Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1656]
Из жизни актеров [1623]
Мини-фанфики [2497]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [20]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4725]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2386]
Все люди [14976]
Отдельные персонажи [1454]
Наши переводы [14221]
Альтернатива [8966]
СЛЭШ и НЦ [8789]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4336]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей октября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (16-30 сентября)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Седьмое желание
Можно ли влюбиться в демона? Или в ангела? Что делать, если от тебя зависят судьбы других?

Такая разная Dramione
Сборник мини-переводов о Драко и Гермионе: собрание забавных и романтичных, нелепых и сказочных, трогательных и животрепещущих приключений самой неоднозначной пары фандома.
В переводе от Shantanel

Almost Perfect, Almost Yours
Семья чистокровных волшебников похитила Гермиону, когда она только родилась. В мире красоты и богатства она - девушка мечты Драко Малфоя. Что произойдет, если он узнает, что ее кровь не так чиста, как он думал?..
История "Почти идеальна, почти твоя..." от команды переводчиков TwilightRussia
Работа над переводом ЗАВЕРШЕНА!

Рекламное агентство Twilight Russia
Хочется прорекламировать любимую историю, но нет времени заниматься этим? Обращайтесь в Рекламное агентство Twilight Russia!
Здесь вы можете заказать услугу в виде рекламы вашего фанфика на месяц и спать спокойно, зная, что история будет прорекламирована во всех заказанных вами позициях.
Рекламные баннеры тоже можно заказать в Агентстве.

"Сказочная" страна
Сборник мини-истори и драбблов по фандому "Однажды в сказке".
Крюк/Эмма Свон.

Некоторые девочки...
Она счастлива в браке и ожидает появления на свет своего первого ребенка - все желания Беллы исполнились. Почему же она так испугана? История не обречена на повторение.
Сиквел фанфика "Искусство после пяти" от команды переводчиков ТР

T.N.T for the brain
Белла, будучи замужем за Эдвардом, понимает, что любит Джаспера, от чего и страдает.

Кошка в маске серой мыши
Из серой мышки в охотницу - вот какая метаморфоза произойдет с Эмили Левел, над которой хотел подшутить любимчик школы Боб Хорей.
-Хотел влюбить в себя серую мышку, поспорил? А вот и не выйдет!
История о том, как может измениться человек под действием злости.



А вы знаете?

...что у нас на сайте есть собственная Студия звукозаписи TRAudio? Где можно озвучить ваши фанфики, а также изложить нам свои предложения и пожелания?
Заинтересовало? Кликни СЮДА.

... что можете заказать обложку к своей истории в ЭТОЙ теме?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Мой Клуб - это...
1. Робстен
2. team Эдвард
3. Другое
4. team Элис
5. team Джаспер
6. team Джейк
7. team Эммет
8. team Роб
9. team Кристен
10. team Тэйлор
11. team Белла
12. team Роуз
13. антиРобстен
14. team антиРоб
15. антиТэйлор
Всего ответов: 8879
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

Онлайн всего: 80
Гостей: 70
Пользователей: 10
olga-jidkova, Наталья_2011, LoNeLy_HeArT89, (=Lady=), MOSIFE, Liliana7480, Lidiya3397, Ялло, Nev, Molik
QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

Mr. President. Глава 27. Твои ошибки

2018-11-17
18
0
Soundtrack: Dan Balan - Лишь до утра

Белла

– Таня беременна не от меня.

– Как это? – совершенно не подумав, спросила я.
– Ты не знаешь, как делают детей? – с сарказмом произнёс мистер президент.
Увидев мое замешательство, он молча взял меня на руки и стал выбираться из лесной чащи, тогда как я, насколько это вообще возможно, взревела еще больше:
– Что значит «беременна не от тебя»?! Почему она беременна не от тебя? От кого она тогда беременна? – Я брыкалась в его руках и пыталась вырваться, но Каллен молча закинул меня к себе на спину. – Скажи мне! Почему она беременна не от тебя! Как так получилось? Она тебе изменила? И теперь вы притворитесь хорошей семьей? Я немедленно требую объяснений! Ты, чертов любовник! – колотила я президента кулаками по спине.
– Боже, – вот и все его объяснения.
– Твою же мать, Каллен! Что значит «беременна не от тебя»? Чего я ещё не знаю?!
– Прекрати орать, здесь поблизости населённые пункты, мне совершенно не хочется быть замеченным.
– А ты прекрати нести меня как какой-то мешок! У меня ребра болят! Меня ударили по ним!
Эдвард вновь взял меня на руки и остановился, всматриваясь в ночную чащу на наличие каких-либо свидетелей. Убедившись в их отсутствии, он молча двинулся в сторону гаража, на что я завопила ещё сильнее:
– Я не хочу в этот гараж! Не нужно меня туда нести! Не надо меня убивать!
– Я не собираюсь тебя убивать, Изабелла, – мягко произнес он мне на ухо.
И его слова подействовали моментально: ошеломленная магией его голоса, я перестала брыкаться и ухватилась за его шею.
Стараясь не акцентировать внимания на руках Эдварда, совсем недавно испачканных кровью, я не нашла ничего лучше, чем вновь окунуться в размышления о беременности Первой леди не от президента. Тогда для чего сообщили по телевидению о положении Первой леди? К чему этот маскарад? У жены президента кто-то есть, но они решили сохранить семью ради имиджа? Ах, вон оно что. Или это все неправда? И вот для чего это он мне сказал? Зачем это нужно? Чтобы вновь я задумалась и накрутила себе очередной ворох мыслей?
Рассвет надвигался стремительно. Злость постепенно отступала и бушующий адреналин вместе с ней, но на смену им во всю силу заявила о себе боль в ребрах и в голове.
Пока Эдвард меня нес, я смогла немного его разглядеть: эти четкие скулы, благородный профиль, и на Эдварде не было ни одной царапины, ни одного синяка, если не считать синяки под глазами. Даже следов от удара Виктории я не заметила.
После всего увиденного я боялась, что Эдвард с Эмметом сделают со мной. Они необъяснимым образом меня нашли, причем вся ситуация выглядела подозрительной: я оказалась в один день и в одном месте с теми, кого они так долго искали.
Я вся поежилась, увидев, как Эммет доливал бензин на оставшиеся трупы, и меня снова охватила паника: я стала брыкаться в руках Эдварда.
Но он опустил меня на землю, снял свою куртку и укрыл меня. Потом как ни в чем не бывало вытащил из кармана брюк оружие, проверил наличие патронов, достал цепочку и медальон и отдал все предметы подошедшему Эммету.
– Возьми в качестве доказательства тот самый медальон.
– Ты справился с задержанием меньше, чем за час. Даже взрыва не последовало, – улыбнулся Эммет.
– Мой новый рекорд.
– Операция выполнена. Поздравляю!
– Спустя пять лет. Наконец эти долбанные драконы уничтожены, все мозги сделали.
– Надеюсь, теперь будем спать спокойно.
Эммет и Эдвард обменялись рукопожатием, а затем повернулись ко мне.
Я резко сделала шаг назад.
– Даже и не думай бежать, Изабелла, – предупредил Эдвард, – ничего не получится.
– Как вы узнали, где я? – спросила я на выдохе, чувствуя небывалую усталость.
– Извини, Иззи, но тебе явно не понравятся мои слова, – начал Эммет, совершенно не спрашивая как у меня дела. – У тебя нет выбора, кроме как вернуться на работу в Белый дом. Если ты не хочешь, конечно, ареста за побег.
– То есть, факт нападения на меня и похищения совсем не считается, да? – спросила я прямо.
– Мы выполняли операцию, - очень холодно ответил Эммет. – В ней ты не значилась. По графику ты сегодня должна встречать гостей в Белом доме. Повторяю, выбора у тебя нет.
– Похоже, его никогда не было и не будет. – Я судорожно соображала, что мне нужно сказать еще. Спорить я больше не хотела, и сил для этого дела больше нет, придется подчиниться и в этот раз. – Но вернусь я к вам не сразу. Мне нужен отпуск, – твердо заявила я, желая хоть как-то продиктовать свои условия, – и отпуск мне нужен на месяц, не меньше!
– Не сомневайся, – заверил Эммет, не раздумывая.
– Все готово! Можно ехать, – крикнул кто-то из ребят.
Мне показалось или у меня начались галлюцинации: буквально пять минут назад ближе к лесу стоял черный фургон, теперь он стал серым. Эммет без предупреждения взял меня на руки и двинулся к фургону, а Эдвард снял свои перчатки и… бросил их к гаражу.
Никто больше не пришел, никто не приехал, даже полиции нигде не было видно.
Эммет занес меня в фургон и попросил ничего в нем не трогать.
Этот автомобиль и фургоном сложно назвать: машина походила на настоящий дом на колесах со звукозаписывающей студией в придачу, здесь стояли несколько компьютеров с неизвестной мне техникой.
– Ты скоро? – услышала я голос Эммета.
Я тоже решила выглянуть в окно, чтобы увидеть причину задержки президента. Эдвард хоть и стоял далеко от гаража, но смотрел на него такими остекленевшими глазами, словно перед ним свершилась история, и он хочет запечатлеть этот момент в памяти надолго. Затем Эдвард чиркнул зажигалкой и, кинув ее в пропитанный бензином снег и развернувшись, зашагал к фургону.
Пламя с молниеносной скоростью достигло гаража, и все здание взлетело на воздух, но президент и бровью не повел. Я же вновь задрожала от страха…
Эдвард зашел в фургон и сказал водителю двигаться в Форкс обходными путями по проселочной дороге. Парень взял в руки неизвестное устройство и сообщил об отсутствии посторонних людей в данной местности. Эдвард остался доволен, и фургон начал свое движение.
В углу фургона Эдвард разложил сидение, накинул на него плёнку и повернулся ко мне:
– Ложись.
– Что? – Он же не будет…
– Я не собираюсь насиловать тебя, Свон. Мне нужно оказать тебе первую помощь и нейтрализовать наркотики в крови: антитела не дают никакой защиты для печени и сердца. Но для начала покажи ребра, возможен перелом.
– Не собираюсь я ничего показывать, Каллен! Выпустите меня! – Я кинулась в испуге на выход, но Эдвард удержал меня.
– Мне срочно нужно ввести тебе нейтрализатор, время поджимает, – перегородил он мне путь.
– Знаю я ваш метод: вы введете мне какой-нибудь яд, и он меня убьет!
– Нет.
– Тогда отпусти меня! – Я пыталась отодвинуть Каллена, но тот стоял как скала и не давал прохода.
– Значит так, – сурово произнес президент, разворачиваясь обратно, – у тебя есть два варианта: выходишь на мороз, и через двое суток твои сыновья не увидят тебя больше никогда. Или же ты делаешь то, что говорю я, и дети тебя увидят через пару часов в твоем обычном состоянии.
– Если ты что-то мне сделаешь, Каллен… – пригрозила я ему.
– То что? – Эдвард сложил руки на груди, начиная улыбаться.
– Я тебя предупредила, – зло посмотрела я на него в ответ.
– Разумеется, – уже смеялся президент, посмотрев на экран одного из мониторов. – Как насчет того, что через десять минут антитела в твоей крови прекратят действовать и начнется действие наркотика? Я знаю этот наркотик, он не сулит ничего хорошего твоему организму. Так кто кого предупреждает, Изабелла? – Не дождавшись моего ответа, Эдвард стал сам снимать с себя верхнюю одежду. – Снимай одежду, Свон, и быстро. – Эдвард опустил перегородку, и мы остались в тесном помещении наедине.
Доводов возразить ему я больше не нашла. Мне на самом деле хотелось остаться в фургоне, хотя бы потому, что здесь можно было прилечь и согреться.
Пока я снимала куртку, оставаясь в одной футболке, и ложилась на разложенное сидение, Эдвард переоделся в белую майку, достал с верхних полок чемодан, надел медицинские перчатки и вопросительным взглядом взглянул на меня, подталкивая снимать и майку.
Деваться некуда. Пришлось остаться перед президентом в одном бюстгальтере, хотя я хотела снять мокрое белье полностью.
– Так, ребра подождут, первым делом нужно ввести нейтрализатор, времени совсем нет. – Эдвард достал из чемодана большой шприц и такого же большого объема ампулу с голубой жидкостью. – Изабелла, – строго посмотрел на меня доктор Каллен, – ощущения будут не из приятных: сперва начнется жар, потом тебя бросит в холод, резко одолеет голод, но через две минуты все пройдет. Нужно только потерпеть. Возможно головокружение и прочая ерунда. Если что-то почувствуешь еще, обязательно сообщи. Хорошо?
Я кивнула, протягивая ему правую руку, не желая светиться новой татуировкой в его честь. Хотя она и так была под завязкой. Укол иглы я не ощутила совсем. Нежные руки врача не причинили никакой боли. Но болевые ощущения возникли от введенной голубой жидкости. Ощущения от нейтрализатора появились в точной последовательности, как описал Каллен.
– Чувство, будто жжет изнутри.
– Сейчас пройдет. – Он уселся на стул передо мной. – Давай посмотрю ребра. Сделай глубокий вдох и выдох. Дышать больно?
– Да, больно. – Я почувствовала неприятные ощущения с правой стороны, покашливая, и закрыла глаза, не в силах терпеть эту внутреннюю агонию, затем ощутила руки Эдварда рядом с грудью и шумно выдохнула.
«Сейчас он врач. Запомни это! И повторяй каждую секунду: врач, врач, врач!»
Пальпация ребер прошла болезненно. Не знаю, от чего я стонала больше: от боли в ребрах или же от рук Каллена рядом с моей грудью. Чертов президент со своими тайнами и загадками! Не мог быть простым политиком или врачом? Обязательно нужно дотрагиваться до меня и трогать мою грудь?
Затем мой доктор прослушал фонендоскопом легкие, померил давление и температуру.
– Больше похоже на трещину, чем на перелом, – вынес он свой вердикт. – Но без снимка окончательно сказать нельзя. Так… – Эдвард задумался, смотря на место удара или же на грудь? – Снимок мы можем сделать только в Белом доме и нигде больше, так как заявиться даже в частную клинику – рискованное для нас дело, да и тебя светить тоже не стоит. Придётся терпеть, Изабелла, – посмотрел он мне в глаза. – Но я могу облегчить боль: я сделаю тебе новокаиновую блокаду, чтобы не возник шок. Изабелла, очень важно, несмотря на боль, кашлять или делать глубокие вдохи хотя бы раз в час. Это может помочь предотвратить пневмонию или частичный распад легочной ткани, если что-то пойдет не так. Поняла?
Я кивнула, наблюдая за очередными манипуляциями президента.
Каллен долго вкалывал новокаиновую блокаду, для пущей моей убедительности намазал мазью место ушиба и, чтобы совсем меня успокоить, приложил лед. Далее мой личный врач взялся за мое лицо. Я, кажется, застонала еще сильнее, под прикрытием ссылаясь на жар, потому что видеть в непосредственной близости губы Эдварда, чувствовать его руки на лице было чертовски сложно. Что бы он там не натворил, кого бы не убил, но выглядел он в белой майке и перчатках сладкой конфеткой, которую тот час захотелось съесть.
Но и этого Эдварду оказалось мало. Он сделал мне пару уколов в плечо, обработал место наркотического укола, вколол еще различные жидкости, дал три таблетки и вдобавок наложил швы на рассечённую бровь, а в завершении всех манипуляций поставил капельницу.
«Спасибо, хоть зад не пришлось оголять для уколов».
Спустя некоторое время я почувствовала заметное облегчение: неприятные ощущения в ребрах утихли, боль в голове испарилась, и меня перестало, наконец, тошнить. Захотелось лишь что-нибудь покушать, закрыть глаза и унестись в сонное царство.
Но многочисленные вопросы по-прежнему не давали покоя.
– Алекс… тот парень говорил о наркоте, что она развязывает язык, – вспомнила я один момент, - но по какой-то причине она не подействовала на меня.
– У тебя выработались к ней антитела. – Эдвард снял перчатки. – Думаешь, мы зря проводим в клубе Эммета процедуры с ядами и их последствиями?
Я пришла в замешательство. Наблюдая за поступками Эдварда, я никак не могла понять, кто же на самом деле находится передо мной: спаситель или убийца?
– Совсем недавно ты жизнь отнимал, а теперь оказываешь первую помощь. Что ты за человек такой? – озвучила я свои мысли вслух.
– Я говорил тебе, – Эдвард закрыл свой медицинский чемодан, – иногда приходится быть богом.
– Ты убил человека! - Я до сих пор не могла поверить в это.
– Соединенные Штаты Америки не ведут переговоры с террористами, – высокомерно посмотрел на меня президент.
– Но ты убил столько людей!
– Кто бы говорил, Свон. При побеге ты взорвала машину, чем могла навредить всему своему спальному району и проходящим мимо людям, с завязанными руками и ногами перевернула фургон, чем могла грохнуть всех нас в целом, ты сама чуть не искромсала ножом Алекса. Какие ко мне претензии?
– Но столько людей…
– Изабелла, давай проясним ситуацию немедленно, иначе ты так и не выйдешь из оцепенения. – Эдвард поправил капельницу и заглянул мне в глаза. – Представь ситуацию: если бы твоим сыновьям угрожала опасность, и ты держала бы в руках пистолет и только с его помощью можно было бы спасти детей, то как бы ты поступила? Неужели ты бы не выстрелила? Неужели не воспользовалась бы возможностью защитить свою семью?
Черт, а он прав.
– Выстрелила бы, не задумываясь.
– Вот и не думай об этом, Изабелла, всё имеет причины, а пока лежи, не вставай и не совершай резких движений.
Укрыв меня курткой, Эдвард сел в кресло напротив меня, открывая ноутбук и с деловым видом углубляясь в свои дела.
Некоторое время мы пробыли в тишине, потом перегородка открылась, и в проеме появился Эммет.
– Пей, – протянул он мне флягу. – Почувствуешь себя еще лучше.
Напитком оказался горячий крепкий настой из трав.
– Твою же мать! – попробовав, пробубнила я. – Это никакой ни алкоголь.
– А что ты хотела? – Эммет отпил из фляги.
– Странные вы люди. Вы убиваете людей, а потом пьёте настрой из трав? Интересно, для чего же? Для успокоения нервов?
– В точку, Изабелла.
Пока Эммет чистил оружие, Эдвард с парнями разработали план незаметного выезда из леса и как без последствий въехать в окрестности Форкса. К тому же по пути они несколько раз перекрасили фургон, наклеили логотипы, нанесли надписи и вдобавок сменили номера.
Если не задам вопрос о том, что меня волнует, я рискую вляпаться в новую историю.
– Почему я должна вам верить? – обратилась я к Эдварду и Эммету одновременно. – Где гарантии того, что вы не прикончите меня как… как ту шайку?
– Ты серьезно? – Эдвард отвлекся от своих дел. – То есть, по-твоему, все дело в вере?
– Хотелось бы верить, но не получается, – честно призналась я.
После недолгого разглядывания моего лица, Эдвард заговорил:
– Изабелла, скажи мне вот что. Ты вообще читала свой трудовой договор и информацию о неразглашении?
– Что? – Я не ожидала такого ответа.
– Ты внимательно прочитала трудовой договор? – повторил он свой вопрос.
– Эм-м, да, – я замялась, – разумеется, читала.
– Похоже, нет, – утвердил президент.
– В смысле?
– Если бы ты на самом деле прочитала все документы и запомнила их, то знала бы о статусе неприкосновенности всех работников Белого дома, работающих в нем первый год. Только спустя год их могут завербовать различные инстанции и службы, если, конечно, они удовлетворяют их требованиям. Такие законы придуманы специально, дабы новый человек спокойно мог оценить свои возможности и желание работать на правительство, а так же и для того, чтобы он сразу не раскрыл секретную информацию. В первые три месяца работы в Белом доме ты имела полное право отказаться от подписания договора, но продолжила работать, тем самым принимая правила. Все люди, кто приходит в Белый дом, в дальнейшем переводятся в какое-нибудь подразделение. Например, ты запросто можешь продолжать работать в пресс-центре, но при этом числиться в ФБР.
– Что? – На меня словно вылили ушат холодной воды.
– Да то, Изабелла, если услышанный тобой диалог Розали и Татьяны и впрямь оказался бы правдой, то даже в таком случае ты имела бы статус неприкосновенности целый год. И кто бы что ни навыдумывал, какую бы ересь не сотворил, по закону в первый год работы никто не имеет права и пальцем тебя тронуть. Так что у тебя оставалось еще два месяца для выяснения всей «правды», – показал он пальцами кавычки. – Трудовой договор обладает большой юридической силой. Тебя не могли тронуть даже братья Вольтури.
– Не верю.
– Не веришь? – Эдвард покосился на меня как на умалишенную, а потом взглянул своим фирменным прищуром. – Значит, не веришь? – Эдвард положил ноутбук на стол, затем сцепил пальцы в замок, корпусом наклоняясь в мою сторону и обрушивая на меня свое небывалое негодование: – Знаешь, Изабелла, прости, но, несмотря на твой ум, все-таки иногда ты показываешь просто неоспоримые чудеса тупости. Честно. Кто тебе мешал внимательно прочитать протокол о сроках разглашении информации в трудовом договоре и в уставе? В каких облаках ты летала? Джаспер миллион раз просил тебя обратить внимание именно на эти документы, но ты упорно считала, что якобы все знаешь. За все время работы в Белом доме ты приковала к себе большое внимания различных спецслужб. Ты даже не представляешь, сколько раз я отбивал тебя от посягательств Аро, потому что ему не терпелось забрать тебя к себе в команду. Да, он в некотором роде псих, но у него есть на то причины. Но команда Аро явно не для тебя: он абсолютно не терпит возражений, а ты абсолютно не умеешь подчиняться. Тем не менее, ты отлично выдержала тест Аро, это была твоя первая пытка, и ты прошла ее с блеском, не став прогибаться под его влияние. К тому же, я защищал тебя от агентов ФБР и УНБ, вовсю пускавших слюни и мечтавших о твоей персоне в их логове, так как я хотел сам лично предложить тебе пост аналитика в одной организации рядом с Эмметом. Ты великолепно показывала необходимые качества для этой работы, а именно острую наблюдательность и аналитическое мышление. Ты четко подмечала важные скрытные детали, до которых обычный человек не додумается. Наблюдательность – твоя яркая черта. Мои исследования, а так же программа, показали именно эту модель психики с особым упором на важные качества для наблюдения. Изабелла, – произнес с нажимом мое имя Каллен, – разведка – твое призвание. У тебя особый нюх на тайны и нужную информацию, ты не успокоишься, пока не выяснишь правду. Это самые настоящие качества ищейки. И всё было бы отлично, и отлично настолько, насколько ты и представить не можешь, подожди ты еще немного. Но в итоге ты отвратительно прошла тест на терпение, завалив его по полной программе, а терпение - важное качество в наблюдении. Помимо терпения, тебе всего-навсего осталось довести до совершенства контроль эмоций над разумом, так как именно они мешают тебе принимать действительно верные решения, но это мелочи, такое бывает у всех поначалу. И всё – твоя психологическая модель тогда представляла бы собой идеальное сочетание. Поверить не могу. Десять месяцев позади, оставалось всего два, каких-то два месяца тебе оставалось потерпеть, может быть, три, не суть. Но нет же, тебе нужно было все обязательно запороть и поднять на уши полицию Вашингтона и агентов ФБР, ведь тебя упорно тянуло совершить подвиг и в особенности что-то кому-то доказать. Если бы не наш сеанс психотерапии и если бы я не узнал, какое место в твоей жизни занимают дети, то никто бы не понял причину твоего побега. И если бы не одна вещь, о которой знали только я и Эммет, ты бы не осталась в живых.
Я возбудилась от его чарующего голоса. Мне захотелось наброситься на эти губы, изрекшие в мою сторону самую длинную и самую пламенную речь за все время нашего знакомства. Мне захотелось немедленно изнасиловать президента, что бы он там ни делал. Да, я хотела его сейчас, сию же секунду. Немедленно! И плевать на посторонних!
«Дура! – тут же заорало сознание на возбуждение. – Приди в себя сейчас же!»
– Почему, вашу мать, – стряхнула я наваждение, – мне нельзя было ничего рассказать?! В чем проблемы? Какого хрена я должна выполнять все ваши действия?
– Ты неисправима. – Каллен откинулся на спинку кресла. – Ещё раз, Изабелла, советую прочитать трудовой договор и все прилагающиеся к нему документы, желательно несколько раз.
– Можно было бы для начала рассказать мне об этой программе? – стояла я на своем.
– Нет, Изабелла. – Каллен беседовал со мной ровным тоном. – На программу наложен статус о неразглашении до определенного времени. Но раскрытие программы и твой переход на новый уровень информации по стечению обстоятельств попадали на одно время. В дело о твоих сокурсниках посвящено малое количество лиц. Мы поэтому и брали тебя практически во все поездки, чтобы ты находилась под нашим контролем, так как сама ты мало умеешь справляться с программой. Если бы ты умела ее контролировать, то не возникало никаких проблем.
– То есть, я проблема?
– Да нет же, Иззи, – вмешался в нашу перепалку Эммет. – Я же научился контролировать программу, и она не доставляет мне никакого дискомфорта. Просто мы, в особенности я, хотели помочь тебе контролировать ее. Мы же с тобой друзья, а друзья всегда выручают друг друга. Понимаешь, в трудовом договоре прекрасно все описано: и процедура вступления в должность, и дальнейшая вербовка. Для нас это естественно, как само собой разумеющееся. В первый год в Белом доме люди обычно наслаждаются работой, и никому в голову не приходит что-то такое выкинуть. Мы же не знали, что ты, мягко говоря, не в курсе.
Слова Эммета меня отрезвели и успокоили, возможно, потому что голос Эммета не обладал гипнотическими свойствами, как у Эдварда. И вообще я резко успокоилась, когда мне зачитали мои права, хотя они спокойно были описаны в моем договоре.
– Покажите договор! – в приказном тоне заговорила я. – Где гарантии того, что вы не лжете?
– Прочти этот документ, – протянул мне Эдвард первую попавшуюся бумагу со стола.
– Что за… – поразилась я, честно пытаясь вглядеться в текст, но все буквы буквально плыли перед глазами.
– Легкая потеря зрения – последствия нейтрализатора. Скоро пройдет, – поспешил успокоить меня Эдвард.
– Где твои дети? – неожиданно спросил Эммет.
Я хотела задрожать и обрушить свой гнев опять, но крепкий настой трав вместе с лекарствами дали мне эффект спокойствия.
– Для чего тебе знать, где находятся мои дети?
– Перестань, Иззи, мы не собираемся ничего делать с твоими детьми, нужно их забрать и все вместе полетим в Вашингтон.
– Дальше с ней разговаривать будешь ты, только твои слова она понимает, – то ли пошутил, то ли на полном серьезе сказал президент.
Я назвала адрес своего временного прибежища, ожидая, что Эдвард и Эммет просто заберут моих спящих сыновей, но они почему-то решили наведаться в дом той самой женщины. Проверив ее по своим базам, они сообщили о ее надежности и вообще захотели побеседовать с ней лично, они даже предупредили о своем визите по телефону. Более того, они решили, что эта женщина – их настоящая спасительница, и из-за нехватки времени в ее доме можно поработать несколько часов.
Эммет попросил одного из ребят сходить в круглосуточный супермаркет за продуктами, чтобы не идти к женщине с пустыми руками, а также приобрести для меня и сыновей новую одежду. Мне выходить строго-настрого запретили. Пока Генри, так, кажется, звали молодого парня, покупал нужные вещи и продукты, Эдвард и Эммет не на шутку заработались: бумаги с папками летели во все стороны, счет кофейным напиткам приближался к бесконечности, Эммет не мог оторваться от компьютера и факса, Эдвард «висел» на телефоне со своим институтом, решая накопившиеся вопросы, вдобавок Джаспер закидал президента новыми проблемами, отчего Эммет чуть не уничтожил факс. Все это время другой молодой человек Эрик делал интересные напитки президенту и его заместителю, состоящие из фруктов, овощей, соков с невероятным количеством зелени.
Видимо, это энергетические или витаминные коктейли, или и то, и другое.
И все эти продукты хранятся здесь?
Я тоже захотела попробовать какой-нибудь коктейль, и мне подали интересного сочетания напиток из манго и сельдерея с лимонным соком и обезжиренным йогуртом.
Проехав по кругу Форкс туда-обратно, перекрасив фургон еще несколько раз и столько же сменив номера машины, мы, наконец, заехали в очередной лес и только через него направились к дому той самой женщины. Видимо, она сообщила им о запасном выходе.
«А они лихо умеют заметать следы».
– Утро доброе, – произнес Эдвард, входя в дом, – простите за ранее вторжение.
– Пожалуйста, проходите, меня зовут Филари Киллинг, – улыбнулась она, ничуть не удивляясь визиту президента и его заместителя.
– Приятно познакомиться, – поздоровался с ней Эммет.
– Спутниковый телефон находится в подвале, у меня есть два ноутбука для слежки и несколько устройств, которые могут вас заинтересовать. Так же есть еще один запасной выход и прорытый туннель в лес на случай экстренной эвакуации.
– Благодарю. – Эдвард выслушал ее рассказ как само собой разумеющееся.
– Здравствуй, милая. Ну как, скажешь свое имя? – улыбчиво обратилась она ко мне.
– Изабелла Свон, – сухо ответила я, желая как можно скорее увидеть сыновей.
– Какое красивое имя!
Под взгляд Эдварда я вынула из бюстгальтера сотовый телефон и отдала миссис Киллинг.
– Большое спасибо. Вы не представляете, как вы мне помогли.
Я взяла пакеты со своими вещами и направилась в комнату к сыновьям.
– Давайте мы приготовим вам завтрак, – услышала я голос Эммета на кухне.
Мои сыновья спали спокойно. Конечно, для них эта ночь ничем примечательным не запомнилась, они даже и не представляют, в какую историю с президентом попала их нерадивая мамаша.
Новыми вещами оказались простые черные брюки, два бежевых свитера и простые ботинки. Генри даже не постеснялся выбрать мне простое нижнее белье, правда, на размер больше. К тому же в новых одеждах я нашла упаковку клубничных конфет. Как мило. Приняв спасительный душ и переодевшись в новую одежду, я отправилась на кухню за горячим чаем и едой.
Но на кухни миссис Киллинг стоял настоящий ажиотаж: Эдвард, надев свежую рубашку и галстук, вел сразу четыре конференции с какими-то людьми, Эммет общался по спутниковому телефону, передавал странного рода информацию, факс и принтер хозяйки, видимо, давно не знали такой бешеной работы, бумаг на столе лежало столько, что я засомневалась, можно ли в них когда-нибудь разобраться.
В такой суматохе я почувствовала себя лишней.
Незаметно, чтобы не попасть на камеры ноутбуков, я сделала себе чай, схватила любимые Эмметом гамбургер и картошку и просто выбежала из кухни, желая найти комнату, где бы меня никто не нашел.
В конце коридора я нашла такую комнату и, быстро перекусив, улеглась на зеленый диван, наслаждаясь спасительным одиночеством.
– Что теперь делать? – спросила я потолок. – Как жить дальше? Как правильно интерпретировать полученную информацию? И нужно ли ее вообще понимать?
Но потолок не ответил.
Я уснула.

***

Меня разбудил радостный детский визг.
Я резко поднялась и почувствовала острую боль в ребрах. Черт. Не следовала так спешить с подъемом. Кое-как усевшись на диван, в окно я увидела играющих в снежки детей и Эммета, и на сердце моментально отлегло. Все в порядке.
Настенные часы показывали три часа дня. Желание возвращаться в Вашингтон абсолютно не возникло, более того, мне захотелось остаться здесь в Форксе на некоторое время.
В комнату постучали, а затем в проеме появился сам президент со знакомым чемоданом.
– Изабелла, тебе нужно лежать, и пора намазать место удара, – протянул он мне мазь. – Сама намажешь или помочь?
Вот что я должна ответить, когда он стоит вблизи меня и с невинным выражением лица протягивает мне лекарство?
– Спасибо. – Я взяла из его рук тюбик и легла на диван.
Я думала, он выйдет, чтобы я спокойно намазала себе больное место, но Эдвард пододвинул стул ко мне и открыл свой чемодан.
– Мне нужно ввести следующее лекарство.
– Зачем?
– Такова схема выведения наркотика.
Я закрыла глаза рукой, чтобы Каллен не заметил моих эмоций, и протянула ему руку.
Я по-прежнему не ощущала иглу в коже и поражалась, как Каллен умеет безболезненно делать уколы. А если попросить его сделать мне укол в мягкое место, будет так же приятно?
«Белла, заткнись».
Но, обработав место укола, Эдвард не ушел.
Он поставил стул ближе к окну и, присев, посмотрел на меня деловым взглядом.
– Нужно прояснить один момент. – Эдвард положил на стол два устройства и нажал на кнопки. Интересные предметы замигали красными огнями.
– Что это за телефоны? – поинтересовалась я.
– Не этот момент нужно прояснить. Но если тебе интересно, этот прибор – блокатор частоты наших с тобой голосов. Наш разговор не смогут услышать.
– И зачем такая предосторожность?
– Так нужно.
– И о чем же мы собираемся говорить? О засекреченной информации?
– Возможно.
– О моем побеге?
– И о нем тоже.
– И как давно при тебе такие устройства?
– Постоянно.
– И что же тебя волнует?
– Я рад, что ты, наконец, поинтересовалась, Изабелла. Но обо всем по порядку. В первую очередь, я хотел поговорить о твоих детях и твоей реакции на них, а именно о том, из-за чего в тебе начинает работать программа.
– Ой, только не начинайте опять про этого червяка в голове. – Я взялась за лоб, думая о предстоящей головной боли, но ее почему-то не было.
– Придется, Изабелла. Твоя гиперопека над детьми и в особенности переживания за них создают трудности с твоей психикой. Я понимаю, ты мать, в тебе бушует материнский инстинкт, но тебе нужно понять одну вещь: твои дети вырастут и не будут в тебе нуждаться, не нужно так слишком часто думать о них.
– Ты будешь меня учить, как воспитывать детей? – встрепенулась я.
– Нет. – Каллен с расслабленным лицом посмотрел на меня. – Я не сомневаюсь, воспитаешь ты их отлично. Дело в другом: научись контролировать свои переживания за детей, не давай переживаниям за детей взять над тобой власть.
– Это почему же?
– Твое кодовое слово «дети», оно и активирует программу.
– Ты узнал о нем на сеансе? – догадалась я.
– Верно. Как только ты начинаешь нервничать, твое внимание автоматически направляется к беспокойству за детей, а поскольку ты начинаешь думать о них, то именно на это слово и включается программа. Научись контролировать этот вектор психики. Никто не говорит, что ты ужасная мать, никто тебя ни в чем не обвиняет. Я тебя как доктор прошу, для твоей же безопасности, просто возьми под контроль этот момент. Такова твоя психика, и от нее никуда не деться. Вот что я хотел тебе сказать.
– И как же мне это сделать?
– Все те же упражнения на расслабление и концентрацию ума. За один раз, как ты понимаешь, их не освоить. Но тебе придётся их осваивать, Изабелла, иначе приступы никуда не денутся. Если ты их освоишь, в тебе появится и терпение. На данный момент в большей степени тобой руководят эмоции и женские инстинкты. Ты обладаешь превосходным умом, да, но эти три составляющие не находятся во взаимном балансе. Как бы прекрасен не был твой ум, но верх над ним берут эмоции. Пускай разница хоть и в одно очко, но она есть. Тебе никто не запрещает думать или перестать испытывать эмоции. Просто нужно создать баланс всех этих составляющих, и тогда не будет происходить то, что произошло, – твой якобы побег.
Он произнес такие четкие слова и выражения, что я не смогла возразить ему ни в чем.
Под наш разговор в комнату зашел Эммет и присел на стул рядом с Эдвардом.
– Попробую, – к своему удивлению, согласилась я с президентом. – Так как вы поняли, что я сбежала? Мне казалось, я замела следы.
– Во-первых, Изабелла. – Каллен так добродушно улыбнулся, что во мне еще с большей силой проснулось желание. – Если ты задумала какой-нибудь план, шаг, побег, и если не хочешь, чтобы о нем кто-нибудь узнал, то выбери одну линию поведения и следуй ей. Твое изменившееся настроение – первая зацепка.
– Я бы сказал, ты спалилась со своим настроением по всем пунктам. – Эммет засмеялся, но, увидев мой злой взгляд, перестал улыбаться. – Его заметили абсолютно все. К тому же, когда ты о чем-то сильно думаешь, у тебя появляется складка на лбу.
– Ты поэтому такой спокойный и улыбчивый, а ты весельчак, потому что такое поведение выбрано специально? – обратилась я к ним обоим, на что оба одобрительно кивнули головой, подтверждая мою догадку.
– Во-вторых, – продолжал Эдвард, – ты оставила телефоны, а вышедший из дома человек всегда берет их, ты не украсила дом к Рождеству и наготовила совсем не ту еду, которую обычно употребляешь. Ты не учла все камеры наблюдения в своем районе, по ним легко можно посмотреть, выходила ты из дома в день взрыва или нет.
– Ясно, – кивнула я, понимая свои неверные действия. – Что ж, теперь буду знать свои ошибки.
– Признавать ошибки дорогого стоит. – Эдвард будто ждал следующего вопроса.
– Кто-нибудь знает о вашей тайной деятельности?
– Знают, – уверил меня Эдвард. – Можешь не сомневаться.
Я впала в недоумение: сейчас, находясь в чужом доме, далеко от Вашингтона, Эдвард с Эмметом спокойно отвечали на мои вопросы.
Я решила не мешкать и ловить момент:
– И о чем же все-таки разговаривали Розали с Татьяной?
– Об игре, – ответил Эммет самым обычным тоном.
– Игре? – Мои брови поползли наверх.
– Да, Иззи. Эта наша игра. Ее разработала моя жена, она обожает играть в военные игры. Гены берут свое. Военные игры бывают не только на выживание в естественных условиях, но и интеллектуальные. Это наша любимая интеллектуальная игра в разведку. И ты услышала лишь часть разговора: девушки хотели взять тебя к себе в команду и поупражняться в умении находить ложную информацию. Они давно искали себе третьего человека для достижения наилучшего результата. Ты как раз услышала именно тот самый взброс ложной информации.
– Я понимаю, что сработала программа и инстинкт самосохранения, и ты побоялась за своих детей, – не сводил с меня взгляд Эдвард. – Но можно было начать хоть какое-то расследование и не взрывать машину, напугав половину города.
– Я даже не знаю, как реагировать и что все это значит. – Мне вовсе не хотелось с этим разбираться, причуды президентского окружения до сих пор не укладывались в голове. Я решила не тянуть и задала следующий вопрос: – Эдвард, ты говорил, что Таня беременна не от тебя. Э-э… Это как?
– Я сказал это специально, чтобы ты успокоилась и не орала на весь лес.
Я с прищуром посмотрела в глаза Эдварда.
– Не верю.
– А что тут верить, - развел руками Эммет, – либо да, либо нет.
Возникло очень неловкое молчание. Я смотрела в глаза Эдварду, потом перевела взгляд на Эммета, потом вновь на президента и выразила первую свою догадку:
– Очередной ложный вброс информации, чтобы я догадалась сама?
Эдвард склонил голову на бок и загадочно произнес:
– Может быть.
– Миссис Киллинг сказала о своей работе в разведке, получается, и вы тоже в ней работали?
– Изабелла, – опять Эдвард посмотрел на меня как на тупицу, – ты вновь забываешься, не проанализировав ситуацию до конца: я занимаю должность президента, со мной связаны абсолютно все подразделения.
– Понятно, – закивала я головой, а мысленно стукнула себя по лбу: я действительно тупица. – И что же такое УНБ? – припомнила я в тираде Эдварда неизвестные мне буквы.
– Управление национальной безопасности, – ответил Эммет.
– Никогда о нем не слышала, – честно призналась я.
– О нем редко кто знает, Иззи.
– И кстати, Изабелла, – Эдвард посмотрел на мои волосы, – быть блондинкой тебе абсолютно не идет. Тебя нужно перекрасить обратно в брюнетку, причем до приезда в Белый дом. И этот неестественный загар… – Эдвард еле сдерживал смех. – Такого еще не было, честно, твой ход оригинален.
Мой очередной возмущенный ответ вместе с праведным гневом прервал звук телефона.
– Аро вызывал. – Эммет показал сообщение Эдварду.
– Нужно придумать отвлекающий маневр, иначе он не успокоится. – Эдвард задумался, разглядывая окно, а потом повернулся ко мне: – Изабелла, – с твердостью произнес он мое имя, – ты не совершала никакого побега. Ты и Эммет отрабатывали слежку в реальных условиях и возможность сброса хвоста. Да, немногое у тебя получилось, но нужно же с чего-то начинать. Аро тебя похвалит и не станет приставать насчет подрыва машины. Он любит такие концерты. К слову, Изабелла, – к моему удивлению, Каллен улыбнулся глазами, – сбежала ты от нас более чем красиво. За свою попытку и смелость ты получаешь от меня все пять баллов.
Сказать, что я пришла в очередной шок, значит ничего не сказать.
– Я не могу поверить, – схватилась я за лоб, – вы ответили на все заданные мной вопросы! Как же ваше соглашение о неразглашении информации?
– У тебя либо точно амнезия, либо ты действительно не читала трудовой договор. – Эдвард вздохнул. – Изабелла, открой двести третью страницу трудового договора, пункт пятый. Его содержание следующее: секретная информация может быть разглашена раньше положенных сроков в нескольких случаях, одним из которых является угрожающее жизни состояние и если это самое разглашение пойдет на пользу делу. Поэтому мы и отвечаем на твои вопросы, Изабелла. Есть ли еще какие-нибудь интересные темы для обсуждения?
Вот дерьмо.
За последнее время у меня возникло огромное количество вопросов, ответы на которые я так жаждала найти, так стремилась, но именно в самый важный момент они все испарились. Эй, вопросы! Вы где? Куда вы пропали?! Перед нами сидит сам президент и просит задать ему вопросы о секретной информации!
А чтоб вас всех вместе взятых!
– Кто вы такие? – В моих мыслях все-таки возник один момент.
– Некорректный вопрос, Изабелла, – ответил Эдвард, все ожидая моих вопросов.
– И с чем же ваша деятельность связана?
– У тебя нет доступа к информации, – ответил Эммет, не отрываясь от своего телефона.
– Как это?
– У тебя точно проблемы с памятью. Ладно, спишем на амнезию и стресс. – Эдвард потер лоб. – Ты находишься на третьем уровне доступа информации. Засекреченная информация начинается с пятнадцатого. – Эдвард поднялся со стула, забирая свои непонятные устройства. – Нам нужно собираться.
– Куда? В клетку под названием Белый дом? Я лучше здесь останусь.
– Неужели? – Эдвард вопросительно посмотрел на меня. – Тогда в скором времени жди визита Аро. Он тебя в живых не оставит.
- С чего вдруг? Что я ему сделала?! – негодовала я.
– Изабелла, – Каллен задержался в дверях, – пойми простую вещь. Ты оказалась в сфере, где проблемы не решают одними красивыми глазами. Просто доверься опыту людей, которые в ней работают не одно десятилетие. Если опять возьмешься принимать все на веру, то вспомни, как поступили с твоей университетской группой.
Я не могла просто так оставить последнее слово за ним, нужно было что-то срочно придумать. Решение появилось моментально.
– Я поеду с вами, но при одном условии: прежде я хочу зайти в свой старый дом!
– Час. Не больше, – спокойно произнес президент и неслышно прикрыл дверь.
– Почему он такой? – спросила я Эммета.
От всей ситуации мне захотелось расплакаться.
– На все есть причины, Иззи, и одна из них – работа. Мы и так сильно выбились из графика.
– Точно. Я опять проявляю чудеса тупости. – В ответ на мои слова Эммет улыбнулся. – Мне… мне, видимо, стоило вас поблагодарить, а не орать на весь лес.
– Благодарить нужно его. Без его помощи я бы точно не справился, Иззи.
Несколько минут мы просидели с Эмметом в полной тишине, пока друг рассматривал на планшете очередной документ. Я терпеливо ждала, когда Эммет отложит гаджет, и задала еще один вопрос:
– Почему вы такие заботливые?
Эммет не стал придумывать непонятные отмазки, а сразу ответил:
– Потому что команда для Эдварда очень многое значит, и друзья в особенности, он будет стоять за них горой.
«Просто так друг за друга горой стоять не станут».
Меня осенило.
– У вас что-то произошло? Вас связывает общее прошлое? – Я с мольбой посмотрела на друга, наивно надеясь на его рассказ.
Но Эммет остался непреклонен:
– Закрытая информация, Иззи.

***

Soundtrack: Benefit - Sex Sells

Даже самый обычный поход в мой старый дом не мог обойтись без сопровождения президента и его заместителя: Эдвард с Эмметом выразили желание взглянуть на мое бывшее жилище. Они попросили открыть вход с заднего двора, чтобы не светиться перед соседями. Собственно, порекомендовали сделать такой же ход и мне.
Я не с первого раза открыла дверь. Пришлось постараться, чтобы замочная скважина поддалась. Едва я успела открыть дверь, как в нос ударила сырость, а на лице и волосах моментально очутилась паутина. Стряхнув с себя всю гадость, я на секунду замерла, готовясь встретиться с болезненными воспоминаниями о родителях. Точнее, сами воспоминания были приятные. Но почему-то мое счастливое детство причиняло мне боль – из-за отсутствия в моем настоящем родителей. Собрав волю в кулак, я прошла по коридору и очутилась в гостиной: диван и кресла укрывали белые простыни, на стенах осыпалась штукатурка, я хотела зажечь свет, но Эдвард остановил, напомнив, с кем я сюда пришла.
«Кажется, он ни на секунду не забывает, что не нужно оставлять следов».
А, как я успела уже понять, заметать следы он умеет мастерски.
Солнце осветило старую кухню, и я вспомнила, как здесь мама учила меня кулинарным основам, как старалась приготовить для отца свою первую лазанью. Я так спешила попасть в свой старый дом, но совсем не ожидала, что от воспоминаний меня накроет истерика. Если бы родители знали, где я работаю, кем я стала, если бы они увидели своих внуков…
Будучи не в силах здесь находиться, я поднялась на второй этаж и зашла в свою маленькую комнату. Все здесь осталось на своих местах, даже висела старая пыльная гирлянда и выцветшие детские рисунке на стене.
Зачем я сюда пришла? Зачем я здесь оказалось и что хочу найти?
– Твоя комната? – в проеме появился Эдвард.
– Да.
Родители бы точно пришли в шок, увидев самого президента в моей спальне.
Эдвард подошел к окну, оглянул местность и развернулся ко мне, строго на меня взглянув.
– Ты не зря хотела зайти в свой старый дом. Тебя сюда привело твое подсознание. У тебя есть потрясающая возможность излечить свое прошлое.
– Какое прошлое? Ты о чем? – совсем не поняла я Эдварда.
– Твой сеанс психотерапии показал болезненные воспоминания о семье. И вот ты здесь, где все эти воспоминания зародились. На мой взгляд, отличная возможность их исцелить, чтобы они тебя в дальнейшем не мучали.
Странно, но в этот момент мне не захотелось начинать никаких словесных перепалок с президентом, мне захотелось последовать его совету. Он действительно сказал нужные слова, вытаскивая наружу все то, что я так долго прятала в себе.
– И как же я смогу излечить воспоминания?
– Я рад, что ты сразу, а не с бесконечными уговорами, приняла мой совет, – мило улыбнулся мой личный психолог. – Как ты исцелишь прошлое, зависит от твоей силы воли. На словах всегда все выглядит просто, но как ты поведешь себя, естественно, зависит от тебя самой. Я понимаю, это больно…
– Да что ты знаешь о боли? – перебила я Эдварда, но тут же пожалела о своих словах, наткнувшись на самый странный из всех взглядов Каллена: своими глазами он меня буквально пристыдил. – Гм… то есть, – я прочистила горло, кашлянув, – я хотела сказать, какой вы понимающий мужчина.
– Для меня это очевидно. – Взгляд президента чуть смягчился. – Люди читаются как открытые книги.
Я не хотела быть открытой книгой для него, поэтому старалась оставить последнее слово за собой:
– Но лишь прочесть книгу недостаточно, нужно ее осознать и разобраться в ней. Буквы – это как лица. Если не вникать в суть, то так и можно остаться всего лишь зрителем.
– Верно, Изабелла. Но у меня такая натура – вникать в суть. Суть всего. Поэтому, возвращаясь к твоим воспоминаниям, суть решения всех проблем всегда сводится к одному: взгляни на воспоминания с положительной стороны, вынеси урок и извлеки опыт. Твои родители были счастливы, когда ты у них родилась, они были бы рады, что вырастили красивую и умную дочь. Да, они не увидели внуков, не видят тебя сейчас. Но тебе же нужно жить дальше, не зацикливай на этом внимание. Отпусти их. Отпусти свою прошлую семью, иначе ты не создашь новую.
Ох, как же я люблю его ум, как же я обожаю его мысли, его слова. Умный мужчина – моя страсть, а если умный мужчина – еще и красавец, следит за собой и вдобавок бесподобный любовник…
Находясь в когда-то своей комнате наедине с президентом, я почувствовала, что воздух внезапно стал тяжелым. Густым, тягучим. Стало очень трудно дышать. Я почувствовала знакомое напряжение, но в этот раз сильнее, чем прежде. Я смотрела на Эдварда и не могла отвести от него взгляд, ловя каждое его слово, любое его движение.
Несколько минут мы простояли в полной тишине, смотря друг другу в глаза. Возможно, никто из нас не хотел отводить взгляд первым.
Тишину первой нарушила я, не в силах больше терпеть этот напряг.
– Как ты меня нашел? – решила я попытать удачу.
Эдвард склонил голову вбок.
– Это имеет значение?
– Да. Я хочу узнать.
– Не вижу ни одной причины рассказать об этом, – совершенно спокойно ответил он.
– Моего интереса разве недостаточно?
– Нет, Изабелла. Назови весомую причину, по которой я тебе должен открыть важную информацию.
– Мне любопытно.
– «Мне интересно», «мне любопытно», «я хочу», – перечислил он мои ответы, делая шаг ко мне, – это не ответы, Изабелла. – Эдвард сделал еще один шаг.
– Почему ты не хочешь раскрыть мне информацию?
Эдвард уже целенаправленно двинулся в мою сторону, он выглядел как хищник, готовый совершить последний прыжок для захвата добычи.
Я вжалась в тумбу. О, нет. Только не здесь.
Мой взгляд забегал по комнате в поиске какого-нибудь предмета, чтобы, если он повалит меня на кровать, я смогла ударить его стоящей на тумбочке люстрой. Надеюсь, она не обратится в прах.
«В смысле, ударить его люстрой? Ты планировала изнасилование президента».
Эдвард опасно близко подошел ко мне, не разрывая зрительного контакта. Стоя перед ним в обычной обуви без каблуков, я с трудом доставала ему до плеча. Наклонившись, он поставил руки на тумбочку по обе стороны от меня, продолжая буравить меня взглядом.
– Почему ты решила, что я обязан тебе раскрыть информацию? Какова истинная причина твоих намерений, Свон?
О-ох… Какая же волна возбуждения прошла по мне от его аромата. Я и не знала, что так можно соскучиться по мужскому запаху.
– Мне кажется, я имею право знать, – совладала я сама с собой.
– Да что ты? – сразу одернул он меня. – Мне так не кажется.
– Это какая-то проблема – рассказать свой план? – Я не отводила взгляда от президента, стараясь выстоять в очередном с ним бою. – Эта ситуация относится ко мне. Я должна узнать, – пыталась я стоять на своем, хотя это было невыносимо сложно из-за внезапной близости президента.
– Пока не определишься для себя, зачем тебе нужна эта информация, я не отвечу на твой вопрос. Покажи мне свой мотив, дай мне весомый повод. У тебя есть только стремление узнать правду, а какая конечная цель скрывается за узнаванием этой самой правды? Какая цель? – Голос Эдварда перешел на шепот: – Должна существовать серьезная причина, по которой ты решилась заглянуть мне в душу, Свон.
А вот для этого ответа мне ничего не пришло на ум. Здесь я не могла ему ответить ни одного слова, действительно оправдывающего мое любопытство. Эдвард, вновь высокомерно улыбнувшись, отстранился от меня и направился к дверям. Но я не хотела, чтобы этот разговор закончился так.
Судорожно перебирая все варианты, я решила ответить первое, что пришло в голову:
– Эдвард, подожди.
– Да, Изабелла. – Эдвард развернулся в проеме. – Нашла причину, по которой можно заглянуть мне в душу?
– Да. – Я твердо посмотрела ему в глаза. – По той же самой причине, по которой ты когда-то заглянул в мою.
Я думала, что сделала его, но нет.
– Логика в твоем ответе есть, но лишь отчасти, – надменно улыбнулся президент. Когда-нибудь я дам ему за это в глаз – за эту надменную улыбку. – Вся разница в том, что ты сама попросила меня заглянуть в свою душу. Сама. Я же в этом не нуждаюсь.
Эдвард вновь хотел уйти, но и здесь я его остановила:
– Вы уверены? Вы уверены, мистер президент, что вам не нужна исповедь? – попыталась я бросить президенту очередной вызов.
– Уверен, Изабелла.
В такой ситуации я оказалась первый раз: никто мне никогда не отказывал в ответе на мой вопрос. Что же происходит?
Но Эдвард, будто читая мои мысли, сам остановился у двери и развернулся ко мне.
– Мне нравится твой характер, Изабелла, мне нравится, как ты бросаешь вызов, и в особенности твой стимул выйти победителем в любой ситуации, – произнес он почти любовным голосом. – Пускай это будут всего лишь маленькие вызовы, но твой буйный характер завораживает. Сама по себе буйная женщина – это нечто, абсолютно не знаешь, чего ожидать. Это как адреналин, – голос Эдварда излучал чистое удовольствие. – Адреналин, в который хочется погрузиться, а адреналин, как ты знаешь, я обожаю, а если этот адреналин приправлен агрессивной красотой… – глаза Эдварда сверкнули азартом. – Честно говоря, в жизни для достижения самых обычных целей твои качества играют на руку. Но только не в моем деле. На твоем месте я бы спокойно согласился с текущим положением дел, а потом провел бы анализ, поговорил сам с собой и ответил самому себе: зачем мне эта информация, и сто процентов получил бы ответ. Но, – Эдвард снова двинулся в мою сторону, – поразмыслив, я решил, что конкретно в этой ситуации ты все же права. Я обязан тебе рассказать.
Завороженная в который раз его словами, я наблюдала за действиями президента: медленно, совершенно не торопясь, он подошел ко мне и взял мою левую руку, откидывая рукав свитера. Я не ожидала его прикосновений и чуть дернулась, но Эдвард крепко держал меня за запястье.
– Что у тебя с рукой? – Он увидел мою повязку.
– Ничего.
Без предупреждения он развязал повязку и взял мою ладонь в свою, разглядывая новую татуировку.
– Двое становятся единым? – Эдвард провел пальцем по новой надписи, посылая нереальные и приятные импульсы по всему телу. Всего лишь простой жест, простое поглаживание руки – и я уже возбужденная смотрю на него.
Вот тебе и ситуация: я же совсем недавно прощалась с ним, а теперь он гладит мою руку, что-то хочет сказать, а я туплю и уношусь в облака.
– Браслет, – услышала я его голос.
– Что?
– Твой браслет.
– Ты хочешь его забрать?
– Да нет же, Изабелла. – Эдвард продолжал медленно гладить мою руку, а я не могла налюбоваться этим зрелищем: господи, моя новая татуировка так красиво гармонировала с подарком президента и его пальцами. Те самые пальцы застегнули невероятную по красоте застежку браслета, и именно из-за этого человека, стоящего сейчас передо мной, я сделала себе новую татуировку.
«Подождите… Он что-то говорит…»
– Все дело в браслете: в него встроен датчик слежения. Если бы не он, я бы не смог тебя найти.
– Датчик слежения? – Я почувствовала, как начинаю закипать.
– Снова будешь обрушивать на меня свой праведный гнев, Свон? Но спроси себя, если бы не он, что бы случилось с тобой?
– Меня бы убили, - признала я его правоту, а потом опомнилась: – Ты имеешь разрешение на такие манипуляции? И кто его изготовил? Не ты ли сам? Об этом же никто не знает, ты сам сказал.
В глазах Каллен появился огонек одобрения.
– Ты бы замечательно устраивала допросы, Изабелла, наберись хоть немного терпения.
– Что? – вновь не понимала я его слова.
– Должен признаться еще кое в чем, – проигнорировал он мой вопрос. – Мы с Эмметом видели, как тебя схватили преступники. Такой ход я придумал специально, мы использовали тебя как наживку. Но благодаря тебе мы, наконец, их поймали. Благодарю, Изабелла. – Каллен медленно поднес мою руку к своим губам, не разрывая зрительного контакта. – После успешной операции джентльмены пожимают друг другу руки, но сейчас передо мной стоит женщина, так что я поступлю иначе. – Каллен поцеловал мои пальцы. – Ты даже не представляешь, как помогла нам, – голос опять перешел на шепот, – мне, Изабелла. Это дорогого стоит. Я тебе очень признателен.
Меня не смутили его слова об использовании меня в качестве наживки. Смотря в его летние глаза и слушая, как его невероятный голос распыляется в благодарности, я чуть не кончила. О, господи, да что же это такое! Сколько можно меня соблазнять!
«Ты уверена, что тебя соблазняют? Может, это очередная проверка?»
Но Каллену, кажется, истязать меня доставляло особое удовольствие, и он продолжил дальше раздавать благодарности:
– Я никогда не забываю людей, оказавших мне помощь, пускай и ненамеренно. Ты не просто не предала нашу команду, ты в первую очередь не предала себя. Ты осталась верна себе. Твое актерское мастерство, когда тебе ввели наркотики, выглядело превосходно. Но тот момент, когда ты послала к черту Алекса на его предложение сотрудничать с ним и в дальнейшем сама разрулила всю ситуацию, оказался апогеем. Я просто не мог налюбоваться на эту картину. Ты не осталась ни на чьей стороне. Ты осталась на своей. Ты предпочла получить пулю в лоб, чем изменить самой себе. Это твоя изюминка, Изабелла. И сейчас я вкушаю ее как послевкусие от прекрасной еды, секса, вина, это что-то невероятное. Низкий поклон, Изабелла. – Каллен вновь поцеловал мою руку, а я изо всех сил старалась сдержать себя, но президент не унимался: – Даже с этой чертовой программой в голове ты вела себя потрясающе, даже со связанными руками и ногами. Хотя ты себе и представить не можешь, какие люди тебя поймали. - Каллен опустил взгляд на мою правую руку, готовую вот-вот разломать эту несчастную тумбу от переполняющего меня возбуждения, и нежно улыбнулся. Он наслаждался произведенным эффектом от своей пытки. Он абсолютно точно умел пытать своим обаянием и выдержкой, в этом я не сомневалась.
И пока я с успехом держалась, думая о достойном ответе на его слова.
Мне казалось, что между нами происходит что-то странное в этом доме, будто завязывается прошлое, настоящее и будущее одновременно. И Эдвард оказался моим связующим, искусно творя мое будущее. Быть может, и наше.
«Совместное будущее? Ты наивна, Изабелла. Глупо надеяться, что ты ему интересна. Его волнуют совершенно другие вещи. Например, адреналин и тайные операции».
Но следующими словами президент добил меня окончательно:
– Я получал колоссальное удовольствие, находясь рядом с тобой на операции. Это нечто. Твоя психологическая устойчивость вызывает настоящее наслаждение. Таких людей я встречал от силы пару раз в жизни. В итоге же у тебя получился непревзойдённый результат, просто нереальный. Это действительно адреналин. Ты вызываешь адреналин, Изабелла. Настоящий экстаз.
На мне только что применили мастер-класс Каллена «Как заставить девушку кончить, не прикасаясь к ней».
Я опустила голову вниз и закрыла глаза, поддаваясь бедрами вперед, чтобы снять напряжение между ног, до крови зажимая губу от стонов.
Ох, господи, чтоб тебя, Каллен, несколько раз! И еще столько же!
– Мистер президент, это можно считать признанием в любви? – Я сглотнула, сохраняя последние крупицы разума, чтобы не разнести к черту всю мебель и этот дом. Сама себе поражаюсь, как я могу думать о сексе с ним, но при этом сохранять способность мыслить.
Каллен вздохнул.
– Забавная ты, Изабелла, очень забавная, – слегка улыбнулся президент. – Если мне нравится человек, неважно, мужчина это или женщина, то почему я не могу выразить свое восхищение им?
И когда мы стали с ним думать одинаково?
– И почему ты решил открыть свою тайну? – Надо же, я еще сохраняю какие-то остатки реальности.
– Все просто. Помимо тех двух случаях, при которых следует раскрыть информацию, существует еще один: ты стала его свидетелем. – Каллен смотрел на меня своими невероятными глазами. – И чтобы ты знала наверняка, есть еще один момент, Изабелла. Белла, – нежно произнес он мое имя, – я владею техниками нейролингвистического программирования в совершенстве, в особенности техникой манипуляции. И сейчас я к тебе ее не применяю. Абсолютно. Ни одного манипуляционного или подавляющего движения. Так ответь мне на один вопрос, Белла: почему же ты стоишь последние десять минут в полном оцепенении? – Эдвард, наконец, прекратил говорить, пока я осознавала его слова.
Засранец! Каллен выглядел довольным собой, так как наверняка знал, какой эффект произвели на меня его слова, и сейчас просто издевался надо мной.
– Изабелла? – Каллен потряс меня, выводя из раздумий. – Ты так и не будешь отвечать на мой вопрос?
У меня будто открылось второе дыхание, я уже понимала, что сделаю его именно на этом моменте.
– Я знаю ответ на твой вопрос, Каллен. – Я соблазнительно ему улыбнулась, выдергивая свою руку из-под его губ. – Но я тебе не отвечу. – Я, так же как и он, надменно улыбнулась. – Зато ты будешь знать, какого это, когда не получаешь ответа на мучивший тебя вопрос.
Каллен дерзко и ослепительно улыбнулся и затем прошептал такое слово, от которого мои ноги со скоростью света ринулись к выходу, иначе бы моя старая кровать стала свидетелем изнасилования президента:
– Умница.


Огромная благодарность Катерине Lega за скорую редакцию.

ФОРУМ


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/41-8214-1
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: freeiz (17.10.2018) | Автор: freeiz
Просмотров: 2278 | Комментарии: 26


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 26
0
26 Ice_Angel   (31.10.2018 19:33)
Тяжело понять Эдварда, то манипулирует, то нет... То применяет свои "чары", то нет... Поди разберись.

+2
25 Helen77   (24.10.2018 09:23)
Спасибо большое.

+2
24 робокашка   (20.10.2018 09:08)
Белла думает и реагирует как истая женщина biggrin наверное, этим Эдвард и восхищается, хотя бормочет о деловых и наработанных качествах

+2
21 kiss3478   (19.10.2018 16:55)
Спасибо большое

+2
19 Katerinka0718   (18.10.2018 20:00)
Укротили строптивую Беллу, а то все бушевала:) что-то уже разъясняется потихоньку) спасибо, девочки, за главу!)

+1
20 freeiz   (18.10.2018 20:06)
Сейчас еще лечить начнут и успокаивать biggrin

+2
17 кирюша5142   (18.10.2018 16:26)
Спасибо за главу!!!! Спасибо за редактуру!!!
Отлично, что все остались живы и здоровы. Над терпением Изабелле действительно еще работать и работать. Возможно в процессе она еще накосячит не раз. И уж не знаю, удастся ли из нее сделать полноценного агента, так как на данный момент уж очень сильно в ней женское начало. При всех ее неимоверных аналитических способностях и природной наблюдательности, она постоянно думает о семье, детях, любимом мужчине. Вот и задаюсь вопросом, а надо ли из нее агента делать??? Может, соответственно когда придет время для разглашения, научить ее справляться с программой, подписать еще одно, более строгое соглашение о неразглашении и отпустить? Пока не представляю, что сможет ее заставить забыть о детях и женском счастье. Она слишком женщина во всем.

+1
18 freeiz   (18.10.2018 16:37)
она постоянно думает о семье, детях, любимом мужчине.
Эдвард, кстати, тоже biggrin
а надо ли из нее агента делать?
Уже никуда не денешься, подписала договор - не обсуждается

+2
10 Lepis   (18.10.2018 07:01)
Спасибо

+2
9 Kate999   (18.10.2018 04:17)
Что-то мне не особо верится,что слова про Первую Леди были сказаны,чтобы успокоить Беллу wacko
Ой как не верится. dry dry dry

+1
16 freeiz   (18.10.2018 09:59)
Это же очевидно biggrin

+2
8 galina_rouz   (17.10.2018 23:09)

+4
7 Honeymoon   (17.10.2018 23:06)
Вот прям звезда наша Белка, все секретные подразделения хотят заполучить ее к себе.
Меня бы тоже взбесило, поучаствуй я в такой операции, а потом получай вместо ответов суровые лица со словами "3 уровень доверия, мала еще, доживи до 15го". Ну не охренели, господа? Она еще проявляет терпеливость, я бы уже давно взорвалась. Да, не работать мне в такой сфере biggrin

И меня все еще терзает вопрос, кто там у них в БД крыса.

+1
15 freeiz   (18.10.2018 09:58)
Ну не охренели, господа?
ахаха) biggrin biggrin Думаете, что военный человек из-за чувств побежит все рассказывать нашей красавице и принесет ей весь свой непростой мир на ладони? Я, конечно, могу такое описать, но только зачем? Это будет абсолютно нелогично)

+4
6 оля1977   (17.10.2018 22:57)
Поругал....похвалил....поставил на место. "Забавная ты, Изабелла,очень забавная,-слегка улыбнулся президент. -Если мне нравится человек, неважно, мужчина это или женщина, то почему я не могу выразить свое восхищение им?"
Осадок от всех его разговоров остался не слишком приятный. Он прекрасно знает, какое воздействие оказывает на нее и очень хорошо этим пользуется. Она слишком женщина, если конечно можно так сказать. Программа у нее там или не программа, какая разница. Девушка мечтает о земном, о счастье, о любви, а они хотят сделать из нее такого же киборга, как и сами. Белла видит в президенте мужчину. Желанного мужчину. Любимого мужчину. А он ищет для себя и своей команды хорошего сотрудника и выгодное приобретение. При всей своей крутости президент как-то разочаровывает. Как по мне, так вся эта забота о ней только из чисто профессиональных соображений. Не потерять ценный артефакт, а не женщину, к которой что-то чувствуешь. Хотя может история совсем не об этом и я слишком желаю увидеть романтику там, где ее и не пахнет. Только профессиональный интерес и голый расчет со своим пресловутым "не время". Спасибо за продолжение.
cool happy

+1
14 freeiz   (18.10.2018 09:54)
Поругал....похвалил....поставил на место.
Отличный руководитель, не правда ли tongue
Он прекрасно знает, какое воздействие оказывает на нее и очень хорошо этим пользуется
И прекрасно знает, что она выстоит)
а они хотят сделать из нее такого же киборга, как и сами
Они хорошо объяснили ей ее положение) если бы была не согласна, то могла спокойно уйти, но осталась)
Только профессиональный интерес и голый расчет со своим пресловутым "не время".
Трудовой договор) и никуда он денется и нарушать его не собирается не под каким соусом. Другое дело - примет такое положение сама изабелла...

+2
5 malush   (17.10.2018 22:55)
Спасибо за интересное продолжение! wink

+2
4 pola_gre   (17.10.2018 22:18)
Цитата Текст статьи ()
– Таня беременна не от меня.
– Как это? – совершенно не подумав, спросила я.
Такой заманчивый вопрос, а так и остался без ответа... Нет доступа к секретной информации этого уровня cool

Спасибо за продолжение!

+1
13 freeiz   (18.10.2018 09:48)
Нет доступа к секретной информации этого уровня
Именно) И было бы странным услышать все признания президента только из-за чувств и хорошего отношения)

+2
3 kotenok_miau   (17.10.2018 22:16)
Замечательная глава, Спасибо за продолжение

+3
2 Черный_кот   (17.10.2018 21:41)
Черт его разберет и его манипуляции. Наверно надо быть Беллой чтобы понять. Манипуляции он к ней не применял, ага. Да он с ней всю главу как кот с мышью играл. Одно понятно - она его адреналин.
Спасибо))

+1
12 freeiz   (18.10.2018 09:47)
Не играл happy Просто хотел поблагодарить, кое в чем помочь, помог пока только с воспоминаниями)

+1
22 Черный_кот   (19.10.2018 19:43)
Крышесносно помог.

0
23 freeiz   (19.10.2018 19:45)
Как и она ему - своеобразная ответочка на ее действия. Правда, до нее что-то пока не дошло...

+2
1 ЛИЯ78   (17.10.2018 21:18)
Кук какой накал

+1
11 freeiz   (18.10.2018 09:46)
А то biggrin

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями