- Томас Норд. Я американец.

-Ааа, - протянула, я. – Понятно. А я – Александра. Из России.

Фамилию ему называть не стала. Вдруг что не так… Потом дядя Толя вставит по самое не балуй.

- А у вас в России, все проститутки такие страшные? – спросил Томас и снова вырубился.

Вот она, благодарность… Проститутка, да еще и страшная…

***

Дядя Толя был на месте через пятнадцать минут после звонка со спасательной командой: помощниками Стасом и Кареном, врачом Иваном Игнатьевичем, медсестрой Верочкой и незаменимым Глебом.

Для проформы наорал на меня, чтобы не лезла, куда не надо. Что надо было просто уйти, бросив Томаса в лифте, потом обнял и отправил в душ под девизом «страшнее тебя только черти». И этот туда же. Как для твоих подельников прыгать на сцене, так умница-красавица, вся в дядю…

Стас изъял все записи с лифтов и этажей, хорошо, что их никто из охраны и обслуживания отелей так и не видел. Где все шлялись ночью – неизвестно, вот тебе и сервис, и безопасность.

Карена дядя Толя отправил на поиски документов нашего иностранца.

Когда я, минут через сорок вышла из душа (да, отмыть мой боевой раскрас не так просто), медики уже заканчивали колдовать над Томасом. Иван Игнатьевич сказал, что все обошлось, жить будет. Всего, что они там с ним делали, не знаю, но точно промывали желудок и давали какое-то мощное слабительное (тут я приказала своей внутренней кобыле не заржать в присутствии уважаемых людей). Как хорошо, что в апартаментах несколько ванных комнат! Но за пациентом нужно было несколько дней наблюдать, и желательно не в нашей ЦРБ, где не было ни надлежащего ухода, ни анонимности, ни тех же документов у Норда, чтобы его туда госпитализировать. При желании дядя Толя и это бы уладил, но, видимо, не было у него такого желания. Томаса уболтали отправиться в резиденцию к дяде Толе под присмотр к Ивану Игнатьевичу, для сохранности здоровья и пока не разберутся с паспортом. Довериться в очередной раз незнакомцам? Что ж, знаем, умеем, практикуем. Впрочем, дядя Толя умел производить впечатление…

***

Проснулась я в первом часу дня, когда солнце стало нещадно палить в панорамные окна. Решила погуглить имя Томас Норд, уровень сигнала – ноль, как часто бывает в наших горах. Надо было перед сном в интернет залезть, но вчера я свалилась без ног, как только добралась до виллы вместе со всей честной компанией. Меня не покидало ощущение, что я не просто видела уже американца раньше, его флюиды настолько проникли в зону моей ауры, что ночью я не только не боялась его, но и ощущала, как родного человека.

Я быстро приняла душ, нацепила белую майку и шорты, собрала свои длинные волосы в хвост. Надо разведать, как там Томас, почему-то хотелось в этот раз произвести на него иное впечатление, чем вчера в отеле. Я решила, что немного туши для ресниц и блеск для губ не помешают.

Наведя небольшой марафет, я вышла из своей комнаты. В общей гостиной нашего крыла вповалку спала моя банда. Перегар стоял такой, хоть топор вешай! Да уж, неизвестно, чтобы было бы лучше, с ними тусить, или мое ночное приключение. Ввязалась бы в спор с Коксом, кто кого перепьет, Кокс умеет уговаривать, а я не умею пить, достаточно пробку понюхать, Гром тащил бы потом домой нас обоих. Потому что Соляра с Троем были бы в три раза пьянее нас. Но возвращаются они все время на своих двоих, да. А Еж тощий и хилый, самому бы в своих колченогих ногах не запутаться…

Я перешла по стеклянному «висящему» переходу в основное здание. На террасе, наслаждаясь шикарным видом, пили кофе дядя Толя, его молодая жена и Томас.

- А вот и наша Александра, - на английском поприветствовал меня дядя.

Томас и Леночка оглянулись на меня. Мужчина смотрел на меня во все глаза, а Леночка, дядина жена, прятала улыбку за чашкой, следя за реакцией Томаса на мое появление. Вот коза, явно ждет, как отреагирует он на контраст меня «вчерашней» и «сегодняшней».

- Всем доброе утро. – Я села на свободное место и налила себе чашку кофе.

Томас прокашлялся и ответил:

- Доброе утро, Александра. Я должен поблагодарить Вас за спасение моей жизни.

Вот уставился, глаз не отрывает. Сканирует прямо. Ну еще бы, Шершавая Мозоль и Александра Морозова совершенно разные люди. И последняя даже очень симпатичная. Как мне не раз говорили.

- Не стоит благодарностей. Любой на моем месте поступил бы так же.

«Ага, как же, щас! Любая дура, как я,» - подумала я.

- Надо отметить, что в России мне встречаются гораздо больше хороших людей, чем плохих. А с тем случаем, с ограблением, я сам виноват, не нужно пить с незнакомцами.

«Ну да, а еще подниматься в номера с кикиморами и пить по утрам кофе с русской мафией», - лошадь Пржевальского внутри меня перешла на тихий ржач.

- Что Вы делаете в России, путешествуете, работаете? – уже вслух спросила я.

- Я здесь по делам. У нас здесь совместный проект с русскими, сериал. Снимали сцены в России, на натуре.

Япона мать! Кино! Вот где я его видела! Не зря мне показалось знакомым его лицо. Сегодня он выглядел гораздо лучше, чем вчера. И хоть темные тени еще лежали под глазами, это даже придавало ему некий шарм. Темные волосы до плеч, яркие черные глаза под густющими ресницами, полные губы, любой девушке на зависть. Широкие плечи, фигура атлета, вон как мышцы футболку натянули! Жгучий латинос с примесью индейской крови, не иначе. Так, хватит пялиться. Но до чего ж шикарный, гад! Надо потом погуглить все-таки, где он снимался, если снимался. Или самой спросить? Насколько это будет бестактно?

- Том снимается в «Вампирских ночах»! И еще он продюсер этого сериала! – предвосхитила мой вопрос Леночка. – У них целых три серии будет в России, в Н-ске!

Я смотрела пару серий этого сериала для девочек-подростков и мечтательных дамочек, и мне он абсолютно не зашел. Но зато теперь ясно, откуда мне известна его смазливая физиономия.

- Как интересно! Я слышала об этом шоу, но не смотрела его, - соврала я. – Обязательно восполню пробел, особенно теперь, когда я лично знакома с главным героем.

Черт! Каким главным героем, если ты не смотрела! Палишься, Шурка, палишься, но, кажется, никто не заметил.

- Вы надолго в России?

- Мы отсняли уже весь материал, вчера наша группа улетела в США. Я остался решить некоторые вопросы, - ответил он мне.

Ну да, ну да, «страшные русские проститутки» - твои дела…

- Не волнуйтесь, Томас, - вступил в беседу дядя Толя. – Мои люди в течение недели решат все вопросы с Вашими документами. С посольством мы тоже все организуем. Без прессы и папарацци.

- Не знаю, как Вас благодарить. Это провидение послало мне таких людей, как вы.

Мда уж… Со стороны, и правда, все чинно и красиво. Владелец одного из самых крупных банков в России, помогает вытащить из беды актера из-за границы…

***

Как там было у Л. Джеймс? Внутренняя богиня? Вот и мое внутреннее нечто, что-то новое, неопределенное и совсем непонятное для меня, взяло под узды мою лошадь Пржевальского, не давая ей уйти в отрыв и драйв. Всему причиной был Томас Норд, уже три дня слонявшийся по нашей резиденции. От нечего делать и языкового барьера актер ходил за мной почти по пятам. И пялился… Я постоянно ловила на себе его заинтересованный и немного задумчивый взгляд… И самое ужасное, что мне это нравилось…

Мы разговаривали о кино, музыке, обычаях наших стран, политике. Из-за последней даже поцапались, перейдя на крики, настолько у нас был разный взгляд на некоторые вещи. Я взрываюсь, ору, выясняя отношения, но быстро отхожу. Томас, как оказалось, тоже, и этот маленький инцидент не помешал нашему дальнейшему общению. Только ребята потом долго подкалывали меня словами детской песенки:

Солнца свет в ночном остроге

К вам шагает по дороге.

Всех достану! Всех найду!

Эй, вампиры! Я иду!

Не летать вам при Луне.

Не кусать людей во сне.

Не тащить их под венец.

Эй, вампиры! Вам конец!

Песенка

Этот «вампир» сходу подружился со всей моей бандой, ребята очень сожалели, что пить Норду пока нельзя, а то они устроили бы ему настоящую попойку, так сказать, с пролетариатом, а не с российскими селебрити. Томас присутствовал на всех репетициях в эти дни, и с первой же песни расшифровал наше инкогнито. Помимо саундтрека, другие композиции группы тоже мелькали на радио, и, как ни странно, Томас их слышал. Не знаю, как у него не отвалились уши от нашей довольно специфичной музыки на любителя, но то ли ему действительно было скучно, то ли и правда понравилось исполнение, даже похвалил нас несколько раз, и музыку, и вокал. Расспросил нас про наши псевдонимы. Тут все было просто: Гром – громила с зычным голосом, Кокс – смуглый, как ночь, Соляра учился в Институте Нефти и Газа, Ежа звали так за колючий характер, Трой – сокращение от троянского коня, уже никто и не помнил, за что к нему прилепилось, ну а я – Шершавая Мозоль за стертые в кровь в пальцы от барабанных палочек на первых репетициях.

Мы разъяснили Томасу, что наши личности пока секрет, что Миллер хочет эпичного появления на Премии и ажиотажа в прессе, Норд обещал молчать…

А вот Леночка, дурья башка, наприглашала домой своих ботоксных подружаек. Ну как же, такая личность у нее дома! Надо же похвалиться! Они влетели в восточное крыло толпой из нескольких человек во главе с Леночкой. Мы как раз репетировали новую песню, лирику, нехарактерную для нас, думаю, что это и спасло «Рогатый Камень» от разоблачения. Или спас нас Томас, потому что своими визгами, окружив актера, бабье заглушило готический рок. Окружив Норда, дамочки лепетали хором, как они счастливы его видеть, облепили его со всех сторон, беспрерывно щелкая камерами, прижимаясь губами-уточками к его лицу, оставляя следы помады где только можно, и галдели, галдели, галдели! Такого кошмара мне еще не приходилось видеть, от возмущения и стыда я потеряла дар речи и с ужасом смотрела на эту вакханалию. Надо отдать должное ребятам, Соляра, Гром и Кокс довольно быстро оттащили сопротивляющихся кошелок (другими благозвучными словами их и не назвать) от Томаса. Тот, хоть и привык к фанаткам, но все равно был ошарашен и чертыхался на английском.

Не прошло и пяти минут, как в зал к нам пожаловал дядя. С охраной. Еж, удерживающий матерящуюся Леночку, быстро ее отпустил, и та, воспользовавшись моментом, оставила след от своих когтей на его лице, вопя, что теперь-то нам всем Толик задаст!

Задал. Но тем, кому на самом деле следовало. Дядя Толя отобрал у всей долбанутой компашки телефоны, включая Леночку. Выгнал баб из резиденции, предварительно проведя с ними беседу в духе «отрежу языки и закатаю в бетон» при малейшем намеке на разглашение всего, что они видели на вилле. Жену свою «Толик» еще и под домашний арест посадил. На неопределенный срок.

А для жены Ежа, которая должна была скоро приехать с ребенком, пацаны еще долго сочиняли «отмаз», откуда взялись царапины. А мои возражения, чем их правда не устраивает, не приняли во внимание…

***

Ребята ушли гулять в город, а я совершала вечерний заплыв в бассейне. Плавать я научилась совсем недавно, в море обычно только ножки мочила. Детский страх перед водой отступал тяжело и со скрипом. Я стеснялась плавать при людях, боялась, как бы кто не увидел мой пока единственный и далеко не совершенный собачий стиль. Ну и как всегда, артист нашел своего зрителя… Развернувшись на очередной круг, я обнаружила Томаса, сидящего на бортике, с полуулыбкой на губах.

- Интересный стиль, - пошутил он.

Я подплыла к поручням, Томас протянул руку, чтобы помочь мне вылезти. Ну уж, с этим бы я и сама справилась… Американец поскользнулся и мы оба кубарем свалились обратно в бассейн. Вынырнув и отплевавшись от хлорированной воды, мы зашлись в смехе.

- Сэр, Вы опять возле моих ног, - не смогла я сдержать сарказма.

- В этот раз хотя бы не нужно меня спасать, плавать – не пить.

- Да, со страшными русскими, - вырвалось у меня.

Томас подплыл ко мне поближе, прикоснулся рукой к щеке, убрал мокрые волосы со лба.

- Ты очень красивая! – сказал он с чувством, придвигаясь ко мне вплотную.

Все мое красноречие вдруг пропало, я словно проглотила язык и не нашлась, что ему ответить. Банальный подкат, и мужику просто хочется поразвлечься (да никак не получается). Одной частью мозга я понимала, что ничем хорошим это не кончится, но другая часть вопила: «Поцелуй его! Поцелуй его сама! Хватит глазеть друг на друга! Вы взрослые люди!». Сейчас, на самом деле, стоило бы промолчать и как в голливудских фильмах слиться в страсти, но Пржевальская лошадка отлепила свой присохший к небу язык:

- А до этого сказал, что ооочень страшная!

- Когда я такое говорил? - от возмущения «вампир» даже немного отпрянул, позволяя мне вздохнуть полной грудью, а то от его близости я даже дышать забыла.

- Я наговорил лишнего, когда был в отключке? - Догадался он. – Когда я очнулся, первое, о чем подумал, что по мою душу пришли черти!

Ну какая тут, к хренам, романтика. Мы оба зашлись в хохоте и момент был упущен.

- Развлекаетесь? – наше веселье прервала жена моего дяди. Леночка эффектно спустилась по лестнице, ведущей к бассейну, скинула халатик, уселась на ступеньки, картинно выгнувшись и закинув ногу на ногу.

Ну прям мини-бикини-69! Что творит, коза? Мало тебе домашнего ареста? Еще и на шпильках! И ведь умудрилась не грохнуться! Не то что я, необученная приемам голддигерши. Увидит дядя Толя, как ты крутишь пятой точкой перед иностранцем, в лучшем случае полетишь домой к родителям, как Машка.

Ну все, настроение было испорчено окончательно. Я вспомнила эту суку Машку, бывшую моего дяди и все, что она мне сделала два года назад.

- Пожалуй, пора спать, всем до завтра. – Я выбралась из бассейна, подтянувшись на бортик, и ушла к себе, оставив недоумевающую Ленку и Томаса, барахтающегося в бассейне.

***

Ночь была тихой и теплой, ни ветерка. Я сидела на террасе и кидала монетки в горную речку, тихо бурлящую внизу. Всегда, когда мне было плохо, я пригоршнями утилизировала мелочь в водоемах или фонтанах, если первых не было поблизости. Загадывала желание на «чтоб все было хорошо», когда было совсем плохо.

Если посмотреть со стороны, жаловаться было не на что. Прекрасные заботливые родители, давшие мне отличное образование, не мешавшие заниматься любимым делом, с пониманием отнесшимся к выбору группы вместо карьеры в банке. Наверное, я была бы неплохим работником, я все-таки хорошо училась и проложила бы себе дорожку вверх и без дяди и его влияния, пусть даже позже, чем с его помощью. Сначала мамин брат решил «что девочке нужно перебеситься и отвлечься от проблем», а серьезные дела подождут. Потом увидел, во что вылилось мое музыкальное хобби и перестал зазывать в филиалы своего банка и других фирм, поняв, что на хлеб с маслом я заработаю себе и другими способами, не пропаду.

Своих детей у дяди Толи не было. Старше моей мамы на 17 лет, рано лишившись родителей, он воспитывал и растил ее. А потом баловал меня. Но «золотым ребенком» я не была, и ни к местным, ни к столичным мажорам не имела отношения. Ходила в обычную, хоть и хорошую школу, занималась музыкой. В первый же год в музыкалке познакомилась со своей бандой. Так мы и были вместе со школьной скамьи и тусовались всегда вместе, писали музыку, учились в универе, начинали работать. А потом вместе все забросили и ушли в новый мир. Ни с кем из ребят у меня никогда не было романтических отношений. Даже мысли об этом не возникало. По крайней мере, у меня точно. Да и от ребят никаких поползновений в свою сторону я не наблюдала. Это была семья, братья и сестра, выросшие вместе.

Да и некогда мне было думать про любовь, слишком насыщенная была жизнь: учеба, музыка, языки, и вся прочая дребедень. Поэтому, спустя время, в первую любовь я окунулась с головой, и разбила вдребезги и голову, и сердце, на бешеной скорости.

Это был Егор, сын дядиного партнера. (Иногда мне кажется, что дядя Толя до сих пор чувствует себя виноватым, что познакомил нас и способствовал нашему сближению.) Красивый мальчик, задуривший мне голову. Богатенький наследник с флером загадочности, безупречных манер и аристократизма. Со старомодными взглядами за ухаживаниями за девушкой. Ха-ха! Таких дур как я, еще поискать! Пока я плыла на волнах любви, краснея и бледнея в его присутствии, этот хрен с горы вовсю шпилил дядину бывшую жену Машку. Что я и обнаружила накануне свадьбы, застав его верхом на этой овце. Если мужик предлагает подождать с сексом до первой брачной ночи, ссылаясь на какие-либо условности, гоните его в шею! Это или импотент, или альфонс, или просто кого-то имеет на стороне. Теперь я это точно знаю! Егору я была нужна просто как хорошая партия. Теперь в какой-то степени я даже благодарна этой сучке Машке, что раскрыла мне на него глаза вовремя. Но тогда, наматывая сопли на кулак, я ехала ночью куда глаза глядят, и в итоге конечной моей остановкой стала опора электропередачи. Машина всмятку. Я вкрутую. Провалялась три месяца в больнице. А восстанавливаюсь до сих пор.

Правильно Кокс сказал, когда в первый раз увидел Егора на фотке: «гомик какой-то». Такой и есть, только другими словами, на «П» начинается, а на «Р» кончается…

И вот надо было Леночке всколыхнуть воспоминания? Ну ничего, это ее копилку я разорила и кидала сейчас монетки на счастье.

- Алекс? – Томас испугал меня, застав за мелким хулиганством.

Я стушевалась и не нашла ничего лучшего, как запулить фарфоровую свинью в обрыв. Раздался звонкий дзинь, а потом характерный бульк!

- Не мешаю?

Я покачала головой, что нет. Но улики уничтожить точно помешал!

- Я обидел тебя? Ты убежала.

Вот же блин… Нелепая ситуация, терпеть не могу объясняться что да как. «Нет, не обидел. Это просто я на всю голову долбанутая. Со своими тараканами».

- Да нет, я просто устала. Хотя, ты же оскорбил мое плавание!

Томас виновато улыбнулся и почесал затылок.

- Могу научить.

- Лучше меня плавает только топор.

Томас на пару секунд завис, переваривая информацию, а потом засмеялся.

- У вас другой юмор. У русских.

- Что есть, то есть. Богаче и образнее.

«А не про какашки и пуки, как у вас, американцев», - подала голос моя внутренняя лошадка.

Я перегнулась через перила, пытаясь разглядеть в темноте, не лежат ли на камнях розовые осколки. Ленка ведь не совсем дура, наверное, спалит меня… А Томас встал рядом, опершись руками о парапет, делая вид, что любуется окрестностями. Чем там любоваться, не видно ни зги! Порыв ветра поднял мои волосы, откинув их ему на лицо. Длинные пряди запутались, перемешались с шевелюрой вампира. Белые с черным. Как идеально! Черт! Черт! Чееерт! Я влюбляюсь в этого иностранца! Так нельзя, Шурка, что ты делаешь! Мало тебе романов в Н-ске? Знаешь, чем они кончаются, еще хочешь?

Томас убрал волосы со своего лица и нежно заправил их мне их за ухо. Но руку не убрал, оставил на щеке, нежно поглаживая ее большим пальцем. А я стояла и смотрела на парня, как кролик на удава… А удав приблизил лицо к моему, мягко прикоснулся губами возле уха, провел ими дальше по щеке, прижался к губам. Я перестала дышать, а сердце ухнуло прямо в пятки. Эйфория и блаженство! Никогда я еще не получала такого удовольствия от поцелуя!

- Что это за лифчик? Лифчик за три тыщи! – Грома не зря так прозвали. Его раскатистый бас пронзил тишину. Не менее громко, хотя и не так зычно ему подпевал Соляра. Ну все, нажрались, на попсу потянуло. Такой шанс мне обломали! Мы с Томасом нехотя оторвались друг от друга. Стоп, Шуряндий, ты пять минут назад ругала себя за романтические порывы. Определилась бы уже, чего точно хочешь!

- О, ребята! Гуляете? – икнул Соляра и качающейся походкой направился к нам. Гром засеменил следом.

Соляра собирался что-то сказать, но осекся, увидев руку Томаса на моем плече. Норд же, подавшись корпусом немного вперед, казалось, приготовился защищать меня от моих же пьяных вдрызг товарищей. Ой-ой.

– Ты смотри мне, гастролер! Обидишь Шурку, я тебе ее барабанные палочки в зад засуну! Понял? – Мой «бандит», еле держась на ногах, потряс пальцем у Томаса перед лицом. И хотя все было сказано по-русски, Норд, казалось, понял. Понял, что на него наезжают. Он улыбнулся Соляре, отодвинул меня к перилам и немного повел плечами, разминая их, всем своим видом давая понять, что в обиду не даст ни себя, ни меня.

Вот же дебилы! Петухи доморощенные!

- Ребята, спать уже идите, а? – Я вышла из-за укрытия широких плеч Томаса. – Сереж, Дим!

- Все Шурок, идем! А ты смотри мне! – Серый опять многозначительно поднял указательный палец вверх, и засеменил к Димке, стоящему рядом и вообще неотдупляющему, что происходит.

- Они пришли меня спасать от тебя, - посмотрела я на Томаса.

- Я так и подумал, - неизменная улыбка на губах. Ох уж эти американцы!

- И собрался драться?

Томас пожал плечами:

- Да кто вас знает, чего ждать… Русские…

Я закатила глаза.

- Пойдем искать твою вазу, - он взял меня за руку и повел вниз.

***

Осколки мы нашли, Томасу хватило такта ни о чем не спрашивать, только хмыкнул, когда я отправила черепки к их собратьям в реку. Потом мы долго болтали до рассвета, очередным откровением стало для меня то, что американец, как многие его соотечественники, считает русскими всех россиян. В частности, местных адыгов. Я пообещала, что свожу его в ближайший аул, где устраивают различные представления для туристов, что будет служить одним из примеров национального и культурного разнообразия России.

Утром Норд проводил меня до моей комнаты. Собирался ли он поцеловать меня на прощание или нет, я так и не узнала, так как в коридоре нарисовался заспанный дядя Толя. Томас просто сжал чуть сильнее мою ладонь, лежавшую в его руке, и прошептал: «До сегодня».

Разбудила меня Леночка. Приперлась ко мне в комнату, плюхнулась на кровать.

- Шур!

- Ммм? Я сплю.

- Что у тебя с Томасом Нордом?

- Лен, иди в пень, - я кинула в нее подушкой.

- Дура ты, Шурка. Я бы, на твоем месте, своего не упустила, - протянула мечтательно Ленка и улеглась со мной рядом. – Ну а что, он с тебя глаз не сводит! Поверь мне, уж я-то знаю, когда мужик пускает слюни по-настоящему!

- Лен, твою мать, семь утра! – Я забралась под одеяло с головой. Не хватало еще от нее советы выслушивать.

- Смотри, ты и так старая дева! Тебе уже двадцать три! Скоро совсем неликвидным товаром станешь!

Я лягнула ее ногой.

- Всего девять лет разницы, маловато, конечно. Мужчина должен быть постарше, но и так хорошо.

- Ага, лучше как у тебя, Лен, три десятка, - не удержалась я от сарказма.

- Да! Но где ты такого Толика найдешь? Нашим олигархам молодежь подавай, а у американцев нет такого пунктика на возрасте, ты Томасу и перезрелком подойдешь.

- Лен, тебя матом послать или пинками выгнать? – Сон она мне прогнала все-таки.

- Дууурочка! Ну я же о тебе пекусь! Ты ж моя племяшка. Ну упустила Егора, бывает. Наломала дров, но теперь такой шанс!

Я грязно выругалась, встала и ушла от этой козы в уборную. Леночке хватило ума не составить мне компанию на унитазе, но под дверью она продолжила свою тираду.

- Мне девочки рассказывали, что Егор за тобой несколько месяцев ходил, прощение вымаливал. Зря ты его не простила. Подумаешь, застукала. С кем не бывает. В наше время на это даже внимание обращать не стоит. Мужики всегда развлекаются на стороне. Толик даже долго не злился, отправил Машку назад к родителям и все. Даже по роже ей не съездил, а они женаты были! А вы еще нет! И Машка бы выпросила прощение, но тут я Толику встретилась!

Я с остервенением чистила зубы, намереваясь, как только закончу, выставить наконец-то хабалку в коридор.

- У Толика бизнес с Яровым, представляешь, сколько ты нам убытков принесла, когда Егора послала? Мне Марина рассказывала, что Яров из своей кампании Егора выставил! Теперь парень, говорят, на химию подсел! А ты таскаешься повсюду со своими дегенератами, бряцаешь какую-то хрень, ну какой питательный мужик на тебя посмотрит? И группу-то свою как назвала! Рогатый Камень! Это из-за рогов от Егора, да?

- Лен, - я открыла дверь. – Ты сама выйдешь или тебе леща вломить?

- Сама дура! – Ленка вылетела из моей комнаты.

Ну что за говно человек! На каком пастбище дядя только этих овец подбирает!

***

- Шур, может, возьмете Глеба с собой?

- Дядь Толь, у тебя паранойя уже! Сколько раз я была в Ближней Воде. И дорогу знаю, и меня там знают.

Дядя провожал нас с Томасом в горный аул и не столько пекся о моей безопасности, сколько до сих пор волновался пускать меня за руль после той аварии.

- Ну а ребята чего с вами не едут?

- У Ежа же жена вечером прилетает.

Я закинула рюкзак на заднее сиденье джипа.

- Вот, отдай Лене, она интересовалась. – Я протянула дяде распечатанный лист из Википедии: «Токей Ито (Рогатый Камень) – индейский вождь, герой трилогии Лизелотты Вельскопф-Генрих «Сыновья Большой Медведицы». Этой книгой наша банда зачитывалась в детстве, и название группы потом пришло как-то само.

- Все, пока! Завтра утром вернемся. Останемся на ночное представление.

- Ладно, веселитесь! Документы завтра будут готовы. Скажи сама тогда своему вампиру, не буду вам портить вечер.

Я помахала дяде на прощание и выехала из ворот с еще худшим настроением, чем оно было утром. До Ленки я еще сомневалась, но ее слова окончательно раскрыли мне глаза на то, что я хочу этого верзилу. Томаса Норда. А теперь, когда у нас остался только один день, чтобы побыть вместе, не стоит и начинать…

***

До темноты мы обследовали окрестности. Я показала Томасу небольшие водопады недалеко от селения, дольмены, карстовые пещеры. Всю поездку я тараторила, как гид, рассказывая о местных достопримечательностях, а когда оставили джип и пошли пешком, старалась уйти вперед, как бы показывая дорогу и акцентируя внимание на том или ином объекте, но на самом деле мои «забеги» позволяли мне не дать взять ему меня за руку, привлечь к себе… Но не очень-то удавалось. На Каменном завале волей-неволей мы держали руки сцепленными. И каждый шаг по скользким камням, когда он специально, как я думала, прижимался ко мне всем телом, давался мне очень тяжело. Меня обдавало то жаром, то мурашками. И его, судя по всему, тоже.

В Тигровой пещере мы дошли до воды, из обуви на нас были только трекинговые кроссовки, я развернулась, чтобы предложить пойти назад, но наткнулась на грудь мужчины. Сильные руки подхватили меня, не давая упасть, губы прижались к моим, мы целовались быстро, спешно, как подростки, старавшиеся урвать сладкие мгновения. Да так оно и было, я знала, что скоро объект моего желания улетит за океан. Ну а в его мысли я пробраться не могла.

Фонарик выпал из моей руки, когда Томас рванул мою ветровку вниз, обнажая шею для поцелуев, покатился с грохотом, и погас.

Я отстранилась от мужчины:

- У меня второй в рюкзаке.

Потянула за лямки на плечах Томаса, рюкзак нес он, хотя поклажа и не была тяжелой, сказал, чтобы я дала побыть ему джентельменом хотя бы в России, свободной от радикального феминизма.

Томас со вздохом дал мне достать второй фонарик, я осветила пещеру, но первый так и не нашла.

- Нам пора возвращаться, нужно успеть в Ближние Воды на концерт, - я чуть ли не вприпрыжку побежала.

***

Представление удалось на славу, лезгинка, женские танцы с саблями, огненное шоу. Томасу понравилось, но, чтобы поддеть меня, или не желая признавать свое поражение в очередной раз, он заявил, что все круто, но для американца отличить русского от кавказца – это как русскому найти пять отличий между чероки и сиу. На что я перечислила ему шесть, навскидку, что могла вспомнить.

- Все, сдаюсь, - поднял он со смехом руки вверх.

Во время концерта он стоял сзади меня, обнимая, положив подбородок мне на голову. Мне было хорошо и уютно и не хотелось думать, что это вообще последние наши совместные часы.

Перед обратной дорогой мы решили подкрепиться в небольшом кафе. Заказали себе хинкали и безалкогольные коктейли. Как бы нам не нахваливали местную чачу, у меня к настолько крепким напиткам не было особой любви, а Томас с недавних пор поневоле заделался язвенником-трезвенником.

В помещении было многолюдно, играла тихая музыка, некоторые пары танцевали. Мы беседовали о новых сериалах, Томас видел несколько пилотов, и он рассказывал, какие из них могли выстрелить в этом году, о проектах, которые он собирался продюсировать, и о том, как мои новые композиции могли бы удачно лечь на сюжет одного хоррора. Фактически, он предлагал мне работу. Я ответила, что буду думать. Нужно было советоваться с группой, я не могла в одиночку принять такое решение. Как мне показалось, Норду не понравился мой ответ.

Я задумчиво возилась в тарелке, когда он накрыл ладонью мою кисть:

- Алекс, только сразу не оборачивайся. Там, возле стойки, один парень с нас глаз не сводит.

После этих слов было трудно сразу не посмотреть, кто и что там.

- Я тут часто бывала раньше. Может, старые знакомые.

Норд покачал головой.

- На старых знакомых так не смотрят.

- Наверное, местная шпана услышала английский и хочет нас развести на бабки, - пошутила я, для вида поправила волосы и скосила глаза из-под длинных прядей.

Черт! Вот его я никак не ожидала здесь увидеть! Не его уровня заведение. Да и все селение. Егор Яров, сучий потрох! Я судорожно вздохнула, глаза застелило пеленой. Все события двухлетней давности обрушились на меня с новой силой. С того самого дня я не видела этого гада вживую. Ленку дезинформировали ее подружки, не ходил он за мной месяцами. Во всех соцсетях, почте и так далее, я его заблокировала, а личный «доступ к телу» ему пресекли дядины люди. Да и о чем нам было говорить?

«Дорогая, это не то, о чем ты думаешь?»

«Да, милый, твой член нечаянно оказался в той бабе. Вот же она гадина, да, любимый?»

Тьфу!

Томас придвинулся ближе и положил мне руку на плечо.

- Ты побледнела, с тобой все в порядке?

Ох уж мне это американское «Are'u OK?»

- Все хорошо, просто гости из прошлого.

- Твой бывший?

- Угу, принц на белом коне с золотыми яйцами.

Норд усмехнулся:

- Шутишь, значит, жить будешь.

И не знаю, чтобы поддержать меня или позлить Егора, приобнял меня и спросил:

- Потанцуем?

Я кивнула в знак согласия. В динамиках раздавалась «Лирика» «Сектора Газа». Изумительный медляк для первого танца. Но не в это время и не при таких обстоятельствах. Ну что же, Шершавая Мозоль, придумала себе глупый псевдоним, вот и живи шершавой жизнью с мозолями… Втрескалась опять не в того, в звезду, пролетающую мимо, размышляла, стоит ли крутить курортный роман, на тебе для ровного счета бывшего на десерт, в нагрузку, чтоб не забывала, чем все это обычно кончается.

Томас обнимал меня за талию, тесно прижимая меня к себе, а я положила голову ему на грудь и позволяла вести себя в танце. Со стороны мы смотрелись как двое влюбленных, не знаю, задело ли это Егора, ведь он точно узнал меня, хотелось думать, что ссал от досады в штаны. Я тайком, из-за широкой груди вампира, рассматривала другого своего кровососа. Похудел, осунулся, но на нарика не сильно похож, как распиналась Ленка. Холеный дрищ!

В очередном пируэте я встретилась с Яровым глазами. Не помню, чтобы когда-нибудь на меня смотрели с такой злобой, желваки ходили так, чтобы могли бы задать ритм в дансхолле. Да он ненавидит меня всей душой! Дура! Жалеет он о том, что потерял, как же! Он жалеет только бабки, которые потерял из-за меня. И место в фирме у своего отца. Отец его простит со временем. А бабки прибавятся после брака с другой, настоящей золотой мажоркой, под стать себе.

Почувствовав, как я напряглась, Томас нежно погладил меня по спине, прошептав какую-ту милую чепуху на ухо. Ох, ни к чему это все, только напоминание о моей никчемности в амурных делах.

- Поехали домой?

Томас понимающе кивнул. Расплатиться по счету в кафе он мне не дал, пробурчав опять что-то об удовольствии заплатить за женщину, взял мой рюкзак, и мы направились к джипу.

Серый рассвет сопровождал нас на обратной дороге. Не самая удачная идея ехать по серпантину в легком тумане, но я спешила прочь от Егора подальше. Он не сделал попыток ни подойти, ни заговорить со мной. И на том спасибо.

Ехали мы в тишине. Перед тем, как сесть в джип, я рассказала Томасу, что дядя Толя закончил с его документами, и путь в «страну возможностей» теперь свободен. Норд ответил только «It's Fine», не спросив даже, почему я не донесла до него эту новость еще сутки назад. И молчал все время, только один раз, на особо крутом повороте, предложив самому повести автомобиль. Но ретировался, мой красноречивый взгляд выражал конкретное «с хрена ли…». А у меня была каша в голове от раздумий о козлах, овцах, нереализованных возможностях и потерянных шансах…

Шум другого мотора отвлек меня от мыслей. Кого еще нечистый прет в такое время? Как разъезжаться на узкой дороге? С одной стороны скалы, с другой обрыв и бурлящая река. В зеркалах сзади я заметила другой внедорожник. Пропустить я его не смогу, но и быстрее фиг поеду, пусть в хвосте плетется.

- Алекс, дай я сяду за руль! – О, голос подал, обиженку строить перестал? Да свалишь ты в свою Америку, свалишь! Надо было тебе еще вчера все рассказать, не тянуть кота за яйца. Уехал бы, ну погрустила бы чуть. Наверное. И Ярова бы не встретила. Улетели бы с ребятами в Лос-Анджелес, подписали бы контракт, выбирали бы наряд для Премии…

- Не ссы, прорвемся, - моя Крейзи Хорс проснулась и заблокировала мне доводы разума.

Водитель другого автомобиля начал сигналить, приближаясь к нам. Вот уж, не упоминай всуе! Егор собственной персоной!

На хрен! Я надавила на газ. И правильно сделала: по заднему бамперу, просвистев, чиркнула пуля! Этот мудак стрелял в нас из пистолета! Мы с Томасом на автомате пригнули головы. В открытом джипе было особо не спрятаться.

- Держи руль крепче и следи за дорогой! – Томас начал рыться бардачке. Я втопила педаль в пол до упора, пытаясь оторваться от Ярова.

- Что ты там ищешь?

- У тебя что, нет оружия в машине? – прокричал мне американец в ответ.

Он что, собрался отстреливаться?

- Нет у меня оружия! Здесь не Дикий Запад! – проорала я.

- Не похоже!

Еще и язвит в такой момент!

- Что совсем ничего нет?

- Есть газовый баллончик в рюкзаке! Можешь ему в лоб кинуть!

Мы мчались на дикой скорости, маневрировать было особо негде, я боялась сорваться в пропасть, или врезаться в отвесную гряду, а потом все равно упасть в реку. Яров не отставал, еще пару раз пальнув по нашей машине.

- Алекс, нам нужно пересесть! У меня большой опыт езды по каньону!

- Раньше нужно было настаивать! Как я тебе сейчас остановлюсь?

Мне было страшно, ужасно жутко и страшно. Руки вжимались в руль так, что побелели костяшки пальцев, а ногти впились в мягкую обивку руля. И да, Господи, я хотела жить! Мне было что терять: любимые мама и папа, музыка, ребята, лучшие мои друзья на свете! Хрен с ней, с любовью, пусть ее никогда не будет в моей жизни! Только не так, я не хочу умирать от руки этого кретина!

- Алекс, быстро меняемся местами!

- Хорошо!

- Не отпускай сразу руль и потихоньку вставай!

Томас привстал на сиденье, одной рукой крепко держа руль, а другую пропуская мне за спину, чтобы ухватиться с другой стороны.

- Давай, сейчас!

Я поднырнула вправо, под его руку, так, еще секунда, чтобы плюхнуться на соседнее сиденье. Но не было больше ни секунды, ни двух. Очередной выстрел пробил колесо, джип подпрыгнул и полетел в бездну. Я сильно ударилась головой о приборную панель, и последнее, что я помнила, как Томас хватает меня за пояс и выпрыгивает вместе со мной из машины.

***

Я не удержала в памяти, как очутилась на берегу. Все, что было после падения, мне потом рассказал Томас. Как я пришла в себя от ледяной воды, как поток воды нес нас прочь, а Егор еще несколько раз палил по нам вдогонку, как я в панике начала тонуть, а мой «бессмертный вампир» вытащил нас двоих на скалистый берег.

Очнулась я от искусственного дыхания рот в рот, и не было ничего романтичного в этом спасении, как в голливудских фильмах, в лающем кашле и рвоте водой, когда я возвращалась к жизни. Томас придерживал меня, пока я опустошала содержимое желудка, гладил по голове и что-то быстро говорил потихоньку, я не разбирала слов, это был точно не английский…

Убедившись, что я цела и ничего не сломала, только ободрала себе конечности, да заработала огромную шишку на голове, он усадил меня к себе на колени и крепко обнял своими лапищами.

Как только я начала соображать, я в страхе посмотрела вверх на скалы.

- Его нет, нас унесло далеко, а он сбежал сразу же, как у него кончились патроны, еще и пистолетом в нас кинул, - пояснил мне Томас, обнимая меня.

- Говорила же, что нужно было в него баллончиком запустить.

Парень тихо засмеялся мне в макушку, и я опять ничего не разобрала из его бурчания.

- Нужно понять, где мы находимся, я не узнаю эти места, - я немного высвободилась из его медвежьих объятий и огляделась по сторонам.

- Давай сначала обсохнем и отдохнем, а потом решим, что делать.

- Можно пойти назад, к машине, может, телефоны целы.

- Я могу пойти и найти помощь, - Томас, прищурившись, смотрел вверх, оценивая, сможет ли он забраться по камням. – Там есть дорога? Можно выйти к шоссе.

- Ничего там нет, около километра, где мы упали, должен был быть поворот, дорога ушла в другую сторону.

- Понятно. Тогда давай так: ты отдыхай, а я пойду к машине.

- Нет! – я даже вскочила на ноги, - я одна тут не останусь!

Томас за руку притянул меня к себе назад:

- Тогда первоначальный план, - и принялся стягивать с меня футболку.

- Ты чего?!

- Сохнем и греемся на солнышке!

- Ааа, - протянула я, - хорошо. – Отвернись тогда!

Томас засмеялся, но отвернулся. Глупо было, конечно, отворачиваться друг от друга, не догола же мы собирались раздеваться. Но было как-то неудобно совершать сам процесс избавления от одежды перед человеком, которого я знала всего неделю. Оставшись только в голубых лифчике и трусиках (Хорошо, что стринги я не носила, а то бы совсем от стыда сгорела!), я чуть обернулась посмотреть, что там делает Томас. Парень раскладывал свои джинсы и майку на камнях. Полюбоваться хоть этим древним богом напоследок! Вот она, настоящая мужская красота без фотошопа. И бешеная харизма. И я блин… Да, я стройная и подтянутая, но до его коллег-красоток как до Пекина в сланцах: ноги не от ушей, губы далеко не Джоли, грудь второго размера… Если сравнивать, то скорее, я Линдси Лохан в ее лучшие времена, только не рыжая, а натуральная блондинка…

Я в очередной раз вернула свою отвисшую челюсть на место, оторвав взгляд от его шикарной задницы, и уселась на камни, уткнувшись подбородком в колени. Парень плюхнулся рядом.

- Кстати, спасибо! Теперь мы квиты.

Томас вопросительно поднял бровь.

- Ты спас мне жизнь!

- А, ну да, - улыбнулся он. – Теперь мы в ответе друг за друга.

- Чего?

- Если спасаешь жизнь человеку, то отвечаешь за него до конца своих дней.

- Китайская поговорка?

Томас пожал плечами:

- Индейцы говорят так же.

Он провел рукой мне спине, и задержал ладонь между лопаток, мягко, слегка касаясь:

- Не больно?

- Не очень, - покачала я головой.

- У тебя спина в ссадинах. И синяк наливается во всю спину.

- А ты себя видел?

На его немой вопрос я прикоснулась к его скуле.

- Фингал на половину лица обеспечен.

Затем повернула его за плечи спиной к себе и тихо пробежалась пальцами вдоль позвоночника:

- Тут, наверное, все камни в речке собрал, аж вмятины.

Томас перехватил мою руку и усадил к себе между ног, обнимая руками и ногами.

- Так теплее, - пояснил он, гася мой невысказанный протест.

Так действительно было теплее. Так, ёкарный бабай, было жарко! Он опять будил во мне страсть и, если он сидел смирно и умиротворенно глядел на воду, то мне такое «термосидение» давалось с трудом, хотелось развернуться, повалить на камни и … трахнуть уже, наконец! Но сама дура, раньше надо было думать, а не бегать от мужика по пещерам…

- Получается, мы спровоцировали его. – Вдруг озвучила я мысль вслух. – Егора. Он воспринял наш ужин как свидание и взбесился. А потом еще медляк. И… обнимашки, - уже тише добавила я.

- Никакая это не провокация, я сразу обозначил этому stupid fuck, чья ты женщина.

Ого… Я промолчала. Почему-то после такого признания я боялась шелохнуться.

Спустя некоторое время я пошевелилась, усаживаясь поудобнее, а Томас вдруг спросил:

- Поедешь со мной в Лос-Анджелес?

- Я уже говорила, что нужно говорить с ребятами и с Миллером, потянем ли мы еще один проект одновременно.

- Нет, ТЫ поедешь со МНОЙ?

Я всем телом почувствовала, как напрялись его мышцы в ожидании моего ответа.

- Я же говорю, - начала была я и осеклась, внезапно поняв, о чем именно он спрашивает.

Что я могла сказать, когда сама в себе не разобралась, еще десять минут назад была готова предаться плотским утехам на пустынном берегу, а теперь не то что двух слов, я двух мыслей связать не могла.

Что ему ответить, что я до усрачки хочу его, но боюсь отношений? Боюсь не только любви вообще, дую на воду, обжегшись на молоке, но конкретно его, Томаса Норда, известную личность, внезапно проявившую внимание ко мне, простой девушке. Что наша связь не может продлиться долго, что я только-только избавилась от душевных страданий, чтобы вновь окунуться в этот омут, что у меня фобия открыться и довериться новому человеку, даже если испытываю к нему бешеное влечение?

Томас ткнулся мне в шею носом и снова сказал что-то на незнакомом языке. А затем повернул меня за подбородок к себе и крепко поцеловал. А потом еще и еще. И еще. И, спустя несколько минут, я уже сама целовала его, не в силах оторваться. А его руки были везде, на шее, груди, талии, он нежно, чтобы не причинить боли, касался всего моего тела, а я же уже не сдерживалась и вовсю дала волю чувствам, прижимаясь к нему, лаская его могучее тело, наслаждаясь каждым мгновением нашего сближения. Я охнула от нахлынувшего наслаждения, когда Томас начал покрывать поцелуями мою грудь, стащив бюстгальтер вниз, щекоча чувствительную кожу отросшей щетиной. Ему понравилась моя реакция, и он тихо и утробно прорычал, всасывая ртом сосок, его рука потянулась вниз, в трусики, гладя влажные складочки, а я выгибалась дугой навстречу смелым пальцам и стонала от потрясающих ощущений.

Томас сориентировался первым, когда послышался шум лопастей вертолета. Быстро натянул мне лифчик на законное место, накинул еще мокрую куртку мне на плечи и закрыл своим телом от поднявшегося ветра.

Вертолет дяди Толи снижался недалеко от воды. Благо береговая линия это позволяла. Через открытую дверь было видно и дядю, и его команду: Глеба, Карена и Ивана Игнатьевича. Дядя, не смотря на свой немолодой возраст, выпрыгнул из проема, не дав машине полностью приземлиться, подбежал ко мне, сгреб в объятия. Отстранился, осмотрел с ног до головы, опять прижал к себе, приговаривая «Живая, дура, живая». А я в первый раз в жизни видела слезы на его глазах. Даже после той аварии он не плакал. Или мне просто тогда это видеть не было суждено.

Глеб и Карен притащили одеяла и тактично отвернулись, отвернулся и дядя Толя, вверив заботу обо мне своему врачу, похлопал Норда по плечу, а потом, в порыве, и его обнял.

Убедившись, что с нами все порядке, закутав в сухие, теплые одеяла, нас подняли на борт и напоили горячим куриным бульоном из термоса. Я выпила совсем немного, сославшись на то, что меня снова начало мутить после утренней промывки желудка. Нам рассказали, что Глеб поставил мне жучок на джип, чтобы отслеживать передвижения для спокойствия своего босса. И когда мы утром не вернулись домой и не отвечали на звонки, дядя Толя поднял всех на уши. Машину отыскали в семи километрах от места, где Томас вытащил меня на сушу. Благо, что автомобиль просто разметало по камням, не взорвался. В груде металла, оставшегося на месте падения, Глеб обнаружил следы от пуль, и стало понятно, что это не просто авария, и не криворукая Шурка ее устроила. Дядин секьюрити корил себя, что не поехал со мной (ну да, у него и автомат был, не только пистолет. Устроили бы Томасу Дикий Запад в стиле «Тома и Джерри»). Трупов не было ни в машине, ни поблизости, дядя надеялся, что мы как-то спаслись, и начал облетать район аварии. Он не хотел верить, что я погибла, что он потерял племянницу из-за своего «бизнеса», что снова вернулись девяностые.

Я успокоила дядю Толю, что его вины в этом нет, рассказав о Ярове и его помешательстве. Дядя проскрипел зубами и посмотрел на Карена и Глеба. Этот красноречивый обмен взглядами был понятен без слов. Моему бывшему хана… Вряд ли физическая расправа, ведь Яров-старший до сих пор дядин партнер, хоть они и поссорились тогда после расстроенной свадьбы, но просто так он теперь это не оставит. Но я не хотела об этом думать, все равно от меня мало что зависело.

Я начинала засыпать под ровный шум мотора, вертолет немного качнуло, и я свалилась на Томаса. Он приобнял меня, дав моей многострадальной башке устроиться на его плече. Проваливаясь в сон, я все же спросила у американца, что он мне сказал перед поцелуем, Томас ответил не сразу, так что я не до конца уверена, не приснился ли мне его ответ:

- Я не беру силой то, что могу взять любовью.

***

Проснулась я оттого, что замерзла. Вода в ванной давно остыла, погрелась, называется. Заснула в воде, что было немудрено после насыщенного событиями утра. Вылезла, привела себя в порядок, как могла. Банду, дядю и Томаса я обнаружила в столовой за вечерним чаем и общей беседой на смеси русского и английского.

Норд, казалось, сразу почувствовал мое присутствие. Встал и пошел встречать меня к лестнице. Как я спускалась, услышать он точно не мог, в комнате было шумно, и маленький Ежик вносил свою лепту, нарезая круги вокруг стола. Надо же, наверное, я тоже пробила брешь в его биополе, раз реагирует на меня на расстоянии.

В глазах Томаса было столько тепла, и смотрел он на меня с таким обожанием, что я покраснела до кончиков ушей, но также не могла отвести от него взгляд.

- Тетя! – ко мне кинулся крошечный бутуз и обнял за ногу.

- Ну вот, опять конкуренты, - ухмыльнулся Норд.

Я подняла малыша Никитку на руки, и втроем мы пошли за общий стол к собравшейся компании. Мы поздоровались с Ниной, женой Ежа, она хотела было взять от меня Никитку, но он не пошел, вцепился мне в шею и мусолил мне щеки детскими слюнявыми поцелуями.

Мне рассказали, что приезжал Яров-старший, умолял не заявлять в полицию или мстить не столь законными способами, что разберется с ним сам, когда найдет. Дядя Толя ничего не стал обещать, сказав, что решит, когда найдет. Если Яров спрятал Егора, фик ты его найдешь, дядь Толь, отправит заграницу и ищи ветра в поле…

Меня заставили в очередной раз поведать о наших с Томасом приключениях, ребята хотели знать подробности и на русском, все, что могли, уже вытянув из Томаса на английском. Я рассказывала, пропуская пикантные моменты, немного сбиваясь на тех местах, где они, по идее, должны были быть, чувствуя, что краснею. Рука Норда лежала на спинке моего стула, приобнимая меня, и он тихо и еле заметно гладил меня по плечу время от времени. От парней это не утаилось, они многозначительно подмигивали и толкали друг друга в бок, как юнцы, увидевшие как соседский парень клеит девчонку.

Мои музыканты сокрушались, что все пропустили. Что не поехали со мной, а в очередной раз ужрались в зюзю, проведя время в клубе, оставив Ежа на вилле с семьей. Жалели о пропущенном мордобое. Соляра заявил, что прибил бы Егора еще в баре, как только увидел и не было бы никакой стрельбы и погони; что только малохольные америкашки могли пропустить грандиозный махач. На что я ответила, что Томас спасал мне жизнь, пока они пили. И запой пора бы уже прекратить, нам скоро лететь в США и работать. Ребята согласились, сокрушенно покачав головами.

Потом приехал Карен с документами Томаса. Как я поняла, документы не восстановили, а смогли разыскать. Дядя Толя, Карен и Томас уединились в кабинете решать вопросы с билетами и прочим, а на меня накатила опять тоска. Вот и все. Конец моим необычным каникулам.

Я поднялась к себе в крыло. Малыш Ежик отказался уходить с моих рук, и Нина разрешила взять его с собой. Я пообещала, что уложу его. С Никиткой мы устроились в общем холле на полу на подушках. Три стены этой гостиной представляли собой окна от пола до потолка. Я любила проводить здесь время в одиночестве, музицируя или занимаясь йогой. В солнечные дни комната как бы парила над горами и дарила вдохновение. А сейчас дождь барабанил по стеклам, угнетая меня еще больше.

- Сказку! – потребовал Никитка.

- Давай лучше я сыграю тебе песенку. Хочешь колыбельную?

- Да! – малыш сосал большой палец.

Я достала свою старую флейту из стеллажа. Погладила бывалую подружку, поднесла к губам. И хотя было некоторым кощунством играть на сампоньо Бетховена, «Сурок» нежно и грустно наполнил пространство.

Постепенно, сама не замечая, я перешла на иные мотивы. Я вложила в мелодию всю свою жизнь, несбывшиеся мечты, слабости и влечения, страсти и привязанности, дружбу и любовь к близким, взлеты и падения. Разбитое сердце и новое, осязаемое и ускользающее чувство, надежду на полет над бренной землей, прочь ото всех горестей, в новый мир, в новую Вселенную, где человек свободен, как ветер, един с космосом, где счастье возведено в абсолют.

Ролик для восприятия

Никитка тихо сопел, разметавшись по подушкам. Перенести бы его на кровать, да разбудишь ненароком. Я накрыла ребенка пледом. Краем глаза заметила фигуру в темноте и невольно вздрогнула от неожиданности.

- Давно ты тут стоишь?

Томас наблюдал за мной, опершись плечом об арку.

- Минут десять. – Он подошел и сел рядом со мной. – Флейта Пана. Мои предки считают, что тростник для нее нужно срезать в предрассветные часы. Тогда играть на ней будут правильные духи.

Томас с почтением погладил музыкальный инструмент.

- Твои предки? – Я так и думала, что в нем течет индейская кровь. – Из Перу или Боливии?

- На самом деле, - он почесал голову, - я гражданин Мира. В моей крови смешались авахун из Перу, навахо и дакота из США, испанцы, ирландцы и англичане.

И ему я там что-то про национальные отличия втирала? Затроллил, блин, меня…

- А Томас Норд – твое настоящее имя?

- Да. Кэнеонаскэтью Даниэль Томас Норд.

- Ничего себе… Первое слово что-то означает?

- Тот, который идет на четырех когтях.

- Надо сказать, у твоих родителей отменное чувство юмора.

Язык сломаешь…

- Это имя я сам вписал в официальные документы. Оно пришло ко мне после обряда посвящения.

- Правда? – Все мое существо, воспитанное на книгах Карла Мая и Купера, закипело в жажде подробностей. – Как у сиу? С плясками вокруг столба и отрыванием кожи?

Ну а что, упомянул же он про дакота, выстраивала я логическую цепочку. Прямо как мой любимый Токей Ито, Рогатый Камень.

- Нет, - засмеялся Томас и в мгновение ока стащил с себя футболку. – Вот же, никаких шрамов.

Прижал мою ладонь к своей груди.

Ну да, а то ты раньше не видела идеальный торс без изъянов, чушь опять порешь, Шурка.

- Мой дед, с корнями навахо, был очень дружен с шаманом в резервации. Дали мне выкурить трубку с местными травами и отправили на гору, три дня жариться на солнце без пищи и воды. Вот тогда, в галлюцинациях и пришло ко мне родовое имя.

Норд рассказывал, не отпуская мою кисть. Я чувствовала рукой жар его тела, ровный и сильный стук сердца, ощущала его неповторимый мужской запах. Включи сейчас кто-нибудь свет в комнате, повыбивает стекла от энергии, текущей между нашими телами. У меня этих токов, как от статического электричества, даже волосы на голове привстали у корней…

- Сколько тебе было лет?

- Тринадцать.

- Довольно жестко для подростка. Не восемнадцатый век, все-таки.

- На самом деле, здорово прочищает голову. И дает правильное направление, когда не знаешь, что делать.

Он провел рукой по линии моих пальцев, от указательного до большого, по огрубевшей коже от постоянного битья по барабанам, мягко, приятно, как недавно гладил сампоньо. И хотя первым моим порывом было вырвать руку от непрошенной ласки (привык, наверное, к холеным ручкам моделей, а тут мозоли как у доярки), я принимала поглаживания с наслаждением и упоением, делая вид, что так и надо, продолжаем разговор.

- Я ходил за советом к Духам еще несколько раз за эти годы.

- И как, помогло решить твои проблемы?

Глаза Томаса сверкнули странным блеском. Или это молния за окном?

- В последний раз Великий Дух наговорил всякого…

Хищная улыбка, и вот я уже на подушках. Томас нависает надо мной и несколько секунд медлит, всматриваясь мне в лицо. То ли разглядывает, то ли желает убедиться, что в этот раз никто и ничто нам не помешает, и что сама я в очередной раз не дам деру. Но мне больше не страшно. Не важно, сколько времени наши Боги отмерили нам быть вместе. Важно здесь и сейчас. Сегодня. Этот мужчина и эта женщина решили соединиться под шум дождя под покровом ночи. И пусть будет так!

Я первая поцеловала Томаса. Осторожно прикоснулась к красивым губам, запустила руку в шелковые волосы.

С судорожным вздохом он стиснул меня в объятиях, не отпуская, поднялся, держа меня на руках, и быстрым шагом понес в свою спальню.

***

Не переставая целовать меня, Томас неуклюже захлопнул дверь ногой, в два шага преодолел расстояние до кровати и осторожно опустил меня на покрывало. Избавиться от одежды было делом нескольких минут, но они показались мне вечностью, пока мы освобождали друг друга от джинсов и белья. Мужчина целовал и гладил каждый освободившийся обнаженный участок кожи, я таяла под его руками, забыв обо всем, тело дрожало от исступленного желания принадлежать ему, отдаться без остатка, позволить выпить себя до дна и насладиться его безудержной страстью.

Не прекращая исступленных поцелуев, Томас накрыл меня своим телом, охватил руками мои щеки и на пике дикого и яростного поцелуя ворвался в мое тело. Конечно, я знала, к чему все идет, но острая боль все равно была неожиданной, мой вскрик получился глухим под горячими губами любовника, но вкупе с вмиг напрягшимся телом послужили ему прямым доказательством того, что только что произошло.

Томас замер и прижался лбом к моему лбу. Опираясь на локти, приподнялся и вгляделся в мое лицо. Глаза в глаза мы несколько секунд смотрели друг на друга. В его теплом взгляде читался и восторг, и неверие, и ликование. Я же налилась краской до кончиков пальцев на ногах. И отвернулась. Стыдоба и позорище, блин. Но не предупредишь же заранее о таких вещах, как девственность на третьем десятке лет, особенно когда решаешь окончательно расстаться с ней полчаса назад…

- Алекс, - Томас за подбородок повернул меня к себе, - все хорошо?

Даже не вопрос, а ответ на мои сомнения… Я кивнула головой.

- Bił hinishnáanii, - новый нежный, но властный поцелуй, клеймо собственника, - ayor anosh'ni. – Он касается губами моих щек, глаз, губ, ласкает чувствительную шею и грудь.

Я вонзаю ногти ему в спину, понуждая к более решительным движениям, стискиваю его торс ногами, тянусь к губам.

- Я люблю тебя, - отвечаю почему-то по-русски.

Но он понимает, как поняла и я его слова, без перевода. И нет больше смущений и колебаний, есть только мужчина и женщина, связавшие себя древними узами в темную, грозовую ночь.

***

Я лежала в сладкой неге, прижавшись спиной к груди Томаса, он обхватил меня своими ручищами, положил подбородок мне на голову и шептал разные нежности, большую часть которых я не могла разобрать, но наслаждалась звуками его приятного голоса и интонацией, с которой это все произносилось.

- Ты поедешь со мной? – Он вернулся к старому вопросу.

- Угу, - промычала я, ленясь разговаривать.

- Правда? – Томас стиснул меня сильнее.

- Ты когда вылетаешь?

- Завтра, хотя, уже сегодня, вечером. Наш режиссер рвет и мечет, что я срываю съемки.

- Нее, до вечера я не соберусь. – Я развернулась и посмотрела на него. – Нам все равно лететь в Л.А. с бандой на Премию. Нужно уладить все дела. Если получится, прилечу одна, раньше.

- ОК, - недовольно буркнул Томас, снова целуя меня.

Мощный удар грома, до звона стекол, заставил меня подпрыгнуть в объятиях мужчины. Я больно ударилась головой о его челюсть.

- Ты меня убиваешь, - потер он подбородок, криво улыбаясь. – Скоро живого места не останется.

- Ну, одним синяком больше, одним меньше, - почесала я свой ноющий затылок. Чего жалуется, ему все равно вампира в гриме играть. Выбелят побелкой. А вот мне на Премию новое платье искать, чтоб сбитые локти и коленки прятать.

Взгляд упал на блузку, валяющуюся на полу. Вот же, засада. Мы оставили футболку Томаса в холле. И Никитку. Нина, наверное, уже забрала сына, но все же, надо проверить. И улики подчистить. Я вскочила с кровати, но Томас за руку притянул меня к себе обратно и подмял под себя.

- Куда убегаешь? – убрал волосы с моего лица.

- Нужно ребенка посмотреть. Может испугаться грозы.

Томас нехотя отпустил меня, откатившись на бок.

Моя одежда была разбросана по всей комнате. Пока я собирала ее, Томас, откинувшись на подушки, с интересом следил за моими телодвижениями. От осознания того, что он смотрит, как я тут голышом нагибаюсь, накатила волна стеснения. Чувствую, что краснею, хватаю полотенце со стула и запускаю в него, поздно понимая, что именно им он вытирал мои бедра от крови. Да блииин!

Парень уворачивается, но с усмешкой ловит полотенце. Затем одним быстрым движением оказывается возле меня. В чем мать родила, прижимается ко мне, так и не успевшей одеться, всем телом. Сгребая в объятия, приподнимает, прижимает к стене, целует так, что я забываю, кто я и что я.

- Я от тебя с ума схожу, - горячо и хрипло шепчет прямо в ухо. Опускает на пол, еще раз целует.

- Иди, а то я передумаю и буду держать здесь до самолета.

Спешно одевшись, на ватных ногах я вышла в холл. Никитка мирно сопел в окружении еще большего количества подушек. Видимо, родители тоже не решились его будить. Не заплакал бы, проснувшись в одиночестве, пока мама с папой уединяются сами себе. Все, нафиг, хороши, включая меня, бросили ребенка одного. Я вытащила футболку Томаса из-под кресла-мешка и направилась к себе в комнату. Надо быстро принять душ у себя. У Томаса в спальне почему-то это было сделать еще неловко.

***

- Мама родная, на кого я похожа! – рассматривала я в зеркало свое взъерошенное отражение. Как там, в романах, героини просто принцесски после первого секса, розовокожие и томные. А тут – чучело и есть! Хоть не накрасилась, а то была бы сейчас лохматой пандой. Я взяла расческу и начала разглаживать свою гриву, иначе после мытья потом никакой расческой не раздерешь.

Краем глаза в свете ночника я заметила какое-то движение и обернулась. Закричать в ужасе мне не дала заткнувшая рот чужая рука, другая с силой сжала мои руки, прижимая их к туловищу. Знакомый до боли силуэт в зеркале в полумраке комнаты. Егор!

Я пыталась брыкаться, старалась увернуться, освободиться, покусать его. Звук выскакивающего лезвия из ножа-бабочки заставил меня оставить попытки освободиться, а холодный металл – оцепенеть в страхе.

- Только рыпнись, сучка! Попробуешь заорать - перережу глотку! Поняла меня?

Я кивнула, боясь пошевелиться.

Вот же гадкая мразота! Как он смог пробраться в поместье? Тут же везде охрана!

- Что тебе нужно? – прошептала я.

- Придушить бы тебя, стерву! Мало мне крови попила? Всю жизнь из-за тебя под откос пустил! Унижался ходил! Прощение вымаливал! Надо было трахнуть тебя при первой встрече!

Что он несет? Третий раз покушается на мою жизнь, если считать первым разом аварию, изменял мне, а ему кровь пью? Да я его два года в глаза не видела! А если считать еще, сколько морального вреда принесла мне эта скотина…

Егор держал лезвие возле сонной артерии, другой рукой шаря у меня под блузкой. Было и жутко, и противно. И как раньше я находила его прикосновения приятными? И столько лила слез по этой мрази. В голове хаотичного сновали мысли в поисках способа освободиться.

- Смотри, - он развернул меня к зеркалу, - ты будешь смотреть, как я тебя трахну!

Толкнул на туалетный столик, не отнимая ножа от шеи, свободной рукой полез мне в джинсы. Боже, как же омерзительно! Нужно все-таки закричать, позвать на помощь! Может, повезет, и кто-нибудь услышит, если мой крик не потонет в какофонии звуков бури за окном.

Я вгляделась в лицо Егора, нависшее надо мной. Абсолютно неадекватные и стеклянные глаза. Все же, наркоман… И взывать к его здравому смыслу бесполезно…

- Я почему на Машку залез? У меня из-за тебя недотрах был! – Яров-младший прижимался своей эрекцией к моим ягодицам, вызывая рвотные позывы. Я дернулась, и лезвие скользнуло по коже, надрезая ее, кровь тонкой струйкой заструилась вниз, оставляя алые капли на светлом дереве.

- Стоять, падла, урою же! – Егор еще сильнее надавил на шею, возясь позади меня одной рукой с ремнем своих брюк.

- Дядя твой, старый пердун, обещал мне яйца оторвать, если до свадьбы к тебе в трусы залезу! Ну ничего, сейчас ты у меня за все отработаешь!

Слезы закапали вместе с кровью на гладкую поверхность столика, я боялась кричать, паниковала, что он меня точно прирежет. Но и быть отодранной как последняя проститутка этим козлом абсолютно не желала. В панике я начала рыдать от бессилия и безысходности.

Скрип двери, окрик «Алекс», в дверном проеме стоял Томас. Он бросился ко мне, но Егор рванул меня на себя, загораживаясь моим телом, вдавливая острие еще сильнее, заставляя кровь течь уже между грудей, по животу и на пол.

- Стой, где стоишь! – заорал Егор. – Я ей щас голову отрежу, только двинься!

Орал он по-русски, но ситуация была недвусмысленной, чтобы понять ее как-то иначе. Томас стоял на месте, подняв руки в успокаивающем жесте, но было видно, как он сгруппировался и готовился кинуться на Егора при первой возможности.

- Писать! – в открытую дверь забежал Никитка. – На долю секунды Егор отвлекся, оборачиваясь на малыша, и этого времени хватило, чтобы Томас в едином прыжке дотянулся до моего мучителя, хватая его за горло. Я отлетела в сторону, больно приложившись о комод головой. Комната кружилась у меня перед глазами, опираясь о кровать руками, я сделала неимоверную попытку встать и хоть чем-то помочь американцу. Но ему моя помощь не требовалась, мерно и методично он вбивал в пол в Егора, нанося мощные удары по лицу, груди, животу, везде, где мог дотянуться.

Слава Богу, что ребенок убежал сразу, как только началась драка. У меня промелькнула мысль про нож, откинуть бы его от Егора подальше, но не смогла сфокусировать взгляд, чтобы найти его. Теряя сознание, я увидела Троя, Ежа и Соляру, оттаскивающих Томаса от бездыханного, тряпочного тела Егора, Нину, в ужасе державшую Никитку на руках, отворачивающую его голову от кровавого побоища, и Грома с Коксом, в растерянности орущих друг на друга, зажимающих мне рану простыней…

***

Очнулась я в своей комнате. Рядом в кресле дремал Томас. Не желавший отходить от меня ни на шаг, стражник моего сна сам вырубился от усталости. Я любовалась точеным профилем, даже сквозь сон, ощущая его ауру воина и защитника, его охранное биополе, в чей радиус действия я случайно попала и не хотела покидать уже никогда.

Томас вздрогнул, открыл глаза, увидел мой взгляд и облегченно вздохнул. Залез ко мне на кровать, притянул к себе, осторожно поглаживая по голове.

- Больно?

Я помотала головой. После гигантской дозы обезболивающего, закачанной в меня, я ощущала себя на редкость свежей и отдохнувшей.

- Тебя ни на шаг нельзя одну отпускать. Придется жениться.

Я вырвалась и удивленно уставилась на него.

- Я в ответе за твою жизнь, помнишь? А как мне иначе держать тебя под присмотром? – Томас назад утянул меня в свою медвежью хватку, купируя возражения.

- Это предложение? – промямлила я ему в грудь.

- Именно. Ahidiitʼash shį́į́?

- Я ни хрена не поняла, но я согласна.

- Тогда договорились, - охрипшим голосом произнес он и накрыл мне уста поцелуем…

Как потом мне рассказывали, Никитка проснулся от грозы, и в темноте пошел на свет, слабо лившийся из моей комнаты. Испугавшись взрослых дядь, делавших больно тете Шуре, сбежал назад и начал неистово орать в коридоре. На его крик выбежали родители и вся моя банда. Вот так, нечаянно, двухлетний малыш способствовал моему спасению.

Ребята оттащили Томаса от Егора, избавив одного от смерти, а второго от тюрьмы. Дядя Толя окончательно поссорился с Яровым-старшим, поместив его золотого мальчика в психбольницу. Спустя некоторое время, Иван Игнатьевич пояснял, что у Егора на фоне наркотиков, действительно, съехала крыша. И увлекаться он ими начал задолго до нашего знакомства, и что последствия необратимы.

Надо ли говорить, что никаких проблем с полицией не было. Как не было и освещения ситуации в местных СМИ и так далее. Это же дядя Толя, он умеет свести на нет любую проблему. Остались только синяки да раны на телах участников разыгравшейся драмы. У Томаса после падения со скалы красовался ярко-фиолетовый фингал на скуле. К моим увечьям добавилась вторая шишка на голове. Теперь я была настоящим Рогатым Камнем, блин. Шею мне аккуратно заштопали, обещали, что шрама не будет. Но вишенкой на торте для меня стал огромный бланш у Соляры под глазом. Ему прилетело от Норда, когда тому не дали добить Егора. Когда я увидела Сережку с подпорченной физиономией, вспомнила тот разговор на террасе про барабанные палочки в интересном месте, еле сдержалась, чтобы не рассмеяться и не обидеть парня.

Еще нужно отметить, что в жизни дяди Толи настали очередные перемены. Он отправил к родителям вторую жену, Ленку, когда выяснилась ее роль в истории с Егором. Это она написала ему в соцсети, сообщив, что я с «новым хахалем» отправилась в Ближние Воды. И она же провела его в дом – «извиняться» перед мной после «недоразумения», как он ей наплел, а эта дура поверила. Мне было ее даже в некоторой степени жалко, но, может, еще и сумеет вымолить прощение у мужа.

После ночи, столь насыщенной на события, Томас хотел сдать билет и остаться со мной в Н-ске, а потом уже всем вместе лететь в Л.А. Но я уговорила его не пороть сгоряча, работа есть работа, неустойки еще никто не отменял, а время в столь короткой разлуке пролетит незаметно.

Этим же вечером я провожала его в аэропорту. Слезы предательски подступали к горлу, но я героическими усилиями загоняла их обратно, боясь прилюдно разреветься. Как хорошо, что Н-ск – не Лос-Анджелес, меня никто не знает в лицо как начинающую знаменитость, а Томас, иностранец, хоть настоящая звезда, – такой же незнакомец для большинства людей города-миллионника, как и я. Можно спокойно обниматься и целоваться на прощание…

***

Как хорошо прилюдно обниматься в Н-ске, столь же неразумно делать это в Л.А. …

Через три дня, как и обещала, я прилетела к Томасу в США. Одна, без банды, которая должна была в полном составе явиться через несколько дней. Норд встречал меня в аэропорту с улыбкой до ушей, с крепкими обнимашками и жадными приветственными поцелуями. И хотя мы оба были в бейсболках, к обеду вся желтая пресса пестрела заголовками «Томас Норд и таинственная блондинка», «У Томаса Норда новый роман. Кто она?», «Новая девушка избивает Томаса Норда? Актер маскирует следы побоев», и все в таком духе.

Я не собиралась сообщать Миллеру, что прибыла раньше, ведь я прилетела не работать, а провести время с любимым человеком, режиссер, конечно, узнал меня на фото и прочитал целую тираду, как я своим необдуманным поведением ломаю ему тщательную стратегию по продвижению фильма. И нашей группы тоже.

Я сидела в кровати, прижав простынь к голой груди и на громкой связи выслушивала поток сознания от Миллера. Томас, выписывал пальцами круги на моей спине, ухмыляясь каждому новому аргументу режиссера.

- «Вампирские ночи» - конкурент «Mad Max» в нескольких номинациях, - сказал он после окончания разговора, - вот Миллер и распетушился. Не парься, это только больше подстегнет интерес зрителей в итоге. К обоим проектам.

- Это он еще всю нашу красоту не видел, - указала я на шрам на шее. Томас накрыл нас обоих простыней с головой.

- Чем займемся вечером? – спросила я почему-то шепотом в своеобразном «домике».

- Я хотел показать тебе ночной Л.А. Но теперь ни в одном клубе не появишься. Не будем злить твоего босса.

- Можешь показать мне «Вампирские ночи». Останемся здесь, приготовим попкорн и будем смотреть все сезоны.

- Если мы останемся здесь, ночи будут вампирскими и совсем без кино, - хрипло прошептал он.

- О… Заманчивое предложение. Давай так и сделаем.

- Есть еще одно предложение, - он заглянул мне в глаза, ожидая реакцию. - Ahidiitʼash shį́į́?

Блин…

Я всем весом плюхнулась ему на живот, нарушая границы нашего убежища, пуская яркий солнечный свет под простыню. Томас только крякнул.

- Говори по-английски. Я загуглила твою фразу еще в прошлый раз и знаю, что она означает.

- Это был контрольный вопрос, - засмеялся он.

- Мы знаем друга друга совсем ничего. Не слишком ли рано думать про свадьбу?

- Я ждал тебя несколько лет. И через пару дней после встречи с тобой знал, что встретил ту, что обещали мне Духи.

«Какая сказочная индейская лапша!» - невольно пришло мне сравнение на ум. Умеет же красиво стелить, не отнять. Только намерения Норда были совершенно серьезными, я знала это. И я была абсолютно уверена, что люблю его. В прошлый раз глупые предрассудки сорвали мне брак, в итоге, конечно, хорошо, что сорвали. Но этого человека я отпускать не хотела. Так почему бы не разбежаться и не сигануть в обрыв? Вместе с Томасом.

- Ладно, уговорил.

- Тогда встаем! – он скатился с кровати и ловко поднял меня на ноги. – Муниципалитет закроется через два часа. Надо успеть!

- Сегодня? А как же, не знаю там, разрешение, прошение, я иностранка.

- Это Калифорния, детка, - Томас натягивал футболку. – Достаточно только наших паспортов и свидетеля.

Через несколько часов мистер и миссис Норд мчались на мотоцикле по ночному городу. Вместо свадебного платья на мне были джинсы и кожаная куртка, а вместо фаты – мотоциклетный шлем. Я прижималась к моему мужу и была абсолютно счастлива.

***

Моей банде, как не хотелось оставить нам с Томасом ребят на его вилле, все же пришлось жить в апартаментах, которые снял для нас Миллер. Мне он тоже настоятельно рекомендовал после пресс-конференции и концерта идти ночевать к ребятам, а не домой. Потому как папарацци не дремлют и быстро вычислят цепочку: «Рогатый камень» - дом Томаса Норда – неизвестная блондинка.

Миллер встретился со мной и Томасом через день после бракосочетания, чтобы оговорить некоторые организационные моменты касательно выступлений и прочего. Одну меня Томас не отпустил, сказав, что режиссер обязательно кинет группу на деньги. А Миллер не скрывал раздражения от его присутствия. Во время разговора он между делом положил мне руку на плечо. Тяжелый взгляд Норда – и босс уже на другом конце комнаты делает вид, что что-то рассматривает за окном.

И да, в итоге, за мероприятия «Рогатому Камню» предложили на тридцать процентов больше той суммы, чем обсуждалось ранее.

С музыкантами мы увиделись в пентхаусе отеля, как только они все собрались. Встречать их тоже было запрещено, чтобы не палить контору. Ребята даже прилетели разными рейсами.

Меня заобнимали и затискали в десять рук. Можно подумать, давно не виделись. Соляра приподнял меня и закружил. Нарочно, как я думаю.

- Поставь мою жену на место! – рявкнул Томас.

- Чего? – Серый даже остановился.

- Руки убери от моей жены!

Соляра поставил на пол, Томас тут же притянул меня к себе под крылышко. Дети, ей Богу!

- Эээ… Вы чего? Реально?

Я утвердительно кивнула.

- Вот вы отмороженные… - Соляра опустился на диван.

Немая сцена… Первым опомнился Еж и кинулся нас поздравлять. Потом те же обнимашки в десять рук, только теперь и Томасу досталось крепких мужских объятий.

Мы отыграли концерт в полном боевом облачении, нашем обычном гриме и одежде, как у бомжей постапокалипсиса. Пресс-конференция тоже прошла ровно и без происшествий. Инкогнито не было раскрыто. Вопросы, даже про личную жизнь, были обычными, без подвохов или сюрпризов. Миллер не пустил моего мужа на концерт и уж тем более на интервью. Если честно, тот туда и не собирался, прекрасно понимая ситуацию, но вывести режиссера на нервы ему доставляло особое удовольствие.

Когда я вернулась в отель, Томас ждал меня в моей комнате. А ведь я было расстроилась, что придется спать порознь. Он вызвался помочь мне в душе отмыть мои «татуировки», предвкушая эротическое приключение, а потом долго чертыхался, когда понял, что меня надо драить в реальном, а не сексуальном смысле. Ну что ж, родной, привыкай, раз выбрал себе в жены бледнолицую-неформалку.

Утром к нам нагрянул Миллер в сопровождении помощницы. Накануне его чуть кондрашка не хватила, когда он увидел фингал у Соляры и свежий шрам у меня на шее (до этого я прикрывала шею водолазкой с длинным воротом). Анна пришла в восторг от наших боевых ранений, сказав, что концепцию нарядов менять не будем, а дополним боди-артом в стиле нашей же группы. Не Оскар же. Для нашей Премии будет самое оно! Ребят оденут в смокинги, и у кого на шее, у кого на руках и под глазом (упс!) будут красоваться отдельные элементы нашего обычного раскраса. Мне же полагалось длинное черное платье в готическом стиле, с шикарным декольте и стоячим воротником. Высокая прическа будет открывать шею, увитую орнаментом из рун и растительных элементов, полностью скрывающим красную продольную отметину.

На следующий день Томас уехал домой собираться к Премии, а нас с ребятами готовили и одевали стилисты Миллера. Когда закончили мое приготовление, из зеркала на меня смотрела шикарная женщина. Вот что значит правильный макияж и прическа!

Ребята просто остолбенели при моем виде.

- Шурка, ты что, девочка? – первым пришел в себя Кокс.

- Спасибо, Вадим, ты тоже прекрасно выглядишь, - ответила я ему на неудачную шутку.

На Красной Дорожке мы произвели фурор, как и планировал Миллер. Основной каст фильма с ним во главе прошел первым. А потом из лимузина вышли сначала пять статных парней, потом Гром, как солист, подал руку и помог выйти единственной девушке в группе. В толпе за ограждением раздалось: «Рогатый Камень!». Со всех сторон защелкали камеры, нам кричали фанаты, журналисты выкрикивали вопросы. А мы чинной походкой проследовали к пресс-воллу, позволили, как обычно, сфотографировать нас вместе и по отдельности. Томаса во всей этой суматохе я не видела. И места у нас были забронированы в разных частях зала. Никто же из устроителей не знал, что новая ячейка общества не отказалась бы сидеть вместе.

Номинацию у нас увели конкуренты. Но в итоге мы получили немало: известность, первые места в чартах, соглашение о намерении с известной звукозаписывающей компанией, я не говорю уже о предложениях Норда о сотрудничестве с его студией.

После Премии нас атаковали журналисты. Пришлось отвечать на вопросы о наших настоящих именах, планах, новых песнях и личной жизни. Радовало, что вот так, сходу, под искусным макияжем, во мне не признали бледную блондинку из аэропорта Л.А., и на вопросах о личном я уклончиво вывернулась и увела беседу в другое русло.

С Томасом мы пересеклись только на афтерпати. Я беседовала с операторами «Безумного Макса», мы говорили о том, что в массовке тогда, в Австралии, на нас мало кто обратил внимание, и что зная заранее фишку с этим маскарадом, можно было бы заработать неплохие деньги, продав снимки моей банды какому-нибудь журналу. Томас тихо подошел сзади и обнял меня за талию, шепча «привет». Я повернула голову и улыбнулась ему, положив руки поверх его.

- Ты просто восхитительна! – тихо проговорил он мне ухо. – Я с ума сходил, не имея возможности подойти к тебе.

- Таинственная блондинка, - вскричал Боб, оператор, наблюдая за нашими нежностями. – А я всю голову сломал, кого же ты мне напоминаешь, Александра!

Боже, началось!

- Теперь буду фотографировать всю массовку у Миллера!

На нас посыпались вопросы от других собеседников, откуда мы друг друга знаем, где встретились, в каких отношениях, пиар ли это, можно ли за мной поухаживать, если пиар, как старина Томас отхватил себе такую красивую русскую…

Томас извинился перед операторами, сказав, что нас ищет Миллер, а потом мы просто сбежали с вечеринки.

***

С бандой мы записали несколько новых песен и сняли три уже профессиональных клипа. Дела шли просто отлично, в отличие от самочувствия. Я дописывала новый альбом, сократив сольные партии для женского вокала. Ведь в грядущее турне по США и Европе с ребятами я отправиться не могла, мучаясь от жуткого токсикоза последние два месяца. Странно, но от тошноты мне хорошо помогала играла на флейте, я творила новую, альтернативную для себя музыку, а Томас часами сидел со мной, обняв за ноги или положив голову мне на колени. Говорил, что мелодии и на него действуют благотворно, приводя в гармонию с окружающим миром.

Еще через месяц, когда тошнота отступила совсем, муж повез меня в Южную Дакоту, в Блэк Хиллс, в места, где происходили события моей любимой книги в девятнадцатом веке. Поклониться реальному историческому персонажу Неистовому Коню, легендарному вождю сиу.

Увидев так и незаконченный мемориал вживую, громаду, высотой почти в двести метров, это совсем не то, что читать про знаменитый памятник. Эмоции и восторг зашкаливали. Нереальная красота, ощущение прикосновения к чему-то важному и масштабному, к истории, к этой героической земле и духам предков!

Не сдержавшись, я приподнялась в джипе, раскинула руки и закричала в экстазе свободы:

- О, Великий Маниту, дай мне силу!

- Ну кто так просит Духов о милости! – Томас со смехом усадил меня на место. На мой крик оглядывались туристы.

- Ну, на гору я с тобой не полезу. И трубку с травкой курить не буду.

- Мне-то Духи отвечают. Я благодарил Великого Духа, что послал мне женщину, и просил не отбирать тебя у меня. Когда вытащил тебя из реки. – Томас гладил мой заметно округлившийся живот.

У меня по коже пошли мурашки. Я верила своему мужчине. Вот что он бормотал тогда на языке навахо…

- А раньше, на горе, три года назад мне пришло видение. Ко мне явился Белый Бизон и сказал, что я встречу женщину в далекой стране, она придет ко мне светлым духом под личиной дьявола, вернет жизнь, но похитит сердце, ибо вместо сердца у нее рогатый камень, а ее мозоли соединят наши души.




Примечания.

Bił hinishnáanii – любимая (язык племени навахо)

Ayor anosh'ni – я люблю тебя.

Ahidiitʼash shį́į́? – Выйдешь за меня замуж?


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/359-38258-1
Категория: Свободное творчество | Добавил: Кейт (19.09.2019)
Просмотров: 1341 | Комментарии: 13


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 13
+1
12 Bellissima   (29.09.2019 22:54)
Автор, благодарю за такую насыщенную приключенческую историю и приятные доставленные эмоции. Чего в вашей истории только нет: и индейские легенды, духи, пословицы (надо будет запомнить), и мой любимый фильм "Безумный Макс", и идеальный нормальный герой, без закидонов, всего готовый придти на выручку, без стада тараканов в голове. Целая книга получилась. Просится в печать и под милую обложечку) С главными героями в боевом раскрасе и антураже.
"Внутреннюю лошадь Пржевальского" утащу к себе))
Спасибо за отличную историю и удачи на конкурсе!

+2
11 Oxima   (26.09.2019 13:14)
Первым делом отмечу исключительноt стилистическое соответствие рассказа заявке. Хоть копилка с мелочью в решающей роли в сюжете не сыграла, но интонацию стеба, заданную заявкой, автору удалось выдержать на ура.



Во-вторых, хочется пару слов сказать о проработке персонажей: главная героиня цельная, объемная, с прошлым и будущим, с характером. О главном герое этого не скажешь, но мастерство автора проявляется в том, чтобы удержать такое соотношение «мачистости» и лиричности, шаблонности (высок, красив, богат и знаменит) и фриковатости (с духами советуется), которое не оттолкнет никого из читательниц.

Композиция сбалансирована, сюжет продуман, его внезапные повороты не перегружены сложными обоснуями или откровенными «роялями в кустах»: все возможные логические нестыковки решаются очень изящно – наличием всемогущего дяди-мафиози.

В целом рассказ оставил очень приятное впечатление – самое что ни на есть отпускное легкое чтиво: динамичное, яркое, с хорошим финалом, с традиционными ценностями. А баланс дерзости, здравого смысла и художественности отлично демонстрирует мастерство автора. Обилие просторечий и ненормативной лексики нисколько не испортило мне удовольствия:​ на мой взгляд, все на своих местах, все работает на характер персонажей и общую стилистику рассказа.



P.S. А все-таки, откуда у Леночки копилка с мелочью? Неужто жена мафиози сдачу с трамвая откладывает себе на достойную старость?

0
13 FoxyFry   (29.09.2019 23:00)
Цитата
А все-таки, откуда у Леночки копилка с мелочью? Неужто жена мафиози сдачу с трамвая откладывает себе на достойную старость?

Я так думаю, она, имея пример перед глазами в виде бывшей жены Маши, откладывала на случай возврата к маме. Как видим, не зря))

+1
10 Валлери   (26.09.2019 13:13)
Зачиталась))) С юмором у меня не всегда происходит контакт, но тут он получился достаточно ненавязчивый, поэтому читала с удовольствием. Не было желания пропускать строчки, наоборот, каждый сюжетный ход был интересен.
Томас понравился, такой харизматичный, "уютный" мужчина, я, как и Александра, буквально чувствовала его флюиды сильного мужчины, за которым как за каменной стеной. Он так тепло и нежно ее обволакивал, что мне и самой захотелось очутиться в его объятиях))) от строчки "я не беру силой то, что могу взять любовью" аж мурашки побежали...
Вот так он и влюбил Александру в себя, а заодно и читателей))
Второстепенные персонажи тоже все выпуклые и запоминающиеся.
Ещё хочется отметить и потрясающий, очень качественный, "классический" авторский слог, строки льются так складно, что читать - одно удовольствие. И даже типичный русский слэнг героини, который обычно я не люблю, здесь не вызвал сильной неприязни.
Сюжет - отдельная песня) Эта история могла бы быть обычной мелодрамой, если бы не насыщенные приключения героев. Получилась этакая Золушка на современный русско-американско-экшеновский лад)) Прикольно! Спасибо за удовольствие и удачи на конкурсе!

0
8 FoxyFry   (24.09.2019 22:07)
Открывая эту историю, не подозревала, что прочту целый роман! То есть, событий тут конечно на целый роман, но все-таки из-за ограничений объема сюжет летит не хуже того джипа по серпантину, поражая меня на каждом витке)) Только я подумала - как все стремительно у героев, не успели толком узнать друг друга, как уже "люблю" на всех языках, так они мне нос утерли и через пару абзацев поженились. А еще через пару решили меня добить ее утренним токсикозом biggrin
Очень все быстро, и под конец превратилось в шаблонный любовный роман с ужасным, максимально отрицательным бывшим, и супергероичным принцем нынешним. Не скрою, немного разочаровалась. Вначале, начиная читать, ожидала чего-то нетривиального и более реалистичного, по крайней мере, на это меня настроил слог автора. Который, к слову, безупречен, а юмор очень к месту))
В целом, впечатление после истории положительное, проглотила залпом. Спасибо!

+1
7 tess79   (23.09.2019 19:13)
Да это же целый приключенческий роман!!!! Словно полноценную книгу прочла, иль посмотрела сериал... столько событий уместилось в одну историю, столько экшена! Отдельное спасибо хочу сказать за визуализацию героев. Признаюсь, не смогла сама толком справиться с образом Норда wacko И то что мне воображение "нарисовало"... не особо совпало с приложенной картинкой tongue А вот когда ее глянула - все встало на место - да, ОН! biggrin С Шуркой вот проблем не возникло. Замечательная, цельная, и ооочень увлекательная история! С огромным удовольствием наблюдала за развитием отношений героев и переживала за них. Огромное спасибо за доставленное удовольствие, дорогой Автор. Удачи в конкурсе!!!

+2
6 MissElen   (23.09.2019 14:27)
Вот из-за таких историй, которые, наверное, голливудские звезды и звездульки рассказывают друг другу вечерами после съемок о страшной и дикой России, они к нам и боятся ездить. Из-за смертельно опасного экстрима, где даже мимолетная интрижка обязательно закончится клофелиновой комой и ограблением, а что-либо более серьезное - смертельными погонями и покушениями на убийство от сбрендивших наркоманов, но не в безопасных декорациях киношных павильонов, а так сказать, на натуре, без страховки и дублеров Так что, не ходите дети в Африку Россию гулять tongue А вообще, эта история это очередная женская мечта о прекрасном принце на белом коне, который приедет, увидит (как бы уродливо ты не выглядела - натурально или намеренно ), разглядит твою внутреннюю красоту, влюбится навеки, спасет от всех невзгод и врагов и увезет в благословенную и безопасную Америку, где вечный праздник, успех и деньги прольются на вас нескончаемым дождем

Спасибо за историю, удачи в конкурсе.

+2
9 leverina   (24.09.2019 23:59)
Рассказ должен называться "Сбыча мечт"

+1
5 робокашка   (23.09.2019 14:12)
О, ещё забыла упомянуть, как слаженно звучит - Тот, который идет на четырех когтях и Шершавая Мозоль - да они предназначены друг другу, только поняли это не сразу, а в своё время... Идеальная пара! biggrin

+1
4 робокашка   (23.09.2019 14:08)
Вот живут девушки, и не знают, что являются роковыми для некоторых мужчин. Конечно, если повезёт их встретить wink На отдыхе питаю склонность к чтению мягких переплётных романчиков с авантюрными ироничными героинями, типа интеллектуальной дамочки Ольги Рязанцевой у Татьяны Поляковой, вот тут - та же масть! biggrin Как не понравится история с необычным знакомством, жарким притяжением, фатальными неожиданностями и преследованием, да ещё всё это предопределено древними индейскими богами... Плюс твой суженый мачистый иностранец wacko В общем, обалдеть!
Спасибо за увлекательный миник и удачи в конкурсе!

+1
3 leverina   (22.09.2019 00:53)
Очень душеутешительно и поучительно.
Название прямо радует: типа, кто работает, тот ест.
Дядю иметь хорошо.
Внешность и таланты тоже не повредят.
Языки знать, опять же.
А главное, трудиться. Бороться и искать, найти и не сдаваться.
Больше никаких мыслей в голову не приходит.

А мужики, они, разумеется, на таких правильных и удачливых дев падают с неба. Прям дождём.

+1
2 pola_gre   (21.09.2019 16:34)
Цитата Текст статьи ()
А чем хуже выглядит отдохнувший, тем лучше он отдохнул.

Да, очень насыщенный отдых получился: с синяками и шрамами, с несколькими покушениями и прятками от журналистов, и даже пожениться успели! surprised cool biggrin

Спасибо за историю! Удачи на конкурсе!

+1
1 Танюш8883   (20.09.2019 13:50)
Рассказ такой же авантюрный, как и название. Про страшную русскую проститутку тоже смешно. В целом вся история была бы забавной, если бы не сюжетная линия с бывшим парнем. Тут уж было не до смеха. Индейские мотивы и смыслы тоже очень интересны, вносят некоторую нотку мистики. Эротика симпатичная и не назойливая. Второстепенные персонажи колоритные и запоминающиеся, даже захотелось почитать о них поподробней. Спасибо за интересную и динамичную историю)

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями