Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1618]
Мини-фанфики [2313]
Кроссовер [678]
Конкурсные работы [7]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4606]
Продолжение по Сумеречной саге [1221]
Стихи [2315]
Все люди [14603]
Отдельные персонажи [1474]
Наши переводы [13576]
Альтернатива [8914]
СЛЭШ и НЦ [8173]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [150]
Литературные дуэли [105]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [3678]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей ноября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 16-30 ноября

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

A Pound of flesh | Фунт плоти
Привязываться к нему в её планы не входило. Влюбляться тоже. Однажды ночью Гермиона сталкивается лицом к лицу с Драко Малфоем, который ничего не помнит и живёт как обычный магл. С её стороны было бы глупо упускать такую возможность.
Гермиона Грейнджер/Драко Малфой

Межсайтовский командный перевод Fanfics.me и Twilightrussia.ru

Некоторые девочки...
Она счастлива в браке и ожидает появления на свет своего первого ребенка - все желания Беллы исполнились. Почему же она так испугана? История не обречена на повторение.
Сиквел фанфика "Искусство после пяти" от команды переводчиков ТР

Хаос
И ударит громом расплата за грехи твои. Пронесется страх по венам и нервным окончаниям, захватывая самые глубокие миллиметры черной души. Аккуратно, словно лаская, сигаретный дым будет пробираться в легкие, обжигая и отравляя изнутри ограненное природой, созданное ею же идеальное творение. Примеси ментола будут раздражать сознание...

Слушайте вместе с нами. TRAudio
Для тех, кто любит не только читать истории, но и слушать их!

Конкурс мини-фиков "Зимний стоп-кадр"
Вот и наступила календарная зима, а значит уже совсем скоро Новый год, поэтому пора начинать традиционный зимний конкурс мини-фиков!
И в этот раз мы предлагаем нашим авторам уникальную возможность написать конкурсные истории по видео-трейлерам!
Приём историй до 8 января.

Харам
Приглашаю вас в путешествие по Марокко. Может ли настоящая любовь считаться грехом? Наверное, да, если влюбленных разделяют не только моря и океаны, но вера и традиции. Победитель TRA 2016.

Протяни мне руку - 2. Сохранить свое счастье
Вот оно счастье - ты идешь и держишь ее за руку, смотришь в ее глаза. Но сможешь ли ты все это сохранить? Что еще ждет счастливую семью Уитлок? Новые испытания или отголоски прошлого? на что пойдут герои чтоб сохранить свое счастье?

Акция для ПРОМОУТЕРОВ - Зимний водопад фанфиков
Поучаствовать в акции, соединяющей в себе фест и выкладку фанфикшна, может любой пользователь сайта! Акция рассчитана именно на промоутеров, не на авторов.
Начался ВТОРОЙ этап:
Выбирайте любую приглянувшуюся вам заявку, ищите соответствующий условиям фанфик и выкладывайте согласно правилам Акции.
II этап продлится до 28 февраля.



А вы знаете?

...что на сайте есть восемь тем оформления на любой вкус?
Достаточно нажать на кнопки смены дизайна в левом верхнем углу сайта и выбрать оформление: стиль сумерек, новолуния, затмения, рассвета, готический и другие.


...что теперь вам не обязательно самостоятельно подавать заявку на рекламу, вы можете доверить это нашему Рекламному агенству в ЭТОМ разделе.





Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Ваш любимый сумеречный актер? (кроме Роба)
1. Келлан Латс
2. Джексон Рэтбоун
3. Питер Фачинелли
4. Тейлор Лотнер
5. Джейми Кэмпбелл Бауэр
Всего ответов: 414
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Альтернатива

Кровавое Рождество. Одиннадцатая глава

2016-12-9
17
0
Сердце трепещет, словно у маленькой птички, пойманной в силки. Огромное ложе застелено бордового цвета простынями, в тех же тонах подушки и толстое стёганое покрывало. Она словно попала в ловушку, выкрашенную засохшей кровью.
– Ничего не бойся. Помнишь, что я тебе говорила? – Эсми улыбнулась, желая подбодрить, и кивнула. – Больно только в начале и в первый раз!
– Мне всё равно страшно. Я прошу тебя, Тильда, останься. – В огромных зелёных глазах неподдельный испуг. – У меня дурное предчувствие.
– Не могу, маленькая моя. – Кормилица ласково погладила по волосам и поцеловала девушку в висок. – Все леди боятся первой близости. – Женщина подавила судорожный вздох, навеянный картинкой из собственных воспоминаний. – Граф опытный и такой красивый. Он не должен причинить юной девственнице вреда.
Уже выходя из покоев, верная служанка шепнула скорее сама себе:
– Я так тебе завидую, – и громко: – Я приду утром.

И она пришла на заре, чтобы забрать графиню в её покои. А всю ночь просидела в отведенной каморке, прямо за стеной спальни графа Бедфорд, царапая холодную стену ногтями, сдирая в кровь пальцы. Сотрясаясь вместе с Эсми в рыданиях, чувствуя каждую рану, нанесённую невинной девушке, собственным телом.
Эта ночь стала самой длинной в жизни бывшей монашки и стоила ей первых седых волос.
Как кричала девочка, вскормленная её грудью, как выла от нестерпимой боли, как звала свою верную Тильду на помощь… Как просила пощадить, не мучить, а в ответ на стенания получала лишь взрыв смеха изверга-мужа…
Если то, что творилось в покоях графа, называлось ночью любви, то такую любовь мог дарить только дьявол.
Всё снова повторялось, только в этот раз зверские пытки стали наградой за светлое чувство…
Кормилица сползла на голый каменный пол и, опустив голову между колен, зажала уши руками. Ей необходимо отрешиться, чтобы не сойти с ума от воспоминаний, наложенных на реальность происходящего за стеной. Она должна оставаться сильной и придумать, чем помочь девочке; не позволить графу запугать и сломать ту, что любила больше жизни.
Из состояния транса её вывел раздавшийся в темноте тонкий голосок:
– Бедная пташка, маленький воробушек…
Тильда вздрогнула от могильного холода, наполнившего тесную каморку, подняла голову и огляделась по сторонам, пытаясь понять, откуда доносится слабый шёпот.
– Ещё одна птичка попала к птицелову… – Шептавший быстро перемешался по комнате, оставаясь при этом совершенно невидимым. – Он скрутит ей головку…
Женщина поднялась на ноги, сжала в руке висевший на шее талисман и прочла заклятие, чего не делала уже давным-давно и успела почти позабыть слова.
Крошечное помещение заполнило слабое свечение, исходящее из зыбких сгустков голубоватого тумана. Постепенно они уплотнялись, преобразовываясь в расплывчатые человеческие очертания.
Послышались едва различимые рыдания нескольких женщин.
– Бедная пташка…
Тильда разглядела ту, которая напевала песенку, состоящую всего из нескольких слов. Красивая, молодая девушка с толстой косой, перекинутой через плечо. Она вздрогнула от ужаса, узрев, почему ей казалась такой неестественной посадка маленькой головки... Свёрнутая шея! Это из-за неё девушка-привидение была кособокой.
Тильда не стала рассматривать остальных, ей не нужно знать причину их смерти. Она прочертила рукой знак в воздухе и снова прошептала заклятие.
Туман начал рассеиваться, свечение постепенно исчезало. Но слабый голос вновь прошептал:
– Он скрутит ей головку…
Колдунья выставила руки вперёд, вырисовывая в воздухе новые знаки, и прошипела:
– Пошла прочь! С ней не случится этого!

Кормилица мерила комнату шагами, с каждым новым криком и стоном девочки укрепляясь в принятом решении.
Если для того, чтобы спасти крошку Эсми от неминуемой гибели, придётся продать душу дьяволу и служить тёмным силам – она сделает это, пойдёт на всё, чтобы защитить дорогого сердцу ребёнка. Лорд Бедфорд встретит в лице ведьмы достойного противника. Два человека, готовые на алтарь сатаны положить не только свои души, вступят в противоборство, и пусть тот выберет лучшего…
Тильда подняла вверх сжатые в кулаки руки и прокричала запретную ранее молитву, призывая повелителя тьмы. Она сознательно отказывалась от света. Будь проклята любовь, приносящая в этот мир одни беды и страдания!

Тильда, позванная стражником в покои графа, трясущимися руками толкнула дверь. То, что открылось взору, привело в неописуемый ужас женщину, испытавшую на своём веку немало потрясений.
Сердце ухнуло вниз, ноги стали ватными, отказываясь служить. Она прислонилась спиной к дубовому косяку и сделала несколько глубоких вздохов, пытаясь подавить крик и прогнать ледяные спазмы, скрутившие желудок, рвущиеся на волю рвотными позывами...
Эсми, перемазанная собственной кровью, стонала, забившись в подушки, собранные кучей в изголовье кровати. Следы от укусов пестрели тут и там, раскрашивая белоснежную холёную кожу адскими узорами. Подсохшая кровь, лилово-красные пятна, оставленные безжалостными пальцами на хрупком девичьем теле, дрожащем на бордовом брачном ложе…
– Ты обманула меня, – хрипела девочка сквозь запёкшиеся в корочки губы. Заплаканные глаза зелёным огнём пылали из-под отёкших, покрасневших век, подбородок дрожал. Она изо всех сил пыталась удержать рвущийся на волю крик. – Это больно всегда, слышишь! Всегда!
Тильда справилась с нахлынувшим от увиденного ужасом и сделала несколько шагов по направлению к ложу.
– Не так, как было со мной – и нужно благодарить за это судьбу. – Сердце кормилицы сжималось от жалости, но показать слабость Эсми нельзя, нужно заставить девочку преодолеть страх и стать сильной… иначе… Третью жену графа слишком поздно достали из петли…
Слишком многое узнала Тильда в эту ночь: ни одна из бывших жён Эдварда не умерла естественной смертью. Ей пришлось прибегнуть к колдовству, чтобы выпытать всё у загубленных душ, до сих пор мечущихся в подземельях старого замка.
Ведьма не позволит сотворить то же зло со своей девочкой. Она сделает Эсми сильной, властной, бесстрастной. Способной бороться не только за ложе мужа: наскучившие игрушки тот привык попросту ломать и заменять на новые. Никто не смог бы помешать Эдварду Мейсону, графу Бедфорд жениться в пятый раз.
Тильда усмехнулась собственным мыслям. Эсми станет достойной женой жестокого графа! Заключившая договор с дьяволом добьётся этого, закалив невинную, растоптанную душу воспитанницы…
– Я помогу тебе с ним справиться, милая, вдвоём мы всё сможем. Другого мужа у тебя не будет, и с этим нужно смириться.
– Вот с этим? – юная леди откинула длинные пряди спутанных рыжих волос с груди. Маленькие холмики, увенчанные розовыми сосками, торчащими в центре ореола, сочащимися кровью, со следами от зубов, опухли. – Я думала, он мне их откусит. Тильда, миленькая, это так больно... – Она осторожно дотронулась дрожащими тонкими пальчиками до безобразных пятен, покрывающих нежную кожу. – Он так сжимал пальцы, словно хотел разорвать на куски моё тело...
Кормилица не смогла подавить стон. Она на мгновенье закрыла глаза, удерживая себя на месте. Невозможно уничтожить графа без последствий, грозящих монастырским заключением молодой вдове. Они должны дождаться появления наследника и тогда…
Эсми подняла измученный взгляд на ту, что воспитывала её с младенческих лет.
– Ты не говорила, что люди могут получать удовольствие, причиняя страдания другим. – Перед глазами новобрачной возникло лицо Эдварда. Безумные, сверкающие плотоядным блеском глаза и оскаленный, словно волчья пасть, белозубый рот, перемазанный её кровью. – Граф упивался моей болью и смеялся над криками, получая от них не меньшее наслаждение. Неужели он хочет моей смерти?
И тут же удивление сменилось на осознание. Девочка замерла, прежде чем высказала открывшуюся ей правду:
– Нет, супруг не желает, чтоб я умерла, он хочет, чтобы я страдала каждую ночь. Боль моей плоти будет приносить ему удовольствие. – Большие глаза заполнил животный первородный страх, и она крикнула, разрывая ранки на губах, из которых засочилась кровь, падая на голую грудь крупными каплями: – Я обречена на жизнь в аду, а он будет питаться моею агонией! – Эсми затравленно огляделась и пошарила руками по простыням, в поисках предмета, способного ей помочь в следующем мимолётном желании. – Я не хочу жить!
Девочка не чувствовала новую боль, всё её тело – одна большая кровавая рана. И теперь уже сердце не трепетало – оно колотилось в груди, ударяя набатом по рёбрам.
Пойманная птица хотела улететь на свободу, но этого не случится никогда! Она окольцована и посажена в клетку под названием «любовь»! Его больная любовь, превратившаяся в её нелюбовь к бывшему принцу. Ненависть и страх заполнили душу, отвращение к красавцу-мужу, разорвавшему её изнутри, надругавшемуся над душой, разрушившему мечту, взращённую с детства. И она зарыдала навзрыд, всхлипывая и причитая, не в состоянии больше сдерживать слёзы:
– Это больно, так больно! Он зверь, он рычал, словно зверь! Я боюсь его, так боюсь! – Эсми вскинула взгляд, наполненный ужасом, на кормилицу. – Если бы ты видела его глаза… – Девушка огляделась по сторонам перед тем, как испуганно прошептать: – Они светятся в темноте…
Тильда присела на край ложа и, притянув воспитанницу себе на колени, стала укачивать, как в детстве, словно маленького ребёнка, которым Эсми была так счастлива.
Юная леди, в одну ночь потерявшая не только невинность, но и веру в любовь. Новоиспечённая женщина, узнавшая, что за прекрасным, как у ангела, лицом может скрываться монстр, жестокий, как хищник, но намного опасней. Потому что волка по её приказу могли бы убить, а высокородного графа никто никогда не накажет…
Она подняла голову и, с мольбой взирая в глаза кормилицы, прошептала:
– Забери меня домой, Тильда… миленькая, пожалуйста, забери! – Новая мысль, как избежать страданий, пришла в голову девочки, и её слова полны надежды и призыва: – Давай убежим из замка?
Но мудрая Тильда знала, что бежать некуда; она с печалью в глазах покачала головой.
Эсми скривила дрожащие окровавленные губы и тоненько запричитала, как делала это очень-очень давно:
– Я хочу к папочке!
Женщина прижала избитое тело новобрачной к груди и тяжело вздохнула:
– Маленькая моя, папа-то тебя ему и отдал…

***


Эдвард долго стоял на балконе, всматриваясь в мерцающие на горизонте огни Витории. Он представлял, что творится сейчас на тесных улочках города. Граф не раз наблюдал подобное во многих странах.
Никто не спал накануне турнира. Тут и там толпились подвыпившие жители и гости, прибывшие из разных уголков страны, факелами освещая дорогу к открытым до утра тавернам.
Оживление царило и в лавках менял, кои, пренебрегая сном, принимали драгоценные камни, дорогую посуду, украшения, обменивая их на золотые монеты; деньги, которые просаживались тут же в тавернах в обществе шлюх и таких же гуляк или у костров, возле которых давали представления бродячие актёры, акробаты, фокусники и пели песни менестрели. Смех, радость и счастье на лицах людей в предвкушении красочного зрелища…
Лорду Бедфорд веселиться не хотелось. Он одним из первых покинул дворец Паласио де Монтеермосо, в стенах которого щедрый де Агирре устроил пир. Эдвард не желал танцевать, все его мысли занимала Изабелла. Он думал о том существе, которым стала любимая белошвейка, и что делать при встрече с ним, если, конечно, она состоится…

Братья Мейсон сильно опаздывали. Они в сопровождении свиты спешно преодолели мост через неглубокую каменистую Садарру. Поднимая пыль, галопом пронеслись по ярмарке, расположившейся возле городских стен, распугивая немногочисленных в это утро покупателей. И влились в поток всадников, спешивших от городка, образованного из разноцветных шатров. Обтянутые тканью огромные конусы, выкрашенные в цвета родовых гербов, стали временными жилищами знатных рыцарей, прибывших на турнир, но не пожелавших тесниться в комнатках постоялых дворов, усеянных клопами и блохами.
Шумный гомон разодетой толпы праздных зевак, бряцанье оружия, звуки труб и рогов заглушал звон колоколов собора Катедраль-де-Санта-Мария, куда и спешили братья на утренний молебен.

Эдвард с Джаспером проследовали к шатру, увешанному гербами и флагами древнего рода Бедфорд. Перед этим они совершили круг по ристалищу во главе кавалькады рыцарей, в сопровождении оруженосцев и одной на двоих дамы сердца – Элис Каллен, графини Пембрук. Под восторженные крики зрителей и взгляды прекрасных сеньорит, сопровождавших воинов, восседающих на покрытых попонами, закованных в тяжёлую броню жеребцах; и почтенных горожан, одетых в самые лучшие, обвешанные драгоценностями, одежды, оплативших дорогие призы.
Бесстрашные высокородные сеньоры в начищенных до блеска доспехах, с яркими плюмажами на шлемах готовы были пролить кровь во имя любви. Под грохот труб герольды выкрикивали имена и титулы участников. Снующие тут и там жонглёры выделывали руками сложные па на потеху зрителей.
По-зимнему низкое солнце радостно сияло с небес, освещая помпезное шествие, даря ласковыми лучами тепло, расцветающее улыбками на губах страстных испанок. Солнечный день, грандиозный праздник, предвкушение яркого зрелища, шум и возбуждение толпы будоражили кровь готовящихся к сражениям рыцарей.

– Не спешивайся в перерывах между боями, ожидая следующего противника. Держи жеребца в узде, не дай ему перегореть, и сам не расслабляйся. – Граф Бедфорд стоял, вытянув руки, позволяя пажу и оруженосцу в последний раз проверить каждый фрагмент начищенных ими за ночь до блеска доспехов.
– Не думай обо мне, сосредоточься на своих противниках. – Забияка-Джаспер явно насмехался над опекающим его, словно наседка, братом.
– Не могу не думать, я бьюсь только на копьях, а тебе ещё предстоит драться на топорах. – Эдвард пару раз присел, проверяя, не перетянута ли где-нибудь шнуровка. – Мне не даёт покоя выбор графом Урхелем оружия. Не знал, что испанцы любят этот предмет.
– Значит, мой испанец особенный. Тем слаще будет победа! – Джаспер, полностью готовый к бою, покинул шатёр.
Он подошёл к невысокому деревянному пьедесталу и, забравшись на него по нескольким ступеням лестницы, подозвал свистом коня. Отказавшись от услуги пажа, он сам вставил ногу в стремя и оседлал жеребца.
Эдвард вышел следом.
– Урхеля ждёт большой сюрприз, – рассмеялся барон. – Если бы он знал, с каким мастерством топором владеет Карлайл. Мы столько лет прослужили его оруженосцами и множество раз дрались бок о бок. – Он с ухмылкой взглянул на брата и, вздев бровь вверх, добавил: – Граф Пембрук сможет гордиться будущим зятем.
Эдвард принял копьё из рук верного помощника и с совершенно серьёзным лицом ответил:
– Вот в этом ты можешь не сомневаться! Я этот турнир обязательно выиграю!
Джаспер с раздражением сплюнул на землю.
– Элис будет моей!
Раздался призывный звук труб, прерывая спор братьев. Герольды вызывали рыцарей на ристалище.
Мейсоны со шлемами в руках въехали на поле, готовые к осмотру снаряжения и лошадей. Копья обоих украшали ленты, снятые Элис с рукавов красного платья.

Эдвард обвёл взглядом помост с почётными гостями. Разодетые в плащи из яркого бархата, подбитого дорогими мехами, дамы дарили улыбки. Каждая из красавиц мечтала получить почётное звание Королевы любви и красоты, но названа ею будет лишь одна.
Его привлёк тяжёлый пристальный взгляд чёрных глаз, направленный на него из ложа жены Мендосе. Ночная гостья стояла позади широкого кресла красивой испанки.
Граф вспомнил резкий запах желания, исходивший от похотливой девки, и содрогнулся. Служанка не отступала от задуманного и преследовала его по пятам, несмотря на грозное предупреждение. Что-то грязное, звериное проснулось в душе и теле готового к бою воина. Он пообещал себе в случае победы дать шлюхе желаемое.
Бедфорд усмехнулся. Если бы его мысли могли услышать благородные дамы, что напрасно пытались привлечь внимание угрюмого графа на пиру, предшествующему турниру. Иноземный рыцарь ни разу не встал из-за стола и не пожелал никого, в том числе и невесту, пригласить на танец.
В задумчивом взгляде зеленоглазого красавца читалась тайна. И благородные жёны вельможных мужей многое отдали бы, чтобы разгадывать её на ложе лорда всю ночь. «Холодный рыцарь» – прозвище, которое накрепко пристало к надменному англичанину в преддверии турнира.

Джаспер не сводил глаз с красивого, покрытого нежным румянцем лица Элис. И он не был одинок в своём восторге…
Граф Урхель дерзнул склонить голову перед ложем прекрасной англичанки и пообещал провозгласить её королевой турнира. Леди Пембрук, согласно светским правилам, не могла отвергнуть благородный порыв рыцаря. Она вынуждена была повязать третью ленту на копьё человека, ставшего главным соперником любимого блондина. Оставалось лишь уповать на Бога и его справедливость, что и сделала юная дева, с почтением выспрашивая у небес милость и благословение для непутёвого воина.

Педро I де Праденс изучал соперника, которого несколько лет назад посчастливилось победить в Лондоне. Он отметил, что граф Бедфорд несколько возмужал с того времени и даже немного раздался в плечах. И ему предстоит оценить сегодня, насколько улучшилось его мастерство, хотя в прошлый раз ему пришлось бы несладко, окажись он по другую сторону ристалища в первом бою. Кошель золотых дукатов, отданный одному из судей, и на этот раз гарантировал им встречу в конце турнира. У Педро достаточно времени для изучения слабых стороны противника. Он будет знать, куда направить наконечник копья, чтобы сбить спесь с заносчивого чужестранца на поле родной Испании.

Осмотр оружия и лошадей был закончен.
Жеребцы в нетерпении перебирали ногами, вдавливая посыпанное песком и политое во избежание пыли водой ристалище. Они так же, как и хозяева, рвались в бой. Лишь фризец Эдварда стоял совершенно спокойно. Умный и очень злопамятный, не позволявший сесть на себя никому, кроме графа, он не раз спасал жизнь хозяина и отличался редким умением улавливать малейшие оттенки настроения старшего Мейсона.
Сегодня им предстояли тяжёлые бои, и верный Корвус был готов к любым приказам грозного рыцаря. Он презрительно фыркнул на нетерпеливого гнедого андалузца Джаспера; умение Талисмана красиво перебирать ногами ни о чём не говорило. Вороной жеребец обвёл гордым взглядом четвероногих собратьев, он мог дать сто очков форы любому из них.
Рыцарей, прибывших на турнир, оказалось слишком много. Герольды прокричали имена сразу нескольких соперников. Воины выстроились перед заградительной верёвкой в шеренгу по обе стороны ристалища.
Эдвард с Джаспером попали в первую шестёрку. Они рассматривали рыцарей, доставшихся им в первом бою. По случайности или так было угодно Богу, встреча с самыми сильными противниками ожидала их впереди. Но и с этими идальго* ещё предстояло справиться.
Наконец почётный рыцарь дал знак начинать турнир; герольды протрубили в третий раз. Верёвки опустились, и соперники устремились навстречу друг другу, каждый на своего противника под оглушительный рёв труб и громкие крики зрителей.
Выкрикнув боевой клич:
– God preserve us! – Мейсоны ринулись вперёд.
Джаспер успел добавить:
– За прекрасную Элис, – но Эдвард этого уже не слышал.
Бедфорд определил место для удара: шлем противника. Он не смотрел по сторонам, только перед собой, внешняя поверхность бедра уперта в высокую луку седла, стремя натянуто, тело слегка наклонено вперёд. Граф не слышал никаких звуков, кроме ритмичных ударов собственного сердца и топота копыт Корвуса. Чтобы одолеть барона, ему не нужно прибегать к хитрости, лишь верно рассчитать время удара да точно направить копьё.
Эдвард плотно прижал древко к телу. Оружие – как продолжение руки. Удары копыт – будто ритм огромного сердца, бьющегося в несущемся на врага сдвоенном теле.
За несколько метров до встречи Эдвард нацелил наконечник в шлем соперника. Он тараном обрушил мощь и вес слившегося воедино с жеребцом воина в одну точку. Треск копий, ржание лошадей, его собственный воинственный рёв и крик боли противника прозвучали одновременно.
Барон взмахнул руками, выронил копьё и, выпустив поводья, с грохотом опрокинулся наземь, погребая под собой не успевшего увернуться оруженосца.
Лишь теперь Эдвард позволил себе оглядеться в поисках Джаспера. Брат находился в седле в отличие от его противника. Два рыцаря были выведены из дальнейшей борьбы за призы, а их доспехи и кони переходили с собственность Мейсонов.
Они выполнили правило, внушаемое с детства в головы эсквайрам грозным воином Карлайлом: в бою ничего не следует делать наполовину, только уничтоженный враг не сможет ударить кинжалом в спину.

Братья отдали распоряжения оруженосцам и покинули поле ристалища, чтобы наблюдать за продолжившимися поединками.
Джаспер довольно улыбался. В ближайшее время ему не нужно просить денег у брата. Он возьмёт хорошую цену за доспехи и жеребца, а может быть, их выкупит рыцарь, потерпевший сегодня поражение от его копья.
Барон поднял забрало и рассмеялся:
– Сегодня Бог на нашей стороне!
– Не торопись. Господь не любит гордецов. – Эдвард верил в приметы и знаки, они не раз выручали удачливого рыцаря. – Скажешь это после последнего поединка. – Он смотрел на трибуны.
Громко кричащий, вопящий люд, и нет разницы, на ком и какие одежды надеты. Разряженные в парчу и бархат дамы или в залатанных плащах крестьяне, отдавшие дневную прибыль от продажи зерна на ярмарке, чтобы попасть на турнир. Различные эмоции на перекошенных в порыве страсти раскрасневшихся лицах – одни радостно смеялись, другие плакали, третьи слали проклятия охрипшими от криков голосами. Многие зрители стояли, не в силах усидеть на лавке или в креслах. Каждый болел и верил в победу своего фаворита, высматривая его на поле боя, внимая звукам и запахам битвы.
Лязг оружия, крики боли, лошадиный храп и топот копыт. Треск копий, ломающихся о железные доспехи, и первые капли крови, окрасившие взрыхленный копытами песок...
Запах пота, навоза и крови: запах войны – любимой забавы мужчин.
Взгляд Эдварда устремился на арену. Он наблюдал за действиями массивного рыцаря с чёрным плюмажем на шлеме – следующего соперника графа Бедфорд, если, конечно, его не собьют раньше времени с лошади.
Лишь со второго раза крепышу удалось сломать копьё о противника.
Мейсон отметил, что рыцарь чуть торопится, опуская оружие на мгновение раньше срока. Он усмехнулся, отметив, что непременно воспользуется этим. Мчаться по нескольку раз из конца в конец ристалища – малое удовольствие, да и жизнь путешественника требует больших затрат. Эдварда устраивал только выбитый из седла соперник.
Герольды выкрикнули участников нового раунда. Братья Мейсон будут биться в третьей шестёрке.
Педро I де Праденс до сих пор не выходил на поле: тактика умудрённого лиса. Намного проще подкупить судей и выйти в последних рядах, чтобы в полную силу биться с измотанными противниками.
Граф Урхель стал победителем предыдущего раунда. Он, как и братья, выбил рыцаря из седла и отсалютовал Элис, посвящая прекрасной англичанке эту победу.

Лорд Бедфорд потрепал блестящую гриву Корвуса и прошептал жеребцу на ухо:
– Будем хитрить, не подведи. – Ответом стало раздражённое конское фырканье. Как хозяин мог усомниться в преданном друге?
Эдвард коротко хохотнул и похлопал злюку по шее:
– Ну-ну, не нервничай, я в тебя верю!
Граф оглянулся на Джаспера и ухмыльнулся, подняв в ответном жесте два пальца левой руки. Их с детства условный знак: всегда вдвоём, всегда вместе.
Судья подал сигнал, верёвки упали – и братья под рёв труб и возбуждённой толпы рванули к победе.
Эдвард смотрел сквозь узкую щель забрала на надвигающегося противника. Мощный конь, покрытый чёрной с золотом попоной, стремительно нёс огромного рыцаря.
Вот тот опустил копьё, выбрав цель для удара. Старший Мейсон слегка натянул поводья, Корвус чуть замедлил бег, но уже через пару мгновений граф придавил бока жеребца ногами, посылая вперёд. Оружие соперника прошло вскользь по плечу, а Эдвард ударил точно в шлем противника с такой силой, что сам с трудом удержался в седле.
Тяжёлый рыцарь дёрнулся, пытаясь сохранить равновесие, но тяжесть доспехов, собственного веса и сила удара сделали своё дело. Он опрокинулся назад, почти коснувшись спиной крупа жеребца, но сумел выпрямиться, затем покачнулся вперёд, снова назад – и рухнул на песок под довольный рёв зрителей. Английский рыцарь во второй раз доставил им удовольствие не только безупречным владением копьём, но и блестящей выездкой. Умение управлять конём ценилось не меньше способности владеть оружием.
Граф сделал круг по ристалищу и, остановившись у ложа леди Пембрук, склонил в знак почтения голову. Элис улыбалась, приветствуя жениха. Четвёртая победа на турнире в её честь не могла не льстить. По трибунам прошёл шёпот, всем хотелось разглядеть иноземную красавицу.
Джаспер с соперником готовились снова сойтись в центре поля. Копья обоих рыцарей не достигли цели в первый раз, и Эдварду это не нравилось. Брату придётся затратить больше сил, так необходимых в сражении с Хайме.
Он окинул взглядом ожидающих конца сражения рыцарей, но не нашёл среди них графа Урхеля. Лорд Бедфорд надеялся, что тот проводит перерывы в шатре. Лишние усилия на то, чтобы слезть и снова сесть в седло, возможно, кубок вина или поцелуй женщины – всё это очень расслабляет и отвлекает; если так, то у младшего Мейсона есть шанс на победу. Брат не должен проиграть бой, слишком много для себя он поставил на карту. Счастье его и Элис во многом зависит от исхода этого поединка.
«Если бы можно было выйти вместо Джаспера…»
Эдвард постарался прогнать дурные мысли. Барон обязательно победит и не стоит думать ни о чём другом. Его самого ждёт последний бой с очень хитрым и изворотливым противником.
Небо затянуло внезапно набежавшей тучей. Первые крупные капли дождя с громким стуком упали на латы.
Бедфорд поднял взгляд, пытаясь разгадать мокрый знак. Что принесёт ему следующий бой? Неужели, как и тогда в Лондоне, он будет полон боли и разочарования?
Корвус бил копытами по тяжёлому мокрому песку. Дождь сделал мягкое покрытие плотной массой, стук копыт сопровождался чавканьем грязи. Холодные брызги разлетались в стороны, падая на тех, кто скакал рядом. Толща воды, обрушившаяся с небес, застилала обзор.
Эдвард сглатывал капли, попавшие в шлем, сосредоточившись на сопернике. Кто-то там наверху решил вмешаться в турнир и внести свои дополнения. Упасть сейчас на песок – по силе удара равно падению с высокого моста. Даже полый внутри нагрудник не сможет уберечь органы от серьёзных ушибов. Он не должен пасть, не имеет на это права. Свой шанс на возмездие граф не мог упустить.

Белла спала на брошенной поверх снега шкуре. Трудная дорога и долгое воздержание от пищи делали своё дело – она начинала уставать.
Джеймс сидел на корточках, привалившись спиной к толстому корявому стволу векового дуба. Он охранял сон утомившихся спутников.
Вампир разглядывал осунувшееся лицо подруги. Тёмные круги под веками, впалые щёки, серый цвет бледного лица. С этим нужно было что-то делать. Отказываясь от кровавой пищи ради родных, она в итоге подвергала их смертельной опасности. В любой момент хищник внутри неё мог возобладать над добродетелями сестры и дочери. И что тогда? Гибель близких людей будет означать и её смерть. Джеймс не сомневался, что ради отмщения собственному зверю она взойдёт на костёр или найдёт другой способ покончить с сущностью вампира.
Билли с Джейкобом выглядели не намного лучше Беллы. Долго ли может мужчина протянуть на воде и постном хлебе? Им необходимо мясо! Всем нужна сытная трапеза, и нужно было заняться её добычей, лишь только путешественники проснутся.
Джеймс снова перевёл взгляд на подругу. То, что увидел рыцарь, заставило его подскочить на месте и сгруппироваться, приготовившись к любому повороту событий.
Веки Беллы трепетали, белки глаз под ними бешено вращались, она напряглась и вскочила на ноги, широко распахнув глаза. Взгляд, направленный в пространство, мгновенно наполнился ненавистью и злобой. Вампирша раскрыла рот, обнажая клыки, и, выставив руки вперёд, грозно прошипела:
– Стой!

Эдвард почувствовал её присутствие внезапно, даже не видя изображение, лишь холодный лесной воздух и до боли знакомые оттенки запаха. От неожиданности он чуть привстал в стреме и задел шпорами бока Корвуса. Верный жеребец не мог понять, чего хочет от него сейчас хозяин – зачем увеличивать бег? – но беспрекословно подчинился и как стрела помчался на врага.
Педро I де Праденс, не ожидавший такого ускорения, судорожно вцепился в копьё, приподняв остриё, нацеливая его в шею противника. И тут случилось то, чему он до конца жизни не сможет дать объяснение…
Перед ним возникла женщина невероятной красоты. Распущенные длинные волосы шёлковым водопадом покрывали облачённые в грубый мужской плащ плечи. Почти чёрные с кровавым ободком глаза с ненавистью смотрели попеременно то на него, то на несущегося вперёд жеребца. Красавица открыла ярко-алый рот и хищно оскалилась, выставив вперёд резцы длинных клыков. Она прошипела слово, пристально глядя в испуганные глаза обезумевшего от страха животного.
Конь внезапно остановился и встал на дыбы, ударяя по воздуху копытами, словно столкнувшись с невидимой преградой. Тяжёлый всадник опрокинулся на спину и попытался опереться на древко копья, но, не в силах удержать собственный вес, упал на мокрый песок, услышав перед этим хруст ломающегося дерева. Жгучая боль пронзила левый бок. Гладкое остриё вошло в подмышку, пробивая тонкие пластины кольчуги, разрезая сухожилия, дробя кость, и вышло через плечо. Педро взвыл от дикой боли, калёным железом впившейся в тело.
Опешивший оруженосец с ужасом в глазах смотрел на поверженного господина. Юноша прижимал локтём спрятанный под длинной рубахой кусок древка с наконечником тупого турнирного копья, которым должен был заменить тот, что попадёт в графа Бедфорд.
Тщательно продуманная хитрость вероломного рыцаря не удалась. Он пал, изуродованный приготовленным для английского лорда оружием. Правой рукой с этого дня граф Праденс с трудом удерживал вес серебряной ложки. А по ночам просыпался от собственного крика, преследуемый наполненным яростью взглядом прекрасной женщины-привидения.

– Что ты видишь? – Джеймс встал рядом с Беллой и дотронулся до руки.
Вампирша дёрнулась и несколько раз моргнула, прежде чем перевести взгляд на друга.
– Эдварда пытались убить!
– Это ему ты снова угрожала?
– Нет! – Она тяжело дышала, пытаясь таким образом унять ярость, рвущуюся наружу.
Бывший монах обнял её за плечи и прижал к груди.
– Успокойся, я не дам тебе вырваться. Но тебе просто необходимо поесть! В следующий раз приступ гнева может выйти из-под контроля.
Белла не слышала его слов, перед её глазами вновь и вновь проносился рыцарь, нацеливший копьё в шею Эдварда. Она мгновенно смогла оценить обстановку. Зрению вампирши не составило труда заметить хорошо отточенное остриё и определить, куда им метят. Если бы в этот момент она не проснулась…
Белошвейка усмехнулась. Стоило поблагодарить Эсми за то, что во сне она переживала момент, когда у неё отняли новорождённую кроху. Она отогнала мысли о малыше и перевела внимание на удерживающего её Джеймса.
– Я не позволю его никому убить! Он мой и только мой! – Белла осеклась, заметив, как дрогнули руки вампира и увеличилась сила давления ими на спину. – Он должен остаться живым до встречи со мной! Мёртвый граф ничего не сможет сказать о ребёнке.
Джеймс несколько ослабил хватку и заглянул в глаза подруги:
– Где ты его видела? Это важно!
– Не знаю…
– Попробуй описать то, что происходило.
– Дождь льёт стеной. Огромное поле. Рыцари скачут навстречу друг другу, они вооружены длинными копьями. Крики людей, бряцанье оружия, трубы ревут…
Чёрные от голода глаза наполнились болью и страхом:
– Это война?
– Нет, скорее всего, ты видела турнир. Но как ты смогла определить, что там Эдвард? Дождь прибивает аромат, и за закрытым шлемом не видно лица.
– Не знаю. Почувствовала, увидела и… Ты не прав! Я слышала его запах и точно знала, где он, а где его противник. И я его остановила!
– Кого? Эдварда?
– Нет, жеребца, на котором нёсся убийца.
Джеймс с недоверием глядел на воспитанницу, она слишком часто его удивляла, но чтобы вот так, на огромном расстоянии вмешиваться в ход событий...
– Как? – Он ошарашено смотрел по сторонам, словно пытаясь что-то заметить. – Ведь это только видение?
– Да! – Белла сама не понимала, что сейчас произошло. – Не знаю, но я приказала – и он остановился.
Бывший монах расцепил руки; подругу больше не трясло, она втянула клыки и когти. Зверь ушёл, и жизням людей больше ничего не грозило.
Джейк, спавший под толстой овечьей шкурой в сооружённом из еловых ветвей шалаше, проснулся и, позёвывая, выбрался на свет. Билли последовал за сыном.
Вампирша смотрела на почерневшие лица близких людей. Сердце сдавило от жалости. Белла усмехнулась, подумав, что, наверное, краше в гроб кладут, хотя и она давно мертва. Нужно было хорошо накормить Блэков и поесть самой; Джеймс прав, нельзя доводить всё до крайности.
Белошвейка прислушалась к доносящимся из лесной чащи звукам: треск, хрюканье, снова треск, но на этот раз ветки упали с дерева. Она потянула носом воздух – запахи кабана и лося ударили в ноздри, – и у неё промелькнула совершенно дикая мысль: «А что, если…»
Белла обернулась к вампиру:
– Ты когда-нибудь пил кровь животных?
Джеймс удивлённо смотрел на подругу. Что той опять взбрело в голову?
– Приходилось, – брезгливо передёрнулся он.
– И как?
– Редкая гадость.
– Но это питательно?
– Питательна любая кровь, но вкус… – с отвращением фыркнул бывший крестоносец и сморщил нос. – И пахнет она жухлой травой и навозом.
Белла подумала, что сказал бы рыцарь, пожив на чёрством хлебе, зачастую покрытом плесенью, и тухлой воде. Наверное, и аромат у оленьей крови лучше, чем у капель, просачивающихся изо рва на грязные камни темницы.
– Я ею наемся? – Запах и вкус пищи сейчас не имели для белошвейки никакого значения.
– Да! – Джеймс в очередной раз поражался силе любви вампирши. Вряд ли он сам способен на подобные жертвы.
– А больше мне ничего и не нужно. – Она улыбнулась мужчинам. – Разжигайте костёр, я ухожу на охоту, скоро будете лакомиться лосятиной.
Джейкоб подошёл к своей лошади, не спеша отвязал от седла лук и нацепил на пояс кинжал.
– Я пойду с тобой. – Он засопел и решительно направился в сторону леса в ответ на покачивание головой Беллы.
Вампирша догнала упрямца в несколько прыжков и преградила путь:
– Нет, ты останешься здесь. – Она подошла к брату и, проведя рукой по тёплой колючей щеке, ласково улыбнулась: – Не хочу, чтобы ты видел, как я ем.

Эдвард с трудом остановил разгорячённого Корвуса и ослабил поводья. Жеребец нервно втягивал воздух и, прижав уши, водил головой из стороны в сторону, как будто что-то высматривая.
Граф потрепал его по холке, пытаясь успокоить:
– Ну что ты, что ты, ничего не случилось.
Он бросил поводья оруженосцу и спешился. Мейсон направился к месту падения рыцаря. Поле покрылось лужами, песок принял возможное количество влаги, а глинистая почва её отталкивала. Эдвард представил, что будет твориться после полудня, а именно в это время состоятся остальные бои. Как бы Джасперу не пришлось барахтаться по уши в грязи.
Лорд Бедфорд пытался понять, что произошло. Он почувствовал присутствие Беллы, но не смог увидеть её. Почему конь графа встал на дыбы? Обученный годами жеребец – на других на ристалище не выезжают – отказался подчиниться хозяину? Эдвард не представлял, что должен был сделать де Праденс, чтобы привести побывавшего не в одном сражении коня в бешенство.
Педро безжизненно лежал в луже собственной крови. Бледный как смерть оруженосец пытался высвободить раненого графа из доспехов, но снять удалось только шлем.
Старший Мейсон обернулся к судьям и прокричал, требуя помощи. Но на поле уже бежали люди из свиты графа. Они осторожно переместили хозяина на огромный щит. Де Праденс пришёл в себя. Дождь ручейками стекал по посеревшему от потери крови лицу, превратив длинные чёрные волосы в мокрые водоросли, плавающие в образовавшейся лужице воды, смешанной с кровью.
Граф смотрел на Эдварда полными ужаса глазами и что-то шептал. Бедфорд склонился над головой рыцаря, пытаясь разобрать слова.
– Женщина… с красными глазами… Она погубила меня… – Педро вскрикнул от боли, когда подняли щит, и снова потерял сознание.
Эдвард закрыл глаза и глубоко вдохнул влажный воздух, пытаясь остановить рухнувшее вниз сердце... Он не ошибся: Белла была здесь, и именно она опрокинула де Праденса!
Он проследовал за носилками в шатёр Педро, надеясь ещё что-либо узнать о его видении.
Графа положили на стол и осторожно сняли правый наплечник, из-под которого стекала тонкой струйкой кровь. То, что увидел Эдвард, повергло его в шок. Из плеча Педро торчал металлический наконечник боевого копья!
Бедфорд покачнулся, мышцы живота обдало ледяной волной, а подступившая тошнота наполнила горло желчью.
Ради победы знатный сеньор де Праденс пошёл на подлость, позорящую честь рыцаря. Эдвард сплюнул на землю и вышел, сопровождаемый испуганными взглядами слуг графа. Одного слова, сказанного Мейсоном судьям, хватило бы, чтобы до конца дней имя Педро произносили в рыцарских кругах с полным презрением.
Граф Бедфорд направился в собственный шатёр. От душившего нутро гнева не хватало воздуха. Он желал поскорее скинуть латы. Его, воина, только что спасла белошвейка! Но не вмешайся Белла в ход поединка – именно он лежал бы сейчас поверх стола, истекая кровью. Мейсон прекрасно помнил, куда было направлено копьё рыцаря – в горло! И вряд ли он сумел бы остаться в живых.
Граф стянул латные рукавицы и швырнул на землю. Он рявкнул на подбежавшего оруженосца и велел немедленно освободить себя от нагрудника; пропитавшийся влагой стёганный пурпуэн* неприятно холодил грудь.
Эдвард дождался, пока с него снимут тяжёлые верхние части доспехов и только затем потребовал кубок с вином. Постепенно сознание, затуманенное яростью, приходило в восторг. Он только что чудом остался жив! Эйфория от осознания этого требовала выход, и он пришёл в виде настойчивой чернявки, домогавшейся графа со дня появления в замке Мендосе.
Рыцарь услышал шорох и обернулся на звук. Она стояла на пороге, стаскивая с плеч мокрый плащ. Испанка не сводила горевший похотью взгляд с льняных брэ, видневшихся между металлическими набедренниками.
Шлюшка готовилась к встрече… Низкий корсет был расшнурован, белая блузка, стянутая на груди верёвкой, приспущена. Полная грудь вываливалась наружу, жаждая мужского прикосновения.
Эдвард рыкнул и указал оруженосцу рукой на вход. Девка хотела его плоти, и она её получит.
Он допил вино, откинул кубок в сторону и пальцем поманил служанку. Та по-кошачьи выгнула спину и мелкими шажками подошла к ухмыляющемуся рыцарю. Мейсон обхватил рукой тонкую талию и подтащил девушку вплотную к себе. Она встала на цыпочки, пытаясь дотянуться до растянутого в ухмылке рта графа, но он развернул её и, повалив животом на стол, бесцеремонно задрал чёрные юбки, оголяя смуглые бёдра бесстыдницы.
Бедфорд приспустил брэ, раздвинул облачённым в холодный металл коленом дрожащие ноги девицы и одним толчком вошёл в горячее лоно. Короткая кольчуга царапнула голые бёдра, девка вздрогнула и застонала – ей нравилась грубая сила рыцаря.
Эдвард резкими движениями, под громкие стоны чернявки, ритмично двигался в податливом теле. Животный акт, не имеющий никакого отношения к любви, только похоть и желание получить разрядку.
Испанка обернулась и попыталась приподняться, чтобы дотянуться губами до рта графа. Он толкнул её в спину, возвращая назад, и для верности прижал покрытую кудрями голову к столу. Последний раз его губы касались губ Беллы. Он не позволял целовать себя знатным дамам, и уж тем более не дозволит сделать этого грязной потаскушке. Рука скользнула по волосам и задержалась на пухлой щеке. Толстые губы раскрылись, пропуская один из пальцев в рот. Смуглянка обвела перст мокрым языком и стала посасывать.
Пространство шатра заполнили запахи пота, сладкого аромата южных цветов, мускуса и женского вожделения; звуки шлепков бьющихся друг о друга тел, тонкий звон кольчуги; страстные стоны, вздохи, рычание…
«Словно пёс, сорвавшийся с цепи и дорвавшийся до сучки, измученной течкой».
Бедфорд толкнулся последний раз и вытащил член, выбрасывая фонтан семени на спину бьющейся в оргазме девки. Оставлять по всему миру бастардов не входило в его планы. Он обтёр головку об обмякшие ягодицы испанки и, натянув брэ, приказал:
– Пошла вон. Деньги получишь вечером у пажа.
Эдварда мутило от запахов, оставленных в шатре сладострастной испанкой. Он вздохнул, почувствовав привычное раздражение, приходящее вслед за экстазом: ощущение полной пустоты и гадливости…
Жизнь продолжалась, нужно снова облачаться в доспехи, чтобы услышать имена победителей и напутствовать брата перед решающим боем.
Мейсон оглядел шатёр, провёл рукой по мокрой поверхности шлема хундсгугель*, ощущая пальцами острые края проделанных в металле дырок для дыхания. Чуть ниже конического забрала и целился Педро…
Граф представил, как острый наконечник пробивает тонкий металл и входит в горло, разрывая адамово яблоко; как трещит лопающийся хрящ, и кровь с пеной и бульканьем хлещет фонтаном, вырываясь на свободу из тонких вен… Неминуемая смерть, от которой его спасла та, что несколько раз обещала месть и гибель...
Эдвард нервно обернулся и ещё раз обшарил взглядом шатёр. Как часто бывает рядом с ним белошвейка? Что она видит? Он вспомнил своё рычание и стоны девки, несколько мгновений назад извивающейся под его телом.
Граф втянул ноздрями пропитанный похотью воздух и тихо позвал:
– Белла...



*плюмаж - (от фр. plumage — «оперение»; фр. plume — «перо») — украшение на головном уборе из перьев типа веера.

*идальго - (исп. hidalgo) — в средневековой Испании человек, происходящий из благородной семьи и получающий свой особый статус по наследству, передававшийся только по мужской линии.

*пурпуэн – (pourpoint - фр.) — в эпоху средневековья стеганная на вате одежда, надеваемая под воинские доспехи.

*хундсгугель - (нем. hundsgugel — собачий капюшон) — разновидность шлема с сильно вытянутым вперёд конусовидным забралом. Такая форма забрала увеличивала площадь его поверхности, что позволяло снабдить его множеством вентиляционных отверстий. Это значительно облегчало дыхание воина. Такие отверстия часто располагались лишь на правой стороне шлема, поскольку в конном бою на копьях подвергалась опасности в первую очередь левая половина головы. Коническая форма и гладкость левой части забрала помогала наконечнику вражеского копья соскользнуть даже при мощном ударе. Шлем применялся европейским рыцарством в XIV—XV веках.



Огромное спасибо за неоценимую помощь и редакцию моей Светлане ССღ
И оперативное бетирование Марише АкваМарина


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/40-11422-63
Категория: Альтернатива | Добавил: Galina (25.10.2012) | Автор: Galina
Просмотров: 2317 | Комментарии: 52


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 521 2 »
0
52 Svetlana♥Z   (09.02.2016 13:14)
Неужели отец Эдварда дьявол? wacko Своих ли детей растил кровожадный граф? Я так понимаю Белла не встретится с Эдвардом на турнире, а жаль... wink

+1
51 GASA   (13.03.2014 23:08)
Эдвард твоя любовь спасла тебя,а вот сцену в шатре по закону подлости, наверняка увидела.Твое счастье, что она пока далеко. Эсми по человечески жалко.Любимый мужчина оказался садистом и нет на него управы,бедные бесправные женщины того времени

+1
50 элфийка   (10.03.2013 17:15)
спасибо

+1
49 aurora_dudevan   (17.01.2013 19:19)
спасибо за главу)

+2
48 ЕЛЕНА123   (18.11.2012 13:30)
Вот это да! Просто на одном дыхании прочла главу!

+3
47 Мила_я   (02.11.2012 01:01)
Спасибо!
Да! Это было эмоционально и волнительно от начала и до конца. Но образ Беллы возникший перед Педро еще не скоро сотрется из видений составляющих прочитанное.

+1
46 natalj   (01.11.2012 21:11)
Большое спасибо за продолжение!
[

+1
45 Solt   (29.10.2012 15:16)
Спасибо.

+2
44 Masya6045   (29.10.2012 01:09)
Спасибо за главу ,жуть просто.

+2
43 Caramella   (28.10.2012 22:44)
Жив и слава богу,я переживала,как обернётся для них этот турнир wacko

+3
42 Marishelь   (28.10.2012 01:32)
Эсме, конечно, очень жалко, теперь понятно, что это человек с загубленной психикой. А Белла молодец, спасла Эдварда smile Надеюсь, она простит ему "снятие стресса" в шатре wink

+4
41 ♥Miv@♥   (28.10.2012 00:04)
Глава получилась очень напряженная и насыщенная. И надеюсь, что в момент "слабости" Эдварда Белла была занята обедом. Спасибо за главу

+1
40 natik359   (27.10.2012 16:26)
Белла просто вовремя проснулась, а то остались бы без главного героя! Спасибо за главу!

+1
39 Lenori   (27.10.2012 10:00)
Спасибо за главу!

+2
38 MariD   (26.10.2012 19:41)
Спасибо за интересную историю! Она такая необычная и так затягивает! Жду проды очень happy

+2
37 Hela   (26.10.2012 18:37)
Это Белла пока думает, что злится на Эдварда и жаждет мщения... Джеймс-то уже понял, что всё совсем наоборот. biggrin

+3
36 zirkka   (26.10.2012 13:01)
напряженно и ужасно интересно.... прям мурашки по коже от прочтения!!!жжжесть!!!спасибо за главку)))

+1
35 Наталья   (26.10.2012 10:41)
Спасибо! Потрясающая глава!
Раскрылась тайна Эсми, то почему она стала такой какая она есть. Очень её жаль! cry Но пережив такое самой, подвергать пыткам других... sad она не просто... очень жаль её.

+1
34 Sunny   (26.10.2012 01:09)
Галь,спасибо за классную главу! smile

+1
33 VOLIA   (26.10.2012 00:03)
Потрясающая глава, спасибо tongue tongue tongue tongue tongue

+4
29 Nikki6392   (25.10.2012 23:01)
Турниррыыы happy Как я их ждала happy
Но к слову об Эсме...теперь я стала лучше понимать, почему она такая wacko

+4
28 ТТТТ   (25.10.2012 22:22)
Спасибо за насыщенную главу!
Жестко, конечно, с Эсме обошлись, но это не оправдывает ее отношения к Белле!
Эдвард, конечно, разрядку получил, но будем надеяться, что Белла этого не увидела!

+2
27 Черный_кот   (25.10.2012 22:21)
Подлый человечишка чуть Эдварда нам не угробил!

+1
24 mia138   (25.10.2012 21:31)
спасибо!!!

+1
23 Гира   (25.10.2012 20:50)
Спасибо.

+5
21 tess79   (25.10.2012 19:53)
Глава зрелищная, ужасающая и слезливая в начале и захватывающе переживательная к финалу...Сама удивляюсь, но вот скажу сегодня...от Тильды
Огромное ложе бордового шелка,
Ловушка, засохшей покрытая кровью.
Сердечко трепещет, и страх, как иголка...
Не бойся, родная, я рядом с тобою!

Бессонная, длинная, жуткая ночь
Из криков, из боли Ее за стеной.
Царапает в кровь невозможность помочь,
Любовь и невинность здесь стали ценой.

"Еще одна птичка в силки к птицелову" -
Вот призраков страшный каков приговор.
Пошли бы вы прочь, не случится такого!
Властителя тьмы вызвать на разговор!

Отныне не будет в душе моей света,
Я крошку сумею свою уберечь!
Любовь прокляну, от нее только беды,
Служение Дьяволу стоит тут свеч.

Попавшись в силки, не увидеть свободы,
Растоптана девочки хрупкой душа.
В кружении черных лишь чувств хоровода
Покроется сердце броней не спеша...

Эх, ну турнир тоже чуть "задену" wacko
Шумный гомон толпы, трепыхание стягов,
Разноцветных шатров развеселая ширь.
Выступления рыцарей, цирка и магов...
Предвкушают трибуны помпезный турнир!

Трубят герольды, кони рвутся
Вспахать копытом поля пыль.
Навстречу воины несутся,
И "победить!" - одна лишь мысль!

За поединком поединок,
треск копий, шумный рев толпы.
В победах братья вновь едины,
В любимцах, видно, у Судьбы.

В решающем витке турнира
Почувствуешь ее ты вновь...
Тот запах, памятью хранимый...
Желанный плен...безмолвный зов...

Та, что расправу обещала,
От гибели уберегла...
Тут не спасло б тебя забрало
Смерть неминуемо ждала.

Спасенной жизни эйфория
И выход в похоти ее,
Унять не смогут ностальгию,
В тебе вопит и молит все,
И ждет ее...твою богиню...
Спасибо, Галечка!

+2
22 Galina   (25.10.2012 20:04)
Танюша! Спасибо огромное за стихи! Талантище ты наше! smile
Пошла в шапку вставлять! smile

+1
20 Нэт   (25.10.2012 19:33)
Жутковато ваще то))

+1
18 dasik   (25.10.2012 19:29)
спасибо за главу! wink

+1
17 Sveta25   (25.10.2012 19:03)
Глава сногсшибательная,спасибо Галюня smile

+3
14 MissElen   (25.10.2012 18:35)
Очко сыграло - так и надо! И, вообще, нечего во что попало совать свой "меч", собирая на него средневековую заразу, хотя умереть от болезни ему вряд ли грозит...

+1
15 Galina   (25.10.2012 18:49)
Ещё как сыграло! И после некоторых событий играть будет постоянно! cool

+2
16 MissElen   (25.10.2012 18:53)
Это хорошо, лишь бы импотентом не стал... tongue

+2
26 Нэт   (25.10.2012 22:20)
Вот это вечный вопрос, как у них все это работает? вечно на готовсь? или все таки как у обычных мужиков срабатывет?))

+2
31 Galina   (25.10.2012 23:08)
Как у обычных мужиков! Я прекрасно помню каким муж возвращался со стрельбищ или после полётов!) Пардон, но просто с порога!)))) wink

+1
32 Galina   (25.10.2012 23:09)
не станет, но вот оглядываться по углам будет!) biggrin

+3
25 Нэт   (25.10.2012 22:17)
Я кстати тоже о заразе сразу подумала))

+1
30 Galina   (25.10.2012 23:07)
Ну в то время болячек то поменьше было венерических, хотя, там других хватало!)

1-30 31-40
Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]