Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1618]
Мини-фанфики [2312]
Кроссовер [678]
Конкурсные работы [7]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4606]
Продолжение по Сумеречной саге [1219]
Стихи [2314]
Все люди [14596]
Отдельные персонажи [1474]
Наши переводы [13559]
Альтернатива [8911]
СЛЭШ и НЦ [8166]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [150]
Литературные дуэли [105]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [3651]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей октября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 ноября

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Искупление
Можно ли предотвратить повторение истории многолетней давности? Спасти девушку из цепких лап смерти? Наверное можно. Особенно если любовь способна указать вам верный путь. Белла / Эдвард / Закончен / от автора Харама

Акция для ПРОМОУТЕРОВ - Зимний водопад фанфиков
Поучаствовать в акции, соединяющей в себе фест и выкладку фанфикшна, может любой пользователь сайта! Акция рассчитана именно на промоутеров, не на авторов.
Начался ВТОРОЙ этап:
Выбирайте любую приглянувшуюся вам заявку, ищите соответствующий условиям фанфик и выкладывайте согласно правилам Акции.
II этап продлится до 28 февраля.

Хаос
И ударит громом расплата за грехи твои. Пронесется страх по венам и нервным окончаниям, захватывая самые глубокие миллиметры черной души. Аккуратно, словно лаская, сигаретный дым будет пробираться в легкие, обжигая и отравляя изнутри ограненное природой, созданное ею же идеальное творение. Примеси ментола будут раздражать сознание...

В твоем окне
Что раньше использовалось для разглядывание звезд, превратилось в основной инструмент для наблюдения за наваждением. Расстояние сближает... ну или так говорят.

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Матриархат
Три подруги решили противостоять правилам этикета высшего общества. Им претит потакать командам мужчин, и они берутся приручить понравившихся джентльменов, и заставить их уважать женское общество. Но как быть, если дамские угодники не хотят меняться, и им нравится проводить время за игорными столами и под юбками доступных женщин.

Конкурс мини-фиков "Зимний стоп-кадр"
Вот и наступила календарная зима, а значит уже совсем скоро Новый год, поэтому пора начинать традиционный зимний конкурс мини-фиков!
И в этот раз мы предлагаем нашим авторам уникальную возможность написать конкурсные истории по видео-трейлерам!
Приём историй до 8 января.

Видеомонтаж. Набор видеомейкеров
Видеомонтаж - это коллектив видеомейкеров, готовых время от время создавать видео-оформления для фанфиков. Вступить в него может любой желающий, владеющий навыками. А в качестве "спасибо" за кропотливый труд администрация сайта ввела Политику поощрений.
Если вы готовы создавать видео для наших пользователей, то вам определенно в нашу команду!
Решайтесь и приходите к нам!



А вы знаете?

А вы знаете, что в ЭТОЙ теме вы можете увидеть рекомендации к прочтению фанфиков от бывалых пользователей сайта?

... что ЗДЕСЬ можете стать Почтовым голубем, помогающим авторам оповещать читателей о новых главах?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Какой персонаж из Волтури в "Новолунии" удался лучше других?
1. Джейн
2. Аро
3. Алек
4. Деметрий
5. Феликс
6. Кайус
7. Маркус
8. Хайди
Всего ответов: 9745
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » СЛЭШ и НЦ

Краски вне линий. Глава 32

2016-12-4
18
0
Глава 32


От лица Беллы
Я выплакала все глаза, когда Эдвард рассказал мне историю о Питере и его жене Эмме. Несколько минут я вообще не могла разговаривать, и Эдвард держал меня в своих объятиях, поглаживая по голове.
- Знаю, - он поцеловал меня в лоб и смахнул слезы своими мягкими пальцами.
Его чертовски очаровательные глаза проникали мне прямо в душу всего одним глубоким взглядом. Будто они могли исцелить что угодно внутри меня, лишь только взглянув достаточно глубоко. И они могли.
- Этот мир порой такой трахнутый, – сказал Эдвард тихим задумчивым голосом. – Поверить не могу, что он принес в мою жизнь самые жуткие горести и страхи.
Он провел рукой мне по щеке и приподнял мой подбородок так, чтобы мои глаза смотрели в его, а затем завершил предложение.
- А потом тот же мир подарил мне ТЕБЯ... и Кэти... те две недели, что мы провели вместе... и каждый последующий день... Я часто ловлю себя на том, что размышляю, есть Бог или нет, а если есть, то почему Он так обозлен иногда... и так щедр. Он напоминает мне Викторию. Я никогда не знал, чего ждать. Удара или поцелуя.
Я всхлипнула и посмотрела вниз, покачала головой и сказала:
- Но... Питер... на него не просто дико напали и чуть не убили, его еще и заставили смотреть... на то, что они делали с его женой. И он был так близко, но не мог даже дотянуться до нее...
Эдвард вздрогнул, а когда открыл свои глаза, в них были крупные блестящие слезы.
- Я постоянно жалуюсь на то, что люди сделали со мной, – его голос был сломленным. – Но если бы мне пришлось просто лежать и смотреть, как КТО-НИБУДЬ причиняет вред тебе... или Кэти...
- Тш-ш... – прижав его сильней к себе, я поцеловала его закрытые веки, когда он вздрогнул. – Ничего подобного больше не случится. Мы в безопасности. И мы живем в самом скучном месте на земле, так что забудь обо всем. Я здесь. И я остаюсь с тобой. Ничто и никто никогда не сможет быть настолько сильным, чтобы разлучить нас. Не переживай об этом!
Через мгновение Эдвард уже говорил о Дне Благодарения:
- И наша самая большая проблема на этот День Благодарения – это кто же будет готовить праздничный ужин, – сказал он, заставляя меня почувствовать себя маленькой, и он был прав.
- Маркус одинок, Питер тоже... – думал он вслух. – У нас столько поводов быть благодарными, я так, вообще, впервые за шесть лет... Я хочу сделать что-нибудь в этом году для Дня Благодарения.
- Что бы ты ни захотел, я поддержу тебя, Эдвард, - я быстро и мягко коснулась его губ. Мне нравилось их ощущать: словно топленое масло, такие теплые, практически растаявшие, когда я поцеловала его.
- Я обязана тебе этим, - призналась я. – Я вела себя, как тупая эгоистичная задница последнюю пару недель. Не ЕДА важна в День Благодарения, а то, С КЕМ ты ее употребляешь.
- Точно, – он улыбнулся, и в его изумрудных глазах сверкнул тот озорной отблеск. А я поняла, что в его голове уже есть планы. Иногда, клянусь, мне казалось, что Счастливчик Рикардо живет внутри него, когда он делает такое выражение лица. Мы все были в беде, но все же я улыбалась и ждала от него идей.
На День Благодарения все непрерывно крутилось и вертелось, и даже погода работала на нас. Немного шел снег, и скоро выпадет еще больше, по словам синоптиков. Анжела и Бен переночевали у нас дома, чтобы рано утром мы с Анжелой смогли начать готовить индейку.
Это случилось в девять утра. Праздничный парад на телевизоре выключился. Все наши окна были закрыты занавесками и щитами, чтобы не позволить холодному воздуху, проникающему во все щели, достать нас, поэтому у нас был включен свет, и теперь мы все оказались в кромешной тьме.
Первый, кого мы услышали, был Бен, он сидел на диване вместе с Кэти.
- Эй! – он кричал грубым голосом так, словно выключенный телек мог физически ранить его. – Электричество вырубилось!
- Неужели, Бен? – съязвила я в темноте. – Ты уверен?
- Либо это правда, либо мы все ослепли в одно и то же время! – хихикнула Кэти.
- Я улыбнулась, издала смешок на ее слова и прикоснулась к ее голове, когда подошла к дивану с вытянутыми руками.
- Своими шуточками ты становишься ТАК похожа на отца, ты знаешь об этом?
- Жаль, - расстроилась она.
- Ничего страшного, мы все равно тебя любим, - я перебирала ее волосы и оглядывалась по сторонам. – Эдвард? Где же ТЫ?
- Тут, - раздалось из дальнего конца дома, а после он зашел в гостиную. – Я был в уборной.
- О, не самое лучшее место, чтобы застрять в темноте, - сказала Кэти.
- Можешь мне не рассказывать, – ответил он и обошел диван, оказавшись рядом. Его рука легла на мое плечо. – Рад, что знаю, где там все находится, иначе бы я оказался в большой беде.
- Иууу, - прокомментировала Кэти.
Эдвард раздвинул пару занавесок в гостиной, чтобы мы смогли увидеть хоть немного света, и Кэти уселась за стол раскрашивать. Я была рада, что она не сильно жаловалась на отсутствие электричества. Зато Бен оказался большим нытиком.
- Отлично, у нас нет теперь телека, - говорил он, все еще щелкая кнопками пульта, направленного на сдохший телевизор.
- Обычно это именно то, что означает отключенное электричество, да, Бен? – сказал Эдвард, присаживаясь на диван. – Продолжая нажимать на кнопки, ты ничего не починишь.
- Так, а что же мы будем делать с индейкой и остальными блюдами, которые собирались приготовить? – спросила Анжела.
- У Маркуса наверняка есть электричество, - сказал Эдвард. – У него там отличная система с запасным генератором, я сам видел. Нам нужно пойти туда. Мы возьмем всю еду с собой и приготовим там.
Бену было наплевать, куда мы пойдем, лишь бы там была возможность смотреть телевизор. Анжелу пришлось уговаривать, но мы использовали Кэти, чтобы сломить ее упрямство.
- Все хорошо, - сказала Кэти в ответ на один из ее аргументов. – Я просто могу съесть пару тостов или еще что-нибудь на ужин. Ничего страшного.
Это сработало. Глаза Анжелы наполнились слезами, и она сказала:
- Нет, детка, у тебя будет замечательный ужин сегодня. Для нас всех это особенный день.
Потом она улыбнулась Эдварду и дотронулась до его лица, безмолвно говоря о том, что знает, насколько важен этот праздник. Эдвард закрыл глаза и прижался к ее ладони, а потом она сказала:
- Собирайте все, что хотите взять. Мы все идем в тот китайский ресторанчик.
- УРА! – Эдвард был первым, кто громко порадовался, и он обнял Анжелу. – Ты не пожалеешь, мам, мы проведем отличный день, я обещаю. Никаких китайских дракончиков и прочей ерунды.
- День уже и так замечательный, Эдвард, - она вытерла свои глаза. – Ты здесь. Это все, о чем мы просили последние шесть лет на День Благодарения. Я ни капельки не пожалуюсь.
- Я люблю тебя, мам, – он обнял ее еще крепче. - Спасибо.
- Агх... ты пытаешься сломать маленькую старенькую даму? – уже пожаловалась Анжела. – Ослабь хватку, мальчик, дай шанс моему кровотоку.
Он освободил ее и, хихикнув, сказал:
- Прости.
Затем Анжела взяла на себя лидерство и стала раздавать указания, что брать с собой. Бен был ответственен за то, чтобы поставить цепи на колеса машины. Эдвард должен был собрать все, что может понадобиться Кэти.
- Повеселись на улице, Бен, – поддразнил Эдвард, когда пошел с Кэти в ее комнату.
- ЭЙ! – закричал Бен. - Почему ОН не должен идти НА УЛИЦУ?
- У него дела поважнее. Заткнись и иди уже! – Анжела швырнула мужу пальто. – Хватит уже ворчать и сделай хоть что-нибудь полезное!
- ЭЙ, БЕН! – Эдварду хотелось еще раз насолить Бену. - Ты не мог бы изобразить для меня снежного ангела, пока будешь там? (п/р: отпечаток человеческого тела с раскинутыми руками в снегу)
- Я тебе дам снежного ангела! – он сделал выпад в сторону Эдварда, но Анжела снова его спасла, встав на пути у Бена и указав тому пальцем на дверь.
Эдвард высунул язык и показал его Бену из-за спины Анжелы, и Бен тупо проворчал:
- Ну, Эдвард, ну погоди. Месть – такое блюдо, которое лучше подавать холодным.
- Не забудь шляпу, Бен, - улыбнулся Эдвард. – И свой шарф. Воздух на улице кажется ТАКИМ ледяным. И не забудь галоши!
Даже я засмеялась над этой шуткой. Бен всегда называл свои ботинки галошами. Эдвард порой бывает таким злобным. Но вы все равно не можете его не любить.
Мы загрузились в грузовик Бена и взяли с собой даже телевизор! Бен отказался оставлять его. Мы ехали медленно и аккуратно, но дорога до Джимми Чана не заняла много времени. Снегопад не будет таким кошмарным еще пару часов, насколько мы слышали.
Кэти отказалась покидать дом, пока мы не позвонили доктору Питеру и ни дали ему знать о смене планов. Для него такой расклад был даже лучше, потому что он жил еще ближе к Джимми Чану, чем мы.
Когда мы свернули к месту и увидели, что это единственное место в городе, где горят огни и неоновая вывеска, я поняла, что самым большим чудом сегодняшнего дня будет, если Маркус впустит нас к себе. Но знак на двери гласил «ОТКРЫТО». На парковке не было ни одной машины, и весь город выглядел вымершим и пустым.
Никаких свидетелей.
Эдвард оказался достаточно умен и пошел по дорожке с Кэти за руку. Мне было не по себе показываться на пороге у Маркуса с полными руками коробок с едой и Беном, несущим телевизор в хвосте нашей группы.
Серебряный колокольчик, который Эдвард принес в тот день, когда работал тут, все еще был на месте, и он позвонил в него еще до того, как я вообще дошла до двери.
Кэти хихикала, Эдвард приподнял ее немного, чтобы она тоже могла позвонить в колокольчик. Отец и дочь... мило.
- Пожиратель, пожиратель, пожиратель, – позвала Кэти, когда Маркус уставился на нас через окошко из кухни.
- ВОТ где он! – сказал Эдвард Кэти. – Самая большая в мире ИНДЕЙКА!
Она издала небольшой смешок, когда Маркус медленно вышел к нам.
- Для всего ЭТОГО должна быть ЧЕРТОВСКИ весомая причина, белый мальчик! – сказал он, пока еще не крича на нас.
- И тебе счастливого Дня Благодарения! – Эдвард сказал это с таким удовольствием и обнял Маркуса. И Маркус отпихнул его практически в ту же секунду.
- Счастливого Дня Благодарения, мистер Эванс, - Кэти сказала это так ласково и вежливо, что даже Маркус улыбнулся немного.
- Счастливого Дня Благодарения, Кейт, - он улыбнулся ей. – Ты бы поучила своего отца общению, а?
- Уже пробовала, - теперь Кэти говорила так, словно была тридцатипятилетней мамашей.
- Маркус, - на этот раз Эдвард говорил серьезно. - У нас вырубилось электричество примерно час назад, и я знаю, что прошу о многом. И я никогда больше не обращусь к тебе, но... не могли бы мы немного потусоваться тут, и не позволишь ли ты девочкам приготовить индейку на твоей кухне?
Маркус уставился на Эдварда так, словно тот просил вывалить мусорный контейнер на обеденный стол.
- Еще что-нибудь? - спросил он. - Ты уверен, что не хочешь еще и переночевать?
- О да... - Эдвард посмотрел на меня, потом на Маркуса. - Нам это тоже может понадобиться. Если и правда будет такой снегопад, как обещают. Очень мило, что ты приглашаешь, спасибо, мужик.
- Приглашаю? – огрызнулся он. – Посмотри слово ТРУП в словаре!
Эдвард махнул Кэти, чтобы она подошла, и та послушалась. Он приподнял ее на руках так, чтобы лицо дочери оказалось рядом с его.
- Хорошо, я знаю, что нас не приглашали, - вздохнул Эдвард. - Я просто надеюсь, что мы сможем добраться до дома живыми по всем этим дорогам... с пожилым мужчиной за рулем...
- ЭЙ! - Бен закричал сзади. – Я НЕ пожилой! Я могу вести так же хорошо, как и всегда.
Эдвард проигнорировал и продолжил:
- И я думаю, что если мы все же доберемся домой живыми... Что ж, мы всегда сможем найти способ разогреть парочку замороженных куриных наггетсов или еще чего... Даже если учесть, что у нас не будет работать микроволновка или печка. Возможно, я смогу зажечь спичку и приготовить все это на ней...
Маркус продолжал глядеть на Эдварда.
- Но я не люблю куриные наггетсы, папочка, - сказала Кэти своим детским грустным голосочком.
- Прости, Кейт, но это лучшее, что я могу придумать. Есть люди, которые имеют намного меньше, чем мы. Поэтому мы должны быть благодарны за то, что имеем, и мы все еще есть друг у друга, - вздохнул Эдвард. - Прости, если побеспокоил тебя, Маркус, хорошего тебе Дня Благодарения. Ты настоящий друг, правда. Пока.
Эдвард сказал все это без единого признака сарказма. Черт, он хорош. И Кэти тоже справилась отлично. Команда, которой никто не откажет. Нужно быть Чарли Менсоном, чтобы отказать нам после такого маленького спектакля. (п/р: американский преступник, лидер коммуны «Семья», отдельные члены которой в 1969 году совершили ряд жестоких убийств, в том числе известной киноактрисы Шерон Тейт, жены Романа Поланского.)
Мы развернулись и двинулись в сторону двери, хотя Бен не особо-то и заходил. Он все еще держа телек, его лицо было каменным, и ему явно не хотелось уходить.
- Вернись, блядь, обратно, заноза в заднице, - сказал Маркус практически теплым голосом.
- Слова! - Эдвард накрыл уши Кэти, когда Анжела вошла и направилась на кухню.
- Я и раньше слышала ругательства, отец! – Кэти закатила глаза, выкручиваясь из рук Эдварда.
- Где? – Эдвард начал спрашивать.
- Спасибо вам, мистер Чан, - сказала Анжела очень вежливо, не понимая своей ошибки. Эдвард пытался сдержать свой смех... и с треском провалился.
- Да, спасибо, Джен, - пробасил Бен, заходя в ресторан и подыскивая, куда бы подключить телевизор.
- Что за ЧЕРТ? Вы что... ПЕРЕЕЗЖАЕТЕ ко мне? - сказал Маркус, когда мимо был пронесен телевизор, а потом Бен стал раздвигать столы, чтобы освободить место для телека.
- Он стар, ящик – это его женщина, что я еще могу сказать? – Эдвард пожал плечами. – Мы можем потом посмотреть матч.
Анжела вернулась спустя пару секунд и спросила у Маркуса:
- Простите, мистер Чен, ничего, если я выкину ту зеленую штуку в мусорку у духовки? Она выглядит протухшей.
- Что за зеленая хрень? – Маркус нахмурился, затем побежал на кухню. - И нет, ничего не выкидывайте. Я покажу, где вы можете готовить, хорошо?
Я последовала за ними на кухню со своей индейкой и едой, чтобы меня не оставили в стороне от всей готовки. Анжела и я решили приготовить каждый свою индейку. Компромисс. И все съедят по маленькому кусочку от каждой. В этом году для нас это лучший вариант.

От Эдварда

Первая часть моего плана сработала успешно: мы были у Джимми Чана. Дзинь. (П/п: вместо дзинь должно быть что-то эквивалентное слову чекпойнт. Например, когда человек выигрывает несгораемую сумму, проходит точку невозврата в каком-нибудь деле…)
Придется купить Кэти хороший подарок за ее представление. Она сыграла восхитительно, естественно. Однажды она будет править миром, вот увидите.
Когда девочки исчезли на кухне Маркуса, я уселся рядом с Беном, смотрящим по телевизору парад, посвященный Дню Благодарения. Он почти закончился, но я был рад снова увидеть Нью-Йорк, даже просто на фоне. Я было грустно вздохнул, глядя на высокие здания, серое небо, улицы, усыпанные магазинами, детишек, почти застывших на плечах своих отцов, улыбавшихся шествующим, проходившим мимо.
Боже, я скучаю по Нью-Йорку.
Знаю. Сейчас он не так уж и привлекателен по телевизору, но город во время Рождественских праздников – это что-то. Он волшебный. Все деревья усыпаны белыми огнями, и даже самые ужасные улочки становятся на время очень милыми. Огромные рождественские украшения, развешанные тут и там, золотые ангелочки, поющие песни небесам, рождественская ель у Центра Рокфеллера, каток вокруг нее... Мы с Таней любили там кататься. Тогда, когда все было еще отлично между нами, обжимались под одеялом на заднем сидении такси, пили горячий шоколад.
Мы смотрели «Эту прекрасную жизнь» и «Как Гринч украл Рождество» в городском Мюзик-холле или «Щелкунчика» в центре Линкольна. Гуляли по пятьдесят седьмой улице и глядели в витрины магазинов. Они были не просто витринами, а целыми произведениями искусства, одно лучше другого. И каждый год, в сочельник, я ходил в собор святого Патрика. Несмотря на то что я думал о Боге в те дни, вставал на колени и долго молился за Кэти. Чтобы с ней все было хорошо и ее операции прошли успешно. Чтобы ей больше не было больно. Чтобы и в новом году с ней все было хорошо без меня и она не забыла меня или, хуже, не перестала любить. Я плакал каждый раз, когда стоял там на коленях, скучая так сильно, что становилось практически невозможно дышать.
Магазин игрушек FAO Schwartz был еще одним местом, где я проводил много времени. Я постоянно отоваривался в нем и посылал Кэти подарки не только на день рождения или какой другой праздник, но круглый год. После каждой операции, когда она просыпалась, она обязательно получала от меня подарок. Или в обычный день, когда ее просто нужно было подбодрить. Но самыми горько-сладкими временами были дни в детском магазине под Рождество. Думаю, я был единственным родителем, зависавшим в этом магазине. Я покупал вещи, о которых она просила, а потом понимал, что не увижу ее личика в момент, когда она откроет подарок, не узнаю, как она играет с ним. И в эти минуты я превращался во всхлипывающее нечто. Эммет однажды даже оставил меня там, потому что я сильно его позорил.
Однажды я был там в районе, кажется, тридцатого ноября, и когда я повернул в очередной проход, то увидел стоявшую там Викторию. Я чуть не уронил то, что держал, когда она ухмыльнулась мне. Она знала о моей страсти к шопингу в детском магазине и никогда мне этого не запрещала, это было моим личным делом, как она обычно говорила. На какое-то мгновение я испугался, что теперь она по какой-то глупой надуманной причине запретит мне. Но она не сделала этого. У нее был для меня сюрприз.
В тот год Кэти должно было исполниться пять лет, и я так гордился ее успехами (первый год, когда она начала проходить программу детского сада). У нее были только отличные оценки, и Бен даже выслал мне копию ее табеля об успеваемости. Поэтому я покупал ей все подряд, не обращая внимания на цены.
Виктория улыбнулась мне и спросила:
- Это для тебя или для ребенка?
В руках у меня было много розовых коробочек с надписями «Барби», мебель для домика, который уже был отложен на кассе, и парочка кукол.
Виктория всегда называла Кэти ребенком. Я ненавидел это. Не знаю почему. Просто то, как она это говорила... словно жевала дерьмо.
- Моей дочке пять, - просто сказал я, немного ухмыльнувшись. – И да, все это для нее. Полочки для меня расположены чуть дальше в секции для мальчиков.
Она рассмеялась и взъерошила мои волосы своими пальцами. Мои руки были заняты, поэтому я не мог ее остановить. Не то чтобы я смог, даже не мешай мне все эти игрушки, но они отвлекали.
- Такой милый, - она сказала мне, когда я улыбнулся и надел счастливую маску.
- Спасибо, - ответил я.
На людях от меня не требовалось звать ее Госпожой, нужно было только уважать ее и слушаться.
- У меня для тебя небольшой сюрприз, - призналась Виктория, обходя меня, пока я разглядывал ближайшую полку.
- Дай угадаю, - немного поддразнил я. – Планы на Рождество?
Каждое Рождество было одинаковым. Большие вечеринки... моря алкоголя... я, голый и связанный, игрушка в любом подвале с доминантами. Каждый год был еще более изматывающим, чем предыдущий.
За год до этого я был человеком – рождественской елкой. Мое тело украсили, засунув мне в рот звезду, которую я должен был держать, запрокинув голову, и не имел права уронить. По всему моему телу развесили тяжелые металлические цепи, разукрашенные зелеными и красными блестками, которые тянулись от моих сосков к члену. А потом на меня повесили электрические лампочки, и люди веселились, ударяя меня током специальной штукой, которая при каждом контакте с человеческой плотью жужжала и причиняла боль. Они даже установили вокруг меня, стоявшего в таком виде на коленях, игрушечную железную дорогу и заставили терпеть все это, пока сами пили и веселились.
Я был предметом, не более важным, чем елочка, которой кто-нибудь мог улыбнуться время от времени, когда был перерыв в разговорах. Чем-то, поставленным в угол и забытым, привлекательной вещичкой на заднем плане, и мне нравилось ей быть. Это уж лучше, чем когда люди хотят меня нагрузить и запомнить... и играть в свои грязные игры со мной.
Но у Виктории был для меня большой сюрприз. Я сомневался, смогу ли вообще удивиться, но готов был сыграть что угодно.
- Да, на этот год я запланировала кое-что, непохожее на предыдущие, – было такое ощущение, что она сейчас взорвется. – Так как ты, по словам Санты, был хорошим мальчиком, я придумала для нас нечто особенное!
- Дома у Рэйвен? – предположил я без особого энтузиазма в голосе.
- Неа.
- Твой дом? – снова предложил я, не желая вообще играть в эту игру.
- Попробуй... дом ребенка! – сказала она, и я застыл посреди магазина.
Я смотрел на нее и почти целую секунду ничего не мог сказать. И только потом я додумался, что она, должно быть, шутит. И я так сильно разозлился.
- Не смешно, Виктория, – сказал я низким бесцветным голосом, отворачиваясь, чтобы продолжить заниматься покупками.
- Эдвард, ко мне можно применить много слов, но «смешно» никогда в этот список не входило, - сказала Виктория позади меня. – Я уже забронировала нам билеты во Флориду, и двадцать четвертого декабря мы летим туда!
Она держала мой подбородок и двигала им.
- Почему ты поступаешь так со мной, Виктория? – спросил я очень грустным тихим голосом, глядя на нее и пытаясь найти хоть каплю жалости.
- Я НЕ шучу, ДУРАК! – она треснула меня по руке и чуть не выбила все то, что я держал в ней. – Ты давно не виделся с ребенком, и в последнее время стал таким грустным. И ты так хорошо справляешься со своей работой, делая все ПРОСТО ОТЛИЧНО. Ты натренирован, ты идеален. И это мой способ сказать: «Вот тебе небольшая косточка, наслаждайся!» К тому же мне нужно немного солнца. Вся эта промозглая погода начинает надоедать.
Она тоже собиралась ехать... Я был так шокирован, поэтому почти не понимал, что ЭТО может значить.
- Это не шутка, - сказал я, и она покачала головой, улыбаясь мне. – Клянешься?
- Клянусь, - она подняла руку вверх.
- Виктория...
Почувствовав, как на глаза навернулись слезы, я потерял всякую возможность говорить... кроме:
- Правда?
- Правда, - она положила свои руки мне на плечи. – Ты правда был очень хорошим мальчиком. Счастливого Рождества.
Уронив все, что держал в руках, я начал покрывать Викторию поцелуями, получая суровые взгляды от мамаш вокруг нас, разглядывающих полки с Барби. Но мне было плевать. Я целовал ее с языком, вкладывая всего себя, и сжимал ее задницу обеими руками. С Викторией это единственный способ сказать: «Я люблю тебя!»
Отправив Кэти все подарки, я позвонил ей на следующий же день, чтобы сказать, что приеду в сочельник. Она заплакала и так обрадовалась, что кричала и прыгала по всему дому. Несколько следующих недель я был на седьмом небе. Никогда еще я так хорошо не танцевал и не улыбался женщинам, заказывавшим меня в том месяце.
Затем наступил сочельник, и я запаковал все свои вещи. Я даже взял парочку кремов от солнца и плавки с купальником для себя и Виктории. Кэти доктора только что разрешили купаться в хлорированной воде бассейна, поэтому я не мог дождаться, когда увижу ее плавающей. Мы приехали в аэропорт и встали в очередь на регистрацию, когда все случилось.
Я стоял позади Виктории в очереди, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, когда она оглянулась и сказала:
- Ты выглядишь счастливым.
- Я СЧАСТЛИВ, - я улыбался как идиот.
- Я заметила, что ты никогда не выглядишь таким счастливым, когда мы просто куда-то едем вдвоем, - констатировала она.
- Мне нравится ездить с тобой, Виктория, - я наклонился, зная, что ей нужно немного внимания. - И мне НРАВИТСЯ, что ты тоже едешь.
Я улыбнулся и поцеловал ее, захватывая ее длинные тонкие волосы в кулак, когда люди вокруг нас начали вздыхать и издавать свои завистливые звуки. Одна женщина позади Виктории выглядела так, будто бы целовалась с нами. Ее губы складывались вместе и приоткрывались, когда она пялилась на меня.
Затем мои глаза открылись и посмотрели прямо в ее, и она чуть не умерла, покраснела и спряталась за собственные волосы, сказав своим трем дочерям-подросткам думать о чем-то полезном и не смотреть на нас.
Я, честно говоря, и не возражал, даже улыбнулся сам себе, посмеявшись над ней, когда отпустил Викторию и мы немного продвинулись в очереди. Я не верил происходившему! Не верил в то, что смогу обнять свою дочку всего через пару часов и увидеть, как она откроет свои подарки! Было ощущение, что я выиграл миллиард долларов! Только лучше.
Виктория снова повернулась ко мне, когда мы остановились, и ее глаза прищурились.
- Мне это не нравится, - она оглядела меня. – Ты слишком возбужден от мысли, что едешь туда. Что-то не так.
- Что? – спросил я. – Я увижу свою дочку впервые больше чем за два года. Мне нельзя порадоваться этому?
- Я знала, что допускаю ошибку, – она нахмурилась. – Люди предупреждали, но я сказала нет, Эдвард не станет делать мне больно. Я даже поверила в это!
- О чем ты? – невинно поинтересовался я.
- Те люди, что заботятся о ребенке, - сказала Виктория. – Они же попробуют остановить тебя и не дадут уехать. Они предпримут что-нибудь, чтобы забрать тебя у меня. Таков план, да? Копы наверняка уже ждут, когда мы войдем!
- Виктория, ты говоришь нереальные вещи! – я держал ее руку и пытался успокоить. – Никто ничего тебе не сделает, обещаю. Я им не позволю. Я люблю тебя. Ты же знаешь.
Я даже верил в то, что говорил. Вот такой тупой задницей я был. Мне, блядь, так прополоскали мозги уже к тому моменту.
- Нет, - она покачала головой. – Нет, это все неправильно. Мы не можем. Мы не поедем.
Она сказала эти слова, и все мое тело содрогнулось на последнем слове. Мои глаза расширились, и я стоял там, застывший. А она подлезла под тряпичные канаты, которые ограничивали очередь, уходя и забирая с собой свой чемодан!
- Виктория, ПОДОЖДИ! – я пролез под той же веревкой и последовал за ней, дергая свой чемодан за собой, слезы уже заполнили мои глаза. – Ты обещала. Все это было ТВОЕЙ идеей!
- Я знаю, но я передумала, – она цокала каблучками по полу и неслась куда подальше от меня. - Извини.
- Извини? – я наконец догнал ее и схватил за руку, останавливая и заставляя посмотреть на меня. – Прости, МОЯ ЗАДНИЦА! Мы ЕДЕМ! Я уже сказал Кэти, что приеду! Она ждет, что я буду рядом! Ты не можешь просто так СЕЙЧАС ПЕРЕДУМАТЬ!
- Я могу все, что, БЛЯДЬ, пожелаю! – она крикнула мне в лицо. – Я ВЛАДЕЮ ТОБОЙ! Теперь, СУКА, пошел за мной в машину!
Она подняла руку и показала мне, что я вцепился в нее.
- Отлично, - сказала она. – Столько всего, чтобы закончить дрессировать тебя. НЕТ!
И она выдернула свою руку из моей, продолжив идти прочь. Я не последовал за ней. Мои глаза были наполнены слезами, а ноги дрожали. Она и правда не брала меня туда. Я не ехал! Мое сердце, такое живое и полное надежды, превратилось в бесчувственный камень, если не считать этой щемящей боли.
Виктория остановилась через пару шагов и повернулась ко мне, ее взгляд был убийственным и полным ненависти.
- Я сказала идти за мной, сука! – она уставилась на меня.
Несколько раз я молча покачал головой. С глаз упала слезинка, и голос вернулся ко мне.
- Нет, - практически всхлипнул я. – Нет, я не пойду с тобой. Ты обещала, что мы поедем! Ты позволила мне сказать дочери, что я приеду. Я СОБИРАЮСЬ увидеть ее! Отдай мой билет, и я поеду один.
- Ты слишком плохо себя ведешь, Эдвард, ты знаешь об этом? – спросила она. – Ты только что сказал мне НЕТ... дважды!
- Мне наплевать, – я плакал больше от злости, чем от боли. – Я не подведу свою дочку! Не в Рождество! Разве тебе недостаточно того, что я никогда не вижу ее? Но теперь ты делаешь ЭТО со мной. Это, твою мать, жестоко, Виктория. Если хочешь причинить мне боль, хорошо, сделай это МНЕ, но ты не поступишь так с моей дочкой. Я поеду!
Развернувшись, я дернул свою сумку в сторону очереди, где мы стояли, и там было пусто. Я прошел между ленточками, Виктория за мной, с другой стороны, задавая вопросы:
- Ты поедешь? С чем? У тебя нет ни одной кредитки, нет налички, НИЧЕГО! И даже будь у тебя деньги, тебе потребуется немало удачи, чтобы найти рейс СЕЙЧАС, в сочельник!
- Увидимся, Виктория! – я проигнорировал ее. – Счастливого Рождества!
- Ох, – Виктория была реально рассержена. – Ты собираешься играть со мной в игры, тварь? Ты хочешь показать мне свой тестостерон? Хорошо, я сыграю.
Я подошел к билетной кассе, и девушка за окошком улыбнулась мне немного шире, чем следовало, но я спросил:
- Сколько стоит билет до Флориды?
- С обратным билетом? – спросила блондинка, постукивая пальчиками по клавиатуре компьютера.
Отлично.
Я посмотрел на Викторию и ухмыльнулся.
- Без.
- Х** тебе, - Виктория выглядела и звучала, как настоящий сатана.
Но я не боялся, а был рад тому, что происходило. Теперь я видел, что она на самом деле из себя представляла. Я думал, она любила меня, и – что хуже – думал, будто любил ее. Я вас умоляю! Все, чем она теперь была для меня – стервой, которая хотела сделать больно моей девочке. А я уже и так причинил слишком много страданий дочери. И не собирался прибавлять еще больше разрушений к тому, что натворил. Даже если это убьет меня, я все равно поеду.
- Двести семьдесят один доллар в одну сторону, – сообщила девушка. – Есть несколько рейсов на сегодняшний вечер. Половина первого ночи и еще один в половину третьего. Там осталась пара свободных мест.
- Спасибо, - улыбнулся я. – Я вернусь
- Я бы поспешила, - посоветовала она немного озабоченно. – Они могут быстро продаться из-за праздников.
- Понимаю, - ухмыльнулся я в ответ. – Спасибо. Счастливого Рождества.
Отойдя, я стал озираться по сторонам, как хищник... в поисках подходящей жертвы.
- Какого хрена ты сейчас вытворяешь? – Виктория шла за мной, пытаясь казаться злой и страшной вместо того, чтобы быть... отчаянной.
- Неужели ты думаешь, что я не смогу заработать двести семьдесят один бакс за пару часов? – спросил я, быстро уходя от нее. - Я МОГУ! ТЫ научила меня этому ремеслу, помнишь?
Я снял куртку, затем футболку... и надел обратно кожаный жакет, выставляя свою голую грудь. Пройдя несколько шагов, я начал улыбаться женщинам, пялящимся на меня.
Где же та женщина, что не спускала с меня глаз в очереди? Держу пари, она даст триста баксов, чтобы поиметь меня в женском туалете. Это будет слишком просто.
Уверен, я могу найти, по крайней мере, пять женщин в этом аэропорту, которые бы с радостью дали трахнуть себя. Ну где же вы, девочки?
- ЭДВАРД! – Виктория шипела у меня за спиной. – Ты ТРУП, слышишь меня?
Я проигнорировал ее и пошел к женщине, которой на вид было за пятьдесят. Она сидела одна и выглядела очень уставшей, биснес-леди в строгом костюме, вероятно, миссис Карьера. Она оживилась в тот момент, когда я сел рядом и заулыбался.
- Кто-то сидит тут, не так ли? - спросил я. - Потому что вы слишком красивы, чтобы сидеть в одиночестве.
Она еще больше улыбнулась и сказала:
- Никто не сидит тут. Я одна... или БЫЛА одна.
- Я мешаю вам? - теплым голосом спросил я, улыбаясь своей самой соблазнительной улыбкой. Моя куртка расстегнулась чуть больше, когда я наклонился к ней. – Вы хотите, чтобы я ушел?
- Нет, не уходите, - пискнула она, краснея и превращаясь в шестнадцатилетнюю девчонку прямо на моих глазах. Она моя.
- Должен признать, я видел вас несколько минут назад, – мягко сказал я, поднимая глаза так, чтобы они уставились прямо на нее. – Я не знал, что бы такое умное вам сказать. Столько глупых и заимствованных откуда-то фразочек... Но я знал, что вы намного умнее всех этих слюней. И мне просто необходимо было, по крайней мере, услышать ваш голос. Он так же сексуален, как и все остальное. Я знал это.
Она не могла отвести взгляда от моих глаз и выдохнула:
- О каких фразочках ты думал?
О, она хотела услышать парочку слюнявых признаний. Хорошо, они могут заставить ее посмеяться, и я скажу, как обворожительны ее смех и улыбка.
- Несколько плохих... – я покачал головой и немного покраснел. – Моя любимая: могу ли я сфотографировать вас, чтобы можно было послать Санте и объяснить, что я хочу на Рождество?
И она засмеялась, а я с ней вместе. И она усмехнулась:
- Эта мне понравилась... праздничная...
- Девочки всегда западают на это дерьмо, - поделился я. – Но я предпочитаю женщин... сильных, уверенных... с которыми не нужно играть в игры...
Она сглотнула, когда услышала мои слова, и я провел пальцем по линии ее подбородка.
- Правда в том, что... я думаю, ты одна из самых красивых женщин, которых я когда-либо видел... невероятные глаза... чертовски сексуальный смех... сногсшибательная улыбка...
Теперь я проводил пальцем по линии ее нижней губы, и она открыла рот, делая глубокий вздох. И я прислонился губами к ее уху и начал ей шептать итальянские слова любви. Я слышал, как она застонала, пытаясь быть тихой.
По-итальянски я шептал ей, что хочу быть ее навеки, но даже если у нас будет один только вечер, я отдам душу за то, чтобы заняться с ней любовью.
Я знал, она не понимает, что я говорю... но по-итальянски это звучало охрененно сексуально.
Она тяжело выдохнула и сжала волосы на моем затылке, заставляя посмотреть на себя.
- Я знаю итальянский, – шептала она. – Пойдем... Тут неподалеку, в пяти минутах, есть небольшой отельчик.
Улыбнувшись, я позволил ей прижать меня к себе и целовать в губы. Мне был ненавистен тот факт, что придется сделать ей больно, но сначала я дам ей столько удовольствия, сколько сумею, и буду с ней хорош. А напоследок я просто украду одну из ее кредиток или наличку. Я только воспользуюсь ими для покупки билета и оплаты отеля и выкину. Если она замужем, то никогда не станет меня искать, так как не захочет быть пойманной на измене.
Она даже не знает моего имени. Она его даже не спросила! Проклятье! Наверняка она замужем... и одинока. Да что творится с мужиками в наши дни? Следите за счастьем своих жен, вашу мать! Может, тогда такие ребята, как я, перестанут зарабатывать себе на жизнь таким способом.
Черт, может, она даже даст мне денег, когда мы закончим и я расскажу ей историю о том, как мне не хватает средств, чтобы вернуться к маме и папе на каникулы. Что мне приходится спать в аэропорту после того, как я вернулся из Африки, работая там с врачами без границ.
Правда в том, что необязательно всегда говорить людям, будто ты проститутка. Просто нужно иметь хорошую легенду и быть хорошим мальчиком. Виктория научила меня этому. Сейчас большинство людей, с которыми я работаю, знают, что я шлюха, которую продают и покупают. Но женщины, как эта... никогда не оценят то, что к ним липнет проститутка. Ложь лучше. И после того как она кончит пять или шесть раз, она выслушает все, что я скажу. И даст мне, что я пожелаю. Это будет просто как забрать конфетку у ребенка.
Мне не нравилось так работать, но я был в отчаянии. И у меня было мало времени.
- ЭДВАРД! – Виктория вернулась на мою задницу, когда мы с моей женщиной встали с кресел.
Виктория смотрела на женщину испуганно, словно моя жена или еще кто из родственников.
- Мам, - назвал я ее. – Что ТЫ делаешь тут?
Это должно ее поставить в ступор. Получай, стерва.
Но Виктория всегда находила выход из ситуации.
Она взяла меня за ухо и вывернула его. Пока я кричал, она сказала женщине, которая собиралась увести меня за руку пару секунд назад.
- Вы хоть знаете, что этому мальчишке всего лишь шестнадцать? ШЕСТНАДЦАТЬ! ТЫ, ЕБ*НУТАЯ ШЛЮХА, ЗАНИМАЮЩАЯСЯ РАСТЛЕНИЕМ МАЛОЛЕТНИХ! УБЕРИ СВОИ РУКИ ОТ МОЕГО СЫНА, ПОКА Я НЕ ВЫЗВАЛА ПОЛИЦИЮ!
Женщина испугалась и убежала. ВОТ ДЕРЬМО! Простите, леди, мы могли бы повеселиться. Передавайте привет своему мужу от меня.
О, да ладно, я смогу найти еще одну. Но сначала надо отделаться от Виктории.
- Отпусти! – я вывернулся, пока она пялилась вслед убегающей женщине.
- Мне надоели твои игры, Эдвард, - сказала Виктория. – Мы уезжаем. Когда будем на месте, ты будешь стоять голый, в позе для наказания, готовый часами терпеть то дерьмо, которым облил меня!
- НЕТ! – я снова отказал ей. – Я еду во Флориду, чтобы увидеться с дочерью. Ты меня не остановишь.
- Эдвард, я уезжаю прямо сейчас, - бесцветным голосом сообщила она. – Ты едешь со мной... или я надеру задницу Эммету вместо тебя.
Я шел за ней. Мой голос несколько раз сломался, когда я произнес:
- Ты это и планировала, не так ли? С самого начала? Маленький гребаный тест для мальчика-раба, правильно? Посмотреть, кого он больше любит!
Я знал, что был прав. Взяв ее чемодан, я немного раскрыл «молнию» и посмотрел внутрь. Чемодан был таким легким, что я решил открыть его. Твою мать, он был пустым! И я швырнул им в нее, злой и весь в слезах. Мы никуда не ехали. Мы никогда даже НЕ СОБИРАЛИСЬ.
- Стерва, - выдохнул я, смотря в сторону, все еще планируя быть там сегодня вечером, ну или хотя бы утром.
- Ты принадлежишь МНЕ, шлюха, - она бушевала, схватив меня за яйца железной хваткой прямо посреди людного аэропорта. – Они мои! И они никуда не поедут без МЕНЯ! Оставь меня... и, твою мать, поверь... твоя дочь никогда больше не увидит дневного света!
Она дергала за них при каждом слове, и я еле дышал, когда она впивалась своими наманикюренными ноготками прямо туда.
- Пойдем! – потребовала она, быстро двинувшись прочь. Я шел рядом.
- Прости, что назвал тебя стервой, я не имел это в виду, – начал я в надежде хоть как-то исправить положение.
- Не переживай, ты еще заплатишь за это, - она ухмыльнулась на ходу.
- Виктория, прошу тебя, мы же все еще можем поехать? – спросил я сладко, с надеждой, моля о чуде.
- Твои яйца поражают меня, сука, - засмеялась она, все еще не останавливаясь.
- Пожалуйста... я сделаю что угодно.
Я думал о Кэти рождественским утром в слезах из-за меня. Я СДЕЛАЮ все, чтобы этого не случилось. Это убьет ей весь праздник, врежется в ее маленькое сердечко. Мне так не хотелось делать ей больнее, чем я делаю каждый день, не находясь рядом.
- Все что угодно, - я пытался не потерять Викторию в толпе, но она игнорировала меня. – Пожалуйста...
- Я уже и так имею все, Эдвард, - холодно сказала Виктория. – Не так ли?
- Да, Госпожа, – я сказал мягко, не думая о том, что кто-то услышит. – Но... моя дочь... она такая маленькая... ей всего пять... прошу тебя, не поступай так... для нее это удар в спину... у нее скоро операция, через пару месяцев и...
- Я знаю. Я плачу за это, разве нет? – оборвала она, застыв, словно ледяная статуя.
- Когда ей грустно или если она переживает, лечение не так эффективно, Виктория, – сказал я с немного большей настойчивостью.
Она засмеялась и ответила:
- Мне наплевать.
Пизда.
- Подожди, Виктория, – я остановил ее, взяв за руку, забрал обе ее руки в свои, поцеловал их, моргнув, прогнав слезы. – Я люблю тебя... так сильно... И я никогда не хотел, чтобы ты чувствовала себя так. Дочь я тоже люблю, но это не меняет того, что я чувствую к ТЕБЕ. Пожалуйста, позволь увидеть ее. Я буду хорошим, обещаю. А после, когда вернемся домой, ты можешь наказать меня за то, что я сейчас вытворял. Пожалуйста? Мы можем сделать так?
Она сжала зубы и посмотрела на меня.
- Скажи, что любишь меня больше, чем этого ребенка, - потребовала она. В ее глазах не осталось ничего человеческого.
Боже. Единственная вещь, которую я никогда не смогу сказать. Даже порвав задницу ради актерского мастерства.
- Я ЛЮБЛЮ тебя, Виктория, – мой голос был тихим и слабым. Я смотрел на ее туфли.
Она подняла мой подбородок и заставила посмотреть на себя.
- Я люблю тебя больше, чем свою дочь, - медленно сказала она, ожидая, что я повторю.
У меня не получалось даже ДУМАТЬ об этом без желания огреть ее чем-нибудь.
- Я люблю тебя... - я подавился, и слез стало больше. Сердце Кэти будет разбито, и я ничем не мог помочь.
- Ты такой НЕЖНЫЙ, - нахмурилась она. – Пойдем! И поторопись! Не могу дождаться, когда увижу твою голую жопу перед своей плеткой.
- Ее сердце будет разбито, если мы просто не приедем! – теперь я молил, как собака, слезы делали зрение размытым, но я шел за ней. – Пожалуйста, Виктория, я умоляю тебя. Я знаю, что не заслужил этого, но, прошу, отпусти... всего на один день! Клянусь, я вернусь двадцать шестого и сделаю все, что ты попросишь, все!
- Позволь кое-что прояснить для тебя, ты, мелкая никчемная шлюха! – она кипела, ее указательный палец был поднят. – Ты моя собственность, ты И ТАК сделаешь все, что и когда Я СКАЖУ! Ты не можешь договориться со мной! Ты МОЙ! Точка. Если я сказала, что мы никуда ни едем, мы остаемся. Ты МОЯ ПРОСТИТУТКА и сделаешь то, что я тебе скажу! И сейчас мы едем домой, чтобы мама могла избить тебя до беспамятства.
- Но если бы мы только могли... - я снова начал, но она вышла из здания аэропорта, отлавливая такси.
Я повернулся и, посмотрев на аэропорт, громко всхлипнул, не волнуясь о том, что кто-то услышит. Мое сердце разбилось. Самая жестокая вещь, которую Виктория могла сотворить со мной, это пустить пыль в глаза, а потом вернуть на землю и выдернуть из мечтаний в самую последнюю минуту. Я хотел умереть на месте.
- Эдвард!
Виктория позвала, и я, почувствовав, как голова поворачивается в ее направлении, даже не подумал о том, чтобы скрыть боль при взгляде на нее.
Она ждала около такси и гавкнула:
- КО МНЕ!
Я даже не понял, что послушался, хотя все еще тряс головой и говорил:
- Я не могу. Не могу так поступить с ней, Виктория. Пожалуйста, поехали со мной. Я буду хорошим мальчиком, клянусь.
- СЕЙЧАС ЖЕ, ЭДВАРД! – визжала она. Ее глаза были полны яда.
- Никогда и ни о чем я не просил, Виктория, - кричал я. Теперь уже слезы лились из обоих глаз. – Я все принимал, я ИСТЕКАЛ КРОВЬЮ ради тебя. Незнакомцы трогали меня своими руками, но я никогда не жаловался. Но это уже перебор! Я не отказываюсь от тебя, Виктория. Но я не могу. Я должен поехать.
- Не переживай, детка, - Виктория достала мобильник. – Я привезу ее сюда.
Она набрала номер и выставила палец – подожди.
- Привет, это я, - сказала она с улыбкой. – Привезешь ребенка Эдварда ко мне, а? Завтра утром я хочу, чтобы она была под елочкой, связанная симпатичной красной ленточкой. Спасибо, детка...
- НЕТ, ВИКТОРИЯ, НЕ НАДО! – я подлетел к ней и схватил за руку, которой она держала телефон. – Я поеду домой с тобой... Поеду... Пожалуйста, не делай этого!
- Зай, - сказала она в телефон. – Отмени. Ложная тревога. Счастливого Рождества. Будь хорошим.
И она положила трубку, уставившись на меня.
- Быстро неси свою задницу в машину, - зашипела она на меня, и я послушно залез на заднее сиденье.
Я плакал, как маленький ребенок, когда мы уезжали. Таксист продолжал смотреть на меня в зеркало заднего вида, не задавая вопросов.
- Заткнись, сука, - Виктория откинулась на своем сидении и уставилась в окно. – Гребаная мягкая задница, я думала, что уже выдрессировала тебя... моя задница. Дерьмо! Похоже, с ТОБОЙ еще работать и работать.
Я просто продолжал всхлипывать и глядеть на проплывавшие мимо улицы. И все слышал плач Кэти, такой же горький, как мой.
- Папочка, ты же обещал приехать, - раздавалось у меня в голове. – Ты солгал! Я ненавижу тебя. Ты меня больше не любишь?
В конце концов, я отклонился и, вцепившись руками в собственные волосы, стал тянуть их в разные стороны, пытаясь придумать, как объяснить все это по телефону... и как она отреагирует. Бен надерет мне задницу.
Еще хуже стало, когда мы добрались домой и Виктория даже не позволила мне позвонить Кэти и сказать, что я не приеду. Она заявила, что я смогу позвонить двадцать шестого. Это было мое наказание за то, что я бросил вызов ей в аэропорту и дважды сказал слово НЕТ. Два дня без телефонных звонков. К тому же два дня мне пришлось терпеть всякое дерьмо от Виктории и ее бесчисленных подружек-доминанток.
Я продолжал молить о позволении позвонить Кэти. И когда я это делал, кто-нибудь запихивал мне в рот кляп или какой другой интересный предмет. Когда наступила полночь и Виктория сообщила, что уже Рождество, я висел на веревках в нескольких сантиметрах от пола, связанный, голый, с шапочкой Санты на голове и полным ртом конфет. Палки от некоторых торчали из моего рта, другие же загибались крючками. Мое тело дрожало и было покрыто мелкими шрамами. Кровь, влажная и теплая, стекала по заднице и ляжкам, когда Рэйвен открывала коробки приговаривая:
- В его ротике уже целых две коробки, и он ничего не уронил.
Рейвен прокрутила меня, толкнув в плечо, и комната поехала перед глазами, пока я кружился, как волчок. Хорошо, что накануне я немного съел, иначе бы меня точно стошнило.
- У него большой рот, - Виктория смотрела с расстояния в несколько футов. Медленно она подошла, остановила меня и схватила за яйца. Я издал громкий стон, пытаясь не выронить конфеты и наблюдая, как Рэйвен открывает новую коробку конфет.
- Разве это неправильно, шлюшка? – спросила Виктория, второй рукой взяв мой подбородок, заставляя посмотреть ей в глаза. У тебя большой грязный ротик, не правда ли?
Я кивнул, чувствуя, как еще одна слезинка стекает по лицу, вообразил воодушевленную и счастливую Кэти в своей кроватке, пытающуюся не уснуть, потому что папа вот-вот приедет к ней.
- Включи эту песню еще раз, - Виктория кивнула Рэйвен, когда я всхлипнул, сжав веки и желая прогнать мысли. Но я не мог.
- НННННННМММММ... - я пытался просить, хотя мой рот был так забит, что я не мог сказать ни слова.
- Все хорошо, ты же любишь эту песню, детка, не плачь, - усмехнулась Виктория.
И Виктория заулыбалась, начав играть с моим членом, проводя по его длине вверх и вниз.
- Вот так, сучка, – говорила она мне, словно ребенку. – Не плачь, время снова кончить, а потом мы найдем новый способ сделать тебе больно, хм-м?
Рэйвен прибавила громкость, и музыка моих кошмаров «Я буду дома к Рождеству» снова заиграла. Рэйвен подошла ко мне и запихнула новые конфеты между моими губами...

Глава была тяжелой... будем рады обсудить ее вместе с вами на форуме.
Спасибо за отзывы и прочтение этой истории!


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/110-15418-10#3255836
Категория: СЛЭШ и НЦ | Добавил: AlshBetta (05.02.2016) | Автор: WinndSinger
Просмотров: 924 | Комментарии: 14


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 14
0
14 ★Tishka★   (20.04.2016 02:59)
Честно? Я удивляюсь,как после такого Эдвард остался таким добрым и нежным. Виктория не столько его физически сломала,сколько эмоционально. У него были все причины злиться на весь мир,не контролировать свой гнев,когда он наконец-то избавился от Виктории. Да,Белла ему помогла обрести себя и понять,что ему РЕАЛЬНО промыли мозги. И тем не менее,он остался добрым и нежным. И,что самое важное,он не срывается при каждом случае. И я удивляюсь его силе духа. Не каждый человек смог бы остался нормальным,после того,что делала Виктория. спасибо за перевод глав.

0
13 MariyaK   (09.04.2016 15:44)
спасибо за перевод

0
12 pola_gre   (03.04.2016 21:41)
Целый месяц Эдвард был счастлив знать, что поедет к дочке - "подарок" от Виктории

Спасибо за перевод!

0
11 Stasya765   (29.02.2016 10:01)
Спасибо за главу! Она была очень тяжелой. А Виктория вызывает лишь гнев и презрение,даже жалости к ней не испытываю. Но они справятся,должны справиться и пережить все неровные повороты судьбы. sad

0
5 ЕЛЕНА123   (07.02.2016 15:17)
Благодарю за продолжение! Спасибо!!!

0
10 tasya-stasya   (08.02.2016 23:49)
Читайте на здоровье!

0
4 серп   (06.02.2016 21:46)
Спасибо большое за новую главу!

0
9 tasya-stasya   (08.02.2016 23:49)
На здоровье!

0
3 Bella_Ysagi   (05.02.2016 19:54)
спасибо sad

0
8 tasya-stasya   (08.02.2016 23:49)
Пожалуйста!

0
2 робокашка   (05.02.2016 16:36)
Какого хрена! Почему он не УБИЛ суку Викторию много-много раза???????????????!!!!!!!!!!!

0
7 tasya-stasya   (08.02.2016 23:48)
Страх мешал ему.

0
1 NJUSHECHKA   (05.02.2016 16:07)
СПАСИБО!!!

0
6 tasya-stasya   (08.02.2016 23:43)
Пожалуйста!

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]