Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1618]
Мини-фанфики [2312]
Кроссовер [678]
Конкурсные работы [7]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4606]
Продолжение по Сумеречной саге [1220]
Стихи [2315]
Все люди [14598]
Отдельные персонажи [1474]
Наши переводы [13567]
Альтернатива [8913]
СЛЭШ и НЦ [8169]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [150]
Литературные дуэли [105]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [3666]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей ноября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 ноября

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Как покорить самку
Жизнь в небольшом, но очень гордом и никогда не сдающемся племени текла спокойно и размерено, пока однажды в душу Великого охотника Эмэ не закралась грусть-печаль. И решил он свою проблему весьма оригинальным способом. Отныне не видать ему покоя ни днем, ни ночью.

Темный путь
В ней сокрыта мощная Сила, о которой она ничего не знает. Он хочет переманить ее на свою сторону. Хочет сделать ее такой же темной, как он сам. Так получится ли у него соблазнить ее тьмой?

Мой развратный мальчик!
На протяжении всей своей жизни я была пай-девочкой, которая гонялась за плохими парнями. Но кто-бы мог подумать, что мои приключения закончатся у Итальянского Мафиози - Эдварда Каллена?

Её зовущая кровь
Я видел ее лицо, когда она говорила, и заметил отразившуюся на нем усталость. Мягко, но нежно, я дотронулся губами до места на шее, рядом с ушком. Ее аромат обострил мои чувства, посылая захватывающее покалывание сквозь меня. Как же я обожал ее аромат.

A Pound of flesh | Фунт плоти
Привязываться к нему в её планы не входило. Влюбляться тоже. Однажды ночью Гермиона сталкивается лицом к лицу с Драко Малфоем, который ничего не помнит и живёт как обычный магл. С её стороны было бы глупо упускать такую возможность.
Гермиона Грейнджер/Драко Малфой

Межсайтовский командный перевод Fanfics.me и Twilightrussia.ru

Слёзы и медовые зёрна граната
Наверху стоит он Ямы,
Пульт сжимается в руке,
Даму мигом он заставит
Унестись в своё пикé.
И трепещут что есть силы
На высотах, в тесноте
Крылья Эроса от пыла:
Зритель бдит, и как бы не…
Ускользнули ли герои,
Увлекутся ли опять?
Слёзы ждут их аль гранаты?
Зайди в тему – будешь знать!

Осколки
Вселенная «Новолуния». Альтернативное развитие событий бонуса «Стипендия». Эдвард так и не вернулся, но данные Белле при расставании обещания не сдержал…
Мини-история от Shantanel

Женюсь на первой встречной
Драко сидит с Блейзом в маггловском кафе и обсуждает решение отца женить его на Астории Гринграсс. Младшему Малфою не слишком нравится, что отец решает все за него, и теплых чувств к Астории Драко не испытывает. В запале он обещает жениться на первой, кто войдет в кафе.



А вы знаете?

вы можете рассказать о себе и своих произведениях немного больше, создав Личную Страничку на сайте? Правила публикации читайте в специальной ТЕМЕ.

...вы можете стать членом элитной группы сайта с расширенными возможностями и привилегиями, подав заявку на перевод в ЭТОЙ теме? Условия вхождения в группу указаны в шапке темы.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Любимый женский персонаж саги?
1. Элис Каллен
2. Белла Свон
3. Розали Хейл
4. Ренесми Каллен
5. Эсми Каллен
6. Виктория
7. Другой
Всего ответов: 12968
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Фанфики по другим произведениям

Проклятые вечностью. Глава 3

2016-12-6
47
0
Дар или проклятие

      Огромный дворец, этакая давящая все вокруг громада, выстроенная в самом центре Будапешта, одним своим видом заставляла трепетать людские сердца, поражая красотой архитектуры и роскошью убранства. Единственного взгляда на нее было достаточно, чтобы каждый почувствовал себя ничтожным муравьем, недостойным прикоснуться к этому сияющему величию. Высокие арки, греческие колонны с фигурными капителями, покрытые сусальным золотом статуи, облицованный мрамором фасад — всё, включая самые незначительные детали, носило на себе печать изящества и аристократизма, которым суждено пройти сквозь века.

      Виктор был прав: летняя резиденция Дракулы была возведена под стать собору Святого Петра в Ватикане, — только там было жилище Бога, а здесь — сына Сатаны. Она не просто бросала вызов, она кричала о том, что амбиции ее обладателя простираются намного дальше молчаливых гор Трансильвании, она кричала о том, что он желает укрыть своей темной дланью весь этот мир, заставив остальных склониться перед его неоспоримой властью.

      Внутренние покои дворца имели еще совсем новый, необжитой вид: все было пышно и мрачно, но, увы, пустынно, ибо дом был отражением души своего хозяина — красивым, но опустошенным. За роскошным фасадом скрывались лишь темнота и одиночество, пропитавшие все вокруг духом роковой обреченности и траурным молчанием, сковавшим уста немногочисленных обитателей замка.

      В окна падало слабое сияние — это в ночной тьме мерцали цветные витражи с диковинными узорами, преломлявшие лунный свет. Призрачные тени одиноко скользили по многочисленным коридорам, останавливались на мраморных лестницах, а потом и вовсе исчезали во тьме, стремясь проскользнуть в единственное помещение, освещенное дрожащим светом небольшой свечи, где в атмосфере мрачной таинственности пребывал хозяин дома.

      Огромные покои, разделенные на две части небольшой полупрозрачной перегородкой, служили своему владельцу одновременно опочивальней и приемной, гармонично сочетая в себе аристократическую строгость кабинета и праздную пышность спальни. Деревянные панели, покрытые темным лаком, облицовывали нижнюю половину стены, а кроваво-красное сукно поднималось к вершине, скрываясь за плинтусами. Прямо напротив двери стоял огромный стол, заваленный какими-то ветхими свитками и фолиантами, подле него располагалось массивное кожаное кресло с резными подлокотниками и небольшой столик, на котором царственно возвышался хрустальный графин с золотистой жидкостью. Огромные книжные шкафы, стоявшие вдоль стен, хранили на своих покрытых пылью полках молчаливые книги, носившие в себе тысячелетние знание давно исчезнувших культур. У исполинских размеров камина стояла небольшая венецианская софа, прикрытая стеганым покрывалом и, разумеется, картины. Портреты, как памятники давно ушедших времен, покрывали все стены, взирая на окружающую их действительность своими мертвыми глазами. Полупрозрачная восточная ширма, служившая своего рода барьером между двумя мирами, открывала врата в другую, скрытую от посторонних глаз вселенную. Здесь стояла массивная кровать из красного дерева с фигурным балдахином, увенчанным поистине королевским бархатом, спадавшим невероятным каскадом до самого пола. Две прикроватных тумбы, золочёные подсвечники и бельевой шкаф довершали обстановку.

      Каждый уголок этих покоев был пропитан почти осязаемым напряжением, которое в любой момент могло обернуться неконтролируемым взрывом, сметающим все на своем пути. Ибо каждый обитатель особняка знал, что видимое спокойствие хозяина было лишь затишьем перед грядущей бурей. Повернув кресло к окну, Дракула нервно барабанил пальцами по мраморной столешнице, вглядываясь в ночное небо. Не проходящие сомнения, неизвестность, нарастающая с каждой минутой злоба, всё больше угнетали его разум. Что-то в его гениальном плане пошло не так, где-то он явно просчитался, и столь долгожданный триумф грозил обернуться горьким фиаско, развеяв по ветру все его надежды.

      Казалось, для двух невест не было ничего сложного в том, чтобы справиться с парой смертных и привезти к нему монстра, но незримая связь, соединяющая вампира с Вероной, оборвалась несколько часов назад вместе с жизнью невесты, а Алира еще не возвратилась, хотя на востоке уже появились первые признаки рассвета. Больше всего в данной ситуации его злила неизвестность, ибо она давала основания выстраивать предположения одно хуже другого, играя на нервах, как на арфе, где все время существовал риск разорвать струны, позволив себе небрежное касание. В такие моменты Дракула начинал сомневаться в собственном бесстрастии, проклиная себя за подобные слабости.

      Щелчок открывающейся двери вывел его из молчаливой задумчивости, заставив обратить все свое внимание на невесту, испуганно жмущуюся к стене.

— Где монстр? — без лишних церемоний произнес он, вставая с кресла.

— Я...я не смогла его привести, хозяин, нам помешали, — запинаясь, проговорила Алира, стараясь не смотреть в пылающие глаза вампира.

— Такое простое задание, и ты не смогла его выполнить, — все ближе подходя к ней, бросил он.

— Я... нам помешали, — каждый его шаг, заставлял невесту трепетать от страха, ибо она знала, чем может обернуться гнев ее господина, и искренне не хотела в этот момент оказаться рядом с ним.

— Вы, две всесильные вампирши, порожденные от крови моей, не смогли справиться со смертными! Да как ты смеешь мне об этом говорить?! — теряя человеческий облик, проревел он, впиваясь когтистой лапой в горло невесты. Даже будучи в обличии человека, вампир внушал ни с чем несравнимый страх, но, обращаясь в крылатого монстра, вызывал поистине леденящий душу ужас. Алира беспомощно ухватилась за его запястье, задыхаясь в его железной хватке, как трепещущая птичка.

— Это...не...не люди... — из последних сил прохрипела она.

—Что? — взревел он, выпуская девушку из рук.

— Это Виктор. Они напали на повозку после нас и забрали монстра.

— Ты в этом уверена?

— Я нашла мертвого Велкана на опушке, в ущелье... там все было залито кровью и следами драки, там я нашла черный кинжал с рукоятью в форме летучей мыши. Они забрали и Франкенштейна, и принцессу.

— Значит, Гэбриэл тоже пойдет по их следу, — задумчиво проговорил он.

— Это несомненно, но он не знает, где искать...

      Внутри у вампира бушевал необъятный океан, стихия столь могущественная, что, находись она в более слабом теле, неизменно обрекла бы его на смерть.

— Верно ведь говорят: «Если хочешь, чтобы что-то получилось, нужно делать это самому», — проговорил он, распахивая окно. Морозный осенний воздух ворвался в покои, принеся с собой остатки сухой листвы.

— Постой! Утро... — прокричала Алира, поддавшись импульсивному порыву, которого не ожидала сама от себя.

— Что-то мне подсказывает, что оно будет облачным, — прошипел вампир, сбрасывая с плеча ее руку.

— Но как же, как же бал? — с досадой пискнула она, тут же пожалев о сказанном. Вампирша даже не подумала, что этим наступила на его больную мозоль. При этих словах в глазах Дракулы запылало столько ненависти, что девушка готова была спуститься в ад, лишь бы покинуть эту проклятую комнату.

      Сказать по правде, когда Владислав объявил о намерении отпраздновать свою триумфальную победу таким образом, Алира ликовала. После столетий, проведенных в ледяной ловушке Карпатских гор, роскошный бал представлялся ей сказочным событием, которого она ждала с трепетом юной барышни, будто за ее спиной не было темных крыльев и кровавых зверств. Теперь же она клокотала от досады и обиды, боясь скорого возвращения в это захолустье, которое вампир непонятно почему считал своим домом.

— Бала не будет, — мрачно заметил он, вылетев из окна.

      Несколько взмахов могучих крыльев понесли его ввысь, подхваченные стремительным воздушным потоком. Порывы холодного ветра окутали тело, ударили в лицо, будто отрезвляя, прогоняя навязчивые идеи и сомнения, успокаивая. В этот момент в его голове родилась абсурдная, но все-таки вполне логичная мысль, завладевшая его разумом: если лишь благословленные Богом создания способны возноситься в небеса, то как мог он, низвергнутая в преисподнюю душа, получить такой великий дар?!

      С каждой секундой его огромный дворец все более удалялся, пока наконец не обратился в маленькую точку, растворившуюся в рассветном тумане. Вдали остались и огромные часовни, и городские стены, нескончаемым зеленым покрывалом потянулись сосновые леса, а впереди показались заснеженные шапки гор. Полет — это свобода, свобода от мыслей, долга, проклятия. Проплывающие перед глазами картины настолько отвлекали, что, пока он находился в небесах, все проблемы казались ему ничтожными, но, стоило ему лишь опуститься чуть ниже, они тяжелым грузом тянули его к земле.

      Вскоре, у самого подножия гор, показалось богатое поместье, ставшее образчиком средневековой архитектуры. Массивная ограда, окопанная глубоким рвом и окруженная посеребренными копьями, представляла собой неприступную преграду, защищавшую обитателей замка от незваных гостей. Дракула всегда с любопытством наблюдал за непрекращающимися распрями между вампирами и ликанами, которые тянулись уже не первое столетие, с презрением глядя на своих собратьев, не сумевших подчинить себе этих животных. По его глубокому убеждению, это была слабость, которая несмываемым пятном позора легла на Виктора и остальных старейшин, подрывая их авторитет как лидеров клана. Как бы то ни было, если они решились встать на его пути, было бы глупо недооценивать такого соперника, а значит, до поры до времени, действовать придется с осторожностью.

      Несколько раз облетев замок, он убедился в том, что дневная стража так же, как и все остальные, укрылась внутри, опасаясь солнечного света. Сомнений в том, что вся наземная территория усеяна многочисленными ловушками не было, а значит, самым безопасным было проникнуть в поместье с воздуха. Стараясь не покидать густой пелены тумана, вампир с грацией хищника приземлился на парапет, прислушиваясь к тому, что происходило за стеной.

      Сомнений не было, все обитатели дома предпочитали использовать для дневного сна глубокие подземелья, выстроенные по принципу лабиринтов, чтобы обезопасить себя на случай враждебного вторжения. Немногочисленная охрана располагалась на нижних этажах, охраняя входы в них, а значит, нужно всего лишь найти открытое окно, но это оказалось не так просто сделать. Все двери были плотно закрыты, а разбей он стекло — прибежит стража. Мысленно чертыхнувшись, вампир упер пальцы в огромное окно на самом верхнем этаже и, тщательно распределяя силу, стал пытаться вдавить внутрь стекло. Сконцентрироваться было сложно, но все же спустя несколько минут оконная рама, издав тихий треск, выпустила стекло из своих объятий. Вампир поймал его налету с едва уловимой для взгляда со скоростью, аккуратно прислонив к стене.

      Небольшая комната, в которой он оказался, судя по обилию в ней платьев, разбросанных по полу, кровати и софе, принадлежала какой-то капризной барышне, по повадкам, очевидно, похожей на Алиру.

«Что ж, видимо, в каждом клане есть такие», — с долей иронии подумал он. Аккуратно приоткрыв дверь, Влад выглянул в коридор и, сопровождаемый укоризненными взглядами застывших на портретах людей, спустился вниз. Куда ему идти, вампир решительно не знал, поэтому решил довериться своим инстинктам. Вокруг царила мертвая тишина, нарушаемая лишь слабым биением сердца, доносившимся с нижнего этажа, и этот трепетный зов мог принадлежать лишь одному человеку. Пройдя по широкой лестнице, мужчина свернул в нужный ему туннель. Стражи рядом не было, а значит, оказывать сопротивление там было некому.

      Осторожно приоткрыв дверь, вампир, будто тень, проскользнул внутрь, застыв на месте, разглядывая представшую перед ним кровавую картину. Не то, чтобы увиденное его потрясло — он и сам, зачастую, проделывал штучки по хуже, но все же было в этом что-то завораживающее, имеющее мистическое притяжение, леденящее кровь. У самых его ног, в лужице багровой крови, в беспамятстве лежала Анна. Её тело беспомощно содрогалось от холода и страха, а красивые зеленые глаза смотрели с какой-то безысходностью уже смирившегося со своей судьбой существа. Она не кричала, не просила о помощи... просто терпела несправедливость своей судьбы, хватаясь за последние мгновения жизни.

      Ему не нужно было спрашивать о том, что произошло: он знал Виктора не первое столетие и прекрасно понимал, как вампиры из его клана получают информацию. Кровь — это не только жизнь, это память, и если Влад мог получать желаемое, проникая в разум своих жертв, то остальные действовали более варварскими методами.

      Присаживаясь рядом с девушкой на одно колено, Дракула проник в чертоги ее сознания, заново прокручивая её воспоминания о прошедшем дне, заставляя Анну взглянуть на эти события под новым углом, обратить внимание на те моменты, которые заинтересовали ее случайного визитера. Инстинктивно желая защититься, девушка ухватила его за запястье, пытаясь отстраниться, но разве могла она что-то сделать против его стальной хватки?!

— А ведь и правда не знает, куда они отправили монстра! Что ж, похоже, здесь мои дела окончены, — проговорил он, вглядываясь в ее искаженное мукой лицо. Его поразило то, что даже сейчас, переживая нестерпимую боль, она была поистине прекрасна. Густые каштановые пряди разметались по полу, грудь трепетно вздымалась при каждом вздохе, лихорадочный румянец расцвел на щеках подобно розам, а чуть приоткрытые губы так и манили к себе, обещая подарить сказочные наслаждения. Каким бы бесчувственным не был Дракула, он был еще и мужчиной, а как мужчина был истинным ценителем женской красоты, собирая вокруг себя девушек, как трофеи, напоминающие ему о победоносных битвах. И чем сложнее было поразить цель, тем сильнее она воспламеняла в нем азарт бывалого игрока, превращаясь в навязчивую идею. На его пути встречалось много красивых женщин, он позволял себе пленяться их красотой, прикасаться к пылающему жаром телу, но никогда не задерживался рядом — испив чашу сладостного блаженства, вампир награждал их поцелуем смерти, растворяясь во тьме, как призрачное видение.

      Когда он впервые встретил Верону, его привлекла та аристократическая сдержанность и прочувствованная религиозность, которая окружала ее таинственным ореолом, скрывая за холодной маской по-настоящему страстную натуру. С ледяным спокойствием она отвергала его знаки внимания, с равнодушием смотрела на бриллианты, которые он бросал к ее ногам, изредка даря лишь снисходительную улыбку, заставлявшую вампира с раздражением глотать собственную обиду. Но вечность наградила его поистине колоссальным терпением, а оно, как известно, всегда бывает вознаграждено, и в один из вечеров Верона согласилась шагнуть вслед за ним во мрак ночи. Казалось, что все это произошло совсем недавно — на деле же, с тех пор минули столетия. Темноволосая бестия стала его старшей невестой, преданным другом, боевым соратником, но так и не сумела зажечь огонь в его мертвом сердце. Былой интерес очень скоро прошел, сменяясь обыкновенным равнодушием, даже смерть девушки не оставила горького отпечатка на его душе, не заставила ни единую слезу прокатиться по щеке.

      Немного иначе дела обстояли с Маришкой; будучи полной противоположностью Вероне — игривая и кокетливая, — она сама бросила вызов обворожительному графу. Увидев на одном из приемов таинственного незнакомца, почувствовав ту незримую силу, которая исходила от него, девушка решила опробовать на нем свои женские чары. Она тоже была амбициозным игроком, тоже коллекционировала свои победы, но, увы, потерпела сокрушительное поражение, столкнувшись с несгибаемой волей, притягательным шармом и острым умом. Маришка добровольно ступила в вечность, наполненную мраком и жаждой крови. Казалось, что ее бьющая ключом энергия сможет заразить вампира жаждой жизни, но в очередной раз триумф был недолговечен. Дракуле очень скоро наскучили пышные торжества, не проходящее веселье и атмосфера распущенности, в которую погрузилось его мрачное жилище. Нет, совсем не этого жаждала его остывшая душа.

      Но ведь была еще и Алира; ее природное коварство могло, пожалуй, соперничать лишь с ее эгоизмом. По прошествии веков граф уже не мог точно сказать, чем его привлекла эта рыжеволосая гарпия: то ли взрывным темпераментом, то ли умением доставлять ему удовольствие, — как бы то ни было, она стала очередной победой, которая не принесла ему ни радости, ни покоя, ни умиротворения.

      А теперь на его пути встала Анна, как восставший призрак из прошлого, пробуждая в нем давно забытые воспоминания. Девушка обещала стать достойным соперником, оттого желание сломить ее все больше завладевало его мыслями. В ней поразительным образом сочеталась мужественность и женская слабость, сила воли и красота, страстная натура и холодный разум, правда эмоции зачастую брали над ним верх, выпуская на свободу огонь, бушевавший в ее трепещущей душе.

      Аккуратно повернув ее голову, он наклонился к кровоточащей от укусов ранке. Судя по всему, с момента «поцелуя» прошло уже несколько часов, но кровь не желала сворачиваться, предательски покидая вены девушки. Отерев пальцами выступившие на шее красные капли, вампир прикоснулся к ним губами, будто смакуя солоноватый вкус крови. Чувство голода непроизвольной судорогой свело его живот, манящая близость человеческого тела опьяняла хлеще крепкого алкоголя. Усилием воли поборов в себе это неконтролируемое желание, Дракула взял Анну на руки и переложил на жесткий лежак, стоявший у самой стены.

— А времени у тебя меньше, чем я думал, — прошептал он, убрав с лица растрепавшиеся локоны. Когда холодная рука коснулась ее лица, Анна будто вышла из состояния беспамятства — это легкое прикосновение будто отрезвило ее, но лишь для того, чтобы наградить очередным приступом нестерпимой боли, затуманивающим взгляд. Из-за белесой пелены начал медленно проступать темный силуэт, но, как ни силилась девушка разглядеть его черты, они неизменно расплывались, терялись в безмолвной пустоте комнаты.

— Что со мной? — прошептала она, импульсивно коснувшись его руки. Девушка не знала, кем был этот таинственный незнакомец, но, раз судьба привела его сюда, чтобы разделить с ней последние минуты жизни, она примет этот дар с благодарностью, ибо больше всего она боялась уходить из этого мира в одиночестве. Теперь же его присутствие вселяло в нее силы, и в эту самую минуту ей было безразлично, был ли он посланником небес или вестником ада, прилетевшим за ней на черных крыльях. Он стал для нее своего рода маяком; проводником, чья рука связывала ее с жизнью, в то время как смерть, лица которой она была неспособна различить, костлявой рукой тянула ее за собой во мрак неизвестности.

— Ты умираешь, — коротко ответил мужчина, стараясь не упустить даже малейшего изменения выражения на ее лице. Ощущение ее маленькой ладошки, заключенной в его руке наполняло его необъяснимым чувством; по какой-то неясной причине он не хотел ее отпускать, хотел вырвать это трепещущее создание из цепких лап смерти.

— Что ж, всех нас ждет одна и та же ночь, и лишь бессмертная душа стремится к свету, — превозмогая боль, прошептала она. Признаться, Дракула был поражен отвагой этой девушки: она была еще столь молода и неопытна, но принимала неизбежность смерти подобно ветхому старцу, а ведь впереди у нее мог быть не один десяток лет. И это поведение пробуждало в нем живой интерес, делая его похожим на археолога, нашедшего сокровище. Вампир даже позабыл о том, что явился сюда с одной лишь целью: узнать, куда увезли монстра Франкенштейна. Не думал он и о том, что сейчас находился в самом сердце вражеского логова, рискуя если не своей жизнью, то, во всяком случае, свободой — все это будто отступило на второй план, сдавая позиции перед хрупкой девушкой, старавшейся героически принять позорный для ее рода уход в небытие.

— И ты не боишься? Стоит ли торопиться к бессмертию души, если оно начинается смертью? — склонившись к ее уху, прошептал он. Его губы были настолько близки к шелковистой коже, что мужчина ощутил манящее тепло, наполнявшее все его тело. С горечью признаваясь себе, что с тех пор, как он переступил порог вечности, ему не доводилось испытывать ничего подобного.

— Разве страх перед смертью поможет ее избежать? Разве дано кому-то обмануть судьбу? Нет! Боится смерти лишь виновный; мудрый принимает ее без сожаления, ждет, как давнюю подругу; храбрый — с обнаженным мечом в руках бросает ей вызов, зная, что неминуемо потерпит поражение; а измученный страданиями — призывает ее, как благородную спасительницу.

      С этим высказыванием он мог поспорить — возможно, и ему когда-то суждено обратиться в прах, но Дракула уже прошел по этому мрачному пути и смог переродиться. Стоя лицом к лицу со смертью, сумел ее обмануть и согласится вернуться в чистилище адских душ лишь тогда, когда будут сняты семь печатей и всадники Апокалипсиса с шумом проскачут у его ворот.

— И как хочешь ее встретить именно ты? — проговорил он, но этому вопросу суждено было остаться без ответа. Мимолетный проблеск сознания растаял в мрачной обреченности, которой пропитался даже воздух в этой комнате. Анна вновь погрузилась в беспамятство, ибо костлявая старуха в черном саване сильнее притянула ее к себе. — Нет в смерти никакого благородства! Она всегда позорна и коварна, и, поверь, у этого коварства нет пределов. Если хочешь бросить ей вызов — живи!

      Вампир выпустил из ладоней ее пылающую руку и направился к выходу, но, едва ухватившись за дверную ручку, застыл, будто какая-то невидимая сила по необъяснимым причинам тянула его назад.
«Влад, ты становишься слабым и сентиментальным, вот, Дьявол!» — обругал он самого себя и присел на край кровати, где на смертном одре лежала женщина, сумевшая его поразить не только своей красотой, но и смелостью.

      Несколько минут он сидел в молчании, будто ведя войну с собой. В этот момент у него был вид человека, который пытается решиться на судьбоносный шаг, но искренне сомневается в правильности этого поступка. Но, все же поднеся к зубам запястье, он надкусил бледную кожу — алая кровь небольшой струйкой хлынула из его вен, заливая одежду девушки.

— Это не жизнь, а всего лишь шанс! Сейчас только ты можешь решить свою судьбу: вернуться назад, уйти вперед или умереть! Для кого-то это величайший дар, для кого-то — проклятие, для одних — мед, для других — яд! Выбор за тобой: либо тепло и свет рая, либо огонь и зной ада, либо мрачная неизвестность чистилища! Мне этого права не дали, — с этими словами он поднес к ней окровавленное запястье, живительная жидкость коснулась ее губ, разливаясь по подбородку. Анна закашлялась, но не смогла найти в себе силы оборвать эту незримую нить, которая доказывала ей то, что она еще была жива. Чувствуешь боль — значит живешь, если кашляешь — можешь дышать.

      Вскоре живительная кровавая струйка иссякла, затянувшись тонким слоем кожи. Несколько минут вампир выжидающе смотрел на девушку, пытаясь различить в ее состоянии какие-то метаморфозы, но Анна находилась все в той же предсмертной агонии, устремив невидящий взор к эфемерным небесам. Ее губы еле шевелились, будто бы она читала последнюю молитву, все дальше отходя во мрак.

— Что ж, ты сделала свой выбор! — проговорил он, наградив ее прощальным взглядом. Медлить было нельзя: он и так слишком задержался под этой крышей, а время неминуемо продолжало свой бег. Переступив порог комнаты, которая на короткий миг заменила ему целую вселенную, вампир с тяжелым сердцем направился наверх, всеми силами желая вырваться из этого проклятого места. Легкое движение внизу говорило о том, что стражи покинули свой пост. Выглянув в окно, Дракула увидел, как к парадному входу подъехал груженый экипаж, из которого выгрузили большой деревянный ящик, похожий на гроб. Что ж, разбираться с этой загадкой не было ни времени, ни желания, поэтому, радуясь тому, что день выдался дождливый, Дракула скользнул наружу, подставляя лицо холодному ветру, который на этот раз уже не смог снять тяжелый камень с его груди.

Источник: http://twilightrussia.ru/forum/201-16934-1

Категория: Фанфики по другим произведениям | Добавил: Кейт (13.02.2016) | Автор: Dragoste
Просмотров: 268 | Комментарии: 1


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 1
0
1 case   (12.10.2016 19:37)
Очень нравится повествование. Так неужели Анна все же умрет? Каким образом делается выбор?

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]