Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1683]
Из жизни актеров [1628]
Мини-фанфики [2536]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [13]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4789]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2391]
Все люди [15089]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14300]
Альтернатива [8978]
СЛЭШ и НЦ [8902]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4347]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей марта
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав за март

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Осенний джаз
История о том, что невозможное иногда становится возможным. Надо только дождаться...

Ищу бету
Начали новую историю и вам необходима бета? Не знаете, к кому обратиться, или стесняетесь — оставьте заявку в теме «Ищу бету».

Пока есть время
С момента расставания Беллы и Эдварда прошло уже более трёх лет. Единственное, что связывает их – общая пятилетняя дочка Ренесми, которую по общему уговору Белла каждый раз привозит к отцу в канун Рождества.
И в этот раз всё происходит, как и заведено, но совершенно неожиданно девушка начинает замечать странности в поведении бывшего мужа. Она догадывается, что что-то произошло... Только вот...

Сделка с судьбой
Каждому из этих троих была уготована смерть. Однако высшие силы предложили им сделку – отсрочка гибельного конца в обмен на спасение чужой жизни. Чем обернется для каждого сделка с судьбой?

"Разрисованное" Рождество
"Татуировок никогда не бывает слишком много." (с)
Эдвард/Белла

Доступ разрешён
Эра новых технологий. Космос, звездная туманность Ориона. Космический корабль с земли захватывает корабль киборгов.
Недавно получившая звание космического капитана, землянка Френсис Нокс, никогда не ожидала, что ей самой предоставится случай увидеть "тех самых" киборгов, и что один из них окажется таким сексуальным...

Каллены и незнакомка, или цена жизн
Эта история о девушке, которая находится на краю жизни, и о Калленах, которые мечтают о детях. Романтика. Мини. Закончен.

И настанет время свободы/There Will Be Freedom
Сиквел истории «И прольется кровь». Прошло два года. Эдвард и Белла находятся в полной безопасности на своем острове, но затянет ли их обратно омут преступного мира?
Перевод возобновлен!



А вы знаете?

что в ЭТОЙ теме вольные художники могут получать баллы за свою работу в разделе Фан-арт?



... что победителей всех конкурсов по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в ЭТОЙ теме?




Рекомендуем прочитать


Наш опрос
На каком дизайне вы сидите?
1. Gotic Style
2. Breaking Dawn-2 Style
3. Summer Style
4. Breaking Dawn Style
5. Twilight Style
6. New Moon Style
7. Eclipse Style
8. Winter Style
Всего ответов: 1909
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » Мини-фанфики

Озарение, или Никогда не говори «никогда»

2019-4-25
21
0



Сгущались сумерки. Наступал столь ранний в северных краях зимний вечер, окутывая окрестности таинственным покровом недосказанности. Последние отблески дня уходили, оставляя после себя на девственно-чистом снежном покрове длинные синеватые тени, дарившие надежный приют ночным существам наподобие меня.

Снег падал и падал сплошной пеленой, исключая для человеческого зрения видимость на расстоянии, превышающем жалких полсотни ярдов, но я человеком давным-давно не был, потому метель мне не мешала. Я мог спокойно наблюдать за мелькающим в ярко освещенных окнах большого дома знакомым силуэтом, вновь ощущая, как в почти тысячу лет назад остановившееся сердце прокрадывается неуловимая нотка тепла.

Я видел – она уже знает, что я рядом. По движениям, чуть более резким. По голосу, в интонациях которого внимательное ухо могло уловить тень нетерпения. По другому ритму дыхания. По тонким эманациям эфира, индивидуальным для каждого, которые я видел, наверное, лучше всех в этом мире.

Оставалось ждать совсем недолго, и, коротая время, я прислонился к стволу разлапистой ели, отрешился от реальности и погрузился в воспоминания, словно наяву видя события почти тысячелетней давности...

***


Когда я впервые встретил Ирину, шли мои первые десятилетия службы у Вольтури. Я наслаждался якобы обретенной свободой, впервые за долгие годы дыша полной грудью. После атмосферы страха, насквозь пропитавшей существование обратившего меня вампира – египтянина Амуна, – дух вседозволенности, царивший в стенах древнего замка, пьянил, кружа голову, завлекая в плотные тенета власти клана властителей вампирского мира. Меня не было нужды принуждать: мне нравилось быть здесь, нравились мои занятия, даже окружение вполне пришлось по вкусу, хотя душой компании меня назвать было затруднительно и общество себя самого я предпочитал любому иному. А тут все складывалось настолько удачно, что уже через несколько лет в свите владык Вольтури я не мыслил для себя иной жизни.

Лишь много позже я смог осознать обратную сторону этого существования и обрести здоровую долю цинизма, позволяющую трезво взглянуть на мир вокруг, а тогда я был еще достаточно молод и впечатлителен, чтобы получать удовольствие от происходящего. Каждый день был интересен, каждое задание будило нешуточный энтузиазм, а скука редко заглядывала в гости.

Аро, донельзя довольный приобретением в моем лице, выказывал расположение, позволяя многое, а улавливая полную и, больше того, добровольную мою лояльность, не докучал излишним контролем. Зато поручениями нагружал регулярно: вампиров тогда было куда больше, чем в современном мире; соблюдение закона и удержание власти требовало немалых усилий, заставляя нередко покидать замок не только свиту, но и самих владык.

В тот год обострилась одна из страшнейших проблем: чума мира вампиров – бессмертные дети снова грозили самому факту нашего существования, но неминуемость расплаты не останавливала женщин, сведенных с ума инстинктом нереализованного материнства. Мы безжалостно уничтожали оступившихся, но история то и дело повторялась, и нам снова приходилось разыскивать и карать ослушников.

Работы хватало с избытком, и, только возвратившись в Италию, я снова уезжал. Я не роптал: служение закону казалось правильным и нужным делом, власть дарила свободу, а задания позволяли увидеть весь мир, о чем я мечтал издавна.

Аро с братьями нечасто выбирались из старого замка, но в тот памятный раз речь шла о достаточно многочисленной группе вампиров – в клане нарушителей, не считая созданного ими младенца, состояло четверо женщин, потому мы выдвигались большой группой, возглавляемой самими владыками.

Причина была очевидна: если в ходе карательного рейда обнаруживался кто-то с нелишними для нашего клана способностями, альтернативой смерти для чистого мыслями или раскаявшегося нарушителя могла стать служба Вольтури, и от этого мало кто отказывался. Для обнаружения такого вампира был незаменим талант Аро, потому он, потакая снедавшей его жажде коллекционирования, давно обрел привычку возглавлять в подобных случаях карательные отряды.

Моя работа на сей раз оказалась скоротечной. Никто не планировал убегать, и вскоре я, закутавшись с ног в головы в плащ, спокойно стоял поодаль, наблюдая за спектаклем, который как никто умели устраивать Аро и Кай, играя на нервах несчастных обреченных.

Валил снег, впрочем, не мешая пылать посередине поляны огромному костру, отсветы которого выхватывали временами потемневшие бревна стоящего неподалеку дома. Главная опасность уже была устранена: невыразимо прекрасное бессмертное дитя исчезло в огне, закончив свой краткий кровавый путь.

Его создательницу пока удерживали на месте крепкие руки одного из бойцов Вольтури, и на ее лице отражалось предчувствие неминуемой смерти. Она знала, на что шла, и шла на то сознательно. Ее ждала казнь, никаких иных исходов быть не могло. Для троих оставшихся членов клана, удивительно похожих друг на друга привлекательных блондинок, в случае подтверждения их неведения оставался шанс на спасение. Но то зависело от решения Аро... и настроения Кая. Впрочем, как и всегда в подобных ситуациях.

Коротая время, я разглядывал девушек. А поглазеть было на что: они действительно были хороши собой настолько, что казались неземными созданиями. Я видел немало несравненных красавиц за годы жизни, как смертных, так и бессмертных, готовых, не боясь проиграть, соперничать с Афродитой, но и на меня облик сестер произвел впечатление. Пусть сейчас они были порядком напуганы, но даже в таком состоянии притягивали мужской взгляд, пробуждая мысли определенного толка. Губить таких прелестниц было откровенно жалко, и во мне шевельнулось сочувствие к их судьбе. Наблюдая за происходящим, я невольно надеялся на позитивное решение владык.

Разговоры затянулись надолго, и я отвлекся, раздумывая о каверзах судьбы, когда истошный крик заставил меня очнуться и сосредоточиться на трагедии в центре поляны.

Наступала развязка. Главную ослушницу двое бойцов волокли к костру. Рыдая, она прощалась с дочерьми, на чьих лицах застыл неприкрытый ужас. Проводив обреченную взглядом, я равнодушно подумал о том, что скоро все кончится. Аро и Кай пришли к какому-то решению, похоже, благоприятному для жизни трех девушек, а значит, мы сможем уйти отсюда. Красота сестер была тому виной либо что иное, однако в происходящем мне чудилась какая-то неправильность, смутное предчувствие отнимало покой. Я хотел одного – оказаться как можно дальше и как можно скорее, дабы жизнь вернулась в обычное русло.

Казалось, ничего нового произойти не может: рутинная казнь, обычный исход для тех, кто нарушил закон, шла своим чередом. Устоявшим на краю пропасти оставалось скорбеть по потере и радоваться дарованной жизни. Однако я ошибся. Стоило полыхающему пламени поглотить разорванное на куски тело казненной женщины, как младшая из девушек, внезапно закричав, бросилась к костру. Безнадежная, рожденная отчаянием попытка!

Неведомая сила сорвала меня с места. Я двигался столь быстро, что все вокруг потеряло четкие очертания, кроме единственной цели. Я опередил всех, и, перехватив легкое тело вампирши, не позволяя огню даже лизнуть ее ног, сжал хрупкие плечи, не давая двинуться.

Похоже, столь откровенная красота не оставила меня равнодушным, и я не смог позволить ей погибнуть так глупо. Неважно, чем был ее порыв продиктован – желанием спасти мать либо погибнуть следом, я знал одно: она должна остаться в живых. Раз избегнув смертельной опасности, было неправильно закончить жизнь вот так – из-за ненужного, бесполезного порыва.

– Так хочешь умереть? – хмыкнул Аро, подходя к нам и властным жестом останавливая охрану.

Его голос, прозвучавший во внезапно опустившейся на поляну тишине, нарушаемой лишь песней огня, заставил всех вздрогнуть. Он протянул руку и коснулся судорожно сцепленных пальцев девушки, читая мысли. И впервые с моей встречи с Вольтури я подумал: хорошо, что не мои. Мой порыв, продиктованный не намерением остановить, но желанием спасти, мог прийтись владыке не по душе: впервые в моих желаниях возникло пусть призрачное, но противоречие его воле... В случившемся было что-то настолько личное, что пугало меня самого.

– Мы можем помочь, это нетрудно, но я не люблю убивать невинных, – ласково продолжил Аро. – Семья – это прекрасно. Но закон есть закон. Саша знала, на что шла. Поэтому она умерла, а тебе пока следует жить дальше...

Несчастная пленница содрогнулась всем телом, очнувшись. Волна дрожи соединила нас на краткий миг, заставив меня сильнее сжать ладони в стремлении защитить: вряд ли в тот момент отыскалась бы сила, способная заставить меня расцепить объятия.

– Не хочешь, – улыбка главы клана стала шире. – Оставь ее, Деметрий. Она не хочет умирать. Не сегодня.

Он махнул рукой и развернулся, собирая свиту: дело было сделано, мы могли уходить. Дальнейшая жизнь сестер Вольтури не касалась – Аро не обнаружил среди них никого достаточно интересного. Чудом спасшись, получив жестокий урок, они станут ревностно блюсти закон – в этом можно было не сомневаться.

Я невольно выдохнул: сам не понимая причин своего поступка, я отлично осознавал опасность, которую он может на меня навлечь, стань владыке доступна вся картина события. Слишком яркими были мои эмоции. Слишком… необычными. А подобное всегда будило подозрения в Аро, ведь преданность свиты должна принадлежать ему. И даже наличие постоянно партнера данного требования не отменяло. Наверное, именно поэтому пар в Вольтерре было немного, а у имевшихся в наличии отношения не отличались особо выраженной сердечностью и уж тем более никогда не демонстрировались окружающим.

Аро с присными исчез в снежной пелене, а я еще стоял, не в силах выполнить приказ. Мне требовалось время, чтобы окончательно прийти в себя и вернуться к обычному стилю поведения.

Через несколько секунд девушка дернулась, оборачиваясь и вглядываясь в мое лицо напряженным взглядом, полным боли и страха. Тонкие руки уперлись в мою грудь, пытаясь оттолкнуть. Ее сестры, очнувшись от пережитого ужаса, приблизились. Я знал: меня они не тронут, ибо теперь им Вольтури долго будут казаться сродни небожителям, воплощением закона. Но излишнее внимание мне претило, и я постарался поскорее покончить с неудобной ситуацией.

– Жизнь длинная, – хмыкнул я, отпуская пленницу, отступая на шаг и скрывая за усмешкой смятение. – Не стоит торопиться, умереть всегда успеешь.

Кажется, она хотела возразить, но я не желал слушать, как не желал находиться здесь дольше. На краткий миг мне стало отчаянно жалко эту девочку, еще толком не видевшую жизни не то что вампира, но и человека, и я ее спас. Только все уже кончилось, и я не видел повода задерживаться. Мимолетным ласкающим движением коснувшись ее щеки, я развернулся и отправился вслед клану, намереваясь выкинуть из головы случившееся, как любой иной проходящий эпизод.

***


Следующая наша встреча случилась спустя почти три сотни лет.

Годы для бессмертных летят быстро, и только мир, меняясь, говорит о том, что время не топчется на месте. Я по-прежнему состоял в свите Аро, да и занятия остались теми же, разве что энтузиазм утих: я насытился и властью, и эфемерной свободой. Скука все чаще становилась моей главной спутницей.

Ирину я время от времени вспоминал. Помимо воли ее облик, глаза, полные боли, иногда возникали из глубин памяти, тревожа и лишая покоя. Эффект был недостаточно сильным, чтобы сорваться с места и отправиться на поиски, однако его хватало, чтобы ее имя, которое я узнал уже после встречи, воскресало в моих мыслях.

Поэтому как-то раз, случайно уловив во время путешествия смутно знакомый аромат, я не удержался и отправился по следу. К моему немалому удивлению, мой дар подсказал, что он вел на ту самую поляну, где произошла наша первая встреча. Осознав это сотни за три ярдов, я срезал угол, опережая почти настигнутую добычу, и первым оказался у цели.

Здесь царил дух запустения. Окрестность, когда-то представлявшая собой обширную свободную долину, сдалась подступающей лесной чаще в плен и заросла молодым ельником. Очертания старого дома с трудом угадывались под буйной растительностью: похоже, его покинули давным-давно.

Я добрался до небольшого, свободного от подлеска пригорка, на котором когда-то пылал костер, и остановился, оглядываясь. Тогда тоже зима только начиналась, однако снег успел укрыть все вокруг. На сей раз недавние дожди смыли все, усугубляя тоскливость представшей моим глазам картины.

Та, чей след привел меня сюда, появилась скоро, очевидно, учуяв мое близкое присутствие и понимая, что скрываться бесполезно.

Не пытаясь прятаться, девушка медленно вышла мне навстречу и остановилась в десятке шагов. Похоже, что-то во мне убедило в отсутствии опасности, и страх, вспыхнувший в темных глазах пламенем того, давнего костра, ушел, оставляя за собой лишь пепел настороженности.

Вампирша, несомненно, ждала от меня каких-то действий, а я просто стоял и любовался, вновь поражаясь ее красоте.

Девушка казалась частью окружающей природы. Хрупким и невесомым видением, плодом воображения. Свободная мужская одежда не скрывала соблазнительных изгибов тела, скорее, ненавязчиво подчеркивала их, пробуждая воображение. Локон длинных светлых волос спускался по шее, рождая желание прикоснуться. Совершенные черты лица приковывали взгляд даже самого искушенного ценителя.

Она мало походила на ту перепуганную, подавленную горем девчонку, виденную мной при первой встрече, став увереннее и в чем-то взрослее. Несчастье ее закалило, и теперь она отлично держалась, несмотря на всю неожиданность нашей встречи. И было бы глупо отрицать: такой она нравилась мне еще больше, красота ее засияла новыми гранями в моих глазах.

– Ирина, – наклонил голову я.
– Деметрий.

Голос все-таки дрогнул, выдавая волнение девушки. Не страх, именно волнение, что, не скрою, льстило. Я не желал пугать, а вот равнодушие, стоило признать, меня бы расстроило. И она не стала делать вид, что не знает моего имени.

– Давно не виделись, – усмехнулся я, подходя совсем близко. Моих ноздрей коснулся неповторимый аромат с ярко выраженными нотками цветущих лилий и морского бриза, гармонично подчеркивающий внешность вампирши. – Вижу, мой совет оказался кстати…
– Да? – удивилась она. – Наверное, тогда стоит сказать спасибо?
– Стоит, – согласился я. – Раз уж мы встретились...
– Спасибо, что удержал меня, – послушно произнесла она и светло улыбнулась: – Я действительно могла… натворить глупостей, чреватых последствиями.
– А сейчас не можешь? – поднял брови я, не удержавшись от почти приглашающего намека. Ее близость будоражила, и оказалось совсем нелегко соблюдать дистанцию. Однако я старался, не желая пугать девушку.
– Нет, – отстраненно покачала она головой, не принимая моей игры. – Я усвоила урок. И… нет. Мне не следовало приходить, но это место год за годом притягивает меня, и в начале зимы я сюда всегда возвращаюсь. Словно я тогда что-то не так сделала, где-то ошиблась…
– Не думай об этом, – прервал ее я. – Ты же согласилась с правильностью моего поступка. Поверь, иные варианты сложившейся тогда ситуации были куда более болезненными.

Я не удержался и протянул руку, касаясь идеально-гладкой кожи ее щеки, стремясь утешить, мысленно ругая себя за черствость: зачем напомнил о тех событиях? За годы я отвык думать о том, как воспринимают мои поступки окружающие, считаться с их чувствами, но с Ириной так не получалось. С той самой встречи, когда я невольно спас ее жизнь, она выделилась из толпы, обретя иной статус.

Девушка замерла от прикосновения, а потом дернулась, отступая. В темных глазах снова вспыхнула искра страха, гася иные эмоции, и я с сожалением опустил руку, разрывая контакт.

– Оставайся, – я отступил в сторону, уступая место его законной владелице. – Я оказался здесь неподалеку, учуял твой след и решил заглянуть. Ни в коем случае не собирался мешать – просто любопытство.

Странное влечение к этой вампирше, которому я не находил рациональных причин, выбивало из колеи. Страшась вероятности окончательно потерять лицо, я поспешил удалиться: холодно улыбнулся одними губами и зашагал прочь. Ее пристальный взгляд, направленный в спину, я чувствовал еще долго, но так и не оглянулся, опасаясь доверять себе самому.

***


На сей раз послевкусие от встречи сохранилось дольше и оказалось более выраженным: я то и дело ловил себя на мысли о том, что хочу отыскать девушку и вновь ее увидеть. Она вызывала во мне странное смятение, и тем была любопытна. Хотелось понять причины интереса, а для того требовалось новое свидание.

Тем не менее, обстоятельства складывались так, что Ирину я не видел еще очень долго. Служба у Вольтури по-прежнему поглощала львиную долю моего времени, а в моменты, когда я вырывался из череды заданий Аро, столь живо заинтересовавшей меня вампирши не оказывалось поблизости. Не сказать, чтобы я сильно переживал по этому поводу, однако и выкинуть из головы мысли об Ирине не удавалось.

Минуло немало лет, когда после одного из заданий Аро оказавшись в Праге, я внезапно снова учуял ее. Именно учуял, как обычный вампир, не прибегая к дару ищейки, что говорило о свежести следов. К счастью, я не был повязан сроками возвращения в Вольтерру, потому не отказал себе в удовольствии и отправился за неповторимым ароматом старой знакомой, с каждым шагом нагоняя ее, с нетерпением предчувствуя долгожданную встречу.

Узкими извилистыми улочками Праги я выбрался к Влтаве. След меня увел за границы городских стен, а вскоре я оказался на территории большого загородного поместья, окруженного ухоженным парком, в глубине которого виднелся изящный павильон в греческом стиле. Скрытый от любопытных глаз за большими деревьями, он располагался на обрыве над рекой; из высоких окон лился мягкий свет, преломлявшийся в окутавшей здание буйной растительности, усиливая романтику уединенного уголка. Место больше всего походило на любовно обустроенное гнездышко для свиданий.

Обойдя здание кругом, я подкрался к приоткрытому окну, выходящему к воде. Моему взгляду предстало помещение, занимающее почти все внутреннее пространство павильона, богато обставленное и представляющее собой нечто среднее между спальней и гостиной. Мерцающими звездами горело несколько свечей, рассеивая полумрак, в воздухе витал аромат цветов.

На огромной кровати под балдахином, беспорядок на которой не оставлял сомнений в том, что здесь творилось недавно, полулежал, облокотившись на высокие подушки, мужчина лет тридцати пяти. По людским меркам он обладал, без сомнения, привлекательной внешностью, к тому же в нем чувствовалась нотка властности, нередко привлекающей женщин, словно огонь мотыльков.

На краю кровати сидела девушка, в которой я легко опознал ту, чей след меня сюда привел. Когда я заглянул внутрь, Ирина неспешно одевалась, и ткань постепенно укрывала ее роскошное тело. Ее любовник, – а в том, что он был именно любовником для нее, я не усомнился ни на мгновение! – приподнявшись, аккуратно помогал ей справиться со шнуровкой платья, ласкающими движениями то и дело касаясь гладкой кожи вампирши, будучи не в силах оторваться от соблазнительной женщины. На лицах обоих читалось недавно испытанное удовольствие, помимо воли заставившее меня стиснуть зубы.

Ее я не осуждал: многие вампиры предавались любви с привлекательными представителями смертных. Настораживало иное: если судить по спокойствию мужчины, Ирину он ни капли не боялся. Вот только не почувствовать нечеловеческую природу вампира в такой ситуации невозможно. Что свидетельствовало о возможном нарушении главного закона нашего мира, разглашении тайны его существования. С другой стороны, знание того, что Ирина – не человек, не тождественно открытому секрету ее истинной сути. Хотя тот же Кай, донеси я ему об увиденном, вряд ли принял бы этот аргумент, и исход был бы предрешен, чего мне совершенно не хотелось.

Пока я предавался поиску выхода из ситуации и обдумывал свои действия, девушка, накинув плащ с капюшоном, наклонилась к мужчине, даря ему долгий прощальный поцелуй. Его руки взметнулись, пытаясь привлечь Ирину обратно на постель, явственно приглашая к продолжению, но она аккуратно высвободилась и отступила к двери.

– Я еще увижу тебя? – хрипло спросил мужчина. В голосе звучала мольба. – Пожалуйста! После тебя любая иная будет неверной тенью…
– Нет, – качнула девушка головой, позволяя светло-серебристому локону выбиться наружу из-под плотной ткани. – Я сказала сразу: свидание будет единственным. Ты знал, на что шел.
– Кто ты? Фея? Наваждение? Видение или человек?

Ирина мягко улыбнулась, отвернулась и, ни слова больше не сказав, выскользнула в ночную прохладу, чтобы в следующий момент оказаться в моих руках. Пусть окончательного решения я еще не отыскал, но упускать любвеобильную красавицу теперь точно не собирался.

От неожиданности она дернулась всем телом, капюшон слетел с головы, и светлые волосы рассыпались по плечам, слегка светясь в непроглядной темноте. Я сильнее сжал изящные плечи, прижимая ее своим весом к белоснежной мраморной колонне, лишая пленницу возможности двигаться.

– Вот мы и встретились снова, милая, – ухмыльнулся я, наблюдая, как в бездонных черных глазах вспыхивают искры страха по мере узнавания. Без сомнения, она отлично понимала щекотливость ситуации, в которой оказалась. – Кто-то обещал не делать глупостей, помнишь?
– Он не знает о том, кто я, – срывающимся голосом поспешно заговорила девушка, не пытаясь отрицать. – Только догадки. Оставь его.
– Обычно таких убивают, заодно подкрепляя силы, – я преувеличенно кровожадно усмехнулся. – Ты не одна склонна к подобным приключениям.
– Тогда в чем проблема? – дерзко спросила вампирша. – Всего лишь в том, что я оставила его в живых?

С самого начала я внимательно вглядывался в лицо прекрасной пленницы, пытаясь понять, что в ней изменилось с нашей последней встречи, и тут наконец-то заметил. Ее глаза, постепенно теряя черноту, вместо привычного алого становились янтарными! Такой цвет глаз у вампира я видел лишь однажды, но отлично знал, что он означает: девушка отказалась от крови людей. Кто бы мог подумать, что среди вампиров найдутся любители истязать себя, пытаясь спорить с законами, заложенными природой, но такие существовали, и в моих руках было доказательство этому.

– Хотя для тебя этот выход неприемлем, да? – подвел я итог наблюдений. – А ведь глоток крови в такой момент способен бесконечно усилить эффект.
– Я не хочу быть чудовищем! – отчаянно замотала головой Ирина. – Не хочу!
– Чудовищем, подобным мне? – мягко уточнил я, невольно облизнувшись: сохранять спокойствие, держа красавицу в руках, становилось труднее и труднее. – Но ты же не человек, как бы ни старалась... Вы с ним слишком разные, и поэтому ты сейчас ушла навсегда, оставив его.

Я наклонился к шее, зарываясь носом в душистые мягкие волосы. Аромат до сих пор искажал запах смертного, казалось, впитавшийся в кожу и волосы Ирины, и во мне вновь вспыхнуло раздражение, требующее растерзать на куски посмевшего прикоснуться к ней человека.

– Неужели подобные игры с... едой доставляют удовольствие? – скривился я, старательно подбирая слова: ссора не входила в мои планы. – Конечно, твоя выдержка впечатляет: я даже не увидел на нем следов вашей страсти. Но не губит ли контроль всего наслаждения, скажи мне?

Она молча отвернулась, стиснув зубы, но вырываться не спешила, опасаясь быть услышанной своим любовником. Ирина отлично понимала, что встреча со мной для него закончится неминуемой смертью, потому, оберегая, была самоотверженно покорна. Что ж, это был ее выбор, которым я и собирался воспользоваться. Подобную упущенную возможность я бы себе никогда не простил.

– Пойдем отсюда, – фыркнул я. – Только тихо, иначе я передумаю!

Я потянул ее вдоль берега к границе парка. Если меня не подводило зрение, то за оградой простирался глухой лес. Я не собирался сдавать нарушительницу владыкам: подобное казалось расточительством. К счастью, Аро по-прежнему редко вчитывался в мои мысли, к тому же за века совместного существования я научился, сохраняя хладнокровие, многое хранить в тайне и от его неуемного любопытства. С другой стороны, оставлять все как есть, просто отпустив Ирину, я не собирался: до таких границ мое благородство не распространялось.

Мы вихрем пронеслись несколько сот ярдов и остановились на небольшой поляне, затерянной в лесных зарослях. Зверье в страхе разбежалось, люди здесь не бывали очень давно, что меня полностью устраивало. Высмотрев на краю подходящее дерево, я прижал Ирину спиной к толстому стволу, надежно пресекая сопротивление.

– Теперь можем спокойно продолжить разговор, – дернул я уголком губ. – Без лишних ушей.
– Нам есть о чем говорить? – в ней проснулась злость. Здесь, вдали от человеческого жилья, она осмелела. Похоже, ее выдержка все-таки имела пределы, и у меня был шанс испытать на себе гнев своей пленницы. – Если считаешь, что я что-то нарушила, убей, исправь давнее упущение!
– Убивать тебя я точно не хочу, – искренне сознался я, наклоняясь и носом проводя по ее щеке. – Как и сдавать Аро с Каем. Слишком просто… А вот твоего любовника…

Я невольно улыбнулся, наблюдая, как она забилась в моих руках, услышав последнюю фразу, так легко поддавшись на провокацию. Шантажом я на деле заниматься тоже не собирался, – такой поступок грозил испортить мои отношения с Ириной раз и навсегда, – просто удержаться от поддразнивания пленницы оказалось выше моих сил: она столь мило гневалась…

– Неужели он настолько тебе дорог? – ехидно уточнил я.
– Чего ты хочешь? – прошипела она, словно разъяренная кошка, вырываясь из моих рук. – Он ничего не знает, оставь его.
– Я уже это слышал. Можешь считать, что даже поверил и забыл, – покладисто покивал я. – Поэтому убивать его я не планирую, как и тебя… А вот попробовать кое-что другое я бы не отказался, особенно после виденного сегодня...

Не дав девушке опомниться, я наклонился и впился в приоткрытые губы, уступив желанию, полыхнувшему во мне, как только я ее сегодня увидел, и глупому, непонятно откуда взявшемуся стремлению доказать, что я лучше хрупкого смертного.

Первые секунды она настолько опешила, что даже не оказала сопротивления, и позволяя мне насладиться этим прикосновением. Меня окутал неповторимый аромат, заставив закрыть глаза и погрузиться в ощущения. Несколько мгновений мне казалось, что сейчас она ответит, но длилось все недолго. Стоило чуть расслабиться, потеряв концентрацию, как в следующий момент я пролетел половину поляны, сшибая спиной маленькие деревца.

– Думаешь, я настолько доступна, что расплачусь за жизнь подобным образом? – прорычала разъяренная вампирша, наступая на меня. – Решил за мой счет потешить свое уязвленное самолюбие?

Я зажмурился от удовольствия, слушая нотки ярости и страсти в ее голосе. Я не вел жизнь евнуха и находил с кем утолить жажду наслаждений. Та же Хайди не давала мне прохода, временами начиная настоящую охоту, других хватало, да и в удовольствии соблазнить миловидную человеческую девушку я себе не отказывал: страсть, мешаясь с кровью, доставляла особое наслаждение, о чем я и пытался поведать Ирине недавно. Однако всегда мне чего-то не хватало: либо силы, либо слабости, и толика неудовлетворенности оставалась.

Стоящая передо мной вампирша была другой, я это каким-то образом понял с самой первой встречи. И это завораживало. Я не собирался брать ее силой – это было ниже моего достоинства, – но почему-то не сомневался в том, что она уступит. Рано или поздно.

– Когда ты злишься, ты невероятна, – насмешливо пробормотал я, снова захватывая девушку в плен и прижимая к стволу дерева. – Мне нравится, что ты проявляешь характер. Я уже предчувствую ожидающее нас удовольствие.
– Пусти! – рванулась она, заставляя столетний дуб за спиной жалобно заскрипеть, однако дерево выдержало.
– Я лучше человечка, правда, – моя хватка лишь усилилась. – Меня затруднительно сломать или покалечить, а это, согласись, неплохое преимущество. В меня даже можно будет вонзить острые белые зубки – ради такой красавицы я готов на жертвы! – Я наклонился, жестко зажав прекрасное лицо руками, и прошептал, почти касаясь ее уха:– Позволь себе это испытать. Ты не пожалеешь, я обещаю.
– Пожалуйста, не надо, – простонала она, когда я провел губами по нежной щеке, оставив влажный след. В голосе зазвучало предчувствие капитуляции, и во мне вспыхнул фейерверк эмоций, стоило осознать это.
– Девочка, ты не представляешь даже, насколько хороша, – я отклонился, создавая между нами небольшое расстояние, но не предоставляя ей абсолютной свободы. – Я тебе настолько неприятен? Не верю! Твое тело говорит об ином!

Она лишь мотнула головой, явно не желая отвечать, все еще отчаянно сражаясь, но уже скорее с собой, чем со мной. Я понимал: скоро она сдастся, и волна ликования практически лишала меня дара речи.

– Милая, – продолжил я. – Я не собираюсь тебя убивать либо вести в Вольтерру, я слишком последователен для этого. Кажется, ты достаточно умна, чтобы это понять. Так что нам мешает доставить друг другу удовольствие?
– Зачем тебе это? – слабо прошептала она.
– Уж ты точно знаешь, какие желания способна разбудить в мужчине, – желчно усмехнулся я. – К тому же ты мне нравишься...
– Нравлюсь?

В распахнутых глазах мелькнула странная искра, Ирина замерла на несколько секунд, вглядываясь в мое лицо, пытаясь отыскать что-то в моих глазах. Я не двигался, позволяя ей принять правильное решение, хотя внутри меня уже все взрывалось от нетерпения.

И тут она сама подалась вперед. Наши губы сошлись в яростном поцелуе, поглощавшем полностью, без остатка, не оставляющем пространства для раздумий и решений. Словно он был последним в этой жизни. Я отдал инициативу, и Ирина с видимым восторгом забрала ее, наслаждаясь подаренной властью и безграничной свободой действий.

Кроме более-менее целых плащей, скинутых нами наземь, от остальной одежды вскоре остались лишь клочья, разлетевшиеся в разные стороны. Я целовал участки кожи, до которых мог дотянуться, первородный собственнический инстинкт требовал выжечь само воспоминание о запахе другого мужчины, утверждая мое право на эту невероятную женщину. В тот момент она была моей, и ни с кем ее делить я не собирался, наконец-то получив безраздельно в свои руки.

Наши тела переплелись, едва достигнув влажной от предутренней росы земли, становясь единым неразрывным целым. Ирина не уступала мне ни на гран, мы были равны в каждый миг. Мы открывали друг друга заново, и все вокруг представало в новом свете. Тех, кем были мы до этого вечера, сегодня не стало. Прикосновения рождали вихри энергии, окутывающие с ног до головы, пробуждая неведомые ранее ощущения. Идеальное тело в моих руках было продолжением моего, отзываясь именно так, как хотелось, и тогда, когда хотелось, а соитие превратилось во вспышку наслаждения, огонь которой, казалось, спалил нас дотла, не оставив места ничему иному...

Не зная устали, мы дарили друг другу радость, и лишь взошедшее солнце, искрами отразившись от нашей кожи, заставило вспомнить о времени. С невероятным трудом удалось мне остановиться, и страсть, отступив на шаг, теперь превратилась в нежность, укутанную утренним туманом тоски по несбывшемуся. Наставал час неизбежной разлуки, и с этим никто из нас ничего не мог поделать. Слишком разной была наша жизнь, чтобы даже столь удивительная ночь что-то могла изменить. Ее ждала семья, меня – служба у Вольтури. Но что мне мешало надеяться на повторение встречи?

– Я еще увижу тебя? – невольно, без задней мысли я задал вопрос, услышанный вчера, старательно закутывая девушку в плащ, к счастью, позволяющий спрятать от посторонних глаз печальное состояние ее одежды.
– От тебя разве скроешься? – якобы недовольно фыркнула Ирина, глубже натягивая на голову капюшон, но в глазах сверкала радость, которую она и не пыталась скрывать.
– Нет, – моя улыбка наверняка вышла донельзя самодовольной.
– Тогда не задавай глупых вопросов.

Мне достался легкий поцелуй, и девушка исчезла между деревьями, не дожидаясь ответа. Что ж, спорить тут было не с чем: найти Ирину я мог всегда. Но только для себя: подобное приключение стоило того, чтобы его повторить...

***


С тех пор мы виделись время от времени, никогда ничего не требуя друг от друга. Ни чувств, ни верности. Наверное, потому эта связь, которую я не смог скрыть от Аро окончательно, не будила в нем подозрений, так что и в мою жизнь у Вольтури она существенных изменений не внесла. Разве что отлучаться из Италии не по делу я стал несколько чаще, чем раньше.

Впрочем, иное было сложно представить: я не видел себя в другом клане, а привести Ирину в замок вряд ли бы получилось. Именно волей владык была когда-то уничтожена ее создательница, да и наш образ жизни девушка, очевидно, не приветствовала, а уж тем более не готова была его принять, разлучившись с сестрами.

Но однажды, решив очередной раз отыскать подругу, я не обнаружил ее в Европе. Без сомнений, она была жива, но находилась очень далеко, на самой грани моего восприятия. По всему выходило, что их клан сменил место обитания, переселившись в Северную Америку. Только мне об этом во время последней встречи почему-то Ирина не сообщила. Знала, что все равно найду? Или надеялась, что искать, наоборот, не буду? Второй вариант был точно не моим.

Воспользовавшись удачно подвернувшейся оказией, я вскоре отправился следом, прихватив с собой Феликса – одному и без задания вырваться столь далеко шансов у меня было мало. В отличие от той же Джейн он не вызывал во мне глухого раздражения склонностью к садизму и несдержанностью поведения, да и отличался легким взглядом на жизнь, делающим общение с ним достаточно комфортным. К тому же он был неболтлив, что меня полностью устраивало.

Мой дар не допускал весомых оплошностей, поэтому новое место жительства сестер на самом севере американского континента мы нашли быстро. Все трое отказались теперь от охоты на людей. Клан стал больше: Элеазар, ушедший от Вольтури несколько лет назад, встретив свою пару, присоединился к сестрам вместе со своей Кармен.

Именно он и вышел к нам, вызывая огонь на себя. Элеазар лучше многих понимал, что визит Вольтури редко бывает радостным, потому выглядел настороженно и смотрел на нас хмуро.

– Деметрий, мы ничего не нарушали, – твердо заявил он, едва поздоровавшись. – Служба у Вольтури всегда была добровольна, и я имел право уйти, как и любой из нас.
– Вижу, – покладисто согласился я, отмечая цвет его глаз – такой же, как у Ирины. Вопреки опасениям моего собеседника, ссориться я не планировал, я всего лишь хотел понять, что происходит. – Однако почему-то поспешили уехать подальше?
– Здесь свободнее, – пожал плечами Элеазар. – Меньше людей, меньше соблазнов. Наш образ жизни позволяет существовать оседло, переезжая с место на место лишь изредка и при этом не вызывая подозрений. Неужели Аро послал вас за нами?
– Нет, – пожал плечами я. – Всего лишь заглянули, проходя мимо... наша цель на юге.
– А... Тогда не смею задерживать, – коротко кивнул Элеазар. – Мы законы соблюдаем, надеюсь, ты в этом убедился.

В его глазах и тоне голоса мне почудилось нечто сродни разочарованию. С чего бы – мне не было понятно, но расспрашивать я не стал. У нас издавна сложились приемлемо доверительные отношения, и если Элеазар промолчал, то ко мне это не относилось.

Мы распрощались, и Феликс действительно отправился на юг, проверяя обстановку тех мест после недавнего рейда Вольтури против Бенито, посмевшего создать армию из новорожденных. Я же остался в заснеженных лесах Аляски, надеясь увидеть Ирину. То, что она даже не показалась, без сомнения зная о моем приходе, волновало меня куда больше, чем разборки между группами вампиров за места кормежки.

И вот теперь, дав о себе знать, я ждал момента встречи...

***


Когда Ирина, наконец, вышла из дома, я невольно залюбовался летящей походкой и изящной фигурой девушки. Обойдя ель, служившую мне опорой последние полчаса, она уверенно углубилась в лес и остановилась на небольшой поляне, скрытой вековыми деревьями от посторонних глаз. В свете внезапно выглянувшей из-за туч луны кожа ее отливала серебром, длинные светлые волосы слабо мерцали. Вампирша казалась ледяной и недоступной, но невероятно прекрасной.

– Я тебя слушаю, – сухо произнесла она, избегая моего взгляда и старательно выдерживая дистанцию: попытку приблизиться мгновенно пресекли вытянутые в протестующем жесте руки. – Что ты хотел узнать?

По тому, как прозвучала одна-единственная фраза, можно было понять: отъезд не случаен. И дело было не в Элеазаре и Кармен, во всяком случае, не только в них. Даже до того, как в лесах под Прагой наши отношения перешли на новый уровень, тепла между нами было куда больше. Сейчас ее голос звучал отстраненно, с неохотцей. Со мной беседовали, как с докучливым чужаком, донимающим расспросами на абсолютно неинтересную тему.

– Почему ты уехала, не сказав мне ни слова? – не сдался я, снова пытаясь приблизиться, надеясь, что прикосновение поможет прекратить этот необъяснимый спектакль.
– Ты все равно смог отыскать нас, – равнодушно пожала Ирина плечами, тем самым снова успешно отклоняясь.
– Это не ответ, – мотнул я головой. – Раньше ты всегда дожидалась меня, да и не уезжала столь далеко.
– Другого ответа не будет, – развела она руками, усмехаясь. – Здесь дышится лучше. Меньше людей, спокойнее. Мы не имели права уехать? Европа надоела, право.
– Настолько надоела, что вы сорвались с места за считанные дни? – сощурился я, не понимая, за что она на меня злится. Последняя наша встреча закончилась на приятной ноте, впрочем, как и всегда. У Ирины не было никаких причин менять ко мне отношение.
– Это допрос? – В мелодичном голосе вспыхнуло возмущение – первая выраженная эмоция с начала разговора. – Вольтури усомнились в нашей законопослушности? Не стоит. Нам давно внушили необходимое почтение к правилам.
– Причем тут закон? – выдохнул я, с трудом справляясь с резанувшей внутри злостью: Ирина словно не слышала меня, либо нарочно отказывалась понимать. – Я говорю не о Вольтури, а о нас с тобой.
– Ты блюститель закона, разве нет? – В наконец-то поднятом на меня взгляде сверкнул вызов. – Твое главное занятие – ловить нарушителей, ты в этом непревзойденный мастер. Сюда ты приехал по заданию. Где я ошиблась?

Зажмурившись и отвернувшись, я отступил, пытаясь погасить эмоции. Я ничего не понимал, и это бесило. Под рукой удачно оказался толстый ствол дерева, в который я вцепился, отдирая щепки. Выдержка трещала по швам, злость требовала выхода, а я ни в коем случае не хотел причинить Ирине боль. Даже не понимая мотивов, даже видя, что меня провоцируют нарочно, я не желал видеть в ее глазах страх.

– Мне казалось, мы все решили много лет назад, – процедил я, глубоко вдыхая морозный воздух. – Каких бы нарушителей мне не поручал ловить Аро сейчас, тебя это не касается.
– Аро... – Она произнесла имя владыки как-то особенно горько. Запал угас, и теперь я слышал одну бескрайнюю усталость. – Владыка Вольтури может быть доволен: лояльность его клана на высоте, несмотря на уход Элеазара…
– Не понимаю, – замотал головой я. – Что изменил уход Элеазара? Для нас с тобой?
– Для нас? – подняла брови она. Взгляд вспыхнул пожаром, но сразу же погас, скрывая чувства за маской безразличия. – У нас с тобой... просто разные пути. – Голос слегка дрогнул, а потом внезапно окреп, обретя металлический стержень. – Разные цели и идеалы. Пора это осознать и принять. Я благодарна тебе за спасение от глупостей, как и за проведенное время, но теперь хочу пойти своей дорогой. Отдельной от твоей. Теперь я достаточно ясно выразилась?

Янтарные глаза смотрели на меня холодно и уверенно, и я не увидел за этим фасадом и тени сомнения: решение было принято. Мы старательно избегали темы отношения к людям, зная, что именно она способна погубить непринужденность наших свиданий, но я всегда видел: ей неприятен мой образ жизни. Она не скрывала этого, просто до определенного момента находилось то, что пересиливало эту неприязнь. Но теперь... что-то изменилось. Неужели то, что Элеазар и Кармен последовали примеру сестер, сменив образ жизни, оказалось настолько значимым фактом?

– Надеюсь, ты не будешь меня принуждать к чему-либо, – продолжила Ирина. – Прощай. Мы не скрываемся, но впредь в качестве проверяющего… я предпочла бы видеть кого-то другого. Я немного прошу, право.

Фраза прозвучала звонкой пощечиной: мне напомнили случай в лесу под Прагой и предупреждали, что повторения не будет, метод не сработает. Будь я человеком, мое лицо сейчас пылало бы огнем, хотя я никогда не воспринимал тот эпизод именно как насилие и не замечал, чтобы его так воспринимала она.

Я пришел в себя, когда силуэт Ирины уже скрылся за ветками деревьев. Волна ярости выплеснулась в кровь, требуя кинуться следом, но почти запредельным напряжением воли мне удалось остаться на месте. Несколько сосен пало на землю, забирая на себя удар, и звенящую тишину зимнего леса разорвал оглушительный треск.

Вскоре буря пронеслась, оставив недоумение и тупую неприятную занозу, засевшую где-то глубоко в мыслях. Если до нашего разговора во мне жило легкое удивление внезапным отъездом Ирины, то теперь я и вовсе не знал, что думать.

Заставить себя уйти прочь на этот раз оказалось бесконечно трудно. Я вернулся к той самой ели, за которой прятался в ожидании появления девушки, и снова уставился на окна, наблюдая за знакомым силуэтом. Обитатели дома передвигались, что-то делали, и лишь Ирина оставалась недвижной, долго сидя на одном месте. Потом поднялась и исчезла из моего поля зрения в глубине здания. Мне стоило немалого труда удержаться от опрометчивых поступков: все-таки свои пожелания Ирина выразила достаточно ясно.

Я не знал, что делать дальше. Злость угасла, и теперь меня охватила апатия, гася интерес к происходящему вокруг. Я бродил по окрестным лесам, уже не приближаясь к дому сестер, но и не находя в себе силы уйти окончательно, перебирая события прошлого в памяти, но понимание причин поведения подруги так и не пришло.

Мы с Ириной виделись нечасто, и нас связывали отношения, которые вряд ли можно было назвать глубокими. Но нам было хорошо вместе. Мы во многом достигли взаимопонимания, знали, как доставить и получить удовольствие не только в постели, но и в обычном общении. Однако могли находиться подолгу в разлуке, не испытывая при этом того самого безумия, характерного для накрепко связанных друг с другом пар. Никаких страстей и трагедий…

Я наблюдал за Элеазаром во время его последнего визита в Вольтерру. Опасаясь за безопасность обретенной половины, он оставил ее где-то на севере и вернулся, чтобы уведомить Аро об окончательном уходе. И вся его выдержка, выработанная годами, не могла скрыть тоски и боли, порожденных расставанием. Словно его разорвали пополам, нанеся незаживающую рану. Всей моей циничности не хватало, чтобы спокойно реагировать на подобное без сочувствия. Ничего похожего я не ощущал ни в себе, ни в Ирине. Наши отношения напоминали скорее устраивающую обе стороны дружбу, скрашенную оттенками личных отношений, нежели что-то большее.

Тогда почему давным-давно остановившееся сердце от услышанного словно попало в каменные тиски, а для меня, бессмертного существа, расставание показалось сродни маленькой смерти?

Лишь наступивший рассвет принудил меня покинуть север и направиться вслед за Феликсом, – мы договорились встретиться под Хьюстоном, – стараясь занять разум делами, а не размышлениями, которые рождали почти непереносимую тоску по несбывшемуся…

***


По возвращении в Вольтерру жизнь потекла своим чередом, мало меняясь, поглощая год за годом и десятилетие за десятилетием.

Однако приказав себе выкинуть все связанное с Ириной из головы, я абсолютно точно не справился с задачей. Любой ерунды хватало, чтобы снова вспомнить. Снова и снова, раз за разом. Фантомными болями ко мне приходили воспоминания о встречах, словно наяву я чувствовал изгибы тела под руками, ощущал неповторимый аромат и слышал мягкий, чарующий голос.

Во мне снова поселилась почти забытая за долгие годы толика неудовлетворенности: с Ириной конкурировать не получалось ни у смертных, ни у бессмертных. Если раньше я только подозревал, что может быть иначе, то теперь во мне жила твердая уверенность в этом. Вот только лучше от того не становилось...

Я злился. Иногда даже срывался на окружающих. Пускался во все тяжкие, потом брал себя в руки. Хватался за любое дело, не оставляя себе времени на размышления, а потом неделями скрывался ото всех, пребывая в абсолютной праздности. Пытался спрятаться под панцирем цинизма и презрения, либо вдруг начинал искрить энергией, рассыпая шутки и комплименты. Но ничего не менялось. Год за годом Ирина незримо присутствовала рядом, и стоило кому-либо принести новости из тех мест, я напрягался, надеясь и страшась услышать заветное имя...

***


Много лет о сестрах, живущих в заснеженных лесах севера Америки, не было слышно ни слова. Только визит в Италию создания Карлайла Каллена напомнил Аро и Каю о клане Ирины, подарив долгожданные, хотя совсем не обрадовавшие меня вести...

В мыслях Эдварда Аро увидел Ирину и ее сестер. Твердо следуя принятому решению, они не убивали людей, что сближало их с Калленами, а клан, теперь живущий в лесах Аляски, в заповеднике Денали, снова увеличился: к ним присоединился еще один вампир.

Кем он был? Несчастный французишка. Ничтожество, ничего из себя толком не представляющее и трусоватое к тому же. Он много лет был занят поиском места потеплее, желательно рядом с власть предержащими, в результате чего долгое время льнул к остаткам румынского клана – Владимиру и Стефану. Потом он пытался оказаться в свите Аро, однако якшанье с румынами лишило его такой возможности. Теперь он почему-то осел в Денали, ставя сестер под подозрения… Чем их мог привлечь подобный персонаж?

Сама мысль о том, что Лоран ошивается рядом с Ириной, вызывала брезгливую оторопь и желание его уничтожить. Как можно скорее. Немедленно! Даже если не думать о том, что в мыслях Эдварда Аро увидел их как пару, потому что тогда неконтролируемая ярость и вовсе могла лишить меня способности думать.

Только у Аро оказались на меня абсолютно другие планы, и возразить возможности мне не представилось. Стоило закончиться представлению с явлением желтоглазых, как меня отослали отслеживать следы румын: их деятельность всегда интересовала владыку, а после новостей о Лоране требовала дополнительного внимания. В итоге почти три месяца я таскался хвостом за Владимиром и Стефаном, изнывая от скуки, потому как от одной сотни лет к другой они занимались одним и тем же, имея очевидную цель, но ни малейших шансов к ее осуществлению. Мне даже обманывать Аро не пришлось: вся эта возня не касалась Ирины и ее сестер.

Сразу после моего прибытия в Вольтерру произошло событие, заставившее стать более внимательным к происходящему вокруг…

Новости, принесенные нами после путешествия в Сиэттл, где расплодились новорожденные вампиры, угрожая тайне существования рода, а заодно и визита к Калленам, непонятно как выжившим после атаки вдвое превосходящего их клан числа бойцов, произвели эффект палки, воткнутой в муравейник. Лишь стремление Аро к излишней театральности, как и к тому, чтобы каждый поступок смотрелся красиво, не позволили карательному отряду во главе с владыками отправиться в Форкс сразу же по нашему возвращению.

Слишком многое настораживало. Численность клана, обитавшего в окрестностях Сиэтла – их насчитывалось уже семеро, не считая человеческой игрушки, и на этом они не собирались останавливаться. Их таланты, концентрация которых в одной семье способна была составить конкуренцию Вольтури. Их дерзкое поведение, в конце концов: я не заметил и толики страха по отношению к нам.

Получив уникальный шанс на исправление своей ошибки после визита в Италию, они не спешили обращать девчонку в вампира, а то, как они без потерь умудрились уничтожить целую армию новорожденных, породило закономерные вопросы, как и пресеченное Джейн желание оставить в живых одну из нападавших.

Мало кто сомневался, что владыка, прочитав мысли потенциальных нарушителей, отыщет состав преступления: в этом мире нет безгрешных, вопрос лишь в пристрастности допрашивающего. Только на сей раз Аро хотел не просто покарать виновных, а устроить настоящий спектакль с привлечением свидетелей, чтобы как можно больше бессмертных увидели решительность Вольтури и не смели брать дурной пример с Карлайла. Громкое представление, сравнимое с актом возмездия во имя закона, устроенным нами несколько десятилетий назад на юге Америки. Слухи о котором еще долго будут пугать и внушать почтение к высшей власти вампиров.

А значит, торопиться не следовало. Усмирив пылавшего праведным негодованием Кая, желавшего отправиться в Форкс немедленно, Аро разослал свиту на поиски информации, стремясь получить если не доказательства, то весомый повод для визита.

В силу специфики моего дара меня тоже не миновали подобные задания, и следующие месяцы я почти не бывал в Вольтерре: приезжал и тут же получал новое поручение, а нередко и нового напарника. В очередное путешествие я отправился с Феликсом, чья компания после вылазки в паре с Алеком стала настоящим подарком. В отличие от молчаливого и спокойного великана, брат Джейн ныл непрерывно, считая работу по поиску ниже собственного достоинства, что порядком раздражало, и под конец я готов был его пристукнуть.

В этот раз мы немало времени потратили на выслеживание какого-то отшельника, давным-давно знакомого с Карлайлом, но тот более чем удачно умудрялся скрываться, потому дело затягивалось.

– Надоело, – в сердцах бросил Феликс, когда мы очередной раз осознали, что нас провели. Даже его терпение оказалось не бесконечным. – Как он может от тебя ускользать?
– Значит, может, – равнодушно пожал я плечами. – Я все-таки не всесилен. И вообще мне не слишком по душе вся эта история. Каллены сильны, но не похоже, что им нужна власть... Проще было оставить их в покое, чем затевать все это!
– Власть не нужна? Такое бывает? – хмыкнул вампир. – Что их держит вместе, этих желтоглазых? Ладно, партнеры, пары – это понятно. Но остальные? Они ведь друг другу никто, их связывает лишь яд создателя! Так почему они вообразили себя семьей? – последнее слово Феликс произнес с презрением. – Аро не на пустом месте беспокоится, ему не нравится их увеличивающаяся сила. Они сумели справиться с двадцатью новорожденными, они угрожают власти Вольтури! Ты был там. Есть предположения, каким образом они выжили?

Слегка прищурившись, он уставился на меня с ясно читаемым любопытством, словно подозревая меня в чем-то. Только я не мог понять, в чем!

– Их объединяет точно не жажда власти, – уверенно ответил я. – А вот что... Не знаю. Да и откуда бы мне? Я их видел от силы пару раз...
– Их уже слишком много, – продолжил рассуждать Феликс, но в его глазах после моих слов мелькнула усмешка. – Смотри: Калленов семеро, девчонку обратят – будет восемь вампиров. Плюс их друзья-соседи из Денали. Такие же желтоглазые и странные.
– Разные же кланы, – нахмурился я, не понимая, куда он ведет.
– Аро так не думает, насколько я слышал, – задумчиво возразил мой напарник. – Он видел, насколько тесны их отношения. И если два клана объединятся, число будет внушительным. Все желтоглазые, друг с другом повязанные, спокойно живущие на одном месте годами, а не проводящие время в скитаниях... Ты видел где-то еще подобных им – ну, кроме нас? Непонятное всегда пугает. Проще уничтожить, чем жить как на вулкане, в ожидании, когда до них дойдет, что они могут свергнуть Аро и забрать власть себе.

Внезапно меня обдало волной промозглого могильного холода. До сих пор под таким углом я на планы владык не смотрел, и услышанная информация показалась сродни ледяному дождю в пустыне. Мои мысли лихорадочно заметались, пока я осознавал услышанное. И чем дальше я думал, тем отчетливее понимал: Феликс прав. Уничтожив Калленов, Аро не остановится. Его цель не семья, а все необычные вампиры – все, кто может потом, пользуясь странной идеологией Карлайла, объединиться еще с кем-нибудь и вновь угрожать итальянскому клану своей численностью. Значит, клан Ирины тоже обречен!

Напарник внимательно наблюдал за каждым моим движением, но молчал, давая мне шанс разобраться в себе, разве что время от времени кивал, словно находя в моем поведении подтверждение своим мыслям.

– Я слепец! – воскликнул через несколько секунд я, когда картинка полностью сложилась в голове. – Как давно ты об этом знаешь?
– Об этом? – повторил он, и губы его расплылись в довольной улыбке. – А! Ну, сложить дважды два я могу. То, как ты задержался тогда в Америке... И то, что до сих пор рассуждения Аро об этом миновали твои уши... И то, как тебя закидали делами в последнее время, да вечно под присмотром то Джейн, то Алека... Похоже, у владыки есть определенные сомнения в твоей лояльности, мой друг.

Алые глаза смотрели на меня серьезно и насмешливо одновременно, с явным удовольствием наблюдая, как меня накрывает волной осознания произошедшего.

Дьявол! Мы были знакомы бессчетную прорву лет, но, похоже, все эти годы я в нем ошибался. Я считал Феликса отличным напарником, даже приятелем. С ним было удобно ходить в рейды, коротать время в замке, беседовать на разные темы. Я понимал, что его сила настолько внушительна, что меня он вполне способен скрутить в бараний рог: если исключить дар ищейки, бойцом я был средним и отлично отдавал себе в этом отчет. Но, похоже, я слишком долго руководствовался стереотипом «сила есть – ума не надо», за грубоватым, кажущимся неотесанным и простым фасадом не разглядев сути. И ошибся.

– М-м-м... – промычал пораженно я, безуспешно пытаясь сформулировать нечто осмысленное. Мне следовало извиниться. Я оказался не только слепцом, но и снобом, да и глупцом в придачу.
– Не бери в голову, – захохотал, видя мою реакцию, Феликс, абсолютно не планируя обижаться. – Мне по нраву, что удалось тебя провести – льстит самолюбию. Именно это помогает мне и при общении с Аро. Да и речь не о том, просто я не удержался.
– Ты расскажешь? – все-таки выдавил я.
– Ты понимаешь, что моя болтливость выйдет мне же боком? – поднял Феликс одну бровь, мгновенно посерьезнев. – В отличие от тебя, скрывать мысли от Аро у меня не всегда получается. Да и заменить меня, скажем так, проще, то есть простят мне куда меньше...
– Феликс...
– Куда я денусь, – успокоил меня он. – Да, в общем-то, я почти все уже сказал. Аро уверен, что если мы придем к Калленам, их провидица узнает обо всем заранее. И Денали прибегут их поддержать.
– И тогда...
– И тогда вопрос твоей верности Вольтури окажется главным пунктом повестки дня, – уверенно продолжил он. – Твоя красавица – а ведь действительно хороша, черт побери! – не обладает талантами. Аро она и так не нужна, а учитывая опасность потерять тебя... Очевидно же, что смерть их матери от рук самих владык никогда не позволит этим девчонкам примкнуть к нашему клану, да и Аро не захочет видеть среди своей свиты неблагонадежных вампиров – вдруг им приспичит вспомнить старую обиду и отомстить. Из всей той компании есть некоторые, у кого будет шанс выжить, но, увы, Ирина точно не входит в их число.

Он замолчал, а я представил себе мир, в котором нет Ирины. Не для меня нет, как сейчас, а вообще! Нет этих насмешливых теплых янтарных глаз, смелости во взгляде и речах, мягких шелковистых локонов, которые я так любил пропускать сквозь пальцы, наслаждаясь страстью, охватившей нас...

Любил?..

Я поймал себя на том, что впервые за множество лет мне на ум пришло это определение. Даже произнесенное походя, оно прозвучало странно: раньше я никогда не употреблял это слово. Неужели все так просто? И все мои рассуждения о собственном равнодушии были успешным самовнушением, даже трусостью? Либо вовсе были привнесены извне, учитывая, что в окружении Аро была Челси, вполне на это способная? И только опасность потерять Ирину навсегда заставила меня понять?..

Решение сложилось быстро. Когда цель очевидна, раздумывать долго нет нужды. Я не мог уговорить Аро не трогать Ирину – наивностью было надеяться на милосердие или снисхождение владыки. Моя просьба, скорее всего, только усугубит ситуацию. Значит, я мог лишить Аро весомого оружия в этом походе – себя самого. Если успею предупредить, они скроются, и тогда... Мир большой. Прятаться можно бесконечно.

Сама мысль уйти от Вольтури, с которыми я провел много веков, казалась дикой, но приоритеты, расставленные мной благодаря подаренному Феликсом озарению, не оставляли иного выхода. Я отлично понимал: единственный шанс спасти Ирину – это встать на ее защиту физически. Даже если она откажется иметь со мной, дураком, дело.

– Кажется, у тебя появились дела поважнее, чем безуспешные поиски приятеля Карлайла.

Голос Феликса показался неожиданно громким: я успел забыть о том, что он стоит рядом. Я вздрогнул всем телом и уставился на вампира, словно первый раз его увидел, что заставило его снова расхохотаться.

– Без тебя Аро будет затруднительно отыскать весомые причины для визита, – продолжил он, отсмеявшись. – Выиграете время, сумеете найти выход, спрятаться в конце концов. Или ты решил иначе?..
– Спасибо тебе. – Я сжал плечо друга. Не приятеля, не напарника, а именно друга. – Ты все правильно понял, – слова давались с трудом. – Я ухожу. Может, отправишься со мной? Реакция Аро на мой уход может быть излишне резкой, а сообщить об этом придется тебе: я в Италию возвращаться не рискну.
– Меня в Америке не ждет красавица-блондинка, – со смешком покачал головой вампир. – Возможно, придет и мой черед, но пока останусь. Хотя без тебя будет тоскливо. А Аро... Скажу, что ты ушел и велел не ждать. Это, в общем-то, правда...
– Я... найду тебя, – пообещал я. – Мы еще встретимся.
– Обязательно, – кивнул он. – Тогда и расскажешь, что связывает желтоглазых и как они, черт возьми, победили!

Я на секунду опешил, а потом до меня дошло: Феликс ушел в мыслях куда дальше моих размышлений, представляя меня частью клана Денали, а значит, принявшим их образ жизни. Я совсем не был уверен в том, что это возможно, как и в реакции Ирины на свое появление, но готов был заплатить и такую цену за ее безопасность, которую вполне мог гарантировать своим присутствием.

Кивнув другу, я пожал его руку и растворился в тумане, спеша прочь: меня ждала Америка.

***


Снова сгущались сумерки, снова шел крупными хлопьями снег. Здесь, на самом севере американского континента, зима приходила рано, поэтому, несмотря на начало ноября, уже ничего не напоминало об оставшемся позади кратком лете и еще более недолговечной осени, хотя чуть южнее, например, в окрестностях Сиэттла, где обитали Каллены, только собирался выпасть первый снег.

С помощью дара без проблем отыскав на территории огромного парка Денали убежище клана вампиров, я занял наблюдательный пост недалеко от их дома, тщательно выбрав место так, чтобы ветер не выдал заранее моего присутствия.

Обследовав до того окрестности, я понял, что Лорана здесь давно не было. Я присутствовал при его давнем визите в Италию, поэтому ошибиться не мог: с теми, кого я видел, осечек в поиске никогда не случалось. Мало того, походило на то, что его не было не только здесь, но и вовсе на свете. Поймав себя на легкой досаде – мне хотелось убить его своими руками, – я выкинул это ничтожество из головы, возвращаясь к мыслям о предстоящем разговоре с Ириной.

Без сомнения, она примет меня за проверяющего от Вольтури. Помнится, она настаивала на другом посланце... Тот разговор то и дело всплывал в моей памяти, заставляя заново переживать каждое его мгновение и осознавать, насколько я был слеп все эти годы, не понимая половины того, что она говорила, и злясь из-за этого! Лишь опасность, грозящая Ирине, вынудила меня посмотреть на ситуацию правильно. Даже не страх, а настоящий ужас охватывал от мысли, что осенить могло меня куда позднее, когда все было бы кончено...

– Кажется, я просила, чтобы присылали кого-нибудь другого. Надеюсь, наш разговор много времени не займет – я собираюсь в Форкс, чтобы навестить друзей.

Голос раздался внезапно, и я с трудом сдержался, чтобы не вздрогнуть, ругая себя за невнимательность: второй раз за небольшой промежуток времени я умудрился настолько задуматься.

Она стояла в десятке шагов передо мной, пристально, совершенно не стесняясь, разглядывая меня. Все такая же ошеломляюще прекрасная и удивительно настоящая. Вновь казавшаяся частью окружающей природы, родной сестрой царящей долгие месяцы в этих краях зимы. Теперь, лишившись собственных предрассудков, влияющих на способность здраво рассуждать, либо вырвавшись из-под действия дара Челси, – до сих пор не знал, какая из причин верна! – я словно увидел девушку новыми глазами, осознавая, насколько она мне дорога. Потребовалось приложить усилие, чтобы остаться на месте: хотелось броситься к ней, обнять, расцеловать и никогда не выпускать из рук.

Она старалась держаться, но в ее взгляде я все-таки заметил настороженную теплоту, пусть и смешанную со страхом. Не передо мной – теперь я был в этом уверен! – а перед очередным разочарованием. Но главное, она радовалась моему приходу, что давало надежду...

– А меня не присылали, – ухмыльнулся я. – Я пришел сам. И думаю, к твоим друзьям нам лучше наведаться вместе.
– Сам? – янтарные глаза вспыхнули.
– Я ушел от Вольтури, – пожал плечами я, решив не растягивать разговор и беря быка за рога.
– Не может быть, – замотала она головой. – Ты же всегда говорил, что не представляешь иной жизни. Что быть частью свиты Аро – единственный возможный для тебя путь.
– Дурак был, – признался я, подойдя совсем близко. – Не видел дальше собственного носа, уж не знаю, по своей воле или нет.
– А что изменилось теперь? – тихо спросила она.
Я видел: ей очень важен ответ. Блестящие в полумраке янтарем глаза, нервно стиснутые пальцы, полный сдерживаемых эмоций голос, то, как она незаметно приблизилась ко мне, – все говорило об этом.
– Меня хотели поставить перед выбором, и мне это не понравилось, – абсолютно честно ответил я. – К счастью, о намерении я узнал заранее. Представил мир без тебя – и ужаснулся. Вообще без тебя. Вам всем грозит опасность – Аро надумал навестить Калленов, и далеко не с добрыми намерениями. Думаю, всем вам придется сменить место жительства.
– Деметрий... – в нежном голосе зазвенела тревога.
– Потом, все потом! Мы со всем этим справимся. Без меня поиски затянутся, если вообще будут иметь успех, а пока мы что-нибудь придумаем. – Я не желал сейчас рассказывать все подробности. Успеется, у нас будет время. – Главное, что ты здесь, что я успел.
– Я здесь, но ты... Ты уверен? – засомневалась она. – Ты всегда говорил, что Вольтури дают тебе свободу...
– Прости меня, – прошептал я, обхватывая ладонями родное лицо и прислоняясь к ее лбу своим. – Я был слепцом. Не понимал, что ты для меня значишь... Не осознавал, почему тогда, увидев уход Элеазара от Вольтури, ты оттолкнула меня. Еще в тот раз мне стоило последовать его примеру, но я не понял! И только Феликс недавно заставил меня взглянуть на этот мир другими глазами, рассказав о замыслах Аро. Мне плевать на Калленов, но владыка считает вас одной семьей... Я принял решение мгновенно, но я никогда ни в чем не был так уверен.
– Точно? – она откинула голову, чтобы посмотреть мне в глаза. – Наша жизнь... другая.
– Я тоже не хочу больше быть чудовищем, – повторил я ее слова, сказанные много лет назад. – Ты же мне поможешь? Научишь всему? Будешь рядом?

Тихое «да» стало мне ответом, и я тут же сомкнул объятия, зная, что больше никуда свое сокровище не отпущу. Я и так потерял безумно много времени, и мне оставалось благодарить высшие силы за наше бессмертие. Я все сумею наверстать...

Мы стояли, и на нас медленно падал снег. Я понимал: проблемы не закончились, они только начинаются. Однако верил: раз не оттолкнула, раз приняла, все будет по силам. Худшего уже не случится, а с остальным мы справимся. Аро не сможет нас отыскать. Кто бы ему ни помогал. Ни нас, ни Калленов – вряд ли сестрички оставят их в беде. А против моего тандема с провидицей все таланты Вольтури окажутся бессильны.

Впервые за много сотен лет я ощущал, как бьется мое давно остановившееся сердце, как оно отогревается, как опадает корка льда, позволяя дышать свободно, пробуждая давно забытые и заброшенные за ненадобностью ощущения и чувства, а мир вокруг расцветает новыми красками.

Когда-то, еще до Вольтури, я мечтал о свободе. Мой путь к ней оказался бесконечно длинным, но я пришел. И теперь мне будет по силам все, что угодно.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/58-15247-1
Категория: Мини-фанфики | Добавил: Миравия (11.02.2019) | Автор: Миравия
Просмотров: 739 | Комментарии: 9


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 9
0
9 leverina   (25.02.2019 00:20)
Вау, вот это да. Вот это автор... Супер.

+1
8 partridge   (22.02.2019 18:26)
Неспешное развитие событий и плавный язык – это так по-вампирски: никуда не спешить, смотреть на все происходящее слегка отстраненно и чуть свысока… Но любовь, вызревающая столетиями, все-таки берет свое, расставляет все на свои места, меняя судьбы и… канон, избавляя Ирину от доносительства и смерти, а Калленов – от опасного противостояния.
С удовольствием читала историю о том, что Вольтури тоже люди smile Порой хотелось заглянуть поглубже в кулуары придворной жизни, но понимаю, что формат мини не резиновый и Автор тщательно отбирает только те эпизоды, которые помогают раскрыть задуманный сюжет.
Спасибо за редкую, идеально стилизованную историю! Удачи в конкурсе.

+1
7 MissElen   (20.02.2019 18:40)
Было бы замечательно если бы Майер пришло на ум
Цитата tess79 ()
"вписать" (эту) альтернативу в канву канона
, правда тогда бы пол Рассвета пошло бы коту под хвост, но было бы не менее интересно wacko И Ирина бы не погибла, а обрела более подходящую ей половинку чем приспособленец Лоран - он мне никогда не нравился и оставалось только удивляться что разглядела в нем Ирина. Наверное, от отчаяния или на безрыбье... Деметрий тоже не идеал и тугодум к тому же или спишем его нерешительность на дар Челси. Только после волшебного пенделя, в смысле, озарения и еще подсказки Феликса, ДеметриЙ повел себя решительно, целеустремлённо и бесстрашно - такой мужчина любой понравится, а то имея свидания раз в триста лет и такого как Лоран посчитаешь за счастье tongue

Спасибо и удачи в конкурсе.

+1
6 Саня-Босаня   (20.02.2019 16:50)
Цитата Текст статьи ()
Волна ярости выплеснулась в кровь

Это Деметрий говорит о себе. Вопрос: что у вампиров течет в жилах? biggrin

Цитата Текст статьи ()
Мы во многом достигли взаимопонимания, знали, как доставить и получить удовольствие не только в постели, но и в обычном общении.

Тоже вот в этом месте я как-то задумалась. Да, один раз у них была интимная близость, но с "обычным общением" у героев, по-моему, напряженка. wink При каждой встрече Ирина отталкивала Деметрия, я не заметила, что выяснение отношений доставляло ему удовольствие.
С придирками закончила)))) А вообще история получилась цельная, законченная. У вас, автор, получилось погрузить меня в исторические времена - все такое тягучее, неторопливое, как я себе и представляла прошлое. smile И мне понравилось, что наконец до Деметрия дошло, что пока он не изменится внутренне, Ирина не будет вместе с ним. Вот на что способны женщины - ради них меняются мужчины, меняется мир.
Автору спасибо за творчество и удачи на конкурсе!)))

0
5 Marishelь   (17.02.2019 20:45)
Спасибо, Автор, замечательная история! Обидно только, что Деметрию понадобилось столько лет, да ещё подсказка Феликса, чтобы понять свои чувства. Хорошо, что они бессмертные, а то не дождалась бы Ирина и после смерти)) Ну, спишем на действие дара Ренаты)

0
4 leverina   (17.02.2019 13:47)
А я здесь русским языком любовалась просто, услаждая уши звуками. Настоящая музыка. Деметрий кто, грек? А то я плохо знаю предысторию клана Вольтури. Он говорит тут словно Гомер, несмотря ни на какие "дурак", "в силу специфики" и "пристукнуть"! "Несмотря" - потому что я обращала внимание не на древность-современность слов, не на их принадлежность к тому или иному стилю-дискурсу, а исключительно на этот прекраснейший ритмичный поток гласных и согласных. Гекзаметр.

У Гомера вообще море — фиолетовое, а мед — зеленый.

0
3 робокашка   (14.02.2019 19:36)
Для меня было странным, что своё служение Вольтури Деметрий считал свободой wacko Какая на фиг свобода?! И видно, он правильно докумекал, что без воздействия на него Челси не обошлось, потому как притяжение к Ирине проявилось изначально. Вот за тысячу лет и пришла пора влюбиться... wink
Спасибо и удачи в конкурсе!

0
2 tess79   (12.02.2019 18:09)
Спасибо за историю! К Ирине привыкла относиться с неприязнью по понятным причинам. Однако читая это произведение, вдруг задумалась, что отношение мое несколько однобоко happy Спасибо, Автор, что показали героя с другой стороны, дали возможность ее разглядеть и прочувствовать. happy Деметрий... ну такой типичный мужик biggrin Не лишенный обаяния, но паразитирующий на чувствах влюбленной женщины. Хорошо устроился - говорят обычно biggrin Нам же типа хорошо вместе, чего усложнять? wacko Но поправку на Челси принимаю happy Ириной горжусь, что смогла собрать в кулак самоуважение и сказать решительное "нет". Ну а Деметрику за все-таки настигшее озарение (уж лучше поздно, чем никогда) респект. Финал порадовал меня, как любительницу хеппи. Как и все произведение в целом. Очень удачно смогли "вписать" альтернативу в канву канона, имхо. Спасибо! happy

0
1 7Summer77   (12.02.2019 10:47)
Очень неплохой рассказ, увлёк, хоть и не люблю Вольтури. Мне понравилось подражание речи и мыслям существа возрастом в вечность. Хотя местами было тяжеловесно.

Из всей истории резало слух несколько фраз, которые, на мой взгляд, не очень подходят древнему вампиру или попахивают канцеляритом:
- а поглазеть было на кого
- состоял в свите
- я готов был его пристукнуть
- в силу специфики
- дурак был.

В остальном, спасибо за работу! Было интересно)

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]