Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1629]
Из жизни актеров [1605]
Мини-фанфики [2395]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [6]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4596]
Продолжение по Сумеречной саге [1263]
Стихи [2351]
Все люди [14619]
Отдельные персонажи [1449]
Наши переводы [14034]
Альтернатива [8940]
СЛЭШ и НЦ [8507]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [153]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4049]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей октября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 ноября

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

На грани с реальностью
Сборник альтернативних мини-переводов по Вселенной «Новолуния». Новые варианты развития жизни героев после расставания и многое другое на страничках форума.
В переводе от Shantanel

Английская терция
Может ли тот, кому имя «собственность», ощущать боль, страсть, смерть, испытывать любовь к своему обладателю? Ни одной лишней мысли. Ни одного лишнего чувства. Только три терции…

Затмевая солнце
Покинув Беллу, Эдвард долго скитался в одиночестве, но в конечном итоге Элис оказалась права – боль стала непереносимой, и он решил вернуться в Форкс, надеясь, что еще не слишком поздно и девушка примет его обратно. То, что ему пришлось узнать о своей возлюбленной, по-настоящему шокировало его...
Ангст, романтика, детектив.
Завершен.

Снеговик
Можно ли доверить своё сердце несносному, воинственному, безумно притягательному вампиру? Вампиру, который питается кровью людей, который всё, что угодно, способен обратить в шутку, который, несмотря на свою гордость, готов опуститься перед тобой на колени… Кейт Денали понятия не имеет, каков ответ на этот вопрос, и никто не может ей помочь. Никто, кроме… снеговика.

В клетке воспоминаний
Все убегают от своих болезненных воспоминаний. Но ОНИ живут с ними. Их попытка убежать от воспоминаний закончилось тем, что они встретились в одном городе. Откроются ли они другим людям и идти дальше? Или ужасные воспоминания сильнее их? Реальная жизнь людей, которые преодолевают жизненные трудности, но всё равно находят счастье в жизни.

Одиночка
Эдвард Каллен – одиночка, изгой. Он ненавидит всех, включая самого себя. Он не является хорошим человеком. Так почему же меня так тянет к нему? И откуда это сумасшедшее чувство, что он чувствует то же самое?

Паутина
Порой счастье запутывается в паутине лжи, и получается липкий клубок измен, подстав, предательств и боли.
История о Драко и Гермионе от Shantanel
Завершена!

Я всё ещё чувствую тебя...
Действия происходят после того, как Эдвард бросил Беллу в Новолунии.



А вы знаете?

... что попросить о повторной активации главы, закреплении шапки или переносе темы фанфика в раздел "Завершенные" можно в ЭТОЙ теме?




...что теперь вам не обязательно самостоятельно подавать заявку на рекламу, вы можете доверить это нашему Рекламному агенству в ЭТОМ разделе.





Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Сколько раз Вы смотрели фильм "Сумерки"?
1. Уже и не помню, сколько, устал(а) считать
2. Три-пять
3. Шесть-девять
4. Два
5. Смотрю каждый день
6. Десять
7. Ни одного
Всего ответов: 11689
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Мини-фанфики

Любовь во время чумы

2017-11-22
21
0
Название: Любовь во время чумы
Заявка: 3
Жанр: постапокалиптика, приключения, романтика
Рейтинг: R
Пейринг: Белла/Эдвард
Бета: -
Саммари: Пришло время выбираться из-под купола. Мы знали, что идём на верную смерть, но мы могли принести спасение выжившим, так что риск был оправдан. Нас ждали безлюдные разрушенные города, но, может, там нас поджидало и нечто более важное: надежда.






- Капрал Каллен, пройдите на вакцинацию, - механический голос рядового застал меня врасплох: с тех пор как меня назначили руководителем экспедиции, все мои мысли были заняты только ею.

Я знал, что иду на верную смерть, и дорога по петляющему, воняющему сыростью тёмному коридору, ведущему к кабинету вирусолога, лишь приближала меня к ней. Подойдя к двери, я надавил на ледяной металл обшарпанной ручки, и она легко поддалась. Из приоткрытой щели повеяло ледяным воздухом - хранение вакцины проходило в строгом температурном режиме.

- Капрал Каллен прибыл на вакцинацию, - отрапортовал я.

Врач, одетый в ослепительно белый халат, провёл меня к креслу, где плотно зафиксировал мои кисти и лодыжки.

- Я введу вам синтетическую вакцину второго поколения, - высокий мужчина с закрытым стерильной маской лицом даже не взглянул на меня, набирая в шприц огненно-красную жижу. – А также ударную дозу стимулятора: мы надеемся, что он увеличит ваш иммунный ответ и усилит действие самой вакцины, также он защитит вас на некоторое время от всех известных человеку вирусов. Но имейте в виду, что его действие закончится: после выхода за купол вам необходимо будет делать инъекции каждые сто шестьдесят восемь часов для продления эффекта. При возникновении симптомов у одного из членов команды - он остаётся на точке заражения, остальные следуют дальше. Таков приказ капитана. Инструктаж понятен, капрал?

Я кивнул, вспоминая первую экспедицию, отправившуюся за купол – никто из них так и не вернулся. Убить их могло что угодно: выжившие дикие животные, люди, на которых они охотились, или чума, заразившая некогда чистый воздух нашей планеты. Почему первичная вакцина оказалась недейственной, мы не могли проверить, потому что для этого нужно было сделать вскрытие и обследовать тела погибших солдат, - а как выйти за купол, не рискуя потерять вторую экспедицию?

Мы выжили только благодаря изолированности комплекса «пятьдесят один». Военная база, на которой сконцентрировались лучшие учёные умы Америки, наглухо закрыла шлюзы, как только стало ясно, что зараза распространилась по всей Земле и от неё нет никакого спасения. Несколько десятков семей удалось вывезти из заражённых городов, что чуть было не стало причиной гибели сотен работников базы, но, к счастью, распространение вируса удалось сдержать. Мне было двенадцать, когда это случилось, я помнил, как в спешке отец забирал меня из школы и на вертолете мы летели тысячу миль до «зоны 51». Мои родители заболели спустя два дня и умерли от этой новой чумы, я – единственный из семьи выжил.

Вспоминая покрытое язвами лицо матери, на которое я смотрел сквозь защитное стекло изолированной палаты, я содрогался, представляя, в каких мучениях погибали люди, оставшиеся на поверхности без шанса на выживание. Но все же во имя родителей, спасших меня ценой своей жизни, я собирался выйти за пределы купола и найти лечение для оставшихся в живых. Впрочем, никто моего желания не спрашивал – это был приказ.

Я почувствовал оглушающую резкую боль в районе правой ключицы и едва не потерял сознание. К боли физической добавилась душевная - хоть нам и запрещались дружеские контакты и общение, не касающееся рабочих вопросов, я успел привыкнуть к своей команде, к ребятам, с которыми служил на базе бОльшую часть времени, с того самого дня, когда наш мир изменился.

- Приказ принят, сэр, - сквозь зубы прохрипел я.

- Первую неделю после вакцинации возможны головные боли, слабость и головокружение, но потом организм адаптируется, - доктор задержал на мне взгляд серо-зелёных глаз. - Удачи вам, капрал. Мы надеемся увидеть вас живыми.

Коротко кивнув, я покинул пахнущий хлоркой прохладный кабинет, вновь погружаясь в зловоние подземных переходов базы. Раньше здесь повсюду царила стерильность и горел яркий белый свет, но за пятнадцать лет с начала катастрофы запасы санитарных средств исчерпались и их остатки использовались лишь при крайней необходимости.

Именно поэтому горстка спасшихся людей пришла к пониманию, что пора выбираться на поверхность: хотя наша база была хорошо оснащена, склад провизии и пресной воды почти опустел, и если мы не найдём способ борьбы с вирусом в ближайшее время, нас всех ждёт голодная смерть. Оранжерея, даже расширенная на пять подземных этажей, не могла прокормить две с половиной тысячи человек, а без мясных консервов мы все рисковали заболеть в конце концов цингой из-за нехватки необходимых организму питательных веществ и микроэлементов.

И если вне пределов нашей зоны кто-то уцелел, нам необходимо было понять, почему это произошло. Возможно, используя их природные барьеры, позволившие им адаптироваться к изменившейся среде, нам удастся найти способ вернуться к нормальной жизни. Но чтобы сделать действующую вакцину, нужен был выживший – если, конечно, таковые там оставались. Наша надежда могла оказаться тщетной, и наверху мы встретим лишь запустение разрушенных безлюдных городов…

Первая подобная экспедиция не принесла никаких результатов - вся команда погибла, разработанная нашими учёными вакцина оказалась несовершенной. Они успели обследовать лежащие в руинах ближайшие городишки и добраться до разрушенного Лас-Вегаса, когда поняли, что заболели – чума не оставила им шанса на спасение, за пятнадцать лет атмосфера планеты так и осталась заражённой. Умирающие от страшных болезненных язв, мужественные исследователи продолжили искать выживших людей, доехав до Чикаго, но их экспедиция не оправдала надежд. В последнем сообщении лейтенант Моррис посоветовал больше никогда не покидать купол, прежде чем мы услышали его предсмертные хрипы. Я молился всем богам, которых знал и помнил, чтобы нас не постигла та же участь...

Медленно бредя в свой отсек, я отдавал честь каждому встречному, будь то офицер или учёный – строго по форме. Никаких дружеских объятий или улыбок, обмена сплетнями или вечеринок – на военной базе каждый занимался полезным делом, а любое сближение строго пресекалось. Суровые условия выживания вынудили нас ввести правила общественного поведения, исключающие ссоры и интриги, именно благодаря этому мы смогли остаться людьми, а не скатиться до уровня скота. Но построенный генералами общественный уклад имел и определённые минусы, о которых думали, но во имя мира не говорили.

Потный и вонючий жилой отсек был полон - мужчины, закончившие рабочий день, возвращались из пищеблока и готовились ко сну, соседи по комнатам вполголоса переговаривались, кратко сообщая новости, большинство из которых были неутешительными – техника все чаще выходила из строя, проводка прогнила, средства гигиены, лекарства, продукты – были на исходе. Последняя надежда – я и шестеро парней, завтра собирающиеся покинуть купол.

В случае успеха нас всех ждало спасение: получив иммунитет, мы сможем, наконец, покинуть загнивающие стены и увидеть солнце. Построить новый мир на осколках старого, возродить цивилизацию людей. Если мы найдем выживших людей, то станем героями, тогда каждый из семерых получит повышение и… женщину, возможность стать отцом ребенка. Это считалось наивысшей наградой, так как обычно физические контакты между полами были невозможны и запрещены.

В коридоре тихая суета сходила на нет: мужчины по режиму ложились спать, в одно и то же время отключался по всей базе свет. Здесь не было женщин – представительницы противоположного пола жили и работали отдельно. Среди них также были учёные, но в основном женщин обязывали заботиться о продолжении рода. Для оплодотворения отбиралась сперма генетически перспективных мужчин, половые же связи были отменены во избежание ссор и скандалов – женщин спаслось гораздо меньше, чем мужчин, и как только стали случаться драки на почве ревности, женщин изолировали навсегда, разлучив при этом даже сложившиеся семейные пары. Все оказались в равных условиях: лишь избранным за какие-то особенные заслуги изредка позволялось разделить с женщиной. И за это любой мужчина готов был выслуживаться до потери пульса.

Хотя я был уверен, что генералы ни в чём себе не отказывают, и только мы, простые смертные, вынуждены беспрекословно соглашаться с установленным порядком. Я не был в восторге от правил нашей базы, поэтому рисковая экспедиция была для меня возможностью вырваться из-под жёсткого и надоевшего контроля вышестоящих, наконец-то ощутить запах свободы. Даже если путешествие закончится смертью, я несколько месяцев буду по-настоящему жить.

Скинув с плеч видавшую виды военную куртку, я упал на желтоватый продавленный матрац, мечтая о глотке свежего воздуха, даже воспоминаний о котором у меня почти не осталось. Вокруг воняло плесенью и потом – очистительные сооружения давным-давно не справлялись, так что уборкой помещений и стиркой вещей никто не занимался. Мы даже душ принимали по расписанию, не чаще раза в месяц. Пора было что-то менять, иначе нас ждало безрадостное будущее и мучительно медленная смерть от голода и сопутствующих болезней.

Всю ночь я провёл без сна, в молчаливом одиночестве своей комнаты, страшась нового рассвета. Встретившись за завтраком с командой, я понял, что и они этой ночью не сомкнули глаз. Но вместо усталости на их лицах горело возбуждение: сегодняшний день станет точкой отсчёта до нашего поражения или новой надежды.

Спустя шестьдесят минут, получив необходимый инструктаж, одежду и оружие, мы сели в грузовой лифт и поднялись наверх.

Станция была надёжно защищена бронебойным пятнадцатисантиметровым стеклом – это и был пресловутый купол. Наружные солнечные батареи, часть которых уцелела во время катастрофы, снабжала нас электричеством, а мощные фильтры в воздухозаборниках обеззараживали поступающий кислород от вирусов и микробов. Но пятнадцать лет эксплуатации – огромный срок даже для высококачественной техники, так что нам срочно нужна была вакцина, иначе мы кончим так же, как миллиарды заболевших людей до нас.

Я много лет не видел солнца, и теперь оно сквозь купол слепило глаза и нагревало лицо. Те, кто работал здесь, были везунчиками – каждый день хотя бы издали они смотрели за пределы нашей изолированной каменной тюрьмы. Увы, мечта о том, что когда-то нас найдут здесь какие-нибудь спасатели, давно померкла: за стеклом не происходило ничего, кроме смены времен года.

- Температура воздуха сорок два градуса по Цельсию, влажность – двенадцать процентов. Вечером и ночью будет прохладнее, а днём советую вам останавливаться каждые два часа, чтобы дать двигателям остыть, - инструктировал нас генерал Аро Вольтури перед самой отправкой. – Запас бензина рассчитан на тысячу миль пути, точка невозврата указана на карте красным цветом – если перерасходуете топливо, обратно придётся возвращаться пешком. Все ясно?

- Да, генерал, - кивнул Райли Бирс, парень, с которым мы вместе проходили спецподготовку перед экспедицией.

- Запас вакцины, воды и продуктов упакован на месячный срок, с небольшой надбавкой на случай форс-мажора. К исходу четвертой недели вы должны вернуться. Конечная цель – Финикс, это ближайший к нам уцелевший не проверенный мегаполис. Удачи, солдаты!

Мы расселись по внедорожникам. Две минуты езды по идеально гладкому асфальту территории базы, и мы на контрольно-пропускном пункте, возможно в последний раз расписываемся в документах о том, что покидаем зону, свободную от вируса. Три протяжных гудка, предупреждающие жителей об опасности, и мы внутри шлюза. Обратного хода нет: позади машин сомкнулись двери, впереди – открылись, впуская яркий солнечный свет. И наши легкие впервые вдохнули заражённый чумой воздух. Купол поднят.

****

Сорок два градуса по Цельсию – был не предел для изменившегося климата Земли. Мы ехали по безжизненной, выжженной солнечными лучами степи, ориентируясь по карте, давность которой составляла пятнадцать лет. Скорость автомобиля в среднем едва ли превышала двадцать миль в час, приходилось объезжать множественные препятствия, провалы в растрескавшейся от жары почве и огромные, оставленные астероидами кратеры, по многу часов разбирать завалы на нестерпимой жаре.

Я видел падение космических камней своими глазами, и не только по телевизору – один из них рухнул на соседней улице, в окно я смотрел на огненный след, оставленный им в ночном небе, затем на зарево взрыва над домами. Сразу после этого появились военные и забрали нашу семью: мой отец был уважаемым специалистом по нанотехнологиям и одним из избранных, кто подлежал обязательной эвакуации в случае опасности для страны. Так я оказался на защищённой базе. Просто сын важного человека, сам по себе не представляющий интереса с точки зрения науки, как мой отец, я стал «человеческой массой», которой поручали самые отстойные задания, как, например, выйти за пределы купола и сдохнуть от чумы, доказав остальным, что вакцина второго поколения так же бесполезна, как и первого. Пушечное мясо.

Пока ещё работали телевышки и спутники передавали сигнал, мы, спрятавшись под куполом, с ужасом наблюдали за развитием катастрофы: мелкие и крупные осколки уродовали поверхность планеты, оставляя рубцы, поднимая в воздух километры пыли, закрывшей солнце. Многие города были стёрты с лица Земли, а когда безжалостная «бомбардировка» утихла, люди начали умирать от чумы, принесённой извне: космические тела содержали неизвестный человечеству вирус, убивающий за считанные дни.

Это продолжалось недели, пока не вышел из строя последний спутник, сбитый астероидом, и связь с внешним миром окончательно не прервалась. Наши военные совершили ошибки, высылая наружу разведчиков, когда спустя несколько месяцев стены базы перестали подрагивать от бесчисленных землетрясений. Никто из вышедших наружу не вернулся. Пока были живы, все они передавали по рации одно: страна безлюдна и разрушена. Выход тогда опечатали и не вскрывали целых пятнадцать лет, до тех пор, пока не была снаряжена первая «вакцинированная» экспедиция.

И теперь мы могли своими глазами увидеть, что стало с нашей землёй, как сильно она пострадала и во что превратилась: раны, нанесенные ей, ещё даже не начали заживать. Кратеры не наполнялись водой – вокруг стояла засуха. В то время как океан проник внутрь континента на сотни миль, утопив все прибрежные города, в центральных штатах удушливая жара убила всю растительность. Там, где прежде стоял лес, теперь тянулись в небо лишь сухие остовы стволов. За много часов пути мы не встретили ничего живого – ни зверя, ни птицы, даже насекомые не кружили в оглушающей тишине мёртвого мира.

Стараясь придерживаться шоссе, заполненное ржавыми скелетами автомобилей, мы делали привалы в каждом встреченном большом и малом городке, обследуя их в надежде найти живых людей. Но нас встречали только замусоренные битым стеклом улицы и разрушающиеся здания.

- Как думаете, есть шанс, что выжил хоть кто-то? – подал голос Питер с заднего сидения, удручённо провожая взглядом унылый пейзаж.

- Нет, - отозвался Алистер, сидевший рядом со мной и крутивший в руках бесполезный бинокль.

- Шанс есть, - возразил я, пытаясь поднять боевой дух команды. – Люди, как крысы и тараканы, неистребимы.

- Не вижу я ни тараканов, ни крыс, - огрызнулся Алистер, шумно сплюнув в окно на иссушённую и потрескавшуюся почву.

- Но мы-то живы, - я усмехнулся, поворачивая вдоль очередной глубокой трещины в земле, преодолеть которую невозможно было бы даже на вездеходе. Все это затрудняло передвижение – если бы не многочисленные препятствия, мы были бы возле Финикса ещё днем раньше.

- Ненадолго.

****

Угрюмое настроение команды росло. Прошла неделя! Целых семь впустую потраченных дней, а всё, что мы обнаружили в Финиксе, это трупы. Высохшие, обтянутые почерневшей кожей скелеты были повсюду: в домах, на улицах. Неудивительно, что первая экспедиция заболела! От миллионных могильников следовало держаться подальше!

Стоя у кромки лазурной воды, лениво накатывающей на потрескавшийся изъязвлённый асфальт, я обозревал затопленную часть города: океан добрался и досюда, сожрав половину Финикса. Почва осела, над спокойной гладью возле нового берега тут и там торчали крыши высотных зданий.

- Чёрт подери эту солёную воду, – устроившая привал команда натягивала камуфляжные костюмы после купания. Это был один из плюсов нашего путешествия: мы могли принимать прохладные ванны хоть каждый день. Огорчало только, что морская соль в сочетании с жарким солнцем разъедала кожу, и мы мучились от ожогов. Не привыкшие к ультрафиолету, покрывались волдырями, а не загаром.

С другой стороны, жаловаться было неправильно: среди небоскрёбов мы легко отыскивали тень. В некоторых местах даже выжила зелень, спрятавшаяся от палящих лучей между домами. А в подвалах и старой станции метро, куда мы спускались, рискуя погибнуть под обрушившимися перекрытиями, можно было даже ощутить запах влаги. Здесь мы впервые встретили крыс. Вместо испуга приветствовали их радостными воплями – если выжили грызуны, то могли и люди!

Но время шло, и не было никаких признаков присутствия человека. Тишину нарушал только неприятный вой ветра, пронизывающего разбитые здания насквозь, да иногда грохот падающих вдалеке небоскрёбов. Всякий раз мы спешили на звук в надежде найти людей, но встречали лишь горечь оседающей серой пыли.

- Что дальше, босс? – спросил Райли, отжимая майку и повязывая ее поверх головы как панаму.

Нахождение в городе не имело смысла, да и было опасно: бродя вокруг, мы нарушали хрупкий баланс памятника человечеству, то и дело провоцируя новые обрушения. Накануне чуть не погиб Алистер, решивший отправиться на другой берег бывшей полноводной реки, вода в которой теперь была похожа на стоячее загнивающее болото, по старому мосту. От его шагов стронулись сваи, мост стал заваливаться набок, стряхивая с себя неосторожного путешественника, и Алистер был бы погребен под тонной бетона, если бы не зацепился курткой за торчащий металлический прут. Совместными усилиями мы спасли парня.

- Может, стоит податься на север, пока есть время? – щурясь на закат, предложил Лоран, чернокожий мулат.

- Да, давайте двигаться, - согласились с ним остальные мужчины.

- Если в Финиксе нет живых, то мы их нигде не найдем... – возразил я, стараясь придерживаться плана генерала. - После катастрофы люди всегда собираются в наиболее крупных городах, потому что город - это склады, запасы воды, консервов, жильё, в конце-то концов.

- Лоран прав, здесь мы ничего не найдем, только трупы, - спорил упрямый Алистер, которого, похоже, бесило мое назначение командиром. – Нужно было сразу ехать в другую сторону – в Сиэтл, в Канаду, где солнце не так активно и наверняка есть и растительность, и вода, а леса полны зверья.

- Сиэтл, скорее всего, затоплен, как и Лос-Анджелес, а вот насчет Канады ты, пожалуй, прав. Только бензина туда потребуется целая прорва…

- Теперь уж поздно, - попытался я вразумить ребят, но меня снова перебили.

- А что, вакцина работает – мы продержались уже дольше первых смертников. Так что вполне успеем проверить север…

Звук катящегося камня заставил всех замолчать. Как по команде, мы резко повернули головы и успели заметить движение в окне рыжего от ржавчины ближайшего дома. Эхо донесло до нас равномерные удаляющиеся шаги.

- Вот черт! – воскликнул Райли, и это послужило сигналом для всех. Сорвавшись с места, мы бросились догонять кого бы то ни было. На крысу оно не походило – слишком крупный размер.

- Стоять! Стой! – звал Питер, бегущий впереди всех. Когда мы обогнули дом, там было пусто, но в следующем здании хрустело стекло – беглец уносил ноги, и в безмолвии мёртвого города гулкое эхо его шагов становилось самым резким звуком.

Мы кинулись следом, рискуя сломать ноги или напороться на арматуру, создавая своим топотом и криками невообразимый шум. Несколько улиц промелькнули за одно мгновение, всё чаще мы успевали заметить ускользающую тень. Уже стало понятно, что это девушка: хрупкая невысокая фигурка в сочетании с длинными каштановыми волосами, несмотря на юркость и знание местности, не могла скрыться от семи здоровенных парней.

- Стой, тебе говорят!

- Я ее подстрелю! – с этими словами Алистер выхватил из кобуры пистолет. В последний момент я успел ударить его снизу по руке, ужасаясь, что он собирается убить нашу единственную надежду. Прозвучал выстрел, пуля попала в створку окна над беглянкой и срикошетила в сторону. Застонавшая рама, и так державшаяся на честном слове, упала вниз, осыпая девушку осколками сохранившегося стекла и ржавой облицовки. Прикрыв руками голову, девушка замешкалась на секунду, и чёртова рама ударила ее сверху. Пространство улицы огласил короткий, прервавшийся визг.

- Идиот! – наехал я на Алистера, бросаясь к девчонке вместе с другими парнями. Она распласталась на потрескавшемся, вздутом бугром бетоне: кудри усыпаны мелкими осколками, на оголенных руках кровоточащие порезы. Без сознания.

- Проклятье, - выругался Рэндал, которому тоже претило насилие. Пусть у нас и был приказ привести выжившего любой ценой, мы всё же надеялись не загонять его как дикого зверя, а получить искреннее согласие на помощь.

Я осторожно перевернул девушку лицом вверх, радуясь, что её раны незначительны, и бережно поднял на руки, чтобы нести к машине. Асфальт под ногами вдруг стал каким-то мягким, и я не сразу сообразил, почему парни пятятся и странно взмахивают руками, а вокруг стоит неприятный гул. Пыль поднялась столбом от осевшей справа от нас лицевой стороны здания, волна прокатилась под ногами, сначала подбросив нас вверх, а затем рухнув вниз – и мы полетели в темноту глубокого подземного провала, крича от ужаса.

****

Голова разрывалась от оглушающего треска, и я не сразу понял, что раздавался он вне моей черепной коробки. Спиной, лежащей на чём-то твёрдом и бугристом, я явственно ощущал движение почвы, похожее на землетрясение. Пытаясь связать воедино ощущения, поступающие от оставшихся целыми рецепторов, я инстинктивно дёрнулся, когда внезапная догадка озарила мой помутнённый разум. Разрушения. Продираясь сквозь пелену воспоминаний, я с трудом разлепил опухшие веки, одновременно пытаясь встать.

- Не двигайся! - резкий женский окрик заставил меня замереть.

Я всё ещё не мог вспомнить, что произошло, и как я оказался в этой сырой кромешной тьме, поэтому не знал, был ли голос дружественным или враждебным.

- У тебя нога серьёзно сломана. И ключица, - как будто обиженно произнёс голос.

- Кто ты? - попытался спросить я, но вместо слов из горла вырвался хриплый шёпот, прервавшийся лающим кашлем и адской болью. Похоже, у меня были повреждены ещё и рёбра.

- Вот вода. Всю не пей, у нас её не так много, - я почувствовал прикосновение холодного металла фляги к своей коже.

Жадно припав губами к узкому горлышку, я делал вовсе не осторожные глотки, буквально захлёбываясь чистой живительной влагой.

- Спасибо, - поблагодарил я, и проворные пальцы мигом забрали фляжку из моих рук.

Сознание постепенно прояснялось, боль волнами накатывала на моё ослабевшее и затёкшее тело. Все мышцы горели, как после длительной тренировки, а боль в ноге была просто невыносимой. Находясь постоянно под куполом и всегда следуя строгому режиму дня, едва ли я когда-то чувствовал себя столь паршиво. Купол. Чёрт.

- Сколько я в отключке?! - мой голос прозвучал резче, чем я рассчитывал.

- Почти два дня, - произнесла девушка.

- Чёрт!

Два дня это сорок восемь часов, прибавить четыре с половиной предыдущих дня, прошедших с момента последней вакцинации иии... у меня оставалось, наверное, совсем мало времени, чтобы добраться до ампулы. Если нет - мне крышка.

- Где мы? - счёт мог идти и на минуты, учитывая моё бедственное положение.

- Мы... - по голосу было слышно, что девушка тщательно подбирает слова, не желая выдавать наше точное местоположение. - Мы в безопасном месте.

Её уклончивый ответ не давал ровно никакой информации.

- Хорошо, но мне нужно добраться до своего автомобиля, - я решил, что хоть один из нас должен говорить прямо. - Там запас лекарств, без них я умру.

Девушка промолчала.

- Просто скажи, где мы, - я не знал, как трактовать её молчание и пытался уговорить её. - Мы бросили джипы на северном въезде в город, в заброшенном амбаре на шоссе Перл Харбор. Там были все наши вещи, всех моих парней...

Я оборвался на полуслове, боясь задать этот вопрос.

- Нет, они все мертвы, - ответила девушка, словно прочитав мои мысли.

- Тогда просто скажи, куда мне идти, - опустошённо произнёс я, но ответом мне послужило молчание и шорох одежды.

Перед тем как уйти, она вложила мне в руку фляжку с водой.

Казалось, что время тянется бесконечно. Несколько раз я пытался встать, но боль, пронзающая большую часть моего тела, заставила бросить попытки и дать организму немного передохнуть. Я чудовищно хотел пить, от жажды язык прилипал к нёбу, а каждый вдох был полон песка. Фляжка опустела наполовину, срок действия вакцины подходил к концу и я не был уверен в том, какой эффект произведёт на меня заражённая жидкость.

Где-то в отдалении всё ещё были слышны грохочущие раскаты - город продолжал постепенно разрушаться, казалось, своим вторжением мы нарушили некий баланс, царивший тут после катастрофы. Совсем рядом со мной гулко капала в каменный пол вода. Я считал её удары, это помогало сосредоточиться. Ругая себя за то, что не прикидывал время с ухода незнакомки, я пытался понять, сколько мне ещё осталось. Фактически, у меня было два выбора - лежать тут и ждать мучительной смерти или попытаться хотя бы ползти к выходу и умереть не менее мучительно, но при свете дня. Однако тогда надо было хотя бы немного представлять, в какую сторону двигаться – темнота вокруг казалась почти абсолютной.

Решив, что терять уже нечего, я шумно отпил из фляжки и резким рывком сел. Взревев от разрывающей мышцы и суставы боли, я с трудом превозмогал себя, чтобы удерживать верхнюю половину туловища в вертикальном положении. Глаза уже немного привыкли к окружающей темноте, и я видел более светлые пятна на тёмном фоне – ощупав пальцами ногу, я понял, что это повязка, фиксатор и бинт, наложенные на перелом. Я был искренне благодарен девушке, которая спасла меня из-под завала, дав шанс на выживание, и я был обязан им воспользоваться. Скрежеща зубами, я попытался встать, опираясь на здоровую ногу. Мыча от боли, тут же рухнул обратно, физически ощущая, как обломки костей сместились у меня под кожей. Я уже был готов разрыдаться от беспомощности, когда услышал раздражённый голос спасшей меня девушки.

- Я не для того тащила всё это барахло, чтобы ты умер по собственной глупости! - произнесла она и шумно опустила на каменный пол увесистые рюкзаки и сумки. - Фух, у тебя осталась вода?

Я молча протянул ей флягу. Пока она делала медленные, вдумчивые глотки, я пытался разглядеть её черты во мраке. Невысокая, довольно хрупкая, волосы забраны в высокий хвост... Ее лицо было мне знакомо. Похоже, это была та самая беглянка, которую мы с ребятами ловили и попали в результате под завал.

- Спасибо, - пробормотал я, всё ещё пребывая в состоянии шока от её решимости спасти меня. - Меня зовут Эдвард Каллен. Я живу на военно-воздушной базе «пятьдесят один», слышала о такой?

- Нет, о ней я ещё не слышала, - я почувствовал, как девушка напряглась. - Я Белла. Белла Свон. Мы живём неподалёку от города, у пресной воды.

- Мы - это?.. - уточнил я.

- Те, кого вы искали. Выжившие, - отчеканила Белла. - Ты же за этим сюда пришёл?

Я физически ощущал волны внезапной и необъяснимой враждебности.

- Пришли сюда, чтобы изучать нас, как подопытных кроликов! - её голос стал жёстким и низким от злости. - Вынуждена тебя огорчить - мы не знаем, почему выжили, так что тебе придётся вспороть мне брюхо, чтобы выяснить это!

Она замолчала, но её голос продолжал эхом отдаваться меж каменных стен. Я внимательно смотрел на неё, боясь пошевелиться. Похоже, к ним уже приходили люди, наверняка тоже военные, оставив после себя не лучшие впечатления.

- Зачем же ты спасла меня, если так боишься? - осторожно спросил я.

- Не знаю, - тихо ответила девушка и уселась рядом.

- Я не буду врать тебе, наша экспедиция действительно была организована с целью найти выживших, но клянусь, что не собирался причинять тебе вред, - искренне произнёс я.

- Ты – может, и нет, - девушка усмехнулась. - А там, на базе? Если там хотя бы половина таких, как твой друг, который стрелял в меня, то мне было бы не выжить.

- Он не хотел убить тебя, просто боялся упустить, - я попытался оправдать погибшего товарища.

- Угу, и получив мою кровь с иммунитетом, отпустят меня, верно? Или всё-таки будут держать в лаборатории вечно? – Белла протянула мне заветный шприц с вакциной. - Сам справишься?

Я кивнул и мигом забрал лекарство из её рук, ненароком дотронувшись до прохладной кожи. Никогда прежде я не касался женщины, и чувство, которое испытал, оказалось незнакомо.

Нащупав в темноте вену на сгибе руки, я направил в неё острие иглы, зубами сняв защитный колпачок. Жгучая боль разлилась по телу, наполняя лекарством каждую клеточку. Теперь я протяну ещё неделю.

- Мне пора идти, - показалось, что в голосе девушки слышны нотки грусти. - Уже поздно, отец будет волноваться. Завтра я принесу что-то из еды и постараюсь стащить одеяло, пока ты не заработал переохлаждение и синяков от камня.

- Ты придёшь завтра? - моё сердце забилось быстрее.

- Да, не могу же я бросить тебя тут одного, - её голос тёплыми лучами согревал моё сознание.

- Спасибо, - прошептал я.

- Но поклянись мне, что как только поправишься - уберёшься восвояси и не расскажешь о нас, - я поразился тому, насколько резко сменялось её настроение – это сбивало меня с толку. Сейчас она была воплощением суровости.

- Клянусь.

****

Прошло несколько недель, и всё это время Белла заботилась обо мне. Тёмное помещение, в котором я пришёл в себя, оказалось рубкой работников метро: стулья и напольное покрытие сгнило от сырости, остался лишь камень и металлические остовы оборудования. За сохранившимся пластиком окна я смог разглядеть старый ржавеющий поезд на рельсах и влажные стены. Это место, сказала девушка, наиболее безопасно в случае, если снова обрушится туннель.

Белле удалось принести из общины пару матрасов и одеяло, что было очень кстати, учитывая промозглость подземного помещения. Я как мог пытался обустроить это жилище для своего временного пребывания: с каждым днём мне становилось лучше, я уже мог долгое время находиться на ногах, не испытывая при этом боли, поэтому убрал завалы в комнате, оставшиеся после обрушения конструкций, в соседнем тоннеле нашёл стекающий по стене поток довольно прозрачной воды. Как объяснила Белла – к питью она была непригодна, но вполне подходила для влажной уборки помещения и умывания.

Я не был уверен, что мои кости срастутся правильно – вместо гипса мы использовали цементный состав и два металлических прута, туго обвязанных бинтами вокруг ноги. Я несколько раз просил Беллу вывести меня на поверхность, но всякий раз она отказывала, нервно поджимая пухлые губки и отводя взгляд. Поэтому всё, что мне оставалось – это мучительно занимать себя чем-то в ожидании её возвращения.

Она приходила ранним утром, а уходила, когда на землю уже опускались сумерки – приходилось верить ей на слово, ведь солнечный свет сюда не проникал. Всё, что было в моём распоряжении – один тусклый фонарь, батарею в котором я тщательно берёг и не включал понапрасну, и несколько свечей, которые зажигала только Белла, потому что спички, оставленные здесь, сразу отсыревали.

Каждое появление девушки заставляло моё сердце биться чаще. Белла почти ничего не рассказывала о себе и о жизни людей на поверхности, тщательно подбирала слова, боясь, что если я узнаю слишком много, то навлеку на их общину беду. Из её скупых ответов я узнал, что катастрофа застала её совсем маленькой девочкой, ей было всего три года, поэтому она не помнит, каково это – жить, не скрываясь в подземельях. Её мать погибла сразу же, а отец стал одним из немногих выживших, объединив людей и возглавив их небольшое поселение.

- Расскажи мне, как это было? – робко заглядывая мне в глаза, девушка просила поделиться с ней историями из прошлой жизни, о которой почти не имела представления. И я описывал, приводя её в изумление и восторг: многомиллионные города, яркие вывески реклам, мгновенная телефонная связь и космические полеты – всё это не укладывалось в её голове.

Я очень любил наши тихие вечера – они напоминали мне о семье, о том времени, когда мы могли просто наслаждаться ужином, смотреть телек и не думать о том, подохнешь ли ты от неизвестной внеземной заразы. Каждый раз Белла всё больше открывалась мне, а я в свою очередь много рассказывал ей о своей жизни до катастрофы. К тому моменту Белла притащила сюда ржавую керосиновую лампу и мы могли видеть лица друг друга в оранжевом покачивающемся пламени.

- А у тебя была девушка там? – щёки Беллы залились алым румянцем, в мрачной серости окружающих стен выглядевшем чужеродно.

- Нет, что ты, я был ребенком! – я смутился от её вопроса.

- А сейчас? Сейчас тебя ждёт девушка под куполом? – Белла отчаянно отводила взгляд, а я не мог понять, отчего она так волнуется. Её чрезмерная эмоциональность и некоторые импульсивные поступки частенько ставили меня в тупик, я никогда не мог заранее предсказать, что она скажет или сделает. Это было необычно, совсем не так вели себя мужчины на нашей базе, и потому иногда пугало.

- Нет, нам запрещено контактировать. – Неужели у них иначе? Казалось, каждая клеточка моего организма напряглась в ожидании. – А у тебя есть парень?

- Нет, все боятся моего отца, - девушка грустно улыбнулась. – Да и из наших парней мне никто не нравится, они все… какие-то грубые.

- А не из ваших? – спросил я прежде, чем успел подумать.

Покраснев, кажется, до кончиков ногтей, Белла вскочила с импровизированной кровати и ринулась в сторону выхода, пробормотав невнятное: «Мне пора».

- Постой, Белла! – я неуклюже попытался встать и чуть не упал, опершись на больную ногу.

- Ох, - девушка подоспела мне на помощь.

- Прости, я не должен был спрашивать, - мне было так же неловко, как и ей.

- Всё в порядке, - ответила Белла. – Просто у всех моих подруг уже есть мужья, и мне было интересно, каково это…

Всё время, пока она говорила, я завороженно смотрел на её пухлые губы, казавшиеся вишнёвыми в полумраке рубки. То, как она их прикусывала, когда нервничала, иногда сводило меня с ума. Быть может, меня и вырастили в условиях строгости, и я понятия не имел, как вести себя с девушками, но генетическая память сделала своё дело, и я поступил так, как поступил бы любой мужчина на моём месте – поцеловал её.

Сперва я робко коснулся её губ - это оказалось похоже на прикосновение лепестков розы, лёгкое, почти невесомое. А когда её руки инстинктивно обвились вокруг моей шеи, я словно потерял контроль. Я жадно прижимался губами к её рту, пытаясь вобрать в себя всю его сладость. Словно путник, обретший воду, я не мог насытиться. Тонкие девичьи пальцы путались в моих волосах, мои – нежно сжимали её талию и округлые мягкие бёдра. В тот момент мы были единым целым. Ведомые первобытными инстинктами, мы растворялись друг в друге.

- Прости… Прости, я не должен был, - запинаясь, пробормотал я, с трудом оторвавшись от мягких губ. Запрет на общение с женщинами, годами воспитываемый в солдатах, сделал своё дело – я чувствовал себя ужасно, будто бы совершил преступление.

- Не извиняйся, - быстро ответила девушка. – Я приду завтра.

И всё. Белла ускользнула, скрылась в тёмном проёме двери, а я остался стоять, мучимый странным приятным покалыванием во всём теле, в кончиках пальцев, в местах, которыми мы невольно соприкасались. Запретность женщины не работала здесь: некому было проследить за исполнением правил, некому наказывать. И это знание кружило мне голову.

Этой ночью я не смог уснуть – каждый раз, когда веки смыкались, сознание услужливо рисовало весьма откровенные образы, которые могли бы стать продолжением нашего поцелуя. Ощущая болезненное напряжение в области паха, я ворочался с боку на бок, будучи не в силах избавится от него. Моя подушка впитала запах волос Беллы, и только он вводил меня в состояние крайнего возбуждения. Я начинал проникаться правильностью мысли о раздельном проживании мужчин и женщин на нашей базе.

Только под утро я смог забыться беспокойным сном, но тут же был разбужен мягким поцелуем в щёку.

- Доброе утро, Эдвард, - прошептала Белла мне в самое ухо.

Меня обволокло её природным ароматом, и предатель, сидевший у меня в штанах, болезненно заныл, напоминая о себе. Я рванул на себя одеяло, стараясь прикрыть возбуждение, но движение вышло неловким, и я едва не опрокинул керосиновую лампу, стоящую возле кровати. В результате наведённого сумбура я лишь привлёк внимание к своей проблеме.

- Я принесла завтрак, - Белла старательно отводила взгляд, а я заметил, что её волосы сегодня красиво уложены, а не собраны в хвост как обычно.

За едой атмосфера заметно улучшилась, исчезла неловкость, которая возникла между нами со вчерашнего поцелуя. Пока Белла рассказывала мне обычные утренние новости, вроде погоды и событий, произошедших в её общине, я сам не заметил, как положил голову к ней на колени, позволив её пальцам свободно скользить по своей груди. Мне было сложно понять свои чувства, я не сталкивался с этим прежде. Я был ребенком, когда началась катастрофа, и некому было научить меня премудростям взросления. Сейчас я стал зрелым мужчиной: накопленные гормоны руководили мной. Белла всё говорила и говорила, а я не мог отогнать навязчивую мысль, прочно засевшую в мозгу.

- Белла, ты мне нравишься. Как девушка, - я выпалил на одном дыхании то, что давно хотел ей сказать.

За спиной словно выросли крылья, я был готов взлететь от облегчения! Все эти мысли, взгляды, прикосновения… Всё это наконец обрело понятный смысл! Совершенно очевидно, что я влюбился. Хотя, безусловно, мне не с чем было сравнивать, но я был полностью в этом уверен. Всё моё представление о любви складывалось лишь из просмотренных фильмов и отношений родителей, и я помнил этот взгляд, которым мужчина смотрит на свою женщину, взгляд, которым я прямо сейчас смотрел на Беллу.

Он удивления она приоткрыла губы, похожие на распустившийся цветок, и я слегка приподнялся, чтобы коснуться их. Её глаза так и остались широко распахнутыми, но я не увидел в них страха или протеста, скорее любопытство и желание.

- Ты тоже нравишься мне, Эдвард. Как мужчина, - добавила она и рассмеялась, когда я прижался к её губам сильнее в порыве неподвластных и непонятных чувств. Теперь мне казалось, что мы парим вместе. - Ты образованный и воспитанный, и смотришь на меня не как на свободную самку, а по-другому… С уважением. Ты заботишься обо мне.

Этому суждено было случиться. Ни один из нас не собирался останавливаться: испробовав губы, я вдыхал аромат кожи возле уха, не в силах насытиться, не понимая, почему меня тянет делать это снова и снова. Мягкая мочка оказалась приятной на вкус, а пальцам нравилось касаться всего, до чего они могли дотянуться. Я слышал, как дыхание Беллы участилось, и это вызывало ответную реакцию всего моего тела, увеличивая напряжение.

Из моего горла вырвался нечленораздельный звук, когда ногти девушки царапнули кожу моей груди в отвороте расстёгнутой, как оказалось, униформы. С того мгновения я окончательно подчинился инстинкту, почти не отдавая себе отчета в своих действиях. Я только спрашивал иногда, нравится ли ей то, что я делаю. И она всегда отвечала «да, продолжай».

Тонкий стан девушки податливо изгибался в ответ на движения моих рук, прижимающих наши тела очень тесно. Мешала одежда, и я осторожно потянул кофточку Беллы вверх. Уловив мой порыв, она приподнялась и сняла её. От вида полушарий девичьей груди я перестал дышать на несколько мгновений. А затем припал к ним, удивляясь теплу и мягкости, и невероятно сильному воздействию на все мои рецепторы – в чувственности и красоте женского тела наверняка было что-то магическое, отчего мужчины быстро сходили с ума.

Я не заметил, как мы избавились от остальной одежды, прижавшись друг к другу обнажёнными под тонким стареньким одеялом. Влажная шахта метро – не лучшее место для столь важного и почётного действия, но нам с Беллой выбирать не приходилось. Рубка будто преобразилась от искр нашей любви и казалась раем, в котором отменены любые запреты.

Для нас обоих этот раз был первым, причём на базе об этом не принято было даже говорить, ради контроля, спокойствия и мира. Так что я мало знал, только в теории. Но природа позаботилась о том, чтобы мужчина и женщина, найдя друг друга, поняли, что делать дальше. Расположившись между стройных длинных ног, я чувствовал ответственность и гордость, толкнувшись вперёд, в обволакивающее горячее лоно, к блаженству. Не смог сдержать стона, осознав, насколько потрясающее удовольствие дарит женское тело. И это у нас было запрещено! Кощунство. Издевательство.

Белла закричала и напряглась, и я задрожал, беспокоясь, что причинил ей слишком сильную боль. В широко распахнутых карих глазах застыло удивление, раскрасневшиеся от поцелуев пухлые губы приоткрылись.

- Мне остановиться? – задыхался я, капельки пота стекали по лицу и шее от напряжения. Моё тело не слушалось, хотело двигаться дальше, вопреки моей воле.

- Нет, все нормально, - перевела дух Белла, взглянув на меня доверчиво и с возвращающимся желанием. – Это больнее, чем я думала.

- Я сделал что-то не так, - решил я.

- Заткнись, - улыбнулась девушка и шевельнула бёдрами мне навстречу, сбивая едва-едва вернувшийся контроль. Я задрожал сильнее, волна наслаждения прокатилась по мне. Невыносимое возбуждение толкнуло меня продолжать движение, больше не прерываясь – всё мое тело горело, требуя погасить огонь. Но на этот раз Белла не кричала, а наоборот, с томными вздохами жалась ко мне, бормоча моё имя и моля не останавливаться. Мы были как путники в иссушённой пустыне, внезапно нашедшие источник воды. Мы пили из него, пока не увидели звёзды, раскинувшиеся в бескрайней вселенной. Пока огонь, жгущий наши тела изнутри, не нашёл выход наружу и не выплеснулся через край, сладко обжигая и лаская блаженным теплом чистого экстаза.

Той ночью мы стали близки не только в физическом смысле. Мы словно вышли на более высокий уровень связи, после чего было ясно, что друг без друга не представляем дальнейшей жизни. Я много недель ждал возможности вернуться к своим, под купол. А словно разделился на две части, причем та, которая желала остаться с Беллой, была гораздо сильнее и больше, чем та, что отвечала за долг и ответственность.

****

Мне на своём опыте довелось узнать, каково это, когда весь твой мир меняется в одну секунду, но я не думал, что это произойдёт со мной ещё раз. Тем утром я был в приподнятом настроении: нога почти перестала болеть, я наконец снял бинты и размял затёкшие мускулы. Полноценно ходить я ещё не мог, но возможность сгибать ногу в колене значительно облегчила передвижение. Конечно, до полной реабилитации требовалась ещё пара месяцев, но и такому результату я был рад, учитывая, какой сложности был перелом бедренной кости.

Я услышал шаги задолго то того, как Белла вошла в комнату. Сегодня они звучали немного иначе. Выражение лица лишь подтвердило мои опасения.

- Доброе утро? – спросил я, а ответом был лихорадочный блеск карих глаз. – Всё в порядке?

- Нет… Я не знаю, - Белла тяжело выдохнула. – У меня новости.

- Какие? – осторожно спросил я, задержав дыхание в ожидании ответа.

Три месяца мы избегали болезненной темы, лишь вскользь упоминая её. А именно: я обещал уехать, как только встану на ноги. Люди на базе ждут моего возвращения. Но я не хотел оставлять здесь Беллу. Я нуждался в ней, она стала мне самым близким человеком с тех пор, как я потерял родителей. Взять её с собой я тоже не мог. Нас мигом бы разлучили, а её использовали в качестве донора для изобретения улучшенной вакцины, той, которую не пришлось бы вкалывать каждые сто шестьдесят восемь часов. А после того как используют, её бы сделали инкубатором для восстановления популяции человечества. Меня к ней никогда больше не подпустят!

Я хотел остаться с ней, но Белла боялась вести меня в свою общину, говорила, что чужака непременно убьют, ведь даже местных мужчин её отец держал на расстоянии пушечного выстрела от единственной дочери. Моя смерть ему будет только на руку – ещё одна гарантия безопасности. Никакие мои убеждения на неё не действовали, поэтому я сдался, оставив решение этой проблемы на потом.

- Мама моей подруги… Она врач, - начала девушка, нервно теребя край кофты. – И она заметила, ну, она заметила, что я… что по утрам я…

- Белла, успокойся, малыш, - я ласково обнял девушку, прижав к своей груди, и почувствовал, как она дрожит. – Всё хорошо, слышишь? Просто скажи мне, что случилось.

- Она заметила, что меня тошнит по утрам, и предложила осмотреть, и… В общем, я беременна, - на одном дыхании выпалила Белла и подняла на меня огромные как блюдца глаза.

В тот момент я даже не мог осознать, что происходило в моём сознании. Сердце будто бы рухнуло вниз, а затем воспарило в невесомости, в животе завязался узел, а к горлу подкатил ком, лишая возможности вымолвить хоть слово. Хотя, даже если бы не он, вряд ли я смог бы произнести что-то членораздельное. Мысли сменяли одна другую с такой скоростью, что я не успевал цепляться за них.

- Так, собирайся, мы идём к твоему отцу, - я принялся хаотично разбрасывать вещи в поисках свежей рубашки. Почему-то в тот момент это было всё, что я мог сделать и сказать. Мне было просто необходимо на что-то решиться, совершить какое-то правильное действие.

- Нет, Эдвард, прошу тебя, не надо, не сейчас, пожалуйста, - защебетала девушка, отчаянно хватая меня руками.

- Ты права, - я замер посреди комнаты, так же резко остановившись. – Мы должны сперва всё обсудить.

И снова Белла была непреклонна, она не хотела вести меня к отцу, а умоляла дать ей время самой ему всё рассказать. Я мог бы проследить за ней и узнать, где находится их община, но считал, что не имею право обманом появляться там, тем более сейчас, когда она готовится стать матерью моего ребёнка.

У меня будет ребёнок! Эта мысль никак не хотела укладываться в голове. Под куполом нашей базы иметь ребёнка было величайшей честью, которую заслуживали только самые достойные представители, к коим я не относился. Мой ДНК не содержал никаких выгодных для нового общества генов - я не был гениальным учёным или выдающимся военным, а значит и права на размножение не имел.

Прошёл уже месяц с тех пор, как Белла сообщила мне о беременности, а я всё ещё не мог поверить в происходящее. Нас обоих тревожило будущее, а особенно, будущее третьего, ещё не родившегося человека, которому мы должны были подарить жизнь. Мы часто спорили на эту тему: я был готов к решительным действиям, а Белла их избегала, надеясь, видимо, что ситуация решится сама собой.

До прихода Беллы оставались считанные минуты, и взглянув на импровизированный календарь, где каждый седьмой день был отмечен кружком, я пододвинул к себе рюкзак с вакцинами. Печально было осознавать, что я выживал столько времени за пределами купола только благодаря смерти товарищей – запас их вакцин увеличил время моего пребывания в шесть раз.

Привычно вытащив ампулу из специального отсека, я уже приготовился отломить кончик стеклянной ёмкости, чтобы вобрать в шприц огненно-красную жидкость, как вдруг меня пронзило тяжёлое осознание – а что если у ребенка не будет иммунитета, как у матери? Что если он унаследует его от отца?

Шприц выпал из рук. Сердце сжалось до размера булавочной головки. Глаза защипало от скопившейся влаги. Глупец. Идиот. Сколько лекарства я потратил на себя? Сколько дней жизни оно бы подарило моему ребёнку? Месяц. Целый месяц я был так слеп, заботясь лишь о своей эгоистичной потребности в признании меня отцом этого малыша, что совсем забыл о том, почему мы здесь. Никогда ещё я не чувствовал себя таким жалким и беспомощным. Никогда ещё мне не приходилось выбирать между своей жизнью и жизнью другого человека. Никогда ещё выбор не был так прост и очевиден.

- Привет, - тихо произнесла Белла, замерев на пороге.

- Завтра мы идём к твоему отцу, Белла, - чётко проговорил я. – Отказы не принимаются.

- Почему именно завтра? – робко спросила девушка.

- Я больше не буду колоть вакцину, - звенящая тишина наполнила каменное помещение. – Могу не успеть объясниться с ним.

- Что?.. - в голосе Беллы появились истеричные нотки. – Почему, Эдвард?!

- Подумай, Белла, что если ребёнок не унаследует твоего иммунитета? Что тогда? - я пристально всматривался в её лицо, наблюдая за тем, как до неё постепенно доходит смысл моих слов. – Без лекарства он умрёт. Я не допущу этого. С оставшимися ампулами у тебя будет запас времени, чтобы добраться до базы. Я оставлю тебе карты и всё необходимое. Напишу им письмо. Ты уедешь туда с малышом, и клянусь, они позаботятся о вас. Конечно, там свои правила. Но вы оба будете живы и в безопасности. К тому же, твой иммунитет позволит создать вакцину, которая спасёт нашего ребенка и в будущем.

К моменту, когда я закончил речь, слёзы градом катились по её бледным щекам, блестящими каплями застывая на ресницах.

- Тогда давай уедем сейчас, вместе! – кричала девушка. – Почему мы не можем уехать прямо сейчас?!

- Потому что нас с тобой тут же разделят навсегда, - горько усмехнулся я. – А наш ребенок может даже не родиться – ты была права, я вовсе не уверен, что они станут бережно к тебе относиться. Если поедем сейчас, они могут замучить тебя до смерти ещё до родов! Нет, я не готов так рискнуть.

Понимая правильность моих слов, Белла не могла сдержать эмоций, и всё, что мне оставалось, это обнять её, умоляя не терять надежду.

Мы договорились, что утром следующего дня Белла придёт за мной, чтобы проводить к отцу. Тянуть дальше не было смысла – её живот становился заметен, его уже невозможно было скрыть.

***

Я распахнул глаза и увидел её обеспокоенное лицо, склонённое надо мной.

- Эдвард? – прохладной ладонью она коснулась моего разгорячённого лба. – Как ты себя чувствуешь?

- Так же, как выгляжу, - попытался отшутиться я, подозревая, что выгляжу сейчас особенно паршиво.

Всё тело горело и было покрыто ярко-алыми пятнами, глаза опухли и постоянно слезились, все суставы болели как у столетнего старика, а в местах расположения лимфоузлов наливались огромные волдыри. Со временем они покроют всю поверхность. Я помнил их на коже своей матери. Она ушла очень быстро, всего за пару дней.

- Эй, не плачь, - пальцами я вытер слёзы, скатившиеся из карих глаз. - Это может быть просто грипп.

- Что такое грипп? – шмыгнула носом Белла.

- Ну, это обычная простуда – кашель, насморк, температура… - я всё время забывал, что она попала в этот мир совсем крошкой, поэтому не знала многих элементарных вещей. В новом мире выживших людей грипп исчез как явление, и о нём забыли.

- Постой, - её глаза загорелись надеждой. – Я приведу доктора, она скажет, как тебя вылечить!

- Белла, - но девушка уже скрылась в проходе, не дав объяснить, что уже слишком поздно.

Спустя примерно два часа, за которые я несколько раз забывался беспокойным сном, меня разбудили женские голоса.

- Вон он, Джейн, - прошептала Белла.

- О боже, - вошедшая женщина ахнула, прикрыв рот ладонью. – Я не видела такого уже давненько…

- Да, я знаю, Джейн, но умоляю тебя, сделай что-нибудь, - в голосе Беллы звучала боль. – Помоги мне вылечить его, прошу.

- Успокойся, Беллз, ты же знаешь, я сделаю всё, что смогу. Но… ничего не обещаю.

Потянулась бесконечная череда одинаковых дней. Моё состояние было тяжёлым, но оставалось, кажется, стабильным. В смысле, мне не было лучше, хуже уже быть не могло, но я почему-то не умирал. В редкие минуты бодрствования, когда мой мозг не был затуманен болезнью, я старался как можно больше говорить с Беллой и нашим малышом, раз за разом проговаривая её действия после моей смерти. Белла была уже на четвертом месяце, под свободной одеждой беременность ещё не была заметна, но когда она ложилась рядом со мной на матрасы, ставшие нашим супружеским ложем, и приподнимала свободную кофту, я мог беспрепятственно гладить и целовать округлившийся животик.

Изо дня в день Белла заботилась обо мне, приносила отвары, делала перевязки, чтобы избежать заражения крови, обтирала моё пышущее жаром тело, чтобы хоть немного сбить температуру. Раз в неделю меня осматривала Джейн – чаще отлучаться из общины она не могла, это вызвало бы подозрение. Белла же в их группе работала своего рода «поисковиком» - мотаясь по городу, находила новые источники одежды и прочих необходимых общине предметов быта, - поэтому все привыкли к её постоянному отсутствию.

Я перестал следить за временем, отсчитывая его лишь по растущему младенцу в утробе любимой. Я старался изо всех сил, постоянно проговаривая про себя, что не имею права сдаться болезни: от меня зависят как минимум две жизни, я должен победить. Не знаю, думали ли о чём-то подобном мои родители, но им это не помогло.

- Я умираю, - хрипел я, не в силах сделать ни одного глотка из поданной мне кружки – горло опухло.

- То, что ты не умер в первые три дня, даёт неплохой шанс на то, что ты выживешь, - объясняла Джейн, обтирая мою кожу неприятно жгущим влажным полотенцем.

Не знаю, что послужило причиной: оказался ли я просто достаточно сильным и здоровым молодым мужчиной, чтобы перебороть чуму, или повлияла вакцина второго поколения, ослабившая вирус, но я выжил. Наступил день, когда я, наконец, смог самостоятельно встать на ноги! Жар прошёл ещё не до конца, но я перестал ощущать себя раскалённой печкой, готовой поджечь всё вокруг. Радости Беллы не было предела, она танцевала бы, если б не мешал живот. В тот день она снова привела ко мне доктора Джейн и та подтвердила, что я иду на поправку. Я был ещё слишком слаб, чтобы думать о чём-то большем, но в тот вечер я не выпускал Беллу из объятий, неустанно целуя её истосковавшиеся по мне губы.

В ту ночь Белла ушла позже обычного, и меня не покидала тревога за неё. Хотя я знал, что вокруг нас на многие мили нет ни одной живой души, хоть и понимал, что она знает город как свои пять пальцев и не попадёт под обрушение, я боялся за её жизнь. Я боялся за нас: мы были так счастливы, не думая о том, сколько всяких причин могут нас разлучить – моя болезнь, её отец, военные. И даже силы природы.

****

- Просыпайся, Эдвард, - строгий тон вместо привычного мягкого поцелуя в небритую щёку.

- Доброе утро, Белла, - сладко растягивая слова, произнёс я.

- Собирайся и уходи, Эдвард, ты больше не можешь оставаться здесь, - каждое слово походило на камень, кинутый мне в грудь.

- Что? – может, это ещё один симптом болезни, галлюцинации? – Что случилось? О чём ты говоришь?

- Собирайся и уходи отсюда, быстро! – почти выкрикнула Белла, расталкивая меня в темноте. – Они проследили за Джейн и она им рассказала о тебе. Они скоро будут здесь и убьют тебя.

- Малыш, я не понимаю! – мой замутнённый долгой болезнью разум отказывался осознавать происходящее. – Я не уйду без тебя! Мы же говорили об этом, что случилось?

- Случилось то, что мы слишком долго тянули, - сухо проговорила девушка, заставляя меня подняться на ноги и зажигая керосиновую лампу, высветившую её бледное лицо. Схватив рюкзак, сунула его мне в руки, надеясь, что я послушаюсь. – Я думала, что сама поговорю с отцом, подготовлю его. Он поругается, но потом смирится. Но всё вышло из-под контроля и теперь он очень, очень зол. Он не станет нас слушать – тебя просто убьют. Поэтому тебе нужно как можно быстрее уйти!

Но как же наши планы? Как же мы? Моё отцовство? Наш ребёнок? Я не в силах был ей ответить, лишь замер как статуя, безмолвно открывая и закрывая рот.

- Нет времени пререкаться, просто сделай так, как я прошу! – разозлилась Белла, силой вытаскивая меня из убежища и толкая мимо ржавого вагона метро, в глубокий чёрный туннель, который должен был вывести меня на поверхность. – Давай же, шевелись!

- Белла, я никуда без тебя не уйду, - отчеканил я. Казалось, вся моя жизнь идёт под откос в эту минуту. Я не мог представить, что вернусь на базу. Что ребёнок будет расти здесь без меня. Что я никогда больше не увижу свою женщину. Что ничего, совсем ничего нельзя поделать с этим.

- Ты не знаешь моего отца и остальных. Думаешь, стала бы я так хорошо прятать тебя, если была бы хоть на грамм уверена, что с ними можно договориться? За годы после катастрофы военные несколько раз навещали нашу общину, находили её, как мы ни прятались - и всякий раз пропадали наши люди, наши родные. Ни один не вернулся. Я сомневаюсь, что они забирали их, чтобы осыпать драгоценностями. Одного из наших мы нашли на окраине города со вспоротым животом! Как после этого можно тебе верить? Папа не станет тебя слушать, Эдвард, ты для него – враг номер один!

За нашей спиной послышался топот ног и звонкие удары металла по каменным стенам, появились блики огня – нас догоняли. Мужские голоса выкрикивали угрозы, издавали воинственные кличи.

«Только факелов им не хватает, - подумал я, - для полной аллюзии на средневековье».

Объясняться с Беллой времени уже не осталось, и я понимал, что мне придётся потратить не один час, чтобы убедить преследователей в собственных благих намерениях, если мне удастся уцелеть. Я попробовал взять Беллу за руку, но она в ужасе отпрянула от меня, прижавшись к противоположной стене спиной.

- Беги! – в отчаянии шепнула она, глядя на меня увлажнившимися глазами. – Беги, прошу!

Но даже если бы я побежал, не смог бы уйти: за мной гнались здоровые, сильные мужчины, а я только что пережил страшную болезнь и был очень слаб. Не говоря о том, что кости хоть и срослись, но не позволяли мне полноценно опираться на ногу.

- Это он? – рявкнул голос, и я увидел в туннеле группу из десяти рослых мужчин. Факелы в их руках иллюстрировали мою недавнюю мысль: меня действительно загоняли, как зверя.

- Да, - пискнула Джейн откуда-то из-за их спин.

- Белла, что ты здесь делаешь? – возглавлял группу мужчина, высокий, но худощавый, с густыми тёмными усами и пронзительными карими глазами.

Я сразу понял, что это отец Беллы – что-то неуловимо-общее сквозило в их лицах.

- Мистер Свон, позвольте мне объясниться, - уверенно начал я, всё ещё нетвёрдо стоя на ногах. – Ваша дочь …

- Со своей дочерью я разберусь сам, как и с этой предательницей Джейн, - сквозь зубы прошипел Чарли. – Виданное ли дело – спасать врагов, ох уж эти чёртовы глупые женщины! А ты, подонок, сегодня умрёшь!

- Клянусь, я не замышлял никакой подлости, мистер Свон, - я старался оставаться вежливым, несмотря на оскорбления в свой адрес. – Да, мы искали выживших, и я даже готов согласиться, что мы поступили бы с ними так же, как наши предшественники, которых вы уже встречали. Но я ничего об этом не знал… И мы не собирались причинять никому зла, мы просто хотели выжить, искали донора для вакцины…

Ропот прошёл по ряду мужчин: я явно начал не с того, с чего следовало. Не отводя взора от отца Беллы, я набрал полную грудь воздуха для решительного разговора.

- Это было давно, до того, как я познакомился с Беллой. А теперь я люблю вашу дочь, мистер Свон, и хотел бы…

- Ты лжёшь! – взревел мужчина и его голос эхом отразился от каменных стен. – Я не собираюсь слушать твои сраные оправдания! Ты сдохнешь сегодня! Тебе не уйти отсюда живым. Зарезать его!

Я услышал, как Белла испуганно ойкнула, и краем глаза увидел, что она накрыла ладонью живот в защищающем жесте.

- Мистер Свон, - я стиснул зубы, чтобы не дать злости выплеснуться наружу. – Я прошу вас быть сдержаннее в эмоциях в присутствии вашей беременной дочери, это может плохо сказаться на ребёнке.

- Ребёнок, - мне послышалось, что он заскрежетал зубами. – Какой к чёрту ребёнок? Ты что, обрюхатил мою дочь, ублюдок?! Белла, мать твою, отвечай!!!

Я мог стерпеть оскорбления в свой адрес, но не мог позволить ему говорить в таком тоне с женщиной, которую я люблю, как будто она его вещь, а не человек.

Глухо зарычав, я направился к мужчине, подойдя к нему вплотную.

- Эдвард, не надо! – всхлипнула Белла, когда меня со всех сторон обступили охранники Чарли. В их руках были ножи, и они явно не шутили, собираясь исполнить приказ командира и зарезать меня. Их удерживало, возможно, только то, что все они не были настоящими убийцами – они думали, что всего лишь защищают от меня общину, но никто не желал первым наносить удар. И это давало мне время убедить Чарли в необходимости уступить.

Голова ещё кружилась после болезни, но я изо всех сил старался сконцентрироваться и быть готовым к атаке.

- Ваша дочь беременна, - сквозь зубы проговорил я, нависая над отцом Беллы. – Нравится вам это или нет, она беременна от меня. И она станет матерью этого ребёнка, а я стану его отцом. Я люблю её, и только поэтому я готов сейчас извиниться перед вами за то, что был с Беллой без вашего ведома. Но в этом случае и вы должны будете принести извинения мне и Белле за ваши обвинения.

- Белла, чёрт тебя побери, это правда?! – зарычал Чарли, жестом останавливая своих подчинённых от нападения.

- Да, пап, - тихо молвила девушка дрожащим голосом. – И то, что мы любим друг друга, тоже.

Лицо Чарли стало непроницаемым, только глаза кипели яростью, а двое мужчин по обе стороны от меня неожиданно разразились смехом.

- Ты сам виноват, шеф Свон, - выплюнул один из них. – Надо было отдать девку мне, когда я просил. Побрыкалась бы, да привыкла. А теперь, кому она будет нужна – брюхатая от чужака, шалава.

На нашей базе не было отношений, которые могли бы привести к подобным оскорблениям, и это слово я знал лишь из прошлой своей, нормальной жизни, но его значение помнил хорошо. И не был готов спустить ему такое. Всё произошло очень быстро: мои ладони сжались в кулаки, тело ринулось вперёд, и вот, он уже лежит подо мной на каменном полу, принимая удар за ударом по окровавленному лицу. Краем уха, словно сквозь сон, я слышал, как Чарли остановил мужчин, готовых броситься на защиту обидчика его дочери. Парень, оскорбивший Беллу, был сильнее меня физически, но всё моё существо было заполнено ослепляющей яростью. Я продолжал молотить кулаками, пока его тело не обмякло подо мной. Только когда тонкая женская ручка коснулась моего обнажённого плеча, выглядывающего из порванной в драке рубашки, я смог выдохнуть.

- Эдвард, - всхлипнула Белла. – Оставь его, прошу…

Я поднялся, неловко вытирая кровавые руки о свою разорванную форму, чувствуя, что мне невероятно повезло, раз я остался жив. Я даже отчасти испытывал вину, что переборщил – но не слишком, ублюдок заслужил за длинный язык.

- Ты пойдёшь с нами, - Чарли указал на меня. – И не вздумай сбежать: мы будем следить за тобой, я приставлю к тебе охрану. Ты можешь остаться только при одном условии: никогда больше ты не вернёшься к своим, они не должны узнать о нашем существовании! Если ты сможешь меня убедить, что любишь мою дочь и готов ради неё на всё, может, со временем я разрешу тебе стать полноценным членом нашей общины. Ясно?

- Я согласен, сэр, - ответить по-другому этому властному человеку было нереально.

- А с этим что делать? – обратились к Чарли другие мужчины.

- Если он жив, поднимите и несите. Им займётся Джейн. Когда очнётся – лично вырву ему поганый язык.

****

Примерно два года спустя

Жарко палило солнце, выбивая из наших тел десятый пот. С новой миссией отправлялась команда солдат – на этот раз на север, где безжалостное светило, возможно, уничтожило не всю растительность и оставило пригодные для засевания почвы, а в лесу выжили дикие звери. Канада могла стать местом нового обитания людей. Местом для основания здоровой колонии.

Не я отправлялся туда, на этот раз - нет. С тех пор как вернулся на базу четыре месяца назад, я неустанно думал о Белле, о возвращении к ней, о родившейся подрастающей дочери, и о Чарли, который на этот раз точно прибьёт меня за то, что поступил против его воли.

Я знаю, что должен был заслужить его доверие – в его глазах я был не более чем совратителем, врагом. Но ради Беллы и её любви ко мне, ради того чтобы у ребёнка был отец, Чарли наступил на горло своей гордости и позволил мне остаться.

Я выполнял любую работу. В основном община занималась выращиванием овощей, соорудив крытую стеклом огромную теплицу в одном из провалов в шахту метро. На такой глубине внутри скапливался конденсат, а плющ обвивал сооружение сверху, за счёт этого солнце не выжигало растения, и община могла существовать на подножном корму. Работы было много, людей – мало. Всего около ста пятидесяти человек.

Я думал, у нас на базе «пятьдесят один» слишком строгие условия, но насмотревшись на отношение между членами общины, я стал сомневаться, какие были лучше: отделение женщин, как у нас, военный устав в любом действии, и в итоге лишение людей права на какой-либо выбор. Или беспорядочные связи, как здесь, когда женщины зачастую подвергались насилию и без учёта их мнения выдавались замуж. Белле это тоже грозило, если бы не появился я.

У нас родилась славная девчушка, и мы назвали её Хоуп – потому что она подарила нам надежду на счастье. И у нее был иммунитет. Как и все детки, она заболела сразу после рождения, но перенесла заразу легко и быстро: два дня лихорадки, и все.

К тому моменту Чарли Свон уже успокоился и перестал следить за каждым моим шагом – я почти стал в общине своим. Но у меня были ещё дела. Важные дела. Я не мог бросить все те тысячи людей, оставленные на базе и надеющиеся на спасение, голодающие и отчаявшиеся! На мне висел долг, и я обязан был вернуться, даже если придётся пожертвовать своим счастьем. Белла понимала и соглашалась, что это правильно. Но на понимание Чарли и остальных рассчитывать не приходилось…

Когда Хоуп исполнился год, я собрал рюкзак, попрощался с Беллой и дочерью, клятвенно обещав вернуться, и отправился в обратный путь.

Дальше были месяцы обследований и тестов, написания изнурительных отчётов, проверок и экспериментальных вакцин. Я ведь заработал свой собственный иммунитет, переболев чумой, так что не было никакой надобности рассказывать об общине и обо всем, что со мной на самом деле случилось. Я раскрыл лишь первую часть: о том, как все погибли под завалом в старой шахте метро, о том, как я лежал со сломанной ногой и не имел возможности добраться до базы, о том как болел и думал, что умру. По счастью, мне поверили, тем более что и доказательства – моя хромота и неправильно сросшаяся нога – были налицо.

Не было никакой возможности сбежать – выход тщательно охранялся. Мне пришлось ждать, когда будет создана действующая вакцина и первые выходцы на поверхность докажут её эффективность. После этого полковник начал строить планы по переселению в более благоприятный район – сначала небольшая команда, затем остальные.

Это был не первый раз, когда мне позволили выйти на свежий воздух и присоединиться к тем, кто образовал палаточный лагерь на поверхности. Люди настолько устали жить под землёй, что совершенно не желали снова туда спускаться – теперь база была лишь местом работы в оранжереях и лабораториях, спать предпочитали наверху.

Я всё продумал: бросил свой именной рюкзак возле узкого каньона - трещины, в глубине которой никто не смог бы ничего разглядеть, да и спускаться туда было бессмысленно и небезопасно. Клок своей куртки повесил на торчащий из иссушённой земли сучок, чтобы выглядело так, будто я попросту поскользнулся и провалился. Теперь меня не будут искать. Все решат, что я умер.

И отправился домой. Я выполнил долг – люди с базы были спасены, здесь меня больше ничто не держало. Сердце рвалось к любимой женщине, вынашивающей нашего второго ребёнка, я надеялся, сына. Если повезёт, я увижу большой округлый живот.

Со мной был запас продуктов и пара литров воды, но я знал, что доберусь во что бы то ни стало, даже несмотря на то, что неблизкий путь на этот раз придётся проделать пешком. Я не мог взять автомобиль, потому что тогда бы меня стали искать и неизбежно нашли бы общину, а я обещал защитить её от любого вторжения чужаков.

Любовь помогала мне двигаться вперёд, инстинкт выживания – находить воду, залезая в глубокие ущелья и собирая ночную росу. Я экономил силы, передвигаясь с раннего утра до полудня, отдыхал на пике жары в тени, и затем шёл дотемна. До Финикса я добрался в итоге за какую-то неделю, и ещё день потратил на обход города. В его южной части и располагалась община.

Когда я подошёл к теплице с южной стороны, меня заметил патруль, в котором, как назло, оказался Джеймс – тот самый мерзавец, которому я уже расквасил когда-то морду. Нагло усмехнувшись, он направил на меня видавшую виды двустволку, прекрасно осознавая, что у него наконец-то есть настоящий повод пристрелить меня. Второй патрульный, парень по имени Сэм, ударил по стволу.

- Ты с ума сошёл?! – закричал он на Джеймса. – Чарли сказал – доставить живым, он сам с ним разберётся.

- Старый шериф опять простит этого урода, - злился Джеймс, однако больше не сделал попытки удержать меня, когда я проходил мимо. Только сплюнул мне под ноги, глядя за мою спину, словно я привёл с собой целый отряд.

- Я один, - разочаровал я его.

- Это тебе не поможет, - сплюнул он ещё раз, целясь в мой растоптанный ботинок. Промахнулся.

- Чарли, и вправду, обещал прикончить тебя, - шёпотом сообщил Сэм. - Но учитывая обстоятельства, сейчас не станет устраивать разборки – не до тебя ему.

- Что за обстоятельства? – насторожился я.

Сэм усмехнулся.

- Твоя жена рожает.

Так быстро я давно не бежал. Ворвался в наше подземное жилище, окруженное зеваками, и сразу бросился на второй этаж – оттуда доносились крики. Меня пытались удержать снаружи, но я толкнул дверь и кинулся к постели, сбросив на пороге тяжёлый рюкзак.

- Эдвард! – задыхающаяся Белла протянула ко мне руки, её усталое вспотевшее лицо посветлело от радости.

С другой стороны кровати Беллу за руку держал отец. Я проигнорировал его злой взгляд, целуя жену.

- Ещё немного, Белла, не отвлекайся! – строго сказала Джейн, принимающая дитя.

Белла закричала, напрягшись всем телом, и мы услышали детский крик, звонкий и живой.

- Мальчик, - сообщила Джейн, вкладывая в мои руки копошащийся в простыне кричащий комочек. Мы с Беллой восхищённо смотрели на него.

- Не привязывайтесь, - жестоко напомнил Чарли, разрушая нашу счастливую минуту. – Двое из пяти детей по-прежнему умирают. Неизвестно, насколько силён его иммунитет. Вам повезло с первенцем, но не забывайте, как было с несчастной Эсми – четыре беременности, и четвёртый ребёнок гибнет.

- Дети больше не будут умирать, - обернулся я к тестю. – Я привёз семьдесят пять доз вакцины – стопроцентной вакцины, проверенной!

Чарли как-то невразумительно крякнул, словно не нашёлся, как реагировать.

- От неё не будет толку, если твои солдаты найдут нас, проследив за тобой.

- Этого не произойдёт, я инсценировал свою смерть.

- Похоже, Эдвард умнее и лучше, чем ты о нём думал, Чарли, – рассмеялась Джейн добродушно, накрывая Беллу чистым одеялом и забирая из моих рук ребёнка, чтобы умыть его.

Отец Беллы ушёл, что-то недовольно кряхтя себе под нос и покачивая головой.

- Кажется, я легко отделался, - улыбнулся я любимой женщине, памятуя об угрозах шефа Свона пристрелить меня, если я подведу, сбегу или совершу любое другое подходящее «преступление». Похоже, мои слова его переубедили.

- Попыхтит пару дней и простит тебя, - обняв за шею, Белла притянула меня к себе. – Ему тоже знакомо слово «долг».

Джейн вложила в наши руки укутанного мальчика, тут же припавшего к материнской груди, и тихо ушла. Вместо неё прибежала маленькая Хоуп – взобравшись на кровать, дочь с любопытством смотрела на новорождённого брата, её карие глазки были широко распахнуты. А я, глядя на идиллию моей увеличивающейся семьи, точно знал – всё будет хорошо теперь. Трудности позади, и нас всех ждёт новая замечательная жизнь.

___________________

Форум


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/58-36522-1
Категория: Мини-фанфики | Добавил: Farfalina (05.06.2017) | Автор: Валлери и Farfalina
Просмотров: 1378 | Комментарии: 21


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 21
0
21 Frigitta   (15.09.2017 23:40)
Это было круто! Реально круто! Прочитала на одном дыхании!Спасибо огромное! wink

0
20 MOSIFE   (02.08.2017 15:42)
Вау, честно не нахожу подходящих слов для описания истории!
Такое ощущение, что прочитала не увлекательную мини, а интересную книгу.
Если честно, это чем-то напоминает мне серию книг Джеймса Дэшнера "Бегущий в лабиринте".
Спасибо!!
Прочитавшие историю не пожалеют, хотя конечно это дело вкуса.

0
19 Lidiya3397   (26.06.2017 13:07)
Автор, спасибо! К сожалению, прочла историю после конкурса. Первая половина, напомнила мою любовь к фантастике - Станислав Лем, Айзек Азимов, Рэй Бредбери... Практически у всех фантастов, Земля не выживет после апокалипсиса... Не выживет и Человечество... Ваша история заставляет надеяться. Вторая половина истории приближает к Х.Э. Надежда и Вера должна Быть! Хороший комментарий о "сексе с поломанной ногой" , но ВСЁ возможно, когда молодые и влюбленные Любят !

+2
18 Aelitka   (13.06.2017 22:26)
Эдвард прям мужик, редко такие персонажи попадаются, спасибо вам за него, автор! И Белла, в общем-то, тоже хороша, как и Чарли. Характеры уместны, сюжет интересный, явно не с бухты-барахты настрочили быстренько, а обдумывали всё... Недочёты фактические вам уже без меня перечислили, не буду о них.
Не знаю, нужны ли вам мои субъективные ощущения, но всё-таки выскажусь, мало ли... Всё хорошо вроде, кроме мелочей, на которые глаза можно закрыть, но история не "держит". Может, из-за длинной середины с Эдвардом, к которому Джейн с Беллой ходят - это сбило темп, учитывая, что общий объём не сказать что очень большой. В постапокалипсисе хочется напряжения; тут таким напряжением была пропитана вылазка, описание города шикарное, скелеты, трупы, вой ветра и безнадёга - идеально для взятой темы. А потом резко сломанная нога, долгие тусовки в подземелье, милая девушка и секс. После такого снова ощутить былое напряжение было тяжело, и угроза в лице Чарли уже не казалась существенной, как не виделась опасной и вылазка Эдварда. Было понятно: прокатит, точно прокатит. Всё с него как с гуся вода, и всё будет хорошо ))
В общем, спасибо большое, что взялись за эту заявку, увидев обложку ооочень ждала по ней историю. И исполнение вышло качественным, это просто я такая придира.
Удачи вам!

0
17 Ange-lika   (12.06.2017 23:22)
Спасибо Автору за смелый выбор заявки, и полное соответствие и заявке и обложке. Очень глобальная, многоходовая история, реально словно фильм посмотрела!

0
16 Валлери   (11.06.2017 16:16)
Спасибо автору за выбор заявки! Я очень люблю апокалипсисы и прочитала с огромным удовольствием happy Даже не хочется критиковать, хотя есть, за что, но в основном это мелкие детали. Например, давно исследовано, да и исторически подтверждено, что люди в моменты, угрожающие их жизни, поддаются инстинктам и "пускаются во все тяжкие" - то есть начинают грабить, убивать и так далее. Автор же создал два почти идеалистических общества - одно под землей, второе над. И если в первом варианте это еще хоть как-то объяснимо тем, что заправляли базой военные, в руках которых сосредоточено оружие - то есть построили общество по-военному и держат планку. То в общине над землей такое вряд ли было бы возможно) А они мирно сосуществуют, чото растят, и почти не ссорятся) Чем Чарли так грозен, что построил под себя столько людей? Почему не идет борьба за власть?
То есть, по факту, мне не хватило глубины и психологии действий)
Но это, повторюсь, не помешало мне насладиться - воплощение обложки и заявки вполне на уровне и я, читая, легко закрыла глаза на эти мелкие недоработки happy

0
15 Gracie_Lou   (11.06.2017 16:14)
Я конечно глубоко не согласна с вот этими словами
Цитата Текст статьи ()
без мясных консервов мы все рисковали заболеть в конце концов цингой из-за нехватки необходимых организму питательных веществ и микроэлементов.

И глубоко убеждена,что в первую экспедицию отряд Эдварда брал с собой не вакцину,а сыворотку с антителами.... biggrin biggrin biggrin Но это всё мелочи,как и другие ошибочки, проистекающие от увлечённости автора сюжетом и торопливости из-за ограничения по времени.А что касается прочих претензий по поводу достоверности сюжета могу посоветовать автору отвечать словами моего преподавателя по биоэволюции-"Это по существующей ныне научной теории,а теориям свойственно меняться" wink
Отличный рассказ,автор.Терминология-дело наживное.Тем более,что это вообще может и не бактерия и не вирус были,упавшие с непонятными "камнями".А некий вид инопланетян,паразитирующий на белковых организмах и прилетевших на своих мааааленьких одноразовых звездолётиках.Вот вдруг это всё откроется по мере исследования? cool

0
14 leverina   (11.06.2017 13:19)
История очень достойная. Одновременно и простая, и масштабная. Увлекательная.

А фанфикнш на конкурсе без ошибок - просто нереален. Они в моих глазах придают историям дополнительное очарование.
Например, никогда не думала, что к подземным руинам применимы слова "влажная уборка помещений".
Или что, располагаясь между длинных стройных ног девушки, можно чувствовать... э, как там было написано? Вот, "ответственность и гордость"! (А вы удивляетесь, что ему переломы не помешали. Чему удивляться?) Очуметь, какой этот капрал классный парень! На таких, как он, земля и держится.

ЗЫ: для Чарли:

0
13 kaktus6126   (10.06.2017 11:00)
Хорошо. Я не настолько придирчива, разбирая нюансы истории, как делают некоторые читатели (и замечательно, что есть такие критики-это помогает автору внимательнее работать над своими произведениями), а ловлю общее ощущение, впечатление от рассказов.Мне понравилось, история имеет право быть. И мир после катастрофы хорош, и общины, живущие сами по себе - все кажется правдивым. Спасибо автору)

0
12 Breathe_me_Bella   (10.06.2017 03:43)
Как по мне, история написано красивым языком, очень интересный сюжет. Может быть и были местами небольшие огрехи, я их не заметила. Очень понравился стиль повествования.

0
11 Rara-avis   (10.06.2017 01:35)
Видно, что над рассказом автор корпел, однако есть ряд моментов, которые следовало учесть при написании, вооружившись хотя бы Интернетом. wink Или автор намеренно раскидывал эти «пасхалки» – знаю таких озорников на ТР. biggrin

Цинга – это нехватка витамина С, а он не в мясе содержится, а во фруктах и овощах. Оранжереи, насколько понимаю, могли обеспечить этим выживших, как и растительным белком, – он, как лодка, доставляет витамины и минералы к клеткам, без него они просто не усвоятся. Нехватка животного белка привела бы к атрофии мышц, особенно кишечника – ослабление иммунитета, голоду и смерти. Когда не жировых запасов, организм сжигает мышцы (поддержание 1 кг мышц = 30 Ккал, 1 кг жира = 6 Ккал), потом воду, потом – хана. biggrin
Что-то мне не верится, что в короткий промежуток времени на Землю падало много астероидов, которые только отдельные дома бомбили. cool Более вероятный вариант: через несколько миллионов-миллиардов лет в нашей Солнечной системе некое блуждающее тело, чья траектория проходит через внутренний астероидный пояс и чья гравитация вытолкнет астероид-другой в сторону Земли. Даже одного небольшого достаточно, чтобы его взрывная волна разрушила тот же Лос-Анджелес или любой другой крупный мегаполис или даже мегалополис.

По поводу чумы – это бактериальная инфекция. С учётом падения в атмосферу Земли и взрыва это должна была быть супербактерия, чтобы выжить в таких адских условиях. Занятно, что есть ряд микроорганизмов, которые и при вулканах выживают – мирненько и без общемировой пандемии. А уж чтобы на астероиде ещё и чума была... Логичнее было бы сделать утечку чумы, дальше мутация инфекции, трудность в поиске «нулевого пациента» – это в духе человечества и здравого смысла.

Морская соль разъесть кожу не может, по крайней мере, в океанической воде. И герои же не в Мёртвом море часами лежали в водах, верно? И не в загрязнённом водоёме – люди почти вымерли, чтобы загазовывать воздух до повсеместных кислотных дождей. biggrin

В описании близости явно видна женская рука. Уж все эти сравнения, даже при вычитанной теории, Эдварду не катят. Романтично, но выбивается из общего настроя истории.

В целом у меня двойственные ощущения. Вроде бы написано ладно, и персонажи интересные – разве что второстепенных героев обеих общин можно было раскрыть – показать традиции и уставы не только со слов, но и на примере конкретных ситуации. Там и там урывками, отчего весь масштаб катастрофы не чувствуется – не говоря уже о слегка притянутом счастливом финале. Фактологические ошибки, к сожалению, не позволяют закрыть на них глаза. Вау не случилось.

В любом случае история мне понравилась. Желаю автору удачи на конкурсе. smile

+1
10 Тэя   (09.06.2017 18:54)
Извиняюсь, я опять на своего любимого коня присяду))

Цитата
Я видел падение космических камней своими глазами, и не только по телевизору – один из них рухнул на соседней улице, в окно я смотрел на огненный след, оставленный им в ночном небе, затем на зарево взрыва над домами.

Ага.. а стёкла не вылетели? А дома не прилегли после ударной волны? На соседней улице оно упало... ага... Блин, ну пишешь про метеоритную бомбардировку, так теорию можно б было изучить хоть немного.
Спешу огорчить, космические тела, падающие на землю - в большинстве своём стерильны. Это насчёт бактерий. Занести какой-то вирус на Землю способны разве что кометы, ведь по некоторым гипотезам именно так на планету попала вода. Да и не во всякой комете вода содержит жизнь. Брали уже пробу воды с хвоста летящей кометы - стерильная оказалась. То есть нет даже простейших бактерий, а тут про вирусы.

Извиняюсь за длинный опус))

В целом мне рассказ понравился. Написано очень плавно, язык повествования гладкий, приятный, насыщенный. История красивая. Психологизм присутствует. Жутко, конечно, представлять, что такое возможно на нашей планете - опустевание, оскуднение, исчезновение цивилизации.
Есть описание жизни под куполом - довольно подробное, хотелось бы прочесть и про общину побольше. А так только вскользь упомянуто, что понемногу дичают люди. Возможно, община не единственная.

Образ Эдварда очень приятный. Только уж помешан на сексе немного, в виду его отсутствия)) Вообще если подавлять животный инстинкт размножения, агрессия копится и фонтанирует. Так что странно, что на базе восстания ни разу не было. Бром им что ли в еду добавляли))
В общем, Эдвард прелесть. Честный, справедливый, даже к своим вернулся помочь. И Белла нежная, смелая.
Удачи на конкурсе. История достойная.

+2
9 marykmv   (09.06.2017 18:50)
Хорошая история. Зацепило. И слог хороший. Не могла оторваться до последней буквы.
Спасибо. Удачи на конкурсе.

+1
8 Ялло   (09.06.2017 15:22)
Шикарно,браво автор.

+1
7 Farfalina   (09.06.2017 14:44)
Ух, я как фильм посмотрела! Не мой любимый жанр, к сожалению, но выполнено замечательно!

+1
6 Мурлыська0319   (09.06.2017 09:21)
Крутой фанфик!
Очень захватывающий, интересный, реалистичный. Как сценарий фантастического фильма. Думаю получился бы отличный блокбастер!
Автор, вам удалось воплотить в жизнь все задумки и передать яркость обложки, пусть и были небольшие шероховатости и недочеты.
В целом история заслуживает участия в конкурсе и награды.
Динамичная, сильная, с надеждой в светлое будущее.
Здорово! Удачи! Спасибо!)

+1
5 Twilighter_anetta   (08.06.2017 20:05)
Сначала прошла мимо этого фанфика, а зря! Подтверждаю все вышесказанные слова. Эта история очень захватывающая. Автор все моменты продумал (кроме как действий с сломанными ключицей и ногой). Спасибо за историю

0
4 НР   (08.06.2017 19:34)
Замечательная вещь ! Новый, свежий глоток в нашу коллекцию фанфиков, ещё раз спасибо! smile

+2
3 Диметра   (08.06.2017 17:05)
Вау, Автор! Мой голос без сомнения Ваш. Это было потрясающе - яркие характеры, продуманность всех последствий апокалипсиса, плавное введение в отношении и яркая развязка с хэппи концом. Просто супер! Очень понравилось как мужественно вел себя Эд как с момента обнаружения беременности так и его самого жителями общины. Ну и выполнение чувства долга перед всеми - и военными и общиной - на высоте. И хотя я скорей прочитала собственное произведение, чем фанф (герои лишь пересекаются в именах, но обладают своими характерами и т.п.), уж я точно к такому придераться не буду smile
Благодарю и за чистоту текста. Я в восторге, что Автор может не только классно писать, и чисто.
Без сомнения удачи в фесте для этой достойной истории!

+2
2 pola_gre   (07.06.2017 22:10)
Я в восторге!
Как будто фильм посмотрела
Так замечательно и подробно все описано и рассказано, все причины и следствия продуманы smile

Спасибо за замечательную историю!

+1
1 з@йчонок   (06.06.2017 14:36)
Ой, это так здорово! Только вчера думала о том, что неплохо бы перечитать "Противостояние" Кинга или что-то в этом духе.
P.S. Но заниматься сексом со сломанным бедром - это, конечно, трэш, товарищи biggrin

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]