Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1619]
Из жизни актеров [1604]
Мини-фанфики [2394]
Кроссовер [679]
Конкурсные работы [6]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4592]
Продолжение по Сумеречной саге [1258]
Стихи [2339]
Все люди [14610]
Отдельные персонажи [1449]
Наши переводы [14019]
Альтернатива [8929]
СЛЭШ и НЦ [8475]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [153]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4037]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей сентября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 16-30 сентября

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Фактор страха
Белла и Эдвард помолвлены! Но, как говорится, жизнь без риска скучна. Они пошли на отчаянный шаг, приняв участие в популярном шоу, такое, как «Фактор страха» для пар. Что же получат они после окончания шоу? Ценный приз или новые знакомства?

Мой личный ангел
Рисковать всем - неженское дело, как и не мужское - сомневаться и ждать. Но в жизни порой всё так перепутано. И путь к любви для каждого свой.
Романтичная история от ИрисI

Горячий песок
Про первые неуверенные шаги во взрослую жизнь.

Солнечная зайка
«Новолуние» с точки зрения Аро. Может, в конце концов, пожилой мужчина спокойно насладиться свободным временем?

Золотая рыбка
Оглядываясь на неудачный пример родителей, Белла не хотела связывать себя узами брака, однако, встретив Эдварда , изменила решение. Теперь она счастливая жена самого завидного холостяка Америки, а впереди у них долгие годы вместе. И все бы хорошо, если бы за плечами Эдварда не стояла огромная многомиллионная империя, обещающая потопить его Золотую Рыбку в мире больших денег, интриг и горестей.

Отец моего ребенка
Белла мечтает о свадьбе с любимым мужчиной, карьера идет в гору. И тут внезапно все летит в пропасть. Личная жизнь распадается, начальник требует невозможного, а мать попадает в аварию. Последним ударом становится появление разбившего сердце шестнацатилетней Беллы Эдварда. А незапланированная беремнность и неопределенность в вопросе отцовства это вообще катастрофа.

Наш месяц
Это история о слабом мужчине и сильной женщине. Если он падает, она его поднимает, если падает она, он падает вместе с ней. Это история о простых людях и о родственных душах. Это история просто о них.

Некоторые девочки...
Она счастлива в браке и ожидает появления на свет своего первого ребенка - все желания Беллы исполнились. Почему же она так испугана? История не обречена на повторение.
Сиквел фанфика "Искусство после пяти" от команды переводчиков ТР



А вы знаете?

А вы знаете, что в ЭТОЙ теме авторы-новички могут обратиться за помощью по вопросам размещения и рекламы фанфиков к бывалым пользователям сайта?

... что победителей всех конкурсов по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в ЭТОЙ теме?




Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Сколько Вам лет?
1. 16-18
2. 12-15
3. 19-21
4. 22-25
5. 26-30
6. 31-35
7. 36-40
8. 41-50
9. 50 и выше
Всего ответов: 15510
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

Краски вне линий. Глава 43

2017-10-18
18
0
Глава 43. Восход солнца


BPOV

Он пропел последние слова так, словно мы играли в прятки. И Эдвард бросился вперед, готовый бежать отсюда, но я схватила его за руку и потянула обратно к себе.
- Нет, Эдвард, нет! – проскрипела я, пытаясь удержать его. - Он пытается выманить тебя!
- Она у него! – возразил он, пытаясь высвободиться так, чтобы не сделать мне больно.
- Нет, это не так! – я взяла его лицо обеими руками, поскольку видеть меня он не мог. – Не надо!
- Белла… - произнес Эдвард в агонии, а затем снова раздался голос Кевина.
- Ты хотел решающего поединка, раб, - Кевин бросил вызов. - И вот он. Так что иди сюда, и ты его получишь. Я нашел для нас идеальное место. Иди на мой голос, любимый. И я расскажу тебе правила, когда ты придешь. Давай покончим с этим. Скоро утро, и нам предстоит долгий перелет.
Эдвард вышел из комнаты и направился в огромную гостиную, где все это началось, но Кевина там не оказалось.
- Эдвард, подожди! – взмолилась я. - Что ты делаешь?
- Я иду к нему, - он ощупал стену рядом с собой. - Он прав. С этим нужно покончить сейчас же. И если у него Кэти…
Мне хотелось верить, что Кэти в безопасности, заперта в винном погребе. Но правда в том, что она могла как-то выбраться оттуда. Будь хоть один шанс, что она у него, я тоже должна была узнать об этом. Меня тошнило от мысли, что она в его руках, а нас там нет. Мы спешно шли по коридорам на голос этого пидора. Мы совсем не слышали Кэти. На минуту я расслабилась, подумав, что Кевин блефует. И тогда я услышала ее.
Она не плакала, и в ее голосе совершенно не слышалось слабости. На самом деле она насмехалась над Кевином:
- У моего папы «черный пояс» по карате. Он сильно побьет тебя.
Затем мы услышали, как Кевин фыркнул и ответил:
- Твой папа – маленькая сука.
Эдвард заревел и тут же выдал наше местонахождение. Их голоса раздавались у нас над головой, и когда мы вошли в огромное помещение, я увидела, что это гигантских размеров комната из стекла. Здесь были две стеклянные лестницы – одна рядом с нами и еще одна такая же лестница на другой стороне комнаты, ведущая вверх на стеклянный пол, где стояло множество небольших прозрачных столиков, полуразрушенных и почерневших от огня. Внизу также находилось несколько наполовину сгоревших стульев, и возникало впечатление, что они попадали сюда сверху. И когда я посмотрела вверх на стеклянный пол над нами, то увидела огромную пробитую дыру, окруженную серебристо-черными трещинами, а справа была еще одна дыра… и еще одна, сделанная давно. И наверху, на разрушенном стеклянном уровне стоял Кевин, держа Кэти за руку, с оружием в другой руке.
- Кевин! – крикнул Эдвард. - Отпусти ее! Это наше с тобой дело!
- Как ты до нее добрался? – закричала я, ненавидя себя и то, что ему удалось сделать невозможное.
- Она пришла ко мне, - объявил Кевин, улыбаясь Кэти. - Это несложно – выманить к себе ребенка, особенно когда кричишь, что ее отец нуждается в ней, иначе ему будет больно. Она прибежала ко мне.
- Прости, пап, - прохныкала Кэти, чувствуя стыд, но никто из нас не винил ее за то, что у нее было такое милое и храброе сердце. - Он сказал, что в тебя стреляли! Он сказал, что я нужна тебе!
- Не извиняйся, малышка, - мягко сказал Эдвард, сжав кулаки по бокам. - Мы любим тебя. Это нормально. Все будет в порядке, я клянусь.
Кевин фыркнул и направил на нас револьвер.
- А теперь слушай правила, любовь моя, - начал Кевин. - Ты оставишь эту негодяйку под лестницей и поднимешься сюда один.
- Иди на хрен! – в ярости выкрикнула я, крепче схватив Эдварда за руку.
- Ты поднимешься сюда один, - повторил Кевин. - И затем мы с тобой выясним отношения. Здесь, наверху. Победит тот, кто останется на ногах. Победишь ты – и сможешь уйти со своей ванильной семейкой, можете идти на хрен, мне все равно.
- А если победишь ты? – осмелилась спросить я.
- Тогда Эдвард полетит со мной на самолете по доброй воле, - ответил Кевин.
- Шел бы ты сам на хрен! – выплюнула я.
- Подожди! – сказал мне Эдвард и затем спросил:
- А что насчет Кэти и Беллы?
- На самом деле они мне не нужны, - сказал Кевин Эдварду. - Если честно, вся эта ситуация вымотала меня и порядком надоела. Белла предназначалась Джеймсу, но он повел себя как долбаный предатель, поэтому шел бы он на хрен. Они могут проживать свою жизнь в стране, где их ебут в задницу (он намекает на США – прим.пер.), мне все равно. Даже если они расскажут все полиции, мы будем уже далеко, в другой стране. Они не смогут поймать нас. Все, чего я хочу, это тебя. Это все, чего я когда-либо хотел. И если тебе посчастливится убить меня, тогда ты не тот сабмиссив, о котором я мечтал, и в любом случае моя жизнь потеряет всякий смысл. Я потерял кое-что еще… свое лицо, свою жизнь, свое место в мире. Это сделка. Соглашайся… или не соглашайся. У тебя минута на раздумье или я снесу ребенку голову.
Я почувствовала слезы на глазах, когда желчь подкатила к горлу. Эдвард развернулся ко мне и, взяв меня за руки, прошептал:
- Я должен идти, Белла.
- Нет, Эдвард! – я задохнулась при мысли, что он вынужден будет подняться туда один, будучи слепым. Кевин убьет его. Он убьет Кэти. И если он сделает это, он убьет и меня. И все, что мне останется, это стоять внизу и смотреть на это? На хрен!
- Белла, все нормально, - он быстро поцеловал меня, изо всех сил стараясь смотреть мне в глаза, и добавил:
- Я вернусь. Вместе с Кэти. Обещаю. Пожалуйста, поверь мне.
Я ненавидела это. Я ненавидела это, но услышала свои слова сквозь всхлипывания.
- Я верю в тебя, Эдвард.
- Значит, у меня есть все, - он мило улыбнулся мне и затем, нежно обняв мое лицо руками, осторожно провел пальцами по моим глазам, затем по носу, словно таким образом видел меня. Я заплакала и ощутила влагу на лице, когда он прислонился своим носом к моему носу и выдохнул:
- Я люблю тебя, Белла Свон. Я вернусь к тебе. Обязательно.
И прежде чем я смогла ответить, он пошел вверх по ненадежной стеклянной лестнице. Он нащупал перила лестницы и взялся за них, пока поднимался наверх, ощупывая ногами каждую ступеньку, прежде чем встать на нее всем весом.
- Хороший мальчик, - вкрадчиво сказал Кевин. - Поторопись. Мы же не хотим, чтобы ты снова упал, дорогой.
- Эдвард, подожди, это ловушка! – крикнула я, но он не выглядел удивленным, когда я добавила:
- Весь этот стеклянный пол – сгоревший. В нем полно дыр и трещин!
- Я знаю, - спокойно ответил он, стоя спиной ко мне. - Но я должен забрать Кэти. Все нормально. Не беспокойся, Белла. Ты же знаешь, ничто теперь не сможет забрать меня у тебя.
Он развернулся и в конце последнего предложения подарил мне слабую улыбку, и мое сердце разбилось, когда он начал подниматься на ощупь, осторожно ступая на хрупкие ступени, поджидающие его.
Я с неохотой вынуждена была выпустить его руку, и он начал свое медленное путешествие вверх по треснувшим и сломанным ступеням.
- Я иду, Кэти, - заверил ее Эдвард крайне сильным голосом, проводя дрожащей рукой по ступени перед ним. - Держись, малышка. Все хорошо. Папа здесь.
Все, что я могла, это стоять, тяжело дыша, вцепившись в свои волосы, и хныкать, наблюдая за всем этим. Я продолжала размышлять, могу ли я хоть что-нибудь сделать. Но все, что приходило мне в голову, подвергало опасности Кэти. Теперь я немного лучше понимала своего отца.
Тогда, в Нью-Йорке, он держал меня в стороне от того, что случилось с Эдвардом, когда тот вернулся в клуб. Теперь я поняла почему. Он делал все возможное, чтобы Эдвард оставался в безопасности, стараясь защитить его. А мне казалось, что он не делает ничего. Но теперь я понимала лучше. Оставаться спокойным, выжидая, чтобы нанести удар, это, должно быть, самое трудное в мире. И теперь в этой роли была я.
- Да, будь осторожен, любовь моя, - сказал Кевин, посмотрев вниз, словно Его Величество Король. - Один неверный шаг на этих ступенях – и ты вообще сюда не поднимешься.
- Ничто меня не остановит от того, чтобы забраться наверх и уничтожить твою подлую задницу, - быстро ответил Эдвард, тон его голоса был низким и смертоносным, когда он шагнул на следующую ступеньку.
Затем Эдвард ощупал следующую ступеньку, и я услышала хруст стекла. Я закричала, когда Эдвард схватился за поручень со своей стороны. Он отодвинул кроссовок от новообразовавшейся рваной дыры и встал там, где стекло было прочнее. И я приложила руки к груди – мое сердце колотилось подобно сумасшедшему, который стучит в дверь своей камеры.
- Эдвард! – пронзительно вскрикнула я, и слезы потекли из обоих глаз.
- Я в порядке, - тут же заверил он меня. - Я в порядке, Белла.
- Ладно, - я тихонько плакала, стоя внизу. - Ладно, хорошо. Будь осторожен, пожалуйста, Эдвард.
- Я буду осторожен, прости, - теперь он тщательно ощупывал каждую последующую ступеньку обеими руками, и из-за этого его подъем немного замедлился.
Затем, слетев с катушек, я не слишком тихо принялась разглагольствовать вслух, расхаживая взад-вперед.
- Что же ты, блин, за крутой доминант, если прячешься за спиной у маленькой девочки?! – проскрипела я сквозь зубы. - Заставляешь слепого человека карабкаться по сломанным стеклянным ступеням, чтобы он подрался с тобой!
- Белла, - сказал Эдвард, делая попытку успокоить меня, в то время как он, несомненно, находился во власти своего личного ночного кошмара, поднимаясь высоко по миллиону ступеней. Падение оттуда точно убило бы его, и картинка в голове с Эдвардом, падающим на это стекло, продолжала разъедать мне мозг.
- Прости, прости, - сказала я, выдыхая, но в моем голосе совершенно не слышалось сожаления, когда я потянула себя за концы волос.
Мне не хотелось отвлекать его, чтобы он не разбился насмерть, поскользнувшись на осколках стекла из-за меня и моей тирады.
Я совершенно не видела ни Кевина, ни Кэти с этого места, но время от времени я слышала его голос, когда он очень тихо говорил с ней. У меня не получалось разобрать его слова, но меня тошнило от одной мысли, что он вообще с ней говорит и даже просто дышит с ней одним воздухом. Я была уверена, что Эдварда это тоже беспокоит и вынуждает спешить там, где нужно идти медленно и осторожно. Вероятно, Кевин делал это умышленно, чтобы лишний раз помучить Эдварда.
- Не торопись, Эдвард, - попросила я его нежным голосом, пристально глядя на его спину. - Сосредоточься.
- Хорошо, Белла, - сказал он, и его голос прозвучал так, словно он ценит мою поддержку. Я была уверена в том, что он напуган, но он хорошо это скрывал. И я задалась вопросом – думал ли он о том, что ничего не видит.
Мне хотелось сказать ему намного больше.
Я с тобой, Эдвард. Я здесь. Ты не один. Ты никогда не останешься один. Я очень сильно тебя люблю. И очень горжусь тобой. Посмотри, как далеко ты зашел. Ты вовсе ни раб. Ты вовсе не слаб.
Но я не могла продолжать отвлекать его. Сейчас он был высоко. Я должна была заткнуться и дать ему сосредоточиться. Я должна была отпустить его, хотя все внутри меня противилось этому, и дать ему сделать то, что он должен сделать.
- Очень хорошо, мой зверек, ты почти добрался, - сказал наконец Кевин, когда Эдварду оставалось преодолеть всего несколько ступеней.
- Да, готовлюсь поцеловать тебя в зад на прощание, - пробормотал Эдвард. - И я не твой зверек.
- Поторопись, дорогой, мы тут по тебе соскучились, - посоветовал Кевин с нежной улыбкой, держа в одной руке револьвер, а другой – Кэти за руку.
Наконец Эдвард добрался до последней ступеньки, и я увидела его стоящим прямо надо мной, на стеклянном полу, в тусклом голубом свете. Я задрожала, задаваясь вопросом, что теперь будет. Кевин убьет Кэти? Бросит ее на пол? Убьет их обоих? Мой отец однажды сказал мне, что у сумасшедших людей нет никаких разумных причин для поступков. Они могут сделать все что угодно. Они не руководствуются никакой логикой.
Я пару раз прошептала имя Эдварда, застыв в ожидании, пока он стоял наверху, выглядя таким сильным и храбрым, и я вытянула шею, чтобы послушать, что они сейчас скажут друг другу.

Кэти POV

Я знала, что все испортила, не послушавшись Беллу, когда дала Кевину поймать себя. Поначалу я думала, что это не станет проблемой для папы или для Беллы, и была этому рада.
Но когда я увидела своего папу, стоящего здесь, после того, как он поднялся по всем этим ступенькам, всего побитого и потного, я поняла, что все мы в большой беде. Я знала, что этот парень, Кевин, хочет увезти моего папу с собой. Он снова хотел забрать у меня моего папу, и я не собиралась позволить этому случиться во второй раз. Не думаю, что смогу потерять его снова. И я пообещала себе, что не потеряю. Я должна была быть крутой, как Белла сейчас, и помочь своему папе всем, чем смогу. Я пыталась вспомнить все, чему Питер научил нас в тот день, о драке и самозащите.
- Я здесь, Кевин, - наконец сказал мой папа, и я заметила, что у него странные глаза. Он продолжал смотреть вниз, а потом поднял глаза, и тогда я увидела, что они все опухшие и немного кровоточат, и это меня напугало. Кевин повредил папе глаза?
- Очень хорошо, раб, - гордо сказал Кевин, словно говорил с ребенком, который получил табель с отличными оценками или что-то в этом роде.
- Я не твой раб, почему ты этого не видишь, Кевин? – спросил папа очень спокойным и почти грустным голосом.
- Все, что я вижу, это свою собственность, которая упрямится, - Кевин свирепо посмотрел на папу. Папа глянул в его направлении и сейчас выглядел действительно печальным.
- Это все, что ты видишь? – мягко спросил он.
- Хватит этого дерьма, - перебил его Кевин теперь со злостью в голосе. - Ты хотел подраться в последний раз, так что давай, любимый. О, но сначала одна маленькая штучка.
И тогда Кевин направил свой револьвер на стеклянные ступеньки, по которым папа только что карабкался наверх, и выстрелил! Звук был ужасный, и я закричала, прикрывая ухо рукой.
Папа осмотрелся вокруг своими опухшими глазами, и я услышала, как он выкрикнул мое имя. Наверное, он подумал, что Кевин выстрелил в меня. А звон разбивающегося стекла был таким резким и громким, что он не услышал, как я крикнула ему:
- Я в порядке, пап!
Я услышала, как внизу закричала Белла, и посмотрела вниз, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.
Она отпрыгнула в сторону, чтобы увернуться от осколков стекла, но подняла глаза и увидела меня. Обняв себя руками, она попыталась мне улыбнуться. Я махнула ей рукой, давая понять, что со мной все хорошо, но она все равно плакала.
- Кэти? – снова позвал меня папа, когда звон стекла утих.
- Я здесь, пап, - сказала я громче на этот раз. - Я в порядке.
Он глубоко выдохнул от облегчения, а Кевин сказал:
- Я делаю это просто, чтобы убедиться, что на этот раз ты не сбежишь раньше, чем все закончится, малыш.
- Я не собираюсь сбегать, Кевин, - сказал папа, сейчас выглядя действительно сумасшедшим. - Я покончу с этим прямо сейчас.
Я хотела рассказать папе про наручники, но Кевин предупредил меня, что сделает больно Белле, если я это сделаю.
- Мне нравится, - сказал Кевин папе. - Пора тебе занять свое место.
- Это может закончиться лишь двумя способами, Кевин, - сказал папа. - Или я отправлюсь домой со своей семьей, или умру. Но я никуда с тобой не поеду. Ни сегодня, ни завтра, никогда. Ты можешь принять это и уйти? Почему ты так зациклен на мне? Я не понимаю этого!
- Это очень просто, зверек, - Кевин улыбнулся моему папе и полушепотом сказал:
- Я люблю тебя.
Оууу. Я должна спасти папу от этого.
- Я не люблю тебя, - сказал мой папа сильным и вроде как в то же время милым голосом. - Пожалуйста, ты можешь просто дать нам уйти? Неужели это действительно стоит того? Стоит того, чтобы ты отдал за это свою жизнь?
- Видишь, вот за что я люблю тебя, милый, - Кевин затолкал свой револьвер в джинсы. - Ты такой милый. Такой печальный. Ты, словно зеркало, в котором отражается мое разбитое сердце. Ты самый прекрасный саб, какого я когда-либо видел.
- Я не саб, - нахмурившись, сказал папа. - И никогда им не был. У сабов есть власть. У сабов есть выбор. У меня его никогда не было. Я лишь хотел убедиться, что у тебя был выбор, прежде чем все это закончится. Чтобы мне никогда больше не пришлось думать о тебе и не испытывать неуместного чувства вины за твое убийство. Не совершай ошибки, Кевин, я собираюсь убить тебя. Ты причинил боль моей дочери, ты причинил боль Белле, ты угрожал их жизням. Ты можешь думать, что я такой милый, как тебе хочется, но… Если мы сделаем это, ты умрешь. Сегодня. Сейчас.
- Ты же не хочешь, чтобы твоя маленькая девочка увидела, как ты убиваешь, не так ли? – съязвил Кевин, используя меня в качестве приманки.
Папа заколебался, а затем сказал:
- Кэти, я не хотел, чтобы ты увидела хоть что-то из этого. Я пытался держать тебя подальше от этого. Прости. Но сегодня ты узнаешь, что реальный мир порой очень страшен. В нем живут плохие люди. И порой некоторые люди плохи настолько, что есть лишь единственный способ остановить их – уничтожить. Потому что тогда и только тогда ты обретешь хоть какой-то мир.
Папа теперь обратился к Кевину.
- Не то чтобы ты заслуживал этого. Но в любом случае моя семья наконец-то обретет мир. И мне не стыдно сделать то, что мне нужно сделать, чтобы это произошло.
- Милая речь, любовь моя, - Кевин подошел ближе к папе и схватил его за подбородок со словами:
- Последний поцелуй, прежде чем начнем?
Он с силой прижался своим ртом к папиным губам, и это случилось. Драка началась. Чего я не смогла сказать папе, так это того, что мое запястье было приковано к запястью Кевина наручником. Но я решила использовать это, чтобы помочь папе в драке. Я могла это сделать.
Хотя это было трудно. На стеклянном полу было полно трещин и дыр. И они уже дрались друг с другом по-настоящему грубо. Мой папа отшатнулся от поцелуя Кевина, с отвращением вытер рот рукой и немедленно выбросил кулак в направлении Кевина, промазав по его носу. Кевин развернулся и потянул меня за собой, думая, что я безропотно последую за ним и пойду туда, куда он хочет.
Он ошибался.
Даже если это было бы трудно, я могла сделать правую руку Кевина полностью бесполезной и опустить ее вниз, а в это время папа мог хорошенько его стукнуть. Поэтому я так и сделала. Я схватила Кевина за руку обеими своими руками и с силой потянула вниз, садясь на пол так, чтобы не стоять у папы на пути.
- Бей его, пап! – сказала я ему. - Бей его сейчас!
- Кэти, убирайся отсюда! – крикнул мне папа, когда воспользовался шансом и ударил Кевина прямо в его огромный жуткий глаз. Он не знал, что я была прикована к этому месту так же, как и он, и сейчас не было времени, чтобы объяснять.
Кевин зарычал на меня и дернул свое запястье, пытаясь ослабить мою хватку, затем решил использовать более слабую левую руку и замахнулся, чтобы ударить папу по лицу.
- Осторожно, пап! – крикнула я, и папа отдернул голову, избегая приближающегося кулака. Они на мгновение сцепились, сражаясь друг с другом за возможность ударить первым. Я огляделась по сторонам, пытаясь придумать, что еще я могла сделать, чтобы помочь папе.
Кевин обвил рукой горло моего папы, и папа пытался дергать шеей, чтобы вырваться. Я вскарабкалась на Кевина, обхватила его ногами за талию и принялась шлепать его по глазам. Я пыталась бить изо всех сил, и Кевин заорал и выпустил моего папу, но потом он схватил меня за волосы и сильно дернул.
- Слезь с меня, маленькая сучка! – прокричал он, сбрасывая меня на стеклянный пол.
Как только я приземлилась, стекло чуть-чуть треснуло, но затем трещина остановилась, и зазубренная полоса начала двигаться в сторону моего папы. Я не дышала секунду, испугавшись, что она поползет дальше.
Я вскрикнула, когда Кевин дернул меня за волосы, и это было все, что требовалось услышать моему папе.
- Убери свои долбаные руки прочь от моей дочери, пидор! – крикнул папа, и я подумала, что сейчас стекло треснет еще сильнее, но оно не треснуло.
И папа двинулся на Кевина, чтобы схватить его за горло, но немного левее его ноги была небольшая дырка в стеклянном полу.
- Осторожно, пап! – завизжала я, довольная тем, что находилась близко к этому месту и смогла дернуть его за штанину, чтобы его кроссовок не попал в дыру.
Кевин ударил меня ботинком, и я почувствовала очень сильную боль в спине. Сначала мне захотелось заплакать, но я вспомнила Беллу и сдержалась. Я должна была встать и продолжать помогать, или папы у меня больше не будет. Я знала это.
- Кэти, нет! – сказал мне папа, хотя он даже не видел, где я, но теперь знал, что я близко. – Уйди с дороги, убирайся отсюда!
Они сильно дрались, и я пыталась держаться в стороне от них. Но я по-прежнему висела на Кевине и тянула его за запястье вниз, чтобы он не смог ударить папу и загородиться от папиного удара. Я не считаю, что он хорошо подумал, когда решил приковать меня к себе наручником. Или так, или он не думал, что я тоже буду с ним драться. Он считал, что я напуганный маленький ребенок и этим он делает хуже папе, а не себе.
Он не слишком хорошо знал Калленов, да? И Свонов. Ведь когда у меня появилась возможность посмотреть вниз, туда, где стояла Белла, я увидела, что ее там нет. На секунду я подумала, что она ушла, но потом я увидела ее, она карабкалась вверх по оставшемуся каркасу стеклянной лестницы, и там был Питер! Он помогал ей взбираться! Я увидела еще одну фигуру, и когда снова сверкнула молния, я узнала Маркуса! Они пришли нам на помощь!
Я была так взволнована, что чуть не заплакала! Питер карабкался сюда, чтобы спасти меня! Это была мечта, ставшая явью. Даже несмотря на то, что было невесело смотреть, как Кевин и мой папа дерутся. Мне было ненавистно видеть, когда Кевин ударил папу. У меня было такое чувство, что я постоянно все порчу.
Тогда я вскарабкалась Кевину на спину, от этого его рука завелась за спину и стала совсем бесполезной, а папа ударил его прямо в живот! О-о-о, кажется, это было больно! Кевин выглядел так, словно его могло стошнить, но потом он просто накричал на меня, назвал «блевотиной» и сказал:
- Слезай!
Моему папе тяжело приходилось в драке, но он продолжал говорить мне, чтобы я слезала с Кевина и убиралась отсюда, но я не могла далеко уйти.
Кевин отступил, пытаясь стряхнуть меня со своей спины левой рукой, и он наступил на дыру в стекле. Я вскрикнула, когда вся его нога оказалась в дыре, и держалась изо всех сил.
Кевин закричал и дернул ногой, пытаясь выбраться. Осколки были разбросаны повсюду, и трещины стали образовываться вокруг папиных ног, словно злые змеи в поисках крови.
- Папа, осторожно! – заверещала я. - У тебя под ногами ломается стекло!
Глаза у папы немного выпучились, словно он услышал, как это происходит, и он опустился на колени, немного соскользнув влево, чтобы больше не давить всем весом на слабое стекло.
Но Кевин продолжал вести себя как дурак, он дергал ногой и пытался сломать стекло, чтобы освободиться. Он плохо понимал, что ломает все стекло вокруг нас.
- Помоги мне, маленькая сучка, или мы оба упадем! – крикнул мне Кевин, и я вонзила свои ногти ему в шею сзади и всем весом потянула его назад за горло.
- Кэти! – я услышала, что папа выкрикнул мое имя.
- Ты заслуживаешь упасть! – крикнула я Кевину. Мой папа был прав. Порой ты должен драться с плохими людьми. Неважно как.
И вот тогда я увидела, что револьвер наполовину высунулся спереди из джинсов Кевина. Я потянулась из-за Кевина и схватилась за рукоять оружия, выдернула его и швырнула своему папе, не подумав хорошенько.
- Папа, на! – крикнула я, словно мы уже почти победили.
Как только я его бросила, я поняла, что поступила неправильно. Револьвер мог выстрелить и ранить папу. Он мог упасть и выстрелить в папу. Он мог приземлиться на стекло и сломать его.
Но мне повезло, потому что ничего из этого не случилось. Он полетел в его направлении, влево от нас на несколько футов. И я увидела, как папа ощупывает револьвер своими руками, и я поняла – он догадался, что это такое.
- Как мило, дочки-матери! – Кевин все еще пытался надоедать моему папе. - Да, давай, выстрели в меня. Даже для слепого раба это не должно быть слишком трудно! Убей меня прямо на глазах у своей дочери, и пусть эти воспоминания останутся с ней до конца жизни! Она станет такой же ебанутой, как и мы! Давай.
Папа секунду целился в него, словно собирался сделать это. Но затем его челюсть напряглась, слезы потекли из глаз, и он покачал головой, а хватка на револьвере ослабла. Он не сказал ничего, положил револьвер на пол рядом с собой и сжал голову руками, словно ему было очень больно. Я услышала, что он плачет, и мне было ненавистно это видеть. Мне хотелось обнять его и сказать, что он все равно самый классный. Он всегда будет таким для меня.
- Ты по-прежнему слаб, - усмехнулся Кевин и добавил:
- И по-прежнему раб.
Мой папа ничего не сказал, но вцепился в свои волосы. Я ненавидела Кевина и хотела сделать ему больно. Мой папа никакой не раб.
Увидев несколько деревянных палок на полу рядом с собой, я подняла одну. Я вспомнила, как Питер говорил о том, что можно сделать человеку больно, уколов его сосок на груди. Я мысленно слышала слова Питера: «Не пытайся вести себя как леди. Здесь вопрос жизни и смерти, а не собрание в церкви».
Он был прав.
Это было легко сделать. Приложив палку к его соску поверх рубашки, я просто вогнала палку в огромную шишку из кожи. Он закричал по-настоящему громко, и я надавила сильнее, чуть не касаясь его кожи своими пальцами! Стоя позади него, я почувствовала, как стекло трескается под моими ногами, поэтому осторожно отодвинулась вправо, по-прежнему прижимая его левую руку у него за спиной своей рукой.
- Кэти! – я услышала, как папа прокричал мое имя, наверно, интересуясь, что же происходит, напуганный криком Кевина. Я была по-настоящему горда собой из-за того, что помогла избить Кевина, но затем Кевин ухитрился схватить меня за ту руку, которой я колола его.
Я не видела, как это произошло, все было внезапно, но Кевин начал душить меня обеими руками, действительно сильно. У меня не получалось дышать, и я слышала, как из моего горла рвутся сдавленные звуки, а ноги брыкаются. Я пыталась вцепиться ногтями в его пальцы, но он даже не поморщился и лишь улыбнулся мне, когда сдавил сильнее.
- Умри, принцесса, - выдохнул он, и я видела над собой только его зубы, пока задыхалась и пыталась вырваться.
Но в ту секунду, когда Кевин сказал эти два слова, словно взрывы, прогремели два или три выстрела.
Я увидела, что у Кевина сильно течет кровь. Пули попали ему в грудь, и его черная футболка стала совсем мокрой и прилипла к телу. Красного цвета крови на футболке видно не было, и я была рада этому.
Хватка Кевина на моем горле чуть-чуть ослабла, и тогда я смогла вдохнуть немного воздуха. Я еще задыхалась и немного кашляла, но когда я оттолкнула руки Кевина, они отодвинулись и наконец убрались от меня.
Глаза Кевина были такими большими и круглыми, когда он задрожал и приложил руки к дыркам на своей груди. И он повернул голову, чтобы посмотреть на папу. Мой папа по-прежнему направлял револьвер на Кевина, и его руки немного дрожали, он ждал, когда раздадутся еще какие-нибудь звуки, чтобы понять – нужно ли еще стрелять. Но все, что он услышал, был голос Кевина, который прошептал:
- Я люблю тебя, - выдохнул Кевин папе и был готов сказать что-то еще, но затем остановился и просто сказал: - Эдвард. Спасибо.
И потом Кевин прекратил дышать, издав последний ужасный хрип, и на этом все. Он опустился на спину осторожно, почти нежно, словно собирался поспать перед последним вдохом. И потом он умер.
Единственное, чего я хотела, чтобы у меня было немного времени и я могла сказать моему папе не подходить слишком близко. Но он оказался возле меня через две секунды, плача и вытаскивая меня из хватки Кевина.
- Малышка, ты в порядке? – он плакал и весь дрожал, пока прикасался ко мне, ощупывая мою шею. - Больно? Где-нибудь болит?
- Папа, нет! – наконец выдохнула я. - Стекло!
Следующее, что я поняла, это то, как пол подо мной кончился и я повисла, держась только за наручник на моем запястье!
Я закричала, так как испугалась, что пол далеко внизу, а еще наручник больно врезался в кость на запястье. Я приготовилась и стала ждать, когда упаду.
- Кэти! – закричал папа, ощупывая руками разбитое стекло рядом со мной. - Кэти!
- Я здесь! – крикнула я. - Но не надо! Ты упадешь! Стекло совсем разбилось!
- Мне все равно! – он двигался на мой голос и ощупывал зазубренную дыру, в которую я провалилась. Лежа на животе сбоку от дыры, он протягивал мне обе руки, пытаясь определить, где я.
- Давай двигайся ко мне, Кэти, - осторожно инструктировал он. - Карабкайся.
- Папа, - я заплакала. - Я прикована наручником к Кевину! Не надо! Стекло снова ломается!
Сейчас глаза у моего папы были по-настоящему напуганными.
- Где твоя рука? – спросил он, пытаясь оставаться спокойным, когда нашел руку Кевина и стал двигаться вниз по ней, пока не нащупал наручник. Затем он почти прорыдал: - О господи! Кэти!
Как только он нащупал наручник, то взял мою руку и обнял другой рукой за спину, оставив висеть только мои ноги.
- Я держу тебя, все хорошо, малышка, карабкайся мне на спину, ты можешь… осторожно, - голос папы был таким нежным, и он говорил так медленно, что немного напугал меня. Я поняла, что вскарабкаться папе на спину достаточно легко. Но с каждым моим движением я боялась, что стекло доломается окончательно и мы вместе упадем. Я не торопилась, и как только добралась до треснувшей стеклянной поверхности, на которой лежал папа, то побоялась двигаться дальше хоть на дюйм, чтобы папа не упал!
- Давай, малышка, заползай мне на спину, поторопись, - сказал он более настойчиво.
- Нет, пап, я слышу, как трескается стекло! – крикнула я, боясь, что он упадет из-за меня.
- Я знаю, все нормально, - сказал папа. - Просто вскарабкайся. Делай, что я говорю, Кэти.
Он не кричал последние слова, но говорил на полном серьезе.
Я сделала, что он сказал, и он подбадривал меня:
- Хорошо. Хорошо, девочка. Продолжай.
Я продолжала повторять:
- Нет, папа…
Но он все говорил:
- Давай, Кэти, ты все делаешь правильно, продолжай карабкаться…
- Папочка… - я всхлипнула, когда наконец выбралась из дыры и заползла на его голую спину, всю в синяках и крови, как он сказал мне, вместо того, чтобы ползти по хрупкому стеклу. Я не смогла бы отползти далеко вперед из-за наручника, все еще связывавшего меня с мертвым телом Кевина, на которое я старалась особо не смотреть.
- У тебя все отлично выходит, - повторил он, и мне стало интересно, что он собирается делать дальше.
Я услышала голоса Беллы, а также Питера и Маркуса, которые звали нас.
- Мы идем, Эдвард, держись! – крикнула Белла, и Питер добавил:
- Мы идем, Кэти!
- Пап? – я повернула голову после долгой паузы, когда ничего не услышала от него. Он держал обеими руками закованное в наручник запястье Кевина, и казалось, что он пристально смотрит на наручник, словно если он будет на него смотреть, он испарится и я смогу освободиться.
- Прости, прости, - сказал папа и затем снова вцепился в свои волосы.
- Что будем делать? – осмелилась я спросить.
- Я не знаю, - признался папа, поворачивая голову в мою сторону. - Ты видишь какое-нибудь безопасное и крепкое место на полу? Я мог бы подтащить его туда.
- Я не знаю, тут темно, - пропищала я, пытаясь увидеть, есть ли здесь хорошее место, куда можно передвинуться. Но даже прежде, чем я успела сфокусироваться, пара маленьких осколков стекла упала вниз под тяжестью тела Кевина, которое могло теперь свалиться в любую секунду. Я чувствовала это и папа тоже.
Я негромко вскрикнула, и папино лицо побелело.
- Давай сюда, держись за меня – крепко, - вдруг сказал папа и прижался ко мне, а другой рукой схватился за запястье Кевина, скованное наручником.
Затем я услышала, как папа пробормотал что-то, похоже, Кевину.
- Ты не заберешь ее с собой, ублюдок.
Папа ощупал пол и попросил:
- Кэти, мне нужно, чтобы ты осмотрелась. Посмотри, есть ли на полу какой-нибудь острый осколок стекла, с острыми краями.
Здесь их было полно.
- Да, вижу, - тут же сказала я.
- Сможешь достать один и не порезаться? – спросил он.
- Думаю, да, - я выбрала один небольшой осколок, лежавший неподалеку от меня. Я должна была потянуться, чтобы добраться до него. Взяв за уголок, я осторожно подтянула его к нам.
- Пойдет? – спросила я и испугалась, когда папа рукой осторожно коснулся острого края. Мой папа порезал свою ладонь зазубренной частью осколка стекла и улыбался при этом!
- Идеально, малышка, - ответил он и поцеловал меня. - А теперь я хочу, чтобы ты сказала мне, в какой стороне край пола. И есть ли где-нибудь перекладины? Что-нибудь, за что ты сможешь держаться, если пол осыплется.
- Да, кое-что есть, - я указала на несколько черных и белых перекладин справа в нескольких футах от нас.
- Ладно, веди туда, - сказал он мне, положив кусок стекла на мокрую грудь Кевина, и обеими руками схватив закованное в наручник запястье Кевина. Я подтащу его. Скажи «стоп» как только ухватишься за перекладины, окей?
- Окей, - сказала я, глядя на все это разбитое стекло, через которое нужно было проползти к перекладинам. - Но что, если я упаду?
- Ты не упадешь, малышка, я тебе обещаю, - сказал папа уверенно. - Я не позволю тебе упасть. Ты мне доверяешь?
- Да, пап, - сказала я, даже не раздумывая.
- Тогда хорошо, - он улыбнулся. - Я хочу, чтобы ты пела песенку Короля Льва, пока мы не выберемся отсюда. Ты можешь сделать это для меня, малышка?
- Ладно, - согласилась я, чувствуя смущение. - Прямо сейчас?
- Прямо сейчас, - он усмехнулся мне.
Но затем головы Беллы, Питера и Маркуса показались над лестницей, по которой они карабкались наверх. Кажется, они собирались ступить на этот пол.
- Не ступайте на пол, парни! – крикнул папа, услышав их приближение, прежде чем я увидела их собственными глазами. - Он сейчас обрушится.
- Тогда выбирайся оттуда, дурак! – проревел Маркус, и я улыбнулась ему, несмотря ни на что.
- Какая классная идея! – папа ухмыльнулся, глядя в его направлении. - И почему я об этом не подумал! Кэти, расправляй крылья и полетели отсюда!
- Эдвард, что ты собираешься делать? – голос у Беллы был такой, словно она сейчас заплачет, и тогда я испугалась еще сильнее.
- Мы подтащим его сюда, - сказал папа, кивая в направлении перекладин, - Кэти схватится за них, и я позабочусь об остальном.
- Ты собираешься отпилить ему руку, - закончил Питер так, словно это было очевидно.
Папа свирепо посмотрел в направлении Питера и пробормотал:
- Спасибо, Питер, я вообще-то стараюсь не огорчать Р-Е-Б-Е-Н-К-А.
Я нахмурилась и крикнула:
- Ребенок понимает по буквам, П-А-П-А!
- Черт, - он зажмурился и сказал:
- Прости, Кэти.
- Ладно, - сказала я, не в состоянии злиться на него прямо сейчас.
- Я начинаю тянуть его, - сказал мне папа. - Я начну медленно, так медленно, чтобы ты тоже поспевала, но если я скажу тебя прыгать на перекладину, ты тут же это сделаешь, ладно?
- Ладно, - сказала я, а потом поинтересовалась вслух:
- А что насчет тебя?
- Не беспокойся обо мне, просто делай, что я сказал, хорошо? – сказал он очень серьезным тоном.
- Хорошо, - тихо сказала я.
- О господи, - прохныкала Белла, и Питер сказал:
- Все будет в порядке, Белла, с ними все будет хорошо.
Мы начали скользить в направлении тех перекладин, и я потянула Кевина за собой, двигаясь так медленно, чтобы стекло больше не трескалось. Мы обращались с каждым дюймом пола так, словно он мог оказаться последним, один участок мог вызвать обрушение всего пола. Но случилось чудо! Мы добрались до перекладин, и стекло больше нигде не треснуло.
- Говорил же тебе, что все будет хорошо, - папа сделал глубокий вдох, и когда он сказал эти слова, я вцепилась в перекладины руками, довольная наличием чего-то достаточно крепкого, на чем я могла повиснуть.
Белла плакала, думаю, от счастья, так как мы сделали это. И я увидела, что Питер улыбнулся мне и похлопал Беллу по спине, пытаясь успокоить. Маркус выглядел очень озабоченным и почти злым, пока наблюдал за нами.
- Это глупо, очень глупо, - громко сказал Маркус, чтобы папа его услышал. - Когда ты снимешь с нее наручник, что тогда? Когда весь пол обрушится, она повиснет, держась за эти перекладины, и что тогда?
- Я не знаю, Маркус, у меня не было времени, чтобы придумать план, - папа провел рукой по моим волосам. - Но если у тебя есть какие-нибудь классные идеи, валяй, я с радостью выслушаю их.
Маркус замолчал, и папа продолжил делать то, что делал. Он взял стекло с груди Кевина и, осторожно коснувшись моих волос, сказал:
- Кэти, я хочу, чтобы сейчас ты закрыла глаза и начала петь песенку Короля Льва, хорошо? И что бы ни случилось, не открывай глаза, продолжай петь, ладно?
Я кивнула, затем вспомнила, что он не может меня видеть, и пропищала:
- Да, папа.
- Хорошо, просто ни за что не выпускай из рук перекладину. Пообещай мне, - сказал он, целуя меня в затылок.
- Я обещаю, - сказала я, уже закрывая глаза, как он мне велел.
- Вот это моя девочка, - сказал он и заставил меня ощутить тепло и безопасность, как всегда бывало, когда он говорил мне это. - А теперь спой для меня. Красиво и громко.
И даже несмотря на то, что я чувствовала себя идиоткой, я начала петь.
- Акуна Матата… - пропела я немного неуверенно, сильнее зажмурившись, надеясь, что не услышу и не увижу ничего отвратительного. Мой папа пытался отпилить Кевину руку осколком стекла, теперь я это знала. Я была рада, что я ребенок и не должна этого видеть.
- Смысл фразы так прост… - медленно пропела я и почувствовала, что вся дрожу. - Акуна Матата… веселись в полный рост… (перевод этой песенки не мой, найден на просторах инета – прим.пер.)
Я почувствовала другой конец наручника, который был на моей руке, и он пару раз дернулся на моем запястье, пока папа трудился. А я продолжала представлять себе что-то веселое, как Тимон и Пумба танцуют на бревне и поют, но все, о чем я могла думать, это вдруг мой папа упадет вниз? Что, если он умрет и я буду висеть здесь совсем одна?
- Забудь заботы… - запела я дальше. - И держи хвост трубой…
Пропев песенку пару раз, я внезапно почувствовала, что мое запястье освободилось, как будто ничего больше не было приделано к моему наручнику.
Я чуть не открыла глаза, прекратив петь, но папа крикнул:
- Не смотри, Кэти! Пока не смотри! Подержи глаза закрытыми, малышка. Всего минутку.
- Энтони, пол обрушится в любую секунду! – крикнул Маркус.
- Спасибо, Маркус! – крикнул папа в ответ, словно уже знал это.
- Папа! – позвала я его, молясь, чтобы он тоже схватился за перекладину вместе со мной.
Буквально через секунду раздался ужасный треск, и что-то, по звуку напоминающее острые градины, посыпалось на пол внизу. Я услышала крик Беллы и почувствовала себя в укрытии под папиной грудью, которая была прямо позади меня – он защищал меня, как обычно. Он был со мной и крепко держался за перекладину. Он сделал это, прыгнув на перекладины! Он не упал!

--------

Через несколько секунд Белла окликнула нас, спрашивая, все ли у нас в порядке.
- У нас все хорошо, - заверил ее папа. - А у вас там все в порядке?
- Да, - ответил Питер, а затем добавил:
- Я рад, что никто из нас не упал.
И тогда я набралась храбрости открыть глаза и украдкой посмотреть вниз. Повсюду были осколки стекла, большие осколки, даже там, где раньше стояла Белла. Любой, стой он сейчас внизу, точно бы умер. Я была рада, что все они решили забраться наверх, чтобы помочь нам. Я совершенно не видела внизу Кевина и была этому рада.
Папа дрожащими руками ощупывал меня, чтобы понять, в порядке ли я. Затем он спросил:
- Кэти, твои ноги на перекладине или висят?
- Я положила их на перекладину, - сказала я, чтобы он понял, что я не вишу. Слава богу, эта перекладина проходила понизу, и мы могли стоять на ней.
- Энтони, ты можешь перебраться по перекладинам, чтобы вернуться сюда, - предложил Питер. - Просто двигайся боком от перекладины к перекладине, у тебя на пути все чисто.
- Окей, - сказал папа, но не пошевелился, и сейчас он действительно сильно дрожал.
- Пап, ты в порядке? – осторожно спросила я, наполовину повернув голову, чтобы посмотреть на него. Его лицо было белым, как лист бумаги, и когда он моргнул, длинная струйка красной крови выбежала из его правого глаза.
- Я не знаю, что со мной, - прошептал он. - Я не могу двигаться.
Мой папа многое пережил сегодня, и я знала, что все это сильно подействовало на него, возможно, он был в некоем шоке или что-то в этом роде. Плюс для него, должно быть, было очень страшно находиться здесь и ничего не видеть. Я могла помочь ему.
- Энтони, ты в порядке? – спросил Питер, и его голос прозвучал, как у врача.
- Он в порядке, - сказала я, желая защитить своего папу. - Я просто должна помочь ему. Стойте там.
Я услышала, что папа выдохнул так, словно ему было очень больно, как будто мои слова сделали ему больно. Или, может быть, его просто смущало, что все смотрят.
- Все хорошо, пап, - сказала я нежно, прижимаясь волосами к его груди. - Я знаю, как тебе сегодня было страшно. Но я в порядке. Белла в порядке. Мы почти дома. Ты можешь это сделать. На всем белом свете нет того, кто лазал бы по деревьям лучше тебя. Помнишь парк?
Я вспомнила его в парке. Он прыгал с ветки на ветку, как маленькая птичка, будто сам Питер Пен, словно совсем не мог упасть.
- А то, - сказал он не слишком уверенно.
- Ты не ослеп, папочка, - сообщила я ему. - Просто у тебя повреждены глаза. С ними снова будет все хорошо, тебе просто нужно сходить к врачу.
- Откуда ты это знаешь? – он все еще не двигался и стал немного тяжелее дышать.
- Если уж меня смогли вылечить после ожогов… - напомнила я ему. - Вылечат любого. Ты снова сможешь видеть. Ты должен. Ты же очень хочешь увидеть, как я вырасту. Так что ты поправишься. Ладно?
Тогда я услышала, как он еще раз выдохнул, но судя по звуку, был более счастлив, словно ему стало легче.
- Ладно, Кэти, - согласился он, но по-прежнему не пошевелился.
- Хорошо, а теперь… - сказала я очень терпеливо. - Просто отними левую руку от перекладины и немного вытяни ее, пока не нащупаешь следующую балку. Она прямо здесь. Ты все еще можешь держаться правой рукой. Ты не упадешь. Давай попробуй.
Папина левая рука задрожала, и он вцепился в перекладину, казалось, что он хочет ее отпустить, но не отпустил.
- Хочешь, чтобы я снова спела? – предложила я.
Он слегка усмехнулся, и я почувствовала, как он у меня за спиной качает головой.
- Нет, все в порядке, Кэти, - сказал он, целуя меня в затылок. - Ты больше не маленькая девочка. Теперь я это вижу.
- Я спою для тебя, - снова предложила я. - Я всегда твоя маленькая девочка, пап.
После длинной паузы папа снова поцеловал мою голову и прошептал:
- Я люблю тебя, Кэти.
- Я тебя тоже, - сказала я, зная, что должна заставить его двигаться. Мне хотелось домой и убраться к черту из этого места.
- Хорошо, а теперь… отрывай свою левую руку, - повторила я, пытаясь говорить, как учительница, которая раздает задания. - Просто закрой глаза и притворись, что ты с нами в парке. Белла лежит на земле и смотрит на тебя грязным взглядом, а я прямо здесь, рядом с тобой.
Я покосилась за спину и увидела, что папины глаза закрыты и он улыбается.
- Белла ждет нас, пап, - добавила я, чтобы посмотреть, поможет ли это.
После напряженного момента рука папы расслабилась, и он наконец отпустил перекладину, трясущейся рукой потянулся вперед и сразу же нащупал соседнюю балку. Теперь он вцепился в нее, и его пальцы побелели.
- Хорошая работа, пап, - произнесла я с улыбкой. - Вот видишь – это легко.
- А теперь просто так же перенеси свою левую ногу. Все нормально, ты же держишься обеими руками, - напомнила я ему.
Очень медленно мы вместе начали двигаться вдоль перекладин, и папа все время держался сзади на случай, если я упаду. Даже боясь сам, он все равно сначала думал обо мне.
Белла улыбалась нам, но не пыталась вмешаться или сказать что-нибудь. Питер с Маркусом тоже молчали, а если уж Маркус молчал, это было само по себе маленькое чудо.
Они позволили мне голосом направлять папу, и дело двигалось медленно, но наконец мы добрались туда, где находились Белла, Питер и Маркус.
Даже не осознавая этого, мы все обнялись, Белла прижалась к нам с папой, Питер сделал то же самое, и даже Маркус обнял нас всех своими большими ручищами!
Белла несколько раз поцеловала меня в лицо, а потом расцеловала папу.
- Я убью вас обоих, если вы не прекратите пугать меня до смерти! – поддразнила Белла со слезами на глазах.
- Прости, Белла, - ответили мы с папой одновременно, как обычно, и затем я поправилась и сказала:
- Я имела в виду «мама».
И папа улыбнулся самой милой улыбкой, какую я вообще у него видела, а Белла заплакала еще сильнее.
- Давайте выбираться отсюда, пока вся эта штуковина не обрушилась, - Маркус попытался скрыть эмоции в голосе, отвернулся от нас и спросил: - Хочешь, чтобы я снес тебя вниз, Присцилла, или справишься сам?
Он говорил это папе.
- Отвали, Джимми, - мой папа усмехнулся в ответ и нащупал руками каркас лестницы. - Ставлю десять баксов, что спущусь раньше тебя.
И сказав это, папа снова тут же стал ребенком.
- Эй, мы на высоте третьего этажа, - отругала его Белла. - Никакой спешки. И никаких пари.
Я просто обожаю Беллу. Она рождена, чтобы быть мамой. И она вся моя.
- Нам еще нужно найти Бена с Анжелой, - сказала она, когда папа посадил меня к себе на спину, позволяя свободно держаться за его шею, пока я говорила ему, как найти следующее место, за которое можно ухватиться.
- Наверно, сейчас они в полицейском участке, - сказал Питер.

EPOV

Мне хотелось верить, что они выбрались отсюда в целости и невредимости, но им предстоял долгий путь, а на улице была гроза, и было темно, хоть глаз выколи. Я не знал, что с нами будет, когда выберемся отсюда, но часть меня мечтала, как каким-то образом после всего этого наша семья останется нетронутой и все будет хорошо.
Мне не хотелось стрелять в Кевина на глазах у Кэти. Мне хотелось убить его собственными руками подальше от глаз своего ребенка и Беллы. Я не хотел, чтобы у них в мозгу постоянно стояла картина, в которой дерьмо Кевина навечно смешивается с моим.
Но Кевин проследил, чтобы его обгоревшее лицо отпечаталось у Кэти в мозгу. Он так долго жил, убивая и причиняя боль другим, что не боялся собственной смерти. Думаю, он знал, что я не собираюсь быть его рабом, меня не «отрегулировать», и я не буду напоминать того, кем я был. Он сказал, что любит меня. Я не думаю, будто Кевин знал, что такое любовь. Но, возможно, своим больным умом он думал, что впервые нашел любовь… в моем лице. Может быть, он смотрел на меня, как на настоящее домашнее животное, безмозглую собаку, которая в один прекрасный день ответит на его любовь после того, как он выдрессирует ее.
Я не мог заставить себя поверить, будто Кевин умер по доброй воле, осознав, что не получит меня таким, каким хочет. Но, может быть, были и другие причины. Может быть, его преследовали другие люди, например, какие-нибудь иные убийцы жаждали его головы. Или, возможно, он знал, что судебные исполнители поймают его и отправят в тюрьму, и это будет означать для него смертный приговор либо в виде смертельной инъекции, либо в виде других заключенных, которым он перешел дорогу в прошлом. Может быть, он уже умирал от своей инфекции и ожогов и даже не мог рискнуть обратиться в больницу, чтобы его не поймали.
Или, возможно, он просто был сумасшедшим.
В любом случае, когда мы добрались до низа лестницы, мне захотелось убедиться в том, что он мертв. Мне хотелось увидеть его. Только я не мог видеть. Проклятье. Я почувствовал себя ограбленным оттого, что был не в состоянии увидеть его мертвым. Какая-то темная часть меня хотела, чтобы эта картинка застряла у меня в мозгу навечно.
Я стоял, не двигаясь, пока Кэти слезала с меня, и она взяла меня за руку, вставая рядом со мной.
- Эдвард? – Белла назвала меня настоящим именем, не беспокоясь о том, что Питер с Маркусом рядом, и взяла меня за другую руку.
- Питер, - обратился я. - Не мог бы ты забрать Кэти в соседнюю комнату? Мы сейчас придем.
Пальцы Кэти крепче обхватили мои пальцы. Я думаю, она догадалась, что я хотел сделать, поэтому внезапно сказала:
- Ладно. Увидимся через минуту.
Питер быстро вышел, уводя ее с собой. Я не слышал, чтобы Маркус выходил, и Белла стояла прямо передо мной.
- Он мертв, Эдвард, - тихо сказала она. - Тебе больше не придется беспокоиться о нем. Он никогда уже не причинит нам боли.
- Я должен убедиться, - сказал я ровным тоном.
Белла хотела что-то сказать, но тут вмешался Маркус.
- Он прав, - сказал Маркус холодно. - Я схожу к нему.
Я услышал, как Маркус пинает стекло, и медленно двинулся в том направлении. Белла продолжала держать меня за руку, двигаясь рядом, не говоря ни слова.
Наконец Маркус сказал:
- Он здесь.
Я подошел еще на пару шагов, пока Маркус осматривал труп.
- Два выстрела в грудь, - сказал он, и в его голосе слышались интонации копа, кем он привык быть. - Кисти нет. Не говоря уже о том, что у него к ебеням переломано все тело. Пульса нет. Он мертв.
- У него глаза открыты или закрыты? – спросил я, не уверенный в том, должен ли я это знать.
- Открыты, - ответил Маркус без колебаний.
Присев на корточки, я руками нащупал то, о чем сказал мне Маркус. Я почувствовал кровь на его груди, все еще теплой, она еще не затвердела и не остыла. И я ощутил твердую обгоревшую часть его лица, нашел глазницы. Я закрыл ему глаза своими пальцами. Он уже никогда нас не увидит. И мы больше никогда не увидим его. Я не испытывал радости, убив кого-то, но я был рад, что он мертв. И я был рад, что был тем, кто его остановил. Он никогда больше не задышит. Он никогда больше не засмеется. Он никогда больше не вымолвит ни одного проклятого слова.
И все это потому что я убил его. Я чувствовал себя хорошо и в то же время ужасно переживал.
- Давай, чувак, - Маркус положил руку мне на плечо. - Солнце встает. Ты пробыл в темноте достаточно долго, да?
Я кивнул ему. Маркус не знал, насколько правдивым было его заявление. И когда я встал, Белла поцеловала меня. Мне действительно было нужно это. И мне показалось, будто все, что я ненавидел внутри себя – страх, ненависть, ярость – исчезло после ее поцелуя.
Все, о чем я мог сейчас думать, это пойти домой, сесть за наш маленький круглый стол, и чтобы Кэти играла роль официантки, а Белла – роль шеф-повара. Странно, некоторые люди не ценят своей простой жизни, моменты вроде этого. Вероятно, некоторые люди думают, что у них еще будет миллион таких моментов, и поэтому принимают их как должное. Я был рад, что я не один из них.
Я знаю, как бесценна жизнь и насколько она хрупка. И я буду трепетно заботиться о каждой ее прекрасной минуте. Я обещал Богу, или кто там есть наверху, что теперь я буду жить, моя семья будет жить, и мы никогда не оглянемся назад.
Ну, возможно, я оглянусь… когда-нибудь, только если позабуду, как прекрасна моя новая жизнь, когда у меня все болит, и от меня пахнет лошадьми, и я действительно устал. И я почувствовал себя ублюдком, вспоминая каждый раз, когда жаловался или ворчал после нашего приезда сюда. Ведь я был счастливейшим человеком в мире, а я был так зол. Я был слеп тогда, а не сейчас. И если Бог решил, что я должен остаться слепым до конца жизни, то я приму это. Но это не остановит меня от того, чтобы жить хорошей жизнью. Я никогда и никому больше не позволю помешать мне.
- Пошли, - сказала Белла с легкой строгостью в голосе, потянув меня за собой. - Нам нужно идти.
Я знал, что первое место, куда меня отвезут, это больница. Мне это совсем не нравилось, но я знал, что Белле хотелось, чтобы мои глаза осмотрели. Я немного боялся того, что нам скажут. Как я буду ухаживать за лошадьми, если не буду видеть? Как я буду делать многие вещи?
Затем до меня дошло, что судебные исполнители снова увезут нас. Они увезут нас из Каспера и снова спрячут в каком-нибудь новом месте. Он этих мыслей у меня на глазах выступили слезы.
В соседней комнате Кэти набросилась на меня и снова взяла за руку. Я попытался сначала стереть кровь со своей руки, но ее не беспокоило, насколько грязной была моя рука. Она оттянула мою руку от джинсов и крепко взяла ее, быстро целуя, доказывая мне свою любовь.
Другой рукой я обнимал Беллу. Питер с Маркусом вели нас на улицу, и мне было хорошо оттого, что они с нами.
- Что вас двоих так задержало? – я даже пошутил, пока мы шли через следующую комнату.
- Сначала нам пришлось прокрасться мимо ебаных судебных исполнителей, - сообщил Маркус. - Эти двое – такие мудаки, чувак.
- Кому ты рассказываешь, - вынужден был признать я теперь. Они даже не появились, чтобы помочь нам! Но пришли Питер с Маркусом. Я не мог дождаться, пока порву этих двоих после всех тех месяцев дерьма, через которое нам пришлось пройти с ними.
- О-о-о, черно-белая комната! – сказала Кэти, узнав гостиную, в которой все началось.
Мы почти выбрались. Я не мог дождаться, когда снова почувствую солнце на своем лице.
Но затем Белла напряглась, и Кэти застыла на месте. Я услышал шаги, шаркающие через комнату, и тяжелое дыхание.
- Рейвен! – пискнула Кэти.
- Думал, что просто убьешь меня и уйдешь, не так ли? – судя по голосу, ей было очень больно, и я услышал щелчок металла, словно она взвела курок револьвера.
Еще один револьвер? Черт!
- Ты отвратительная маленькая сука! – крикнула она мне, когда я попытался убрать Кэти себе за спину, но она не уходила, и Рейвен бы ей не позволила.
- Нет, не прячь ее! – крикнула Рейвен. - Пусть она увидит, что бывает, когда ты лжешь! Когда ты притворяешься, что заботишься о человеке годами, и все это время ненавидишь его! Пытаешься убить его!
- Я должен был играть свою роль, Рейвен, - пояснил я, надеясь, что это даст нам немного времени и, может быть, Маркус набросится на нее, хотя не могу сказать, будто хотел этого. Если кто-нибудь пострадает, пытаясь помочь нам, я никогда себе этого не прощу.
- Я должен был притворяться таким, как хотела Виктория… как хотела ты, - продолжил я. - Но больше не могу. Я ни раб, ни саб, я это просто… я. Это моя семья. Вот кого я хочу.
Но вместо того чтобы понять меня, Рейвен разрыдалась и закричала:
- Ты не получишь другого шанса! – проревела она, и ее злобный голос эхом поднялся к потолку. - Теперь у тебя не будет семьи! Я ждала тебя! Ты мой!
- Пожалуйста, просто дай нам уйти, - я попытался обратиться к ее чувствам ко мне, но она не успокаивалась, и она находилась слишком далеко от Питера и Маркуса, чтобы они могли попытаться сделать что-либо без опасения, что в нас выстрелят. Она была готова выстрелить в любую секунду. Я понадеялся, что она выстрелит в меня, а не в Кэти или Беллу.
- Нет! – заверещала она в ответ, крепче вцепившись в револьвер, и я мог себе представить ее большой палец на спусковом крючке, готовый надавить на него. – Если ты не хочешь меня, тогда иди на хрен! Ты покойник! Вы все покойники! Ты и твоя маленькая долбаная семейка, вы можете вместе истечь кровью!
- Рейвен, пожалуйста… - это было все, что я смог придумать.
- Нет! – оборвала она меня и проревела: - Шлюхи не получают другого шанса!
И как только она договорила последние слова, раздался ужасный грохот, напоминающий землетрясение. Противный звук столкновения металла с металлом ворвался в мои уши, а когда я моргнул, то СМОГ увидеть, что прямо позади Рейвен была та длинная металлическая лестница, к которой я был прикован наручниками. На вершине лестницы я увидел шесть фигур, шесть прекрасных молоденьких девушек, одетых в старомодные платья. Они хмурились, глядя вниз на Рейвен, и так же быстро, как и появились, они исчезли, а я снова вернулся в темноту, снова ослеп.
Вся железная лестница обрушилась с глухим стуком, и вдалеке раздался лязг металла, эхом отразившийся от стен позади нас, а голос Рейвен внезапно оборвался. Кэти у меня за спиной дернулась и чуть не оторвала мне руку, вцепившись в нее.
Рейвен была мертва. Ее погребло под лестницей, и мне не нужно было видеть, чтобы понять это.
- Сука, - подытожил Маркус за всех нас.
- Маркус, - осуждающе произнес Питер.
- Ну так и есть! – возразил Маркус, а затем обратился ко мне: - Энтони, ну разве она была не сука?
Мне хотелось, чтобы он следил за своим языком в присутствии моей дочери. Но он никогда этого не делал.
- Все нормально, - заверила меня Кэти. - Думаю, Рейвен сочла бы это… за комплимент.
- Этот дом разваливается на части, - Питер сменил тему. - Давайте выбираться отсюда, пока что-нибудь не упало на нас.
Я поднял глаза туда, где стояли те леди, и даже несмотря на то, что не мог видеть их сейчас, прошептал:
- Спасибо, девочки. Я должен вам за это. Я должен вам за все.
- Пошли, пап, - испуганно сказала Кэти.
- Хорошо, хорошо, – я последовал за ними, когда они быстро пошли прочь из дома.

BPOV

Я не могла дождаться, когда выберусь отсюда и снова увижу лица Эдварда и Кэти при свете дня. Много раз за сегодняшнюю ночь я думала, что мы ни выберемся живыми. После того ужаса, когда Кевин снова добрался до Кэти, а Эдвард дрался с Кевином на трескающемся стеклянном полу на высоте трех этажей, причем весь пол был в дырах и чуть не отнял у меня всю мою семью… После небольшого сюрприза Рейвен и странного происшествия с лестницей, которая обрушилась на нее в самый нужный момент… После всего этого я была готова отправиться на пару месяцев в отпуск туда, где тепло, солнечно и растут пальмы.
Но казалось, что нам это не светит.
Мы только что вышли из дома через парадную дверь и спустились по ступеням, еще раз обнявшись своей маленькой семьей, когда я услышала это.
- Белла, - раздался позади нас мужской голос, и Эдвард напрягся, сжимая пальцы вокруг моей руки.
Я быстро развернулась и не могла поверить, когда увидела его.
- Джеймс, - сказала я, изумившись и давая Эдварду понять, кто это.
- Еще один, - заметил Маркус Питеру, стоявшему в паре футов впереди нас.
- Вы, двое, сейчас же на колени, - голос Джеймса был спокоен.
Он говорил Маркусу и Питеру, но они не шелохнулись.
Джеймс выждал мгновение, затем подошел к нам, приставил револьвер к груди Кэти и сказал:
- Давайте я повторю… на колени, сейчас же.
Питер с Маркусом переглянулись и медленно опустились коленями на грязную землю, и в глазах у обоих сверкнула ненависть.
Джеймс убрал револьвер от груди Кэти и помахал им перед лицом Эдварда, увидев, что его глаза не движутся вслед за револьвером. Он рассмеялся и пробормотал:
- Забавно.
- Чего ты хочешь, Джеймс? – спросила я его, прекращая дальнейшие насмешки над Эдвардом. - Кевин и Рейвен мертвы. Думала, что ты тоже.
- Кевин думал, что убил меня, - признался Джеймс. - Но он ошибся. Поэтому я решил, что просто зависну тут и посмотрю, кто объявится утром, и расслабился. Кажется, я поступил мудро.
- Так чего ты хочешь? – повторила я. - Теперь у тебя ничего нет. Ни Таиланда, ни самолета, ни денег, тебе стоит просто уйти. Уйти до того, как приедут копы и схватят тебя.
- Копы, - усмехнулся Джеймс. - Где ты видела копов, Белла? Я провел тут кучу времени.
- Я коп, - вмешался Маркус, говоря это, чтобы Джеймс переключился с нас на него. Мне было страшно за него. Он был одним из наших лучших друзей.
- Он врет, - тут же сказал Эдвард, выглядя таким же напуганным за своего друга, как и я. - Он вшивый шеф-повар в китайском ресторане. Он просто пытается надуть тебя.
- Вшивый, - пробормотал Маркус, выглядя разозленным.
- Я хочу тебя, Белла, - сообщил сейчас Джеймс. - И я хочу уехать из страны. Это единственные две вещи, которых я действительно хочу. Так что будь хорошей девочкой, и я оставлю в живых твое маленькое отродье. Она может поехать с нами.
- Я никуда с тобой не поеду, - сказала я без эмоций в голосе. - Это мой дом.
- Ненадолго, - Джеймс схватил Кэти за руку и выдернул ее из руки Эдварда.
Эдвард закричал, лишившись возможности держать Кэти за руку, и она завопила, точно так же уязвленная этим. Джеймс швырнул ее в мои объятья и оттолкнул нас влево от себя, но мы по-прежнему были у него на виду, если бы он решил нацелить в нас револьвер.
- Присоединяйся к своим друзьям, Стиви Уандер (слепой американский певец – прим.пер.), - Джеймс мотнул револьвером в направлении Маркуса и Питера, которые стояли на коленях в грязи, а у них за спинами над холмами восходило прекрасное красное солнце.
- Нет, - не двигаясь, смело ответил ему Эдвард. - Я никогда больше ни перед кем не встану на колени, разве что перед Беллой, когда буду делать ей предложение.
- О боже, педик! – оскорбил его Джеймс. - Я же сказал – на колени вместе со своими друзьями, или услышишь, как я выстрелю в ребенка, тебе выбирать.
- Белла, - прошептал Эдвард, будучи в замешательстве. - Не позволяй ей смотреть, пожалуйста.
Он говорил о Джеймсе, стреляющем им в головы. Он знал, что это случится, но не хотел, чтобы она видела, как это произойдет. Я должна была что-нибудь сделать. Я чуяла нутром, что это скоро случится. Возможно, у меня получится броситься на Джеймса, и это окажется для него неожиданностью.
- Шевелись! – Джеймс направил револьвер на Эдварда, и тот немного отошел назад, вытянул руки, нащупал Маркуса, который сидел с краю, и медленно, с выражением сильной боли на лице, опустился на колени. И теперь они все трое стояли перед Джеймсом.
Джеймс помолчал секунду-другую, наслаждаясь болью в глазах Эдварда и выжидая.
- Ну в кого мне стрелять сначала, ребенок? – спросил Джеймс у Кэти. - Может, в копа? Он выглядит, как коп!
Я обняла Кэти и отвернула ее лицо от Джеймса, чтобы она даже не видела его.
- Не впутывай ее в это! – крикнула я Джеймсу. - Разве ей мало досталось?
Не обратив внимания на меня, Джеймс сказал Кэти:
- Твой папа будет последним, чтобы он смотрел, как его приятели умирают раньше него.
- Почему ты это делаешь? – я снова повернулась к Джеймсу. - Чем тебе не угодили эти люди?
- Они видели мое лицо, Белла, - сказал Джеймс. - Я не хочу, чтобы они… или копы… или кто-нибудь, работающий на моего отца, последовал за нами.
- Тогда уезжаем сейчас! – я почувствовала слезы на глазах, когда сказала это Джеймсу, и взглянула на Эдварда, желая сделать хоть что-нибудь, чтобы спасти его. - Просто оставь их и поехали! Я не буду сопротивляться, давай!
- Сначала мне нужно подчистить за собой, а потом поедем, - Джеймс нахмурился, глядя на меня.
- И ты рассчитываешь, что я поеду с тобой после этого? - изумленно спросила я.
- У тебя нет выбора, - Джеймс ухмыльнулся и затем направился к Питеру, нацелив револьвер прямо ему в лицо.
- Тогда уж просто пристрели меня, Джеймс, - сказал Эдвард, останавливая его на мгновение. - Они ничего об этом не знают. Они даже не знают моего настоящего имени. Отпусти их. Ты же меня хочешь видеть мертвым, а не их, ты их даже не знаешь. Я же тот парень, который забрал сердце Беллы, верно? Убей меня. Покажи ей, что ты сильнее меня.
Что он делает?
- Простите, - произнес еще один голос… мужской с южным акцентом.
Я повернулась и посмотрела туда, где был Джеймс, и там стоял Боб! Он стоял без оружия, сложив руки, с дружеской усмешкой на лице. Его шляпа была сдвинута на затылок, а лицо его теперь отчетливо было видно под красными от восходящего солнца небесами.
- Кажется, у тебя тут кое-кто из моих соседей, сынок, - вежливо сказал Боб.
- Кто ты такой? – спросил Джеймс, продолжая целиться в Питера, не видя в лице безоружного Боба особой угрозы.
- Я шериф Каспера, - признался Боб с улыбкой. - А ты?
- Это не твое, черт побери, дело! – бросил Джеймс в ответ.
- О, боюсь, что мое, - сказал Боб и внезапно посмотрел на него, как Клинт Иствуд, чем напугал даже меня.
- Может, мы и кучка деревенщин, но мы тут все друг за друга, - сказал Боб. - И когда ты доебываешься до одного из нас, ты доебываешься до всех, так что я здесь, чтобы предупредить тебя, сынок, у тебя чертовски серьезные проблемы.
Джеймс рассмеялся.
- Да, я испугался, - сказал он. - Какой же ты шериф, если у тебя даже оружия нет?!
- Оружия? – Боб улыбнулся шире, словно Джеймс классно пошутил. - Ты думаешь, у меня нет оружия?
- Дай-ка я тебе кое-что покажу, парень, - сказал Боб Джеймсу, сунул пальцы в рот и протяжно свистнул.
И за долю секунды огромный каньон, который, казалось, был заброшен двадцать лет назад, вернулся к жизни. Из-за каждого камня, из-за каждого дерева, из-за каждого холма поднялись люди и взвели курки своих ружей, револьверов, а у одного парня в руках был арбалет!
Я увидела жену Боба, Дженну и Мелоди! Я увидела Шерон среди лиц всех людей, живших в этом городе, друзей Эдварда с конюшни, всех, с кем я говорила, пока ходила по домам с психологическими консультациями, всех, кто помогал нам искать Кэти на Хэллоуин! Я увидела Джоша! Преподавателей из колледжа! И всех ребят из моей группы! Казалось, что весь чертов город собрался здесь! И они все смотрели на Джеймса! Я даже увидела Дональда Дака, учителя Кэти!
И, наконец, я увидела Бена и Анжелу! Бен целился из ружья, а Анжела была рядом с Дэнсер, поглаживая ее по боку, далеко позади Эдварда, стоявшего на коленях. Как же мне хотелось, чтобы он мог это увидеть!
- Теперь… - осторожно сказал Боб. - Я знаю, что ты из Нью-Йорка, поэтому раз уж ты умнее всех нас, деревенщин, может, скажешь мне… Если все эти люди выстрелят, сколько пуль, по-твоему, попадет в тебя?
Джеймс не сказал ни слова, и я подумала, что он уже готов замереть и сдаться, но затем он быстро повернул револьвер и с силой приставил его ко лбу Эдварда!
Все, кто стоял поодаль, ждали, не стреляя, и Джеймс заорал:
- Назад, или я убью его, клянусь богом! Даже если вы арестуете меня, я застрелю его! Он убил мою сестру! И он украл тебя!
Последние слова Джеймс крикнул мне. Я лишь сделала шаг или два назад, обнимая Кэти, и ответила:
- Я никогда тебе не принадлежала. Я убила твою ебаную сестру. И я сделала бы это снова.
- Ты пустил по пизде всю мою жизнь, маленький педик-раб! – сейчас Джеймс нервно осмотрелся по сторонам и проскрежетал зубами: - Поэтому сейчас я пущу по пизде твою!
Джеймс развернулся и убрал свой револьвер от лица Эдварда, быстро переводя его на нас с Кэти!
- НЕЕЕЕТ! – крикнул Эдвард, и отовсюду послышались выстрелы! Я поступила так, как учил меня мой отец, и упала за землю, накрывая собой Кэти, пока вокруг нас раздавались звуки выстрелов и эхом разносились крики.
Я даже закрыла глаза, ненавидя то, как напугана была всем этим шумом.
И затем, так же быстро, как все началось, все закончилось. Осталась лишь жуткая тишина. Это напугало меня до чертиков. Эдвард мертв? Кэти ранена?
- Белла? – услышала я голос Эдварда, в котором звучало отчаяние, и его руки легли на мою спину, перекатывая меня набок. - Белла, ты в порядке?
Я застыла на секунду и почувствовала его руки повсюду, он ощупывал меня, чтобы понять, не ранена ли я. Он плакал, и это вывело меня из ступора.
- Я в порядке! Я в порядке, Эдвард! – сказала я, и мне было ненавистно то, что на секунду он подумал, будто в меня стреляли. И затем из-под меня раздался голосок Кэти:
- Мы в порядке, пап!
Эдвард крепко обнял нас, сидя рядом с нами на земле, и мы все дрожали и плакали.
- Все закончилось, Белла, все закончилось! – прорыдал Эдвард, зарываясь лицом в мои руки и в руки своей дочери.
Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой, и пока он плакал, я взглянула через его плечо и увидела, что Джеймс лежит рядом, весь в крови и изрешеченный пулями, словно швейцарский сыр. Маркус с Питером стояли неподалеку и озабоченно смотрели на нас.
Боб жестом показал себе за спину, в сторону холмов, где ждали все жители города. И тут же все вышли из своих укрытий с ружьями и револьверами в руках, решительно направляясь вниз, чтобы проверить обстановку, готовые стрелять снова, если Джеймс подаст хоть один признак жизни.
Боб подошел первым и с грустью взглянул на Джеймса.
- Позор, - кратко прокомментировал он. - Молодой совсем.
Но затем он повернулся ко мне и улыбнулся мирной теплой улыбкой. Он медленно приблизился к нам и присел на корточки, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.
- Вы все в норме? – спросил Боб, не желая вмешиваться.
Я начала кивать ему, поняв, что горло сжало и я не могу говорить, а Эдвард продолжал обнимать нас и плакать.
- Боб! – Эдвард услышал его голос и протянул ему одну руку, ухитрившись схватить его за рукав на плече.
- Привет, Муравей, - Боб улыбнулся ему, прямо как всегда.
- Ты и правда здешний шериф? – спросил он сквозь рыдания и тяжелые вздохи.
- Да, Эдвард, - Боб впервые назвал его настоящим именем. - Мне жаль, что я не мог рассказать тебе. Но я надеюсь, ты не подумаешь, будто это означает, что я никогда не был тебе другом по-настоящему. Я всегда им был. С той минуты, как познакомился с тобой, я знал, что ты хороший парень. И ты совсем не такой, как написано в твоих документах. Ты злишься?
Эдвард успокаивался достаточно долго, чтобы покачать головой и сдавленно произнести:
- Нет, Боб, я не злюсь. Спасибо, что присматривал за мной.
- Черт, это было нелегко, - он усмехнулся, глядя на Эдварда. - Исчезающий в подвалах, растворяющийся с вечеринки в день своего рождения! Кому еще могло так посчастливиться?
- Мне, - Эдвард улыбнулся ему в ответ.
- Я знаю, - ответил Боб, почесывая свою голову под шляпой.
- Ну, думаю, фортуна наконец-то повернулась к нам лицом, - сказала я, играя с волосами Кэти.
Эдвард кивнул и позволил еще одной слезинке упасть, когда сказал:
- Определенно. В ту секунду, когда мы приехали сюда.
Питер теперь стоял рядом с нами и сказал:
- Нам нужно отвезти его в больницу. Сейчас же.
- И пропустить все веселье? – пошутил Эдвард.
- Он прав, - Боб кончиками пальцев приподнял подбородок Эдварда. - Ты устроил чертово побоище, парень. Повезло же тебе.
- Ты бы видел другого парня, - Эдвард ухмыльнулся, поднимаясь на ноги, готовый ехать в больницу как можно скорее.
Когда я поднялась на ноги, меня удивило количество народа, окружавшего нас. Здесь толпились все, кого я знала, и все спрашивали, как мы. Джош растолкал толпу и начал кричать:
- Расступитесь! Дайте им пройти!
- Вот, хорошая идея, Бен! – сказал Джош, и затем я увидела Дэнсер!
Я обняла Джоша, и он по-братски поцеловал меня в щеку, а Бен в это время выдерживал одновременные объятья Эдварда и Кэти.
- Забирайся, - Джош помог Эдварду сесть в седло, затем забралась я, усаживаясь перед Эдвардом, а Кэти подсадили на место передо мной.
- Мы бы ни за что не нашли вас, ребята, не будь ее, - сообщил Боб, стоявший позади нас. - Темно было, хоть глаз выколи. Но я заметил ее – она светилась, словно ангел, когда бежала прямо на меня. Она привела нас сюда.
- Хорошая девочка, Дэнсер, - Эдвард обнял меня за талию одной рукой, а другой погладил Дэнсер по ребрам. - Я люблю тебя, девочка.
- Мы поедем следом за вами, Муравей, - сказал Боб, называя его так, чтобы просто подразнить. - С тобой все будет в порядке, но поторопись.
Боб шлепнул Дэнсер по заду, и мы галопом помчались вверх по каньону навстречу солнцу и малиново-красным небесам. Я даже рассмеялась про себя от того, насколько банально это прозвучало, но не могла прекратить плакать от чистой радости.
Новый день, новая жизнь.
Мы вместе. Мы живы! И впереди нас ждет целая жизнь.

Предпоследняя глава. Не пожалейте отзывов и "яблочек" для нашего чудесного переводчика и беты! Будем рады выслушать ваше мнение в комментариях, а так же выражаем надежду, что у главки есть шансы попасть в ТОП. В конце концов, она невероятно эмоциональная и насыщенная, неправда ли?
ФОРУМ


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/110-15418-1
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: AlshBetta (04.09.2016) | Автор: WinndSinger
Просмотров: 734 | Комментарии: 16 | Теги: Краски вне линий, Winndsinger


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 16
0
16 MariyaK   (14.02.2017 18:00)
слава Богу,что все закончилось!

0
15 Helen77   (18.09.2016 13:32)
Спасибо большое за продолжение.

0
7 pola_gre   (06.09.2016 22:12)
Наконец-то очередь желающих разлучить и уничтожить семью Эдварда закончилась smile

Спасибо за главу!

0
14 tasya-stasya   (12.09.2016 22:05)
Все хорошо, что хорошо кончается smile

0
6 серп   (05.09.2016 21:36)
Большое спасибо!

0
13 tasya-stasya   (12.09.2016 22:04)
Большое пожалуйста! smile

0
5 робокашка   (05.09.2016 17:25)
ох, еще одна жуткая глава

0
12 tasya-stasya   (12.09.2016 22:04)
еще одна жуткая глава
Зато есть надежда, что эта последняя жуткая глава biggrin

0
4 NJUSHECHKA   (04.09.2016 20:49)
СПАСИБО!!!

0
11 tasya-stasya   (12.09.2016 22:02)
ПОЖАЛУЙСТА!!! smile

0
3 Котенок1313   (04.09.2016 20:38)
До чего же наполненная событиями глава, спасибо cry

0
10 tasya-stasya   (12.09.2016 22:02)
На здоровье smile

0
2 Герда   (04.09.2016 18:43)
Ох, какая эмоциональная глава, все еще под впечатлением от прочтения. Мысли разбегаются и руки трясутся от переизбытка эмоций, ух. wacko Серьезно, чуть было не облезла в сцене со стеклом и дракой, а потом еще эта Рейвен - ух surprised
Но какое счастье, что все хорошо, что Белла, Эдвард и Кэти живы, и их друзья живы. smile
Спасибо за главу! wink

0
9 tasya-stasya   (12.09.2016 22:02)
а потом еще эта Рейвен - ух
Зло оказалось на редкость живуче. Но и на него управа нашлась cool

0
1 Bella_Ysagi   (04.09.2016 18:26)
спасибо

0
8 tasya-stasya   (12.09.2016 21:43)
Пожалуйста smile

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]




Материалы с подобными тегами: