Лэйни Тэйлор "Дочь дыма и кости" - Глава четвертая
[
]
26.01.2012, 17:59
~4~
Отравленная кухня
Оставшаяся часть дня прошла без происшествий. Два урока химии, практика по цветам, затем урок профессионального рисования и ленч, после которого Зузана отправилась на занятия по кукольному театру, а Кару – на живопись. Каждое из занятий длилось три часа, выпустив девушек в такую же зимнюю темень, из которой они и пришлю сюда с утра.
- В «Отравленную Кухню»? - спросила Зузана, когда они вышли за порог.
- Ты еще спрашиваешь? – сказала Кару. - Я просто помираю с голода.
Они опустили головы, прячась от ледяного ветра, и направились в сторону реки.
Улицы Праги были фантазией, едва тронутой двадцать первым веком – или двадцатым, или даже девятнадцатым, если уж на то пошло. Это был город алхимиков и мечтателей, по его средневековым булыжным мостовым когда-то ступали големы и прочие мистические существа, здесь высаживались армии захватчиков. Высокие дома пылали красным золотом, блистали карминовым и бледно-голубым цветами, украшенные лепниной в стиле рококо и увенчанные одинаково красными крышами. На барочные куполах, выкрашенных в нежнейший зеленый, цвет старинной медной монеты, высились готические шпили, готовые в любую минуту пронзить падших ангелов1. Ветер нес по извивающимся, словно ручейки, мощеным улочкам память о магии, революции, скрипках. Попрошайки в моцартовских париках, которые играли камерную музыку на углах, и марионетки, свисающие в витринах магазинов, создавали впечатление, что весь город – большой театр, где скрытые бархатным занавесом кукловоды дергали за веревочки.
И надо всем этим маячил замок на холме, его очертания были острыми, словно шипы. Ночью он освещался прожекторами, буквально купаясь в жутковатом свечении. А этим вечером небо, усеянное снежными тучами, висело низко, создавая сияющие ореолы вокруг уличных фонарей.
Ниже по каналу Чертовка2 располагалось местечко, под названием «Отравленная Кухня», на которое редко можно было наткнуться по чистой случайности, нужно точно знать, что оно там. Пройдя под каменной аркой, вы попадали в обнесенное крепостью кладбище, за которым можно было увидеть горящие окна кафе.
К сожалению, туристам больше не приходилось рассчитывать на дело случая в обнаружении этого местечка, поскольку в последнем выпуске путеводителя «Lonely Planet» оно было рассекречено:
Церковь, некогда принадлежавшая этому средневековому аббатству, была сожжена уже более трех сотен лет назад, но обитель монахов сохранилась до наших дней и была преобразована в самое странное кафе, что Вам доведется увидеть, оно заставлено классическими статуями, щеголяющими коллекцией противогазов времен Второй Мировой Войны, которая принадлежит владельцу. По легенде, в Средние Века местный повар тронулся умом и убил весь приход чаном отравленного гуляша, что и дало название этому заведению, равно как и фирменное блюдо – гуляш. Откиньтесь на обитый бархатом диванчик и сложите ноги на гроб. И кто знает, может, черепа за барной стойкой принадлежат некогда убитым монахам…
И за последние полгода пешие туристы постоянно совали свои любопытные головки в это заведение, в поисках какого-нибудь меланхоличного уголка Праги, о котором можно будет рассказать друзьям.
Этим же вечером, однако, в кафе было относительно немноголюдно. В углу пара иностранцев делала фотографии своих детей, которые надели противогазы, и несколько мужчин ссутулились в баре, но большинство столиков, которые здесь были представлены гробами в окружении бархатных диванчиков, были не заняты. Повсюду стояли древнеримские статуи, боги и нимфы в натуральную величину с отсутствующими руками и крыльями, а в центре комнаты восседала на коне точная копия Марка Аврелия с Капитолийского холма.3
- О, отлично! Чума свободна, - сказала Кару, направляясь к скульптуре. И массивный император, и не менее массивный конь были облачены в противогазы, – как собственно и все остальные статуи в этом помещении, – чем всегда наводили Кару на мысль о первом Всаднике Апокалипсиса, Чуме, сеющем мор одной своей вытянутой рукой. Девушки предпочитали столик, скрытый падающей от этой статуи тенью, которая давала одновременно и уединение, и отличный обзор бара, – между ногами лошади, – позволявший увидеть, если приходил кто-нибудь интересный.
Они кинули свои папки с работами на диванчик и повесили свои плащи на каменные пальцы Марка Аврелия. Одноглазый владелец заведения махнул им рукой из-за бара, и они помахали ему в ответ.
Они приходили сюда уже два с половиной года, с тех пор как им было по пятнадцать лет на первом году их обучения в Лицее. Кару была новенькой в Праге и никого не знала. Чешский как раз был недавно освоен ею (посредством желания, конечно, а не стараний; Кару коллекционировала языки, и именно это всегда дарил ей на день рождения Бримстоун), но он все еще непривычно звучал на языке, словно новая приправа в блюде.
До этого она была в школе-интернате в Англии, и хоть она являлась обладателем идеального британского акцента, она все равно пользовалась американским, приобретенным ею в детстве, поэтому одноклассники считали именно эту страну её родиной. По правде же, она не причисляла себя ни к одной национальности. Все её документы были поддельными, и все её акценты – за исключением одного, первого выученного ею языка, происхождение которого не относилось к человеческой расе, – были фальшивками.
Зузана была чешкой, из древнего рода ремесленников по изготовлению марионеток в Чески-Крумлов, маленьком прехорошеньком городке на юге Богемии. Её старший брат шокировал семью своим решением пойти служить в армию, но у Зузаны марионетки были в крови, и она решила последовать традиции. Как и Кару, в школе она никого не знала, и по велению случая, в начале первого семестра их определили в пару для выполнения задания по расписыванию стены в местной начальной школе. За этим последовала неделя проведенных на стремянках вечеров, после которых они отправлялись в «Отравленную Кухню». Там и было положено начало их дружбе, а когда роспись на стене была закончена, владелец «Кухни» нанял их написать сцену со скелетами в уборных комнатах кафе. За их работу он отплатил им месяцем бесплатных ужинов, заверив, что они все равно вернуться туда, и вот спустя пару лет они все еще продолжали возвращаться.
Они заказали по тарелке с гуляшом, который они съели, обсуждая выходку Каза, волосы в носу их учителя по химии, которые, как заявила Зузана, могли спокойно вырасти и в бороду, а также идеи для их семестровых проектов. Вскоре разговор переключился на симпатичного новенького скрипача в оркестре Пражского Театра Марионеток.
- У него есть девушка, - пожаловалась Зузана. - Что? Откуда ты знаешь? - Он все время во время перерывов кому-то шлет смс-ки. - И это твое доказательство? Чушь. Может быть, он тайно борется со злом, а в смс-ках отсылает загадки своим заклятым врагам, - предположила Кару. - О, да! Я уверена, что именно так все и обстоит. Спасибо. - Я просто хочу сказать, что может быть еще кучу любых других объяснений помимо девушки. В любом случае, с каких пор ты стала такой застенчивой? Просто поговори с ним уже! - И что я ему скажу? «Хорошо попиликал на скрипке, красавчик?» - Конечно.
Зузана фыркнула. Она работала ассистентом театральных кукловодов по выходным и за несколько недель до Рождества по уши втрескалась в новенького скрипача. И хотя обычно она не страдала застенчивостью, она все еще даже не попыталась заговорить с ним. - Он, вероятно, подумает, что я дитя, - сказала она. – Ты не знаешь, каково это – быть размером с ребенка.
- Размером с марионетку, - поправила Кару, не чувствуя ни капли жалости. Она считала, миниатюрность Зузаны была совершенством, словно фея, которую встречаешь в лесу и хочешь унести с собой в кармашке. Но в случае Зузаны эта фея, скорее всего, страдала бешенством, и не прочь была покусаться.
- Ага, Зузана – Чудесная живая марионетка. Смотрите, как она танцует! – Зузана резко ставила руки в балетные позиции, словно её действительно дернули за ниточки.
Вдохновившись, Кару предложила: - Слушай, это как раз то, что тебе нужно взять за основу проекта! Сделай гигантского кукловода, а сама будешь его марионеткой. Поняла? Ты можешь сделать так, чтобы когда ты двигалась, ну, не знаю, чтобы получился театр кукол наоборот. Думаешь, кто-нибудь уже делал когда-либо нечто подобное? Когда ты марионетка, танцующая так, словно тебя дергают за веревочки, хотя на самом деле это именно твои действия заставляют двигаться руки кукловода?
Зузана как раз подносила хлеб ко рту, но остановилась. По тому, как остекленели глаза подруги, Кару поняла, что она уже рисует это в своем воображении. - Придется делать действительно огромного кукловода.
- Я бы могла сделать тебе макияж, как у настоящей марионетки-балерины. - А ты уверена, что хочешь отдать этот проект мне? Это же твоя идея. - Как будто я смогу сделать огромную куклу? Пользуйся на здоровье. - Что ж, спасибо. А для своего проекта уже есть какие-нибудь идеи?
У Кару их не было. В прошлом году, когда она брала курс костюмирования, она соорудила крылья ангела, такие которые можно было надеть наподобие упряжки, оснащенные механизмом, позволяющим их поднимать и опускать. Полный размах этих крыльев был целых три с половиной потрясающих метра. Она надевала их показать Бримстоуну, но не добралась даже до его комнаты. Исса остановила её в вестибюле и – милая Исса! – на нее зашипела, распахнув свой капюшон кобры, что Кару доводилось видеть всего пару раз за всю жизнь. «Ангел, из всех мерзостей! Сними их! Ох, милое дитя, я не могу вынести вида тебя в них». Это было очень странно. А крылья ныне висели над кроватью Кару в её маленькой квартирке, заняв собой почти всю стену.
В этом семестре ей нужно было придумать тему для серии картин, но пока ничего путного в голову ей не приходило. Пока она погрузилась в обдумывание очередных идей, раздался звон дверных колокольчиков. Зашли несколько мужчин, за которыми внутрь стремительно проскользнула тень, привлекшая внимание Кару. По форме и размеру она напоминала ворона, но она не принадлежала столь земному существу.
Это был Кишмиш.
Кару выпрямилась и метнула взгляд на свою подругу. Зузана делала наброски кукловода в своей тетради и едва ли заметила, когда Кару отлучилась на минуту. Она пошла прямиком в уборную, и тень незримого существа последовала за ней.
Тело и клюв посланника Бримстоуна были вороньими, но перепончатые крылья принадлежали летучей мыши, а его язык, который можно было разглядеть, когда он высовывался, был раздвоен. Он выглядел как персонаж картины Иеронима Босха4, и в лапе он держал записку. Взяв её, Кару увидела, что его маленькие острые когти в некоторых местах прорезали бумагу насквозь.
Она развернула её и прочитала сообщение, что заняло у нее всего пару секунд, поскольку там было сказано всего лишь следующее: «Поручение требует немедленного выполнения. Жду».
- Он никогда не говорит «пожалуйста», - заметила она Кишмишу.
Существо наклонило голову, по-вороньи, словно спрашивая: «Ты идешь?». - Иду я, иду, - сказала Кару. – Как будто я хоть раз отказывалась!
Мгновением позже она обратилась к подруге: - Мне пора. - Что? – Зузана подняла голову от альбома. – А как же десерт? – он был там, стоял на гробу: две тарелки с яблочным штруделем, и две чашки ароматного чая. - Ох, черт, - разочарованно протянула Кару. – Я не могу остаться. У меня поручение. - Ты со своими поручениями! И что же им от тебя потребовалось так неожиданно? – она посмотрела на телефон Кару, лежащий на крышке гроба, осознавая, что ей никто не звонил. - Так, кое-какие дела, - ответила Кару, и Зузана бросила эту тему, зная по опыту, что большего от подруги она не добьется.
У Кару были дела. Иногда их выполнение занимало несколько часов, а иногда её могло не быть нескольку дней к ряду, и возвращалась она весьма усталой и потрепанной, порой бледной, а порой и обгоревшей, прихрамывая или с укусом, а однажды вернулась с сильнейшей лихорадкой, которая, как выяснилось позже, оказалась ни чем иным как малярией.
- И где же ты умудрилась подхватить тропическую лихорадку? – потребовала ответа Зузана, на что Кару беспечно ответила: - Ой, я даже и не знаю. Может, в трамвае? Одна старушка недавно чихнула мне прямо в лицо. - Это не то, как ты заразилась малярией! - Я знаю. Но это было так противно. Думаю, стоит пересесть на мопед, чтобы больше не приходилось ездить на трамваях.
И на этом разговор был закончен. Дружба с Кару навязывала определенные условия, например, никогда до конца не знать эту девушку. И сейчас Зузана, вздохнув, сказала: - Отлично. Оба штруделя мне. И каждый лишний грамм моего веса на твоей совести, так и знай. И с тем Кару покинула «Отравленную Кухню», последовав за тенью недоворона на улицу.
решения администрации категорически запрещено. По вопросам размещения обращайтесь к администраторуBellissima. Материал предоставлен в ознакомительных целях и не преследует коммерческой выгоды.
www.TwilightRussia.ru (www.Твайлайтраша.рф) Twilight Russia - официальный, первый и крупнейший сайт в России, посвященный книгам Стефани Майер и их экранизациям. Сайт является некоммерческим проектом. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт обязательна. Реклама на сайте | Мобильная версия 1 (pda) | Мобильная версия 2 Установка РИПов дизайна и любое копирование элементов охраняется авторским правом и преследуется Гражданским Кодексом РФ
