Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1657]
Из жизни актеров [1623]
Мини-фанфики [2497]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [20]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4730]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2387]
Все люди [14999]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14230]
Альтернатива [8968]
СЛЭШ и НЦ [8798]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4337]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей ноября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (16-30 сентября)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Слушайте вместе с нами. TRAudio
Для тех, кто любит не только читать истории, но и слушать их!

Клуб Критиков открывает свои двери!
Самый сварливый и вредный коллектив сайта заскучал в своем тесном кружке и жаждет свежей крови!

Нам необходимы увлекающиеся фанфикшеном пользователи, которые не стесняются авторов не только похвалить, но и, когда это нужно, поругать – в максимальном количестве!

И это не шутки! Если мы не получим желаемое до полуночи, то начнем убивать авторов, т.е. заложников!

На грани с реальностью
Сборник альтернативних мини-переводов по Вселенной «Новолуния». Новые варианты развития жизни героев после расставания и многое другое на страничках форума.
В переводе от Shantanel

Sleeping with a Monster/В постели с чудовищем
Мари Свон-Кук (или все-таки Белла?) живет в постоянном страхе. Почему? Потому что быть замужем за чудовищем по имени Джеймс опасно… Мари (так Мари или Белла?) решается бежать от своего мужа и начать новую жизнь под другим именем (другим ли?) На жизненном пути она встречает… Кого? Правильно, Эдварда. Сможет ли она ему доверять после того, что пережила с Джеймсом? Узнаете, прочитав этот фанфик.

Литературные дуэли
Мы приглашаем вас к барьеру!
Вы можете вызвать на дуэль любого автора, новичка или мастера пера, анонимно или открыто, выбрав любой жанр или фандом - куда вас только не заведет фантазия. Сюжет - только на ваше усмотрение! Принять участие в дуэли может любой желающий.
Также мы ждем читателей! Хотите обсудить выложенные истории или предстоящие поединки? Тогда мы ждем вас здесь!

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Растопи лед в моем сердце
Способна ли мимолетная встреча с незнакомцем всё изменить? Не позволяя себе ничего чувствовать, я словно застыла во времени, как бы замерзнув внутри прозрачного ледника…

Дом мечты
Белла покупает новый дом в Форксе, но многие уверены, что в нём обитают привидения. Правда ли это или результат богатого воображения?



А вы знаете?

А вы знаете, что в ЭТОЙ теме авторы-новички могут обратиться за помощью по вопросам размещения и рекламы фанфиков к бывалым пользователям сайта?

... что можете заказать обложку к своей истории в ЭТОЙ теме?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Самый ожидаемый вами фильм 2014 года?
1. The Rover
2. Звёздная карта
3. Зильс-Мария
4. Camp X-Ray
Всего ответов: 246
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

Mr. President. Глава 31. Провалиться в любопытство

2018-12-10
18
0
Soundtrack: Lana Del Rey - Video Games (Paul Anthony Final Fantasy Mix)

Белла

– Ты вернулась другой, – после долгого молчания заговорила со мной Элис, когда я уложила детей спать.
Мы смотрели очередной рок-концерт, и раньше я без стеснения комментировала вкусы подруги, но при встрече с Элис на меня напала полная несговорчивость: я просто не могла понять, с какой темы начать разговор и нужен ли он сейчас.
– Нет, Элис, все в порядке, я еще не отошла от долгого перелета, – нагло врала я, зная истинную причину своего состояния. – Двадцать часов полета до Вашингтона способны вывести из равновесия кого угодно.
– Ты вообще другая. – Подруга смотрела на меня испытующе, выпивая пятый коктейль подряд.
– Ой, да брось! Я реально уставшая, ты только представь, столько работать! – завралась я окончательно. – Кто это выдержит?
– Странно это всё, – не успокаивалась она.
– Я бы посмотрела на тебя, как бы ты себя чувствовала после бесконечных перелетов, к тому же у меня жесткий джетлаг, – окончательно поставила я точку в этом вопросе, и подруга согласилась.
Но слова Элис заставили меня задуматься: действительно ли перемены отразились на моем лице, и может ли еще кто-нибудь их заметить? Как оказалось, Эдвард первый заметил во мне перемены или, с его слов, только ему ведомое раскрытие, Эммету же с рождением дочери так и вовсе до меня не было никакого дела.
Не то чтобы я пребывала в шоке от своего отпуска, но во мне разгорелось странное любопытство относительно моего будущего в Белом доме, так как оставался всего лишь месяц до раскрытия информации. И сладкое предвкушение дало о себе знать: я просто молчала, чтобы не высказать все переживания Элис. А рассказать я не имела права.
– Фотографии хотя бы есть? – С последней надеждой она посмотрела на меня щенячьими глазками.
– Нет, не было времени их делать, работа. – И здесь мне пришлось сказать неправду.
Эммет попросил не говорить даже о себе и тем более об Эдварде.
Я задумалась, осознавая в очередной раз слова Эммета о сокрытии от близких и родных секретной информации. А нужно ли мне будет это все в дальнейшем? Действительно ли я хочу так жить и ничем не делиться с подругой? Если уже сейчас мне запрещают многое говорить, то представляю будущие изменения в положении всех моих дел: мне придётся держать язык за зубами еще крепче. В принципе, особо не похоже, чтобы я делилась с ней своими отношениями с президентом. Тогда почему же меня так больно задевает недосказанность подруге?
«Вся жизнь – игра, Иззи. Все играют свои роли. Сыграй и ты свою», – вновь и вновь я повторяла слова Эммета, словно пытаясь найти в них истину и утешение.
Но не помогало. Все равно я чувствовала себя виноватой перед Элис.
Чтобы хоть как-то искупить вину перед подругой, все свободное время и все выходные по возможности я проводила с Элис и тоже приучила ее к йоге, чему та сперва удивилась, а потом втянулась в эту тему похлеще меня.
Во избежание, так сказать, очередной поломки ребер в клубе Эммета рукопашным боем, карате и спаррингом заниматься мне запретили. Вместо мордобоя разрешили самостоятельно насиловать боксерскую грушу, прокачивать мышцы и устраивать заплывы на длинные дистанции. Нагрузок на мой организм давали не очень много: все соизмеримо моему состоянию, но держать себя в тонусе однозначно заставляли. Против такого не сильно изнуряющего графика я не имела ничего.
На работе Эдвард вручил мне флешку с отснятыми им фотографиями на острове с паролем, с зашифрованными данными и с кучей непонятных алгоритмов. В общем, в очередной раз я поняла, какой мой президент – невозможный конспиратор.
Но стоило мне открыть папку со снимками, как из-за пролитого кофе вторая за год клавиатура отправилась в мусорное ведро.
Мои фотографии больше походили на сказку. Невозможную, нереальную, красивую сказку. Я не узнавала себя на них. Все кадры вышли как произведение искусства. Каллен ловил солнце на каждом снимке, особо выставлял экспозицию, чтобы блики от моря походили на настоящее волшебство. Я даже и не подозревала, как красиво Эдвард видит мое тело и что он вообще может выбирать такие ракурсы. Мои позы вовсе не походили на порнографию, а с наплывами небольших волн это выглядело весьма и весьма эротично. На одном снимке Каллен и вовсе сфотографировал мое отражение в лазурной воде, в которой вдобавок отражалось и небо. Это действительно был шедевр, а не снимок. Но особенно роскошно он фотографировал мою татуировку дракона.
С моей проницательностью не составило особого труда понять, что именно от меня, точнее, от дракона хотел Каллен: он хочет разгадать тайну возникновения моей татуировки и делает это не в первый раз. Что ж, пусть гадает. Не стану выкладывать ему свои тайны, и так рассказала сверх меры.
Розали родила прекрасную девочку.
Каждый раз при встрече с Эмметом мы со смехом вспоминали его рассказ о том, как он едва успел на роды. Эммет еще в аэропорту отменил все совещания и встречу с послами, переоделся в спортивную форму и, нацепив капюшон и наплевав на все меры безопасности, из-за пробок сам побежал через весь город в больницу. А когда прибежал, то чуть ли не изнасиловал весь медперсонал. Те пришли в полный шок от взъерошенного и грозного вида вице-президента, но отнеслись к нему с пониманием. На первые три потуги он не успел, зато о последней рассказывал с особой гордостью. По его словам, Эмили вылетела ему прямо в руки, и на радостях Эммет чуть не перевернул все мониторы с проводами и инструменты.
Как выяснилось дальше, роды Розали были только началом праздничной феерии. Впереди шли дни рождения всех членов семьи Маккартни: сначала отмечали день рождения Ромео, потом с перерывом в один день праздник прошел у Эммета с Розали. Все в правительстве называли семейство Маккартни одной воплотившейся душой из-за дней рождения в одну неделю. В честь бесконечных праздников Розали настойчиво попросила меня и сыновей пожить у них дома, потому что так будет удобно не только мне. Я познакомилась с суровыми родителями Роуз, и мне в сию же секунду стало ясно, в кого пошла их дочь.
Чтобы привести все подарки в квартиру Маккартни, я заказала машину вместе с грузчиками. Я поздравила друга с днём рождения, подарив новый рецепт бургера и торт в виде картошки, который испекла сама.
С подарком для Розали вышло всё куда сложнее, даже сложнее, чем для Первой леди. Как оказалось, я совершенно не осведомлена о вкусах Роуз и что ей вообще нужно от жизни. Поначалу она отнекивалась и просила ничего не мудрить. Розали настаивала, что самое большое счастье у нее уже есть, а потом на радостях вспомнила про аукцион и мое чутье, которое так всем почему-то приглянулось, попросила сходить и выбрать что-нибудь на свой вкус.
Вспомнив, как она любит игры, я решила не покупать конкретный подарок, а приобрела небольшие раритетные лоты и попросила именинницу придумать на основании новых вещей какую-нибудь новую игру. Пусть спрячет артефакты по Белому дому, а играть в нее будем все мы. Розали прыгала как ненормальная и моментально принялась рисовать на бумаге пришедшие ей идеи.
Эммет присматривал новую квартиру, так как в обычной, на секундочку, семикомнатной квартире, ничего не помещалось, и каждый день просил соседей съехать и продать им квартиру, чем приводил в шок весь этаж.
О желании открыть свой ресторан я рассказала только Эммету, который оказался так рад, что у него заурчал желудок, а потом и у меня, и мы заказали огромную пиццу, чтобы только вдвоём отметить мои начинания. В последнее время я очень хотела кушать и не могла удержаться, чтобы не поесть чего-нибудь сладкого. Употребление вегетарианской еды, конечно, хорошо, но нужно работать, и мне необходима энергия, а на овощах и зелени далеко не уедешь.
Из квартиры Эммета совершенно не хотелось уезжать. Просторная, светлая, отделанная исключительно в бело-голубые цвета, его квартира, к моей неожиданности, стала нравиться даже больше моей собственной. К тому же я никак не могла наглядеться на белокурого ангелочка. Как это часто и бывает, дочки в младенчестве – полная копия отца. И Эмили в этом плане не отставала. Кстати, Ромео сам выбрал имя для своей сестры. Интересная же традиция с подбором имен в президентской семье. Да и мимо меня она не прошла, но на тот момент я и не знала о ней. Только почему-то дочерей Эдварда назвали не так, как полагается по традиции. Я всерьез пошутила самой себе, что это дети не Эдварда и Тани вообще. Но потом как всегда стукнула себя по лбу за ненормальные мысли.
Скоро у Эдварда родится ребенок, и всё будет отлично. Надеюсь, с его появлением он забудет обо мне. Я начну свое дело и переживу это, а он будет воспитывать свое чадо. К тому же, Эммет обещал мне раскрыть информацию, и я должна буду принять важное решение, так что мне будет явно не до Эдварда.
Когда исполнился ровно год с моего появления в Белом доме, я с нетерпением ожидала вызова на долгожданный разговор. Но вызывать меня никто не спешил. Вместо этого я бродила по коридорам в попытке хорошо прочувствовать свои странные эмоции.
Прошло столько времени, а мои ощущения изменились: сейчас меня ничего не тревожило, не нервировало, на душе поселилось спокойствие и умиротворенность, словно я здесь работаю ни один год и воспринимаю все как само собой разумеющееся. Лишь предвкушение чего-то особенного впереди подстегивало меня нервно ерзать в кресле при виде новых людей в Белом доме. Несколько раз возникала мысль самой напроситься на разговор с президентом, но, вспомнив слова Эдварда о терпении, я решила ничего не говорить.
К слову, Эдвард, то есть мистер президент, по ходу дела так отдохнул или заскучал, что стал работать как бешеный, словно до этого никогда и не работал за все годы своего президентства. Он переворошил весь свой аппарат, а это без малого несколько тысяч сотрудников, потребовал отчета с каждого работника, чем привел в шок абсолютно всех. Каждый день он проводил совещания, то с одним подразделением, то с другим, разъезжал по Вашингтону, по стране, по всем штаб-квартирам. Приезжали многочисленные послы, велись международные переговоры. Бедный пресс-центр Белого дома не знал покоя, девушки оставались ночевать прямо на работе.
А я нет.
Мне почему-то было хорошо. Мне было очень хорошо.
Единственное, что я хотела бы сделать такого непристойного, так это прийти в Овальный кабинет и отыметь президента в кресле. Но я понимала, что это просто приятная фантазия. Не более. И здесь частенько у меня возникал вопрос: почему изначально мне нельзя было так спокойно на все реагировать? Почему нужно было придумывать себе тьму непонятных мыслей, паники и нервозности?
Я стала практиковать технику дыхания еще глубже, намного серьезнее, чем меня учили на тренировках в клубе Эммета. Как ни странно, но заниматься йогой мне понравилось больше, чем всякие там тренировки, стрелялки и рукопашные бои.
Как-то расследования о президенте ушли на второй план, мне показалось, что я думаю больше о своих мальчиках, о себе, чем о своем президенте. Или о личном враче? Или о превосходном любовнике?
На удивление мне тоже перестали уделять пристальное внимание. И не знаю даже, довольна ли я таким положением вещей, потому что среди всего этого спокойствия, нет-нет, а мысль пошалить и испытать какой-нибудь адреналин возникала довольно часто. Например, хотелось вновь полетать на параплане, прыгнуть еще раз с парашютом, покататься на лыжах. Не иначе как сам президент заразил своим адреналином.

***

Soundtrack: Bosson - One In A Million (Remix)

Спустя месяц после отмечания моего годового служения Белому дому должен был состояться званый вечер. На предстоящий торжественный прием по случаю приезда таинственных гостей Джаспер попросил одеться строго и не сильно вызывающе. Я надела простое черное вечернее платье ниже колен с закрытыми плечами, нанесла скромный макияж и не надела ни одного украшения.
Но перед вечером прошел официальный и сильно изматывающий прием, длившийся почти пять часов. На него приехали многочисленные работники, сотрудники из ФБР, ЦРУ и еще пара странных человек, которых я увидела впервые в жизни. А затем вся эта делегация решила посетить и торжественный вечер, на который, к великому моему сожалению, наведались братья Вольтури, но, к великому счастью, приехала и миссис Киллинг со своими внуками. Мы общались на самые обычные житейские темы, и, казалось, миссис Киллинг абсолютно ничего не удивляет в Белом доме, словно она знакома со всеми гостями всю жизнь. В принципе, если вспомнить ее прошлую работу, то да, ее ничего удивлять и не должно. Не удивляло и меня, как президент снова заиграл на пианино. Теперь это казалось мне самым обычным делом.
Фантазии на фортепиано не вгоняли меня в замешательство, я спокойно фантазировала о президенте на музыкальном инструменте и том, как я натягиваю этот чертов черный галстук и надеваю его не менее чертову черную рубашку. Для антуража добавила бы плетку и отхлестала его за такой прекрасный голос. Да, определенно, плетку.
Но что меня все-таки удивило в самой себе, так это неуемное желание понаблюдать за людьми. Я медленно передвигалась среди общающихся между собой генералов, министров, украдкой наблюдала за их женами, детьми, анализировала их поведение, их мимику, жесты. Во мне бурлил азарт, предвкушения разгадывания какой-нибудь тайны. Когда собирается столько людей вместе, контраст и различие между ними ощущается сильнее, чем когда находишься с человеком наедине. И у меня это выходило очень просто и непринужденно, словно ты знал этих людей с рождения. Книги о психологии помогли во многом разобраться, понять поведение людей и их мотивацию. Начинаю понимать Эдварда и его страсть к психологии. Несколько раз я вспоминала о Жасмин и жалела, что не спросила номер ее телефона, но подойти к Эдварду, то есть, к мистеру президенту, с таким вопросом не решалась.
Но все приглашенные товарищи тут же меркли, едва мне стоило взглянуть на самую главную пару вечера. Или я так думала, что они главные? Впрочем, это не отменяло мое пристальное к ним внимание.
Я внимательно присматривалась к Первой леди и Президенту: обнимаются, милуются, общаются, держатся за руки, но только не целуются в губы.
В высшем обществе нормально не целоваться? Или же нет?
Но чем больше я вглядывалась в поведение окружения Эдварда, тем больше понимала, как всё походит на один сценарий: сделай это, сделай то, пойди туда, посмотри так. Словно… словно им это все написали, и это были не их слова, жесты, движения, словно существовала некая отдельная жизнь от Белого дома и от всех этих людей.
Я не ошиблась, когда в резиденции проанализировала президентскую семью: ничего не поменялось за этот год, они по-прежнему следовали своему странному плану.
Если учесть, что я проработала в Белом доме ровно год и один месяц, то и сегодня можно ожидать каких-то предложений.
И первое предложение не заставило себя долго ждать.
Начались танцы, и меня пригласил Аро Вольтури.
– Уже прошел год, как вы работаете здесь? – начал он свой разговор, положив руки мне на талию.
– Да, – просто ответила я, считая, что легко справлюсь с этим танцем.
Занятия йоги преподнесли мне гармонию, я смотрела на Вольтури и просто ждала окончания песни.
– Какие ощущения? – Аро смотрел на меня целенаправленно, я же прикинулась дурочкой и ничего не знающей.
– А какие они должны быть?
– Страх, опасность, боязнь?
– Мне нравится здесь работать, – сказала я чистую правду.
– Ясно. – Он с упреком посмотрел на меня. – Можно уточнить один момент?
– Вам нужно мое разрешение?
– Нет, но что послужило причиной изменения цвета ваших волос?
Эдвард, то есть мистер президент, предупреждал.
– Я женщина, если вы не заметили. Все женщины любят меняться, – гордо посмотрела я на него, произнося, в принципе, небезызвестную истину.
По глазам вижу: мой ответ его не удовлетворил.
– Я хочу вас пригласить к себе в команду.
Я даже не удивилась его вопросу.
– И что делает ваша команда? – Я безразлично взглянула ему в глаза.
– Заметает следы, – просто сказал он со странной улыбкой.
– И каким же образом? – Может быть, он сообщит мне что-то, отличное от дел Эдварда?
– Различными методами. – Какой развернутый ответ.
– Вы лично будете проводить обучение?
– Лично.
– Сколько оно длится? – Чувствую, пора заканчивать свои расспрашивания.
– Неделю.
– Я подумаю, – оставила я его предложение в подвешенном состоянии.
В дальнейшем как бы я не старалась, но уйти от танцев с людьми из ФБР не удалось. Все заваливали меня предложениями, странными речами, но когда ко мне подошел один человек из УНБ, одетый во все черное, то мне захотелось сбежать. Все мои чувства кричали, чтобы я поскорее завершила разговор с этим человеком. Чего мне стоило это сделать и не сбежать вновь, никто бы не догадался. Но бежать и показывать свой страх определённо нельзя. Нужно выйти с достоинством из этой ситуации и постараться не привлечь к себе внимания.
– Погодите, – остановила я очередного брата Вольтури, когда тот осыпал меня комплиментами, – кем работать? Шпионом? – засмеялась я на предложение моего бывшего адвоката Кайуса работать в Пентагоне. – Я не подхожу на эту роль.
– Еще как подходите, – деловито подчеркнул он. – Вам не разглашали еще никакую информацию?
– Нет, – мило улыбнувшись, соврала я, помня разговор с Эдвардом, то есть, с президентом. – И как же будет проходить разглашение информации? – Я в очередной раз прикинулась дурочкой.
– Хм, обычно это событие сопровождается подписанием большого количества бумаг. Потом вам разъясняют, где вы можете работать, что делать и что говорить. Вы уже должны об этом знать.
– А отказаться я имею право?
– Конечно. Но только зачем?
– Может, мне не хочется работать в Пентагоне?
– Такой цветок как вы, Изабелла, не должен вянуть, – вклинился в наш разговор Маркус, вырывая танец у брата. - У вас нюх сыщика, и вы умеете добывать информацию. Конечно, сейчас эти качества находятся в неразвитом состоянии, но их видно, они врожденные, и вы можете спокойно работать в ФБР или же у меня.
– И чем ваша команда занимается? – вновь спрашиваю для проформы.
– Я вершу судьбы мира, Изабелла, – словно бог, произнёс Маркус.
Еще один бог.
– Позволите? – Из рук брата Вольтури меня выдернул сам Эдвард, то есть, мистер президент.
Я поймала себя на мысли, что после отпуска никак не могу назвать Каллена по должности. Язык не поворачивается.
– Что, ревнуешь к своей новой ученице? – Оставшийся в стороне Кайус словно сам заревновал.
– Я не его ученица и вообще ничья, – взяла я ситуацию в свои руки, вырываясь и из рук президента. С этими предложениями пора завязывать. – Мне еще ничего не известно. Спасибо за танец, мистер Вольтури. Мистер президент. – Кивнув, я развернулась и пошла к своему столику, чтобы унять настойчивое желание съесть апельсин.
Вот так, Изабелла, нужно было себя вести с самой первой встречи. Деловито, заинтересованно, вежливо, а не думать о теории заговора и прочей ерунде.
Съев за раз тройку апельсинов, я искала Джаспера, чтобы направиться с ним на очередную устроенную им экскурсию по Белому дому для новичков. По его словам, для осмотра открывают давным-давно забытую комнату. Нужно обязательно на нее взглянуть.

Soundtrack: Laura Pausini - It's Not Goodbye

Экскурсия проходила по тому же сценарию, что и в прошлом году. Тот же маршрут, те же комнаты, знакомые эмоциональные речи Джаспера о каждом зале, каждом предмете и произведении искусства. Мне казалось, что Джаспер – полноправный хозяин Белого дома, и он как никто достоин стать следующим президентом страны.
Открывшаяся новая старая комната не впечатлила. В ней стоял странный предмет, похожий на большую античную ванную, которую даже и разглядывать не захотелось. Зачем вообще пошла на это странное мероприятие, я уже и не понимала.
Экскурсия закончилась довольно скоро. Все интересующиеся мигом устремились на выход из Белого дома, пришлось быстрыми шагами идти обратно за всеми новичками, но все же я безнадежно отстала. И уже спустя минут пять блуждала по Белому дому в гордом одиночестве.
Проходя мимо Китайской комнаты, я вспомнила об одном предмете, который так и не удосужилась посмотреть. Дверь в комнату оказалась открыта. Шума из-за нее не доносилось, и это сразу напрягло. Я медленно подошла к проему, ожидая увидеть кого угодно, но только не его.
Я замерла на месте.
Стоя ко мне спиной, президент смотрел на ту самую картину, которую почти год назад в изумлении и восхищении разглядывала я сама. У меня случилось самое настоящее дежавю, только теперь мы поменялись местами, и вся эта картина резко напомнила мне колесо Сансары или колесо с мышами – все повторяется вновь.
Это невероятно. Как такое возможно?
Чтобы не наплодить себе очередной ворох мыслей и уж тем более не повторять того, что случилось между нами здесь, я хотела уйти, но эта черная обтягивающая рубашка приковала все мое внимание. Откуда во мне такая любовь к черным рубашкам? Почему именно к ним, а не, скажем, к туфлям или на худой конец к стулу?!
Все-таки ворох мыслей против воли закрутился, потому что параллельно с черной рубашкой я вспомнила, как выглядит обнаженная спина президента, и ту самую ночь на острове, и на меня опять напало непередаваемая лавина чувств. В меня будто вцепилась чья-то рука и не желала отпускать ни под каким предлогом, ноги замерли, не в силах сделать шаг. Я просто смотрела на него, красивого, высокого, и впитывала весь его облик, всю ситуацию и все свои эмоции.
Президент стоял, не шевелясь, словно камень, по-прежнему, видимо, рассматривая картину. Сложно судить, о чем он думал, его взгляда я не видела.
Зато я основательно представила себе отнюдь нерадостную картину: я ухожу, забываю о нем навсегда, вижу его облик последний раз. Пусть это и кажется невозможным, но что – если действительно попрощаться сейчас с ним раз и навсегда? Но как его отпустить? Как?
Как бы я не старалась принять ситуацию, отойти в сторону и молча наблюдать, чувства не обманешь. Сердце невозможно обмануть и взять под контроль. А мое сердце сейчас кричало, чтобы я осталась, да так, что пришлось потереть лоб в попытке унять возникшую головную боль от сумасшедшего крика из-за бушующего торнадо эмоций. Это ненормально, что творилось со мной, что-то нереальное, совсем не поддающееся анализу. Стоит только остаться с Эдвардом наедине, как вконец доставшие уроки принятия, все мои планы, всё, абсолютно всё рушится и уходит на задний план, оставляя передо мной его. И только его.
Я не могу уйти. Я просто не могу. Это притяжение, эта нереальная загадка сейчас стоит передо мной и не отпускает.
Я всерьез задумалась о том, чтобы спросить об этом самого Эдварда, но вовремя опомнилась, смирившись со своим положением. Странным, подвешенным положением, из которого ведет огромное количество ходов, дорог, среди которых, несмотря на фейерверк ощущений, призывно мелькало только одно направление: уйти.
И никаких больше наблюдений со стороны. К черту. Хватит.
Я отошла в сторону. И физически, и душевно. Во всяком случае я попыталась в который раз. Но мое тело не согласилось, сжавшись, словно его избивали, и запротестовало так мощно, что из глаза скатилась слеза. Да, Свон, только ты можешь молча довести себя до такого состояния, разрыдаться на ровном месте, а потом и винить себя во всех смертных грехах. Поспешив вытереть влагу на щеке и закончить этот цирк самоистязания, я сделала решительный шаг назад.
Я думала, что ухожу, но у Эдварда оказались другие планы.
– Не уходи, Изабелла, – услышала я его слова.
Я замерла, не понимая, как он узнал о моем присутствии.
Сделав еще один шаг назад, я снова услышала Эдварда, как он попросил меня остаться.
Он знал, что я здесь? Он чувствовал? Он думал обо мне? Он читал мои мысли?
Но президент не повернулся, по-прежнему стоя ко мне спиной и смотря на эту картину.
– Как вы догадались, что я здесь? – Сглотнув, в полном недоумении я смотрела куда угодно, но только не на черную рубашку.
– У меня отличный слух.
– Откуда?
– Сделаешь около сотни операций, вернешь людей с того света и будешь слышать даже стук сердца.
– Оу, понятно, и вы… ты знаешь, когда приближаюсь именно я?
– Твой взгляд тяжёлый.
– Не можете его терпеть?
– Я и не терплю. Просто чувствую.
Какие силы подтолкнули меня зайти в эту комнату, останется загадкой, но я как в тумане уже стояла рядом с президентом.
– Что вы здесь делаете? – Не поворачиваясь к нему, я сама уставилась на картину, от которой и не отворачивался президент, желая разглядеть в ней что-нибудь новое.
– Смотрю на картину знакомства. Что ты на ней видишь?
– Все то же самое, что и в прошлом году: мужчина, море, пальмы.
– Да.
– Она что-то для вас значит? Раз вы так на нее смотрите? Или ждете меня, как и год назад, чтобы повторить то, что между нами случилось? – Я ошарашено уставилась на Эдварда, понимая, что сказала все вслух. Я отвела взгляд и опять смотрела на картину, но не смогла остановить льющийся из меня поток слов и предложений: – Эдвард, нам лучше перестать видеться, это… это нечестно по отношению к твоей семье. Я не хочу нарушать вашу гармонию. Вы идеальны. И мне среди вас не место. Я понимаю, что сказала это несколько запоздало… но… прости… Честно, до меня только сейчас дошло. Вернее, дошло давно, но я сказала сейчас.
Очередной бред, Свон, поздравляю.
Эй, спокойствие, гармония, вы где? Куда вы пропали? Где это гребаное принятие и умиротворение?
Внутреннее напряжение достигло потолка. Тело натянулось как струна на арфе. Все флюиды, вся моя аура, вся моя энергетика направились в сторону Эдварда. В который раз я себя истязаю, испытываю себя, думаю обо всем этом, тогда как мне просто надо уйти. Нужно разорвать долбанный круг Сансары, выйти из него и начать всё с чистого листа. Нужно, Белла, нужно.
Я почти сделала это, но Эдвард схватил меня за левую руку.
– Черт, – выругалась я, – вы что делаете?
– Я попросил не уходить.
– А ничего, что мне нужно идти?
– Ты хочешь этого сама?
– Нет, – тут же призналась я, не желая лгать. – И что же вам нужно?
Эдвард удерживал мою руку с легкой силой, я пыталась вырваться, но он не давал.
– Я же попросил тебя рассказать, что ты думаешь об этой картине?
– Я ответила вам.
– Ты сказала неправду.
– А если я не хочу говорить вам правду? – Его хватка мигом ослабла, но не настолько, чтобы меня отпустить.
Я сделала шаг назад, чтобы совсем не наброситься на него. Этот чертов агрессивный аромат не давал покоя, вид с черным галстуком мутил мозг, и никакие мантры мира не способны вывести меня из этого наркотика. Он мой наркотик. Он мой опиум. И тело находилось в томительном предвкушении, желая получить очередную дозу.
Я сделала еще один шаг назад, потихоньку освобождая свое запястье из его руки.
Смотря ему в глаза и медленно вырывая руку, я, кажется, горела заживо. Я должна уйти. Его рука расслабилась и задержалась в воздухе. Мои пальцы скользили по ней, еще немного – и я смогу выдернуть руку полностью.
Когда до этого мгновения оставалось совсем немного, кончики пальцев коснулись его подушечек, он слегка попытался задержать мою руку, но я резко выхватила ее и сжала кулак, опуская взгляд вниз. Эдвард тоже сжал кулак. Наши кулаки так и остались напротив, словно сдерживаясь, чтобы не наброситься друг на друга и забыть обо всем на свете, как мы делали это раньше.
Зря я опять посмотрела в глаза Каллену. Нужно будет носить с собой повязку, чтобы при каждой встрече закрывать свои глаза и не видеть его изучающего взгляда, точнее не совсем изучающего взгляда, а в этот раз самых настоящих грустных глаз президента.
Впервые в жизни я увидела в глазах Эдварда мольбу, отчего сердце не то что пропустило пару ударов, а вообще перестало биться… В легких закончился кислород. Я судорожно втянула воздух, понимая, как его взгляд проник мне во все слои тела, сознание, каждую клетку. Это… Это больше походило на то, как сам Эдвард мысленно просил меня остаться, будто зная все мои мысли и желания, словно понимая, что я собираюсь совершить.
Я с ужасом осознала, что из моих глаз потекла еще одна слеза, смахнул которую сам Каллен.
Ох, святые небеса, когда я стала такой плаксивой? Его рука задержалась на моей щеке.
«Ты почувствуешь…»
Я не решалась взглянуть на Эдварда, его рука все еще поглаживала мою щеку, я закрыла глаза и прижалась к ладони, наслаждаясь таким невесомым касанием. Но это была бы не я, не желая смотреть на него, а сейчас на меня смотрела целая вселенная.
«Ты почувствуешь…»
Но не выдаю ли я желаемое за действительное?
Взгляд опустился на мои губы. Тонкая полоска губ чуть приоткрылась, и дыхание Эдварда затопило меня. Господи… Этот глоток жизни стоял передо мной и что-то пытался мне сказать. Но почему-то не говорил.
Тишину нарушила я.
– У тебя есть жена, – с трудом выговорила я, чувствуя, как катится еще одна предательская слеза. – Ты мне ничего не скажешь? – Эдвард мотнул головой. – Запретная информация? – Снова кивок. – Так что с этой картиной? – Смотря на картину позади Эдварда и переведя взгляд на полные жизни глаза президента, я поняла: она что-то для него больше чем значит.
– Я же просил сказать, что ты на ней видишь. – Он снова вытер все мои слезы.
– На ней что-то важное… для тебя.
Эдвард посмотрел на мои губы. Зря.
Очередной стоп-кран сорвал мне крышу, и я накинулась на президента, с возбужденным ликованием целуя его как в последний раз. Он простонал мне в рот, и знакомые нежность, желание и страсть расплескались по телу. Чертов замкнутый круг не разорвался. У меня нет сил. Просто нет сил оставить его в покое. Я признаюсь самой себе, я принимаю это, я не могу. Изабелла Мари Свон не может ни под каким предлогом уйти от президента.
«Ты почувствуешь…»
И я почувствовала: я не могу уйти не потому, что не смогу этого сделать, а потому что не отпустят. Эдвард не отпустит. Никогда. Он уже вонзился своими фибрами, связал меня невидимыми нитями и никуда не собирался отпускать.
Все перевернулось с ног на голову, весь мир в очередной раз забыт, и он оставляет место страстному танцу между нами, сильному, до боли в губах поцелую.
И я буду это терпеть и гореть вместе с ним.
«Ты почувствуешь…»
Он тоже горел, как и я. Господи, что же я творю? Что же я делаю? Как я могла не увидеть еще одну истину между нами? Я настолько зациклилась на себе, что не увидела еще одну очевидную правду: я не принимала его чувства, его настоящие чувства, в которых он мне никогда не признается. Он просто не тот человек, который позволит своим эмоциям взять вверх над холодным рассудком. Он просто не тот человек. Но в том, что он что-то испытывает, я не сомневалась. Я чувствовала его всего. И его чувства обжигали, затапливали огненной лавой, так же как и самого Эдварда. Он сам горел внутри, и эта агония была у нас на двоих.
Запретная агония.
– Эдвард, Изабелла! Вот вы где! – послышался сзади голос Первой леди.
Я словно оказалась в фильме ужасов.
Резко отстранившись от Эдварда, я застыла на месте, не смея повернуться. Вот такого кошмара у меня еще не было никогда в жизни. Ни в одной фантазии я не могла представить, что Первая леди застукает меня целующейся с ее мужем.
И снова дежавю. Первая леди точно так же пришла в Китайскую комнату, как и в прошлый раз. Что же я делаю не так, раз круг повторяется и повторяется?
– Что вы здесь делаете? – спокойно поинтересовалась Таня.
– Смотрим на картину, – быстро произнес Эдвард, - собирались уходить.
– А, мою любимую картину? – переспросила Таня.
– Да, – подала я голос, еле скрывая свое сбивчивое дыхание. – Мне она очень нравится.
Больше никто ничего не говорил. Я закрыла глаза, судорожно соображая, как поступить дальше. Но молчали все.
Тяжелая молчаливая пауза продолжалась слишком долго. Я по-прежнему стояла к Тане спиной, не желая поворачиваться к ней лицом. Как переглядывались между собой муж и жена, о чем они вообще думали, я совершенно не знала. Мое тело превратилось в камень, я не могла двигаться, меня будто парализовало. Хотя одна мысль все-таки просочилась в мозг. Раз мы опять оказались втроем, то нужно пользоваться ситуацией немедленно. Нужно признаться, что я спала с ее мужем. Как жаль, что я не сделала этого на Нобелевской премии. Но я сделаю сейчас, скажу, что это я, что муж тут не причем, пусть Таня орет на меня, пусть делает, что хочет, может быть, даже ударит, но пусть лучше всё выльется на меня, чем на Эдварда.
Через силу взглянув на Эдварда, я хотела начать говорить, как заметила на его губе свою помаду. Мысленно обрушив на себя кучу ругательств за всё на свете, я показала Эдварду на губы, чтобы он их вытер, в ответ на что он только улыбнулся, чем заставил меня разозлиться сильнее. Он смеется? Ему смешно? А мне – ни капельки!
Я посмотрела на Эдварда таким злым взглядом, что тот засмеялся уже открыто.
– Что ж, хорошо, вы все здесь и не нужно никого искать, – заговорила, наконец, Таня. – Пойдемте наверх. На вечерний ужин.
– Что за ужин? – Сглотнув, я не смела повернуться, желая все-таки продолжить свое признание.
– Наш ужин. Мы приглашаем тебя, Белла, на наш семейный ужин.
Нет-нет. Только не это.
– Я дома поужинаю.
– Сегодня праздник, и я хочу провести его с тобой. Ты останешься у нас ночевать.
– Нет.
– Да, Изабелла.
– Но я же живу рядом.
– Отговорки не принимаются, Белла, – стояла на своем Первая леди.
– У меня нет одежды. – Слабая отмазка.
– О, это не проблема. – Таня схватила меня за руку и потянула в сторону лифту, не оставляя никакой возможности для дальнейших возражений.

Soundtrack: Craig Armstrong ft. Elizabeth Fraser - This love (Жестокие игры)

Чего мне меньше всего хотелось в этой жизни, так это снова оказаться в замкнутом помещении наедине с Президентом и Первой леди. И как назло, поездка в лифте получилась самой кошмарной на свете. Во-первых, Таня так заразительно смеялась, рассказывая очередную задорную историю, что до нас не сразу дошло: лифт едет вовсе не на последний четвертый этаж. Мы вообще спустились на пять этажей ниже.
А во-вторых, когда все-таки нажали на нужный этаж, стоя позади красивой и эффектной парочки, я захотела удавиться. Подниматься с нижнего этажа на самый верхний оказалось практически непреодолимым препятствием, и этот момент показался мне вечностью. «Хуже не будет», – подумала я и решила усложнить ситуацию. Они не видели меня, они не видели мою руку, потянувшуюся к кнопке «стоп».
Если я сейчас этого не сделаю, я не сделаю никогда.
– А почему мы остановились? – невинно спросила Первая леди, когда лифт затормозил на втором этаже.
– Я нажала на «стоп». Мне нужно кое-что сказать.
Меня даже не оставил хищный взгляд Каллена и разрывавшиеся у всех нас троих мобильные телефоны.
– Я перес... – Естественно, мой монолог прервали.
Железные двери лифта разъехались, и в лифт с шумом вошли Джаспер, Эммет и Розали с нашими детьми.
– Вот вы где! – закричал Эммет. – А мы вас ищем.
Пришлось потесниться. Меня буквально припечатали к стенке между Президентом и Первой леди, словно меж двух огней. Эта орава не могла по лестнице подняться? К чему это все? Странная злость на невозможность повлиять на ситуацию затопила все сознание. Меня начало трясти. И вовсе не от близости президента, который смотрел на меня с нескрываемым любопытством, не от веселого смеха Тани и Эммета, вспоминающих очередные веселые истории.
Я даже не поняла, как оказалась за маленьким круглым столом в какой-то столовой на четвертом этаже, настолько я пыталась удержать в уме образ Жасмин и ее слова о гармонии, чтобы не сорваться и не устроить истерику. Но это получалось с огромным трудом. В особенности, когда меня усадили рядом с Эдвардом, который весь вечер пытался зачем-то налить мне вина, при одной мысли о котором меня начинало тошнить. Наши с президентом колени соприкасались, иногда даже руки, и если бы не Эммет с его шуточками, то я бы всерьез задала вопрос, почему стол такой маленький, и еще на более полном серьезе попросила отсадить от меня президента.
От волнения я выпила целый графин апельсинного сока.
Джини села ко мне на колени, Диана к Эдварду, Джони с Дэвидом, в очередной раз предав меня, сидели с Татьяной, и та чуть не целовала их лобики за милые мордашки и примерное поведение.
Шведская семья, ей Богу.
Я хотела встать из-за стола, сказать всем, что я такая плохая, и признаться здесь всем, как Вселенная, кажется, услышала все мои мольбы и терзания, и внутри меня запела новая мантра: Эдвард не всю жизнь будет президентом, не всю жизнь, он не будет всю жизнь президентом. Сейчас он находится на людях, поэтому так и ведет себя, но когда он покинет пост, то никому не будет никакого дела до его личной жизни. Такое часто случается с президентами, и я смогу… А что, собственно, я смогу? Это будет другой вопрос.
Я поняла: меня вновь кто-то испытывает на терпение.
Изабелла, принятие – через это нужно пройти, нужно. Подожди, понаблюдай за ними, еще чуть-чуть. Не торопись принимать быстрое решение. Успокойся. Это просто эмоции. Бери их под контроль. Да они есть. Но не говори о них никому. Это поможет, пропусти сквозь себя, больно – да, но пропусти, он так тебе сжимал ладонь, что… неужели Эдвард ко мне что-то чувствует, но понимает, что не может уйти из семьи?
А толку? Он мне нужен сейчас! И весь целиком!
Твою ж мать. Что за день-то сегодня такой! Можно я напьюсь каких-нибудь лекарств, наркотиков, хоть чего-нибудь, чтобы заглушить все эти чувства? Я не могу больше это терпеть. По моим мыслям можно уже написать целую книгу.
В попытке прогнать мысленный бред, я чуть не стукнулась головой об стол, но вместо этого из меня вылетел нервный смешок.
– Белла, ты хорошо себя чувствуешь? – выдернула меня из внутреннего ада Розали, покачивая на руках дочь. – Ты странно выглядишь сегодня.
– Отлично! – притворно бодро ответила я, но тут же поспешила добавить: – Ну, разве что на занятиях я сильно потянула мышцу шеи, или нерв, или что-то другое, не знаю, теперь болит. – Я потрогала шею для вида.
И зачем я соврала?
– Не переусердствуй, Белла, береги свое тело. – Розали мило улыбнулась. – Осторожно, Ромео. – Она передала дочь сыну, который так и норовил понянчить сестру.
– Ой, это пройдет, – махнула я рукой, едва не перевернув бокал Эдварда.
– Эдвард оканчивал курсы профессионального массажиста. Попроси его, он сделает тебе массаж и может вправить, что угодно, – словно молотом, добила меня Таня. – Давай, Эдвард, размягчи ей мышцу.
– Что-о?! – В панике я повернулась к Эдварду. – Нет, не нужно. Что вы. Пройдет.
– Чего ты смущаешься? – обратился ко мне Эммет, жуя любимую картошку. – Это нормально. Эдвард – врач, и у него совершенно отсутствуют предрассудки, кто перед ним.
– Именно! – согласилась Таня.
– А я – нет. То есть, я не врач, я бы не смогла стать врачом.
Видя вопросительные и выжидательные взгляды, я в миллионный раз пожалела, что приняла предложение Эммета о работе в Белом доме год назад. Но делать было нечего. Нужно согласиться, нужно принять, иначе все подумают, что что-то не так.
Джини, слетев с меня, убежала к Эммету, я сняла пиджак и, заколов волосы в хвост, намеренно отвернулась к стене, пряча свое перекосившееся от шока лицо.
Скорей всего, сегодня магнитные бури, полная луна, приливы и черт знает что еще в придачу, иначе как объяснить до невозможности странный день? И откуда взялась во мне поднявшаяся буря эмоций? Зачем президент разбудил ее во мне? Для чего?
Возможно, я задала правильный вопрос, и он относился к разряду срочных, так как мне мгновенно прилетел ответ: из-за бесконечных переговоров и бесед я не занималась сегодня йогой, я не практиковала успокоительную дыхательную гимнастику, поэтому такой ворох чувств и поднялся. Фу-ух. Теперь понятно, по какой причине я подалась в свои дебильные рассуждения и аналитику всего, чего только можно и нельзя.
Дальнейшие размышления перебил президент, который пододвинул стул ближе ко мне и положил руки на плечи.
– Дыши глубоко, Изабелла, – посоветовал он мне.
Его руки, его голос, присутствие сзади крепкого мужского тела… Че-е-ерт.
Я закрыла глаза и почувствовала острую боль, но только не в шее, а где-то внутри…
– А-а-а! – намеренно сильно заорала я, показывая, как мне больно, чтобы избавиться от рук президента.
И не прогадала.
К нам подбежала Таня и принялась поучать Эдварда. У них начался спор, а я поняла, какую сделала крутую штуку, чтобы скрыть свои эмоции. Затем к нам подошла Розали, делясь своим опытом в лечении болезни мышц. Эдвард убрал руки и с удовольствием принялся слушать, что же они скажут ему нового. Я с триумфом посмотрела на Эдварда, который незаметно от всех губами произнес: «Хитрюга».
Всех детей отправили спать в детскую. Этот квинтет не разлучить никогда. Только этот квинтет хотел забрать и новорожденного игрока, который и ходить толком еще не умел, но Розали еле успела забрать свою дочь из рук малолетних преступников, на что все дети реально устроили очередную истерику, протестуя, что Эмили принадлежит им и только им.
Смотря на картину того, как Первая леди читает лекции моим мальчикам о примерном поведении, и затем не веря своим глазам, что они ее слушаются, я села на стул и потерла лоб. На меня просто напал очередной ступор. Я что-то не понимаю в этой жизни, или не знаю, или не вижу какие-то прописные легкие истины. Определенно сейчас пойду и встряхну хорошо себя йогой и дыхательной гимнастикой.
У Розали оказался запасной комплект домашней одежды простого серого цвета.
С большим трудом приведя себя в порядок в гостевой комнате, я захотела воды и вышла в коридор, но тут же стала свидетелем разговора между Первой леди и ее мужа:
– Мне надоело это.
– Скоро всё закончится, не переживай.
И что тут должно закончиться, мне не дал узнать мой чудесный поступок: я задела ногой стоящую на полу вазу и, споткнувшись об нее, перелетела чуть ли не через весь коридор, больно приземлившись на дорогой ковер.
– Да какой идиот ставит вазы на пол?! – в сердцах закричала я на весь Белый дом, ударив кулаком по полу. – Ай! – заревела я, потирая поцарапанную коленку.
– Изабелла? – На учинённый мной шум в дверях появилась Первая леди в одном белом халате. – Все в порядке? – Она кинулась ко мне, помогая встать.
– Я прошу прощения, я не подслушивала, – сразу взялась я за оправдания. – Я захотела воды, но не знала, куда идти, здесь очень темно. И еще эта ваза, я ее не заметила, простите, нужно все убрать.
– Ничего. Всё уберут утром, – с улыбкой и пониманием произнесла она.
– Нет-нет, что вы, нужно убрать сейчас.
– Ой, Изабелла, перестань. Иди к нам в спальню.
– Что?! – Мой голос походил на крики больного на всю голову. – Я не пойду к президенту в кровать, то есть к вам, то есть…
– Изабелла, заходи, мы не голые, – засмеялся президент. – Чего ты стесняешься?
Я осторожно заглянула в спальню Эдварда и увидела его стоящим в брюках и рубашке, но без галстука.
– У меня работа, девушки, – ответил он на мой вопросительный взгляд, – хорошего вам вечера. - И вышел за дверь.
– Доброй ночи, – пожелала ему Таня, а я промолчала. Но в ответ на следующую реплику Первой леди определенно молчать не стоило: - Останься со мной, Белла. Я боюсь засыпать одна.
– Где остаться? – Сглотнув, я посмотрела на кровать.
– Со мной, – потянула она к моим самым кошмарным мыслям.
Мог бы этот день стать еще хуже, чем есть на самом деле? Оказывается, мог.
Остаться на ночь в кровати Первой леди и Президента, где они заделали наследника, и при этом самой попытаться уснуть? Таня вообще нормальная? Или у нее что-то не так с психикой? И нормальная ли я? Пускай мне только кто-нибудь еще заикнётся на тему долбанного принятия. Убью! Это принятие больше походило на изощренный мазохизм.
Какое бы там не было принятие, к черту его! Но спать в кровати президента я точно не собираюсь! Я еще в своем уме.
Подождав, пока Первая леди уснет, я пулей выбежала из президентской комнаты и действительно хотела найти воды, как спустя пару минут после бессмысленного хождения по одним и тем же коридорам я сдалась. Я снова заблудилась.
Я облокотилась на стену и закрыла глаза, осознавая, что меня в который раз настигло колесо Сансары. Год назад я укладывала спать дочерей президента, сейчас уложила саму Первую леди и теперь не знала, как отсюда выйти. Так. Спокойствие. Вдох-выдох, вдох-выдох. Главное не заходить ни в какой туалет в коридоре, чтобы не обнаружить в нем президента.
А это что за кабинет? Я потянула ручку двери первого попавшегося помещения, и, естественно, в помещении за столом сидел президент собственной персоной с инструментами в руках и в очках.
– Ох, дерьмо! – Как же он был сексуален в этой черной рубашке и очках. – То есть, – опомнилась я, – простите, я заблудилась. – Я с шумом захлопнула дверь.
– Изабелла, подожди. – Он поймал меня на повороте.
– Нет, Эдвард, нет, – вырывалась я, чувствуя его руки на себе.
– Что «нет»? Я хотел показать выход.
– Показывай! – приказала я ему.
– Вот твоя комната. – Он подвел меня почти к соседней двери.
– Спасибо.
Так, разорвать круг, разорвать. Не смотреть на него, не смотреть.
– Нам нужно поговорить и срочно, – услышала я голос Эдварда рядом с собой.
– Нет.
– Изабелла, это насчет информации.
– Нет, – твердила я.
– В смысле «нет»? Значит, я скажу здесь.
– Заходи, – сдалась я, не желая, чтобы нас кто-нибудь слышал.
– Ты вообще когда-нибудь спишь? – попыталась я отвлечься.
– Не многие в курсе, но я сплю днем.
– Что ты хотел мне сказать?
– Это насчет раскрытия информации. Изабелла, готовься. Тебе придется подписать некоторые бумаги. Перечитай еще раз две книги Трудового договора, чтобы ничего не забыть.
– И всё?
– Нет.
– Тогда что же еще?
– Если бы ты не оказалась с нами тогда на операции и не получила бы доступ выше, сейчас я бы не имел права тебе рассказать, а теперь скажу.
От возникшего острого любопытства у меня засосало под ложечкой.
– Говори! – шепотом и со слюнями, словно щенок, перед которым маячит аппетитная косточка, произнесла я.
– Мы оставили тебя в Белом доме специально, чтобы тебя не похитили.
Я хмыкнула, ничуть не удивляясь его словам. Что там еще придумает этот чокнутый конспиратор, можно было догадаться легко.
– И всё? – Я только и желала, чтобы президент убрался из моей комнаты.
– Это не шутки, Изабелла. Следующую неделю ты живешь в Белом доме. Составишь список необходимых вещей для своего водителя, и он тебе все принесет.
– Что?
– Ты видела, как на тебя смотрели братья Аро? Они уже предлагали тебе работать с ними?
– Да.
– Я так и думал.
– А что такого в том, что они предлагали мне?
– Они могли прийти к тебе домой без всякого предупреждения сегодня же ночью и забрать насильно. Ты знаешь, как проходит собеседование? Оно обычно проходит у кандидата в квартире. Но Вольтури запросто могут прижать тебя к стенке и заставить работать с ними. Самостоятельно ты бы не смогла им противостоять.
– Почему я должна вам верить? Может, я захочу остаться с ними.
– Верится с трудом.
– А если я и вправду захочу? – сказала я специально, чтобы его позлить.
– Не захочешь, – холодным тоном ответил мистер президент.
– А вдруг захочу? – Я с вызовом посмотрела на него.
– Не захочешь, – теперь предупреждающим и опасным голосом произнёс Эдвард.
– Захочу.
– Не захочешь, узнав, что они делают.
– Они уже рассказывали мне сегодня.
– И что же такого они тебе рассказали?
– А тебе-то что от всего этого? – возмутилась я громко, не понимая его наезда на меня. – Неужели ты сам хочешь что-то мне предложить? Ты сам имеешь отношение к какой-нибудь организации, раз решил спрятать меня ото всех, словно пленника?
Ох, как же я обожаю хитрый прищур президента, потому что именно таким фирменным прищуром и смотрел сейчас на меня Каллен. Долго, выжидающе, словно пробуя на вкус сказанные мной слова.
– Я обожаю твою проницательность. – Президент серьезнее некуда посмотрел на меня.
Ну и пусть обожает дальше.
– И в какой же организации ты хочешь мне предложить работу?
– В очень интересной.
– В ФБР?
– Нет.
– ЦРУ или УНБ?
– Далеко не в них.
– А где же? В политике?
– Тем более не в ней.
– Это что-то частное? – усмехнулась я своей, как думала, глупой шутке и тут же пожалела.
После своих слов я реально поискала глазами в комнате какую-нибудь повязку, тряпку, полотенце, чтобы закрыть свои глаза и не засмотреться в эти дьявольские, соблазнительные омуты, светившиеся настоящим благоговением, но вместо этого, к большой неожиданности, увидела в темном углу воду. Спасение! Я дернулась к ней, но Эдвард меня остановил, ухватив за руку.
– Не так быстро, Свон. Я еще не закончил.
Я не удивилась пронзившему возбуждению, электрическому разряду, прошедшему через всё тело, возникшим разом мыслям, чувствам. Это уже не цунами, не торнадо, не фейерверк. Это походило на самый настоящий маятник: чем больше отдаляешься, тем сильнее будет столкновение, тем мощнее станет соприкосновение.
Каждая ситуация наедине с Эдвардом становилась страшнее и страшнее, словно кто-то натягивал тетиву, чтобы потом она ослабла и добила меня окончательно. Может, так и поступить? Чтобы меня добили? И сколько раз я повторю себе, что это ненормально? Что так не должно быть? Сколько это будет продолжаться? Ну, сколько?! Что нужно сделать, чтобы разорвать этот круг! Что?!
«Это не круг. Это жизнь», – вспомнила я мысли неизвестного философа.
В данный момент ситуация аховая. Первая леди совсем рядом. Но раз неизвестно, кто нас раз за разом сталкивает лбами, то пусть так и будет. Пусть меня добивают окончательно, пусть выпускают стрелы, что угодно, но терпеть это я больше не намерена.
Всего секунда – и мы в один шаг преодолели расстояние друг к другу.
Он накинулся на меня с губами и задрал майку, добираясь руками до груди.
– Долбанная Сансара, – стонала я ему в рот, вдыхая убийственный аромат. – Ненавижу!
– Что? – Он оторвался от меня.
– Всё по кругу. Я хочу разорвать круг. Всё повторяется вновь.
– Нельзя разорвать то, чего не было.
– Мы так и будем с вами работать? Вы будете набрасываться на меня?
– Как и ты.
До меня словно что-то дошло: нужно разорвать круг принятием, а не бегством. Сейчас я специально изнасилую Президента, и пусть ему будет стыдно! Точно!
Я повалила его на кровать и задрала рубашку.
– Ничего, что ваша жена здесь? – спросила я на случай, если вдруг что-нибудь дойдет до Эдварда.
– Нет.
– Она не против?
– Некорректный вопрос, Изабелла.
Я целовала его грудь и параллельно расстёгивала брюки.
– Кончено, боже, жена тебе изменяет, и ты ей изменяешь, все такие милые! Что это за семья такая? Черт, если войдет жена, то, блин, пусть знает, пусть знает, что вы ей изменяете!
– Расслабься, Изабелла.
– Почему вы не можете к ней прийти, она же беременна от вас. Что за шашни вы ведете?
– Только не говори, что тебе не нравится.
– Нравится. Раз так, то вы сейчас получите от меня дозу!
– Ты тоже.
– Мы взрослые люди, мы не подростки, чтобы устраивать тут оргии за спиной твоей жены.
– Перестань, Изабелла, – выдохнул он мне в шею, осыпая ее поцелуями, и стал снимать с меня майку.
Но нас вновь прервали. У Эдварда заиграло странное устройство, запиликал телефон, и сработала сигнализация по всему Белому дому. Даже не знаю, расстраиваться из-за этого или радоваться? Все-таки порадуюсь.
– Ура-а! Я спасена от греха! – Я вознесла руки к небу и с облегчением вздохнула, вскакивая с кровати.
Но два телефона заиграли и у меня. Черт.
– Ура? – Президент сурово посмотрел на меня, вынимая свой телефон. – Это учения, Изабелла, и звонок из Пентагона. На выход. Быстро.
Как выяснилось, настал парад учений в Белом доме, и именно тогда, когда приехала погостить я. Совпадение? Не думаю. Очередной расчет президента, чтобы меня не затащили в свое логово братья Вольтури, ведь именно на учения сотрудники Белого дома поочередно должны были приезжать ночью и отмечаться в специальных журналах о дежурстве.
Всю следующую неделю в Белом доме учения проводились каждый день и каждую ночь. Подолгу засиживаясь в своем кабинет, я уходила с работы самая последняя, иногда и специально оставаясь спать в своем кресле, чтобы не столкнуться с Эдвардом где-нибудь в жилом крыле. Я заказала себе и своим сыновьям достаточное количество вещей на две недели вперед и на пропускном пункте потратила много времени, чтобы проверили все посылки и разрешили с ними зайти внутрь здания. Объяснять сыновьям, почему мы зачистили с ночевками в Белом доме, не было никакого смысла. Когда настанет очередной мой отпуск, обязательно разберусь со странной игрой ребят, из-за которой они забывают обо всем на свете, даже о своей матери, и еще они недовольно бросали трубку, если их отвлекали. Немыслимо.
Весь свой полуторачасовой перерыв на работе я тратила на занятия йогой в спортивном зале и допросилась до главного заведующего, чтобы он организовал снаряды для занятия аэройогой, на которую начался настоящий бум в Белом доме. Все стремились пойти повисеть на специальных полотнах и растянуть позвоночник от долгого сидения за рабочим столом. С рестораном Эммет попросил не гнать лошадей, так как лучше сперва принять какое-нибудь предложение, зарегистрироваться в выбранной организации и только после этого приступить к осуществлению своей мечты. И сложно было с ним не согласиться, так как когда-то в свое время он сделал именно так. Что ж, осталось потерпеть немного.
На размышления о поступивших предложениях мне выделили две недели, но определиться, что выбрать и куда пойти, мне не давал наш последний диалог с Эдвардом. Он не опроверг мои слова о том, что сам хочет мне что-то предложить, но бездействовал. Вот почему? Что ему мешало? Что-то он опять там темнит и планирует на мою голову, конспиратор треклятый!
Когда до принятия решения оставалось около пяти дней, я почему-то стала нервничать сильнее. Легкое возбуждение не давало покоя, я зацепилась за несколько предложений в ФБР и за одно более чем заманчивое в аналитическом отделе ЦРУ. Все они предлагали стать агентом под прикрытием и добывать секретную информацию, а дальше как пойдет, в зависимости от моих заслуг. И если мне ничего больше не предложат, именно туда я и хотела перевестись.
Но, когда оставалось два дня до подписания первого договора, я, кажется, пробыла в спортивном зале дольше, чем нужно, пока за мной не пришел сам Джаспер. Но, сказав, что день сегодня не особо напряжённый, он несколько продлил рабочий перерыв и захотел составить мне компанию.
Раскачиваясь на полотнах и вися вниз головой, мы с Джаспером обсуждали предстоящий очередной бал и очередную пресс-конференцию.
– Кажется, у нас очередной бум в Белом доме, и этим бумом стала йога. – В зал вошел Эдвард.
Только не говорите, что он тоже будет заниматься вместе с нами.
– Гармония внутреннего духа тоже не помешает, мистер президент, – как учитель проговорил Джаспер.
– Рад за вас. Но ты мне нужен, Джаспер. В моем кабинете через полчаса, – приказал Эдвард и захлопнул дверь.
Джаспер вздохнул и стал выкручиваться из ткани, а заодно и я вместе с ним.
Зарядившись спокойствием до конца дня, а его оставалось без малого еще часов пять, я направилась на свое рабочее место. Напарниц в кабинете не оказалось, работы, как ни странно, – тоже. Что ж, почитаем какую-нибудь психологическую литературу. Например, мне будет очень полезно почитать книгу «Как перестать винить себя» и потренироваться на собственном примере.
М-да уж, читая наставления и рассуждения, с чувством вины, как оказалось, я поняла: у меня есть проблемы, не все навыки я прокачала на райском острове, есть над чем поработать и к чему стремиться. Эта книга упорно твердила, что отсутствие вины – первое правило гармоничного мира. Нельзя себя винить ни в коем случае, это твой мир, на то он и гармоничный, что в нем нет ни капли вины, ни страха, ни сомнений. Ты любишь себя, ты наполняешь себя любовью, ты любишь окружающих, ты любишь Эдв…
– Я люблю в первую очередь себя. – Я стукнулась головой об стол, стараясь повторять внушение, которое было описано в методике исцеления. – Я – Изабелла Мари Свон, я красивая привлекательная девушка, мать замечательных мальчиков, работаю в Белом доме, я довольна собой, я довольна собой, меня никто не сможет потревож…
На звук упавших передо мной папок я подпрыгнула, а затем передо мной словно гриб выросла вечно суетящаяся и уставшая Кетени. Кошмар.
– Белла, вот документы. – Кетени кинула мне огромнейшую стопку бумаг. – Что успела, то принесла, сейчас схожу за очередными. - И упорхнула как бабочка в свой любимый архив.
– Чертов парад отчетов, – досадно буркнула я, убирая книгу по исцелению вины в стол.
Так, значит, нужно сходить в столовую и купить какие-нибудь сладости, а то моя соображалка стала сдавать позиции. Наевшись очень сладкого торта, я поспешила скорее в свой кабинет, но необъяснимая тишина в Белом доме напрягала.
Внезапный стук заставил меня обернуться. Никого в коридоре я не заметила и хотела идти дальше, как послышался новый стук. Я попыталась приказать себе не обращать внимания, но это не помогло: откуда-то я услышала звон капающей воды. Я завернула за угол, а потом еще за один, и вывернула в небольшой коридор. Угол, в котором обычно стоит диван, либо какие-нибудь цветы, сейчас огородили желтой изолентой для ремонта. Как раз именно на этом месте с потолка и капала вода в ведро для технических целей. И почему же никто не починил потолок? Все-таки здание правительства, не абы что.
Но… Мне на секунду, буквально на секунду, показалось, что это какая-то маскировка. Да нет, быть того не может, я выдумываю, но стук снова повторился.
Я подпрыгнула, и меня уже ничего не смогло удержать: перебравшись через ограду, я прислонилась к стене, желая разобраться со странным звуком. Кто-то определенно стучал за стеной. Звук был гулким, не сильно громким, но точно странным. Может, это машина по производству каких-нибудь предметов?
Облокотившись на стену, я заглянула в небольшое отверстие, которое с первого раза и не заметишь, если не подойти ближе. Но неожиданно дырка треснула, разошлась по швам, и я с диким криком и грохотом провалилась в стену, а затем куда-то вниз, и сильно ударилась задницей об пол. На меня упала пара досок, пенопласт и то самое несчастное ведро с водой в придачу. К счастью, оно упало рядом со мной, расплескав воду по полу, а не мне на голову.
– О-о-о! Мать твою! – застонала я. – Бо-ольно как. – Я потирала пятую точку и приходила в себя от стремительного полета вниз.
Но меня никто не обнаружил, никто не накричал, и никто не помог мне встать. Оглянувшись по сторонам, я поняла, что оказалась в начале едва освещенного длинного коридора, а надо мной разверзлась большущая дырка в полу. И как же вылезти обратно? Стремянки или стула я нигде не заметила, габаритных вещей тоже. Встав и поправив платье, с нарастающей паникой внутри я двинулась вперед в надежде выбраться отсюда поскорее.


Кто первый скажет, с чего начнётся следующая глава, того захвалю, зацелую и выполню любое его желание (шутка). Ну или подарю баллы (вполне реально).
Впрочем, могу подарить баллы всем ответившим правильно, или же кому это нужно (просто так).

Теперь я серьезна как никогда и вообще уже серьёзнее некуда: вы готовы к раскрытию той самой интриги, из-за которой все вы и начали читать Президента?

Большая благодарность Катерине Lega за редакцию материала.


ФОРУМ


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/41-8214-1
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: freeiz (29.11.2018) | Автор: freeiz
Просмотров: 2116 | Комментарии: 39


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 39
+1
38 правовед   (02.12.2018 11:06)
если не ошибаюсь это начало перед прологом
президент случайно не финансовый гений который делает ставки на фондовой бирже nyse ?спасибо за главу .

0
39 freeiz   (02.12.2018 13:53)
О-о... Финансы? а причем здесь они? biggrin Он же по другому профилю работает cool

+1
34 lu4ik20   (01.12.2018 21:07)
Неужели крот Розали или Элис? А может сама Таня???

0
35 freeiz   (01.12.2018 21:22)
И не они тоже biggrin

+1
32 Кетти   (01.12.2018 18:08)
Спасибо за продолжение)

+1
30 Katerinka0718   (01.12.2018 15:02)
Что-то Белла присела на апельсины и сладкое)
Ну, я уже не буду говорить, что здесь продолжение это пролог) ой..))
Теперь просто безумно жду, что же будет дальше. Разгадка как никогда близко)
Спасибо!!***

0
31 freeiz   (01.12.2018 15:27)
Да, уже со следующей главы и начнем раскрывать все тайны cool

+1
37 Katerinka0718   (02.12.2018 02:01)
"Самое тяжёлое в нашей работе — ждать." wink

+1
33 lile   (01.12.2018 18:31)
Вы тоже заметили про апельсины и конечно сладкое))))

+1
36 Katerinka0718   (02.12.2018 01:56)
Она постоянно витает в своих мыслях, не замечает что-то дамочка своего неожиданного пристрастия happy

+1
27 malush   (01.12.2018 00:24)
Следующая глава из пролога... Она будет искать выход, блуждать по тёмным коридорам, пока не постречает Эдварда...
Интрига... Интрига... А кротом окажется как раз тот человек, на которого никогда и не подумали...
Спасибо за интересное продолжение! wink

0
29 freeiz   (01.12.2018 13:36)
А кротом окажется как раз тот человек, на которого никогда и не подумали
Да, вы, правы, на этого персонажа еще не думал никто cool
Уже всех перебрали, даже самого Президента biggrin

+1
26 pola_gre   (30.11.2018 23:02)
Цитата Текст статьи ()
Все они предлагали стать агентом под прикрытием и добывать секретную информацию,

А как же любимые детки? Пока она где-то там под прикрытием? Или помогают как раз создавать невинный образ? dry

Спасибо за продолжение!

0
28 freeiz   (01.12.2018 13:35)
А что с детками? biggrin Детки вон в игрульки свои специальные играют, чтобы взрослых не мучали biggrin

+1
22 оля1977   (30.11.2018 21:19)
И что такого в этом портрете, на который он так смотрит? Возможно с тоской. Воспоминание о его настоящей любви? Потерянной любви. Это же наверняка не Таня, даже если картина нарисована ей. Ну да ладно. Скоро узнаем я надеюсь. Боюсь даже подумать о том , кто является кротом. Наверняка из ближнего окружения. Надеюсь не Джаспер? А то как-то страшно.

0
23 freeiz   (30.11.2018 22:00)
Точно не Джаспер)

+1
18 kotenok_miau   (30.11.2018 20:03)
Больше спасибо за продолжение

+1
16 Черный_кот   (30.11.2018 18:29)
Вот и до пролога дошли.
Считаю что со стороны Эдварда - это слабость - не сообщать о своих чувствах и заставлять мучиться человека, который его любит. Белла этого не заслуживает. Догадайся сама, что он там думает. Она уже вся изволновалась о нем, о будущем. И никакая йога ей не помогает. Еще и с его женой посиди пока она заснет angry ! Может следующая глава внесет ясность.
Спасибо))

0
17 freeiz   (30.11.2018 18:54)
Считаю что со стороны Эдварда - это слабость - не сообщать о своих чувствах и заставлять мучиться человека, который его любит
К сожалению, работа у него на первом месте, и он хорошо объяснит почему)

+1
21 Черный_кот   (30.11.2018 20:59)
для занятий сексом с ней он время находит, мог бы и для чувств найти)) Белла ему призналась что любит, а он только и смог сказать - "Я знаю". И все. sad Ну ладно, ждем объяснений президента (про работу, не про любовь)

0
24 freeiz   (30.11.2018 22:01)
По-прежнему все в 33 главе)

+1
11 кирюша5142   (30.11.2018 17:56)
Спасибо за чудесную неоднозначную главу!!!!! Спасибо, Катенька, за редактуру!!
Мыслей, как и всегда после первого прочтения, миллион. Перечитаю, проанализирую и отпишусь на форуме. Пока соглашусь с Honeymoon, страшновато и я не готова, а также с тем, что далее последуют события из пролога.

0
12 freeiz   (30.11.2018 18:00)
По ходу, я перегнула с интригой... surprised biggrin
Ну, пролог неизбежен. Сколько лет-то прошло, пора и честь с ним знать)

Ка-а-атя-я!!! Успокой людей, а то я запугала всех, ты же уже знаешь все biggrin
Шучу.

Да все там нормально. Ну узнаете третье образование Эдика, узнаете, кто такой крот и как Белка в очередной раз у всех все планы перебьет tongue

+1
13 кирюша5142   (30.11.2018 18:19)
Мне страшновато от того, хочу ли я знать это третье образование? Ведь скоро всё проясниться и придется прощаться с героями, а я не хочу. biggrin

0
15 freeiz   (30.11.2018 18:21)
А... в принципе, да.
Но есть хорошее решение: придут другие biggrin

+1
19 Honeymoon   (30.11.2018 20:40)
В смысле придут другие герои? surprised уж не хочешь ли ты сказать, что пишешь уже другую историю?

Я, кстати, с удовольствием бы прочла 2 часть президента) про совместную жизнь Белки и Эдика, про работу в секретных подразделениях happy cool

0
20 freeiz   (30.11.2018 20:43)
Вторая часть Президента?? surprised
О, нет-нет-нет, на это меня не хватит точно biggrin Увольте biggrin
Президент точно будет однотомник)И так много сил и энергии в него вложено. Я не в курсе абсолютно как работают в таких подразделениях, все основывается на прочитанных книжках, статьях в интернете, да и только, больше неоткуда черпать фантазию biggrin

+1
25 Honeymoon   (30.11.2018 22:59)
Эх, мечты мечты cry

+1
14 кирюша5142   (30.11.2018 18:21)
И крот мне не дает покоя, потому что не знаю кто это. Ну никак не могу понять. angry

+1
9 оля1977   (30.11.2018 13:36)
Походу начало начнется с пролога. И чего это ее так распирать -то начало. Всех разглядывает, анализирует. Предложения посыпались как из рога изобилия, в пору хоть отстреливайся. Президент даже не выдержал и тоже вцепился так, что она бедняжка сбежала ото всех. Вот только сбегать она как-то не научилась. Всегда попадает практически в объятия мистера президента. Ситуация с Таней ооочень странная. Она своим гостепреимством и доброжелательностью чуть до клиники не довела. Еще и в постель к себе уложила. Странная семейка , ооочень странная. Мало того, что Изабелла в своей сансаре совсем запуталась,еще и президент чудит, стал таким ласковым , настойчивым и ревнивым, что выбил бедняжку из колеи так, что никакая йога уже не помогает. И чего она полезла в эту нору? Все огорожено, с потолка капает, наверняка все проходили просто мимо, и естественно , только Изабелле больше всех надо и она и туда засунула свой любопытный носик. Спасибо за продолжение. Глава немного странная. Вроде бы не смешная, а все таки было весело и оооочень любопытно читать. surprised

0
10 freeiz   (30.11.2018 13:44)
Глава немного странная. Вроде бы не смешная, а все таки было весело и оооочень любопытно читать.
Изабелла проходит спецкурс "Терпения" в экстремальных условиях среди своих коллег biggrin и пока держится, привлек ее странный стук) А если по правде: Эдвард просто как всегда тянет до последнего, это его фишка, которая всех бесит, и меня и вас в том числе, он выводит кое-кого на чистую воду и пользуется Изабеллой как наживкой, вот с этим кто-то в следующей главе и побеседуем. Но как всегда из-за Белки все пойдет не по плану
только Изабелле больше всех надо
А то biggrin Очень верно подмечено!

+1
8 викуньля   (30.11.2018 12:35)
Спасибо большое за продолжение.

+1
7 ЛИЯ78   (30.11.2018 12:02)
Ваууу просто супер!!!

+1
4 Kristin_Night   (30.11.2018 10:21)
Ооо, точно пролог)) Жду жду жду!!)
Что-то не везет Белле, все падает)))

+1
3 Kate999   (30.11.2018 10:08)
Ооочень заинтриговала эта глава. happy
Жду не дождусь продолжения.

+3
2 Honeymoon   (30.11.2018 10:03)
В следующей главе будут события из пролога, это очевидно smile
Я определенно не готова к раскрытию интриги, мне... страшно!

0
6 freeiz   (30.11.2018 10:28)
Бли-ин... Что-то мне самой стало страшно за реакцию...

+2
1 робокашка   (30.11.2018 09:43)
wacko совсем не Алиса, но вот Белла твоя кроличья нора

0
5 freeiz   (30.11.2018 10:28)
Это точно)

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями