Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [263]
Общее [1586]
Из жизни актеров [1618]
Мини-фанфики [2312]
Кроссовер [678]
Конкурсные работы [7]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4606]
Продолжение по Сумеречной саге [1219]
Стихи [2314]
Все люди [14597]
Отдельные персонажи [1474]
Наши переводы [13562]
Альтернатива [8912]
СЛЭШ и НЦ [8167]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [150]
Литературные дуэли [105]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [3654]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей октября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав 01-15 ноября

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Пока ты спала
Белла просыпается в больнице, не помня ничего о своей жизни. Воспоминания медленно возвращаются к ней, но она чувствует, что не может вспомнить что-то важное. Что-то, без чего она не может жить...
Перевод завершен.

На грани с реальностью
Сборник альтернативних мини-переводов по Вселенной «Новолуния». Новые варианты развития жизни героев после расставания и многое другое на страничках форума.
В переводе от Shantanel

Паутина
Порой счастье запутывается в паутине лжи, и получается липкий клубок измен, подстав, предательств и боли.
История о Драко и Гермионе от Shantanel

Одна душа для двоих. Становление
Свет звёздных галактик летит сквозь года.
Другие миры, но всё та же вражда.
Любовь, и потеря, и кровная месть,
И бой, и погоня - эмоций не счесть!

Сталь и шелк или Гермиона, займемся любовью
Годы спустя... Немного любви, зависти, Северуса Снейпа и других персонажей замечательной саги Дж.Роулинг.

Теряя, обретаем…
Эдвард устал от холостяцкой жизни и ненавидит праздники, потому что проводит их в одиночестве. Но случай поможет изменить все.
Мини. Завершен.

Калейдоскоп
Армия Виктории разгромлена, Белла спасена. Но что если Каллены сумеют спасти жизнь Бри и спрятать ее от Вольтури? По какому пути тогда будет развиваться дальнейший сюжет?
Завершен.

Almost Perfect, Almost Yours
Семья чистокровных волшебников похитила Гермиону, когда она только родилась. В мире красоты и богатства она - девушка мечты Драко Малфоя. Что произойдет, если он узнает, что ее кровь не так чиста, как он думал?..
История "Почти идеальна, почти твоя..." от команды переводчиков TwilightRussia
Работа над переводом ЗАВЕРШЕНА!



А вы знаете?

А вы знаете, что победителей всех премий по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в ЭТОЙ теме?

...что вы можете заказать в нашей Студии Звукозаписи в СТОЛЕ заказов аудио-трейлер для своей истории, или для истории любимого автора?

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
На каком дизайне вы сидите?
1. Gotic Style
2. Breaking Dawn-2 Style
3. Summer Style
4. Breaking Dawn Style
5. Twilight Style
6. New Moon Style
7. Eclipse Style
8. Winter Style
Всего ответов: 1875
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Видеомейкеры
Художники ~ Проверенные
Пользователи ~ Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Свободное творчество

АМОРАЛЬ. Часть 6

2016-12-5
4
0
6


Желтое такси, как машина скорой помощи, уносила их с главного проспекта, подальше от населяющих уличные бары неоновых демонов. После столкновения с невысказанным, разбившись о лобовое стекло, тишина осколками лежала на пассажирских сидениях. Радиомолчание взрезало душный воздух закупоренного пространства, отдавая алкогольным паром, который подогревал кровь Сина. С корпоратива они уехали вдвоем. Он и это безвольное тело с запрокинутой головой, каскадом прямых белых стрел, рассыпавшихся по его левому плечу. Даже невесомое касание ее волос, подобных золотой проволоке, Син с легкостью мог ощутить сквозь ткань белой рубашки. Его плащ служил одеялом для витавшей между земными и небесными измерениями Кармы: он точно схоронил ее под собой, как под черным, могильным грунтом. По-мужски стойкий запах, пропитавший ворот плаща, временами возвращал ее к пьяной реальности, притягивал, как тело притягивает душу, как гаргантюа¹ вихрем засасывает кометы, планеты, целые миры. Ее тянуло, тянуло, затягивало…

То, что они были одни, – коварный символизм. Как пряные числа, попадающие в поле зрения, как жгучие слова, схваченные с языка, как чужие герои, присвоенные продуманными игроками. Это значило нечто большее, чем одна фамильная кровь, чем тайная связь, чем свежий глоток воздуха, которого не доставало для отрезвления. Как всегда мало.

Она была рядом, совсем. Прямо возле сердца. Такая беззащитная, вся во сне, и сама сотканная из околдовывающего сна. Открытая рука сжималась за чередой назревающих минут. Карма неосознанно хваталась за утекающее настоящее, беззащитно выставив на обозрение белое запястье. Ярусы сине-голубых вен отчетливо проступали в движущемся полумраке, рассеиваемом лишь ядерными взрывами встречных фар. Син проводил по открытой коже взвинченными кончиками пальцев и внимательно смотрел на дремотное лицо женщины подле.

Карма не должна была узнать. Он безнадежно доверял лишь ее снам. Ее женское до последних мышц сердце было непостоянным. И только сон, так внезапно сморивший ее после красного вина, безмерного количества красного сухого, оставался ему верен до основания, фундамента, до вечной арктической мерзлоты.

Он почти вынес Карму из такси. Она долго не могла найти второй рукав иссера-бежевого пальто, бессвязно шепча отрывистые, дышащие в затылок друг другу «не надо», «не трогай». Ее пассажи сопровождались кивками головы, слабыми попытками не менее слабых запястий противостоять ему. Ему. ЕМУ.

Красная пелена будто вскрыла его черепную коробку, взбивая мысли в пену одержимости. Сознание отдалилось на безопасное расстояние, наблюдая со стороны, как Син откидывает бледные женские руки, почти со злостью, скрипя зубами, ощущая в ночи трепещущий запах ее головокружительно-опиумного парфюма, который набрасывался и обнимал его каждым атомным соединением. Что ж за беззащитность такая? Неуклюжесть движений делала ее до странности невыносимой, пьяненькой, доступной и недосягаемой сквозь века. Он даже не отдавал себе отчета в том, что женщины совершают подобные эксперименты, участвуют в диахромном театре для глухих, абсолютно бессознательно. Будто следуя некому древнему ритуалу, деликатно заложенному в них первобытными искусницами.

Столько беззащитной она позволяла себе быть только с ним, скользящим черно-белым силуэтом. Син всучил ей черную сумку от Ив Сен-Лорана, и сверху пальто. Вновь схватив за плечи, встряхнул до микроинсульта эмоций, до боли в суставах, и буквально швырнул ее к двери парадного.

Вроде бывает так: смотришь на человека вскользь, видишь его сквозь, и он тебя не привлекает − мысли о влечении между вами представляются бредом сумасшедшего высокой степени безумства, что в нем может вообще заинтересовать? А потом словно в калейдоскопе что-то щелкает, сдвигается угол зрения, и вы укрываетесь одной простыней. Конец прежнему тебе. Человек постоянно становится ближе, шире, глубже, и смотрит только в подозрительно сощуренные глаза, удерживая окованный холодом взгляд дольше трех секунд… Миры сшибаются лбами, звезды расклеиваются бумажными змеями, вы оба летите в тартарары под бархатно-густой шепот Леты².

Заканчивается созданная вами прекрасная тайная вещь скромным, правда по ощущениям будто украденным, поглаживанием руки, запястья кончиками пальцев, почти невесомо, в чужом автомобиле, пропахшем извинениями-прощениями, когда вы возвращаетесь с корпоративной вечеринки. Ты клонишься ко сну, как подстреленное животное, истекая кровью и теряя сожаления, и он думает, что ты ничего не чувствуешь. Хотя ты чувствуешь. Ощущаешь. Испытываешь. Проникаешься. И все равно. Знаешь. И после делаешь равнодушный вид, что ничего такого не было в помине – ни тебя, ни его, ни желтого, как скорая помощь, такси, − но айсберги в глазах выдают вас, соучастников, еще до того, как кто-то спугнет молчание, вашими собственными руками слепленное из страхов.

Это взятое взаймы мгновение передавало ему заблуждения радости. Беглой, как первый снег. Он мог позволить себе думать только об этом, а еще об ее опасном имени. И о кофе. Чтобы не уснуть, как жалкий вор, пожелавший вернуться на место преступления в ностальгическом угаре.

А сигареты давно стали отравой. Токсичность их с Кармой отношений, иногда их полнейшее отсутствие заменяли ласковую смерть от диабета или рака легких. Во сто раз сильнее.

Вместо лёгких спустя годы Син выплюнет ее. Воспоминания о ней, о ее прозрачной нетронутой золотом солнца коже и бледно-голубых венах, пульсирующей жилке на правом виске, об угловатых коленях, о слишком тонких руках. Скрыто, будто находясь за кулисами, согревая ее сейчас прикосновениями, даже если она не ощущала их, Син точно бросал издевки, плевал со злорадным смехом в лицо всем, кто был с ней до него, кому она принадлежала или могла принадлежать. Это было его наказанием. Конечно, наказывал он никого другого, кроме себя.

Карма в некотором смысле была его частью, двойником в женском обличье. Син твердо отдавал себе в этом отчет, заполняя ее пробелы в своем мозгу, как клетки кроссворда, в те моменты, когда тихо обтаивал у нее на груди. Атласная, мерцающая фигура в ореоле лунного сияния − за ее спиной он мог представить себе молочно-серую Вселенную. Пусть он не познал ее достаточно как женщину. Просто она действовала так на всех мужчин. Очень прочно и практично. Действенно. Это не походило на томление первых весенних чувств на сорокаградусном топливе юности. Это было сродни помешательству. Ее глаза, эта сине-серая тьма, вколачивали шиферные³ гвозди внутрь, пригвождали любого на месте, заставляя говорить что угодно, лишь бы дольше удерживать две смертоносные цели на себе.

Безусловно, после опьянения вниманием Кармы приходил похмельный синдром, задрапированный в спазмы бессилья, – ее считали сложной, как игру в бисер, и бесспорно занудной персоной, «она сама себе на уме». Одновременно касалась тяжелая рука какой-то завуалированной движущей силы, воплощенной в этой лунной женщине, и уже никогда больше не покидала тех, с кем она единожды соприкоснулась. Ее надо было забыть побыстрее. Ею хотелось забыться поскорее.

Еще долгие годы он будет вспоминать ее утопии, видя философские трактаты и число шесть, пробуя краешком языка белый ром и поедая ледяную крошку, иногда замечая высокую, тонкую фигуру в иссера-бежевом среди знакомых, на вечеринках и на расплывчатых улицах старых городов, всегда с тем же кармическим взглядом. Вновь ему захочется повторить то легкое касание в уголок рта, как в точку мягкого треугольника, которую определил там именно он. Син.

Я обесточен.
До капли выжат.
Рассыпан пылью по коридорам.
Ещё немного - и мне не выжить.
Я растворюсь в тебе.
Скоро.
Скоро...
Я бросил пить и ругаться матом,
А лучше б, всё же, тебя я бросил!
Теперь всё слишком замысловато,
Как в нашу прошлую злую осень.
Не дай мне только к тебе быть ближе!
Хочу забыться.
Хотя бы снами.
И мне не важно, что ты там пишешь
О том, что было когда-то с нами.
Я тихо гасну.
Но мне спокойно.
Тебя нет рядом.
И ближе к ночи /холодный выдох и взрыв... как больно!../
Мой мир расколется на кусочки.⁴


Это был он.

Срываясь, искал виноватых. Он видел перед собой только поле, выжженное под солнцем собственных звезд, и думал, что ничего нельзя вернуть назад.

Гнетущий, простой, мрачный, с кофейными глазами, в которых даже пустота обжигала, по восходящей обретая свойства дымящегося горячего напитка. Остывая, будто железо, он темнел и вновь раскалялся добела по пустякам. Теперь терпеливое понимание Кармы как никогда раньше уничтожало в нем прежнюю стойкость, эта ее улыбка, знающая и лишенная тревожных ноток, она сама, прекратившая ожидать, - в ней больше не было блеска надежды…

Исправляя тем методом, который был знаком ему, он лишь усугублял ее затишье – вежливое, равнодушно-отстраненное, подобное брошенному на толпу взгляду из окна уходящего поезда. Так смотрела на него убывающая Луна. Его бессонница более не затрагивала ее укрощенные сны.

Он был прочно женат. Не веря, Син все-таки отпускал ее к другим…

_________________________________

[1] «Гаргантюа»- название черной дыры с аккреционным диском, первоисточник «Интерстеллар».
[2] Ле́та (греч. «забвение») — в древнегреческой мифологии источник и одна из пяти рек (вместе со Стиксом,Ахероном, Кокитосом и Флегетоном), протекающих в подземном царстве Аида, река забвения.
[3] Шиферные гвозди – максимальная длина 100мм.
[4] автор стихотворения: Настя Булавка


_________________________________

A/N: Теперь вы знаете кое-то о Сине. Для мужчин особенно не свойственно говорить об их слабых местах, посему так отвлеченно и страдальчески получилось. Мужчины еще чаще чем женщины приводят в действие механизм запрета чувств, абсолютно инстинктивно. Если у вас сложилось мнение, что данная глава последняя, могу обрадовать - впереди вас ждет еще эпилог.
Благодарю всех за прочтение! Благодарю за отзывы!
С нетерпением ожидаю ваших комментариев к обновлению!


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/304-16821-4#3385605
Категория: Свободное творчество | Добавил: orchids_soul (21.10.2016) | Автор: Виктория Янковская
Просмотров: 212 | Комментарии: 10 | Теги: амораль, часть шестая


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 10
0
10 Marishelь   (28.11.2016 23:23)
Оказалось, что и для Сина расставание было болезненным wacko Я думала, что он легче переживет, все же у него жена, дети, а Карма совсем одна.
Спасибо, Викуша! Замечательная глава, хочется еще и еще раз прочитать happy
И стих замечательный! За стихи отдельное спасибо! happy

0
9 Alin@   (27.11.2016 16:53)
Как так эпилог... Син настолько погрузился в свою Карму. И все сомнения одолевают: хочется к ней, так манит, но и обжигает. Она более расслаблена, хотя и не скажу будто ей легче. В этом все равно наравных

0
8 Natavoropa   (25.11.2016 14:55)
Син оказался более ранимым, безразличие - всего лишь маска, но он прочно женат, с женой спокойнее, это и есть его карма. smile
Спасибо.

+1
5 kotЯ   (31.10.2016 18:58)
А мне вот эта:
Ее надо было забыть побыстрее. Ею хотелось забыться поскорее.
Но трудно остановиться на каких-то определённо, потому что все, как в последний раз- плачет душа, а сердце вдребезги.

0
6 orchids_soul   (31.10.2016 19:38)
Благодарю за приятные слова! Эта история особенная, для меня уж точно. Надеюсь, она станет такой и для Вас. wink

0
7 kotЯ   (01.11.2016 17:48)
МНе так нравятся такие работы. Когда история вырисовывается словно узор,стежок за стежком и мазок за мазком.

+1
2 orchids_soul   (23.10.2016 20:42)
Благодарю, моя радость, за комментарий! Стоит писать эту историю, даже если у меня есть один читатель, зато КАКОЙ, самый дорогой!

+1
3 Cheshka   (23.10.2016 22:12)
Я всегда с тобой и с теми, кто интересен и дорог happy

+1
4 orchids_soul   (24.10.2016 20:57)
Обожаю тебя, Натуленька! happy

+1
1 Cheshka   (22.10.2016 23:13)
Цитата Текст статьи
взятое взаймы мгновение передавало ему заблуждения радости.

Очень понравилась эта фраза, прям очень.
Благодарю за великолепную главу, Викуля! И что ты там написала об эпилоге? Уже??? surprised wink

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]




Материалы с подобными тегами: